ВТОРОЙ КОНГРЕСС КОМИНТЕРНА​

ИНСТИТУТ МАРКСИЗМА-ЛЕНИНИЗМА при ЦК КПСС

РАЗРАБОТКА КОНГРЕССОМ ИДЕЙНЫХ, ТАКТИЧЕСКИХ И ОРГАНИЗАЦИОННЫХ ОСНОВ КОММУНИСТИЧЕСКИХ ПАРТИЙ

ИЗДАТЕЛЬСТВО ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
МОСКВА 1972

Редакционная коллегия:
Шириня К. К. (главный редактор).
Ендакова В. М.
Королев Н. Е.
Соболев А. И.
Фирсов Ф. И.

Книга «Второй конгресс Коммунистического Интернационала», подготовленная Институтом марксизма-ленинизма при ЦК КПСС — это одна из книг серии «Основные этапы истории международного коммунистического движения». Она представляет собой сборник статей, посвященных роли решений Второго конгресса Коминтерна в развитии международного коммунистического движения, в разработке его программных документов, его стратегии и тактики. Книга основана на исследовании документов Коминтерна и коммунистических партий, в том числе многих архивных материалов, которые впервые вводятся в научный оборот. Большое место отводится деятельности В. И. Ленина по подготовке важнейших решений Второго конгресса Коминтерна, анализу его выступлений на самом конгрессе и на заседаниях комиссий.

5

ПРЕДИСЛОВИЕ​

Настоящий сборник статей посвящен Второму конгрессу Коммунистического Интернационала — одному из выдающихся событий в истории международного коммунистического движения. Решения этого конгресса сыграли важную роль в развитии революционного движения в мире, основные идеи конгресса выдержали проверку временем и обогащенные на основе нового исторического опыта являются и сегодня могучим идейно-политическим оружием марксистско-ленинских партий.

Второй конгресс Коминтерна состоялся в то бурное время, когда новая эпоха, открытая победой Октября 1917 г., делала лишь свои первые шаги и когда в революционных боях и острейших классовых столкновениях мировая армия коммунистов еще только формировалась, еще только выковывала, используя достижения большевиков, свою стратегию и тактику. В международном рабочем движении развертывался процесс сплочения всех сил, которые видели необходимость и созревавшую возможность революционного преобразования общества и готовы были бесстрашно взять на себя ответственность за разрушение старого капиталистического порядка и строительство нового — социалистического. На пути революционного рабочего движения, на пути формирующихся компартий стояли огромные препятствия и трудности.

Напуганная победой Октября и революционными выступлениями в своих странах империалистическая буржуазия, изощряя методы борьбы против трудящихся, предпринимала лихорадочные усилия, чтобы задушить первое государство пролетарской диктатуры и подавить революционное движение, где бы оно ни поднималось.

Прямой помощью буржуазии была политика, проводившаяся руководством большинства социал-демократических

6 партий. Правые вожди социал-демократии всячески удерживали массы от революционных действий. Они внушали массам, что только постепенное развитие и улучшение парламентской системы буржуазной демократии может привести к «подлинному» социализму. Фактически правая социал-демократия проводила политику капитулянтства перед буржуазией, соглашательства с ней. Там же, где революционные рабочие поднимались на борьбу, реформистские лидеры нередко оказывали прямое пособничество вооруженным расправам буржуазии с пролетариями. Разброд в рабочее движение вносили центристские вожди социал-демократии, признававшие на словах революционные цели и лозунги, а на деле всегда тянувшие к соглашательству с оппортунистами.

Компартии, только что сложившиеся или еще находившиеся в стадии становления, вступали в борьбу, не имея достаточного опыта, закалки, идейно-теоретической вооруженности. Им еще предстояло на деле усвоить марксистско-ленинскую революционную науку.

Первый конгресс Коммунистического Интернационала (март 1919 г.) положил лишь начало идейному и организационному сплочению мирового коммунистического движения на принципах марксизма-ленинизма. Он провозгласил основные, общие принципы коммунистического движения в эпоху империализма и пролетарских революций и дал лишь самые общие установки по вопросам стратегии революционной борьбы.

Второй конгресс Коминтерна сделал по сравнению с Первым конгрессом огромнейший шаг вперед. Красной нитью через все исследовательские статьи настоящего сборника проходит мысль о великом историческом значении решений Второго конгресса для развития революционного движения в мире.

В чем же, коротко, значение его решений?

Прежде всего в том, что они явились важнейшим вкладом в разработку идейно-теоретических принципов международного коммунистического движения, в развитие его стратегии и тактики. Ленинское определение трех основных революционных сил мира, задач их взаимодействия, оценка развития революционного кризиса, разработка платформы коммунистов по всем важнейшим вопросам стратегии и тактики, в том числе по аграрному вопросу,— все это было глубоким научным обоснованием револю-

7 ционной политики коммунистов, залогом ее грядущих побед.

Исключительную роль сыграл Второй конгресс Коминтерна в разработке учения о роли революционной партии рабочего класса, о ее идейных, тактических и организационных основах. Конгресс доказал необходимость для пролетариата дисциплинированной политической партии, являющейся главным организационно-политическим рычагом, с помощью которого наиболее передовая часть рабочего класса направляет по правильному пути всю массу пролетариата и полупролетариата. Подчеркивая задачу — довести до конца размежевание коммунистов с реформизмом и центризмом, не допустить оппортунистов в ряды Коминтерна,— конгресс в то же время ясно определил черты революционной партии нового типа.

Принципиальное значение имели решения конгресса по вопросу о работе компартий в массах: в профсоюзах, кооперативах и других массовых организациях трудящихся. Обосновывая необходимость постоянной, кропотливой работы коммунистов в массах, тесной связи компартий с трудящимися, Коминтерн давал отпор различного рода левацким уклонам, грозившим привести компартии к изоляции и безответственным авантюристическим выступлениям.

Конгресс выработал платформу коммунистов по вопросам национально-освободительного движения, рассматривая движение угнетенных народов как составную часть общей борьбы против империализма. В решениях конгресса формулировалась задача установления тесного союза между борьбой Советской России, рабочего класса капиталистических стран и национально-освободительным движением народов колоний и полуколоний. На конгрессе Лениным была впервые обоснована перспектива перехода ранее отсталых народов к социализму с помощью страны победившего пролетариата, минуя капиталистическую стадию развития.

Решения Второго конгресса Коминтерна имели таким образом программное значение: взятые в совокупности, они как бы составляли программу Коминтерна, отличавшуюся творческим революционным духом. Именно поэтому решения конгресса явились важнейшим этапом в борьбе за соединение ленинизма с международным рабочим движением.

8 В сборнике статей большое внимание уделяется роли В. И. Ленина в подготовке и проведении Второго конгресса Коминтерна, в разработке его важнейших решений. Подчеркивается значение его книги «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» как основы решений конгресса, как подлинной энциклопедии стратегии и тактики мирового коммунистического движения. Многие из проектов решений конгресса были подготовлены непосредственно Лениным. Гений Ленина наложил неизгладимый отпечаток на всю работу Второго конгресса Коминтерна, определил все его принципиальные выводы.

9 Б. М. Лейбзон

ЛЕНИНСКАЯ ОЦЕНКА ОБСТАНОВКИ И ПЕРСПЕКТИВ МИРОВОЙ РЕВОЛЮЦИИ​

Провозгласив образование III, Коммунистического Интернационала, Первый конгресс в Манифесте, обращенном к пролетариям всего мира, охарактеризовал главную особенность новой международной организации рабочего класса: «Если I Интернационал,— говорилось в Манифесте,— предвосхищал будущее развитие и намечал его пути, если II Интернационал собирал и организовывал миллионы пролетариев, то III Интернационал является Интернационалом открытого массового действия, Интернационалом революционного осуществления, Интернационалом дела» ¹.

Революционное дело — вот что определяло повседневную жизнь Коммунистического Интернационала, все его практические шаги. Именно революционному делу были подчинены доклады на его конгрессах, подход к оценке происходящих событий и следующих из них выводов, особенности принимаемых им решений.

Большинство документов II Интернационала, как правило, избегало конкретного анализа международной ситуации, положения в отдельных странах, перспектив революционной борьбы. Преобладали академические оценки общего характера и в очень редких случаях рекомендации рабочим партиям. Только с обострением обстановки и зловещим приближением войны Базельский конгресс Интернационала в 1912 г. принял Манифест, в котором по характеристике Ленина было «меньше, чем в других, пустого декламаторства, больше конкретного содержания» ².

¹ В. И. Ленин и Коммунистический Интернационал. М., 1970, стр. 146 — 147.

² В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 26, стр. 214.

10 Коммунистический Интернационал вобрал в себя лучшие революционные силы мирового рабочего движения. Он развил такую славную традицию, когда революционное слово рассматривается как начало революционного дела, анализ политической реальности становится руководством к действию.

Уже Первый конгресс Коминтерна принял важнейшие документы, определившие облик новой организации,— прежде всего Манифест и Платформу Коммунистического Интернационала и тезисы Ленина «О буржуазной демократии и диктатуре пролетариата». Однако конгресс не имел возможности дать исчерпывающего анализа положения в мире, конкретно разработать программу действий. Значение его документов в провозглашении революционных коммунистических принципов, в том, что латинское слово «диктатура» и русское слово «совет» стали доступными пониманию широких трудящихся масс, говорящих на разных языках.

Коммунистический Интернационал еще не представлял собой организационно большой силы. Он мог воздействовать на события пока не столько своей организацией, сколько горячим агитационным призывом. «...На первом конгрессе мы были, в сущности, только пропагандистами, мы только бросали пролетариату всего мира основные идеи, мы только бросали призыв к борьбе, мы только спрашивали: где люди, которые способны пойти по этому пути?»¹. Но ко Второму конгрессу Коминтерна положение уже во многом изменилось.

Революционное брожение приняло всемирный характер, а неудачи, которые потерпел пролетариат Венгрии, Германии и других стран, со всей остротой диктовали необходимость скорейшего формирования подлинно революционных партий, способных руководить массовой борьбой. К Коминтерну устремились революционно настроенные рабочие, те, кто разочаровался в парламентских методах, которые фетишизировала социал-демократия, кто хотел борьбы, а не разговоров о борьбе, кто искренне стремился осуществить в своих странах то, что сделали в России. Ко Второму конгрессу уже во многих странах действовали коммунистические партии и коммунистические группы. Но в Коминтерн потянулись также анархо-синдикалистские и

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 235.

11 анархистские группы, жаждавшие непосредственных действий. С Коминтерном стали связывать свои надежды такие массовые организации, как «Индустриальные рабочие мира» в США и «Фабрично-заводские старосты» в Англии. В двери Коминтерна начали стучаться и деятели, торопившиеся отмежеваться от оппортунизма не по внутреннему побуждению, а под воздействием революционной конъюнктуры, центристы, рассчитывавшие сохранить свою половинчатость и в рамках новой революционной организации. Перед Коминтерном, формировавшимся как единая мировая революционная партия, стала задача — оградить свои ряды от тех, кто угрожал чистоте движения и его боеспособности.

Первый конгресс был учредительным, определявшим революционное направление Коминтерна. Конгрессом же, который выработал нормы внутренней жизни Коминтерна, принципы деятельности, заложил основу важнейших традиций, фактически стал Второй конгресс. Он открылся 19 июля, продолжал работу с 23 июля по 7 августа 1920 г. и занял особое место в истории Коминтерна.

Решения Второго конгресса явились основополагающими для растущего международного коммунистического движения, программой, осветившей коренные проблемы революционной борьбы на длительный период. Документы всех последующих конгрессов Коминтерна так или иначе опирались на идеи, выработанные вторым международным форумом коммунистов. Эти идеи касались всех основных проблем деятельности Коминтерна — принципов его организации, исторической ответственности рабочего класса как главной силы, прокладывающей путь новому обществу, и значения союза пролетариата с крестьянством в национальном и международном масштабе.

Значение первого доклада, сделанного В. И. Лениным на Втором конгрессе,— о международном положении и основных задачах Коммунистического Интернационала — также далеко выходит за рамки документа, связанного лишь с конкретными историческими условиями. Он содержал важнейшие методологические положения, определившие характер принципов международного коммунистического движения на протяжении всей его истории.

Ленин выступил на первом заседании конгресса 19 июля 1920 г. в Петрограде. Черновой набросок плана «Тезисов об основных задачах Коминтерна» Ленин напи-

12 сал не позднее 4 июля. Тезисы начинались с разъяснения сути диктатуры пролетариата и Советской власти, условий и подготовки ее победы ¹. А это вызывало необходимость начинать с исходного пункта — противоречий империализма. «Надо бы издать по-немецки (и на других языках) мою книжечку об империализме, ибо постоянно стоит основной вопрос» ²,— указывает Ленин, готовясь к докладу. 6 июля он пишет новое предисловие к изданиям своей книги «Империализм, как высшая стадия капитализма» на французском и немецком языках и на следующий день посылает его в Петроград с просьбой «перепечатать Базельский манифест 1912 года» ³ как приложение к книжке.

Итак, разрабатывая вопросы тактики борьбы за свержение буржуазии, характеризуя соотношение сил и особенности текущего момента, Ленин вновь возвращается к проблемам империализма в целом, считая это коренным вопросом, без ясного понимания которого нельзя правильно решать практические вопросы революционной борьбы.

НАУЧНЫЙ АНАЛИЗ ОБСТАНОВКИ​

С анализа экономических отношений империализма, как они сложились в результате мировой войны, Ленин и начал свой доклад на конгрессе. Конечно, война внесла много нового в развитие империализма, но она не изменила и не могла изменить его родовых черт, поскольку сама война была порождением империализма, результатом его обострившихся противоречий.

Не ссылаясь прямо на свою книгу об империализме, Ленин по существу разбирает, впервые сформулированные в ней, важнейшие признаки той последней стадии развития капиталистического общества, за которой не может быть ничего другого кроме социализма. Свободная конкуренция сменилась борьбой гигантских монополий, захвативших целые отрасли промышленности не только в отдельных странах, но по всему миру. Господство ничтожного числа крупнейших банков, финансовых магнатов превратило «даже самые свободные республики в финансовые монархии» ⁴. Весь мир оказался поделенным, подавляющее

¹ См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 439.

⁴ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 216.

13 большинство населения земного шара очутилось в колониальной и полуколониальной зависимости. Из этого раздела земли, из всевластия небольшого числа крупнейших банков выросла с неизбежностью мировая война, которая в еще большей степени обострила противоречия империализма, создав тяжелейшее положение во многих странах. Только Соединенные Штаты Америки выиграли от войны, превратившись из страны, имевшей массу долгов, в страну, которой все должны.

Нарисовав в общих чертах картину мира, как она сложилась после империалистической войны, Ленин напомнил основные противоречия империализма, с неизбежностью ведущие к революции. Но Ленин не ограничился общей картиной, а на конкретных примерах показал, какие именно противоречия обострились больше всего, ставя в невыносимое положение не только страны побежденные, колониальные, но и страны — победительницы.

В качестве свидетеля Ленин привлек английского экономиста Джона Мэйнарда Кейнса. Кембриджский ученый, один из ответственных распорядителей кредитов в английском казначействе во время войны, Кейнс был участником Парижской мирной конференции. Но, потеряв надежду сколько-нибудь повлиять на направление работы конференции, грозившей, по его мнению, тяжелейшими последствиями для Европы, Дж. М. Кейнс отказался от участия в конференции. Еще до ее окончания он выпустил книжку «Экономические последствия Версальского мирного договора», остро критиковавшую тогдашних заправил капиталистического мира Вильсона, Клемансо, Ллойд Джорджа и содержавшую предложения по выходу из тяжелейшего для Европы положения.

Выводы, к которым пришел Кейнс, говорил Ленин, назидательны, особенно «потому что выводы делает заведомый буржуа, беспощадный противник большевизма, который он себе рисует, как английский мещанин, в уродливом, свирепом, зверском виде» ¹.

Страшась гибели капитализма, которую Кейнс считал равносильной гибели цивилизации, он писал, что решается вопрос «о жизни и смерти, голоде и существовании, о страшных конвульсиях умирающей цивилизации» ².

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 219.

² Дж. М. Кейнс. Экономические последствия Версальского мирного договора. М., 1922, стр. 2.

14 Исходя из того, что для сохранения капитализма нужно во что бы то ни стало спасти его разрушенную денежную систему, Кейнс запугивает буржуазию небылицами про большевиков. «Как говорят, Ленин заявил, что наилучшим средством, чтобы расстроить капиталистическую систему, является разложение системы денежного обращения... Ленин без сомнения прав. Не может быть более хитрого, более верного средства для того, чтобы опрокинуть основу общества, чем расстройство денежного обращения... В последнем периоде войны все воюющие правительства из нужды или по неумению делали то, что большевик хотел бы делать предумышленно». Касаясь безудержного роста цен, нарастающей инфляции, спекуляции, Кейнс умозаключает, что «европейские правительства делают еще один шаг дальше по пути того рокового процесса, который сознательно придумал тонкий ум Ленина» ¹.

Умышленное изображение последствий объективных экономических законов, как чего-то придуманного большевиками, выдавало ограниченность буржуазного мышления Кейнса. И не это, конечно, привлекло внимание Ленина. А то, что в обстановке шовинистического угара, высокопарных слов о благородстве и справедливости победителей в мировой войне, Кейнс сухими цифрами, точными фактами показал, что капитализм идет к банкротству, что империалистическая война создала и для стран-победительниц невыносимое положение. В докладе на конгрессе Ленин анализирует цифры Кейнса. Они свидетельствовали о громадном несоответствии между заработной платой и постоянным повышением цен и вели к выводу, что «при таком положении рост возмущения рабочих, рост революционных настроений и идей, рост стихийных массовых стачек неизбежен» ².

Данные, приведенные в докладе, показывали, что богатство ничтожной кучки людей возросло невероятно, а в то же время нужда рабочего класса все усиливается, что «механика» мирового капиталистического хозяйства распадается. «Если, с одной стороны, экономическое положение масс оказалось невыносимым, если, с другой стороны, среди ничтожного меньшинства всемогущих стран-победи-

¹ Дж. М. Кейнс. Экономические последствия Версальского мирного договора, стр. 109.

² В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 222.

15 тельниц начался и усиливается распад, иллюстрируемый Кейнсом, то мы видим налицо как раз нарастание обоих условий мировой революции» ¹.

Нежелание масс жить по-старому и невозможность для господствующих классов жить по-старому — как показатели мирового революционного кризиса — Ленин доказал, опираясь на многочисленные факты. Он рассматривал обстановку научно и трезво: «...экономические корни кризиса являются основной причиной того, почему Коммунистический Интернационал одерживает блестящие успехи» ².

Анализ обстановки содержался и в докладе Ленина о задачах Коммунистического Интернационала, и в других ленинских документах. Тезисы по национальному и колониальному вопросам показывали ту огромную роль, которую приобретают движения угнетенных народов в общей борьбе, направленной против империализма. В этих тезисах Ленин показал и то, что после победы Октябрьской революции «все события мировой политики сосредоточиваются неизбежно вокруг одного центрального пункта, именно: борьбы всемирной буржуазии против Советской Российской республики, которая группирует вокруг себя неминуемо, с одной стороны, советские движения передовых рабочих всех стран, с другой стороны, все национально-освободительные движения колоний и угнетенных народностей...» ³.

В целом выступление Ленина и подготовленные им документы содержали широкий анализ состояния мира, научную оценку всей совокупности факторов — теоретическую предпосылку для правильного революционного действия.

Документы, принятые Вторым конгрессом Коминтерна, дают картину международных отношений, состояния мировой экономики, положения капитализма после войны, развития революционного процесса. Все выводы конгресса в отношении стратегии и тактики революционной борьбы строились на фундаменте научного анализа объективного положения вещей ⁴. Это была конкретизация того, что Ленин писал в «Детской болезни «левизны» в коммунизме»,

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 225 — 226.

⁴ В условиях блокады, душившей Советскую Россию, сложностей получения информации такого рода анализ представлял

16 в книге, все время «фактически присутствовавшей» на конгрессе и оказавшей огромное влияние на его работу: «Тактика должна быть построена на трезвом, строго объективном учете всех классовых сил данного государства (и окружающих его государств, и всех государств, в мировом масштабе), а также на учете опыта революционных движений» ¹.

ГЛАВНАЯ ОПАСНОСТЬ — ОППОРТУНИЗМ​

Обстановка в мире была чревата далеко идущими революционными событиями, угрожавшими самому существованию капитализма. Хотя буржуазии удалось потопить в крови Советскую власть в Венгрии и Баварии, распра-

огромные трудности. За два дня до открытия конгресса, 17 июля, Ленин, воспользовавшись тем, что в это время в Англии впервые находилась официальная советская делегация, посылает ей просьбу, с которой он и раньше обращался к советским работникам, попадавшим за границу (см. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 51, стр. 106, 110, 111): «Через особых людей надо организовать систематический сбор, закупку, не жалея денег, и посылку нам в 5 экземплярах книг, статей, брошюр, вырезок из газет, в особенности на английском языке, но также и на других по вопросам новейшей экономики. Как образец может служить книга Кейнса «Экономические последствия мира». Вот этого рода издания надо собирать систематически» (В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 51, стр. 241).

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 47.

17 виться с революционными выступлениями в ряде стран, рабочий класс не сложил оружия. Забастовочное движение шло по восходящей линии. Но ни число забастовщиков, ни количество потерянных рабочих дней, превосходивших все, что знало рабочее движение в прошлом, не дает еще представления о характере борьбы.

Когда в марте 1920 года в Германии реакция, опираясь на так называемые «добровольческие корпуса» и на части рейхсвера, организовала под руководством Каппа контрреволюционный путч, рабочий класс решительно поднялся на борьбу. Всеобщая забастовка, в которой приняли участие около 12 миллионов трудящихся, на несколько дней парализовала промышленность, транспорт и связь почти во всей стране. Во многих местах рабочие вступили в вооруженную борьбу, а в Руре была организована почти стотысячная Красная армия, нанесшая сокрушительные удары по путчистам. Трудящиеся массы разгромили контрреволюцию.

В Италии двадцатый год начался всеобщей забастовкой почтово-телеграфных служащих, никогда прежде не участвовавших в стачечной борьбе. В январе же забастовали железнодорожники. Борьба разгоралась все больше, вовлекая новые и новые отряды рабочих. В ходе ее укреплялись фабрично-заводские советы — революционные рабочие организации, добивавшиеся контроля на предприятиях. Апрель ознаменовался всеобщей забастовкой трудящихся важнейшего промышленного центра страны — Турина. И хотя рабочие не добились успеха, туринские события оказали революционизирующее влияние на всю Италию. Летом и осенью рабочие стали захватывать заводы и фабрики. Повсюду чувствовалось то, что писал Антонио Грамши по поводу всеобщей забастовки протеста рабочих Северной и Центральной Италии в декабре 1919 г. против нападения реакционеров на социалистических депутатов: «В крупных городах Северной Италии в дни забастовок нередко бывали моменты, когда даже людям спокойным и умеренным казалось, что вот-вот произойдут решающие события, что достаточно незначительного инцидента, чтобы придать совершенно иной ход событиям, в корне изменить соотношение сил между властями и народом и превратить бунт в революцию» ¹.

¹ А. Грамши. Избранные произведения, т. 1. М., 1957, стр. 93.

18 Это показатель того, считал Грамши, что страна живет в революционное время, люди чувствуют, что может произойти нечто необычное и новое, ждут. И такое в большей или меньшей степени проявлялось во многих странах.

Всеобщая январская забастовка в районе Остравы получила отклик во всей Чехословакии. Во многих районах прошли стачки, волнения. В промышленных областях Чехии, в Словакии и в Закарпатской Украине ширилось движение за создание рабочих советов, участились случаи экспроприации рабочими предприятий. В мае в промышленном районе — Кладно был учрежден Центральный рабочий совет, стремившийся руководить движением рабочих советов по всей стране.

Массовый характер приобрела стачечная борьба во Франции. Февраль стал месяцем всеобщей забастовки железнодорожников. Ее поддержали металлисты, горняки, докеры. Стачки солидарности перерастали в борьбу за права профсоюзов. Участились случаи вооруженных столкновений с полицией и войсками.

Со времени чартизма Англия не знала такого подъема рабочего движения, какого он достиг к 1920 году. Начавшаяся в сентябре 1919 г. забастовка железнодорожников парализовала страну. В борьбу вступили шахтеры. Повсюду развернулось мощное движение солидарности, в котором участвовали миллионы трудящихся. Размах борьбы вынудил правительство и предпринимателей пойти на уступки, но вскоре борьба возобновилась с новой силой, поставив в повестку дня вопрос о всеобщей стачке.

Рабочее движение всех стран в это время быстро перерастает рамки экономической борьбы, выдвигая политические требования, выражает солидарность с Советской Россией, протестует против разгула террора в Венгрии, Германии, заставляет правящий класс содрогаться перед реальностью революции в своих странах. Поднимались трудящиеся Японии, Индии, волнения охватывали колониальные народы. Но стихийный подъем масс, отражая глубину движения, прочность его корней, выявлял и пагубные последствия того, что движения не имели настоящего революционного руководства.

Наряду с растущей силой рабочего движения проявлялись также и его слабости, выражавшиеся прежде всего в доверии к реформистским лидерам. Какую могучую силу продемонстрировал немецкий пролетариат, подавив кап-

19 повский путч! Но разгромив путчистов, рабочие фактически спасли президента Эберта и социал-демократическое правительство, которые вовсе не помышляли о борьбе с реакцией. Отделавшись от рабочих пустыми обещаниями, правые социал-демократические лидеры пошли на компромисс с путчистами.

В Италии металлисты явочным порядком ввели 8-часовой рабочий день и в феврале 1919 г. предприниматели были вынуждены с этим согласиться. Рабочие требовали увеличения заработной платы в соответствии с ростом цен, признания права на отпуска, улучшения условий найма и увольнения, развития деятельности фабрично-заводских советов и добились серьезных уступок. Захват предприятий рабочими итальянская буржуазия восприняла как начало революции. Но капитализм устоял. 29 сентября 1920 г. буржуазная газета «Коррьера делла Сера» писала: «Революция не совершилась, но не потому, что мы сумели ей противостоять, а потому, что Конфедерация труда ее не пожелала» ¹.

И в других странах реформистские организации прилагали все усилия, чтобы сбить революционную волну. Во Франции весной 1919 г. предприниматели признали право профсоюзов заключать от имени рабочих коллективные договора, был принят закон о 8-часовом рабочем дне. Но политические требования пролетариата ограничивались, главным образом, солидарностью с Советской Россией, они не были направлены на уничтожение французского капитализма. Май 1920 г. явился высшей точкой стачечной борьбы. Поражение майских забастовок показало, что оппортунистические силы укрепляют свои позиции ².

В Англии рабочие в течение 1919 г. добились бо́льших уступок, чем за все годы империалистической войны. Лейбористским и профсоюзным лидерам трудно приходилось в своих стремлениях ограничить рамки борьбы, но это им удавалось. Один из ветеранов Компартии Великобритании В. Галлахер в книге «Возмущение на Клайде», посвященной острейшей борьбе, развернувшейся в январе 1919 г. в крупном промышленном районе, пишет о том, что

¹ Цит. по книге: Б. Р. Лопухов. Фашизм и рабочее движение в Италии. М., 1968, стр. 102.

² См. Очерки рабочего движения во Франции 1917 — 1967 гг. М., 1968, стр. 25 — 33.

20 дело шло к решительной схватке. «Ждали восстания,— пишет Галлахер,— и восстание было бы. Рабочие были готовы и способны провести его, но руководители об этом не думали» ¹.

И так складывалось во многих странах. Годы великих революционных возможностей не дали того, что могли бы дать. Комбинируя методы вооруженного подавления с использованием прямой помощи со стороны социал-демократов, буржуазии удавалось отбивать атаки, укреплять свои позиции.

К 1920 г. появились признаки того, что в ряде стран социал-демократические партии, спекулируя на уступках, которые буржуазия вынуждена была делать под напором пролетариата, сумели распространить среди части рабочего класса реформистские иллюзии. Перспективы рабочего движения во многом зависели от того, насколько решительной и успешной будет борьба с оппортунизмом.

Главным препятствием на пути развертывания революции были реформистские силы. Меньшевизм, с которым большевикам пришлось бороться за то, чтобы рабочий класс был способен осуществить свою историческую роль,— явление международное. Меньшевизм, как сказал Ленин на Втором конгрессе Коминтерна,— «это есть родовое понятие для всех якобы социалистических, социал-демократических и т. п. направлений, враждебных большевизму» ².

Почти одновременно с конгрессом Коминтерна в Женеве проходил конгресс социалистических партий. Здесь собрались те персонажи, которых Ленин разоблачил в написанной им в мае 1919 г. статье «Герои бернского Интернационала», как жалких мещан, проповедников «социального мира» и чистой демократии, сокрушавшихся по поводу того, что пролетариат допускает «пренебрежение экономическими условиями» ³.

Этот конгресс, заявив, что «большевизм представляет бо́льшую опасность для культуры и мира, чем европейская реакция» ⁴, поддержал «Меморандум о социализме и государстве» Независимой рабочей партии Англии. Меморандум защищал идею чистой демократии и утверждал,

¹ W. Gallacher. Revolt on the Clyde. London, 1936, p. 234.

⁴ «Борьба», 14 сентября 1920 г.

21 что недостатки существующей демократии могут быть исправлены только постоянным воспитанием и пропагандой, энергичной деятельностью социалистических групп в разных парламентах и что революционная диктатура пролетариата не является обязательной. Все документы конгресса — это перепевы реформистского положения о нетерпимости насилия по отношению к естественным законам экономического развития, что социальные перемены будут происходить экономическим путем «по мере приближения социализма».

Ленин сослался в докладе на книжку лидера английской Независимой рабочей партии Рамсея Макдональда «Парламент и революция». В ней признается, что массы сочувствуют Советской власти и диктатуре пролетариата, но автор меньше всего думает о том, как превратить это сочувствие в активную борьбу, в революционное действие. Он уповает на то, что революционный кризис пройдет и что, хотя бы и не сразу, «но все уляжется».

Прочитав эту книгу накануне Второго конгресса, Ленин подчеркнул в ней многие наиболее характерные места, сопроводив некоторые из них своими замечаниями на полях. Особенное возмущение Ленина вызвало презрительное отношение Макдональда к массам, утверждавшего, что психология массы в переживаемую революционную эпоху «представляет еще элементарную психологию первобытного века» ¹.

Несколько раньше, когда в марте 1920 г. Ленина попросили написать предисловие к английскому изданию книги «Пролетарская революция и ренегат Каутский», он познакомился со статьей Макдональда, написанной осенью 1919 г. В ней автор развивает ту же идею о неспособности масс к разумному мышлению и неоправданности насильственных действий: «Несмотря на все преимущества, которые послевоенное время дает для насильственной революции, сила как политический метод сейчас ярче, чем когда-либо, обнаруживает свою бесполезность» ².

Ленин показал, что Независимая рабочая партия, от имени которой выступает Макдональд, является «на словах независимой, на деле вполне зависимой от буржуазных предрассудков...» ³.

¹ Ленинский сборник XXIV, стр. 256 — 257.

³ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 40, стр. 228 — 229.

22 На Втором конгрессе Коминтерна Ленин показал самую суть международного оппортунизма, представлявшего главную опасность для коммунистического движения. «Оппортунизм — наш главный враг» ¹,— подчеркнул Ленин. Оппортунизм угрожал ограничить нарастающее рабочее движение лишь борьбой реформистского характера за удовлетворение текущих экономических требований и лишить рабочий класс возможности играть роль решающей и руководящей силы в революционном преобразовании общества. То, что у носке и шейдеманов выражалось грубо и неприкрыто, Макдональд высказывал завуалированно. Особенно характерной для этой разновидности оппортунизма была появившаяся тогда книжка Отто Бауэра «Большевизм или социал-демократия?».

Ленин показал, что Отто Бауэр превосходно выразил всю суть взглядов всемирного оппортунизма в одной фразе. Он против «насилия над социальными факторами силы». Что же понимал Отто Бауэр под социальными факторами силы рабочего класса: место в процессе производства и распределения, число, организованность, активность, образование. «Место в процессе производства и распределения» — это то, что объективно определяет положение любого класса в обществе. Что же касается всех остальных бауэровских пунктов, то отсутствует важнейший показатель социальной силы рабочего класса — революционная партия, его социалистическая сознательность, готовность к самопожертвованию во имя народных интересов. Реформистски, оппортунистически интерпретируя «социальные факторы силы», Бауэр, естественно, изображает свержение господствующих классов не как насилие над ними, а как насилие над объективными законами. История подтвердила бесплодность мещанского взгляда на социализм, ставящего его победу в зависимость только от развития производительных сил и трусливо отворачивающегося от революционной борьбы передового класса.

Подобные взгляды Ленин оценивал вовсе не как грехопадение отдельных деятелей, он стремился обнажить социальные корни оппортунизма, как явления, порождаемого капитализмом, им вскармливаемого и в нем заинтересованного. Предисловие к французскому и немецкому изданиям своей книжки «Империализм, как высшая ста-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 232.

23 дия капитализма», написанное в процессе подготовки к конгрессу, Ленин закончил такими словами об оппортунизме: «Не поняв экономических корней этого явления, не оценив его политического и общественного значения, нельзя сделать ни шага в области решения практических задач коммунистического движения и грядущей социальной революции» ¹.

Именно с этих позиций — «практических задач коммунистического движения и грядущей социальной революции» — Ленин говорил о необходимости решительной борьбы с оппортунизмом, мешающим рабочему классу выполнить свою революционную роль.

Незадолго до Второго конгресса Коминтерна Ленин, имея в виду английских независимцев, писал о том, что люди, находящиеся в плену у буржуазной идеологии — приверженцы буржуазной демократии, пацифизма, «повредили бы пролетариату еще сильнее, если бы вздумали называть себя коммунистами и присоединяться к III Интернационалу» ².

Подводя итоги Второму конгрессу, сразу же после его окончания, Ленин отметил как важнейшую заслугу конгресса то, что он «в целом ряде вполне определенных резолюций отверг какой бы то ни было доступ оппортунизму, потребовал безусловного разрыва с ним» ³.

Решительная борьба с правым оппортунизмом, открытым и замаскированным, была тем практическим выводом, который вытекал из оценки состояния рабочего движения и необходимости борьбы за революционный выход из кризиса, переживаемого капитализмом.

КАК ДЕЙСТВОВАТЬ, ЧТОБЫ КРИЗИС ДЛЯ БУРЖУАЗИИ СТАЛ БЕЗВЫХОДНЫМ​

Показав экономические корни революционного кризиса и охарактеризовав сам революционный кризис как основу революционного действия коммунистов, Ленин поставил вопрос, имевший принципиальное значение не только для сложившейся тогда обстановки, но и для всей эпохи борьбы с капитализмом. Можно ли считать, что этот кризис

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 27, стр. 308.

³ Там же, стр. 275.

24 для буржуазии безвыходный? И как должен бороться революционный пролетариат, чтобы превратить положение буржуазии в действительно безвыходное.

Хотя в характере революционного движения в 1920 г. уже появились первые симптомы снижения его боевого накала по сравнению с предыдущим годом, во многих странах все еще бушевали невиданные ранее силы, угрожавшие самим устоям капитализма. Клара Цеткин имела все основания писать в приветствии Второму конгрессу Коминтерна: «Мировая революция шагает, быть может, слишком медленно для наших пламенных желаний, но бешеным темпом с исторической точки зрения»¹.

Конечно, в такой обстановке могли получить распространение представления, что дни капитализма уже сочтены. В адрес Второго конгресса Коминтерна поступали сотни приветствий, отражавших уверенность трудящихся масс Советской России в скорой победе мировой революции и их горячее стремление всеми силами бороться за нее.

Среди таких свидетельств боевого революционного порыва можно встретить и наивные представления о путях развития борьбы против мирового капитализма. Например, в отчете «О плане революции и культурно-просветительной работы секции китайских коммунистов при РКП», представленном Второму конгрессу, говорилось о том, что крайний срок для установления Всемирной социалистической федеративной республики намечается на 1 января 1927 г.².

Оставшиеся 6 лет 3 месяца и 3 недели, как считали авторы документа, вполне достаточны для достижения этой цели, так как «обозрение современного положения в Китае, в Японии, Индии убеждает нас в том, что разгоревшаяся там борьба за власть решится окончательно в пользу пролетарской диктатуры»³.

Подмене реального понимания обстановки одними лишь чувствами и настроениями во многом способствовали левацкие элементы в коммунистическом движении, считавшие, что положение капитализма безвыходно.

Во вступительной речи на открытии конгресса Зиновьев утверждал, что вся буржуазия бессильна «что-либо

¹ Доклады Второму конгрессу Коммунистического Интернационала. Пг., 1921, стр. 17.

³ Там же.

25 серьезное сделать для восстановления экономической жизни Европы», что «буржуазия и ее агентура, желтый Интернационал, близки к концу..., оба они в предсмертном издыхании» ¹.

На торжественном собрании в Большом театре, посвященном окончанию Второго конгресса Коминтерна, Троцкий утверждал, что в Европе и во всем мире, вышедшем из войны, нет ни одной точки для опоры буржуазного порядка. Троцкий отрицал возможность возрождения экономики капиталистической Европы на прежней основе, считая дело революции уже обеспеченным.

Второй конгресс заседал в дни, когда Красная Армия успешно развивала наступление на Варшаву и многим казалось, что это наступление приведет к объединению усилий революционных сил России, Польши и Германии, перед лицом которых буржуазия не только Европы, но и всего мира окажется бессильной. Действительно, как отмечал месяцем позже Ленин, продвижение к Варшаве коренным образом изменило международное политическое положение, оказало столь могучее воздействие на Западную Европу и всю мировую ситуацию, что совершенно нарушило соотношение борющихся внутренних и внешних политических сил. Когда правительство Великобритании предъявило Советской России ультиматум, английские рабочие ответили на это образованием «Комитета действия». Такой сдвиг оказал могущественное воздействие на рабочее мировое движение и в первую голову на рабочее движение Франции. «Приближение нашей армии к Варшаве неоспоримо доказало, что где-то близко к ней лежит центр всей системы мирового империализма, покоящейся на Версальском договоре» ².

Казалось, победа революции в европейских странах близка как никогда. Но Ленин считал, что те, кто думает, будто кризис капитализма абсолютно безвыходный, допускают ошибку. Вообще пытаться наперед «доказывать» безвыходность было бы, как сказал Ленин на конгрессе, «пустым педантством или игрой в понятия и в словечки» ³.

Именно такая игра в понятия и «словечки» лежала в основе обращения со стороны левацкой Коммунистической

¹ Второй конгресс Коминтерна. М., 1934, стр. 6 — 7.

³ Там же, стр. 228.

26 Рабочей партии Германии, которое она адресовала Второму конгрессу Коминтерна. Документ обвинял руководство немецких коммунистов в том, что оно «не умеет ускорять революцию», не видит, насколько опасно «слишком раннее объединение с массовым движением», не понимает, что участие в выборах «означает ослабление пролетарской революции», отрицает как важнейший метод борьбы «разгром профсоюзных организаций» ¹. Если брать за априорное, что капитализм находится в безвыходном положении, и не в историческом плане, а уже в данный момент, тогда действительно отпадает необходимость какого-либо изучения ситуации. Достаточно наступательной тактики даже небольшого сплоченного отряда, проникнутого решимостью подтолкнуть падающий капиталистический строй, и победа обеспечена. Но такая априорность ничего общего не имеет ни со здравым смыслом, ни, тем более, с реальными проблемами революционного процесса.

Говоря на конгрессе, что буржуазия ведет себя как обнаглевший и потерявший голову хищник, что она делает глупость за глупостью, обостряя положение, ускоряя свою гибель, Ленин вовсе не считал, что положение капитализма уже безвыходно. Судьба этого обреченного строя решится практикой классовой борьбы, способностью коммунистических партий «доказать» безвыходность положения буржуазии, использовать революционный кризис для победоносной революции. «Для подготовки этого «доказательства» и собрались мы, главным образом,— как считал Ленин,— на настоящий конгресс Коммунистического Интернационала» ².

Как же представлял себе Ленин пути развития мировой революции, ее движущие силы и вытекающие отсюда задачи международного коммунистического движения? Какие ошибочные взгляды предстояло преодолеть на этом пути молодому коммунистическому движению?

ПРОТИВ ЛЕВОГО ДОКТРИНЕРСТВА И АВАНТЮРИЗМА​

Еще в черновых набросках плана к докладу о задачах Коминтерна на Втором конгрессе Ленин писал: «Коммунистический Интернационал теперь не пропагандистское

¹ ЦПА ИМЛ, ф. 489, оп. 1, ед. хр. 47, лл. 8, 10, 12, 13.

² В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 228.

27 общество, а н а ч а л о практического движения армий рабочего класса.

Не вопрос о том, скоро ли будет революция, а у с к о р е н и е п о д г о т о в к и пролетариата, вот в чем с у т ь» ¹.

Но насчет того, как ускорять подготовку революции, были разные представления и нередко понятие «ускорять подготовку революции» подменялось другим: «искусственно ускорять революцию».

Успех Великой Октябрьской социалистической революции, естественно, вызывал стремление у всех искренних революционеров сделать то, что произошло в России, повторить ее опыт. Но как раз об этом опыте на первых порах у многих складывалось самое превратное представление. С восторгом воспринималось то, что наиболее отвечало боевым настроениям, стремлению к активным революционным действиям — сам факт успешного вооруженного восстания и завоевания власти. А то, какая огромная работа предшествовала подготовке к восстанию, как велика была массовая поддержка восстания, в чем именно заключалась организаторская и руководящая роль партии — зачастую оставалось в тени. Во всяком случае, для тех, кто хотел ускорять революцию, а не усиливать подготовку к ней. И это приводило к серьезным ошибкам.

В Австрии, например, коммунисты представляли собой незначительную группу. Связей с широкими массами у нее не было. Но когда в 1919 г. в Германии и в Венгрии развернулись бурные события, некоторые горячие головы решили, что настал момент действовать и в Австрии. В мае 1919 г. в Вене появляется некий доктор Беттельгейм. Он прибыл из Венгрии и действовал якобы как уполномоченный Коминтерна, призванный возможно скорее провозгласить в Австрии Советскую власть. Никакого мандата от Коминтерна он, разумеется, не имел ². На 15 июня небольшая группка во главе с Беттельгеймом назначила «выступление», чтобы провозгласить Советскую власть, но накануне она была арестована. Путчистская тактика провалилась.

Этот доведенный до логического конца авантюризм, глубоко чуждый подлинно революционной тактике, не был уж столь немыслимым в тех условиях. Тенденция заме-

¹ Ленинский сборник XXXVII, стр. 224.

² См. «Коммунистический Интернационал», 1920, № 9, стр. 1260, 1261.

28 нить действия масс действиями активной, смелой, пусть даже небольшой группы, имела распространение. Во временном уставе Компартии Венгрии, выработанном незадолго до Второго конгресса Коминтерна, партия определялась не как передовой отряд рабочего класса, его организующая сила, а как «отряд застрельщиков революции». После Второго конгресса некоторые венгерские коммунисты продолжали считать, что критерий боевой силы партии заключается не столько в способности ее вести за собой массы, руководить ими, сколько в готовности действовать самой. В январе 1921 г. в издававшейся в Москве газете венгерских коммунистов «Вереш уйшаг» была опубликована статья Бела Куна, в которой утверждалось, что в Венгрии нет коммунистической партии, поскольку нет такой организации, которая в данном конкретном случае готова к осуществлению революционных акций. Отсюда следовало предложение заслать в страну коммунистов, находившихся в эмиграции, чтобы они составили организацию, готовую к действиям.

И на Втором конгрессе Коминтерна имели место выступления, отражавшие непонимание ленинских принципов революционной тактики. Марсель Кашен вспоминает о том, что говорил Ленин на заседании ИККИ 19 июня. Он критиковал оппортунистическую тактику тех социалистов, которые уводили рабочий класс от борьбы за диктатуру пролетариата. «Это вовсе не означает,— продолжал Ленин,— что мы требуем от вас немедленно совершить революцию. Не может быть и речи о подобной постановке вопроса ни для французов, ни для итальянцев, ни для германских «независимцев» (последние тогда тоже вели переговоры о вхождении в Коммунистический Интернационал)» ¹. Однако требования немедленной революции раздавались на конгрессе, а ультралевый Бордига от имени коммунистической фракции абстенционистов Итальянской социалистической партии представил тезисы, исходившие из того, что гибкость, к которой призывал Ленин, якобы не подходит для западных стран, тут-де движение «требует гораздо более прямой тактики, чем та, которая была необходима в русской революции» ². В тезисах утверждалось, что «дело коммунистической революции незамедлительно

¹ Воспоминания о В. И. Ленине, т. 5. М., 1969, стр. 272.

² Второй конгресс Коминтерна, стр. 302.

29 требует прямой атаки против капиталистической системы эксплуатации» ¹.

Идеи о решающей роли масс в революционном процессе и о необходимости в борьбе за власть исходить из реальной оценки обстановки нашли свою конкретизацию в резолюции конгресса: «Когда и при каких условиях можно создавать Советы рабочих депутатов». Зовущее к революции и убежденное, что массовые Советы в сложившихся условиях являются исторически данной формой диктатуры пролетариата, решение предупреждает, что создавать Советы можно только при условиях:

«а) массового революционного подъема среди самых широких кругов рабочих и работниц, солдат и трудящегося населения вообще;

б) обострения экономического и политического кризиса в такой мере, что власть начинает ускользать из рук прежнего правительства;

в) когда в рядах значительных слоев рабочих, и прежде всего в рядах коммунистической партии, созрела серьезная решимость начать решительную систематическую планомерную борьбу за власть» ².

Помимо сторонников прямых, пусть даже неподготовленных атак, в коммунистическом движении давали себя знать те, кто связывал мировую революцию с революционными войнами, понимая под ними свержение режима капиталистических стран силами Красной Армии.

Нисколько не преуменьшая революционных последствий военных успехов Красной Армии, громившей войска контрреволюции и интервенции, Ленин не считал, однако, что социалистическую революцию можно принести на штыках. Он неоднократно высказывался по этому поводу, в частности, в беседах с иностранными делегациями и деятелями зарубежных компартий.

В конце мая 1920 г. Ленин встретился с первой английской рабочей делегацией. В ее составе наряду с сочувствующими Советской власти были и такие, как Э. Сноуден, которая издала по возвращении в Англию клеветническую книжку «Через большевистскую Россию». И тем не менее в окончательном отчете делегации, опубликованном в начале сентября, говорится: «Мы убеждены, что русское

¹ Второй конгресс Коминтерна, стр. 306.

² В. И. Ленин и Коммунистический Интернационал, стр. 232.

30 правительство, хотя и надеясь на социалистическую революцию еще где-нибудь, не намерено насаждать ее силой своих армий» ¹.

Христо Кабакчиев, видный деятель Болгарской коммунистической партии, вспоминает о своей беседе с Лениным сразу же после Второго конгресса Коминтерна. Он задал Ленину вопрос:

«Может ли коммунистическая партия Болгарии рассчитывать на непосредственную политическую и военную помощь со стороны Советской России, если обостряющийся революционный кризис в Болгарии и на Балканах приведет к революции?»

Ленин не ответил прямо на этот вопрос, он сказал о том, что придется считаться с ухудшившимся международным положением, и посоветовал обратиться к военным товарищам, «если речь действительно идет о революции в Болгарии и на Балканах и вы хотите знать, на какую помощь вы можете рассчитывать» ².

Позже, в беседе с Г. Димитровым Ленин говорил об опасности авантюризма, способного погубить несвоевременно поднятое восстание ³. В том же месяце в газете болгарских коммунистов появилась статья, в которой говорилось: «Пролетарские революции извне могут только нас поддержать, повысить энтузиазм и веру масс в торжество дела, создать нам очень благоприятные условия для решения наших задач, но выполнение последних может и должно быть делом только КП и идущих за ней трудящихся масс у нас» ⁴.

«Если речь действительно идет о революции», Советская страна готова была оказать помощь даже и при неблагоприятных для себя условиях.

История знает факты, когда Красная Армия приходила на помощь восставшим рабочим и обеспечивала их победу, но это была помощь уже назревшей революции, а не подмена ее. Так, весной 1920 г. Советская власть в Азербайджане победила благодаря борьбе бакинских рабочих, на поддержку которым пришла Красная Армия. Помощь

¹ Report of British Delegation to Russia. London, 1920, p. 56.

⁴ «Работнически вестник» № 158, 17 января 1921 г.

31 Красной Армии сыграла важную роль в победе народных революций в Хиве и Бухаре в 1920 г., народной революции в Монголии в 1921 г.

В докладе Второму конгрессу Коминтерна ЦК КП Грузии сообщал, что уже летом 1919 г. крестьяне заявляли коммунистам: «Нам сейчас нужны не слова, а действия, никакой пропаганды и агитации нам теперь не нужно. Не требуйте от нас, сколько у нас членов организации, а спрашивайте, сколько винтовок и патронов, ибо в данный момент лишь силой оружия, захватом власти в свои руки мы сможем спасти свое положение и защитить свои интересы» ¹. Но потребовалось еще полтора года, прежде чем в Грузии полностью созрели условия для вооруженного восстания, которое поддержала Красная Армия.

Интернационализм внешней политики Советского государства, помимо прочего, выражается и в том, что его вооруженные силы всегда готовы поддержать трудящиеся массы, поднявшиеся на борьбу, но никто не может и не должен подменять собой революционные силы, вырастающие на национальной почве той или иной страны.

Уроки похода на Варшаву показали, что, когда в стране нет революционной ситуации, реакция может сплотить на националистической основе не только городские средние слои и крестьянство, но даже значительную часть рабочих. Среди польских коммунистов, как признавал один из руководящих деятелей Коммунистической рабочей партии Польши, были «надежды на помощь делу революции в Польше со стороны советских войск» ². Но польские коммунисты явно недооценивали национальный вопрос, они не выдвинули ясных лозунгов о независимости Польши, и буржуазия, сама же напавшая на Советскую республику, изобразила переход Красной Армии в наступление как стремление поглотить Польшу.

Клара Цеткин вспоминает, как она осенью 1920 г. рассказала Ленину, какое впечатление произвели в Германии красноармейцы, появившиеся у самой немецкой границы.

«Несколько минут сидел он молча, погруженный в раздумье.

— Да,— сказал он наконец,— в Польше случилось то, что должно было, пожалуй, случиться».

¹ ЦПА ИМЛ, ф. 17, оп. 65, ед. хр. 257, л. 13.

² И. С. Яжборовская. Коммунистическая партия Польши и идеи Октября. М., 1967, стр. 170.

32 Ленин объяснил, как получилось, что польские крестьяне и мелкая буржуазия «готовы были видеть в красноармейцах врагов, а не братьев-освободителей. Конечно, нет нужды говорить, что они чувствовали, думали и действовали при этом отнюдь не социалистически, не революционно, а националистически, шовинистически, империалистически. Крестьяне и рабочие, одураченные сторонниками Пилсудского и Дашинского, защищали своих классовых врагов, давали умирать с голоду нашим храбрым красноармейцам, завлекали их в засаду и убивали» ¹.

Сказав, что положение вовсе не обязывало заключать мир с Польшей какой угодно ценой, Ленин добавил: «Советская Россия может только выиграть, если она своим поведением доказывает, что ведет войну только для того, чтобы оборонять себя и защищать революцию, что она единственное большое миролюбивое государство в мире, что ей чуждо какое-либо намерение захватить чью-либо территорию, подчинить себе какие-либо нации и вообще затевать империалистические авантюры» ².

Между тем представление, что можно сделать революцию за других имело еще хождение среди части коммунистов и подогревалось авантюристическими элементами. Борьба большевистской партии со сторонниками революционной войны в период дискуссии, развернувшейся вокруг Брестского мира, закончилась победой ленинской линии. Но партии приходилось и в дальнейшем не раз сталкиваться с авантюристическими взглядами, грозившими большими опасностями и самому Советскому государству и делу мировой революции.

В августе 1919 г. Троцкий направил в ЦК РКП(б) письмо, в котором предлагал, поскольку для привнесения революции в Европу сил недостаточно, создать конный корпус в 30 — 40 тысяч всадников, чтобы бросить его на Индию. Троцкий утверждал, что «путь на Париж и Лондон лежит через города Афганистана и Пенджаба» ³.

Отвергнутый ЦК, этот авантюристический план тем не менее в той или иной форме стал проникать даже на страницы советской печати. Через два месяца в еженедельном органе Народного комиссариата по делам национально-

¹ Воспоминания о В. И. Ленине, т. 5, стр. 19.

³ The Trotcky papers 1917 — 1919. London, Paris, 1964, p. 620 — 624.

33 стей газете «Жизнь национальностей» появилась статья, в которой говорилось, что «если дряхлый царизм для богатой добычи мог с некоторой реальностью проектировать поход в Индию и завоевание ее через целый ряд враждебных стран ...почему рабоче-крестьянская Россия, возбуждающая столько надежд в груди народов Востока, не может осуществлять что-либо в этом направлении, дабы дать индийцам идеологию большевизма» ¹.

За полгода до Второго конгресса Коминтерна, 20 января 1920 г. в ЦК РКП(б) поступила записка от группы членов Центрального бюро коммунистических организаций народов Востока с призывом «перейти от слов и мечтаний к делу» по революционизированию Востока военными средствами.

Несколько более отвлеченно, так сказать, в теоретическом плане, с идеей «революционной войны» продолжал выступать Бухарин. В декабрьском номере журнала «Коммунистический Интернационал», т. е. через полгода после Второго конгресса Коминтерна, появилась его статья «О наступательной тактике». Она полемична, и хотя умалчивает о том, против кого именно направлена, не оставляет сомнения в том, что против ленинской концепции социалистической революции.

Не замечая разницы между вызревшим на национальной почве восстанием против господства буржуазии и «экспортом революции», Бухарин обрушивается против тех, кто видит реальную опасность в том, что буржуазия, играя на национальных чувствах, сможет укрепить свою социальную базу. «Переоценка «национальных» настроений в среде рабочего класса,— говорится в статье,— есть то же, что крики о преждевременности революционного восстания среди оппортунистов» ². И такое утверждается после только что пережитых уроков войны с Польшей.

Признавая, что возможность, как он выражается, «в прогнившее здание буржуазной системы вогнать стальной таран вооруженной пролетарской диктатуры» бывает не всегда, Бухарин не скрывает своей оценки текущего момента, как такого, когда вопрос об этом может стать не теоретическим, а практическим. «Мы живем на переломе», утверждает он. Последующие исторические события пока-

¹ «Жизнь национальностей», 26 октября 1919 г.

² «Коммунистический Интернационал», 1920, № 15, стр. 3076.

34 зали, что действительно переживаемое время можно считать началом перелома, но совсем не такого, который имел в виду Бухарин. «Мы живем на переломе, на грани между пролетарской обороной и пролетарским нападением на капиталистические твердыни»,— писал он. — «Если не сегодня, то завтра вопрос станет ребром» ¹. На самом же деле начинался перелом, когда бои пролетариата, несмотря на их остроту, все более принимали характер арьергардных сражений.

Жизнь тогда еще не давала достаточных доказательств для вывода о том, что мировая революция будет развиваться не так, как это представлялось первоначально. Никому не дано знать, какие именно конкретные формы приобретет борьба завтра. Но великая интуиция Ленина, его ясный ум, способность видеть не только сами возможности, а также и условия их превращения в действительность все больше подсказывали решения, исходящие из того, что время лобовой атаки на капитализм сменяется периодом осады, позиционной войны. А это требует от революционеров не меньшей самоотверженности и героизма, но гораздо большей, чем раньше, выдержки, трезвости, способности по-революционному вести будничную, кропотливую работу.

Книга «Детская болезнь «левизны» в коммунизме», прямо адресованная делегатам Второго конгресса, давала широкую картину того, как вести именно такую революционную работу, используя парламентскую трибуну, действуя в реформистских профсоюзах, распространяя коммунистические идеи всюду, где есть массы. Не удивительно, что эта книга, написанная в дни, когда пролетариат еще штурмовал твердыни капитализма, играла и продолжает играть такую выдающуюся роль и в условиях, когда пролетариат вынужден был перейти от штурма к осаде.

В дни Второго конгресса Коминтерна еще не наступило время, чтобы сказать о всемирном значении хозяйственного строительства в Советской России, как революционном примере для других стран. Но об этом Ленин скажет спустя три месяца после конгресса, на Московской губернской партийной конференции ². Пройдет еще несколько

¹ «Коммунистический Интернационал», 1920, № 15, стр. 3076.

² См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 42, стр. 29.

35 месяцев, и Ленин выдвинет смелую идею новой экономической политики, родившейся не только из оценки внутренних потребностей разоренной страны, но и из новой стратегии борьбы с отечественным и мировым капитализмом. Эта стратегия учитывала неизбежность мирного сосуществования государств с различным социальным строем, их соревнования, как новой формы классовой борьбы на внутренней и международной арене. В июне 1921 г. Ленин скажет: «Сейчас главное свое воздействие на международную революцию мы оказываем своей хозяйственной политикой» ¹.

Хотя вся экономическая и политическая обстановка ко времени Второго конгресса Коминтерна была необыкновенно богата горючим материалом и Ленин вполне допускал возможность пролетарских революций в самом близком будущем, он так же как и в черновом наброске плана подчеркнул в докладе, что «задача момента для коммунистических партий состоит теперь не в том, чтобы ускорять революцию, а в том, чтобы усиливать подготовку пролетариата» ².

Это принципиальное положение было вынесено на конгресс в несколько иной редакции ³. Поскольку никаких материалов об обсуждении проекта резолюции в комиссии не сохранилось, можно только предположить, что в условиях успешного наступления Красной Армии на Варшаву Ленин считал возможным уступить тем, кто стоял за «ускорение революции», если тут же подчеркнуть недо-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 43, стр. 341.

В комиссию «Условия приема в Коммунистический Интернационал» вошли: Максимов (Болгария), Садуль (Франция), Эмбер Дро (Швейцария), Вайнкоп (Голландия), Мейер (Германия), Ракоши (Венгрия), Зиновьев и Сокольников (Россия), Фрайна (США), Конолли (Ирландия), Штейнгардт (Австрия) (см. Второй конгресс Коммунистического Интернационала, стр. 627). Протоколы этой объединенной комиссии не сохранились.

36 пустимость вызывать революцию искусственно. Комиссия внесла такую формулировку: «...задача момента для коммунистических партий состоит теперь в том, чтобы ускорять революцию, однако не вызывая ее искусственно, без достаточной подготовки; подготовка пролетариата к революции должна быть усилена действием» ¹.

Внесенное в резолюцию положение, что подготовка пролетариата «должна быть усилена действием» подчеркивает марксистско-ленинское понимание того, что боеспособность рабочего класса может расти только в борьбе. Это положение было направлено прежде всего против оппортунистической нерешительности и пассивности, свойственных оппортунистическим элементам.

Характерна и другая поправка, внесенная в 16-й параграф ленинских тезисов, посвященных тому, как должны вести себя коммунисты в партиях, в которых они еще в меньшинстве, а большинство идет за оппортунистами и центристами. Пока в этих партиях сохраняется возможность критиковать оппортунизм и вести борьбу в духе признания диктатуры пролетариата, выход коммунистов из таких партий нежелателен. Ленин объяснял это так: «...ввиду явного роста искреннейших симпатий к коммунизму среди рабочих, принадлежащих к этим партиям» ². В комиссии эти слова были заменены другими: «...ввиду современной быстроты развития революционного духа в массах» ³. Здесь проявилась тенденция сильнее подчеркнуть быстроту назревания революционных событий.

Тезисы были проникнуты идеей глубокой, обстоятельной подготовки революции, давали ясную и подробную программу практической деятельности коммунистических партий.

УСПЕХ БОРЬБЫ РЕШАЮТ МАССЫ, РУКОВОДИМЫЕ РЕВОЛЮЦИОННОЙ ПАРТИЕЙ​

Главная идея тезисов Ленина об основных задачах Второго конгресса Коммунистического Интернационала и его доклада на конгрессе заключается в том, что успех борьбы за установление диктатуры пролетариата решают массы. Победа революции зависит от способности авангарда рабочего класса повести за собой не только большинст-

¹ В. И. Ленин и Коммунистический Интернационал, стр. 242.

³ В. И. Ленин и Коммунистический Интернационал, стр. 248.

37 во класса, но и большинство всех обездоленных и эксплуатируемых капиталом.

Все коммунистические партии должны во что бы то ни стало, говорится в ленинских тезисах, «провести в жизнь лозунг: «глубже в массы», «теснее связь с массами»,— понимая под массами всю совокупность трудящихся и эксплуатируемых капиталом, особенно наименее организованных и просвещенных, наиболее угнетенных и наименее доступных организации» ¹.

В этом подчеркивании того, что никто не может совершить революции, кроме самого пролетариата, если он сумеет сплотить вокруг себя широкие массы трудящихся, содержались ответы на многие вопросы и о взаимоотношении партии с классом, и о методах работы в массах, и о конкретных формах революционной борьбы.

Ответ на вопрос, в чем же должна состоять немедленная и повсеместная подготовка к диктатуре пролетариата, составляет важнейшую часть содержания ленинских тезисов. Сами условия жизни, тяжелейшие бедствия, обрушенные войной на рабочих, толкают их к борьбе, к широким выступлениям, к массовым стачкам. Стихийный подъем — непременное условие успеха революционной борьбы. Ленин призывал коммунистические партии к всесторонней и самоотверженной поддержке стачечного движения, «которое одно только в состоянии под гнетом капитала настоящим образом разбудить, расшевелить, просветить и организовать массы...» ².

Но никакие стихийные выступления, ни самое острое возмущение рабочих, ни их ненависть к эксплуататорам сами по себе не приведут к диктатуре пролетариата. Рабочий класс не сразу осознает свою историческую роль. То, что во Франции получило в свое время название «увриеризм» (от слова уврие — рабочий), т. е. восприятие всей сложности мира через призму своих чисто рабочих, по существу профессиональных интересов; то, что в рабочем движении России на рубеже XX века получило название «экономизм» — явление международное. Его истоки в самой капиталистической действительности, оно сознательно культивируется буржуазией, старающейся различными приемами, в зависимости от исторических условий, увести

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 193.

² Там же, стр. 194.

38 рабочий класс от политики, от крупных социальных проблем в круг одних лишь потребительских интересов.

Наивный антипарламентаризм, распространенный среди многих из тех, кто вступал в коммунистическое движение, отражал возмущение продажностью парламентских дельцов, лживостью буржуазной демократии. Вместе с тем тут давала себя знать политическая неопытность начинающих борцов, непонимание того, что рабочий класс должен овладевать всеми формами классовой борьбы, заявить себя революционной силой на всех поприщах общественной жизни.

Среди синдикалистов и анархо-синдикалистов, потянувшихся к Коминтерну, были очень сильны упрощенные представления о задачах рабочего класса и источниках его революционности. Такие представления особенно были распространены в странах с молодым рабочим движением. В докладе «Общее положение в Японии», представленном Второму конгрессу, говорилось о трудности распространения коммунистических идей в стране и высказывалась надежда, что все же успех может быть достигнут. «Коммунизм мог бы иметь большой успех среди рудокопов, живущих в ужасных условиях и в постоянной опасности, они всегда недовольны, но не понимая истинной причины своего недовольства, не знают, как поступать и что им следует предпринять» ¹. Представление, что бедность — единственный источник революционности, имело тогда широкое хождение.

В упоминавшемся уже «Плане революции и культурно-просветительной работы секции китайских коммунистов при РКП», представленном Второму конгрессу Коминтерна, утверждалось, что самый революционный и деятельный элемент среди китайского населения «это красные бороды или хунхузы». Как известно, хунхузы — участники вооруженных банд, действовавших в Северо-Восточном Китае. Подкупая их главарей, хунхузов использовали как военную силу местные власти и империалистические поработители, в том числе и японские при захвате Маньчжурии в 1931 году.

Так вот авторы «плана» утверждали, что «хунхузы это и есть китайские большевики», что хотя они не находятся

¹ Доклады Второму конгрессу Коммунистического Интернационала, Пг., 1921, стр. 285.

39 ни в каком контакте с коммунистами России и Запада, «красные бороды это идеальный революционный материал, это большие кулаки Всемирной революции и красная гвардия грядущей Всемирной Республики Советов» ¹.

Настойчивость и детальность, с которой Ленину пришлось и в «Детской болезни «левизны» в коммунизме», и на самом конгрессе разъяснять значение участия в парламентских и во всех институтах буржуазной демократии, рассматривая это участие не как самоцель, а как поприще и оружие, борьба, которая развернулась по этому вопросу на конгрессе, свидетельствовали, насколько узкими, сектантскими были представления многих из тех, кто искренне считал себя коммунистами и как важно было расширить горизонты деятелей рабочего движения. Перспективы развития революции зависели и от того, насколько коммунисты поймут необходимость проникновения во все без изъятия массовые организации, союзы, объединения — политические, профессиональные, военные, кооперативные, образовательные, спортивные и другие.

Для Ленина революционность пролетариата выражается в его способности быть гегемоном в борьбе с капитализмом. Это такие действия и такая готовность рабочего класса идти на жертвы, которые сплачивают вокруг него самые широкие непролетарские эксплуатируемые массы. Давая программу подготовки к диктатуре пролетариата, ленинские тезисы подчеркивали, что «пролетариат становится революционным лишь постольку, поскольку он не замыкается в узкоцеховые рамки, поскольку он выступает во всех проявлениях и на всех поприщах общественной жизни, как вождь всей трудящейся и эксплуатируемой массы, и осуществление им своей диктатуры невозможно без готовности и способности его на величайшие жертвы ради победы над буржуазией» ².

Восходящий класс может стать ведущей силой общества, только проявляя активный интерес и вмешиваясь во все, что происходит в стране, и не только в стране, но и на международной арене.

Без преодоления сектантской узости, пережитков синдикалистского недоверия к политической борьбе нельзя было вывести рабочий класс на широкую дорогу, ведущую к завоеванию власти.

¹ ЦПА ИМЛ, ф. 489, оп. 1, ед. хр. 46, л. 3.

² В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 193 — 194.

40

ТРИ ВЕЛИКИЕ СИЛЫ СОВРЕМЕННОСТИ​

Все документы Второго конгресса проникнуты идеей о том, что Великая Октябрьская социалистическая революция положила начало новой эпохе, когда перед рабочим классом всего мира открывается практическая перспектива осуществления революционных преобразований.

Рабочий класс — великая революционная сила современности. Повышение его боеспособности, организованности, сплоченности, вооружение его ясной перспективой — вот что стояло в центре внимания конгресса.

Исключительное значение Ленин придавал и тому, что Второй конгресс явился по существу первым действительно всемирным конгрессом, что в нем участвовали представители революционного движения колониальных народов. «Объединение революционных пролетариев капиталистических, передовых стран с революционными массами тех стран, где пролетариата нет или почти нет, с угнетенными массами колониальных, восточных стран, это объединение на настоящем конгрессе происходит» ¹.

Хотя конгрессу предстояло специально обсудить тезисы по национальному и колониальному вопросам, Ленин считал важным в основном докладе о задачах Коммунистического Интернационала показать, что рядом с пролетариатом развитых стран — этой великой движущей силой мирового революционного процесса — встают народы тех стран, в которых пролетариата нет вовсе или он еще очень слаб. Революционный натиск сотен миллионов человечества, которое до сих пор стояло вне истории, Ленин рассматривает также как важнейшую движущую силу борьбы против всемирного империализма.

Широкая постановка вопроса Лениным на Втором конгрессе о месте борьбы колониальных народов в историческом процессе имела решающее значение для понимания перспектив развития мировой революции. Дискуссия по этим проблемам на конгрессе представляет отнюдь не только исторический интерес. Она как бы предвосхищала борьбу, которая развертывалась в коммунистическом движении на последующих этапах и приобрела особенное значение в период крушения колониальной системы и становления десятков молодых национальных государств.

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 233.

41 В ленинских тезисах, представленных конгрессу, первый раздел посвящен «сущности диктатуры пролетариата и Советской власти». В нем показано всеобщее значение того примера, который дал опыт первой диктатуры пролетариата мировому революционному движению, да и тезисы в целом, как отметил Ленин в докладе, «распространяют некоторые основные черты нашего революционного опыта и уроки нашего революционного движения на целый ряд западных стран, на Западную Европу» ¹.

В этом всеобщем значении примера России заключалась великая революционная роль, которую она стала играть в мире после победы Октябрьской социалистической революции. В приветствии Второго конгресса пролетариату Петрограда говорилось: «Мы, делегаты рабочих организаций всего мира, сочли своим долгом открыть первое заседание конгресса у вас в Петрограде, чтобы воздать дань уважения и любви пролетариату Красного Питера, который первый восстал против буржуазии и в героическом напряжении сил и воли низверг власть капитала в одной из важнейших твердынь буржуазного мира» ², а в приветствии конгресса Красной Армии и Красному Флоту выражалось восхищение героизмом тех, кто воюет «не только за интересы Советской России, но и за интересы всего трудящегося человечества, за Коммунистический Интернационал» ³.

О том, какую роль играет в мире страна победившей социалистической революции, говорили многие делегаты конгресса. Клара Цеткин, которой обстоятельства не позволили участвовать в работе конгресса, прислала письмо. Многие строки его и сегодня звучат как пламенный документ эпохи и как осуществившееся пророчество: «Я раньше всего приветствую с чувством восхищения и благодарности героический, готовый к жертвам русский пролетариат, идущий впереди эксплуатируемых всех стран в борьбе за низвержение капитализма и в работе строительства коммунизма, подавая незабываемый пример революционной воли и революционной действенной силы, воплощающей творческую мысль в действительность» ⁴.

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 215.

⁴ Доклады Второму конгрессу Коммунистического Интернационала, стр. 17.

42 На Втором конгрессе уже нашла свое первоначальное выражение характеристика тех движущих сил мировой революции, которые за истекшее пятидесятилетие выросли, развились и дали возможность международному Совещанию коммунистических и рабочих партий в июне 1969 г. заявить: «В борьбе против империализма объединяются три великие силы современности: мировая система социализма, международный рабочий класс и национально-освободительное движение» ¹.

* * *

Второй конгресс собрался в условиях усиливавшегося военного нажима стран Антанты на Советскую Россию. Ленин вполне допускал, что «мировому меньшевизму» удастся сыграть свою предательскую роль, что и произошло в действительности. Не исключал Ленин и того, что правящие круги капиталистических стран изыщут выход из кризиса. Действительно, программа, предложенная Кейнсом, вскоре стала программой английского правительства. Но несмотря на все это, оценка Лениным перспектив освободительного движения была проникнута уверенностью в том, что социалистическая цель, стоящая перед человечеством, будет достигнута, если действовать по-революционному.

Характерно, что в записях «Делегаты Второго конгресса Коммунистического Интернационала о товарище Ленине», сделанных под свежим впечатлением конгресса, преобладают строки, посвященные именно этой действенной, активной сущности ленинизма.

Сочетание ясности цели и неуклонной энергии в ее достижении превращали ленинизм в великую движущую силу мировой истории. «Ленин — локомотив истории»,— записал Джон Рид. А французский коммунист Жак Садуль добавил: «Он — самый изумительный двигатель, который когда-либо был дарован миру» ².

Все документы Второго конгресса, провозглашенные им идеи, дышат подлинным оптимизмом. Этот революционный оптимизм основан на глубоком научном убеждении в неминуемой гибели капитализма и неизбежности наступления новой фазы общественного развития — социализма,

¹ Международное Совещание коммунистических и рабочих партий, стр. 8.

² «Исторический архив», 1957, № 2, стр. 11.

43 несмотря ни на какие зигзаги истории, временные отступления и неудачи. Эта убежденность в историческом превосходстве сил революции не допускает односторонней оценки действительности, когда воспринимаются факты только приятные, а на то, что должно настораживать, что предупреждает, не обращается внимания, чтобы это не повредило революционному энтузиазму, как думают всякого рода левацкие элементы. Коммунисты не боятся действительности, как бы она ни складывалась, но они делают выводы из изменяющейся обстановки.

Революционный оптимизм, в понимании Ленина, обязывает партии не замалчивать свои собственные недостатки, а вскрывать их смело и решительно. Боязнь критики — это всегда признак слабости, неуверенности. Стремление замолчать недостатки внешне может принимать характер безудержной бодрости, а по существу означает отсутствие веры в силы движения. В тезисах Ленина о задачах коммунистического движения прямо говорится: «Долг коммунистов не замалчивать слабостей своего движения, а открыто критиковать их, чтобы скорее и радикальнее от них избавиться» ¹.

Революционный оптимизм ничего общего не имеет с упованием на такое стечение обстоятельств, которое само решит все назревшие проблемы. Это оптимизм нетерпимый к пассивности и самотеку, а побуждающий к постоянной борьбе, к активным действиям при любых условиях, но в тех формах и такими методами, которые вытекают из конкретной обстановки.

Революционный оптимизм — великая традиция, проявившаяся с первых дней деятельности Коминтерна, выпестованная Лениным и получившая развитие в современном международном коммунистическом движении.

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 184.

44 Ф. И. Фирсов

КОМИНТЕРН И СТРОИТЕЛЬСТВО ПАРТИИ НОВОГО ТИПА 1919 — 1920 гг.​

РАЗМЕЖЕВАНИЕ В СОЦИАЛИСТИЧЕСКОМ ДВИЖЕНИИ И БОРЬБА КОМИНТЕРНА ЗА СОЗДАНИЕ И УКРЕПЛЕНИЕ КОММУНИСТИЧЕСКИХ ПАРТИЙ МЕЖДУ ПЕРВЫМ И ВТОРЫМ КОНГРЕССАМИ​

Первый конгресс Коминтерна, провозгласив принципы и цели новой международной пролетарской организации, определил как важнейшую задачу III Интернационала сплочение всех последовательно революционных элементов рабочего движения в коммунистические партии. В условиях революционного подъема, острой классовой борьбы в капиталистических странах усилился процесс размежевания в рабочем движении, складывались и укреплялись компартии. От того, как быстро окрепнут новые партии, как развернут они работу в массах, во многом зависел ход дальнейших событий. Вместе с тем накал классовой борьбы не оставлял времени на сколько-нибудь длительную стадию формирования этих партий. Становление новых политических организаций было резко ускорено международной и внутренней обстановкой, развертывавшимися классовыми битвами. Это в огромной степени сказывалось па первых шагах компартий.

Молодым компартиям противостоял мощный противник — международная буржуазия, опытная и быстро учившаяся на уроках русской революции. Применяя репрессии и террор, европейская и американская буржуазия искусно сочетала эту политику прямого подавления с политикой частичных уступок, социального маневрирования, которая создавала у части рабочих иллюзии о том, что свои интересы они могут обеспечить и без революционной борьбы. Она опиралась при этом на обуржуазившуюся верхушку рабочего класса и его организаций, заинтересованную в сохранении своего привилегированного положения и опасавшуюся потерять свое мещанское благополучие в случае

45 победы революции. Большую помощь буржуазии, нередко даже имевшую решающее значение, оказала социал-демократия, правое руководство которой активно защищало существующий строй от революционного взрыва.

Компартиям приходилось, таким образом, начинать работу в условиях, когда в рабочем классе капиталистических стран преобладающим влиянием пользовалась реформистская социал-демократия.

В годы послевоенного революционного подъема в движение были вовлечены огромные массы трудящихся, причем многие из них до этого не прошли серьезной школы политической борьбы. Стихийная тяга масс к объединению своих рядов вызвала быстрый рост всех организаций, которые в течение многих лет рабочие привыкли считать своими организациями. Если в 1913 г. в профсоюзах насчитывалось 15 миллионов 194 тысячи человек, то в 1919 г. в них входило уже 40 миллионов 138 тысяч, а в 1920 г. — 47 миллионов 479 тысяч членов¹. Значительно увеличились социал-демократические и социалистические партии. Если по неполным данным в 1913 — 1914 гг. в них состояло 3,5 миллиона человек, то в 1919 г. — 6,5 миллиона и в 1920 г. — около 8 миллионов членов².

Значительная часть трудящихся, впервые пришедшая в политическую борьбу или следовавшая реформистским традициям, надеялась, что социал-демократия, которая прежде в течение многих лет выступала с социалистическими лозунгами, приведет рабочих к победе. Искусно используя в своих интересах уступки, вырванные массами у буржуазии в период революционного подъема, правые социал-демократы неустанно твердили, что путь реформ — это единственно возможный и правильный путь к социализму, что добиться социализма можно только через

¹ В том числе в советских профсоюзах в 1919 г. — 3 млн. 639 тыс., в 1920 г. — 4 млн. 755 тыс. «Ежегодник Коминтерна», П. — М., 1923, стр. 72. По данным Международного бюро труда в профсоюзах в 1913, 1919 и 1920 гг. состояли соответственно 16 млн. 152 тыс., 42 млн. 40 тыс. и 48 млн. 29 тыс. членов (в том числе в советских профсоюзах 3 млн. 639 тыс. и 5 млн. 220 тыс.) Вл. Войтинский. Весь мир в цифрах. Кн. 2. Берлин, 1925, стр. 86.

² Подсчитано по данным «Ежегодника Коминтерна», стр. 54 — 55. Свыше половины из этого числа приходилось на долю лейбористской партии (в 1920 г. — 4,2 млн. человек). Следует отметить также значительный удельный вес центристских партий (самой многочисленной из них была Независимая социал-демократическая партия Германии, в которой в 1920 г. состояло свыше 890 тысяч).

46 «чистую демократию». Они запугивали массы рассуждениями об ужасах гражданской войны, клеветали на Советскую страну, стремясь всячески затруднить массам понимание тех событий, которые происходили в России, неустанно повторяли, что «русский пример» не применим в «цивилизованных» странах Запада, что попытка пойти путем большевиков может привести лишь к террору, хаосу и помешает продвижению к социализму. Ставя своей целью дискредитацию идей пролетарской революции, социал-демократические лидеры говорили о ненужности возникновения компартий и вхождения рабочих партий в III Интернационал ¹.

Многолетние традиции социал-демократического движения и завоеванные десятилетиями руководящие позиции социал-демократии в рабочем классе, доверчивость масс, отсутствие опыта революционной борьбы — все это и многое другое имело своим результатом то, что большинство стихийно вовлеченных в политическую борьбу масс, примыкало к профсоюзам и социал-демократическим партиям, руководство которых находилось в руках оппортунистов, открытых (социал-шовинистов) и замаскированных (центристов).

Но в условиях быстрого развития классовой борьбы, накопления массами собственного политического опыта неизбежно наступало разочарование в политике правой социал-демократии, росли левые, революционные настроения. Своеобразным отражением этого процесса явился рост центристских партий и переход руководства в некоторых партиях от социал-шовинистов к центристам. В то время как правые вожди открыто сотрудничали с буржуазией и яростно нападали на коммунистов, центристские лидеры выступали как бы в роли промежуточного звена между правой верхушкой и массами, начинающими проникаться сознанием необходимости революционных действий. Признавая на словах правильность и важность революционных преобразований и даже установления диктатуры пролетариата, провозглашая лозунги единства рабочего движения, центристские лидеры стремились удержать под своим влиянием массы и не допустить их перехода к коммуни-

¹ «Перевороты последних лет... — писал К. Каутский. — ничего не требуют изменять в существе социалистических партий и, тем самым, в существе Интернационала...» K. Kautsky. Vergangenheit und Zukunft der Internationale. Wien, 1920, S. 60.

47 стам. Однако эта политика центристов все же не могла остановить нарастания революционных настроений, помешать образованию левого крыла внутри социал-демократических партий и переходу его на позиции коммунизма.

Разрыв с политикой оппортунизма, с руководством социал-демократии, главной преградой на пути перехода масс на революционные позиции, и решительная борьба с ним являлись важнейшим условием возникновения компартий, самой жгучей и насущной потребностью революционного движения.

Едва успев возникнуть, компартии оказывались в самой гуще острых классовых конфликтов, сталкивались с террором буржуазии и ее государственного аппарата, противодействием реформистской социал-демократии. Они должны были в кратчайший срок определять свою политическую линию и методы деятельности, овладеть арсеналом тактических и организационных средств, особенно необходимых для данного периода. Накопленные многолетним развитием социал-демократического движения опыт и методы деятельности рабочих партий и организаций в основном отвечали условиям предшествующей эпохи и не могли быть просто перенесены в новую обстановку. К тому же правоцентристское руководство социал-демократии своей оппортунистической деятельностью, изменой принципам марксизма и пролетарского интернационализма, политикой классового сотрудничества сделало все, чтобы исказить и скомпрометировать этот опыт. Все это приводило к тому, что в некоторых слоях рабочих возникало отрицательное отношение к самому понятию партии. Коммунистам приходилось преодолевать эти неправильные представления, доказывая массам, что партия необходима рабочему классу, но что главное здесь в том, какая это партия, что пролетариату нужна революционная боевая партия.

Молодые компартии стремились брать для себя пример с партии Ленина. Это было вполне закономерно, ибо только ее опыт мог непосредственно вооружить в тот период мировое коммунистическое движение, дать ему образец революционной партии с ее программой, тактикой и организацией. Правильное овладение опытом РКП(б) означало как восприятие ее идейно-теоретических, тактических и организационных принципов, так и умелое применение их к конкретным, национально-специфическим особенностям, учет и использование коммунистами традиций и

48 опыта рабочего движения своей страны. Свою помощь компартиям Коминтерн оказывал прежде всего по линии укрепления их идейно-политической основы, вооружая их теорией научного коммунизма. Он стремился к тому, чтобы каждая партия была подлинно боевой, сплоченной в единое целое и действующей как единый организм. Коминтерн помогал компартиям вырабатывать и проводить в жизнь правильную политическую линию, учил их, что успех в борьбе невозможен без поддержки партии широкими массами рабочих и других трудящихся. Он не рассматривал вопрос о массовости партии лишь как вопрос ее численности. В понятие массовости партии вкладывалось политическое содержание. Сюда входили как составные части также и проблемы взаимоотношений партии с массами и массовыми организациями трудящихся, проблемы действительного осуществления партией руководящей и организующей роли по отношению к рабочему классу, его организациям, по отношению к широким слоям трудящихся в их борьбе за удовлетворение повседневных насущных интересов трудящихся и за достижение конечных целей пролетарского движения.

Решение этих задач было невозможно без преодоления и разгрома правого оппортунизма, препятствовавшего возникновению и становлению революционных партий рабочего класса, стремившегося вернуть их назад, в привычное лоно социал-демократии. В то же время молодым компартиям предстояло доказать массам свое умение быть подлинными вождями масс, умеющими находить правильный путь к достижению цели.

Возникновение III Интернационала значительно ускорило процесс формирования компартий и перехода на революционные позиции лучших частей и элементов социалистического движения. 19 марта 1919 г. руководство Итальянской социалистической партии приняло решение о вступлении партии в Коминтерн. Оно было утверждено съездом партии, состоявшимся в октябре в Болонье. 20 — 23 апреля в Белграде Учредительный съезд Социалистической рабочей партии Югославии (коммунистов) одобрил платформу III Интернационала и постановил присоединиться к нему. Решение о разрыве с II Интернационалом и присоединении к III Интернационалу было принято на съезде Интернационально-социалистической партии Аргентины.

49 Съезд Болгарской рабочей социал-демократической партии (тесных социалистов), состоявшийся 25 — 27 мая, постановил переименовать партию в коммунистическую и вступить в Коминтерн. В июне решение о присоединении к III Интернационалу приняли Норвежская рабочая партия и съезд Левой социал-демократической партии Швеции. В мае Национальный совет Греческой социалистической рабочей партии высказался за выход партии из II Интернационала и вступление в Коминтерн. В апреле 1920 г. съезд партии постановил вступить в III Интернационал и переименовал ее в Социалистическую рабочую партию Греции (коммунистическую).

В США в конце августа — начале сентября 1919 г. возникли Коммунистическая рабочая партия Америки и Коммунистическая партия Америки. О разрыве с II Интернационалом и вступлении в Коминтерн заявил происходивший тогда же Национальный социалистический съезд, созванный Мексиканской социалистической партией совместно с другими левосоциалистическими организациями и группами. В ноябре партия была переименована в коммунистическую.

В октябре решение о выходе из II Интернационала и присоединении к III Интернационалу приняла Британская социалистическая партия, в ноябре о своем вступлении в Коминтерн заявила Левосоциалистическая партия Дании. В том же месяце на конгрессе в Берлине был основан Коммунистический Интернационал Молодежи.

В первой половине 1920 г. к Коминтерну примкнул ряд новых партий. В январе 1920 г. Центральный Комитет Компартии Латвии принял решение о вступлении партии в III Интернационал. В Южной Африке конференция Интернациональной социалистической лиги 4 января постановила присоединиться к Коминтерну. 15 апреля Федерация социалистической молодежи Испании была преобразована в Испанскую коммунистическую партию. 23 мая съезд Социал-демократического объединения Индонезии принял решение о переименовании этой организации в Коммунистическую партию Индонезии. 20 — 25 июня съезд социал-демократической партии «Адалят» переименовал партию в Иранскую коммунистическую партию.

Процесс образования компартий и присоединения их и левосоциалистических партий и групп к III Интернацио-

50 налу получил в это время поистине всемирный характер. Он выражал организационно-политическое оформление революционной тенденции в рабочем движении различных стран, победу идей Октябрьской революции, ленинизма, III Интернационала.

Данные о численности партий, входивших в состав Коминтерна, за его первые годы существования очень неполные, неточные, нередко противоречивые. Они лишь показывают общую тенденцию развития. Учитывая это, можно считать, что после Первого конгресса до конца 1919 г. к Коминтерну примкнули партии, насчитывавшие в своих рядах примерно 340 — 360 тысяч членов ¹, не считая компартий, участвовавших в работе Первого конгресса.

Общий процесс возникновения компартий имел и свои конкретные особенности в каждой стране. В одних случаях он происходил путем выделения из рабочих партий и организаций, находившихся под руководством реформистов, левых революционных элементов, путем откола левого крыла социал-демократических партий и превращения его в компартии. В других странах компартии возникали на основе объединения различных левых организаций и групп, социалистов, синдикалистских элементов, переходивших на позиции коммунизма. В тех странах, где имелись возникшие еще до войны или сравнительно недавно левосоциалистические партии, стоявшие на марксистских позициях, они принимали решение о вступлении в III Ин-

¹ В том числе 87 тысяч членов Итальянской социалистической партии (P. Spriano. Storia del Partito comunista italiano, v. I. Da Bordiga a Gramsci. Torino, 1967, p. 27), 40 тысяч членов Социалистической рабочей партии Югославии (коммунистов) (ЦПА ИМЛ, ф. 495, оп. 18, ед. хр. 28, л. 90), 25 — 35 тысяч членов Болгарской коммунистической партии (Международное значение Великой Октябрьской социалистической революции. М., 1968, стр. 85, История Болгарской коммунистической партии. М., 1960, стр. 167), 100 тысяч членов Норвежской рабочей партии («Коммунистический Интернационал», 1919, № 5, стр. 696), 20 тысяч членов Левой социал-демократической партии Швеции (Доклады Второму конгрессу Коммунистического Интернационала. П., 1921, стр. 207), 10 тысяч членов Британской социалистической партии (по данным журнала «Коммунистический Интернационал», 1919, № 7-8, стр. 1114), 60 — 70 тысяч членов Коммунистической партии Америки и Коммунистической рабочей партии Америки (W. Z. Foster. History of the Communist Party of the United States. N.-Y., 1952, p. 171; А. В. Березкин. Октябрьская революция и США. 1917 — 1922 гг. М., 1967, стр. 307). По другим партиям данные о числе членов отсутствуют.

51 тернационал и переименовании в коммунистические партии. В этих партиях процесс преобразования в коммунистические развертывался на основе принятого партией решения о вхождении в Коминтерн.

После Первого конгресса усилился также процесс дифференциации внутри старых социалистических партий, в которых левые элементы боролись за привлечение на свою сторону большинства членов партии и добивались принятия решения о вступлении в Коминтерн.

В первые месяцы существования Коминтерна его руководящий орган носил название Бюро Исполкома III Интернационала ¹. К работе Исполкома привлекались, насколько это было возможно, представители коммунистических партий и левосоциалистических организаций, которые приезжали в Советскую Россию. Развертыванию деятельности Исполкома Коминтерна, установлению связи с партиями очень мешало то, что Советская Россия была окружена кольцом фронтов и блокады.

Для установления более тесной, практической связи с компартиями Исполком Коминтерна создал несколько вспомогательных отделений или бюро. 14 апреля Бюро ИККИ постановило открыть отделения ИККИ на Украине (в Киеве), в Венгрии, Баварии и Скандинавии, 28 сентября — в Голландии. В сентябре 1919 г. в Берлине был организован Западноевропейский секретариат (или бюро) Коминтерна, который сыграл в этот период значительную роль в распространении изданий Коминтерна в западноевропейских странах, в налаживании тесной связи с компартиями, снабжении их материалами и т. д. Бюро ИККИ 26 марта 1919 г. приняло решение об издании на трех языках (русском, немецком и французском) журнала «Коммунистический Интернационал» ². Между Первым и

¹ В него входили Г Зиновьев (председатель ИККИ), Н. Бухарин (заместитель председателя), А. Балабанова (секретарь ИККИ), Г. Клингер (управляющий делами ИККИ), В. Воровский, М. Литвинов, Л. Карахан, Я. Берзин (с 15 мая 1919 г. — секретарь ИККИ), А. Меньшой. Позднее в ИККИ вошли А. Руднянский (представитель Компартии Венгрии), Ю. Мархлевский (представитель Компартии Польши), И. Милкич (представитель Социалистической рабочей партии Югославии (коммунистов)), П. Стучка (представитель Компартии Латвии), К. Радек (с 24 апреля 1920 г. — секретарь ИККИ).

² 4 мая было принято решение переводить на английский язык все издания III Интернационала, в том числе и журнал «Коммунистический Интернационал».

52 Вторым конгрессами вышло 12 номеров журнала ¹, многие его номера перепечатывались в Вене и Берлине.

В этих номерах было помещено 17 работ В. И. Ленина, многие были написаны им специально для журнала. В них развивались важнейшие теоретические положения марксизма о социалистической революции и переходном периоде от капитализма к социализму, обобщался опыт Октября и большевистской партии, раскрывались закономерности классовой борьбы в новую эпоху. Особое внимание Ленин уделял анализу проблем, связанных с возникновением и укреплением компартий, развитием их стратегии и тактики, проблем завоевания союзников рабочего класса ².

Вооружая коммунистов учением о партии нового типа, организаторе пролетарской революции, В. И. Ленин разъяснял отличие революционной марксистской партии от оппортунистических партий, вскрыл коренные разногласия между революционным и оппортунистическим направлениями в рабочем движении, которые вызывали необходимость теоретической и политической борьбы революционного пролетариата с оппортунизмом и центризмом, решительного разрыва с ними. Ленин подчеркивал недопустимость проникновения оппортунизма в коммунистическое движение.

В статье «О задачах III Интернационала» В. И. Ленин, характеризуя принципиальные черты партии нового типа, показывая ее коренное отличие от оппортунистических партий, обосновал принцип последовательной революционности коммунистической партии, исключающий любые формы соглашательства и примиренчества с империализмом и его идеологией, включающий в себя непоколебимое отстаивание интересов трудящихся, их ближайших и насущных требований в тесной связи с борьбой за достижение конечных целей и наиболее полно выражающийся в признании принципа диктатуры пролетариата и мобилизации всех сил для победы революции, торжества дела социализма и коммунизма.

¹ Двенадцатый номер вышел на следующий день после открытия конгресса.

² Подробнее об этом см. раздел «Борьба В. И. Ленина за сплочение международного коммунистического движения в первый год существования Коммунистического Интернационала» в книге: Ленин и международное рабочее движение. М., 1969, стр. 423 — 450.

53 Четкая постановка вопроса о характере коммунистической партии как боевой, революционной партии нового типа была особенно важна в то время. С одной стороны, руководство центристских партий под давлением событий пыталось все более подчеркивать свою «революционность» и даже допускало на словах признание диктатуры пролетариата. С другой — в связи с тем, что в тех партиях, которые объявили о своем выходе из II Интернационала, о признании принципов III Интернационала и вступлении в него (например, в Итальянской социалистической партии, Норвежской рабочей партии, СРПЮ(к) и других), существовали представления, что признание принципов III Интернационала не требует полного разрыва с реформистским течением.

Резкое подчеркивание необходимости разрыва с реформизмом и недопущения в ряды компартий и Коминтерна оппортунистов было связано также и с тем, что недавний опыт Венгерской Советской республики наглядно показал пагубность для дела революции объединения в одну партию не только сторонников диктатуры пролетариата, но и центристов и даже некоторых правых социал-демократов, которые изнутри вели подрывную работу с целью свержения рабочей власти. В. И. Ленин называл одной из главных причин гибели Советской республики в Венгрии измену «социалистов», которые на словах «объявили себя коммунистами, на деле же не проводили в жизнь политики, соответствующей диктатуре пролетариата, а колебались, малодушничали, забегали к буржуазии, частью прямо саботировали пролетарскую революцию и предавали ее» ¹.

Создание компартии или принятие решения левосоциалистической партией о разрыве с оппортунизмом и вступлении в III Интернационал было переломным этапом в развитии рабочего движения каждой страны. Однако само по себе оно не означало еще того, что возникшая компартия, а тем более бывшая социалистическая партия, вступившая в Коминтерн, становились партиями нового типа. Для каждой из них неизбежен был процесс овладения ленинским учением. ИККИ настойчиво добивался, чтобы вступление в III Интернационал для каждой партии явилось залогом ее развития по пути превращения в партию нового типа. В тех случаях, когда дело касалось партий,

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 40, стр. 131.

54 лишь заявивших о признании принципов коммунизма и вступлении в Коминтерн, но остававшихся во многом на старых позициях, ИККИ приходилось уделять основное внимание задаче преодоления этими партиями наследия социал-демократизма. Там, где компартии появлялись в результате объединения левых групп, отколовшихся от социал-демократии, и других радикальных элементов, на передний план выступала задача преодоления сектантства, влияния анархо-синдикализма и мелкобуржуазной революционности.

Значительное место в деятельности ИККИ в период между Первым и Вторым конгрессами занимала помощь Итальянской социалистической партии, являвшейся в тот период одной из самых крупных партий, примкнувших к Коминтерну. Несмотря на принятие революционной программы, ИСП оставалась по существу партией старого типа, имевшей в своих рядах оппортунистов, уступавшей их давлению, партией рыхлой и беспомощной, неспособной возглавить революционную борьбу пролетариата.

Существовавшее в ИСП реформистское крыло во главе с Турати и Модильяни сопротивлялось ее переходу на революционные позиции, отвергало принцип диктатуры пролетариата, клеветало на Октябрьскую революцию, проповедовало «неумолимый закон постепенности», путь эволюции, реформ и победы на выборах, а революцию изображало как взрыв, который ведет неизбежно к катастрофе и поражению. Ф. Турати писал о том, что «деятельное ожидание — никогда не потерянное время», что диктатура пролетариата кажется ему теперь «ни необходимой, ни желанной» ¹. Руководство ИСП допускало существование в партии реформистского крыла, не понимая гибельности примиренческой политики для самой партии, для дела революции ². Впрочем, такая позиция была связана с тем, что взгляды руководящего направления в партии — так называемых максималистов являлись своеобразным сочетанием

¹ «Critica Sociale», 1919, N 21, p. 291.

² На заседании ИККИ 18 июня 1920 г. Серрати утверждал, что коммунистическая партия может допустить существование в своем составе реформистов, с которыми она будет бороться, используя партийную дисциплину. Это заявление свидетельствовало о полном непонимании Серрати принципиальных основ партии нового типа.

55 словесного признания революционной программы с полной беспомощностью на практике, преклонением перед стихийностью движения.

Характерно, что, отвечая на письмо В. И. Ленина от 28 октября 1919 г., Серрати ни словом не упомянул о предупреждении Владимира Ильича относительно реформистской опасности в ИСП. Серрати изображал ход событий в Италии таким образом, будто победа революции неотвратима. Вывод же, который он делал из такой оценки перспектив движения, был следующий: «Наша тактика должна, на мой взгляд, состоять в том, чтобы, действуя, ждать, отдавая себе отчет в серьезности готовящегося развития условий, которые развиваются в желанном нам направлении» ¹. Слова Серрати: «действуя, ждать» очень напоминают приведенную выше мысль Турати — о «деятельном ожидании», и сходство здесь не только словесное. Это свидетельствовало об известном идейном родстве обоих направлений.

Революционное крыло в ИСП активно выступало за разрыв с реформистами. На этих позициях стояла и фракция антипарламентаристов (абстенционисты) во главе с А. Бордигой. Выступая за создание «мощной классовой партии (коммунистической), которая провела бы подготовку к завоеванию власти путем вооруженного свержения буржуазного правительства» ², Бордига и его фракция вместе с тем воплощали в себе слабости и недостатки коммунистического движения тех лет, которые получили название «детской болезни «левизны» в коммунизме».

В отличие от фракции «абстенционистов» группа «Ордине нуово» занимала принципиально правильную позицию как по вопросам развития революционного движения, так и по вопросам политики партии. В программной статье еженедельника «Рабочая демократия», написанной А. Грамши и П. Тольятти, подчеркивалось, что «итальянские коммунисты должны воспользоваться драгоценным русским опытом...» ³. Высмеивая тех, кто считал достаточным ограничиваться «революционными» призывами, авторы писали: «Формула «диктатура пролетариата» должна перестать быть только формулой, поводом для того, чтобы

¹ «Rinascita», 1967, N 5, p. 19.

³ А. Грамши. Избранные произведения, т. 1. М., 1957, стр. 32

56 блеснуть революционной фразой. Кто приемлет цель, тот должен принять и средства» ¹. В статье говорилось, что партия должна являться органом коммунистического воспитания, руководящим авангардом рабочего класса, который координирует и ведет к цели организованные и дисциплинированные силы рабочих и крестьян. В. И. Ленин читал перевод статьи «Рабочая демократия», а также статей «Дань истории», «Профессиональные союзы и Советы», «Революционеры и выборы», написанных Грамши, и некоторые другие ².

В обстановке революционного кризиса, который переживала в этот период Италия, влияние и авторитет ИСП быстро возрастали. Однако партия не была в состоянии возглавить революционное движение. ИККИ внимательно следил за положением в партии и помогал левым элементам занять наиболее правильную в тот период позицию борьбы за осуществление преобразования партии, оставаясь в ее рядах, подчеркивал необходимость очищения партии от реформистского крыла, обращал внимание руководства ИСП на необходимость переименования партии в коммунистическую. В той ситуации, когда партия официально приняла революционную программу, существовали благоприятные возможности для успешной борьбы за подлинный переход ИСП на позиции Коминтерна.

Вопрос о названии партии, входившей в Коминтерн, отнюдь не являлся каким-то малозначащим или второстепенным, как это изображали центристские лидеры ИСП. В период идейно-организационного размежевания в рабочем движении принятие названия коммунистической партии имело большое значение, ибо за ним стояло реальное признание идей Октябрьской революции и ленинизма, разрыв с оппортунистической традицией социал-демократии и переход на последовательно-революционные позиции. Не случайно поэтому, что не только в ИСП, но и в других партиях, заявивших о присоединении к Коминтерну, оппортунистические элементы противились переименованию партии.

Четкую марксистско-ленинскую позицию в вопросе преобразования ИСП в партию нового типа заняла группа «Ордине нуово». А. Грамши в докладе «За обновление

¹ А. Грамши. Избранные произведения, т. 1, стр. 32.

² ЦПА ИМЛ, ф. 2, оп. 1, ед. хр. 14784, лл. 37 — 41, 8 — 10; ф. 5, оп. 3, ед. хр. 585, лл. 16 — 18, 23 — 27.

57 социалистической партии», представленном сессии Национального совета в Милане, выдвигал практические предложения по решению насущных проблем революционного движения в стране и перестройке партии. В. И. Ленин и Исполком Коминтерна неоднократно обращали внимание революционных элементов ИСП на то, что процесс преобразования далеко не завершался принятием решения о вступлении в III Интернационал, что после принятия такого решения следовало вести еще более активную деятельность по коренной переделке партий в подлинно коммунистические партии, по преодолению традиций социал-демократизма, и со своей стороны оказывали всемерную помощь этому процессу.

В Югославии в СРПЮ(к) вошли не только революционные элементы, но и центристы. Ряд решений съезда носил отпечаток компромисса, идейных уступок оппортунистам ¹. Одной из серьезных слабостей партии было отсутствие нелегального аппарата, созданию которого противодействовали оппортунисты. Это ослабляло позиции партии, создавало опасность поражения в случае объявления партии вне закона правящей буржуазной кликой. Несмотря на эти недостатки, возникновение СРПЮ(к), приход к руководству в ней революционных элементов во главе с Ф. Филиповичем имели решающее значение для дальнейшей победы в партии коммунистических принципов. Процесс преобразования партии происходил в непрерывной борьбе с оппортунистами, в обстановке обострения классовой борьбы в стране, тяжких репрессий, которые обрушились на партию. В обращении к партии, посланном в конце 1919 г., ИККИ подчеркивал важность борьбы за сплочение партии на подлинно революционных принципах и указывал на необходимость последовательно добиваться преобразования СРПЮ(к) в коммунистическую партию. «В вашей партии, как и в любой пролетарской партии, могут оставаться только те, кто признает непримиримую

¹ Характеризуя слабость идейно-теоретической позиции СРПЮ(к) и ее руководства, основные недостатки ее деятельности в этот период, авторы «Очерка истории Союза коммунистов Югославии» отмечают: «Обремененное социал-демократическим наследием руководство партии не имело ясной перспективы революции в Югославии, не смогло слить воедино движение рабочего класса с движением трудового крестьянства и угнетенных наций» (Pregled istorije Saveza komunista Jugoslavije. Beograd, 1963, str. 64).

58 классовую борьбу, социальную революцию, диктатуру пролетариата, Советскую власть, коммунистическое общество, и при этом не просто те, кто теоретически принимает эту программу, а те, кто всеми средствами активно борется за осуществление этих принципов, без которых невозможно освобождение пролетариата от капиталистического ига»¹,— говорилось в письме. Раскрывая значение идейного единства коммунистов, Исполком предупреждал о недопустимости уступок в принципах, о невозможности оставлять в партии элементы, враждебные ее программе, ее дисциплине. Большую роль в идейно-политическом укреплении партии сыграли подготовка ко Второму съезду партии и решения съезда, состоявшегося в Вуковаре 20 — 24 июня 1920 г. Съезд принял коммунистическую программу и устав партии, установивший четкие критерии членства в партии, ее централизацию. СРПЮ(к) была переименована в Коммунистическую партию Югославии. Все решения съезда были приняты после острой борьбы с реформистами. Ф. Филипович в письме в ИККИ писал, что на съезде коммунистическое движение «одержало блестящую победу»². Однако центристы еще не были изгнаны из партии. Это произошло лишь в декабре 1920 г. Процесс борьбы за преобразование организации на коммунистических принципах охватил все левые социалистические партии, принимавшие решение о вступлении в Коминтерн. В борьбе за усвоение всей суммы идейных, тактических и организационных основ партии нового типа в этих партиях выкристаллизовывалось революционное ядро, укреплялись связи этого ядра с Коминтерном, развертывалась упорная борьба с оппортунистическими элементами. Ко времени Второго конгресса Коминтерна этот процесс еще далеко не был закончен и одна из важнейших задач конгресса и состояла прежде всего в том, чтобы помочь той коренной переделке, коренному обновлению этих партий и их работы, которые, как писал Ленин, «необходимы для признания этой работы коммунистической и соответствующей задачам кануна пролетарской диктатуры»³.

¹ ЦПА ИМЛ, ф. 495, оп. 70, ед. хр. 1, л. 53. ² Цит. по статье: М. М. Сумароковой «Вуковарский съезд Коммунистической партии Югославии». Прошлое и настоящее. Из истории европейских стран народной демократии. М., 1967, стр. 189. ³ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 189.

59 * * *

Возникновение компартий во многих странах Европы и Америки и в ряде стран Азии, Латинской Америки и Африки, вступление ряда левосоциалистических партий в Коминтерн свидетельствовали об усилении влияния коммунистического движения. В то же время попытка вступления в III Интернационал центристских партий, остававшихся вполне на уровне II Интернационала, многократно усиливала давление правых элементов и создавала опасность размывания идейных и организационных основ коммунистического движения. Было необходимо сделать все для того, чтобы добиться окончательного перехода на позиции коммунизма рядовых членов этих партий и не допустить проникновения в Коминтерн оппортунизма.

Состоявшийся 30 ноября — 6 декабря 1919 г. в Лейпциге съезд Независимой социал-демократической партии Германии заявил о согласии с III Интернационалом «в вопросе об осуществлении социализма путем диктатуры пролетариата, на основе Советской власти» ¹, о выходе из II Интернационала и готовности вести переговоры с III Интернационалом и другими социально-революционными партиями о создании дееспособного пролетарского Интернационала. Принятие решения о выходе из II Интернационала и признание принципов III Интернационала было большой победой левых элементов в НСДПГ, однако центристам удалось воспрепятствовать принятию решения о немедленном вступлении в Коминтерн.

8 декабря Бюро ИККИ, заслушав сообщение о решении съезда, постановило выработать обращение к рабочим Германии. Составленное Зиновьевым в остро обличительном тоне по адресу НСДПГ, это воззвание не удовлетворило В. И. Ленина. К тому же оно было подготовлено еще до получения обращения НСДПГ в Коминтерн, и преждевременное его опубликование могло затормозить размежевание внутри НСДПГ. В письме от 14 декабря, подписанном Лениным и другими членами Политбюро ЦК РКП(б), говорилось: «Обращение сейчас к нем(ецким) рабочим и в таком тоне общего нападения считаем преждевременным» ².

20 января 1920 г. Бюро ИККИ, обсудив вопрос об ответе на обращение НСДПГ к III Интернационалу, поста-

¹ «Коммунистический Интернационал», 1919, № 7-8, стр. 1113.

² ЦПА ИМЛ, ф. 2, оп. 1, ед. хр. 12043, л. 1.

60 новило: «Ответить независимым по существу, с резкой критикой их позиции за все время с начала войны. В заключение ответа сказать, что двери III Интернационала открыты, при условии полного разрыва со Вторым Интернационалом и принятия платформы III Интернационала» ¹. В тот же день Ленин написал проект (или тезисы) ответа РКП(б) на письмо НСДПГ. Задачу ответа Ленин видел в том, чтобы разъяснить массам рабочих, сочувствующих диктатуре пролетариата и советской системе, но находящихся еще под влиянием центристских вождей, необходимость полного разрыва с реформизмом и центризмом. Ленин наглядно доказывал, что «признание» диктатуры пролетариата и Советской власти вождями «независимцев» остается словесным, потому нельзя объединиться с ними в один Интернационал, а следует «выждать, пока революционные массы французских и немецких рабочих исправят слабость, ошибки, предрассудки, непоследовательность таких партий, как независимцы и лонгетисты» ².

Ленинский проект был глубоким изложением революционных программных, политических и организационных принципов партии нового типа, основ ее стратегии, методов деятельности и строительства.

Политбюро ЦК РКП(б) 20 января, обсудив вопрос об ответе НСДПГ на ее обращение к Интернационалу и РКП(б), сочло целесообразным, чтобы ответ был дан только III Интернационалом ³. За основу ответа предлагалось принять тезисы Ленина. 1 февраля Бюро ИККИ обсудило проект ответа и поручило комиссии окончательное его редактирование с учетом замечаний, высказанных при обсуждении.

Окончательный текст ответа ИККИ был изложен в письме от 5 февраля под заголовком «Ко всем рабочим Германии, Центральному Комитету Германской коммунистической партии и Центральному Комитету Независимой социал-демократической партии». Приветствуя решение Лейпцигского съезда в той его части, где говорилось о разрыве со II Интернационалом, и приглашая делегацию НСДПГ для переговоров, ИККИ выражал твердую уверенность, что растущая революционная сознательность

¹ ЦПА ИМЛ, ф. 495, оп. 2, ед. хр. 3, л. 2.

³ ЦПА ИМЛ, ф. 17, оп. 3, ед. хр. 57, л. 2.

61 пролетарских масс очистит ряды НСДПГ и будет способствовать объединению партии с Коммунистической партией Германии.

Исполком Коминтерна указывал, что свою политику III Интернационал строит на основе учета опыта всего международного пролетариата, что он бережно относится к революционным традициям трудящихся всех стран, что в его рядах место для пролетарских революционеров, но нет места для оппортунистов: «Исполнительный Комитет Коммунистического Интернационала сознает, что в силу сложности отношений и специфических особенностей в развитии революции надлежит строго сообразоваться с этими особенностями. Мы вполне готовы расширять III Интернационал, учитывать опыт пролетарского движения во всех странах, исправлять и пополнять платформу III Интернационала на основании теории марксизма и опыта революционной борьбы во всем мире. Но мы решительно отказываемся от какого бы то ни было сотрудничества с теми правыми вождями «независимцев» и лонгетистов, которые тянут движение назад в буржуазное болото желтого II Интернационала» ¹.

Лидеры НСДПГ оставили без ответа письмо ИККИ и попытались скрыть его от рядовых членов партии. Однако письмо было распространено в Германии Западноевропейским секретариатом ИККИ. 27 мая 1920 г. ИККИ вновь обратился с письмом к ЦК НСДПГ, предложив прислать представителей партии в Москву для обсуждения вопросов, касающихся присоединения к Коминтерну ², и 21 июня в письме ко всем членам НСДПГ повторил свое приглашение ³.

Оценивая как важнейшее событие процесс полевения рядовых членов центристских партий, Коминтерн держал

¹ В. И. Ленин и Коммунистический Интернационал, стр. 160. Развивая эту мысль, ИККИ в ответе Независимой рабочей партии Великобритании писал: «Коммунистический Интернационал не считает, что он должен учить революцию, в какой форме она должна развиваться. Лозунги его, само собой понятно, основанные на опыте только что достигнутого уровня мировой революции, не являются предписанием религии и должны меняться в зависимости от нового опыта мировой революции» («Коммунистический Интернационал», 1920, № 12, стр. 2247).

³ В. И. Ленин и Коммунистический Интернационал, стр. 161 — 162.

62 курс на то, чтобы поднять сознание этих масс до понимания основных принципов революционной партии, чтобы привести в компартию не небольшую часть или группу левых элементов, а основную массу членов этих партий, отнюдь не на форсирование раскола и создание небольших компартий.

Во Франции представители и работники Коминтерна В. Деготь, Е. Соколовская, А. Абрамович и другие помогали Комитету за присоединение к III Интернационалу в организации пропагандистской деятельности, установлении связи с левым крылом профсоюзного движения, в борьбе с оппортунистами внутри социалистической партии, содействовали преодолению раздробленности левых групп ¹. Отчитываясь о своей работе, французская делегация Западноевропейского секретариата в июне 1920 г. писала: «Наша цель — помочь французским товарищам в работе и коммунистической организации. В нашу задачу не входило работать независимо и без ведома французских организаций, которые принимают платформу Коммунистического Интернационала, а работать вместе с ними. В нашу задачу не входит играть роль верховных жрецов, прибывших неизвестно откуда, чтобы навязать свою волю, но мы должны сотрудничать как коммунисты, привнося концепцию и опыт русской революции» ².

Представители Коминтерна оказали большую помощь революционным элементам во Франции и в разъяснении ошибочности концепций анархистского и анархо-синдикалистского толка среди левых группировок, в сплочении их вокруг Комитета за присоединение к III Интернационалу. В письме в ИККИ, отправленном в конце 1919 г. — начале 1920 г., Абрамович рассказывал об анархистских группах Перика и Лакоста, которые называли себя коммунистическими, но на деле лишь компрометировали лозунги Коминтерна. В беседах с левыми деятелями французского рабочего движения он говорил о необходимости существования сплоченной, дисциплинированной коммунистической партии, способной руководить массами, о том, что «лучшим исходом было бы, если бы французская партия присоединилась к III Интернационалу, выбросив правое крыло, и

¹ См. В. Деготь. Под знаменем большевизма. М., 1933, стр. 357 — 367.

² ЦПА ИМЛ, ф. 499, оп. 1, ед. хр. 3.

63 если бы часть (благоразумная) синдикалистов вступила в нее» ¹.

Коминтерн стремился помочь левым элементам в их борьбе за превращение Французской социалистической партии в революционную партию. В письме к Ф. Лорио и всем французским друзьям, примкнувшим к III Интернационалу, В. И. Ленин предупреждал, что коммунистам во Франции придется вести длительную борьбу с оппортунизмом и особенно с той его разновидностью, которая стремится «отделываться словесным признанием революционной тактики и диктатуры пролетариата, а на деле путем новых уловок и уверток обманывать пролетариат, как обманули его Лонге, Мергейм и К⁰ 21 июля, продолжать старую оппортунистическую политику, вредить и мешать революции, а не помогать ей» ².

Обращая внимание французских революционеров на необходимость бдительности и непримиримости к оппортунизму, Ленин в то же время предостерегал их от опасности замкнутости, сектантства и изоляции от масс.

Более детально эти вопросы были разобраны в статье Ленина «Заметки публициста», посвященной анализу двух документов французских центристов к Страсбургскому съезду ФСП. Разобрав эти документы, Владимир Ильич убедительно доказал, что лонгетисты остались на деле прежними реформистами, прикрывающими свой реформизм революционной фразой и только в качестве революционной фразы употребляющими новое словечко «диктатура пролетариата» ³.

Ленин вновь и вновь повторял, что колебания, нерешительность, уклончивость, увертки, умолчания и уступки оппортунизму в сумме неизбежно дают измену диктатуре пролетариата. И дело заключается не в том, является ли тот, кто проводит такую политику, сознательным врагом дела революции или «предателем по слабости», ибо в политическом отношении такой разницы нет. «...«Искренне» объявивший себя коммунистом человек, который на деле вместо беспощадно твердой, неуклонно решительной, беззаветно смелой и геройской политики ( — только такая политика соответствует признанию диктатуры пролетариата) — колеблется и малодушничает,— подобный человек

¹ ЦПА ИМЛ, ф. 495, оп. 18, ед. хр. 3, л. 57.

³ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 40, стр. 135.

64 своей бесхарактерностью, своими колебаниями, своей нерешительностью совершает такую же измену, как и непосредственный предатель» ¹. Революционер — только тот, кто признает революционные принципы и всей своей деятельностью, практикой добивается их победы, воплощения в жизнь.

Статья Ленина в кратком изложении была переслана во Францию и зачитана на Страсбургском съезде ФСП ². На съезде в результате острой борьбы подавляющим большинством голосов было принято решение о выходе из II Интернационала. Однако съезд отклонил предложение о вступлении в III Интернационал, поручив руководству партии вступить в переговоры с ответственными органами III Интернационала. Таким образом был сделан важный шаг на пути разрыва с оппортунизмом и создания во Франции коммунистической партии.

В подходе Коминтерна к событиям внутри ФСП, как и в отношении к НСДПГ, прослеживаются отличительные особенности политики Коминтерна в отношении тех партий, внутри которых шла борьба за присоединение к III Интернационалу. Они выражались в непримиримом отношении к оппортунизму, в обосновании революционного интернационализма, в содействии сплочению левых элементов, в курсе на массовый характер партии, в учете конкретной ситуации и специфических особенностей страны при разработке политической линии. Коминтерн ставил своей целью отнюдь не искусственное навязывание раскола, а содействие объективному процессу дифференциации внутри этих партий и на этой основе очищения партий от оппортунизма ³.

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 40, стр. 131.

³ «Исполнительный Комитет Коммунистического Интернационала не раз обсуждал положение вещей во Франции, и до сих пор он каждый раз приходил к тому выводу, что общая обстановка требует во Франции более выжидательной тактики и что сторонникам Коммунистического Интернационала следует разрешить остаться в рядах общей партии еще в течение некоторого времени»,— говорилось в отчете ИККИ Второму конгрессу. (Второй конгресс Коминтерна, стр. 604.) Характерно, что в телеграмме Страсбургскому съезду ФСП ИККИ призывал к сплочению в одну организацию всех коммунистических элементов, но не ставил задачу выхода их из рядов ФСП («Коммунистический Интернационал», 1920, № 9, стр. 1399 — 1400).

65 Ту же тактику Коминтерн рекомендовал проводить своим сторонникам в рядах Чехословацкой социал-демократической рабочей партии, где в декабре 1919 г. революционное крыло — Марксистская левая — организационно оформилось в качестве временного объединения, ставящего своей основной целью борьбу за возвращение партии на позиции революционного марксизма, за вступление ее в III Интернационал. Марксистская левая открыто заявила о поддержке принципа диктатуры пролетариата.

В марте 1920 г. один из наиболее видных руководителей Марксистской левой Б. Шмераль приехал в Москву. 22 апреля ИККИ заслушал доклад Шмераля о положении в стране и о развитии социал-демократического движения. Исполком поддержал линию Марксистской левой на борьбу за привлечение на свою сторону большинства членов партии¹. Исключительно важное значение для определения правильного курса Марксистской левой имели встречи Шмераля с В. И. Лениным, во время которых обсуждались основные проблемы рабочего движения Чехословакии. «Я получил советы,— вспоминал Шмераль,— как работать для того, чтобы по возможности бóльшая часть массовой организации «левой» социал-демократической партии была завоевана для III Интернационала, как, не теряя связи с основной массой рабочих, организованных в социал-демократической партии, создать компартию»².

В практической деятельности Марксистской левой, сумевшей к весне 1920 г. завоевать на свою сторону большинство рядовых членов партии, сказывалась однако теоретическая незрелость, недооценка организующей роли партии, непоследовательность в борьбе с оппортунистами. В. И. Ленин и Коминтерн стремились помочь Марксистской левой в преодолении ошибочных представлений, всемерно способствовали ускорению ее идейного роста, осознанию необходимости решительного разрыва с оппортунистами.

А. Запотоцкий, входивший в состав делегации Марксистской левой на Втором конгрессе Коминтерна, вспоминал позднее о своей беседе с Лениным, который в ответ на его слова о том, что за левыми идет большинство партии и на предстоящем съезде они возьмут в свои руки руководство

¹ ЦПА ИМЛ, ф. 495, оп. 1, ед. хр. 8, л. 27.

² О Ленине. Воспоминания зарубежных современников. М., 1966, стр. 314 — 315.

66 партии, ответил: «Все это очень хорошо, но ведь руководство-то в руках правых! Пока это так, они еще многое могут предпринять. Они могут отменить съезд. Вы считаете, что это вызвало бы раскол партии? По-вашему, правые не пойдут на раскол? Не будьте наивны! Правые пошли на раскол в других партиях, не остановятся перед ним и у вас. Вы еще увидите, на что они способны, когда им надо удержать свою власть в партии» ¹. Ход дальнейших событий полностью подтвердил предвидение Ленина. Ввиду того, что на сторону Марксистской левой перешло большинство организаций и на предстоящий съезд выбирались в основном сторонники вступления в III Интернационал, правореформистское руководство приняло решение об отсрочке созыва съезда, намеченного на сентябрь 1920 г., и об исключении из партии всех сторонников Коминтерна. Тем самым правые оппортунисты пошли на прямой раскол партии.

Левое крыло отказалось подчиниться этому решению, съезд партии состоялся в намеченный срок. Он выразил принципиальное согласие с линией Коминтерна и поручил вновь избранному Центральному комитету вести переговоры о вступлении партии в III Интернационал. На съезде левое крыло конституировалось как самостоятельная партия под названием Чехословацкая социал-демократическая рабочая партия (левая). Правые элементы позднее провели свой собственный съезд. Гибкая политика левого крыла в ходе подготовки съезда партии способствовала тому, что за ним пошло большинство членов социал-демократии, благодаря чему были созданы условия для формирования в дальнейшем компартии как действительно массовой.

Стремление рядовых масс социалистических партий к вхождению в III Интернационал было в тот период настолько сильным, что оно вынудило руководство даже таких партий, как Испанская социалистическая рабочая партия и Независимая рабочая партия Великобритании, далеких от принципов III Интернационала, заявить о своей готовности к переговорам с Коминтерном. И в этом случае столь же явно проявилась тенденция лидеров этих партий войти в III Интернационал, сохраняя свои прежние позиции, с тем чтобы добиваться его превращения в подобие

¹ О Ленине. Воспоминания зарубежных современников, стр. 326.

67 довоенного II Интернационала. Так, съезд Испанской социалистической рабочей партии в июне 1920 г. принял резолюцию о присоединении к Коминтерну, но под давлением реформистских лидеров внес в нее такие оговорки, «которые, по сути дела, свели эту резолюцию к нулю» ¹. Положение о вступлении в Коминтерн сопровождалось заявлением, что ИСРП «требует для себя автономии в вопросах, касающихся тактики борьбы, считая, что эта тактика должна определяться в связи с данной ситуацией и психологией каждого народа... требует права пересмотра на своих съездах окончательной доктрины III Интернационала, как и его последующих резолюций, которые он будет принимать» ².

Суть всех этих оговорок вполне очевидна. Это была своеобразная тактика «троянского коня», которую лидеры центристов пытались применить в отношении III Интернационала. Характерно, что представителям НСДПГ на переговорах с Коминтерном руководством партии также была дана установка добиваться присоединения на основе автономии партии «в ее внутренних делах и тактике» ³. О таких оговорках ИККИ в своем ответе Независимой рабочей партии Великобритании писал, что центристские вожди, вступая в III Интернационал, «пытаются получить паспорт для своих оппортунистических проделок, апеллируя к Коммунистическому Интернационалу, чтобы он, считаясь с разным соотношением сил, позволял им на словах высказаться за III Интернационал, а на деле вести политику нерешительную, политику качания между революционным пролетариатом и контрреволюционной буржуазией» ⁴.

Вновь и вновь в ответах центристским партиям ИККИ повторял, что членом Коммунистического Интернационала может быть только та партия, которая намерена всю свою агитацию, всю свою пропаганду, всю свою политику пропитать духом решительности в борьбе, сознанием условий борьбы, которое находит свое выражение в программе Коммунистического Интернационала.

Помощь Коминтерна левому крылу социалистических партий в его борьбе за переход этих партий на позиции

¹ История Коммунистической партии Испании. М., 1960, стр. 26.

⁴ «Коммунистический Интернационал», 1920, № 12, стр. 2249.

68 коммунизма имела огромное значение и являлась важнейшей составной частью деятельности Коминтерна по развитию и укреплению коммунистического движения. Разоблачая подлинную роль центристов и центризма, как попытку удержать за оппортунистами массы, идущие влево, Коминтерн облегчал этим массам выбор правильного пути борьбы и содействовал их революционизированию. Тем самым он помогал молодым компартиям ломать ту преграду, которую оппортунисты воздвигали между рабочими массами и коммунистами. Последовательная борьба Коминтерна против оппортунизма, особенно против центризма, содействовала как идейной закалке и воспитанию компартий, так и открывала путь к привлечению на сторону коммунистов новых отрядов пролетарских масс.

* * *

Компартии возникали на основе признания революционных принципов борьбы за диктатуру пролетариата и Советскую власть, разрыва с оппортунизмом. В этих вопросах между коммунистами было полное единство. Но как применить общие принципы в конкретной ситуации собственной страны, какую выбрать политическую линию и методы работы? От правильного решения этого вопроса зависело превращение компартий в реальную политическую силу, опирающуюся на массы и руководящую ими, зависело в немалой степени и само развитие классовой борьбы. И здесь в ряде партий возникли разногласия между коммунистами, велись споры и дискуссии. Иногда эти разногласия были связаны с вопросами тактики партии в революционных боях, иногда с организационными проблемами, подчас отражали различие в подходе к решению тех или иных вопросов представителей национальных групп. В этих случаях ИККИ, вскрыв причины разногласий, всемерно стремился к устранению, помогал найти правильное решение и добиться единства.

Большую роль ИККИ сыграл в создании единой коммунистической партии в США. Между Компартией Америки и Коммунистической рабочей партией Америки не было принципиальных разногласий ¹. Раскол, приведший к

¹ Обе партии, как писал позднее У. Фостер, заняли «правильную марксистско-ленинскую позицию по таким главным вопросам, как вопрос о государстве, империализме, войне и пролетарской диктатуре, но не сумели применить марксистско-ленинские принципы

69 образованию двух компартий, произошел преимущественно на почве организационных разногласий и психологических расхождений между эмигрантской частью рабочих-коммунистов и коренными американскими коммунистическими работниками. Он крайне отрицательно сказывался на деятельности коммунистов, которые в этот период подвергались ожесточенным гонениям. В результате массовых арестов и преследований в конце 1919 — начале 1920 г. компартии были вынуждены фактически уйти в подполье.

Обсудив вопрос о разногласиях в коммунистическом движении США, Бюро ИККИ 7 декабря 1919 г. постановило «предложить обеим сторонам объединиться в одну Коммунистическую партию Америки, созвав для сего общий съезд из представителей обоих течений» ¹. В письме ИККИ к Центральным комитетам обеих компартий, принятом 23 декабря, подчеркивалось, что при наличии согласия в принципах несущественными являются разногласия по другим вопросам. Подобные разногласия неизбежны во всех странах, где приходится строить компартию из элементов, имеющих различное политическое прошлое (левых социалистов, выходящих из рядов старых партий, беспартийных, переходящих на точку зрения последовательной классовой борьбы, бывших анархистов и синдикалистов, признавших необходимость диктатуры пролетариата). Раскалываться из-за этих разногласий, имевших второстепенное значение, совершенно недопустимо. «Если до принятия какого-либо решения в рядах партии необходимо всестороннее обсуждение вопроса и допустима свободная критика, то после того, как состоялось авторитетное постановление партии, все члены последней, в том числе и несогласные с ним, обязаны проводить его без всяких оговорок,— говорилось в письме. — С одной стороны — величайшая терпимость к инакомыслящим в период обсуждения, с другой — соблюдение строжайшей дисциплины при проведении постановлений партии. Таковы те элементарные условия, без которых немыслимо создание сильной партии пролетарской революции» ².

в конкретных условиях Америки. В этом отношении они оставались в значительной степени под влиянием традиционного сектантства и «левизны»» (W. Z. Foster. History of the Communist Party of the United States, p. 172).

² «Коммунистический Интернационал», 1920, № 11, стр. 1889.

70 С помощью ИККИ коммунисты США восстанавливали единство своих рядов. В мае 1920 г. на съезде в Бриджмене Коммунистическая рабочая партия и часть Коммунистической партии образовали Объединенную коммунистическую партию Америки. Часть КПА оформилась в самостоятельную партию. Окончательно преодолеть раскол удалось лишь на съезде в мае 1921 года.

Естественно, что на стадии формирования в центре внимания компартий стояли вопросы выработки и принятия основных принципов деятельности и организации. При этом встречалось непонимание того, что признание целей и принципов коммунизма недостаточно для превращения партии в руководящую силу рабочего класса, что необходимо убедить массы в правильности своих взглядов, своей программы. Такая ошибка была связана с восприятием собственных взглядов и настроений как объективной действительности, как настроений широких масс. Это было своеобразной болезнью быстро растущего коммунистического движения, связанной как с самим подъемом этого движения, так и с молодостью компартий. Наблюдалось стремление к «левизне», непонимание обязательности для коммунистов работать в буржуазных парламентах и реформистских профсоюзах. Свои ошибочные взгляды широко распространяли сторонники анархо-синдикалистских организаций. На волне революционного подъема к движению примкнули и выходцы из мелкобуржуазных слоев, принесшие настроения «революционного нетерпения» и подталкивавшие рабочих на крайние способы борьбы, не учитывая реальной обстановки. Встречаясь с трудностями, эти люди полагали возможным преодолеть их одним махом, перепрыгнув через неизбежные этапы политической борьбы, доказывали ненужность мобилизации масс, считая, что революцию можно «сделать» без масс.

ИККИ развернул большую разъяснительную работу, добиваясь преодоления этих неверных представлений. Он учитывал также и то, что споры и разногласия по вопросу об участии коммунистов в буржуазном парламенте, по вопросам тактики создавали определенную опасность единству коммунистического движения. 5 августа 1919 г. Бюро ИККИ, в заседании которого участвовал В. И. Ленин, рассмотрело вопрос об отношении к парламентаризму. Было принято постановление выработать «тезисы по данному вопросу, указав в них на необходимость использования пар-

71 ламентской борьбы в целях достижения Советской власти» ¹.

Эти тезисы в виде циркулярного письма были разосланы всем компартиям. В них отмечалось, что к коммунистическому движению примыкают революционные элементы, в том числе из недр социалистических партий, а также элементы, стоявшие ранее на анархо-синдикалистских позициях. «Все эти течения, которые во что бы то ни стало и как можно скорее должны быть объединены в рамках коммунистической партии, нуждаются в единой тактике... Общей объединительной платформой является в настоящий момент признание борьбы за диктатуру пролетариата в форме Советской власти. История поставила вопрос так, что именно на этом вопросе проводится грань между партией революционного пролетариата и оппортунистами, между коммунистами и социал-предателями, какую бы марку они ни носили» ²,— говорилось в письме. Таким образом, ИККИ, указывая на программное, идейное единство коммунистов, обращал их внимание и на единство организационных и тактических принципов коммунистического движения.

Принципиальная позиция признания диктатуры пролетариата и Советской власти и необходимости слома буржуазной государственной машины, в том числе и буржуазного парламентаризма, отнюдь не должна вести к отказу от использования буржуазного парламента в целях развития революционной классовой борьбы. На примерах деятельности большевиков в Государственной думе, К. Либкнехта — в Германии, Ц. Хеглунда — в Швеции, болгарских коммунистов Д. Благоева, Г. Киркова, В. Коларова в письме разъяснялось значение работы коммунистов в парламенте для мобилизации масс, повышения их классового сознания. Исполком подчеркивал, что решающее значение для правильного поведения рабочих депутатов в парламенте имеет руководство со стороны революционной партии пролетариата ³.

В том же номере журнала, в котором было помещено письмо ИККИ, публиковался и ответ В. И. Ленина на

¹ ЦПА ИМЛ, ф. 495, оп. 2, ед. хр. 1, л. 44.

³ Второй конгресс принял специальную резолюцию «Коммунистические партии и парламентаризм», в которой была изложена четко и обстоятельно позиция Коминтерна в этом вопросе.

72 письмо С. Панкхерст, обратившейся с просьбой к Владимиру Ильичу высказаться против участия рабочих в буржуазном парламенте и посоветовать английским рабочим посвятить все силы «непосредственному революционному выступлению». Ленин остановился на вопросе о характере коммунистических партий, их принципах и тактике и на задачах английских коммунистов. Он разъяснил неправильность отказа от парламентской деятельности, отметив, что здесь сказывается недостаток революционного опыта ¹. Позиция Коминтерна в вопросе о возникших в коммунистическом движении разногласиях в оценке парламентаризма вырабатывалась непосредственно под руководством Владимира Ильича. Принципиальное значение имеет тот метод, с помощью которого Ленин и Коминтерн рассчитывали достичь преодоления разногласий: подчеркивание общей идейной платформы, товарищеские дискуссии, убеждение заблуждающихся, преодоление разногласий в процессе революционной борьбы, ведущей к созданию подлинного единства.

Учитывая, что по вопросам тактики среди компартий продолжали существовать разногласия и выявилась тенденция к «левизне», ИККИ пришел к выводу о целесообразности созыва конференции Коминтерна. Пленум ЦК РКП(б), работавший под руководством В. И. Ленина, 26 сентября постановил внести в Бюро III Интернационала предложение о созыве конференции Интернационала в одной из западноевропейских, желательно скандинавских стран ². 28 сентября Бюро ИККИ приняло решение об организации Отделения ИККИ в Голландии. Ему поручалось созвать в январе 1920 г. конференцию Коммунистического Интернационала ³.

ИККИ исходил из того, что в ходе подготовки международной конференции удастся преодолеть разногласия и

¹ См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, стр. 162 — 163.

³ Западноевропейский секретариат и ЦК КПГ организовали проведение 24 — 26 ноября во Франкфурте конференции, в которой участвовали представители Англии (С. Панкхерст), Германии (К. Цеткин и А. Тальгеймер), Австрии, Румынии и России (М. Бронский, Я. Рейх). Конференция ввиду малочисленности ее участников ограничилась отчетами представителей отдельных стран и обменом мнениями по организационным вопросам. Было одобрено решение ИККИ созвать нелегально в январе конференцию в Западной Европе, подготовку ее должен был провести Западноевропейский секретариат совместно с Амстердамским отделением.

73 сплотить коммунистические партии. 11 октября Я. Рейх писал из Берлина в ИККИ: «Почти во всех странах вопрос о парламентаризме стоит в повестке дня. В Германии он вместе с профсоюзной проблемой является одним из важнейших вопросов, которые раскололи партию на два лагеря... Противоречия обострились настолько резко (синдикалистское направление довольно сильное), что не исключено, что на общегосударственной конференции, которая состоится в скором времени, произойдет раскол. В свое время я обстоятельно докладывал вам о положении вещей и настоятельно просил (теперь я снова повторяю просьбу) о высказывании по парламентаризму и профсоюзному вопросу товарища Ленина...» ¹. Рейх писал, что было бы очень важным, и его просьбу поддерживают представители компартий, чтобы Ленин обратился с письмом к французам и итальянцам.

10 октября В. И. Ленин написал статью «Привет итальянским, французским и немецким коммунистам», в которой обстоятельно рассмотрел проблемы взаимоотношений партий с массами, борьбы против оппортунизма, а также позицию коммунистов по вопросу о парламентаризме и разногласиях в связи с этим. Владимир Ильич советовал зарубежным коммунистам преодолевать разногласия в ходе практической революционной деятельности, прямо и открыто критикуя ошибки. Основным является то, что объединяет революционеров, а разногласия, вызванные болезнью роста движения, неизбежно пройдут с его дальнейшим ростом. «...С этими очевидными ошибками надо бороться открыто, стараясь не преувеличить разногласий, ибо всем должно быть ясно, что в недалеком будущем борьба за диктатуру пролетариата, за Советскую власть устранит большую часть этих разногласий» ².

Статья В. И. Ленина была подготовлена для пересылки в Западноевропейский секретариат и одновременно публиковалась в журнале «Коммунистический Интернационал», но номер еще не вышел из печати, когда были получены сообщения о расколе на съезде Компартии Германии, состоявшемся в Гейдельберге 20 — 23 октября ³. Партия исправила левацкие ошибки по вопросам парламентаризма

¹ ЦПА ИМЛ, ф. 495, оп. 30, ед. хр. 1, л. 2.

³ В нее входило тогда 107 тысяч членов (Geschichte der deutschen Arbeiterbewegung, Bd. 3, S. 256).

74 и профсоюзного движения, допущенные ранее. Этому яростно сопротивлялась группа левосектантских элементов, обвинявших руководство партии в сползании к оппортунизму. Крикливая «революционная» демагогия, на которую не скупились эти люди, затрудняла многим неопытным в политической борьбе рядовым коммунистам возможность быстро осознать всю ошибочность установок «леваков». После съезда из КПГ вышли не только левооппортунистические элементы, но и введенные ими в заблуждение рядовые члены партии, всего около одной трети ее состава¹. Это привело к временному ослаблению КПГ. ИККИ рассматривал будущую международную конференцию как средство, способное предотвратить углубление раскола в КПГ.

28 октября с письмами к ЦК КПГ и к тем «левым» коммунистам, которые вышли из КПГ, обратился В. И. Ленин. «Если раскол оказался неизбежным, надо постараться не разжигать его, обратиться за посредничеством к Исполнительному Комитету III Интернационала, заставить «левых» формулировать, в тезисах и в брошюре, их разногласия,— писал Ленин ЦК КПГ. — С точки зрения интернациональной, восстановление единства Коммунистической партии Германии и возможно и необходимо»². В письме к «левым» Ленин повторял мысль о необходимости единства коммунистов, согласных в основном — в борьбе за диктатуру пролетариата и за Советскую власть, непримиримо враждебных шейдемановцам и каутскианцам всех наций. Ленин предлагал воспользоваться помощью Исполкома Коминтерна для восстановления единства германского коммунизма. «Внимательное обсуждение разногласий, обмен мнениями в интернациональном масштабе,— писал он,— могли бы помочь делу германского коммунизма и сплочения его сил»³. Письма В. И. Ленина вместе с его статьей «Привет итальянским, французским и немецким коммунистам» были срочно отправлены в Германию.

1 декабря Бюро ИККИ рассмотрело положение в коммунистическом движении ряда стран в связи с обострением разногласий в некоторых компартиях. Бюро поручило руководителю Отделения Коминтерна в Амстердаме С. Рут-

¹ В феврале 1920 г. КПГ насчитывала в своих рядах около 60 тысяч членов. ЦПА ИМЛ, ф. 489, оп. 1, ед. хр. 104, л. 74.

³ Там же, стр. 255 — 256.

75 герсу съездить в Германию и предложить обеим сторонам официальное посредничество III Интернационала.

Однако Амстердамское отделение встало на позицию поддержки «левых» элементов и попыталось, используя свое положение, навязать компартиям сектантские установки по вопросам тактики, отношения к парламентаризму, профсоюзному вопросу. В письме в ИККИ, посланном в конце декабря, Рутгерс отказывался от посредничества в ликвидации раскола в КПГ и доказывал, что за «левыми» стоит в Германии большинство партии. Он фактически повторял аргументацию «левых» ¹.

Ошибочная позиция Отделения проявилась и в составленных А. Паннекуком тезисах о парламентаризме и профсоюзах. Западноевропейский секретариат, ознакомившись с проектом тезисов, 16 января в письме Амстердамскому отделению подверг его критике. «Если исходить из точки зрения, что революция — это не одновременный акт, а процесс и даже длительный процесс, и при этом обнаружится, что с самого начала революции существует тенденция к отказу от использования парламентских средств,— отмечалось в письме,— то необходимо выступить против этой тенденции и выдвинуть как общее правило для коммунистов повсюду, где революция еще не разрушила основы парламентаризма, использование средств парламентаризма» ².

Содействуя разработке основ тактики коммунистического движения, Западноевропейский секретариат подготовил проект документа под названием «Тезисы о тактике Коммунистического Интернационала в борьбе за пролетарскую диктатуру». В этом документе рассматривались вопросы о диктатуре пролетариата и ее советской форме, о необходимости для рабочего класса насилию контрреволюции противопоставить все средства революционного насилия. Хотя в документе в определенной мере чувствуется довольно широко распространенное в то время представление о том, что система мирового капитализма уже не в состоянии выйти из прогрессирующего хозяйственного паралича, вопрос о перспективах развития революционной борьбы рассматривался реалистически: «...развитие борьбы не должно непременно вылиться в форму бурной атаки;

¹ ЦПА ИМЛ, ф. 495, оп. 18, ед. хр. 3, л. 51.

² ЦПА ИМЛ, ф. 499, оп. 1, ед. хр. 3.

76 в высокоразвитых капиталистических странах Запада оно может принять характер затяжного периода трудной борьбы, требующей все новых и новых жертв. Лишь выступая против иллюзий, будто бы борьба непременно должна идти быстрым темпом, и беря за исходную точку своей тактики понимание медленности и трудности пролетарской борьбы за освобождение, коммунистические партии Запада могут удержать пролетариат от необдуманных попыток захвата власти недостаточными силами маленьких, нетерпеливых групп, составляющих меньшинство, и внушить пролетариату понимание того, какие средства следует применять в борьбе» ¹.

Хотя в документе отсутствовали такие важнейшие положения, как проблема союзников рабочего класса в социалистической революции, и не было четкой постановки о сочетании нелегальных и легальных средств борьбы, в нем раскрывалось значение завоевания на сторону революции широких масс, организованных в профсоюзы, и подчеркивалось значение руководящей роли коммунистической партии, непримиримости к оппортунизму. Как о важнейшем принципе коммунистического движения в тезисах говорилось о принципе интернационализма, солидарности международного пролетариата, поддержки Советской России.

В. И. Ленин читал этот документ ². Бюро ИККИ рассмотрело проект тезисов Западноевропейского секретариата и постановило опубликовать его на страницах журнала «Коммунистический Интернационал» ³.

Как свидетельствовал документ Западноевропейского секретариата, этот вспомогательный орган ИККИ выполнял не только функции связного и передаточного органа, но и содействовал идейно-теоретическому росту компартий. В то же время Амстердамское отделение фактически проводило линию, во многом противоречившую политике Коминтерна.

Подготовку к созываемой в Амстердаме международной конференции Отделение вело столь неудачно, что большая часть участников этой конференции приехала в Амстердам тогда, когда конференция уже закончилась. Не

¹ «Коммунистический Интернационал», 1920, № 12, стр. 2221 — 2222.

³ ЦПА ИМЛ, ф. 499, оп. 1, ед. хр. 5.

77 было ни одного делегата из наиболее крупных партий Западной и Юго-Восточной Европы. Лишь только конференция начала работу, как возникла опасность ее провала. В этой обстановке были быстро приняты решения, предложенные голландскими представителями, и конференция была распущена.

Прибывшие позднее делегаты от Западноевропейского секретариата (К. Цеткин), от компартий Германии, Австрии и других стран, ознакомившись с решениями конференции, заявили о своем несогласии с ними. Представители ряда компартий обратились в ИККИ с протестом против деятельности Амстердамского отделения. Клара Цеткин в отчете о конференции, посланном в ИККИ, писала: «...подготовка и ход конференции показали, что они (т. е. руководители Голландской партии, возглавлявшие Отделение. — Ф. Ф.) ни теоретически, ни практически как революционные борцы не стоят на высоте и не могут самостоятельно руководить акциями III Интернационала в Западной Европе» ¹.

Учитывая неправильную позицию, занятую Амстердамским отделением, Исполком Коминтерна принял решение о его роспуске ².

Руководство Коминтерна учитывало, что среди тех, кто шел за «левыми» оппозиционерами в КПГ, пытавшимися навязать партии леводоктринерские и авантюристские установки, было немало честных, революционно настроенных рабочих, которые не сумели еще разобраться в ошибочности этих установок. Надо было добиваться, чтобы они не встали на позиции, ведущие к отрыву их от коммунистического движения.

7 февраля ИККИ обратился с письмом к оппозиционной организации в Берлине, в котором разъяснял ошибочность их взглядов на вопросы работы в профсоюзах и парламенте. Представители Западноевропейского секретариата при неоднократных встречах с оппозиционерами говорили о недопустимости существования в одной стране

¹ ЦПА ИМЛ, ф. 495, оп. 18, ед. хр. 28, л. 7. Выступая на III съезде КПГ 26 февраля 1920 г., К. Цеткин подробно рассказала о своей поездке в Голландию и разногласиях с руководством Отделения (Bericht über den 3. Parteitag der Kommunistischen Partei Deutschands (Spartakusbund) am 25. und 26. Februar 1920, B., 1920, S. 78 — 84).

² ЦПА ИМЛ, ф. 495, оп. 18, ед. хр. 27, л. 2.

78 нескольких партий, входящих в III Интернационал и ведущих борьбу друг с другом. Однако убедить вожаков оппозиции в неправильности их линии не удалось. 3 — 4 апреля делегаты оппозиционных группировок, представлявших 38 тысяч человек, на съезде в Берлине основали Коммунистическую рабочую партию Германии.

Съезд заявил о присоединении КРПГ к III Интернационалу, о признании его программных принципов. Однако в постановке вопросов о партии, ее организации и тактике полностью проявились анархо-синдикалистские взгляды лидеров КРПГ. «Мы должны будем перенять методы борьбы синдикализма» ¹,— говорил на съезде один из лидеров партии. Съезд категорически выступил против вхождения членов КРПГ в реформистские профсоюзы и участия в парламенте. Устав партии предусматривал широкую автономию местных организаций, вплоть до принятия каждой районной организацией собственного устава.

Новая партия, провозглашая на словах свою верность революционным принципам III Интернационала, на деле не только в своей тактике и организационных принципах, но и в своих идейных основах отходила от линии Коминтерна.

Направляя свой огонь против КПГ, она наносила серьезный ущерб коммунистическому движению в стране. К тому же КРПГ начала сколачивать группировки единомышленников и в других странах. В письме французской делегации Западноевропейского секретариата от 15 июня, подписанном В. Деготем, Е. Соколовской, Л. Ванини и Пиери, говорилось, что «оппозиция в Германии развивает большую активность за границей. Ее эмиссары и курьеры проехали Голландию, Бельгию, Францию и Швейцарию, всюду распространяли отобранные документы, пытались повлиять на мелкие организации в этих странах...» ². В свою очередь, фракция «абстенционистов» Бордиги на своей конференции 8 — 9 мая 1920 г. постановила «сделать более интенсивными интернациональные сношения с целью составить антивыборную фракцию внутри Коммунистического Интернационала» ³. Распространявшиеся левацкими элементами неправильные, сектантские установки

¹ «Die Kommunistische Arbeiterzeitung», N 90, 23. IV. 1920.

³ «Il Soviet», N 14, 16. V. 1920.

79 мешали формированию у коммунистов представлений о действительных чертах партии нового типа.

24 апреля ИККИ принял решение обратиться с письмом к немецким «левым» коммунистам с указанием, что они удаляются от III Интернационала. Последовательно проводя линию на преодоление разногласий в коммунистическом движении Германии, добиваясь того, чтобы рядовым членам КРПГ стала ясной ошибочность позиции их партии, Исполком Коминтерна 20 и 25 мая принял представителей КРПГ И. Аппеля и Ф. Юнга, обсудил вопросы о противоречиях этой партии с Коммунистической партией Германии.

Члены ИККИ констатировали, что утверждение представителей КРПГ о том, что их партия представляет собой единую политическую организацию, противоречит фактам. Члены КРПГ Г. Лауфенберг и Ф. Вольфгейм выпустили по поручению окружной конференции партии манифест, в котором бросили упрек одному из руководителей Союза Спартака, что он своей агитацией в октябре 1918 г., когда еще существовало кайзеровское правительство, нанес удар в спину немецкому фронту и организовал гражданскую войну. Эта позиция Лауфенберга и Вольфгейма, выступавших от имени целой окружной организации КРПГ, доказывает, что эта партия включает в себя контрреволюционные, националистические элементы, с которыми Коминтерн не имеет ничего общего.

Представители ИККИ отметили, что КРПГ терпит в своих рядах организации, которые вообще выступают против принципа партийности. Так, Дрезденская организация КРПГ приняла 18 апреля резолюцию Рюле, в которой говорится, что всякая партия неизбежно является оппортунистической и контрреволюционной. Представители ИККИ заявили, что, разумеется, в Коминтерн не может входить партия, которая терпит в своих рядах организации, наносящие такой позицией удар по самому жизненному нерву мировой революции. В дискуссии обсуждалось отношение КРПГ к профсоюзному и парламентскому вопросам. Исполком констатировал, что позиция КРПГ по обоим вопросам резко противоречит его точке зрения. Представители КРПГ заявили, что, в случае если им будет предоставлена возможность защищать их точку зрения перед форумом конгресса, они подчинятся его решению.

80 В результате переговоров ИККИ с делегацией КРПГ последняя от имени партии обязалась подчиниться будущим решениям Второго конгресса и обещала исключить из КРПГ представителей тех течений, которые несовместимы с принципами III Интернационала.

2 июня ИККИ обратился с Открытым письмом к членам КРПГ. В нем подробно излагалась точка зрения Коминтерна на все спорные вопросы в коммунистическом движении Германии. ИККИ подчеркивал, что установки КРПГ являются явным отступлением от коммунизма и чреваты губительными последствиями для партии. Опровергая анархо-синдикалистские доводы лидеров КРПГ о целесообразности замены партии «Всеобщим рабочим союзом», ИККИ указывал, что они безнадежно путают понятия партии и класса. «Они забывают, что коммунистическая партия есть мозг рабочего класса, есть его генеральный штаб, без которого нельзя победить могучего врага — буржуазию» ¹. Важное значение имело также обоснование организационных принципов строительства партии, необходимости дисциплины и монолитности ее рядов. «Все толки Вольфгейма и его друзей из Коммунистической рабочей партии Германии против централизма, вся их проповедь широкой «автономии» местных организаций — есть типичное интеллигентское непонимание того, что в современную эпоху железная централизация нашей борьбы является первым условием победы» ². ИККИ подчеркивал, что уступка оппортунизму в вопросе о руководящей роли партии, расшатывание ее идейного и организационного единства не может не принести непоправимого ущерба революционному движению. Делегация КРПГ прибыла на конгресс, но, ознакомившись с проектами тезисов конгресса заявила о несогласии с ними, отказалась участвовать в конгрессе и объявила о том, что декларация КРПГ о вступлении в Коминтерн должна считаться взятой обратно.

Развитие мирового коммунистического движения, происходившее в ожесточенной борьбе с оппортунизмом, те процессы, которые шли в левосоциалистических партиях, объявивших о своем переходе на позиции коммунизма и вступлении в III Интернационал, борьба революционных элементов внутри социал-демократических партий за

¹ «Коммунистический Интернационал», 1920, № 11, стр. 1875.

² Там же.

81 вступление в Коминтерн, а также возникновение в ряде молодых компартий тенденций к «левизне» выдвигали перед Коминтерном как первоочередную задачу — задачу идейного и организационного укрепления компартий, ускорения преобразования всех партий III Интернационала в подлинно коммунистические партии нового типа. Было необходимо вооружить коммунистов опытом РКП(б), сделать глубоко осознанной всеми секциями Коминтерна самую суть ленинского учения о партии как авангардной и руководящей силы рабочего класса, разработать основы стратегии и тактики коммунистического движения. Эта задача была выполнена В. И. Лениным в книге «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» и Вторым конгрессом Коминтерна.

ВТОРОЙ КОНГРЕСС КОМИНТЕРНА О ПАРТИИ НОВОГО ТИПА​

8 апреля пленум ЦК РКП(б) обратился с предложением к Исполкому Коминтерна о созыве Второго конгресса. В. И. Ленин сформулировал решение пленума, поручавшее представителям РКП(б) в Коминтерне поставить в ИККИ вопрос о созыве «II-го к[онгрес]са III И[нтернационала] в России в близком будущем» и «начать полную ид[ейно]-пол[итическую] подготовку съезда» ¹. Предложение Ленина было одобрено пленумом ЦК ².

22 апреля Исполком Коминтерна принял решение о созыве 15 июля Второго конгресса. Была установлена и повестка дня конгресса. Решение ИККИ было сообщено компартиям. В повестке дня конгресса отсутствовал пункт об условиях приема в Коминтерн, хотя и говорилось о приглашении для переговоров представителей социалистических партий, вышедших из II Интернационала. Пункт этот появился в повестке дня конгресса позднее. 1 июня Политбюро ЦК РКП(б) предложило внести «в повестку дня 2-го съезда III Интернационала вопрос об отношении к центровикам в связи с выходом из II Интернационала целого ряда партий и злоупотреблением званием коммуниста, а равно поставить вопрос об условиях приема в III Интернационал» ³. 2 июня в Обращении ИККИ о

¹ ЦПА ИМЛ, ф. 2, оп. 1, ед. хр. 13686.

³ ЦПА ИМЛ, ф. 17, оп. 3, ед. хр. 85, л. 1.

82 созыве Второго конгресса, содержавшем его повестку, появился новый пункт: «Отношение к новым течениям «центра», принимающим коммунистическую платформу лишь на словах, и об условиях вступления в III Интернационал» ¹.

Возникает вопрос, чем вызвано отсутствие этого пункта в повестке 22 апреля и появление его значительно позже. Ведь проблема взаимоотношений с центристскими партиями, заявившими о своем желании вести переговоры относительно присоединения к Коминтерну, возникла значительно раньше, и принципиальная позиция Коминтерна уже была неоднократно изложена. Представляется, что здесь сыграли роль как заявления центристских партий об их желании вступить в переговоры с Коминтерном (руководство Независимой рабочей партии Великобритании обратилось с письмом в ИККИ 25 мая), так и то, что для руководства Коминтерна все более ясным становилось, что процесс преобразования вступивших в него левосоциалистических партий в коммунистические испытывает значительные затруднения. Отчетливо проявилась тенденция руководства некоторых из этих партий оставить все по-прежнему и разрешить реформистскому крылу действовать в рамках новой партии. События в Италии в конце апреля 1920 г. (Туринская забастовка и позиция руководства ИСП по отношению к ней) ² показали, что партия остается по существу на старых позициях. Тем самым возникала необходимость четче определить требования Коминтерна к партиям, входящим в его состав. Поэтому включенные в повестку Условия приема в Коминтерн ³ распространялись

¹ Второй конгресс Коминтерна, стр. 629.

³ Вырабатывая проект Условий приема в Коммунистический Интернационал, ИККИ исходил из указаний В. И. Ленина о необходимости помешать проникновению в III Интернационал оппортунистов из рядов центристских партий, заявлявших под давлением революционных масс о готовности объединения с Коминтерном. В основу документа были положены работы Ленина «О задачах III Интернационала», «Проект (или тезисы) ответа от РКП на письмо Независимой с.-д. германской партии», «Заметки публициста», «Тезисы об основных задачах Второго конгресса Коммунистического Интернационала» и другие работы, в которых раскрывалось коренное отличие партии нового типа от партий II Интернационала и определялись идейные, политические и организацион-

83 как на партии, заявившие о желании вести переговоры с Коминтерном, так и на те левосоциалистические партии, которые уже состояли в Коминтерне.

Руководство Коминтерна и РКП, его ведущей секции, понимали, что за принятие этих Условий предстоит вести борьбу. Значительный интерес в этой связи представляет инструкция, данная Политбюро ЦК РКП(б) А. Балабановой, как представителю ЦК РКП(б) при итальянской делегации (в состав делегации, кроме делегации партии, входили еще представители профсоюзов и кооперативов). Эта инструкция была принята на заседании Политбюро 18 июня с участием В. И. Ленина. В ней указывалось, что расхождения РКП(б) «с реформистским большинством итальянской делегации имеют глубокое принципиальное значение» ¹. Есть некоторые расхождения и с Серрати. О них будет идти речь в дальнейшем в беседах с Серрати. Балабановой предлагалось помочь создать полную ясность у итальянских делегатов об этих расхождениях, точно сообщать им критику со стороны РКП(б), ни в коем случае не затушевывать расхождения. «Напротив, мнение ЦК, непримиримые речи ЦК, точные и категорические постановления Исполкома Коминтерна следует точно и полно сообщать итальянцам» ². «Наша задача заключается в том,— говорилось в инструкции,— чтобы во всех важных вопросах заставить итальянскую делегацию подтянуться и идти в уровень с Исп[олкомом] Коминтерна. Против реформистов нам, видимо, придется апеллировать к итальянским рабочим и к их партии, которые несомненно одобрят нашу политику, а не реформистскую и не полуреформистскую политику. Это надо дать понять итальянцам» ³.

ные принципы коммунистической партии. Важнейшие положения этих работ были включены в текст Условий.

³ Там же.

84 В этом документе со всей очевидностью проявилось стремление РКП(б) помочь итальянской партии действительно встать на принципиальные позиции Коминтерна и преодолеть реформистские и полуреформистские тенденции.

В проектах документов для Второго конгресса проблема коммунистической партии, ее идеологических, политических и организационных принципов занимала центральное место. Выдающуюся роль в подготовке конгресса сыграла книга В. И. Ленина «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» ¹.

В книге раскрывался многогранный опыт большевистской партии, особенно в связи с теми проблемами, которые в тот период были особо актуальны в международном коммунистическом движении, анализировалось «то, чтó есть общеприменимого, общезначимого, общеобязательного в истории и современной тактике большевизма» ². В книге излагались важнейшие вопросы стратегии и тактики компартий, учение о диктатуре пролетариата, о взаимоотношении партии с массами, обосновывалась необходимость борьбы компартий с правым оппортунизмом, «левым» доктринерством и сектантством.

Партия — «высшая форма классового объединения пролетариев» ³, не имея которого рабочий класс не сможет добиться победы и завоевать власть, отстоять диктатуру пролетариата, вовлечь массы в социалистическое строительство. «Без партии, железной и закаленной в борьбе, без партии, пользующейся доверием всего честного в данном классе, без партии, умеющей следить за настроением массы и влиять на него, вести успешно такую борьбу невозможно» ⁴,— писал Ленин. Он подчеркивал, что отрицание партийности и партийной дисциплины равносильно

¹ Секретариат ИККИ в радиограмме 19 июня 1920 г. сообщал: «Исполнительный Комитет Коммунистического Интернационала публикует тезисы по вопросу парламентаризма, профсоюзов, о роли партии в пролетарской революции, по национальному и аграрному вопросам. Их содержание в скором времени будет сообщено по радио. Одновременно выходит брошюра Ленина о «детской болезни» западноевропейского коммунизма, в которой он спорит с сектантским течением в Коммунистическом Интернационале» (ЦПА ИМЛ, ф. 489, оп. 1, ед. хр. 11, л. 7).

⁴ Там же, стр. 27.

85 разоружению пролетариата в пользу буржуазии. Без строжайшей централизации и дисциплины внутри политической партии пролетариата он не сможет проводить правильно, успешно, победоносно свою организаторскую роль, «а это его главная роль» ¹.

Анализируя характерные черты коммунистической партии как политического организма, те качества, которые превращали партию в подлинного политического руководителя и организатора масс, Ленин указывал, что партия, вооруженная научной теорией, которая складывается в тесной связи с практикой действительно массового и действительно революционного движения и является для нее не догмой, а руководством к действию, объединяет в своих рядах сознательный пролетарский авангард, беспредельно преданный революции, делу коммунизма, отличающийся выдержкой, самопожертвованием, героизмом. Дисциплина коммунистов — это добровольная дисциплина борцов за интересы рабочего класса, сплачивающая их в союз единомышленников, объединившихся для осуществления великой цели рабочего класса и действующих как один. Она создается и укрепляется также умением партии связаться, сблизиться, слиться с самой широкой массой трудящихся, в первую очередь пролетарской, но и с непролетарской трудящейся массой, правильностью политического руководства, осуществляемого партией, ее политической стратегии и тактики, при условии, чтобы массы на собственном опыте убедились в этой правильности. «Без этих условий дисциплина в революционной партии, действительно способной быть партией передового класса, имеющего свергнуть буржуазию и преобразовать все общество, неосуществима. Без этих условий попытки создать дисциплину неминуемо превращаются в пустышку, в фразу, в кривлянье» ².

Обосновывая руководящую роль партии, Ленин разбирал в книге вопросы о «вождях», «партиях», «классах», «массах», в толкование которых «левые» внесли много

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 27. На Втором конгрессе Коминтерна в речи о парламентаризме Ленин говорил, обращаясь к «левым» коммунистам: «Если вы не подготовите рабочих к созданию действительно дисциплинированной партии, которая заставит всех своих членов подчиняться ее дисциплине, то вы никогда не подготовите диктатуры пролетариата» (там же, стр. 259).

² Там же, стр. 7.

86 путаницы, противопоставляя партию классу, «диктатуру вождей» «диктатуре масс» ¹. «Люди тщатся придумать нечто совсем особенное и в своем усердии мудрствования становятся смешными»,— заметил Владимир Ильич, напоминая, что массы делятся на классы, классами руководят политические партии, которые «в виде общего правила управляются более или менее устойчивыми группами наиболее авторитетных, влиятельных, опытных, выбираемых на самые ответственные должности лиц, называемых вождями» ². И эта констатация не имела ничего общего с проповедью культа личности, с недооценкой роли партии и масс. Партия, писал Ленин, «не будет заслуживать своего названия, пока не научится связывать вождей с классом и с массами в одно целое, в нечто неразрывное» ³.

Рассматривая основные периоды истории большевистской партии, Владимир Ильич подробно разбирал ее стратегию и тактику на разных этапах, применение и смену различных форм и методов борьбы в зависимости от конкретных условий. На протяжении всей своей истории партия вела непримиримую борьбу на два фронта: с правым оппортунизмом и левым доктринерством, сектантством. Без этой борьбы, без идейного разгрома и преодоления оппортунистических течений пролетарская партия не может обеспечить единство своих рядов, не может стать руководящей силой рабочего класса. «История рабочего движения показывает теперь, что во всех странах предстоит ему (и оно уже начало) пережить борьбу нарождающегося, крепнущего, идущего к победе коммунизма прежде всего и главным образом со своим (для каждой страны) «меньшевизмом», т. е. оппортунизмом и социал-шовинизмом; во-вторых — и в виде, так сказать, дополнения — с «левым» коммунизмом» ⁴. На конкретных примерах революционного движения Германии, Англии, Италии и других стран В. И. Ленин показал неправильность «левацких» представлений о ненужности работы в реакционных профсоюзах и буржуазных парламентах, ошибочность политики принципиального отказа от компромиссов, вскрыл мелкобуржуазную сущность «левого» оппортунизма, пытавшегося навязать коммунистам крикливую,

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 24.

⁴ Там же, стр. 75.

87 ультрареволюционную программу и на деле препятствовавшего установлению и укреплению связи коммунистов с широкими массами.

В беседах с деятелем Норвежской рабочей партии Я. Фриисом Ленин заметил: «Необходимо использовать легальный путь, пока это только возможно. С другой стороны, я считаю, что «коммунистическая партия», ведущая исключительно легальную работу, не по праву носит свое имя. Что следует делать в каждом отдельном случае, вопрос практический. Таким является и вопрос об участии в выборах в парламент. В общем мы всегда были за участие в выборах, однако, в исключительных обстоятельствах, например при выборах в I Думу, мы были за бойкот. Антипарламентаризм — одна из детских болезней коммунизма, против которой мне часто приходилось бороться... Если обобщить, то, по моему мнению, необходимо в настоящий момент:

1) борьба против меньшевиков,

2) борьба против детских болезней в (рядах) левых социалистов» ¹.

Вскрыв ошибочность доводов «левых», Ленин советовал им честно посмотреть правде в глаза, отказаться от иллюзий и надуманных построений, вести себя как партия класса, партия масс, а не как безответственная группка лиц, не желающих считаться с действительным ходом вещей. «Отношение политической партии к ее ошибкам есть один из важнейших и вернейших критериев серьезности партии и исполнения ею на деле ее обязанностей к своему классу и к трудящимся массам. Открыто признать ошибку, вскрыть ее причины, проанализировать обстановку, ее породившую, обсудить внимательно средства исправить ошибку — вот это признак серьезной партии, вот это исполнение ею своих обязанностей, вот это — воспитание и обучение класса, а затем и массы. Не выполняя этой своей обязанности, не относясь с чрезвычайным вниманием, тщательностью, осторожностью к изучению своей явной ошибки, «левые» в Германии (и в Голландии) как раз этим доказывают, что они не партия класса, а кружок, не партия масс, а группа интеллигентов и повторяющих худшие стороны интеллигентщины немногочисленных рабочих» ².

¹ Ленинский сборник XXXVII, стр. 212.

² В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 40 — 41.

88 В книге Ленина подчеркивалось, что сектантство, ведущее к отрыву от масс и объективно способствующее сохранению влияния на рабочих реформистских лидеров, отрицание на деле партийной дисциплины, отрицание необходимости работы в массовых организациях — все это на деле означает отказ от революции. Ленин призывал молодые компартии овладеть всеми формами борьбы — легальными и нелегальными, мирными и немирными, парламентскими и внепарламентскими — и быть готовыми к самой быстрой и неожиданной смене одной формы борьбы другой, вырабатывать политическую линию на основе научного анализа обстановки в данной стране, соотношения классовых сил в международном масштабе и с учетом опыта мирового революционного движения и уметь гибко ее проводить в жизнь.

Если первой исторической задачи по привлечению сознательного авангарда пролетариата на сторону социалистической революции и диктатуры пролетариата невозможно решить без полной, идейной и политической победы над оппортунизмом и социал-шовинизмом, то задачи подведения широких масс к пониманию необходимости революции, задачи обеспечения руководства этими массами со стороны коммунистических партий невозможно выполнить без ликвидации левого доктринерства и сектантства.

Ленин учил коммунистов тому, что с одним только авангардом победить нельзя, надо завоевать массы, уметь подвести их к революции. Коммунисты обязаны работать там, где есть массы, не отгораживаться от них, в какие бы реакционные организации те ни входили. Ленин доказал обязательность работы коммунистов в реформистских профсоюзах, обязательность парламентской деятельности. Подчеркивая необходимость использования партией пролетариата компромиссов, гибкой тактики, он писал, что принимать бой, когда это выгодно неприятелю,— не революционность, а преступление. Все дело в том, чтобы сочетать принципиальность в политике, преданность идеям коммунизма с умением пойти на необходимые практические компромиссы, применять эту тактику в целях повышения, а не понижения общего уровня пролетарской сознательности, революционности, способности к борьбе и к победе.

89 Ленин неоднократно повторял, что на одном революционном настроении строить революционную тактику нельзя. Тактика должна основываться на трезвом, строго объективном учете всех классовых сил данного государства (и окружающих его государств, и всех государств в мировом масштабе), а также на учете опыта революционных движений.

Ленин призывал коммунистов диалектически применять основные принципы марксизма к конкретно-историческим условиям. Задача коммунистов состоит «в том, чтобы уметь приложить общие и основные принципы коммунизма к тому своеобразию отношений между классами и партиями, к тому своеобразию в объективном развитии к коммунизму..., которое надо уметь изучить, найти, угадать» ¹.

Глубокий теоретический анализ коренных проблем коммунистического движения, содержащийся в книге, основывался на конкретных материалах братских партий. Всестороннее рассмотрение, анализ состояния коммунистического движения как в целом, так и в отдельных странах, раскрытие общих закономерностей движения и частных проявлений этих закономерностей, теоретические обобщения книги сопровождались прямыми советами для коммунистов той или иной страны, имевшими точную направленность и конкретно помогавшими вырабатывать и проводить правильную политическую линию.

Немецким коммунистам Ленин предлагал искать и найти подходящую форму компромисса с левым, пролетарским крылом «независимцев», который бы облегчил и ускорил необходимое полное слияние с этим крылом, но в то же время не стеснял коммунистов в их идейно-политической борьбе против оппортунистического правого крыла «независимцев».

Книга Ленина помогла молодым коммунистам найти наиболее правильные пути к массам, к сплочению и объединению их под руководством компартии, выработать политику, отвечающую обстановке, конкретным условиям и задачам классовой борьбы, укрепить сами партии как подлинно боевые, революционные организации рабочего класса. Значение книги Ленина, безусловно, выходит

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 74.

90 далеко за рамки той борьбы с сектантством, которую вел в тот период Коммунистический Интернационал. Работа «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» вошла в идейный арсенал марксизма-ленинизма. Она вооружила коммунистические партии важнейшими теоретическими и тактическими положениями, выработанными на основе обобщения всемирно-исторического опыта большевизма, опыта борьбы пролетарских партий в новой исторической обстановке, связанной с наступлением общего кризиса капитализма, началом мировой пролетарской революции.

В работе Второго конгресса Коминтерна приняли участие представители пролетарских организаций 37 стран мира, среди них были посланцы коммунистических и левосоциалистических партий, входивших в состав Коминтерна, молодежных организаций, синдикалистских союзов, представители левых течений в социалистических партиях ряда стран, а также с совещательным голосом — делегаты Французской социалистической партии и Независимой социал-демократической партии Германии. Установить точную численность всех партий, входивших тогда в состав Коминтерна, невозможно. В то же время на основании представленных конгрессу отчетов делегаций и по некоторым другим данным можно попытаться определить примерную численность большинства партий, входивших в Коминтерн 1 ко времени Второго конгресса:

Коммунистическая партия Австрии — 10 тысяч членов ² *.

Объединенная коммунистическая партия Америки — 10 тысяч членов.

Коммунистическая партия Америки — 8,5 тысячи членов ³.

1 Сведениями о численности других партий, не упоминаемых в настоящем списке, автор не располагает.

* Сведения за 1919 год.

91 Коммунистическая партия Великобритании — 5 тысяч членов ¹.

Болгарская коммунистическая партия — 38,6 тысячи членов ².

Коммунистическая партия Германии — 79 тысяч членов ³.

Коммунистическая партия Голландии — 4 тысячи членов ⁴.

Социалистическая рабочая партия Греции — 1320 членов ⁵.

Коммунистическая партия Индонезии — 269 членов ⁶.

Испанская коммунистическая партия — 5 — 8 тысяч членов ⁷.

Итальянская социалистическая партия — 200 тысяч членов ⁸.

Коммунистическая партия Латвии — 1 тысяча членов ⁹.

Норвежская рабочая партия — 100 тысяч членов ¹⁰ *.

Коммунистическая рабочая партия Польши — 10 тысяч членов ¹¹ *.

РКП(б) — 612 тысяч членов ¹².

¹ J. Klugmann. History of the Communist Party of Great Britain, v. I. L., 1968, p. 43. КПВ была основана на съезде 31 июля — 1 августа.

* Сведения за 1919 год.

92 Левая социал-демократическая партия Швеции — 23,5 тысячи членов ¹*.

Коммунистическая партия Эстонии — 0,7 тысячи членов ².

Коммунистическая партия Югославии — 65 тысяч членов ³.

Учитывая неполность и противоречивость некоторых сведений, отсутствие данных по нелегальным партиям, в то время крайне малочисленным, можно назвать приблизительное число членов в наиболее крупных партиях, входивших в состав Коминтерна,— 1210 — 1215 тысяч членов, из них в партиях капиталистических стран состояло примерно 560 — 564 тысячи членов. Из этого числа свыше половины приходилось на левосоциалистические партии Италии, Греции, Швеции и Норвегии.

Уже сам состав секций Коминтерна, в ряде которых еще далеко не завершилось преобразование в коммунистические, показывал, какое важное место на конгрессе должно занять обсуждение вопроса о партии. К этому следует добавить присутствие представителей синдикалистских организаций, которых еще нужно было убеждать в необходимости существования партии, а также появление делегаций центристских партий, в переговорах с которыми вопрос о характере партии также выступал на первый план.

Доклад В. И. Ленина о международном положении и основных задачах Коммунистического Интернационала и его «Тезисы об основных задачах Второго конгресса Коммунистического Интернационала», книга «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» стали основой всех решений Второго конгресса. Положение о руководящей роли коммунистической партии в борьбе пролетариата как в период подготовки социалистической революции, так и особенно в ходе ее и в системе диктатуры пролетариата пронизывало красной нитью ленинские тезисы. Проблемы партии рассматривались как в плане ее взаимоотношений с массами, с другими организациями рабочих, так и в плане раскрытия характерных черт и особенностей партии как политической организации, ее идейно-теоретических и организационных принципов.

¹ Доклады Второму конгрессу, стр. 205.

³ Preglad istorije Saveza komunista Jugoslavije, s. 65.

93 Ленин дал классически четкое определение роли коммунистической партии, как вождя революционного пролетариата. «Только коммунистическая партия, если она действительно является авангардом революционного класса, если она включает в себя всех лучших представителей его, если она состоит из вполне сознательных и преданных коммунистов, просвещенных и закаленных опытом упорной революционной борьбы, если эта партия сумела связать себя неразрывно со всей жизнью своего класса, а через него со всей массой эксплуатируемых и внушить этому классу и этой массе полное доверие,— только такая партия способна руководить пролетариатом в самой беспощадной, решительной, последней борьбе против всех сил капитализма» ¹. Только под руководством такой партии пролетариат способен осуществить победоносную революцию, способен преодолеть идейное и политическое влияние буржуазии на отдельные слои рабочих, победить оппортунизм, способен выступить как гегемон всех трудящихся в борьбе против капитализма.

Отсюда следовало, что первостепенной задачей, имевшей решающее значение для успеха дела революции, было укрепление компартии, превращение ее в действительную политическую силу, организацию, способную выполнить ту роль, которая ей отводилась в классовой борьбе пролетариата. Решение этой задачи требовало такой коренной переделки, такого коренного обновления методов работы партий, признающих диктатуру пролетариата, которые необходимы для признания этой работы коммунистической и соответствующей задачам кануна пролетарской диктатуры. Единство и сплочение коммунистов В. И. Ленин считал важнейшим и необходимейшим условием успешной подготовки пролетарских масс к революции.

С этим была связана необходимость усиления борьбы против оппортунизма в собственных рядах, против влияния реформизма в рабочем движении. «Всякая непоследовательность или слабость в разоблачении тех, кто проявляет себя как реформист или «центровик», означает прямое увеличение опасности свержения власти пролетариата буржуазией, которая использует завтра для контрреволюции то, что кажется близоруким людям лишь «теоретическим разногласием» сегодня» ².

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 187.

² Там же, стр. 189.

94 Ленин подчеркивал необходимость создания во всех массовых организациях рабочих и трудящихся групп и ячеек коммунистов, как открытых, так и нелегальных, тесно связанных между собой и с руководством партии, которые должны заниматься агитацией, пропагандой и организацией, применяясь решительно ко всем областям общественной жизни, и систематически воспитывать такой разносторонней работой и самих себя, и партию, и класс, и массы. Он писал о необходимости для каждой компартии систематического соединения легальной и нелегальной работы, нелегальной работы в армии, флоте, полиции, борьбы за свободу коммунистической печати и создания периодической прессы для массового распространения среди рабочих, умелого использования буржуазных представительных учреждений.

В тезисах излагалась позиция Коминтерна в отношении партий, заявлявших о своем желании присоединиться к нему. Отмечалось, что деятельность партий II Интернационала, которые объявили о своем выходе из него и присоединении к III Интернационалу, не является еще коммунистической, а нередко идет вразрез с основными принципами III Интернационала, и подтверждался отказ принять немедленно эти партии в состав III Интернационала. Вместе с тем выражалась готовность вести с ними переговоры и формулировались условия для объединения этих (и подобных) партий с Коминтерном. Условия, разработанные В. И. Лениным, включали в себя принятие этими партиями программных принципов и тактических положений Коминтерна, их осуществление на практике, доведение их до всех членов партии и очищение партий от оппортунистических элементов ¹. Более детально об этом говорилось в представленных ИККИ на утверждение конгресса Условиях приема в Коминтерн. В тезисах Ленина подчеркивалось, что ввиду явного роста искренних симпатий к коммунизму среди рабочих, принадлежащих к

¹ Они включали в себя публикацию всех решений конгрессов Коминтерна во всех периодических изданиях партии, обсуждение их на специальных собраниях всех секций или местных организаций партии, созыв после обсуждения специального съезда партии для подведения итогов и для очистки партии от элементов, продолжающих действовать в духе II Интернационала, а также переход периодических органов в руки редакций исключительно коммунистических.

95 этим партиям, выход из них коммунистов нежелателен, пока внутри этих партий возможно вести работу в духе признания диктатуры пролетариата и Советской власти и пока возможна критика оставшихся еще в этих партиях оппортунистов и центристов.

В тезисах Ленина критиковались сектантские взгляды «левых» на отношение партии к классу и массам, на участие коммунистических партий в буржуазных парламентах и реакционных профсоюзах. Отмечая сектантские ошибки «Индустриальных рабочих мира» и движения фабрично-заводских старост в Англии, Ленин в то же время указывал на то, что речь шла в данном случае о глубоко пролетарском и массовом движении, которое в основе своей стояло фактически на почве коренных принципов Коминтерна и ошибки которого были в значительной степени связаны с политической неопытностью революционных масс. Он рекомендовал в отношении этих организаций проводить дружественную политику, политику «сближения с ними и с сочувствующей им массой, дружественного разъяснения им, с точки зрения опыта всех революций и трех русских революций в XX веке особенно, ошибочности указанных выше их взглядов, и не отказываться от повторных попыток слияния с этими организациями в единую коммунистическую партию» ¹. Подчеркнув необходимость привлечения на свою сторону пролетарских элементов, находившихся ранее под влиянием анархо-синдикалистских взглядов и освобождавшихся от них в практической борьбе, Ленин нацеливал коммунистические партии на сплочение всех подлинно революционных сил рабочего класса.

В своем докладе на конгрессе Ленин особо отметил значение партии — боевого авангарда и руководителя пролетарских масс, выделив как важнейшие отличительные признаки — сознательность ее членов, организованность, связь с массами, раскрыл активную роль партии в революционной борьбе, значение ее активного воздействия на массы, на развитие революционного движения. Огонь ленинской критики был направлен прежде всего против правого оппортунизма. «Здесь наш главный враг,— говорил Ленин,— и нам надо над этим врагом одержать победу. Нам надо уйти с конгресса с твердым решением, чтобы во

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 200 — 201.

96 всех партиях эту борьбу довести до конца. Это главная задача» ¹.

Ленинское учение о партии как авангарде рабочего класса, ее организующей и руководящей роли, о принципах строительства партии нашло отражение в представленном конгрессу проекте резолюции о роли коммунистической партии в пролетарской революции. С докладом по этому вопросу выступил Зиновьев. В дискуссии большое место заняло обсуждение позиции английских коммунистов в связи с проблемой вхождения в состав лейбористской партии. Некоторые из делегатов заняли резко отрицательную позицию в этом вопросе. Этим взглядам на конгрессе был дан отпор.

Принципиальные вопросы о характере пролетарской партии и о позиции по отношению к вхождению коммунистов в лейбористскую партию были разобраны в выступлении В. И. Ленина. Его речь была пронизана заботой об интернациональной сплоченности коммунистов. Он резко выступил против того, что развитие событий в той или иной стране и позиция коммунистов по принципиальным вопросам рабочего движения является лишь делом партии данной страны, а Интернационал к этому не должен иметь отношения. Ленин говорил, что Коминтерн должен открыто высказать свое мнение, заявить, какая тактика является правильной. Конгресс не мог пройти мимо спора среди английских революционеров по вопросу вхождения в состав лейбористской партии, тем более, что здесь дело шло и о более широкой проблеме — проблеме взаимоотношений партии с массами. Ленин учил коммунистов всегда занимать принципиальную позицию, руководствоваться высшими интернациональными интересами, не замалчивать слабостей и недостатков движения, а открыто критиковать их, чтобы скорее и радикальнее от них избавиться.

Дискуссия по вопросу о вхождении компартии в лейбористскую партию была продолжена на комиссии и на заключительном заседании конгресса. Ленин убедительно опроверг доводы «левых» и обосновал целесообразность вхождения при условии сохранения полной свободы критики и проведения собственной политики. Вместе с тем он критиковал ошибки Британской социалистической партии, представление о лейбористской партии как о «политиче-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 232.

97 ском выражении профессионального движения». Является ли партия, состоящая в основном из рабочих, «действительно политической рабочей партией или нет, это зависит не только от того, состоит ли она из рабочих, но также от того, кто ею руководит и каково содержание ее действий и ее политической тактики. Только это последнее и определяет, имеем ли мы перед собой действительно политическую партию пролетариата» ¹. Ленин таким образом выделял как отличительные признаки классового направления партии ее состав, позицию руководства, реальную политическую линию и деятельность партии. Лишь сочетание этих черт дает представление о характере партии, при этом решающее значение принадлежит ее политической ориентации.

Резолюция о роли коммунистической партии в пролетарской революции была принята на третьем заседании конгресса. В ней подчеркивалось, что возникновение партии нового типа связано с наступлением эпохи империализма и пролетарских революций, когда перед рабочим классом встала как непосредственная задача — задача революционного преобразования общества. «Эпоха непосредственной борьбы за диктатуру пролетариата родит новую партию пролетариата — коммунистическую партию» ². В обстановке, когда созрели объективные условия революции, решающее значение приобретает субъективный фактор — готовность к революции, наличие пролетарской партии, способной руководить массами в их борьбе, без которой пролетариат не может победить. «Всякая классовая борьба есть борьба политическая. Цель этой борьбы... есть завоевание политической власти. Однако политическая власть не может быть взята в руки, организована и направлена иначе, как той или другой политической партией...» ³.

Вооруженная самой передовой революционной теорией, знанием законов общественного развития, коммунистическая партия является высшей формой организации пролетариата как класса. Она воплощает его способность к борьбе за социалистическое преобразование общества, представляет собой наиболее передовую, наиболее созна-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 261.

³ Там же, стр. 193.

98 гельную, наиболее революционную часть рабочего класса. Компартия не имеет интересов, отличных от интересов рабочего класса. «Коммунистическая партия отличается от всей массы рабочих тем, что она обозревает весь исторический путь рабочего класса в целом и старается на всех поворотах этого пути защищать интересы не отдельных групп, не отдельных профессий, а интересы рабочего класса в целом» ¹. Текстуальная близость этих строк к известным положениям «Манифеста Коммунистической партии» К. Маркса и Ф. Энгельса ² глубоко закономерна. В новых исторических условиях начавшегося преобразования мира на социалистической основе представители коммунистических партий еще на Первом конгрессе торжественно заявили, что считают себя преемниками и вершителями дела, программа которого была провозглашена в «Манифесте Коммунистической партии». Партия указывает рабочему движению его политические задачи и конечную цель и руководит борьбой рабочего класса и широких трудящихся масс, направляя ее по пути решения коренной задачи — революционного преобразования капиталистического общества в коммунистическое. Соединяя марксизм-ленинизм с рабочим движением, партия поднимает рабочий класс на высшую ступень сознательной борьбы за социализм. «Коммунистическая партия есть тот организационно-политический рычаг, при помощи которого наиболее передовая часть рабочего класса направляет по правильному пути всю массу пролетариата и полупролетариата» ³. Только политическая партия может связать воедино разнообразные формы движения пролетариата и его организации, дать ему четкую политическую платформу и направить к единой цели, вести политическую работу в массовых объединениях трудящихся. Только партия может противостоять мелкобуржуазным колебаниям масс, традициям и рецидивам профессионалистской узости или профессионалистских предрассудков среди рабочих и возглавить политически всю деятельность пролетариата, а через него руководить всеми трудящимися массами. Конгресс подверг резкой критике, с одной стороны, правооппортунистическое толкование роли партии как

¹ В. И. Ленин и Коммунистический Интернационал, стр. 192. ² См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 4, стр. 437. ³ В. И. Ленин и Коммунистический Интернационал, стр. 192.

99 простого регистратора событий, идущего в хвосте стихийного движения масс и оправдывающего свою бездеятельность настроениями масс, а с другой — и левооппортунистические попытки заменить ее какими-то надуманными новыми образованиями типа «всеобщего рабочего союза» или растворить ее в советах, что на деле также вело к отказу от партии как организующей и руководящей силы класса, его политического авангарда, вело фактически к разоружению пролетариата в интересах буржуазии. «...Идея беспартийности как принцип,— говорилось в резолюции,— сознательно культивируется среди рабочих буржуазией и ее прихвостнями для того, чтобы отвлечь пролетариев от организованной борьбы за социализм» ¹.

Руководящая роль политической партии достигается не самотеком, а последовательной активной деятельностью коммунистов на всех поприщах классовой борьбы, политической и общественной жизни, когда массы на собственном опыте убеждаются, что именно коммунисты являются наиболее дальновидными, умелыми и активными защитниками их интересов, что коммунисты знают, куда они ведут массы, правильно выбирают пути достижения конкретных целей движения и указывают его дальнейшие перспективы. Партия живет и действует в самой гуще масс, знает их настроения и нужды, умеет понять массы и правильно подойти к ним, политически воспитывает массы, поднимая сознательность масс до уровня революционного авангарда. Только под руководством партии рабочий класс может выполнить роль гегемона широких трудящихся масс. В резолюции подчеркивалось, что «партия именно для того и существует, чтобы идти впереди масс и указывать массам путь» ².

Компартия — это партия рабочего класса, вместе с тем она выражает коренные интересы всех трудящихся масс, она должна иметь глубокие корни не только среди рабочих, но и в других слоях трудящихся.

Роль партии чрезвычайно возрастает после победы революции, когда она становится организующим центром пролетарской диктатуры и воздействует решающим образом на все области государственной, экономической, общественной и культурно-просветительной жизни.

¹ В. И. Ленин и Коммунистический Интернационал, стр. 194.

² Там же, стр. 192.

100 В резолюции большое внимание уделялось вопросам организационного строительства партии на началах демократического централизма, обеспечивающего единство воли и единство действия партии, активность и инициативу коммунистов, товарищеское доверие всех организаций партии к руководящему партийному центру и железную партийную дисциплину. Сила партии в соединении сознательности и организованности на основе принципов марксизма-ленинизма. «Только сплоченность коммунистов и дает возможность авангарду рабочего класса вести за собой весь рабочий класс» ¹.

Разъясняя содержание принципа демократического централизма, абсолютную обязательность решений и директив вышестоящей организации для низшей, безусловное подчинение меньшинства большинству, а части — целому, подчинение партии ее высшему руководящему органу, необходимость выработки решений на основе внутрипартийной демократии, резолюция в то же время сурово осуждала проповедь широкой «автономии» для отдельных организаций партии как ослабление ее рядов, подрыв дееспособности и содействие мелкобуржуазным, анархическим, центробежным тенденциям.

Конгресс Коминтерна отмечал, что, «твердо, беззаветно охраняя программу и революционную тактику коммунизма, коммунистическая партия должна всегда быть теснейшим образом связана с широкими рабочими организациями и чуждаться сектантства в такой же мере, как и беспринципности» ². Тесная связь теоретической, пропагандистской и организаторской работы создает надежную гарантию против ревизионизма, догматизма и сектантства. Ленинское положение об органическом единстве теории и практики в деятельности компартии Коминтерн рассматривал как важнейший принцип коммунистического движения.

Резолюция давала, таким образом, четкое толкование партии нового типа как олицетворения единства пролетарских принципов, пролетарской воли, пролетарского революционного действия. Она была принята делегатами единогласно. За принятие этого документа голосовали и представители революционных синдикалистских организаций и комитетов шоп-стюардов, имевшие право решающего голоса.

¹ В. И. Ленин и Коммунистический Интернационал, стр. 197.

² Там же, стр. 198.

101 Однако нельзя было считать, что эти принципы были до конца поняты и осознаны всеми участниками конгресса. Это выявилось уже тогда, когда конгресс перешел к конкретному рассмотрению проблем организации, стратегии и тактики коммунистического движения, и особенно Условий приема в Коммунистический Интернационал.

Обсуждение Условий приема началось на заседании 29 июля и продолжалось три дня. Еще ранее комиссия, выделенная конгрессом, внесла в представленный проект ряд дополнений. Развивая и конкретизируя положения, содержавшиеся в резолюции о роли компартии, Условия последовательно раскрывали программные, политические и организационные основы партии нового типа. Признание диктатуры пролетариата рассматривалось как главный принцип революционной борьбы и теории марксизма. Каждая партия, входящая в III Интернационал, должна была выработать применительно к особым условиям своей страны программу в духе постановлений Коминтерна. Как безусловная обязанность партии выдвигалось требование последовательного и абсолютного разрыва с реформизмом и центризмом, изгнания из своих рядов заведомых оппортунистов и систематического очищения партии от мелкобуржуазных элементов. Коминтерн учил коммунистов тому, что непримиримость к оппортунизму, чистота партийного знамени является важнейшим условием ее пролетарской революционности. В тезисах подчеркивалось, что повседневная пропаганда и агитация партии должна носить действительно коммунистический характер. Компартии должны уметь сочетать легальную и нелегальную деятельность, систематически работать в армии, в профсоюзах и других массовых организациях, а также в парламенте. Первостепенное значение придавалось работе в деревне и указывалось, что рабочий класс не сможет закрепить свою победу, не имея за собой пролетарские и полупролетарские слои деревни и не нейтрализовав своей политикой остальные слои деревни.

В Условиях подчеркивался интернационалистский характер коммунистической партии и принцип пролетарского интернационализма конкретизировался как солидарность с рабочим классом и революционным движением других стран и в первую очередь как беззаветная поддержка и защита каждой Советской республики в ее борьбе против контрреволюции и империалистической агрессии.

102 Выдвигалось требование поддерживать не на словах, а на деле национально-освободительное движение в колониях и зависимых странах, добиваться «изгнания своих отечественных империалистов из этих колоний, воспитывать в сердцах рабочих своей страны истинно братское отношение к трудящемуся населению колоний и угнетенных национальностей и вести систематическую агитацию в своих войсках против всякого угнетения колониальных народов» ¹.

Как и в резолюции о роли партии, в Условиях четко излагались положения, определяющие внутреннюю жизнь партии, гарантирующие ее целостность, сплоченность и боеспособность. Каждой партии, входящей в состав Коминтерна или желающей к нему принадлежать, предлагалось в кратчайший срок созвать съезд, чтобы на нем официально подтвердить от имени всей партии изложенные в Условиях обязательства.

Условия приема содержали четкую программу деятельности каждой партии для превращения ее в подлинно коммунистическую, предусматривали определенную сумму конкретных мероприятий, определяющих направление и содержание партийной работы.

При обсуждении этого документа развернулась борьба с теми оппортунистическими элементами, которые сопротивлялись преобразованию партий, входивших в состав Коминтерна, в подлинно коммунистические партии.

В дискуссии активно участвовали представители Независимой социал-демократической партии Германии, отстаивавшие центристские позиции своей партии. Предвидя возможность сближения оппортунистов среди партий Коминтерна с центристами, делегация РКП(б) с самого начала обсуждения этого вопроса заявила о недопустимости принятия в Коминтерн правого крыла центристских партий. От имени делегации РКП(б) на конгрессе было сделано следующее заявление: «В нашем Центральном Комитете происходило совещание, на котором мы пришли к следующему решению: в случае, если бы наши итальянские товарищи или другие товарищи потребовали союза с этими правыми элементами, то наша партия готова скорее остаться в полном одиночестве, чем соединиться с такими элементами, которые мы считаем буржуазными» ².

¹ Второй конгресс Коминтерна, стр. 652.

² Там же, стр. 168.

103 На совещании комиссии, обсуждавшей проект Условий, было решено назвать поименно наиболее видных представителей центристского направления, для которых двери Коминтерна оставались закрытыми. Помимо Турати и Модильяни, которые были названы в § 7 проекта, упоминались также Каутский, Гильфердинг, Лонге, Макдональд и Хилквит. При этом для Турати и Модильяни, состоявших в ИСП, речь шла тем самым об исключении их из Коминтерна и из партии, входившей в его состав.

В. И. Ленин внес в комиссию предложение о том, чтобы Условия были дополнены пунктом, гласившим, что в руководстве партий, входящих в состав Коминтерна, 2/3 голосов должны принадлежать тем, кто последовательно выступал за вхождение партии в Коминтерн. Это было очень важное дополнение, направленное на то, чтобы обеспечить реальное осуществление всех Условий и действительное преобразование партии в коммунистическую. От позиции руководства партии в этом деле зависело во многом, как партия воспримет и станет выполнять свои обязательства перед международным коммунистическим движением. Большинством голосов комиссия приняла предложение Ленина¹. Однако на заседании конгресса Зиновьев заявил, что делегация РКП(б) готова взять обратно это предложение, высказывая его лишь как пожелание. По-видимому, это заявление отражало не позицию делегации РКП(б), а лишь позицию Зиновьева и Радека, склонных в этом важнейшем вопросе пойти на уступку. Об этом свидетельствует тот факт, что руководство делегации РКП(б) приняло большинством голосов резолюцию, в которой говорилось: «Предлагается снова вставить в число Условий 2/3 голосов левым во всех ответств[енных] учреждениях». За принятие этой резолюции голосовал Ленин². Против голосовали Радек и Зиновьев, настаивавшие на том, чтобы это положение было выдвинуто лишь как пожелание. Комиссия внесла предложение Ленина и делегации РКП(б) как двадцатый пункт Условий.

Обсуждение этого вопроса на конгрессе было очень бурным. С одной стороны, некоторые делегаты конгресса, настроенные весьма «лево», выступили вообще против каких бы то ни было переговоров с центристскими партиями. Д. Вайнкоп, например, требовал прекращения перегово-

¹ Второй конгресс Коминтерна, стр. 163.

² ЦПА ИМЛ, ф. 2, оп. 1, ед. хр. 14740, л. 1.

104 ров с ФСП и НСДПГ, говоря: «чувствуется, что Коммунистический Интернационал вместе с вождями независимых ориентируется направо» ¹. В. Мюнценберг также предрекал Коминтерну «опасность засорения и ослабления революционной пропаганды и действия» ². В ответ на подобные заявления В. И. Ленин задал вопрос: «Кто же хочет принять Независимую социал-демократическую партию?» ³ И в одной этой реплике была вскрыта вся ошибочность рассуждений «левых». «Левые» представляли дело так, будто Коминтерн собирается принять в свои ряды центристские партии, выставляя лишь некоторые условия. В действительности же Коминтерн заявлял: пока эти партии не порвут с реформизмом и центризмом, не изгонят из своей среды носителей оппортунизма, не перестроятся на коммунистической основе и не перейдут к практическому проведению коммунистической политики, они не могут быть приняты в революционный Интернационал. Сами же переговоры с этими партиями были направлены на помощь их революционному крылу, на разъяснение массам политики и требований III Интернационала. «Левые» не заметили и другой стороны вопроса, того, что Условия должны были помочь преобразованию партий, входивших в Коминтерн, в партии нового типа, преодолению этими партиями наследия социал-демократизма.

Но если «левые» не обратили внимание на эту «деталь», то ее прекрасно увидели руководящие деятели тех партий, к которым были адресованы в первую очередь Условия. Представители шведской и датской партий утверждали, что их партии полностью стоят на платформе Коминтерна, делегат норвежской партии просил учесть специфику его партии, где профсоюзы входили в ее состав на правах коллективного членства. Наиболее характерным было выступление Серрати. Он заявил, что «надо распахнуть двери Коммунистического Интернационала всем партиям, которые могут вместе с нами совершить революцию, а затем уже спорить» ⁴. Он говорил, что у Коминтерна нет сенсерометра, измерителя искренности (В. И. Ленин пре-

¹ Второй конгресс Коминтерна, стр. 213.

⁴ Там же, стр. 241.

105 рвал его речь репликой: «Мы найдем этот измеритель искренности» ¹, что не люди создают ситуацию, а ситуация создает людей, а потому, дескать, не следует принимать в Коминтерн ФСП, потому что во Франции положение не революционное, а с «независимыми» надо сблизиться, потому что в Германии положение революционное. А раз так, то надо держать курс на НСДПГ, которая в Германии «является могущественной силой среди рабочих масс» ².

Лидеры НСДПГ А. Криспин и В. Дитман пытались уверить делегатов конгресса, будто Каутский не является идейным вождем НСДПГ и что их партия якобы всегда стояла за диктатуру пролетариата. В их выступлениях ярко проявилось характерное для оппортунизма толкование роли партии как простого выразителя стихийных настроений массы, оправдывалась соглашательская деятельность НСДПГ в период Ноябрьской революции, подтверждалась оппортунистическая позиция руководства НСДПГ в вопросе о революционном насилии. Общая линия партии, по их мнению, должна приниматься путем соглашения различных течений и мнений, существующих в ней, и, разумеется, не может быть речи об исключении из партии тех, кто несогласен с ее политикой. При этом руководство партии должно «занимать позицию надпартийного председателя третейского суда и не может заранее выступить в защиту какой-нибудь стороны» ³. Ясно, что такой подход обрекал партию на бездеятельность и оппортунизм. Партия понималась как конгломерат различных течений, уподоблялась буржуазному парламенту.

Резкую отповедь оппортунистам дал в своем выступлении на конгрессе В. И. Ленин. Он показал, что рассуждения Криспина, будто, выступая с лозунгом завоевания политической власти, социал-демократы имели в виду установление диктатуры пролетариата, являются насквозь каутскианскими, что затушевывание в прошлом германской социал-демократией вопроса о диктатуре пролетариата было отнюдь не случайным. «Коль скоро мы имеем хорошую, заслуживающую названия коммунистической, революционную партию, следует пропагандировать диктатуру

¹ Второй конгресс Коминтерна, стр. 242.

³ ЦПА ИМЛ, ф. 495, оп. 1, ед. хр. 5, л. 32.

106 пролетариата, в отличие от старого воззрения II Интернационала,— говорил Владимир Ильич. — Это затушевал и замазал тов. Криспин, в чем и состоит основная ошибка, свойственная всем сторонникам Каутского» ¹. Проанализировав взгляды Криспина и Дитмана как наиболее типичные для центристского руководства НСДПГ, Ленин подчеркнул: «...направление Криспина не соответствует Коммунистическому Интернационалу. Говоря это, мы определяем направление всего Коммунистического Интернационала» ².

Ленин разоблачил оппортунистическую позицию центристов по вопросу партийного единства. В рабочем движении идет борьба революционного направления и реформизма. Отрицать эту борьбу, выступать против разрыва с реформизмом во имя мнимого единства значит приносить в жертву реформизму коренные интересы рабочего класса. «Поэтому,— подчеркивал он,— мы должны сказать итальянским товарищам и всем партиям, имеющим правое крыло: эта реформистская тенденция не имеет ничего общего с коммунизмом» ³. Ленин счел необходимым повторить в своем выступлении, что в Италии направлению Коминтерна соответствует направление группы «Ордине нуово», а не большинства руководителей социалистической партии и их парламентской фракции.

Полемизируя с «левыми», требовавшими принципиального отказа от переговоров с НСДПГ, Ленин доказывал, что «левые» не понимают необходимости привлечения на сторону коммунистического авангарда широких масс рабочих, важности превращения компартий в подлинно массовые партии, не видят различия между оппортунистическими вождями и настроенными по-революционному массами, которым надо помочь занять правильную позицию.

Красной нитью через выступления Ленина на конгрессе проходила мысль о том, что пролетариат может победить лишь под руководством революционной партии, которая, объединяя сознательное меньшинство класса, должна находить ответ на каждый вопрос, становящийся в порядок дня. «Если вы не подготовите рабочих к созданию действительно дисциплинированной партии, которая за-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 249.

³ Там же, стр. 254.

107 ставит всех своих членов подчиняться ее дисциплине,— учил Ленин зарубежных коммунистов,— то вы никогда не подготовите диктатуры пролетариата» ¹.

Он говорил об обязательности решений Коминтерна для всех его секций, решений, принимаемых на основе серьезных обсуждений и коллективно одобренных высшим органом международного коммунистического движения, каким являлся конгресс. Эту же мысль после конгресса он выразил в письме к австрийским коммунистам: «Австрийские коммунисты не побоятся выступить открыто и прямо с признанием международной пролетарской дисциплины. Мы гордимся тем, что великие вопросы борьбы рабочих за свое освобождение мы решаем, подчиняясь международной дисциплине революционного пролетариата, учитывая опыт рабочих разных стран, считаясь с их знаниями, с их волей, осуществляя таким способом на деле (а не на словах, как Реннеры, Фрицы Адлеры и Отто Бауэры) единство классовой борьбы рабочих за коммунизм во всем мире» ².

Условия были приняты конгрессом большинством голосов против двух и переданы в комиссию для окончательной редакции. Вновь к ним конгресс вернулся на заседании 6 августа, после принятия Тезисов об основных задачах Коммунистического Интернационала. От имени комиссии Э. Мейер доложил об изменениях и добавлениях, внесенных в текст Условий. Был добавлен новый пункт об исключении из партии тех ее членов, которые принципиально отвергают Условия и тезисы, принятые Коминтерном. Тем самым комиссия, а вслед за ней Второй конгресс вновь подчеркнули, что членом коммунистической партии может быть только тот, кто полностью принимает принципы Коминтерна и всецело руководствуется в своей деятельности линией Коминтерна. ИККИ давалось право делать исключение для тех представителей центристского направления, которые в § 7 были названы как не имеющие права считаться членами III Интернационала. Конгресс проявил определенную гибкость при вопросе о тех или иных деятелях рабочего движения, которые готовы изменить свои взгляды и поведение и полностью встать на позицию Коминтерна.

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 259.

² Там же, стр. 272 — 273.

108 Приняв «21 условие», Второй конгресс четко определил требования, предъявляемые к каждой партии, входящей в состав Коминтерна. Воздвигнув преграду проникновению в свои ряды оппортунистическим элементам, разработав идейные, тактические и организационные принципы партии нового типа, Коммунистический Интернационал на своем Втором конгрессе заложил прочную основу консолидации как международного коммунистического движения в целом, так и каждой коммунистической партии на принципах марксизма-ленинизма.

В своих выступлениях делегаты конгресса с большой теплотой и сердечностью говорили о роли большевистской партии для международного коммунистического движения, о том, что братские партии стремятся брать пример в своей борьбе с партии Ленина. «Российская коммунистическая партия может служить нам образцом и вдохновительницей не только своей политической дальновидностью и своими последовательными марксистскими действиями,— говорил болгарский коммунист Х. Кабакчиев,— но также и железной дисциплиной и строгой централизованностью своей организации» ¹.

Конгресс Коминтерна высоко поднял звание коммуниста как политического деятеля нового типа, вожака масс, вооруженного научной теорией, идейного борца за победу коммунизма, пролетарского революционера, умеющего в любой обстановке вести революционную работу, стойкого и дисциплинированного члена коммунистической партии. «Во всей своей работе: как вождь революционной стачки, как организатор подпольных групп, как секретарь профессионального союза, как агитатор на массовых митингах или депутат, как кооператор или баррикадный боец,— говорилось в Манифесте конгресса,— коммунист остается самим собой, дисциплинированным членом коммунистической партии, беззаветным борцом, смертельным врагом капиталистического общества, его экономической основы, его государственных форм, его демократической лжи, его религии, его морали, самоотверженным солдатом пролетарской революции и неутомимым провозвестником нового общества» ².

¹ Второй конгресс Коминтерна, стр. 390.

² Там же, стр. 564 — 565.

109 Вся работа конгресса являлась замечательной школой политического воспитания молодых компартий. Деловое, товарищеское обсуждение принципиальных вопросов движения, споры и дискуссия, в которых ярко проявились ленинская логика, строго научный подход к проблемам, основанный на теоретическом обобщении опыта борьбы международного пролетариата, многогранного опыта большевизма, последовательная принципиальность и непримиримость к оппортунизму, сочетавшаяся с тактической гибкостью, уважением к мнению участников обсуждения, умением извлечь все ценное, общезначимое из их выступлений и убедительно опровергнуть ошибки и заблуждения, имели своим закономерным результатом полную победу на конгрессе ленинской линии. Решения конгресса сплотили коммунистов всех стран на основе ленинских программных, тактических и организационных принципов. Проведение в жизнь этих решений способствовало дальнейшему размежеванию в рабочем движении, очищению коммунистического движения от оппортунистов, формированию новых компартий. «Конгресс создал такую сплоченность и дисциплину коммунистических партий всего мира, которые никогда не бывали раньше...» ¹,— писал Ленин после окончания конгресса.

«21 условие», как и целый ряд других документов Второго конгресса, были непосредственно связаны с конкретной ситуацией периода возникновения международного коммунистического движения, отвечали на наиболее жгучие, актуальные вопросы современности. Вполне очевидно, что некоторые аспекты, положения этих документов, имевшие практическое значение в то время и сыгравшие значительную роль в укреплении компартий, ныне являются достоянием истории.

Вместе с тем в документах конгресса, в его решениях по вопросам стратегии и тактики, по проблемам строительства коммунистической партии настолько органически сочеталось конкретно-политическое решение проблем с раскрытием общеисторических тенденций развития, что основополагающие выводы конгресса имели решающее значение не только для данного периода истории международного коммунистического движения, они остаются политически актуальными и сегодня.

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 275.

110 * * *

Второй конгресс Коминтерна занимает выдающееся место в разработке вопросов о роли коммунистической партии, о принципах ее организации и деятельности.

Конгресс указал на решающее значение для дальнейшего развития освободительной борьбы пролетариата идейно-политического и организационного оформления коммунистических партий. Коминтерн, возглавляемый Лениным, оказал огромную помощь происходившему в капиталистических странах размежеванию в рабочем движении, высвобождению революционного крыла пролетарских партий из-под влияния оппортунизма и центризма. После Второго конгресса этот процесс, формы и специфические особенности развития которого были связаны с конкретной ситуацией в рабочем движении той или иной страны, был в основном завершен. Революционный авангард международного пролетариата объединялся на принципиальной основе марксизма-ленинизма и пролетарского интернационализма. Обобщая победоносный опыт большевистской партии, делая его достоянием всех братских партий, обобщая опыт побед и поражений революционного движения в других странах, Коминтерн ориентировал партии на укрепление связи с массами, помогал им преодолевать сектантские ошибки, связанные с молодостью и неопытностью коммунистических партий, содействовал их превращению в подлинно боевые революционные партии, опирающиеся на массы и ведущие их за собой. Коминтерн настойчиво добивался осознания коммунистами коренного ленинского положения, что авангард пролетариата только тогда может успешно руководить борьбой рабочего класса и всех трудящихся, когда он представляет собой партию, сплоченную на основе революционной теории научного коммунизма, овладевшую всеми способами и методами борьбы, непримиримую к оппортунизму, представляющую собой единое целое и выражающую единую волю класса, партию, неразрывно связанную с массами. Идея о партии нового типа была поэтому центральной идеей Второго конгресса Коминтерна. Вооружив братские партии учением ленинизма о партии нового типа, ее идейных, политических и организационных принципах, Второй конгресс дал мощный толчок происходившему во всем мире процессу создания и консолидации коммунистического движения.

111 К. К. Шириня

ВОПРОСЫ СОЮЗА РАБОЧЕГО КЛАССА С КРЕСТЬЯНСТВОМ​

Исполком Коминтерна, принимая в апреле 1920 г. решение о созыве Второго конгресса Коминтерна, включил в повестку дня также аграрный вопрос. В воззвании ИККИ 2 июня 1920 г., направленном всем коммунистическим партиям и группам, всем профессиональным союзам и другим организациям, стоящим на почве коммунизма, излагался предварительный проект порядка дня Второго конгресса и аграрный вопрос стоял 8 пунктом ¹. Настоятельная необходимость в постановке этого вопроса на всемирном форуме коммунистов диктовалась многими причинами. Прежде всего тем, что успех революционной борьбы во многом зависел от быстрейшего сплочения трудящихся против буржуазии, а в молодых компартиях капиталистических стран еще не было глубокого понимания необходимости тесного союза пролетариата и трудового крестьянства. Недооценка роли этого союза была распространенным явлением, несмотря на то, что В. И. Ленин, большевистская партия дали яркий образец развития и осуществления идей Маркса и Энгельса о взаимоотношениях пролетариата с трудовым крестьянством.

К. Маркс и Ф. Энгельс, выдвинув положение о необходимости союза пролетариата с крестьянством, указали и основные пути создания такого союза. Чтобы пролетариат, писал Маркс, «имел хоть какие-нибудь шансы на победу, он должен быть в состоянии mutatis mutandis сделать для крестьян непосредственно по меньшей мере столько же, сколько французская буржуазия во время своей революции сделала для тогдашнего французского крестьянина» ².

¹ «Коммунистический Интернационал», 1920, № 11, стр. 1701.

² К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 18, стр. 612.

112 В. И. Ленин не только восстановил положения Маркса и Энгельса о союзниках пролетариата, забытые или извращенные лидерами партий II Интернационала, но и создал на основе этих марксистских положений с учетом новых исторических условий стройное учение о прочном союзе пролетариата с другими слоями трудящихся и путях обеспечения этого союза. Известно, что в середине прошлого века расстановка классовых сил нередко была такой, когда, как выразился К. Маркс, «пролетариат имел на своей стороне только самого себя» ¹. В то время крестьянство многих капиталистических стран, получившее землю в результате буржуазной революции, еще шло за буржуазией. Однако все дальнейшее развитие капитализма усиливало гнет, давящий не только на пролетариат, но и на мелкобуржуазные массы города и деревни. Этот процесс резко обозначился с наступлением эпохи империализма. Решающим фактором становилось то, что капитализм все больше разорял и угнетал мелких собственников и они, несмотря на колебания и непоследовательность, не могли не стремиться к тому, чтобы сбросить ярмо угнетения.

Эпоха империализма и пролетарских революций во многом по-новому поставила вопрос о союзниках пролетариата. Ленин, большевики подчеркивали, что аграрная программа коммунистов должна быть частью их общей программы свержения эксплуататорского строя и построения социализма. В то же время Ленин и большевики исходили из того факта, что рабочий класс поднимается на борьбу за взятие власти в таких исторических условиях, когда капитализм еще не приводит крестьянское население к полному расслоению на сельский пролетариат и сельскую буржуазию и когда во многих странах сохраняются пережитки феодального землевладения и еще не решены до конца задачи аграрной революции. В таких условиях, чтобы привлечь на свою сторону трудовое крестьянство — а оно составляет значительную, в ряде же стран и преобладающую массу населения,— рабочий класс должен выступить с аграрной программой, которая верно учитывала бы общедемократические требования крестьянства и степень его классового расслоения. Другими словами, в большинстве капиталистических стран аграрная программа коммунистов в момент социалистической революции

¹ К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 8, стр. 126.

113 является по своему основному содержанию главным образом общедемократической, а социалистическое преобразование деревни подготавливается постепенно уже в условиях политического господства рабочего класса, в ходе его борьбы против всех видов эксплуатации. При этом главное составляет политический аспект аграрной программы, то есть задача обеспечения союза рабочего класса с крестьянством.

Союз рабочего класса с трудовым крестьянством, указывал Ленин, зиждется на прочной объективной основе — общности их коренных интересов в борьбе против помещиков и капиталистов. Эта общность касается не только ближайших, непосредственных задач, но и таких коренных задач, как свержение капитализма и построение социализма.

Признавая революционные возможности крестьянства, Ленин подчеркивал первостепенное значение руководящей роли пролетариата в том союзе сил, который выступает против реакции. Он показал, что рабочий класс как последовательно социалистический по своей социальной природе класс, не связанный с частным владением средствами производства, наиболее полно выражает коренные интересы всех остальных эксплуатируемых классов и слоев. Руководство рабочего класса чрезвычайно важно и в том отношении, что только оно может обеспечить преодоление колебаний и шатаний мелких собственников. А подобные колебания обусловлены самой природой мелкого собственника, являющегося в то же время тружеником. В. И. Ленин называл педантски-смешной ту точку зрения, сторонники которой считали, что революция будет столкновением чисто пролетарской армии, борющейся «за социализм», с силами буржуазии, стоящими «за империализм». Он доказал, что в революционной борьбе будут участвовать мелкобуржуазные слои, что «без такого участия не возможна массовая борьба, не возможна никакая революция» ¹.

В годы первой русской революции Ленин, большевистская партия делали все для вовлечения огромных масс полупролетарских и мелкобуржуазных слоев города и деревни в борьбу против царского самодержавия. Вместе с пролетариатом эти слои, как писал Ленин, являются

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 30, стр. 54.

114 «активными двигателями всякого демократического переворота» ¹. Ленин указал на ошибочность и огромный политический вред утверждений, будто развитие идет по пути умаления революционных потенций мелкой буржуазии и крестьянства и роста противоречий между этими слоями и пролетариатом.

Для стран, проходивших этап буржуазно-демократической революции в эпоху империализма, Ленин выдвинул лозунг создания революционно-демократической диктатуры пролетариата и крестьянства. Этот лозунг был новым словом в учении о путях подхода к социалистической революции в ряде стран. Он подчеркивал большую политическую активность крестьянства в демократическом перевороте.

Вместе с тем Ленин указывал, что не все силы, участвующие в общедемократическом перевороте, способны сразу поддержать пролетариат в борьбе за переход к социалистической революции, что возможны колебания некоторых слоев, и пролетариат должен учитывать это.

Характерным для ленинского учения является требование дифференцированного подхода к различным непролетарским слоям. Крестьянство в условиях капитализма не однородная масса. В нем пролетарская партия различает неодинаковые слои: сельского пролетария, бедняка, середняка и, наконец, кулака,— и в соответствии с этим вырабатывает практическую политику.

Многое в политике союза пролетариата с трудовым крестьянством зависит от того, насколько правильно пролетарский авангард понимает и учитывает общность их интересов, насколько партия умеет подходить к крестьянству и завоевывать его доверие. Другими словами, Ленин отводил большую роль субъективному фактору в становлении и упрочении союза пролетариев с другими трудящимися.

Большевики в период Октябрьской революции и последовавшей за ней гражданской войны сумели использовать революционные потенции крестьянства в борьбе за уничтожение помещичьего землевладения и укрепление власти Советов. Эта сторона опыта Великого Октября показывала революционерам других стран, что союз рабочего класса с крестьянством и с другими слоями трудящихся составляет одну из важнейших закономерностей социалистической революции.

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 10, стр. 13.

115 Ленинское учение о союзе рабочего класса с крестьянством, опыт Октября, подтвердившего жизненную необходимость и величайшее значение такого союза, имели интернациональное значение. Они нашли отражение в документах Первого конгресса Коминтерна (2 — 6 марта 1919 г.), определившего платформу и основные принципы коммунистического движения. На конгрессе аграрный вопрос не рассматривался как специальный пункт повестки дня. Но в решениях конгресса подчеркивалось, что пролетариат, выступая главной силой, которая уничтожит власть буржуазии, должен использовать роль гегемона для того, чтобы поднять на борьбу полупролетарские элементы города и деревни, «вырвать неимущие мелкобуржуазные массы деревни из-под влияния деревенских кулаков и буржуазии, организовать и привлечь их в качестве сотрудников к делу коммунистического строительства»¹. Конгресс провозгласил это одним из важнейших принципов своей политики.

Затрагивался вопрос о путях перевода мелкого крестьянского хозяйства на социалистические рельсы. Известно, что буржуазия запугивала крестьян тем, что коммунисты якобы хотят немедленно ликвидировать всякое частное хозяйство. В ответ на это Первый конгресс заявлял, что переход к социализму в деревне должен осуществляться путем постепенного объединения мелких крестьянских хозяйств наряду с созданием крупных социалистических хозяйств на базе национализированных капиталистических сельских хозяйств, что «мелкая собственность отнюдь не должна экспроприироваться», а вовлечение мелких собственников в сферу социалистической организации производства будет достигаться «примером и практикой, которая покажет преимущества нового строя...»².

В принятых конгрессом ленинских тезисах о буржуазной демократии и диктатуре пролетариата отмечалось, что союз рабочего класса и полупролетарских слоев должен охватывать и политическую область, что пролетарская власть обязана привлечь полупролетарские слои к «постоянному и непременному, притом решающему, участию в демократическом управлении государством»³. Провозглашая эти положения, Коминтерн как бы говорил полупролетарским

¹ В. И. Ленин и Коммунистический Интернационал. М., 1970, стр. 132.

³ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 37, стр. 500.

116 массам, что социалистическая революция открывает им путь действительного освобождения от эксплуатации и активного участия в решении всех общественных дел. Это имело огромное значение в борьбе за преодоление широко распространенных в мелкобуржуазных слоях предубеждений против нараставшей в это время революционной пролетарской борьбы.

Однако к этому времени молодые, недавно сформировавшиеся компартии стран Запада и коммунистические группы еще не имели существенного опыта привлечения союзников на сторону пролетариата. Еще далеко не был преодолен груз сектантского, свойственного социал-демократии отношения к крестьянству.

Известно, что в рядах социал-демократии с конца XIX века утвердилось мнение, что крестьянские массы не будут иметь большого значения в борьбе против капитала. Открытые ревизионисты Э. Давид, Г. Фольмар и им подобные, преувеличивая живучесть мелкого крестьянского хозяйства, делали вывод, что теория Маркса якобы неприменима к сельскому хозяйству, что мелкое производство в деревне имеет-де экономические преимущества перед крупным ¹. Защищая крестьянское хозяйство, как таковое, оппортунисты типа Давида фактически отказывались от социалистической перспективы в деревне.

Другие теоретики социал-демократии, признавая на словах выводы Маркса о союзе пролетариата с крестьянством, на деле были очень далеки от понимания действительной роли этого союза. К. Каутский, например, отвергал идею гегемонии пролетариата в демократической революции. В союзе рабочего класса с крестьянством он отводил крестьянству пассивную роль ². В брошюре «Путь к власти» Каутский писал о широких кругах средних слоев населения, что пролетариату, каким бы способом он ни вел социалистическую пропаганду, привлечь эти слои к себе «труднее, чем когда-либо», что эти слои якобы «повсюду превратились в его злейших врагов» ³. Тезис о пропасти между пролетариатом и «консервативным крестьянством» Каутский пытался доказывать и тогда, когда опыт Октября

¹ См., например, статью Э. Давида в «Die Neue Zeit», XIII. Jahrgang (1895), N 41, S. 449.

³ К. Каутский. Путь к власти. М., 1919, стр. 107, 109.

117 с огромной силой раскрыл значение ленинских идей о союзниках пролетариата ¹.

К взглядам Каутского были близки положения по аграрному вопросу, содержавшиеся в программных документах и заявлениях многих социалистических партий. Итальянская социалистическая партия, в которой в 1918 — 1920 гг. быстро усиливалось влияние левых, все еще заявляла о том, что она стремится сделать из каждого сельского труженика «наемного работника» и ориентировалась в своей аграрной политике почти исключительно на сельскохозяйственный пролетариат ².

Большинство теоретиков социалистических партий не видело возможностей вовлечения трудового крестьянства в активную борьбу против капитализма и предлагало ждать, пока капитализм проделает разрушительную работу в деревне и пролетаризирует большинство крестьян.

Этот взгляд на крестьянство находился в соответствии с известной догмой лидеров II Интернационала, что пролетарская революция возможна лишь тогда, когда рабочий класс составит подавляющее большинство нации ³. Таким путем оправдывалось стремление отложить социалистическую революцию до далеких будущих времен.

Молодые коммунистические партии стран Европы, решительно порывая с оппортунистической теорией и практикой, фактически отрицавшей необходимость социалистической революции и пролетарской диктатуры, все же не могли сразу освободиться от недооценки крестьянского вопроса, унаследованной от социал-демократии. Часть коммунистов придерживалась мнения, что большинство крестьян уже в силу того, что они являются собственниками, в условиях революции не поддержит борющийся рабочий класс, а займет консервативные позиции.

Но у многих коммунистов недооценка крестьянского вопроса имела совершенно иные мотивы, чем у социал-демократии, вытекала из непонимания опыта Октября, из

¹ См. К. Каутский. Социализация сельского хозяйства. Пг., 1922, стр. 7.

³ К. Каутский писал по этому вопросу: «Самое наступление пролетарской революции предполагает численное превосходство пролетариата по сравнению со всеми прочими классами общества вместе взятыми». См. К. Каутский. Пролетарская революция и ее программа. Берлин, 1922, стр. 128.

118 схематичных, сектантских представлений о путях социалистической революции.

В то время коммунисты европейских стран нередко исходили из предположения, что условия бурного революционного подъема создают для буржуазии такую критическую ситуацию, что сил одного революционного пролетариата достаточно, чтобы свалить пошатнувшиеся капиталистические режимы. Недооценке роли союзников рабочего класса способствовали левацкие мнения, будто капитализм уже терпит крушение, что дни его сочтены. Тезисы о безвыходном положении буржуазии, о невозможности восстановления экономики на капиталистических основах были близки по духу теории автоматического краха капитализма и способствовали живучести мнений, что незачем-де пролетариату особенно заботиться о союзнике в деревне, поскольку капитализм уже начинает разваливаться.

Приводился и другой довод: поскольку в странах Европы мелкобуржуазные слои деревни малочисленнее, чем в России, вопрос об отношении к ним не будет играть большой роли в революции.

Подобные мнения нашли отражение как в программных документах ряда компартий, так и в их практической деятельности.

На учредительном съезде Коммунистической партии Германии в конце декабря 1918 г. Роза Люксембург говорила, что, «если мы серьезно думаем о социалистическом преобразовании, мы должны направить наше внимание на деревню так же, как и на промышленные центры, и здесь мы, к сожалению, не приступили даже к самому началу» ¹. В докладе на съезде она указывала, что пролетариат должен найти для себя резервы в деревне и мобилизовать их на классовую борьбу. Но к этим резервам она относила только сельский пролетариат и мелкое крестьянство, считая, что остальные слои являются «фанатическими приверженцами частной собственности» и будут в критический момент мобилизованы буржуазией ². В программе компартии, принятой съездом, содержалось требование экспроприации не только помещичьего землевладения, но и средних

¹ Bericht über Gründungsparteitag der Kommunistischen Partei Deutschlands (Spartakusbund) vom 30. Dezember 1918 bis 1. Januar 1919. B., S. 39.

² Ibid.

119 хозяйств и немедленного создания социалистических сельскохозяйственных кооперативов под единым централизованным в масштабах страны руководством ¹. Требование массы мелких крестьян об аграрной реформе, которая дала бы им землю, не было учтено. У Р. Люксембург, этой мужественной и стойкой революционерки, как и у ряда других немецких коммунистов, существовали еще предубеждения против раздела помещичьей земли. «Многолетняя недооценка крестьянского вопроса в немецком рабочем движении смогла быть преодолена и в молодой КПГ только постепенно» ².

Особенно важной была разработка правильной аграрной программы для стран, где преобладало крестьянское население — Болгарии, Югославии, Венгрии и других.

Но в Болгарской коммунистической партии (тесных социалистов) также наблюдалось сектантское недоверие к крестьянству. В программной декларации партии, принятой на ее съезде в мае 1919 г., отсутствовал глубокий анализ аграрных отношений в стране и говорилось, что «победа социализма зависит исключительно от сознательности и организованности пролетариата, т. е. от силы рабочего класса» ³. Предлагалось следующее решение аграрного вопроса: победивший пролетариат уничтожает все формы частной земельной собственности и превращает землю в общественное достояние, экспроприируются не только крупные, но и средние землевладельцы ⁴. В отношении мелких землевладельцев указывалось, что революционный пролетариат не отнимает у них земли, а употребит все силы и средства на то, чтобы организовать коллективное землевладение и обработку земли ⁵. Таким образом программа болгарских коммунистов не учитывала требований крестьянской бедноты ⁶, середняков, их привязанности

¹ Bericht über Gründungsparteitag der Kommunistischen Partei Deutschlands (Spartakusbund) vom 30. Dezember 1918 bis 1. Januar 1919, S. 55.

⁶ По данным, приводимым М. Горовым, в Болгарии в 1920 г. 19% от общего числа крестьянских хозяйств составляли карликовые хозяйства (до 2 га) и 36,8% — мелкие хозяйства размером от

120 к земле и не могла дать основы для действительно прочного союза рабочих и крестьян.

В Югославии весной 1919 г. крестьянские волнения охватили Хорватию, где беднота стала делить помещичью землю. Волнения затем перекинулись на другие районы страны. Однако аграрная программа, принятая на съезде Социалистической рабочей партии Югославии (коммунистов) в апреле 1919 г., хотя и говорила о разделе земли, «была обращена лишь к пролетариям деревни... Партия не заботилась ни об удовлетворении требований бедноты и среднего крестьянства, ни о ликвидации национального гнета, поэтому она не смогла найти дорогу к своим потенциальным революционным союзникам» ¹. После съезда, в условиях бурного подъема крестьянского движения в стране, «многие левые социалисты продолжали отрицательно относиться к наделению крестьян землей и фактически отстаивали политику, которая вела в тех условиях к изоляции пролетариата от революционного трудового крестьянства» ².

Некоторые югославские коммунисты, в частности Ф. Филипович, а также многие интернационалисты, вернувшиеся из России, решительно настаивали на таком решении аграрного вопроса, которое осуществили в России большевики ³. Однако эта идея только пробивала себе дорогу.

2 до 5 га земли (М. Горов. Аграрная реформа в Болгарии. «Аграрные проблемы», 1929, кн. 3, стр. 112 — 113).

³ Д. Дмитриевич, один из сербских интернационалистов в России, в конце 1918 г. написал «докладную записку» В. И. Ленину. В ней он сообщал, что среди сербов, хорватов и словенцев, находящихся в России, господствуют революционные настроения и что ⁹/₁₀ из этих людей «представляют собою крестьянский элемент и только ¹/₁₀ — рабочие и служащие города». Они ждут возвращения на родину, чтобы сыграть свою роль в революционном национально-освободительном движении и получить землю. Д. Дмитриевич указывал, что в южнославянских землях «крестьянская масса явится первым революционным элементом потому, что аграрные вопросы остались не разрешенными почти во всей южной Австрии», а крепостничество сохранилось здесь в самых разнообразных формах. «Крестьянская масса поможет пролетариату в его борьбе против буржуазно-капиталистического строя». И хотя автор «докладной записки» временами давал преувеличен-

121 Финские коммунисты в период социалистической революции в стране в 1918 г. не смогли найти верного подхода к трудовым крестьянским массам, чтобы привлечь их на свою сторону. Революционное правительство Финляндии осуществило ряд срочных мер, отвечающих интересам рабочего класса, торпарей (безземельных крестьян-арендаторов) и деревенской бедноты. Сотни тысяч деревенских бедняков — мелких арендаторов были освобождены от власти владельцев земли. Но это не означало радикального разрешения аграрного вопроса, так как лишь беднейшие получили в собственность ту землю, которую они арендовали, а малоземельные крестьяне вообще не получили какой-либо земли дополнительно. На месте брошенных имений создавались хозяйства под государственным управлением ¹. Слабость позиций пролетарской власти в деревне ловко использовала буржуазия, развернувшая среди крестьянства пропаганду, будто революционеры и безбожники хотят отобрать у него последний клочок земли. Видный финский коммунист К. Маннер писал позже, что «партия предварительно не заручилась поддержкой или хотя бы лояльностью крестьянства, представляющего одну из важнейших групп населения» ². Это серьезно ослабляло позиции рабочей власти и явилось одной из причин ее поражения. Подобная линия в аграрном вопросе вызывала у Ленина беспокойство. Уже в дни работы Первого конгресса Коминтерна он проявлял особый интерес к позиции компартий по отношению к крестьянству. Ю. Сирола в своих воспоминаниях писал, что Владимир Ильич в беседе с финской делегацией интересовался политикой партии в аграрном вопросе ³.

Развитие классовой борьбы в 1919 — 1920 гг., успешная борьба Советской России против белогвардейцев и интервентов, мероприятия советских республик в Венгрии, Сло-

ные оценки революционным возможностям крестьянства, он в целом предлагал верный путь и просил организовать «отправку широких масс военнопленных, перед тем распропагандированных в духе крестьянского захвата земель по примеру русского захвата» (см. ЦПА ИМЛ, ф. 5, оп. 3, ед. хр. 136, л. 1 — 2).

³ Ю. Сирола. Воспоминания о Ленине. «Пролетарская революция», 1930, № 1, стр. 82.

122 вакии, Баварии дали компартиям важнейшие уроки и в области политики союзов. При этом первостепенное значение имел положительный опыт большевистской партии, которая под руководством Ленина нашла пути к укреплению союза рабочего класса с крестьянством.

На VIII съезде РКП(б) (18 — 23 марта 1919 г.) Ленин обосновал вывод, что Советская власть в России должна выдвинуть новый лозунг по отношению к крестьянству. Он указывал, что прежний лозунг союза с беднотой и нейтрализации середняка должен быть заменен, поскольку нейтрализация середняка — это лишь минимальная цель, обусловленная тем, что средний крестьянин не мог немедленно встать на сторону пролетарской власти, колебался. «Но если мы правильно будем вести политику, то через некоторое время,— говорил Владимир Ильич,— эти колебания прекратятся, и крестьянин сможет встать на нашу сторону» ¹. Принятый съездом курс партии на установление и всемерное укрепление союза рабочего класса с середняком имел значение не только для упрочения Советской власти в России и сплочения широких масс против интервентов и белогвардейцев, но и для всех коммунистических партий. Последние должны были во многом по-новому взглянуть на роль и возможности среднего крестьянства. Решения VIII съезда РКП(б) говорили о том, что победивший рабочий класс проводит в жизнь требования всех эксплуатируемых, что классовая база пролетарской диктатуры должна и может быть широкой.

Но в это время в политике компартий капиталистических стран еще не произошло значительного сдвига в преодолении недооценки союза рабочего класса с крестьянством. В аграрном вопросе допустили серьезные ошибки правительство Венгерской Советской республики, руководители Баварской Советской республики. Правительство Советской Венгрии много сделало для того, чтобы лишить экономических, политических и других позиций свергнутые эксплуататорские классы, и осуществило ряд мероприятий по улучшению материального положения трудящихся. Однако оно, несмотря на то, что крестьяне и батраки во многих районах страны пытались по собственной инициативе делить помещичьи земли, не удовлетво-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 38, стр. 194.

123 рило требований малоземельного крестьянства о земле ¹. Правительство приняло закон о национализации всех владений, превышающих по размерам 100 хольдов (57 га), и создании на их базе государственных сельскохозяйственных имений. Венгерские коммунисты продолжали считать, что пролетариат связан в деревне только с сельскохозяйственным пролетариатом. Раздел крупных имений между мелкими крестьянами они рассматривали как нежелательный путь, который якобы означает ограничение экономического прогресса, поскольку на месте крупных сельских хозяйств создаются мелкие. Они считали раздел земли опасным и в социальном отношении, так как это расширяет слой мелких собственников, привязанных к земле. Экономическая и социальная опасность наделения крестьян землей чрезвычайно преувеличивалась и в то же время упускалась из виду главнейшая — политическая — сторона проблемы: необходимость тесного союза пролетариата с трудовым крестьянством.

Е. Варга оценивал как весьма положительный факт то, что в стране «раздел земли вообще не имеет места» ². Б. Кун через несколько лет после поражения Венгерской советской республики писал: «Мы думали, что наша земельная политика умнее политики русских большевиков, так как мы не раздаем крупные имения крестьянам, а сразу осуществляем социалистическое сельское хозяйство» ³.

Отказ от раздела крупных землевладений в условиях страны, где владельцы карликовых наделов размером от 1 до 5 хольдов составляли подавляющее большинство сельского населения, вызвал серьезное разочарование среди крестьянства. К тому же крестьянство было недовольно реквизициями и видело в крупных государственных хозяйствах своего конкурента. Контрреволюция использовала ошибки венгерских коммунистов в аграрной политике для того, чтобы ослабить новую власть в деревне, а кое-где и

¹ На территории Венгерской советской республики в сельском хозяйстве была занята половина населения — 4,5 млн. человек. В руках 8 тысяч помещиков, имевших более 100 хольдов земли и составлявших лишь 1% от числа земельных собственников, находилось более половины всех земельных владений (см. Очерки новой и новейшей истории Венгрии. М., 1963, стр. 205).

³ Kun Béla. Válogatott müveke es beszédek. Budapest, 2 k., 1966, 255 l.

124 подбить крестьян на выступления против Советской власти ¹. «Вследствие неправильного подхода к вопросу о земле (крупные помещики были экспроприированы, но крестьяне земли не получили) расшаталась политическая база диктатуры пролетариата — союз рабочих и крестьян» ². Это стало одной из причин поражения пролетариата в момент, когда Советская Венгрия оказалась под ударом иностранной и внутренней контрреволюции.

В. И. Ленин, как известно, с первых шагов Советской республики в Венгрии помогал ей своими советами, подчеркивал большое международное значение ее победы. В статье «Привет венгерским рабочим», написанной 27 мая 1919 г., он говорил о том, как важно занять верную позицию в отношении мелкой буржуазии, «чтобы пролетариат мог вести за собой крестьянство и все мелкобуржуазные слои вообще» ³. В беседе с Л. Рудашем, состоявшейся в апреле 1919 г., Ленин вновь интересовался тем, «пользуется ли диктатура венгерского пролетариата достаточно прочной поддержкой крестьянской бедноты» ⁴. Однако к этим ленинским советам не прислушались должным образом. Лишь в последние дни Советской республики в Венгрии у ряда коммунистов возникло убеждение, что нужна иная аграрная политика, такая, которая укрепила бы социальную базу пролетарской власти. Е. Ландлер, видный руководитель Красной Армии Венгрии, заявлял на одном из совещаний, ссылаясь на примеры русской и французской революций: «Я предлагаю дать офицерам участок для постройки дома, а солдатам по нескольку хольдов земли». Полемизируя с Б. Куном, он говорил, что его не интересует в данный конкретный момент, правильно ли в принципе производить раздел земли или нет, его «интересует

¹ См. Акузиус Хевеши. Венгерское крестьянство и его борьба. М. — Л., 1927, стр. 119.

⁴ О Ленине. Воспоминания зарубежных современников. М., 1962, стр. 270.

125 теперь только вопрос о том, как отстоять диктатуру пролетариата» ¹.

В советах руководителям Баварской Советской республики Ленин подчеркивал, что необходимо оказать «немедленную и широкую помощь рабочим, а особенно батракам и мелким крестьянам» ². И хотя ленинская телеграмма не попала в руки Советского правительства Баварии, она была еще одним свидетельством того, какое важное значение придавал вождь мирового пролетариата союзу рабочего класса с крестьянством.

Опыт большевиков в области укрепления союза пролетариата с крестьянством, а также уроки Советской Венгрии и Советской Баварии, не сумевших верно решить эту проблему, показали, что стало крайне необходимо глубокое рассмотрение аграрного вопроса в рамках Коминтерна. Эта необходимость усугублялась тем, что буржуазные правительства во многих странах объявили о проведении аграрных реформ, надеясь такими мерами остановить нарастание революционного движения в деревне и потушить недовольство крестьян. В высшей степени интересно то, что глубина обещаемых этими реформами аграрных изменений прямо зависела от силы революционного движения в стране и непосредственного влияния примера Октябрьской революции. Французский публицист Пьер Жус писал по этому поводу: «Можно... разделить Европу на четыре зоны. С востока на запад располагаются последовательно: страны аграрной революции, страны с широкой аграрной реформой, страны, в которых реформа была декретирована, но практически сведена на нет, и, наконец, страны, в которых реформы совершенно не имели места. Силы движения, направляющегося от России, прогрессивно ослабляются по мере удаления от центра, подобно тому, как ослабляется амплитуда волны, вызванной камнем, брошенным в воду» ³. И хотя П. Жус несколько упрощал картину, сводя все лишь к влиянию аграрной революции в России, он был прав в том, что законы об аграрных реформах, принятые в ряде стран, шли дальше всего там, где аграрная революция стучалась в дверь, или где положение буржуазной власти

¹ Népszabadság». 8. III. 1969.

³ Pierre Jousse. Les tendances de réformes agraire dans l'Europe central, l'Europe oriental et l'Europe meridional. Paris, 1925, p. 19.

126 становилось непрочным. Так было в Прибалтике, Румынии, затем в Польше ¹. Здесь буржуазия приняла законы, в которых содержались статьи об отчуждении значительной части крупной земельной собственности и наделении землей на определенных условиях малоземельных крестьян и батраков. Буржуазия таким образом вынуждена была пойти на частичное удовлетворение крестьянских требований. Но в то же время этим шагом она порождала среди трудового крестьянства иллюзии о возможности разрешения земельного вопроса в условиях капиталистического строя. Буржуазные партии всеми силами стремились сохранить влияние на крестьянство, не останавливаясь, как это было, например, в Италии, перед демагогическими спекуляциями вокруг крестьянских требований. Все это говорило о том, что пролетариату капиталистических стран предстояла чрезвычайно напряженная борьба за союзников в деревне против опытного, сильного, умеющего маневрировать противника.

Ясно, что в такой обстановке Коминтерн и компартии должны были срочно выработать ясную и четкую программу по аграрному вопросу. Это было тем более необходимо, что некоторые коммунисты пытались «обосновать» такую политику, которая фактически противопоставляла пролетариат крестьянству. В журнале «Kommunismus» (журнал Коммунистического Интернационала для стран Юго-Восточной Европы) весной 1920 г. появились отдельные статьи, выдержанные именно в таком духе. Известно, что Ленин подверг суровой критике журнал «Kommunismus» за левацко-сектантские ошибки по вопросу об отношении к парламенту, о работе в профсоюзах. Левацко-сектантскими были позиции журнала и по аграрному вопросу. В одной из статей журнала говорилось, что победивший пролетариат должен завоевать контроль над

¹ Типичным был, например, аграрный закон, принятый Учредительным собранием Эстонии в октябре 1919 г. В соответствии с этим законом в собственность буржуазного государства отчуждалось 96,6% всей крупной земельной собственности, которая принадлежала здесь главным образом немецким баронам. Закон и последующие постановления содержали заверения о наделении землей всех безземельных крестьян и оказании им материальной помощи в обзаведении хозяйством. При этом преимущества предоставлялись тем, кто участвовал в борьбе против Советской России (см. Очерки истории Коммунистической партии Эстонии. Т. II, Таллин, 1963, стр. 12 — 13).

127 сельским хозяйством в условиях, когда крестьянин, якобы нажившийся на войне и освободившийся от долгового гнета, теперь, боясь накопления обесценивающихся денежных знаков, старается придержать свои продукты. Как же установить контроль над сельским хозяйством? «...Единственное средство к этому — блокада сельских районов городами» ¹. Невыполнение поставок продукции должно сразу же наказываться блокадой, прекращением функционирования транспорта, прекращением поставок сахара, чая, табака, и особенно соли, керосина и спичек. Именно в такой блокаде автор видел путь к активизации классовой борьбы в деревне ².

Однако подобные рецепты находили все меньшую поддержку среди коммунистов. Наоборот, весной 1920 г., т. е. в период непосредственной подготовки ко Второму конгрессу Коминтерна, в европейских компартиях заметно активизируются стремления усвоить опыт большевиков в аграрном вопросе и извлечь уроки из аграрной политики Советской Венгрии.

К глубокому пониманию роли аграрного вопроса и гегемонии пролетариата в его союзе с крестьянством подходил итальянский коммунист Антонио Грамши, который еще в 1919 г. сделал вывод, что в Италии, как и в России, необходим самый тесный союз рабочих и трудового крестьянства ³. Изучая уроки Советской Венгрии и Баварии, А. Грамши говорил, что одной из причин поражения

«Kommunismus». Wien, N 19, 15. V. 1920, S. 590.

³ Антонио Грамши в статье «Рабочие и крестьяне», написанной в августе 1919 г., анализируя положение крестьянства в Италии, указывал, что годы войны, когда массы крестьян были посланы в окопы в солдатских шинелях, значительно изменили психологию трудового крестьянства, помогли ему понять отношения в обществе, сделали его более восприимчивым к коммунистической пропаганде, к идеям Октября. «Исторические условия жизни Италии,— писал Грамши,— мало отличались и отличаются от русских. Проблема объединения класса рабочих и крестьян стоит одинаково и там и тут... Заводские рабочие и беднейшие крестьяне — таковы движущие силы пролетарской революции». И хотя А. Грамши в это время еще поддерживал установки руководства ИСП о необходимости социализации земельной собственности и выступал против раздела земли между крестьянами, считая, что это усилит капитализм в деревне, он шаг за шагом двигался к ленинскому пониманию проблемы союзников пролетариата. Обращаясь вновь и вновь к опыту Октябрьской революции, А. Грамши, а вместе с ним и П. Тольятти подчеркивали: «Русская революция нашла свою

128 этих республик явилось отсутствие союза рабочих и крестьян. «Восставшие города,— писал он,— оказались здесь изолированными, окруженными непониманием и безразличием деревни, а клерикальная и капиталистическая реакция нашла там прочную опору. В России же Октябрьской революции предшествовали мощные революционные выступления деревни» ¹.

В Финляндии Социалистическая рабочая партия, созданная в начале 1920 г. при участии коммунистов, заявила в то время, что у трудящегося крестьянина земля не может быть отобрана, что рабочая власть даст мелким крестьянам право на удержание за собой всей обрабатываемой и арендуемой ими земли, отняв эти земли у помещиков и капиталистов, что необходим прочный союз промышленных рабочих с сельскохозяйственными пахарями ².

Ряд деятелей международного коммунистического движения, в том числе Ф. Филипович, Ю. Мархлевский и другие, посвящают немалые усилия разработке аграрного вопроса.

Большое и постоянное внимание этому вопросу уделяет В. И. Ленин. Известно, что Ленин тщательно изучал аграрные отношения в различных странах. Его работы по аграрному вопросу, подготовительные материалы к ним, содержат массу статистических данных и обобщений, касающихся капиталистического развития в сельском хозяйстве не только России, но и США, Германии, Франции и других стран. Ленинские выводы по аграрному вопросу базировались на солидном научном фундаменте. Ленин гораздо глубже, чем кто-либо из его современников, понял всю сложность аграрной проблемы, ее значение для пролетарской партии. В момент подготовки ко Второму конгрессу Коминтерна Ленин в своих статьях, выступлениях, в книге «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» настойчиво повторяет, что союз рабочего класса с непролетарскими трудящимися массами составляет социально-по-

силу, свое спасение как раз в том, что в России рабочие и крестьяне, исходя из разных побуждений, движимые различными чувствами, оказались объединенными в своем стремлении к общей цели в совместной борьбе...» (см. А. Грамши. Избранные произведения. Т. I. (1919 — 1920). М., 1957, стр. 47, 97).

² См. «Коммунистический Интернационал», 1920, № 15, стр. 3332; 1924, № 2, стр. 178.

129 литическую основу диктатуры пролетариата, что это альфа и омега пролетарской власти, что без такого союза власть пролетариата не может быть устойчивой. Он еще и еще подчеркивает, что мелких товаропроизводителей «нельзя прогнать, их нельзя подавить, с ними надо ужиться, их можно (и должно) переделать, перевоспитать только очень длительной, медленной, осторожной организаторской работой» ¹. В. И. Ленин стремился, чтобы политика союза рабочего класса с непролетарскими массами трудящихся была твердо усвоена партиями Коммунистического Интернационала.

Непосредственная подготовка проектов решений по аграрному вопросу ко Второму конгрессу Коминтерна развертывается весной 1920 г. Ю. Мархлевский, являвшийся представителем Коммунистической рабочей партии Польши в Исполкоме Коминтерна, по поручению ИККИ возглавляет подготовительную работу по аграрному вопросу. В качестве основы для дискуссии он пишет статью «Аграрный вопрос и мировая революция», которая была опубликована в 12-м номере журнала «Коммунистический Интернационал» ².

Ю. Мархлевский уже задолго до этого изучал социально-экономические отношения в польской и германской деревне. На VI съезде социал-демократии королевства Польши и Литвы в декабре 1908 г. он сделал обширный доклад по крестьянскому вопросу. Применительно к России он разделял аграрную программу Ленина и большевиков в годы первой русской революции и после нее. Однако анализируя отношения в польской деревне, Мархлевский недооценивал значение пережитков феодализма и считал, что здесь наблюдаются противоречия чисто капиталистического типа. Поэтому Ю. Мархлевский и в 1908 и в 1918 гг. выступал против раздела помещичьей земли между крестьянами в случае победы революции на польских землях ³.

В статье, подготовленной ко Второму конгрессу Коминтерна, Ю. Мархлевский сделал несомненно большой шаг вперед в направлении к ленинской позиции по аграр-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 27.

³ См. Феликс Тых, Хорст Шумахер. Юлиан Мархлевский. М., 1969, стр. 179, 325.

130 ному вопросу. В этой статье содержалась попытка дать дифференцированный подход к решению аграрного вопроса в различных районах Европы в зависимости от характера социально-экономических отношений в деревне. Автор выделял в Европе два района. Первый — это район, где крупная земельная собственность играла важную роль и носила, по определению Мархлевского, капиталистический характер («бароны» в Латвии, «шляхтичи» в Польше, Литве и на Украине, «магнаты» в Венгрии, «юнкеры» в Восточной Германии). Второй — это Западная Европа, где господствует за редкими исключениями мелкокрестьянское землевладение, а крупные хозяйства не имеют большого веса. Исключением автор считал Италию, Испанию и Португалию. Для этих трех стран «вряд ли представляется иной выход,— писал Ю. Мархлевский,— кроме раздела латифундий на мелкие участки, согласно желанию эксплуатируемых мелких крестьян, и предоставления земли крестьянству» ¹.

Ю. Мархлевский намечал различные проекты аграрной программы коммунистов для Средней Европы и для Западной Европы, подчеркивая одновременно, что и тут и там рабочий класс должен опираться прежде всего на пролетарскую и полупролетарскую прослойку деревни. Автор обоснованно выступал против ненужной поспешности при революционном вмешательстве в область крестьянской земельной собственности.

Вместе с тем Ю. Мархлевский хотя и формулировал ясно задачу укрепления союза пролетариата с крестьянством, все же считал, что раздел между малоземельными крестьянами конфискованных земель крупных землевладельцев был бы регрессом в области производственных отношений и мог бы отрицательно сказаться на снабжении городов. Автор таким образом недооценивал политическое значение раздела земли. В странах Средней Европы, говорил он, на месте безвозмездно отчужденных земель крупных землевладельцев должны быть созданы крупные сельскохозяйственные предприятия, являющиеся национальной собственностью и работающие под контролем государства. Крестьяне же, по мнению Ю. Мархлевского, будут иметь больше выгод от отмены долгов, чем от наделения землей.

¹ «Коммунистический Интернационал», 1920, № 12, стр. 2026.

131 В странах Западной Европы возможна опора, как писал автор, только на сельскохозяйственный пролетариат ¹. Такая оценка в известной степени преуменьшала возможности пролетарской политики в деревне в странах Западной Европы.

В. И. Ленин внимательно читал статью Ю. Мархлевского (по-видимому, еще до ее опубликования) и высоко оценил ее достоинства. «Тов. Мархлевский в своей статье,— писал он,— превосходно развил причины, почему Второй, ставший ныне желтым, Интернационал не мог не только определить тактики революционного пролетариата в аграрном вопросе, но даже не мог поставить этого вопроса как следует. Затем тов. Мархлевский дал теоретические основы коммунистической аграрной программы III Интернационала» ². Высокая оценка позитивных сторон предложенной Ю. Мархлевским аграрной платформы не снимала однако вопроса о том, что в некоторых пунктах эта платформа нуждалась в исправлении, уточнении.

В. И. Ленин со свойственной ему энергией включается в работу над тезисами по аграрному вопросу, несмотря на то, что ему же пришлось вести подготовку ряда других пунктов повестки дня Второго конгресса Коминтерна.

8 июня 1920 г. он пишет записку работнику Центрального статистического управления П. И. Попову, прося прислать на короткий срок: «1) сводный том германской сельскохозяйственной переписи за 1907 год (итоги по всей Германии, данные о наемном труде, о наемных рабочих); 2) сводный том австрийской сельскохозяйственной переписи, итоги по Австрии, кажись, 1902 года» ³. В. И. Ленин стремился получить точную картину социально-экономического развития деревни в европейских странах ⁴.

В июне Ленин пишет «Первоначальный набросок тезисов по аграрному вопросу» ⁵. Он закончил его в конце июня. Тезисы сразу же были посланы в Петроград, где печатались проекты решений и подготовительные документы Второго конгресса Коминтерна. 30 июня 1920 г.

¹ «Коммунистический Интернационал», 1920, № 12, стр. 2026.

⁵ См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 169 — 182.

132 Ленин получил ответную телефонограмму: «Тезисы Ваши по аграрному вопросу были переданы для отпечатания в Петрограде; не выпущены отдельным оттиском ввиду того, что все тезисы вместе будут поданы отдельной брошюрой». Ленин 1 июля пишет на этой телефонограмме А. А. Фотиевой: «Позвоните в Питер, ч(то) я прошу прислать корректуру и поскорее. Узнать срок выхода» ¹.

Хотя свой документ по аграрному вопросу Ленин предлагал рассматривать как первоначальный набросок резолюции для обсуждения на Втором конгрессе, в действительности это была всесторонне обоснованная программа, указывавшая, как пролетариат должен строить свои отношения с крестьянством в период социалистической революции и после ее победы.

В «Первоначальном наброске...» Ленин ставит в центр проблему союза рабочего класса с трудовым крестьянством и уже в 1-м тезисе подчеркивает, что «трудящимся массам деревни нет спасения иначе, как в союзе с коммунистическим пролетариатом, в беззаветной поддержке его революционной борьбы за свержение ига помещиков (крупных землевладельцев) и буржуазии» ². Но, с другой стороны, «промышленные рабочие не могут выполнить своей всемирно-исторической миссии освобождения человечества от гнета капитала и от войн, если эти рабочие будут замыкаться в узкоцеховые, узкопрофессиональные интересы...» ³. Действительно революционным, действительно социалистически действующим пролетариат является только тогда, когда он, указывал Ленин, выступает и поступает как авангард всех трудящихся и эксплуатируемых, как их вождь, что невозможно без объединения вокруг рабочего класса трудящихся масс деревни. Пролетариат должен строить свою аграрную политику, исходя из интересов создания прочного политического союза с трудовым крестьянством против общего врага — буржуазии. Это — главная исходная позиция ленинских тезисов. Ей абсолютно чужда та односторонность, которая была свойственна взглядам некоторых коммунистов, считавших, что на первом месте должны стоять экономические соображения (снабжение пролетарских городов продовольствием)

¹ Ленинский сборник XXXVII, стр. 217.

³ Там же, стр. 169 — 170.

133 или требования быстрейшей перестройки деревни на социалистический лад.

Сложность и противоречивость социально-экономических отношений в деревне обусловливали необходимость осуществления там переходных мер, которые были бы приемлемы для трудового крестьянства и способствовали бы его подготовке к социалистическим преобразованиям. Как никто другой Ленин видел, что попытки немедленной ликвидации частнокрестьянского уклада в деревне чреваты самыми большими опасностями для пролетарской власти.

Обосновывая политику союза рабочего класса с трудовым крестьянством, Ленин исходил из социально-экономической характеристики различных слоев деревни и в связи с этим указывал на противоречивые моменты в положении различных слоев крестьянства. Что касается сельскохозяйственных пролетариев, полупролетариев и мелких крестьян, они, указывал Ленин, в состоянии активно поддержать пролетариат, увидев на практике, что пролетарская власть дает им огромные выгоды, защищает их интересы. Полемизируя с теми, кто считал мелкое крестьянство консервативным, особенно в условиях Западной Европы, Ленин, не отрицая распыленности, забитости, придавленности и предрассудков этого слоя, подчеркивал, что вместе с пролетарскими и полупролетарскими слоями деревни мелкое крестьянство, увидев мероприятия пролетарской власти, способно решительно поддержать пролетариат.

Сложнее стоял вопрос о среднем крестьянстве. Колебания этого слоя между пролетариатом и буржуазией неизбежны, в определенных условиях у этого слоя может преобладать миросозерцание и настроение собственников. Поэтому пролетариат, по крайней мере для ближайшего будущего и для начала периода диктатуры пролетариата, писал Ленин, должен ограничиться задачей нейтрализации среднего крестьянства, свести до минимума его колебания в сторону буржуазии. В то же время Ленин указывал, что пролетарская власть должна гарантировать «...мелкому и среднему крестьянству не только сохранение за ними их земельных участков, но и увеличение их на всю обычно арендуемую ими площадь (отмена арендной платы)» ¹. Тем самым Ленин намечал и для других стран переход к

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 174.

134 политике тесного союза пролетариата со средним крестьянством, осуществленный уже большевиками.

Характеризуя крупное крестьянство (кулаков) как слой, являющийся прямым врагом революционного пролетариата, Ленин писал, что пролетарская власть должна решительно добиваться ограничения влияния этого слоя в деревне, наносить беспощадные, уничтожающие удары в случае саботажа и вооруженных выступлений кулачества. В отдельных случаях рекомендовалась конфискация части кулацкой земли для наделения ею мелких крестьян. По общему же правилу, пролетарская власть, говорилось в наброске тезисов, должна конфисковывать кулацкие земли лишь в случае сопротивления кулаков власти трудящихся и что опыт России показывает, что «получив хороший урок за малейшие попытки сопротивления, этот слой способен лояльно выполнять задания пролетарского государства...» ¹.

Обобщая опыт классовой борьбы на том историческом этапе, Ленин писал, что пролетариат должен подвергнуть немедленной и безусловной конфискации все земли помещиков и крупных землевладельцев без какого-либо вознаграждения.

Важное место в перестройке аграрных отношений занимал вопрос о национализации земли. Известно, что Ленин считал национализацию земли задачей последовательной буржуазно-демократической революции, так как она стряхивает с деревни «сразу и целиком всю гнилую ветошь всех форм средневекового землевладения» ². В то же время Ленин указывал, что национализация земли есть не только последнее слово буржуазно-демократической революции, но и шаг к социализму.

Однако лозунг национализации земли Ленин и партия большевиков никогда не абсолютизировали, ставили его не абстрактно, а в неразрывной связи с конкретной обстановкой и главной политической задачей борьбы пролетариата.

Учитывая, что частнособственнические отношения в деревне, особенно в Западной Европе, сильно укоренились, Ленин писал в наброске тезисов: «Немедленную полную отмену частной собственности пролетарская власть в боль-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 176.

² В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 16, стр. 258.

135 шинстве капиталистических государств отнюдь не должна производить...» ¹. Таким образом, и к вопросу о национализации — должна она быть немедленной и полной или постепенной, сначала частичной — Ленин учил подходить, руководствуясь интересами укрепления союза рабочего класса с трудовым крестьянством, интересами прочного развития революции.

С этой же точки зрения Ленин рассматривал и вопрос о судьбе конфискованных пролетариатом крупных помещичьих и капиталистических сельских хозяйств, о разделе помещичьей земли, о способах крестьянского землепользования и путях перехода сельского хозяйства к социализму. Еще накануне Октябрьской революции Ленин, анализируя требования крестьян России об установлении уравнительного землепользования, писал, что большевики должны принять этот путь, что «из-за этого ни один разумный социалист не разойдется с крестьянской беднотой» ². После Октября, обосновывая Декрет о земле и последующие шаги Советской власти в деревне, Ленин писал, что пролетариат должен принять те меры, за которые высказывается большинство крестьянства, хотя с точки зрения социалистической программы эти шаги совершенно недостаточны. «Никогда уравнительное землепользование,— пишет Ленин,— и т. п. меры не повредят социализму, если власть в руках рабочего и крестьянского правительства» ³.

Ленин, таким образом, считал, что в России и подобных ей по социально-экономической структуре странах социалистическая революция должна решить прежде всего общедемократические задачи в деревне, не отказываясь от создания там сразу определенных социалистических очагов и ведя борьбу за ограничение эксплуатации крестьянства кулаками. Этот переходный период подготовит необходимые условия для последующего полного социалистического преобразования деревни, укрепит доверие трудового крестьянства к пролетариату. Ленин в «Первоначальном наброске тезисов по аграрному вопросу» намечает такой путь перестройки аграрных отношений, который был приемлем для большинства тружеников деревни. При этом Ленин

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 174.

³ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 35, стр. 104.

136 категорически выступал против единого рецепта для всех стран и требовал строжайшего учета своеобразия социально-экономических отношений в каждой стране или их группе. Если в России преобладал раздел и передача в пользование крестьянства земель, конфискованных у крупных землевладельцев, и лишь сравнительно редким было создание крупных государственных социалистических хозяйств на земле, то для передовых капиталистических стран, где деревенский пролетариат составляет значительную прослойку, Ленин признавал правильным преимущественное сохранение крупных сельскохозяйственных предприятий и ведение их по типу совхозов. В этих странах социалистический сектор в деревне должен был сразу приобрести значительный вес. Ленинские тезисы, таким образом, соответствовали и специфике развитых капиталистических стран. Но Ленин тут же предупреждал против абсолютизации принципа о преимущественном создании совхозов. «Было бы, однако, величайшей ошибкой,— указывал он,— преувеличить или шаблонизировать это правило и никогда не допускать даровой передачи части земель экспроприированных экспроприаторов окрестному мелкому, а иногда и среднему крестьянству» ¹.

В. И. Ленин считал раздел части конфискованных земель одним из важнейших средств укрепления союза рабочего класса с крестьянством, укрепления пролетарской власти. В свой «Первоначальный набросок...» он намеренно включил ответ на те возражения против раздела земли, которые высказывались деятелями ряда компартий, в том числе и Ю. Мархлевским. Главным из этих доводов была ссылка на техническое превосходство крупного землевладения. Ленин отвечал на это, что ради успеха революции «пролетариат не вправе останавливаться перед временным понижением производства» ². Слепое следование теоретической истине о превосходстве крупного хозяйства, подчеркивал Ленин, может обернуться «злейшим оппортунизмом и предательством революции» ³. Это было принципиально важное положение, отметавшее прочь опасения перед разделом земель между крестьянами из-за экономической невыгодности мелкого хозяйства по сравнению с крупным.

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 177.

³ Там же.

137 Характеризуя такие индустриальные страны как Германия, Франция, США, Ленин указывал, что там все же имеются остатки средневековой эксплуатации, и пролетарская власть должна обязательно провести здесь передачу арендуемых мелкими крестьянами земель в бесплатное пользование бывшим арендаторам. Мелкому крестьянству пролетарская власть, писал Ленин, дает также сразу и полностью «(а) избавление от платежа арендной платы или испольной доли урожая (например, métayers, издольщики, во Франции, тоже в Италии и пр.) крупным землевладельцам; (б) избавление от ипотечных долгов; (в) избавление от многообразных форм гнета и зависимости от крупных землевладельцев (лесные угодья и пользование ими и т. п.); (г) немедленную помощь в их хозяйстве со стороны пролетарской государственной власти...» ¹.

Далее В. И. Ленин отмечал, что повсеместное создание крупных социалистических сельских хозяйств может оказаться скороспелым, нецелесообразным, если нет минимума кадров, способных обеспечить ведение таких хозяйств.

О переходе крестьян к коллективному землевладению в ленинских тезисах говорилось, что такой переход должен осуществляться «лишь с громадной осторожностью и постепенностью, силой примера, без всякого насилия над средним крестьянством» ². Указывалось также на значение умелого использования специалистов из господствующего класса для создания крупного социалистического земледелия. Дело социалистического преобразования деревни может быть обеспечено, подчеркивал Ленин, только тогда, когда будет реорганизована промышленность на основе новейшей технической базы и когда эта социалистическая промышленность окажет деревне радикальную техническую и социальную помощь, побуждая мелких землевладельцев силой примера и ради их собственной выгоды переходить к крупному, коллективному, машинному земледелию.

В. И. Ленин указывал также на значение создания в деревне Советов депутатов из представителей сельскохозяйственных рабочих и полупролетариев. Эти Советы, укрепляясь, должны подчинить своему влиянию мелких крестьян.

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 171.

² Там же, стр. 174.

138 «Первоначальный набросок тезисов по аграрному вопросу» явился выдающимся документом, определившим аграрную программу Коммунистического Интернационала на целый исторический период. Была ясно очерчена перспектива преобразований в деревне, осуществляемых социалистической революцией. Конечно, в этом документе шла речь в основном о времени, связанном со взятием власти пролетариатом и с ее укреплением. Революционная ситуация в 1920 г. во многих странах еще сохранялась, и коммунистам необходима была ясная перспектива политики в деревне на случай новых революционных взрывов. Кроме того, для разъяснительной работы коммунистов среди крестьян чрезвычайное значение имела именно программа мер, предлагаемая пролетарской властью, поскольку буржуазная пропаганда распространяла самые дикие небылицы на этот счет. Необходимо было показать труженикам деревни, что программа коммунистов открывает им путь к освобождению от эксплуатации.

Ю. Мархлевский, которому первоначально был поручен доклад по аграрному вопросу на Втором конгрессе, прочитав ленинский набросок тезисов, направил Ленину 2 июля 1920 г. письмо и несколько предложений. Он считал, что подробнее «следует мотивировать, почему мы отстаиваем сохранение крупных имений, а одновременно следует пояснить, почему следует в иных случаях отступать от этого общего принципа» ¹. Учитывая, что на Западе частная собственность на землю укоренилась больше, чем в России, Ю. Мархлевский, соглашаясь с Лениным, писал, что там «провозглашать «национализацию» всей земли нельзя, ибо это значит, сразу же бросить все крестьянство в бешеную контрреволюцию» ². В то же время автор письма советовал «относиться очень осторожно к «разделу», где существует вполне сложившаяся частная собственность крестьян на землю», что, если увеличить эту собственность, тогда «никакого средства влиять на аграрные отношения, обуздать в близком будущем мужичков-собственников, не будет» ³. Это говорило о том, что Ю. Мархлевский еще не смог до конца преодолеть свои предубеждения против раздела конфискованных крупных землевладений между мелкими крестьянами.

¹ ЦПА ИМЛ, ф. 489, оп. 1, ед. хр. 36, л. 1.

³ Там же.

139 В поправках Ю. Мархлевского наряду с рядом уточнений содержалось предложение опустить из 6 тезиса три абзаца, в которых Ленин опровергал некоторые опасения по поводу раздела земли и предупреждал против поспешности в создании социалистических хозяйств. Вместо этих абзацев Ю. Мархлевский предлагал текст, во многом совпадавший по содержанию и идеям с ленинским текстом, но все же более подчеркивавший значение создания крупных социалистических сельских хозяйств в условиях стран Запада. Ю. Мархлевский предлагал следующую мотивировку: «Сохранение крупных имений обеспечивает лучше всего интересы самого революционного слоя сельского населения, безземельных рабочих и полупролетариев, владеющих крохотными участками земли, но добывающих средства к жизни главным образом наемным трудом в крупных имениях». Автор указывал также на значение крупных социалистических имений для обеспечения независимости пролетарской власти в деле снабжения городов продовольствием.

«В странах, где крупное земельное хозяйство играет ничтожную сравнительно роль, а имеется очень значительное число мелкоземельных крестьян, жаждущих получить землю, раздел крупных имений явится лучшим средством привлечь этих крестьян на сторону революции» ¹, сохранение же этих имений не играет особой роли в деле снабжения городов.

Это письмо свидетельствует о том, что взгляды Мархлевского по ряду вопросов сблизились с ленинскими, хотя в важном вопросе о том, в каких условиях и в каких масштабах должен осуществляться раздел помещичьей земли, различия сохранились. На этом различии буржуазные авторы строят всякого рода спекуляции и изображают дело таким образом, будто Ленин пытался навязать всем компартиям одну шаблонную тактику в аграрном вопросе — раздел земли ².

¹ ЦПА ИМЛ. ф. 2, оп. 1, ед. хр. 14585, л. 2.

² Американский историк Джордж Д. Джексон в книге «Comintern and Peasent in East Europe 1919 — 1930». N.-Y. and L., 1966, утверждает, что тезисы Ленина были основаны лишь на русском опыте и что Коминтерн якобы «воспротивился попыткам Ленина сделать всеобщей тактику перераспределения» (земли) и что Ю. Мархлевский сыграл в этом решающую роль (p. 38). Всякий непредубежденный исследователь не может не видеть, что Ленин не требовал везде, во всех условиях, раздела между крестьянами

140 О том, что Ленин не считал различия между своими тезисами и позицией Ю. Мархлевского каким-то непреодолимым противоречием, говорит и согласие Ленина, чтобы докладчиком по аграрному вопросу был Ю. Мархлевский ¹. Однако Ю. Мархлевский, единственный делегат от КРПП на Втором конгрессе, смог присутствовать на конгрессе лишь в день его открытия в Петрограде 19 июля. В этот день он произнес приветственную речь. Когда же делегаты конгресса отбыли в Москву для продолжения заседания, Ю. Мархлевский направился на польско-советский фронт и возглавил на освобожденных польских территориях Временный революционный комитет. В связи с этим докладчиком по аграрному вопросу был предложен германский делегат Эрнст Мейер.

В отчетном докладе конгрессу, который ИККИ представил в письменном виде, и в отчетах партий аграрный вопрос не занимал значительного места. Однако уже во вступительной речи М. И. Калинина, приветствовавшего конгресс от имени рабочих и крестьян Советской России, подчеркивалось, что движущими силами революции являются наряду с рабочим классом широкие массы крестьянства ².

24 июля на третьем заседании конгресса наряду с другими комиссиями была избрана и комиссия по аграрному вопросу. В ее состав вошли: Стучка (Латвия), Шаблин (Болгария), Милкич (Югославия), Ванини (Франция), Брингольф (Швейцария), Янсен (Голландия), Мейер (Германия), Ракоши (Венгрия), Штейнгардт (Австрия), Пегельман (Эстония), Ленин (Россия), Юргис (США), Лангсет (Норвегия), Мак-Альпин (Ирландия), Хаки (Тур-

всех крупных землевладений. Из его тезисов видно, что он как раз объяснял преобладание раздела земли в России ее специфическими условиями, а для стран развитого капитализма признавал правильным «преимущественное сохранение крупных сельскохозяйственных предприятий»... (см. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 177). Обвинения Д. Джексона в адрес Ленина основаны или на полном незнании документов или — это, по-видимому, ближе к истине — на сознательной фальсификации их.

² См. 2-ой конгресс Коммунистического Интернационала. Стенографический отчет. Пг., 1921, стр. 18.

141 ция), Султан-Задэ (Персия) ¹. Итальянская партия, как писал в 1925 г. В. Коларов, несмотря на решение конгресса, не была представлена в этой комиссии, так как итальянские делегаты, по фракционным причинам, не могли сойтись в выборе кандидата ².

Первое заседание комиссии по аграрному вопросу было назначено на понедельник 26 июля ³. Из доклада Э. Мейера на пленарном заседании конгресса видно, что комиссия, работавшая под руководством Ленина, провела несколько заседаний, занимаясь тезисами по аграрному вопросу, и внесла в них ряд изменений ⁴. К сожалению, до сих пор не обнаружено каких-либо архивных материалов, свидетельствующих о содержании работы комиссии. Но некоторое представление о ее деятельности дает В. Коларов в «Предисловии» к ленинскому «Первоначальному наброску тезисов по аграрному вопросу» в сентябрьском номере журнала «Коммунистический Интернационал» за 1925 г. Хотя В. Коларов не смог попасть на Второй конгресс Коминтерна, чтобы участвовать в нем, он, прибыв в Москву позже, активно включился в работу ИККИ и со слов болгарских и других делегатов мог составить себе довольно ясную картину дискуссий в аграрной комиссии.

В. Коларов пишет: «В комиссии, главным образом, дебатировался вопрос о судьбе крупных сельскохозяйственных предприятий после революции. Очевидно, некоторые делегаты, под влиянием пережитков социал-демократической доктрины, высказались против всякого раздела крупных имений, как акта, влекущего за собой абсолютное понижение производительности земли» ⁵.

Другими словами, на заседаниях комиссии вновь высказывались мнения, отвергавшие необходимость первоначально общедемократического решения аграрного вопроса в ряде стран и отражавшие опасения перед разделом земли между крестьянами. Сторонники этих мнений высказывались за создание повсюду крупных советских хозяйств. Интересен в связи с этим следующий факт. П. Стучка, член аграрной комиссии от компартии Латвии,

¹ 2-ой конгресс Коммунистического Интернационала. Стенографический отчет, стр. 668.

⁵ «Коммунистический Интернационал», 1925, № 9, стр. 6.

142 вспоминает, что он ознакомил Ленина во время Второго конгресса Коминтерна с данными о 49 советских хозяйствах Латгалии (Восточной Латвии), существовавших там при Советской власти. Ленин заинтересовался этими данными, ознакомился с ними, но сказал, что окончательно судить о результатах можно было бы на основе по меньшей мере трехлетнего опыта ¹. Таким образом, Владимир Ильич призывал к большему реализму при оценке первого опыта крупных социалистических хозяйств.

Х. Кабакчиев, принимавший участие в аграрной комиссии вместе с другим болгарским делегатом Н. Шаблиным (И. Недялковым), отмечает, что по аграрному вопросу среди членов комиссий конгресса были распространены «очень неясные и неверные взгляды». Поэтому Ленин в дискуссии на заседании комиссии «был вынужден очень часто вмешиваться и исправлять ошибочные установки...» ². Для многих делегатов дискуссия в комиссии по аграрному вопросу явилась серьезной школой, познанием марксистско-ленинского учения о союзниках пролетариата в деревне. «Эти обсуждения,— писал Х. Кабакчиев,— пролили яркий свет на мои, и вообще на наши взгляды по вопросам отношения партии к крестьянам» ³. Об итогах дискуссий на заседаниях комиссии В. Коларов сообщает, что «после продолжительных прений все члены комиссии признали правильность точки зрения Ленина, и только тогда он согласился на частичное перередактирование шестого пункта таким образом, чтобы сделать более рельефным правило, что в «передовых капиталистических странах крупные сельскохозяйственные предприятия» надо «преимущественно сохранять», отнюдь не затушевывая, однако, исключений из этого правила, «как вернейшее средство привлечь крестьянство на сторону революции» ⁴. И действительно, не только в тезисах, написанных Лениным, но и в тех дополнениях и изменениях, которые были сделаны в 6 тезисе, подчеркивалась ленинская мысль, что главное — это обеспечение пролетарской победы, ее устойчивости, и что ради успеха революции, ради

¹ См. P. Stucka. Darbs un zeme. Riga, s. 277. Цитируется по журналу «Коммунист Советской Латвии», 1968, № 12, стр. 11.

⁴ «Коммунистический Интернационал», 1925, № 9, стр. 7.

143 прочности союза пролетариата с крестьянством рабочий класс не вправе останавливаться даже перед временным понижением сельскохозяйственного производства.

Судя по выступлениям на конгрессе, предметом дискуссий на заседаниях аграрной комиссии был также вопрос о возможном возмещении крупным землевладельцам за конфискованную землю. Делегаты от Австрии, Германии (а затем и Италии) поддерживали первоначально предложение о выкупе земли у крупных владельцев ¹. Но в конце концов все согласились, что такая позиция неприемлема.

Аграрный вопрос рассматривался на пленарном заседании Второго конгресса 4 августа. Докладчик Э. Мейер прежде всего отметил, что предварительные работы по аграрному вопросу до Второго конгресса были незначительны, а II Интернационал почти ничего не сделал в этой области, и его представители продолжают исходить из положения, что «социальная революция в деревне не может найти почвы» ². В докладе подчеркивалась ленинская мысль, что в современных условиях речь идет о том, чтобы практически революционизировать деревню и что «без активного участия широких масс сельского населения обеспечение и укрепление диктатуры пролетариата невозможно» ³. Э. Мейер дал высокую оценку ленинским тезисам, заявив, что они «служат путеводной звездой для прений всего конгресса» ⁴. В духе ленинских тезисов докладчик отвечал на вопрос о том, на какие слои может опираться пролетарская революция в деревне, излагал существо ленинских положений об отношении к середняку. Указывалось на пути преодоления колебаний мелких собственников деревни и на то, что пролетарская власть должна им «обещать наверняка, что они смогут сохранить свое мелкое земельное владение, потому что нет никакого смысла его отнимать у них, так как в период революционной борьбы нет ни политической, ни технической возможности управлять всеми этими мелкими владениями против воли их владельцев» ⁵. В докладе Э. Мейера выдвигалась как центральная проблема — задача обеспечения союза рабочего класса с трудовым крестьянством для укрепления

¹ См. 2-ой конгресс Коммунистического Интернационала, стр. 456.

⁵ Там же, стр. 447.

144 пролетарской власти. Говоря о преимущественном разделе крупных земельных владений между крестьянами в России и о возможном частичном разделе подобных имений в других странах, докладчик отмечал: «Это исключение не есть погрешность против принципов коммунизма, как хотел доказать Каутский, ибо главная задача пролетарской власти состоит в том, чтобы обеспечить раньше всего себя самоё и пролетарскую революцию, создавая этим основы для коммунизма; все остальные вопросы должны отступить перед этой основной задачей» ¹.

Доклад Э. Мейера представлял собой в основном изложение ленинской линии в аграрном вопросе, однако в нем содержались все же отдельные нотки, говорившие о том, что Э. Мейер считал раздел помещичьей земли мерой, которая будет применяться в странах Европы очень ограниченно. Не случайно докладчик, ссылаясь на опыт германских коммунистов, указывал, что им де «отчасти удалось убедить мелких крестьян, что раздел земли не представит для них никакой особой выгоды, и что было бы целесообразнее соединиться в мелкокрестьянские советы и артели, которые сообща управляли бы экспроприированными крупными земельными владениями» ². Здесь сквозило желание найти более короткий путь к социализму в деревне — сразу к крупному хозяйству — даже там, где мелкие крестьяне выдвигают требование о наделении землей.

Излишние опасения перед разделом земли привели к тому, что Э. Мейер не совсем точно интерпретировал характер изменений, внесенных комиссией в тезис 6-й. Он заявил, что «в первоначальном изложении чрезвычайно сильно подчеркнуто исключение из правила, что земля не должна быть разделена. Комиссия вычеркнула параграф, где значится, что было бы ошибкой не производить раздела земли, и представила другое предложение — принцип, что крупное производство должно быть вполне сохранено» ³. Во-первых, в поправках комиссии (а это были главным образом поправки, представленные в письменном виде Ю. Мархлевским) идея раздела земли в определенных социально-экономических условиях была подтверждена, хотя и в более слабой форме, чем в ленинском наброске. Во-вторых, выражение, что «крупное производство должно быть

¹ 2-ой конгресс Коммунистического Интернационала, стр. 450.

³ Там же, стр. 452.

145 вполне сохранено» не совсем верно передает смысл формулировки, что «для передовых капиталистических стран Коммунистический Интернационал признает правильным преимущественное (подчеркнуто мною. — К. Ш.) сохранение крупных сельскохозяйственных предприятий и ведение их по типу советских хозяйств в России»¹.

В дискуссии по докладу Э. Мейера выступили А. Грациадеи (Италия), Н. Шаблин (Болгария), Д.-М. Серрати (Италия), Г. Я. Сокольников (Советская Россия), Р. Лефевр (Франция).

А. Грациадеи, представитель Итальянской социалистической партии, заявил, что он в общем принимает тезисы, предложенные Лениным. Он верно подметил, что тезисы Ленина по национально-колониальному вопросу и по аграрному вопросу, несмотря на различное содержание, едины по методу: они направлены на то, чтобы разъединять силы врага и привлекать союзников. Он внес предложение о вхождении коммунистов в кооперативные организации мелкого крестьянства, чтобы завоевать их на свою сторону. Это предложение было затем принято конгрессом². В то же время Грациадеи считал, что политика завоевания поддержки мелкого крестьянства таит в себе определенные опасности. Оратор преувеличивал эти опасности. Отвергая в принципе предложение о выкупе земли у крупных владельцев, Грациадеи заявлял, что в определенных случаях следует-де «считать уместным личное вознаграждение прежних крупных землевладельцев»³, учитывая, конечно, их политическое поведение.

А. Грациадеи допустил в своем выступлении и серьезную теоретическую ошибку, заявив, что открытый Марксом закон концентрации капитала неприложим к сельскохозяйственному производству.

Болгарский делегат Н. Шаблин (И. Недялков) от имени своей партии заявил о полной поддержке тезисов по аграрному вопросу вместе с поправками, предложенными комиссией. Он подчеркивал, что для болгарских коммунистов, действующих в аграрной стране, особенно важно «перетянуть на свою сторону большую часть полупролетариев

¹ В. И. Ленин и Коммунистический Интернационал, стр. 224.

³ Там же, стр. 456.

146 и мелких землевладельцев» ¹, тогда удастся сломить сопротивление сельской буржуазии.

Единственным делегатом, который в принципе высказался против тезисов по аграрному вопросу, был Д.-М. Серрати, один из лидеров максималистов из Итальянской социалистической партии. «Лично я,— заявил он,— против тезисов, которые кажутся мне не вполне соответствующими запросам революции на Западе» ². В чем же Серрати видел это несоответствие? Он считал, что «уступки, которые делаются некоторым общественным слоям, чтобы привлечь их к себе», могут «оказаться весьма опасными для пролетарских слоев и толкнуть их на путь еще более оппортунистических уступок» ³. Крестьянство в Западной Европе, рассуждал он, весьма чувствительно к наживе и потребует от коммунистов значительных уступок. «...До революции коммунисты обязаны — и это в их интересах — не делать никаких уступок мелкой деревенской буржуазии, чтобы не нанести ущерба интересам пролетарских масс» ⁴. И лишь после революции Серрати считал возможными некоторые уступки крестьянству. Ясно, что такая позиция отражала свойственную социал-демократии сектантскую недооценку крестьянства, его роли в революционной борьбе.

Такие же мотивы прозвучали и в речи представителя германских независимых социалистов А. Криспина, выступавшего на конгрессе 29 июля по вопросу о приеме в Коминтерн. Криспин назвал рекомендации, содержавшиеся в тезисах по аграрному вопросу, «оппортунистическими средствами» ⁵.

Выступавшие после Серрати делегат от РКП Г. Я. Сокольников и делегат от французских коммунистов из Комитета по присоединению к III Интернационалу Р. Лефевр остро критиковали позицию Серрати. Его аргументацию Р. Лефевр называл основанной «на соображениях чисто оппортунистических» ⁶ и указывал, что линия Серрати ведет фактически к тому, что коммунисты будут бороться исключительно за союз с земледельческими рабочими, против

¹ 2-ой конгресс Коммунистического Интернационала, стр. 459.

⁶ Там же, стр. 464.

147 мелких крестьян. Он отвел претензии Серрати говорить «от имени Западной Европы». Ссылаясь на условия Франции, Р. Лефевр подчеркивал: «Прежде всего, мне кажется почти невозможным сделать что бы то ни было, вооружив против себя мелких землевладельцев Франции» ¹. Оратор указал на растущую пролетаризацию мелких землевладельцев во Франции, что сближало крестьян с пролетариатом, а также выступил против предложения о каком-либо вознаграждении для крупных землевладельцев.

Разбору взглядов Серрати и особенно теоретической ошибки Грациадеи посвятил свое выступление представитель РКП(б), отметивший, что концентрация капитала в деревне идет вперед. «Произошло сильное изменение в связи с развитием капитализма. Мелкий крестьянин пролетаризировался в весьма определенных формах и стал в зависимость от капитализма» ².

В заключительном слове Э. Мейер, останавливаясь на аргументах Серрати, доказывал, что тезисы по аграрному вопросу ни в коей мере не означают разрыва с программой коммунизма, а дают указания по поводу путей развития, которые приведут к социализации сельского хозяйства.

Тезисы по аграрному вопросу были единодушно приняты делегатами. При голосовании воздержался один Серрати ³. Принятие этих тезисов означало важнейший шаг в обосновании политики Коммунистического Интернационала в деревне. Ленинские тезисы стали программным документом, в котором содержались установки на весь последующий период деятельности Коминтерна по вопросам борьбы за союз пролетариата с крестьянством. В этом документе излагались принципы политики союза рабочего класса с трудовым крестьянством и были определены конкретные политические меры, способствующие созданию и упрочению такого союза.

Подчеркивая важность этой проблемы, Второй конгресс в 21 условии приема в Коминтерн записал, что рабочий класс не может закрепить свою победу, не имея поддержки непролетарских слоев трудящихся.

¹ 2-ой конгресс Коммунистического Интернационала, стр. 464.

³ В «протокольной записи» заседаний конгресса, которую вел Б. Рейнштейн, по поводу голосования сказано: «Тезисы приняты единогласно при двух воздержавшихся» (ЦПА ИМЛ, ф. 489, оп. 1, ед. хр. 20, л. 10).

148 Принятие тезисов «Аграрный вопрос» имело огромнейшее значение и потому, что среди коммунистов еще были распространены предубеждения против мелкого и среднего крестьянства. Документ Коминтерна нацеливал компартии на быстрейшее преодоление недооценки крестьянского вопроса, на творческую разработку аграрных программ, соответствующих социально-экономическим условиям своей страны.

Жизнь преподносила новые уроки, показывавшие глубокую правоту Ленина. В то время, когда в Москве работал конгресс, на освобожденных территориях Польши Временный революционный комитет стал осуществлять революционные преобразования. Но и здесь конфискованные помещичьи земли были переданы для создания на них социалистических государственных хозяйств. Крестьяне же земли не получили. Больше того, национализация распространялась на хозяйства площадью свыше 20 га, то есть затронула и часть средних крестьян. Ю. Мархлевский, возглавлявший Временный ревком, сам смог убедиться, к каким политическим последствиям ведет боязнь раздела земли между мелкими крестьянами. Польская буржуазия весьма быстро поняла, чем грозят для нее крестьянские выступления за землю, и срочно приняла закон об аграрной реформе, призванной успокоить крестьян, сделать их резервом контрреволюции ¹.

Интересно сопоставить советы Ленина с решениями Временного ревкома Польши. Обеспокоенный некоторыми мерами ревкома, он пишет 20 августа 1920 г. телеграмму Ф. Э. Дзержинскому, К. Б. Радеку и всем членам ЦК Компартии Польши. В ней говорилось: «Если в Седлецкой губернии малоземельные крестьяне начали захватывать по-

¹ Еще в июле 1919 г. польский сейм принял ни к чему не обязывающую резолюцию по аграрному вопросу, которая оставалась лежать под сукном до середины 1920 г. Когда же белопольская агрессия против Советской России потерпела крах и Красная Армия вступила на территорию Польши, освободив ряд восточных районов, то 15 июля 1920 г. в одно заседание и единогласно сейм принял в окончательном виде проект закона об аграрной реформе. Закон носил на себе вынужденный отпечаток радикализма, содержал статьи об отчуждении за выкуп различного рода крупных земельных владений сверх определенного размера (свыше 60 — 400 га) и о продаже земли крестьянам в рассрочку (см. С. Тимов. Октябрьская революция и аграрные реформы в Европе. М., 1928, стр. 27 — 31).

149 местья, то абсолютно необходимо издать особое постановление Польского ревкома, дабы обязательно дать часть помещичьих земель крестьянам и во что бы то ни стало помирить крестьян малоземельных с батраками» ¹. Ленин вновь и вновь напоминал коммунистам, что всякие попытки перепрыгнуть через требования большинства тружеников деревни, через мелкобуржуазно-уравнительные лозунги и формы, которые еще предстоит изжить, всякая недооценка переходных задач в деревне караются нарушением, подрывом союза рабочих и крестьян.

Во время Второго конгресса Коминтерна Ленин знакомится с крестьянскими наказами и письмами, в которых содержались практические предложения по реализации лозунга VIII съезда РКП(б) о тесном союзе рабочего класса не только с беднотой, но и со середняком, и выдвигалась в зародышевой форме идея новой экономической политики в Советской России и дальнейшего развития союза рабочих и крестьян, укрепления его экономической базы ². Эти письма свидетельствовали прежде всего о том, что российский трудовой крестьянин шел к Ленину и Коминтерну со своими думами, как лучше построить отношения рабочих и тружеников деревни.

После Второго конгресса Коминтерна, под воздействием его решений по аграрному вопросу, в компартиях начинается серьезный поворот к политике завоевания на сторону пролетариата его естественных союзников в деревне. Этот поворот происходит не без сопротивления со стороны левацко-сектантских элементов, а также носителей традиционных социал-демократических взглядов на крестьянство как на консервативную массу.

Ультралевая Коммунистическая рабочая партия Германии (КРПГ) постоянно пыталась атаковать ленинскую линию Коминтерна, направленную на создание прочного союза рабочего класса и крестьянства. В своей программе КРПГ объявляла всякую передачу земли бедным и средним крестьянам контрреволюционным мероприятием. Один из деятелей КРПГ Ф. Гюнтер писал, что в результате наделения крестьян землей «создается новый слой частных собственников; жаждущий земли мелкий крестьянин и стремящийся к своему собственному клочку земли сельскохо-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 51, стр. 266.

² См. ЦПА ИМЛ, ф. 489, оп. 1, ед. хр. 46, л. 13.

150 зяйственный рабочий являются как раз самыми решительными... врагами пролетарской революции» ¹.

На заседании Исполкома Коминтерна 24 ноября 1920 г. рассматривался вопрос о КРПГ. Докладчиком от КРПГ выступил Г. Гортер, который наряду с другими проблемами затронул и аграрный вопрос. Он связывал его со своим утверждением, что положение в Западной Европе якобы коренным образом отличается от положения в Восточной Европе и поэтому, мол, русская тактика непригодна для Запада. Согласно сокращенной стенографической записи он говорил: «Водораздел проходит приблизительно по линии Кенигсберг — Варшава — Венеция. К востоку от этой линии пролетариат малочислен, составляет не более 3% населения, но его союзником является многочисленное мелкое крестьянство и его революционная задача облегчается слабостью капитализма. К западу же от этой линии пролетариат, несомненно, многочисленнее (в Германии он составляет не менее 20% населения), но зато он совершенно одинок в своей борьбе и в массе пропитан оппортунистическими обывательскими воззрениями, кроме того, он находится под властью мощного сконцентрированного банкового капитала» ². Г. Гортер заявлял, что на Западе «крестьянство реакционно», что там коммунисты стоят в борьбе «без помощи крестьян и даже против них» ³. Он предлагал строить коммунистическую тактику в Западной Европе исходя из этой оценки. Так, неверно оценивая специфику социально-экономического положения стран Запада, гиперболизируя свою ошибку, Г. Гортер пытался отрицать международное значение ленинской политики союза рабочего класса с крестьянством.

ИККИ отверг попытки Гортера и ему подобных ревизовать политическую линию Коминтерна.

Недооценка значения аграрного вопроса была характерной и для молодого коммунистического движения Румынии. На I съезде Румынской коммунистической партии, состоявшемся в мае 1921 г., в некоторых выступлениях опыт большевиков, осуществивших преимущественно раздел земли между крестьянами, преподносился делегатам

¹ Цитируется по журналу «Пролетарская революция», 1930, № 7-8, стр. 13.

³ Там же, лл. 11, 17.

151 съезда в искаженном виде или даже в противоположном смысле.

В июле 1921 г. на III Балканской коммунистической конференции в Москве представитель Румынской компартии Бадулеску заявлял: «Аграрная программа не имеет значения. Большевики тоже в решающий момент отодвинули в сторону свою аграрную программу» ¹. Это заявление свидетельствовало о непонимании того факта, что программа переходных, революционно-демократических мер в деревне была не отказом от пути к социалистическому перевороту в деревне, а, наоборот, создавала, по выражению Ленина, земельный строй «наиболее гибкий в смысле перехода к социализму» ².

В решениях III Балканской коммунистической конференции не случайно отводилось особое место задачам Румынской компартии в деревне и подчеркивалось, что «очень необходимо и весьма важно для молодой Румынской коммунистической партии выработать себе немедленно аграрную программу в соответствии с резолюцией Второго конгресса Коммунистического Интернационала и начать сейчас же революционную пропаганду в деревне» ³.

Решения Второго конгресса Коминтерна стали важнейшим импульсом для разработки отдельными компартиями новых программных установок, направленных на создание прочного союза пролетариата с трудовым крестьянством. Работа в этом направлении развернулась в компартиях Болгарии, Польши, Франции и других. Ясный путь вперед, намеченный на Втором конгрессе Коминтерна, благодаря ленинскому гению, помог коммунистам осознать значение политики союзов пролетариата с другими слоями трудящихся.

¹ ЦПА ИМЛ, ф. 509, ед. хр. 6, л. 41.

³ Основание, устав и решения на Балканската Коммунистическа Федерация (приети на I, II и III конференции). София, 1922, стр. 26 — 27.

152 Н. Е. Королев

РАЗРАБОТКА ЛЕНИНЫМ ПОЛИТИКИ КОМИНТЕРНА ПО НАЦИОНАЛЬНОМУ И КОЛОНИАЛЬНОМУ ВОПРОСАМ​

Второй конгресс Коминтерна сыграл выдающуюся роль в развитии теории, стратегии и тактики мирового коммунистического движения по национальному и колониальному вопросам применительно к условиям империализма и начала перехода от капитализма к социализму. Национально-колониальный вопрос рассматривался на конгрессе как мировая проблема, как вопрос о месте и роли национально-освободительной борьбы угнетенных народов в мировом революционном движении, как вопрос о соотношении борьбы народов за национальную независимость с борьбой за социальное освобождение как в отдельной стране, так и в мировом масштабе.

Принципиальные основы научного подхода к национально-колониальной проблеме были заложены еще К. Марксом и Ф. Энгельсом в период домонополистического капитализма. Указывая на тесную связь между ликвидацией национального и классового угнетения, они подчеркивали, что рабочий класс не сможет добиться своего социального освобождения, не ведя непримиримой борьбы против любых проявлений национального и колониального гнета. «Народ, порабощающий другой народ, кует свои собственные цепи» ¹,— писал Маркс. «Не может быть свободен народ, угнетающий другие народы» ²,— отмечал Энгельс.

В своих трудах, полных сочувствия борьбе угнетенных народов, основоположники научного коммунизма разоблачили грабительскую сущность, жестокость, глубокую реакционность колониальной политики. Они доказали, что

¹ К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 16, стр. 438.

² К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 18, стр. 509.

153 национально-освободительное движение отвечает не только интересам угнетенной нации, но и интересам рабочего класса угнетающей нации, что национально-освободительные движения в колониях могут стать могучим союзником пролетариата капиталистических стран. Разрабатывая теорию мировой социалистической революции, Маркс и Энгельс первыми указали на необходимость соединения революционной борьбы пролетариата метрополий с национально-освободительным движением угнетенных народов.

На рубеже XIX и XX веков капитализм перерос в империализм, сложилась всемирная система колониального угнетения и финансового удушения горсткой империалистических держав громадного большинства населения земли. В новой исторической обстановке отправные идеи Маркса и Энгельса по национальному и колониальному вопросам получили всестороннее развитие в трудах Ленина.

Национально-колониальная проблема занимала важное место в теоретической работе Ленина с самого начала его политической деятельности. Благодаря его усилиям была выработана национальная программа партии, принятая на II съезде РСДРП в 1903 году. Эту программу, провозгласившую требование права наций на самоопределение вплоть до отделения и образования самостоятельного государства, Ленин отстоял в борьбе как с правыми оппортунистами (австромарксисты, бундовцы), проповедовавшими идеи «культурно-национальной автономии», так и с «левыми» догматиками («империалистические экономисты»), стоявшими на позициях национального нигилизма.

В процессе исследования империализма Ленин сформулировал важное положение о свойственных капитализму двух исторических тенденциях в национальном вопросе. С одной стороны, развивающийся капитализм способствовал пробуждению национальной жизни и национальных движений, борьбе против всякого национального гнета, созданию национальных государств. С другой стороны, происходило развитие взаимных связей между нациями, ломка национальных перегородок, создание интернационального единства капитала, экономической жизни вообще, политики, науки и т. д.

Обе тенденции Ленин определил как мировой закон капитализма. «Первая преобладает в начале его развития, вторая характеризует зрелый и идущий к своему превра-

154 щению в социалистическое общество капитализм» ¹. С обеими тенденциями марксисты обязаны считаться, указывал Ленин, отстаивая, во-первых, равноправие наций и языков, недопустимость каких-либо привилегий в этом отношении, и, во-вторых, принцип интернационализма и непримиримой борьбы против заражения пролетариата буржуазным национализмом.

Характеризуя национализм как политику и идеологию, непримиримо враждебную пролетарскому интернационализму, Ленин учил в то же время видеть в национализме угнетенной нации определенное демократическое содержание, которое марксисты обязаны поддерживать. Скинуть феодальный гнет, национальное порабощение — безусловная обязанность пролетариата, как демократической силы, безусловный интерес пролетарской классовой борьбы, которая затемняется и задерживается национальной грызней,— разъяснял Ленин. — «Но содействовать буржуазному национализму за этими, строго ограниченными, в определенные исторические рамки поставленными пределами — значит изменять пролетариату и становиться на сторону буржуазии» ². Поддерживая национальные движения, руководимые буржуазией, пролетариат всегда должен помнить о своих классовых интересах и участвовать в этих движениях, имея в виду дальнейшие перспективы пролетарской классовой борьбы.

Анализ перспектив развития мировой социалистической революции в условиях империализма привел Ленина к выводу, что переход от капитализма к социализму «...не может произойти иначе, как в виде эпохи, соединяющей гражданскую войну пролетариата с буржуазией в передовых странах и целый ряд демократических и революционных, в том числе национально-освободительных, движений в неразвитых, отсталых и угнетенных нациях» ³. Это означало, что успех борьбы как пролетариата передовых стран, так и угнетенных народов колониальных стран зависел прежде всего от единства их действий. Чтобы обеспечить это единство на практике, пролетариат империалистических держав должен решительно поддерживать право угнетенных народов на самоопределение. В то же время социалисты угнетенных наций должны отстаивать прежде

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 24, стр. 124.

³ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 30, стр. 112.

155 всего полное и безусловное, в том числе организационное, единство рабочих угнетенной нации с рабочими угнетающей нации. Без этого, подчеркивал Ленин, невозможно отстоять самостоятельную политику пролетариата и его классовую солидарность в борьбе против буржуазии.

Ленину принадлежит историческая заслуга определения движущих сил национально-освободительных революций. Он показал, что основная масса населения колониальных и зависимых стран состоит из крестьянства, и именно оно является основной социальной базой национально-освободительных движений. Большое значение Ленин придавал пролетариату колоний, несмотря на то что в подавляющем большинстве отсталых стран промышленный пролетариат еще только зарождался и численно был очень слаб. Еще одной силой, способной участвовать в национально-освободительном движении, являлась национальная буржуазия стран колониального Востока. Ленин показал, что в Азии еще есть буржуазия, способная представлять искреннюю, боевую демократию, способная идти против феодальной реакции и чужеземного гнета. Вместе с тем Ленин отметил, что в Азии появилась и либеральная буржуазия, склонная к измене национальным интересам. Поэтому поддержка национальной буржуазии колоний возможна лишь при определенных условиях. «Поскольку буржуазия нации угнетенной борется с угнетающей,— подчеркивал Ленин,— постольку мы всегда и во всяком случае и решительнее всех за, ибо мы самые смелые и последовательные враги угнетения» ¹.

Полемизируя с теми, кто отрицал необходимость выдвижения права наций на самоопределение, как основного требования революционного пролетариата по отношению к угнетенным нациям, Ленин доказал, что подобное заблуждение проистекает из неумения видеть разницу между национализмом буржуазии угнетающей нации и национализмом буржуазии угнетенной нации. В последнем, подчеркивал Ленин,— «...есть общедемократическое содержание против угнетения, и это-то содержание мы безусловно поддерживаем...» ².

Анализируя перспективы национально-освободительных революций в эпоху империализма, Ленин пришел к

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 25, стр. 275.

² Там же, стр. 275 — 276.

156 выводу, что для успеха этих революций необходимы: либо соединение усилий громадного числа жителей угнетенных стран, либо особо благоприятное сочетание условий международного положения, исключающее вмешательство империалистических держав, либо одновременное восстание пролетариата одной из крупных держав против буржуазии. Последний вариант Ленин считал наиболее желательным и выгодным для победы пролетариата ¹.

Великая Октябрьская социалистическая революция блестяще подтвердила прогноз Ленина. Именно она дала решающий толчок мощной лавине национально-освободительных движений на Востоке. Пламя антиимпериалистической борьбы охватило Китай, Индию, Корею, Индонезию, Турцию, Иран, Афганистан, Монголию, Сирию, Ливан, Ирак, Египет, Ливию, Судан и другие страны. Эта борьба впервые в истории принесла серьезные политические результаты. В Монголии победила народная революция. Афганистан завоевал национальную независимость. Турция сбросила цепи полуколониальной зависимости. Иран отстоял свою государственную самостоятельность от посягательств Антанты. В 1918 — 1920 гг. в странах Востока образовались многочисленные крестьянские союзы, возникли первые профессиональные и политические организации рабочего класса, свои первые шаги сделало коммунистическое движение в Корее, Индии, Индонезии, Иране, Турции, Египте, Китае.

После первой мировой войны и Октябрьской революции начался кризис колониальной системы. Торжество социалистической революции на одной шестой части земного шара дало национально-освободительным движениям принципиально новую перспективу — реальную возможность добиться победы в борьбе с империализмом. Октябрьская революция и политика Советского правительства оказали огромное революционизирующее воздействие на трудящихся Востока. Ленинский Декрет о мире, содержавший решительное осуждение колониальных захватов, провозглашавший право всех наций на самоопределение и утверждавший принцип равенства больших и малых народов, произвел исключительно большое впечатление на народы колониальных и зависимых стран. Принципиально важное значение для крестьянских масс Востока имел также ле-

¹ См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 30, стр. 9.

157 нинский Декрет о земле. Закон, отменивший помещичью собственность на землю и передавший ее тем, кто ее обрабатывает, явил собой наглядный образец революционного решения аграрного вопроса в интересах трудового крестьянства.

Громадный международный резонанс приобрела и «Декларация прав народов России», провозгласившая ясные и точные принципы взаимоотношений между различными нациями Советской республики:

«1. Равенство и суверенность народов России.

2. Право народов России на свободное самоопределение, вплоть до отделения и образования самостоятельного государства.

3. Отмена всех и всяких национальных и национально-религиозных привилегий и ограничений.

4. Свободное развитие национальных меньшинств и этнографических групп, населяющих территорию России» ¹.

В этих правительственных актах, подписанных Лениным, а также в первой Советской конституции, принятой в январе 1918 г., получили законодательное оформление важнейшие принципы коммунистической политики по национальному вопросу, имеющие громадное международное значение.

Первый практический опыт в области строительства новых национальных отношений в Советской России, а также опыт национально-освободительной борьбы, развернувшейся в мире под влиянием Октябрьской революции, был использован Лениным при разработке новой программы партии. «Поддержка демократического и революционного движения во всех вообще странах, особенно в колониях и в зависимых. Освобождение колоний. Федерация, как переход к добровольному слиянию» ²,— так формулировал Ленин в марте 1918 г. основные цели национальной программы партии. В дальнейшем эти положения были дополнены, расширены и включены в окончательный текст программы, принятой в марте 1919 г. на VIII съезде РКП(б).

В программе указывалось, что теперь во главу угла ставится политика сближения пролетариев и полупролетариев разных национальностей для совместной революционной

¹ Декреты Советской власти, т. I. М., 1957, стр. 40.

² В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 36, стр. 76.

158 борьбы против помещиков и буржуазии. Принципиально новым моментом в программе было то, что вместо лозунга национального самоопределения, которым стали злоупотреблять буржуазные националисты и социал-пацифисты, толкуя его в реформистском духе, было выдвинуто более четкое требование права народов на государственное отделение. «В целях преодоления недоверия со стороны трудящихся масс угнетенных стран к пролетариату государств, угнетавших эти страны,— говорилось в программе,— необходимо уничтожение всех и всяких привилегий какой бы то ни было национальной группы, полное равноправие наций, признание за колониями и неравноправными нациями права на государственное отделение» ¹.

Эти основные ленинские идеи нашли отражение в документах Первого конгресса Коминтерна, хотя национально-колониальный вопрос на нем специально не обсуждался. В Платформе, принятой конгрессом, содержался призыв к пролетариям всех стран энергично поддержать эксплуатируемые народы колоний в их антиимпериалистической борьбе ². В Манифесте конгресса подчеркивалось, что в «более развитых колониях борьба уже сейчас идет не только под знаменем национального освобождения, но сразу принимает более или менее ярко выраженный социальный характер». И далее говорилось о том, какие перспективы открываются в будущем, когда пробьет час освобождения пролетариев Европы и колониальных рабов Азии и Африки: «...Европа социалистическая придет освобожденным колониям на помощь своей техникой, своей организацией, своим идейным влиянием, чтобы облегчить их переход к планомерно организованному социалистическому хозяйству» ³.

В специальной резолюции конгресс осудил политику Бернской конференции социал-реформистов (февраль 1919 г.), которая оправдывала эксплуатацию колоний империалистической буржуазией и лишь прикрывала буржуазную колониальную политику лицемерными фразами о гуманности ⁴. Как немецкие, так и англо-французские реформисты стояли по существу на одной и той же социал-

¹ Восьмой съезд РКП(б). Март 1919 г. Протоколы. М., 1959, стр. 398.

⁴ Там же, стр. 193.

159 империалистической позиции, рассматривая порабощение колоний своим отечественным капиталом, как нечто само собой разумеющееся. Разоблачая лицемерие и оппортунизм партий Бернского Интернационала, Ленин в августе 1919 г. писал, что партия, которая на словах осуждает империализм, а на деле не ведет революционной борьбы внутри «своих» колоний за свержение «своей» буржуазии, не помогает систематически начавшейся уже повсюду революционной работе в колониях, есть партия негодяев и предателей ¹. Всестороннюю помощь национально-освободительной борьбе угнетенных народов Ленин считал одним из важнейших критериев подлинной революционности и интернационализма пролетарской партии.

Серьезным вкладом в разработку теории национально-колониального вопроса в послеоктябрьский период явился доклад Ленина на II Всероссийском съезде коммунистических организаций народов Востока. Ленин показал, что после победы Октября стержнем мирового революционного развития стала борьба Советской республики против объединенных сил мирового империализма. В этих условиях революционное движение народов Востока может быть успешным только в непосредственной связи с борьбой Советской республики.

Отмечая возросшую роль угнетенных народов во всемирной социальной революции, Ленин подчеркнул: «Таким образом, социалистическая революция не будет только и главным образом борьбой революционных пролетариев в каждой стране против своей буржуазии,— нет, она будет борьбой всех угнетенных империализмом колоний и стран, всех зависимых стран против международного империализма» ². В новых условиях Ленин рассматривал национально-колониальный вопрос как проблему союза рабочего класса с крестьянством и всеми трудящимися во всемирном масштабе, справедливо полагая, что как победа над буржуазией в одной стране невозможна без союза рабочего класса с трудовым крестьянством, так и победа над мировым империализмом требует союза революционного пролетариата с национально-освободительным движением.

Бóльшая часть населения колониальных и зависимых стран являлась, по определению Ленина, не рабочими,

¹ См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, стр. 102.

² Там же, стр. 327.

160 прошедшими школу капиталистических фабрик и заводов, а типичными представителями трудящейся, эксплуатируемой массы крестьян, которые страдали от средневекового гнета. Проблема заключалась в том, чтобы найти своеобразные формы союза передовых пролетариев мира с живущими в средневековых условиях трудящимися и эксплуатируемыми массами Востока. «Здесь перед вами стоит задача,— говорил Ленин,— которая не стояла раньше перед коммунистами всего мира: опираясь на общекоммунистическую теорию и практику, вам нужно, применяясь к своеобразным условиям, которых нет в европейских странах, суметь применить эту теорию и практику к условиям, когда главной массой является крестьянство, когда нужно решать задачу борьбы не против капитала, а против средневековых остатков» ¹.

Отмечая трудность и своеобразие этой задачи, требующей огромных усилий и времени, Ленин вместе с тем указал на ближайшие обязанности коммунистов Востока, которые заключались в том, чтобы пробуждать революционную активность и самодеятельность масс, независимо от того, на каком уровне они стоят; вести борьбу за их насущные требования; переводить коммунистическое учение, предназначенное для пролетариев передовых стран, на язык каждого народа; осуществлять связь трудящихся и эксплуатируемых масс колоний с мировым пролетариатом. Ленин подчеркнул, что коммунистам Востока необходимо добиваться самого активного участия в движениях угнетенных масс колоний и зависимых стран и при этом им «...придется базироваться на том буржуазном национализме, который пробуждается у этих народов, и не может не пробуждаться, и который имеет историческое оправдание» ².

* * *

Ко времени созыва Второго конгресса Коминтерна в мире сложилась крайне противоречивая обстановка, обусловленная неравномерностью развития мирового революционного процесса. С одной стороны, упрочилась диктатура пролетариата в Советской России и еще выше поднялась волна национально-освободительной борьбы в колониаль-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, стр. 329.

² Там же, стр. 330.

161 ных и зависимых странах. С другой стороны, темпы развития революции в Западной Европе замедлились после ряда поражений рабочего класса.

Одну из главных причин, затруднивших революционное рабочее движение в развитых капиталистических странах, Ленин видел в том, что империалистической буржуазии благодаря огромным сверхприбылям удалось создать в метрополиях сравнительно устойчивый слой рабочей аристократии и рабочей бюрократии, которая развращала и раскалывала рабочий класс. Этот слой был насквозь пропитан духом цеховой узости, мещанскими и империалистическими предрассудками. «Это — настоящая социальная «опора» II Интернационала, реформистов и «центровиков», а в данный момент это — едва ли не главная социальная опора буржуазии» ¹,— писал Ленин. Никакая, даже предварительная работа по подготовке пролетариата к свержению буржуазии была невозможна без решительной борьбы с оппортунистами и их влиянием на массы.

Трудности, пережитые международным рабочим классом из-за предательской позиции реформистской социал-демократии, слабости коммунистических партий и групп, не успевших еще тесно связаться с широкими массами трудящихся, вовсе не означали, что пролетарская революция невозможна в ближайшем будущем. В мире налицо была объективная революционная ситуация, а в таких условиях обучение масс происходит ускоренными темпами и пределы возможного тысячекратно расширяются.

Дальнейшие перспективы развития мировой революции Ленин связывал с пробуждением к активной политической деятельности новых миллионов борцов в капиталистически развитых странах, «наинизших низов» трудящихся, наиболее эксплуатируемых и менее всего организованных и просвещенных. Вместе с тем Ленин подчеркивал, что многое зависит от объединения революционных пролетариев капиталистически развитых государств с революционными массами тех стран, где пролетариата нет или почти нет, т. е. с угнетенными народами колониальных и зависимых стран. «Всемирный империализм должен пасть,— говорил Ленин,— когда революционный натиск эксплуатируемых и угнетенных рабочих внутри каждой страны, побеждая

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 193.

162 сопротивление мещанских элементов и влияние ничтожной верхушки рабочей аристократии, соединится с революционным натиском сотен миллионов человечества, которое до сих пор стояло вне истории, рассматривалось только как ее объект» ¹.

Все это в значительной мере объясняет, почему проблема связи коммунистов с широчайшими массами рабочего класса, всех трудящихся и эксплуатируемых, проблема союзников рабочего класса в его борьбе с империализмом приобрела такую жгучую остроту на Втором конгрессе Коминтерна. Речь шла о будущем мировой пролетарской революции, о том, как подвести и подготовить массы к решающей схватке с мировым империализмом.

В этой связи национально-колониальная проблема встала на Втором конгрессе как одна из важнейших. Она была включена в повестку дня самостоятельным пунктом, а докладчиком был выдвинут Ленин. «По этому вопросу важно отношение восточных народов. А они никому кроме Владимира Ильича не поверят»,— таково было мнение руководства Коминтерна. 1 июня 1920 г. Политбюро ЦК РКП(б) постановило: «Докладчиком по национальному вопросу назначить т. Ленина, с правом организовать подготовительную комиссию» ². В тот же день Ленин написал для этой комиссии краткий план, где наметил основные проблемы, которые нужно было развить в тезисах ³.

5 июня 1920 г. Ленин уже разослал для обсуждения свой «Первоначальный набросок тезисов по национальному и колониальному вопросам» ⁴. В этом документе были сформулированы важнейшие методологические принципы научного подхода к решению национального и колониального вопросов в новую эпоху, определены место и роль национально-освободительного движения в мировом революционном процессе и вытекающие отсюда стратегические и тактические выводы для деятельности компартий.

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 233.

⁴ 14 июня 1920 г. «Набросок» был опубликован в журнале «Коммунистический Интернационал», № 11, а затем вместе с проектами резолюций по другим вопросам в специальной брошюре «Тезисы ко Второму конгрессу Коммунистического Интернационала». Пг., 1920. Журнал и брошюра были изданы на русском, немецком, английском и французском языках.

163 Разоблачая мистификации буржуазных и реформистских идеологов, которые на основе формальных принципов равенства и свободы пытались доказать возможность при капитализме социального и национального равенства, Ленин указывал, что при решении национального вопроса во главу угла нужно ставить не абстрактные и не формальные принципы, а точный учет исторически конкретной и прежде всего экономической обстановки; затем, отчетливое выделение интересов угнетенных классов, трудящихся, эксплуатируемых, из общего понятия народных интересов вообще, означающего интересы господствующего класса; и, наконец, такое же отчетливое различие наций угнетенных, зависимых, неравноправных и наций угнетающих, эксплуататорских, полноправных¹.

На основе анализа объективных изменений в мире, происшедших в результате мировой империалистической войны и победы Октябрьской революции, Ленин пришел к выводу, что дальнейшие события мировой политики неизбежно развернутся вокруг борьбы всемирной империалистической буржуазии против Советской республики, которая неминуемо должна привлечь на свою сторону как передовых рабочих всех стран, так и угнетенные народы колоний и полуколоний. Исходя из этого, Ленин в качестве важнейшей задачи всей политики Коминтерна по национальному и колониальному вопросам поставил практическое сближение пролетариев и трудящихся масс всех наций и стран для совместной революционной борьбы против империализма, и прежде всего осуществление самого тесного союза всех национально- и колониально-освободительных движений с Советской Россией. Далее Ленин конкретизировал эту общую задачу применительно к условиям различных групп стран.

Обобщая опыт решения национального вопроса в Советской России — первой в мире стране диктатуры пролетариата, Ленин основное внимание уделил проблеме добровольного объединения ранее угнетенных народов вокруг пролетариата России в единую многонациональную семью путем создания единого федеративного государства. Ленин еще до Октябрьской революции высказал мысль о возможности использования федерации как переходной формы к полному единству трудящихся разных наций. Теперь, на

¹ См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 162.

164 основе первого практического опыта, он показал, что федерация подтвердила свою целесообразность как в отношениях РСФСР с другими независимыми республиками, так и внутри РСФСР по отношению к национальностям, не имевшим раньше ни государственного существования, ни автономии ¹.

Призывая коммунистов изучать и проверять опытом новые федерации, возникшие на базе советского строя, Ленин указывал на необходимость стремиться ко все более тесному федеративному союзу, так как без теснейшего союза советских республик невозможно отстоять их существование в условиях капиталистического окружения, без тесного экономического союза неосуществимо восстановление разрушенных империализмом производительных сил и обеспечение благосостояния трудящихся, и, наконец, такой союз необходим для создания единого, регулируемого по общему плану, социалистического хозяйства.

Непременным условием создания такой федерации Ленин считал полное доверие и добровольное согласие входящих в нее республик. В письме к рабочим и крестьянам Украины (декабрь 1919 г.) Ленин, специально рассматривая этот вопрос, писал: «Мы хотим добровольного союза наций,— такого союза, который не допускал бы никакого насилия одной нации над другой,— такого союза, который был бы основан на полнейшем доверии, на ясном сознании братского единства, на вполне добровольном согласии. Такой союз нельзя осуществить сразу; до него надо доработаться с величайшей терпеливостью и осторожностью, чтобы не испортить дело, чтобы не вызвать недоверия, чтобы дать изжить недоверие, оставленное веками гнета помещиков и капиталистов, частной собственности и вражды из-за ее разделов и переделов» ².

Определяя политику коммунистов в капиталистически развитых странах, где уже имелись рабочие партии, действительно являющиеся авангардом пролетариата, Ленин в качестве первой и важнейшей задачи выдвигал борьбу с оппортунистическими мещански-пацифистскими извращениями пролетарского интернационализма.

Ленин требовал, чтобы коммунисты метрополий разоблачали постоянные нарушения равноправия наций во

¹ См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 164.

² В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 40, стр. 43.

165 всех капиталистических государствах; отстаивали право угнетенных народов на государственное отделение; разъясняли, что только советский строй может дать народам подлинное равноправие, объединяя сначала пролетариев, затем всю массу трудящихся в борьбе с буржуазией; наконец, доказывали необходимость прямой помощи всех коммунистических партий революционным движениям в колониальных и зависимых странах.

Признание интернационализма лишь на словах и подмену его на деле мещанским национализмом и пацифизмом Ленин квалифицировал как самое большое зло, способное нанести непоправимый урон делу объединения антиимпериалистических усилий Советской республики, международного рабочего класса и угнетенных народов. «Борьба с этим злом,— писал он,— с наиболее закоренелыми мелкобуржуазными-национальными предрассудками, тем более выдвигается на первый план, чем злободневнее становится задача превращения диктатуры пролетариата из национальной (т. е. существующей в одной стране и неспособной определять всемирную политику) в интернациональную (т. е. диктатуру пролетариата по крайней мере нескольких передовых стран, способную иметь решающее влияние на всю мировую политику)» ¹.

По отношению к отсталым странам с преобладанием феодальных или патриархальных и патриархально-крестьянских отношений Ленин в качестве первоочередной задачи выдвигал помощь освободительной борьбе угнетенных народов, подчеркивая, что эта обязанность касается прежде всего рабочих той страны, от которой отсталая нация зависит в колониальном или финансовом отношениях.

Ленин особо выделял необходимость поддерживать специально крестьянское движение в отсталых странах против помещиков, против крупного землевладения, против всяких проявлений или остатков феодализма и стараться придать крестьянскому движению наиболее революционный характер, осуществляя возможно более тесный союз Советской республики и коммунистического пролетариата метрополий с революционным движением крестьян на Востоке, в колониях и отсталых странах вообще. «...В особенности необходимо направить все усилия,— писал он,— чтобы приложить основные начала советского строя к странам

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 165.

166 с господством докапиталистических отношений, путем создания «Советов трудящихся» и т. п.» ¹.

Выступая в поддержку антиимпериалистических движений угнетенных народов, Ленин вместе с тем требовал решительной борьбы с перекрашиванием буржуазно-демократических освободительных течений в отсталых странах в цвет коммунизма. Коминтерн обязан, подчеркивал он, поддерживать буржуазно-демократические национальные движения в колониях, но элементы будущих пролетарских партий, коммунистических не только по названию, не должны растворяться в этих движениях. «...Коммунистический Интернационал должен идти во временном союзе с буржуазной демократией колоний и отсталых стран, но не сливаться с ней и безусловно охранять самостоятельность пролетарского движения даже в самой зачаточной его форме» ².

Анализируя причины чрезвычайных трудностей политической работы в колониальных и зависимых странах, Ленин обращал особое внимание коммунистов на то, что вековое угнетение этих народов империалистическими державами, а также социал-шовинистское поведение вождей II Интернационала, по существу защищавших колониальный грабеж, оставили в трудящихся массах угнетенных стран не только озлобление, но и недоверие к угнетающим нациям вообще, в том числе и к пролетариату этих наций. Но главное заключалось в том, что крайняя отсталость социально-экономических отношений в колониях, преобладание мелкого земледельческого производства, патриархальность и захолустность всего уклада жизни неминуемо вели к особой силе и устойчивости самых глубоких из мелкобуржуазных предрассудков: предрассудков национального эгоизма и национальной ограниченности.

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 167. Это положение было написано Лениным на полях корректурного оттиска первоначального наброска как дополнение к пункту четвертому (см. Стратегия и тактика Коминтерна в национально-колониальной революции. М., 1934, стр. 35; ЦПА ИМЛ, ф. 2, оп. 1, ед. хр. 14423, л. 7). В опубликованных ИККИ проектах резолюций этого дополнения не оказалось (см. Тезисы ко Второму конгрессу Коммунистического Интернационала. Пг., 1920, стр. 54; «Коммунистический Интернационал», 1920, № 11, стр. 1723). В окончательный текст, принятый конгрессом, ленинская идея объединения крестьян и всех эксплуатируемых в советы была включена в несколько иной редакции (см. Второй конгресс Коминтерна, стр. 494, 104).

² Там же, стр. 167.

167 Ленин предупреждал, что эти предрассудки исчезнут лишь после уничтожения капитализма в передовых странах и после радикального изменения всей основы экономической жизни отсталых стран. Поэтому преодоление этих предрассудков — длительный и сложный процесс. И ускорить его можно было только одним способом: относясь с особенной осторожностью и с особым вниманием к пережиткам национальных чувств угнетенных народов, идя им на известные уступки в целях более быстрого изживания недоверия и предрассудков.

Вырабатывая программу Коминтерна по национальному и колониальному вопросам, Ленин стремился учесть опыт и знания всех товарищей, осведомленных конкретно по тому или иному из этих сложнейших вопросов. Обмен мнениями он считал тем более необходимым, что проблема в тезисах была поставлена очень широко, охватывала страны, самые различные по уровню экономического и социально-политического развития. В кратком обращении, предпосланном тезисам и опубликованном в журнале «Коммунистический Интернационал», Ленин просил всех желающих дать отзыв, исправление, дополнение или конкретное пояснение к его наброску на основе опыта национальных движений как в странах Европы и Америки, так и в странах Востока ¹. Многие коммунисты откликнулись на эту просьбу и прислали свои соображения. В архиве сохранились некоторые из этих писем с ленинскими пометками и замечаниями. Многие мысли, высказанные в письмах, подкрепляли выводы Ленина. В то же время некоторые авторы обнаруживали иной подход к проблеме, предлагали иные решения.

Так, например, И. В. Сталин предлагал в седьмой пункт тезисов Ленина, где говорилось о переходных формах сближения трудящихся разных наций, «внести (наряду с федерацией) конфедерацию» (подчеркнуто Сталиным. — Н. К.) ². «Такая поправка,— писал он,— придала бы тезисам больше эластичности, обогатила бы их еще одной переходной формой сближения трудящихся разных наций и облегчила бы национальностям, не входившим ранее в состав России, государственное сближение с Советской Россией» ³.

¹ См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 161.

³ Там же.

168 Ленин в связи с этим предложением сделал пометку в корректурном оттиске своих тезисов: «7. + Конфедерация? (Сталин)» ¹. В дальнейшем, однако, вопрос о конфедерации не поднимался ни в комиссии конгресса, ни на его пленарных заседаниях. Сталин и сам больше никогда не выдвигал эту идею, согласившись, видимо, с ленинским положением о том, что «федерация может быть разных типов» ².

Выступая в марте 1921 г. на X съезде РКП(б) с докладом ЦК «Об очередных задачах партии в национальном вопросе», Сталин указывал, что опыт России с применением различных видов федерации целиком подтвердил всю целесообразность и гибкость федерации, как общей формы государственного союза советских республик. Вместе с тем он подчеркнул, что только федерация, построенная на основе взаимного доверия и добровольного согласия входящих в нее стран, является прочной и может стать переходной формой к высшему единству трудящихся всех стран в едином мировом хозяйстве ³.

Принципиальное значение имеют замечания Ленина на отзыве Чичерина, который высказал ряд верных суждений по поводу ленинских тезисов, но абсолютизировал отдельные их положения и потому пришел в некоторых случаях к неправильным выводам. Так, например, Чичерин писал: «Союз с собственной буржуазией вполне уместен у угнетенных наций лишь там, где приходится устранить

¹ Стратегия и тактика Коминтерна в национально-колониальной революции на примере Китая. М., 1934, стр. 33.

³ См. Десятый съезд РКП(б). Март 1921 г. Стенотчет. М., 1963, стр. 602 — 603, 701. В дальнейшем, при образовании СССР (1922 г.), Сталин абсолютизировал одну из форм федерации, выдвинув идею «автономизации», которая предусматривала вступление независимых советских республик в состав Российской Федерации на правах автономных республик. Ленин отклонил план создания СССР на основе «автономизации» и выдвинул идею создания единого союзного государства на базе добровольного объединения равноправных независимых советских республик. «...Мы,— указывал Ленин,— признаем себя равноправными с Украинской ССР и др. и вместе и наравне с ними входим в новый союз, новую федерацию... Важно, чтобы мы не давали пищи «независимцам», не уничтожали их независимости, а создавали еще новый этаж, федерацию равноправных республик» (В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 45, стр. 211 — 212). Создание единого многонационального государства как добровольного союза равноправных и суверенных наций явилось выдающимся вкладом Ленина в теорию марксизма и практику социалистического строительства.

169 местный феодализм, подпираемый штыками угнетающей нации, как в Персии (подчеркнуто Лениным. — Н. К.). Именно у персов в порядке дня совместное движение трудящихся и буржуазии для устранения невыносимого гнета продавшихся Англии феодалов (подчеркнуто Лениным. — Н. К.). Союз с буржуазией вызывается в данном случае внутренними причинами, а не соображениями национального освобождения. В качестве общего принципа союз с собственной буржуазией ради национального освобождения в данный исторический период безусловно должен быть отвергнут» ¹.

По поводу этих утверждений Ленин заметил:

«1) Персия не единична.

2) Союз с крестьянством у меня сильнее подчеркнут (а это не совсем = буржуазия)...» ².

Тем самым Ленин подчеркнул, что в мире есть еще много таких отсталых и зависимых стран, как Персия, где первейшей задачей является уничтожение чужеземного гнета, без чего невозможны не только ликвидация феодальных и феодально-патриархальных отношений, но и всякое развитие социального прогресса. Ленин подчеркнул и другой принципиальный момент, что союз с национально-освободительным движением предполагает дифференцированное отношение к различным его участникам, и отношение к крестьянским массам не может быть равнозначно отношению к национальной буржуазии.

Категорические возражения Ленина вызвали замечания и предложения Преображенского, который развивал грубо волюнтаристскую концепцию решения национально-колониальной проблемы. Игнорируя необходимость налаживания отношений дружбы и доверия между трудящимися бывших метрополий и народами колоний, Преображенский утверждал, что после пролетарской революции «...решение национального вопроса должно быть подчинено задаче создания единого хозяйственного целого из образовавшихся социалистических республик» ³. В ответ на это Ленин заметил: «Просто подчинить нельзя: ср. § 12 у меня» ⁴. А в этом параграфе говорилось о необходимости особой

¹ ЦПА ИМЛ, ф. 2, оп. 1, ед. хр. 14356, л. 2.

⁴ Там же.

170 осмотрительности и такта по отношению к народам отсталых стран с целью завоевания их доверия.

Ленин решительно выступал против попыток оправдать насилие по отношению к отсталым нациям якобы высшими интересами создания единого социалистического хозяйства. На VIII съезде РКП(б) в марте 1919 г. он говорил, что «...в национальном вопросе нельзя рассуждать так, что нужно во что бы то ни стало хозяйственное единство. Конечно, нужно! Но мы должны добиваться его пропагандой, агитацией, добровольным союзом» ¹.

Преображенский не был согласен с таким подходом и главный упор делал на силу. Характеризуя взаимоотношения республик будущей социалистической Европы с экономически отсталыми и зависимыми странами, он писал: «...если будет исключена возможность экономического соглашения с руководящими национальными группами, неизбежно подавление (?) их силой (?) и насильственное присоединение экономически важных районов к союзу Европейских Республик...» (подчеркивания и вопросительные знаки Ленина. — Н. К.) ².

Ленин резко осудил подобный взгляд, написав на полях против подчеркнутой фразы: «Через край хвачено. Не доказуемо и неправильно сказать, что «неизбежно» «подавление силой». В корне неверно» ³. Грубость и администрирование при решении национального вопроса Ленин считал нетерпимым явлением и принципиально недопустимым для коммунистов. Он неоднократно указывал на необходимость решительного искоренения даже малейших проявлений шовинизма и грубости по отношению к ранее угнетавшимся народам. «Для всей нашей Weltpolitik,— писал Ленин в ноябре 1921 г.,— дьявольски важно завоевать доверие туземцев; трижды и четырежды завоевать; доказать, что мы не империалисты, что мы уклона в эту сторону не потерпим.

Это мировой вопрос, без преувеличения мировой.

Тут надо быть архистрогим.

Это скажется на Индии, на Востоке, тут шутить нельзя, тут надо быть 1000 раз осторожным» ⁴.

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 38, стр. 183.

⁴ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 53, стр. 190.

171 * * *

Огромное внимание национально-колониальной проблеме было уделено Лениным в основном докладе о задачах Второго конгресса Коминтерна, где был дан всесторонний анализ империализма, колониализма и тех изменений, которые произошли в международном рабочем и национально-освободительном движении в результате первой мировой войны и Октябрьской революции. Важнейшее значение имело его положение о необходимости единства действий советских республик, пролетариата метрополий и угнетенных народов колоний в борьбе против империализма, а также идея организации крестьянских Советов или Советов трудящихся в колониальных и зависимых странах. Ленинские теоретические положения, развитые в докладе и первоначальном наброске тезисов, послужили той основой, на которой развернулось дальнейшее обсуждение национально-колониальной проблемы в комиссии, созданной конгрессом.

Ленин был избран председателем комиссии ¹. Руководя ее работой, он строго следил за тем, чтобы общие решения вырабатывались коллективно, в обстановке деловой, творческой дискуссии, чтобы делегаты, не согласные с теми или иными положениями его тезисов, имели возможность высказаться и обосновать свою позицию. Для характеристики ленинского стиля работы весьма показательна записка, направленная Лениным в адрес итальянских делегатов, в которой он высказывал свое недоумение: «Почему ни один итальянский товарищ не присутствует в колониальной комиссии, чтобы защищать свою идею о том, чтобы не поддерживать буржуазное демократическое движение?» ².

Полемизируя с коммунистами, которые иначе подходили к той или иной проблеме или даже высказывали ошибочные суждения, Ленин стремился всегда точно выяснить,

¹ В состав комиссии входили: Кабакчиев (Болгария), Милкич (Югославия), Гильбо (Франция), Вайнкоп (Голландия), Леви (Германия), Руднянский (Венгрия), Томанн (Австрия), Ленин, Каменев (Россия), Рид (США), Аллен (Мексика), Рой (Британская Индия), Квелч (Англия), Султан-Заде (Персия), Коннолли (Ирландия), Рамзай (Англия), Славуцкий (Турция), Лау Сиу-джау (Китай), Пак (Корея), Маринг (Голландская Индия) — секретарь комиссии (см. Второй конгресс Коминтерна. Июль — август 1920 г. М., 1934, стр. 627, 103, 105).

² В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 51, стр. 244.

172 по каким вопросам имеется единство взглядов, а по каким существуют разногласия, чтобы спокойно, обстоятельно, всесторонне разобрать спорный вопрос, переубедить товарища и прийти к общему решению. Стремление Ленина привлечь к работе каждого, кто мог быть полезен своим опытом, знаниями или просто желанием служить делу революции, отмечал в своих воспоминаниях и М. Н. Рой — индийский коммунист, активно участвовавший в работе комиссии. После ряда бесед, в ходе которых выяснился большой интерес Роя к национально-колониальным проблемам, Ленин сам предложил ему сформулировать свои идеи в отдельных тезисах. Рой согласился, оговорив при этом, что его тезисы будут представлены «в качестве не альтернативных, а дополнительных тезисов»¹.

Комиссия работала в воскресенье 25 июля 1920 г. целый день. Были заслушаны доклады всех членов комиссии, делегатов из Кореи, Китая, Индии, Ирана, Болгарии, Венгрии, Америки, Англии. Все выступавшие представители угнетенных народов были едины в том, что даже в самых отсталых странах наступили новые времена, многомиллионные массы трудящихся Востока пришли в движение, поднялись на борьбу против империалистического гнета². Однако при оценке социально-экономических и политических условий в отсталых странах, при определении движущих сил и конкретных задач борьбы на ближайшем этапе национально-освободительной революции были высказаны различные мнения.

Так, например, Султан-Заде (Иран), представивший доклад о перспективах социальной революции на Востоке, утверждал, что крайняя отсталость социальной структуры и неразвитость классовых отношений не только не затрудняют, а, наоборот, облегчают борьбу крестьянства, кустарей, ремесленников, других слоев трудящихся против шаха и феодалов, раздираемых постоянными междуусобицами. Условия отсталости, при слабости буржуазии, создавали, по мнению Султан-Заде, наилучшие возможности для победы национальной революции и ее перерастания в социальную³. Идеализация отсталости, нереальный подход к оценке движущих сил, а также ближайших и отдаленных

¹ M. N. Roy’s Memoirs. Bombay, 1964, p. 380.

³ См. «Жизнь национальностей», № 25, 1. VIII. 1920, стр. 2.

173 перспектив революционного движения в колониальных и зависимых странах — все это сказалось в данных выводах Султан-Заде с наибольшей отчетливостью.

Какие же основные мысли в докладе Султан-Заде выделил Ленин и какой конечный вывод он сделал? Это видно из краткой записи карандашом, которую он оставил на последней странице доклада:

«1) Распад имущих эксплуататорских классов

2) большая часть населения — крестьяне с средневековой эксплуатацией

3) ремесленники мелкие — в промышленности

4) вывод: приспособить как советские учреждения, так и коммунистическую партию (ее состав, ее особые задачи) к уровню крестьянских стран колониального Востока.

В этом суть. Об этом надо подумать и поискать конкретных ответов» ¹.

В этих заметках Ленина для себя виден прежде всего трезвый подход к анализу реальных классовых сил, действующих в отсталой стране, поиски действительных возможностей и рычагов ускорения социального прогресса.

Сходные с Султан-Заде ошибки в подходе к ряду важных проблем допускал и автор проекта дополнительных тезисов Рой. На примере Индии он пытался доказать, что в колониях существуют две силы, которые якобы полностью противостоят друг другу и совершенно не способны развиваться вместе — это выступающее под националистическими лозунгами буржуазно-демократическое движение, представленное учащейся молодежью и средними слоями, и массовое революционное движение крестьян и рабочих, требующих уничтожения всякой эксплуатации. Поддержка колониального буржуазно-демократического движения, по мнению Роя, означала содействие развитию национального духа, который мог лишь помешать пробуждению классового сознания масс. Исходя из этого, Рой предлагал исключить из одиннадцатого пункта ленинских тезисов то место, где говорилось о необходимости помощи всех коммунистических партий буржуазно-демократическому освободительному движению в отсталых странах ².

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 457.

² См. первоначальный вариант тезисов Роя с пометками Ленина и выступление Роя в комиссии («Вестник 2-го конгресса Коминтерна», № 1, 27. VII 1920, стр. 1 — 2). Наиболее полное представление

174 В рассуждениях Роя ясно проявилась переоценка степени социально-экономической зрелости и классовой дифференциации общества в отсталых странах и вытекающая отсюда недооценка общенациональной борьбы за политическую независимость, как первого этапа на пути к социальному освобождению трудящихся. На этом этапе совместная борьба рабочих, крестьян, средних слоев, национальной буржуазии против колониализма и феодализма была не только возможна, но и необходима. Рой не понимал ленинского подхода к проблеме классовых и политических союзников пролетариата в условиях отсталых стран и утверждал, что Коминтерн должен «...помогать исключительно созданию и развитию коммунистического движения в Индии, а коммунистическая партия Индии должна заботиться исключительно об организации широких народных масс для борьбы за классовые интересы последних» ¹.

Подобные предложения Роя, прозвучавшие в его выступлении, и аналогичные положения в его проекте дополнительных тезисов сразу натолкнулись на возражения ряда делегатов.

Английский коммунист Т. Квелч, полемизируя с Роем, говорил: «Национально-освободительное движение в Индии пока, может быть, не имеет на своей стороне сочувствия широких народных масс, но это не значит, что оно его не будет иметь в самом близком будущем. Английскому правительству очень нетрудно будет справиться теперь с чисто-коммунистической пропагандой в колониях и подавить там коммунистическое движение. Гораздо труднее будет победить национально-освободительное движение в колонии» ².

о позиции Роя в то время дают две его статьи, опубликованные в дни заседаний Второго конгресса Коминтерна. Одна из них под названием «Революционное движение в Индии» была напечатана в журнале «Коммунистический Интернационал», № 12, стр. 2163 — 2172. Другая — под названием «Манифест революционной партии Индии. Воззвание к британскому пролетариату» была опубликована в газете «Жизнь национальностей», № 24, 25. VII 1920, стр. 1 — 2. Обе статьи, написанные по-английски, были посланы автором Ленину. Он прочитал их, но никаких пометок в самом тексте не оставил.

² «Вестник 2-го конгресса Коминтерна», № 1, 27.VII 1920, стр. 2; «Жизнь национальностей», № 25, 1. VIII 1920, стр. 2.

175 Значительное внимание критическому разбору положений Роя уделил Ленин. Он разъяснял, что империализм, сохраняя в колониях феодальные отношения, препятствует тем самым местной буржуазии взять эксплуатацию колоний в свои руки, поэтому национальная буржуазия может стать, хотя бы временным и ненадежным, но союзником освободительного движения, направленного против империализма. Обращаясь к опыту большевистской партии и доказывая необходимость самых широких блоков и компромиссов в интересах скорейшего достижения пролетариатом конечной цели, Ленин говорил: «В России мы поддерживали либерально-освободительное движение во время выступления против царизма. Индусские коммунисты обязаны поддерживать буржуазно-демократическое движение, не сливаясь с ним» ¹.

Отмечая всю сложность переплетения интересов различных классов, которые сходились в национально-освободительной революции лишь на определенных, общих задачах, Ленин призывал коммунистов учитывать прежде всего то обстоятельство, что в отсталых странах основную массу населения составляло феодальное, полуфеодальное и общинное крестьянство, которое отличалось от крестьянства капиталистических стран как по хозяйственному укладу, так и по своей идеологии. Эти крестьянские массы, жестоко эксплуатируемые феодалами и стоявшими за их спиной империалистами, могли подняться из страшной темноты и забитости к основательному историческому творчеству. Но эти массы не могли сразу подняться на социалистическую революцию, как полагали некоторые делегаты конгресса, так как объективная логика исторического развития ставила перед ними задачи не социалистического, а буржуазно-демократического переворота.

Все это чрезвычайно усложняло борьбу коммунистов Востока за гегемонию пролетариата в национально-освободительном движении. Чтобы завоевать политическое доверие крестьянской массы, нужно было добиться удовлетворения ее насущных нужд в земле, а этого нельзя было сделать, не помогая борьбе крестьянства за буржуазно-демократические по своей сущности аграрные преобразова-

¹ «Вестник 2-го конгресса Коминтерна», № 1, 27.VII 1920, стр. 2; «Жизнь национальностей», № 25, 1.VIII 1920, стр. 2. В газетах ошибочно напечатано «буржуазно-коммунистическое движение».

176 ния, не работая активно в демократических крестьянских организациях, не участвуя в народных, прежде всего крестьянских, движениях против империалистического гнета и феодальной реакции, не поднимая шаг за шагом уровень сознания крестьянской массы. «Было бы утопией думать,— говорил Ленин,— что пролетарские партии, если они вообще могут возникнуть в таких странах, смогут, не находясь в определенных отношениях к крестьянскому движению, не поддерживая его на деле, проводить коммунистическую тактику и коммунистическую политику в этих отсталых странах» ¹.

Рой полагал, что достаточно провозгласить создание коммунистической партии, чтобы рабочие и беднейшие крестьяне сразу встали под ее знамена. Ленин отвергал подобный взгляд, считая его в значительной мере необоснованным хотя бы потому, что индийским коммунистам еще не удалось создать своей партии, несмотря на то что в Индии, по подсчетам Роя, уже имелось 5 млн. пролетариев и 37 млн. безземельных крестьян ². В отличие от Роя Ленин прекрасно сознавал, что в отсталых, преимущественно крестьянских странах создание массовой партии с научно-социалистической идеологией есть дело чрезвычайно трудное, требующее огромных усилий и времени. Как рассказывал французский делегат, член комиссии А. Росмер, Ленин терпеливо объяснял Рою, что в течение определенного периода времени Коммунистическая партия Индии будет оставаться маленькой партией, неспособной на основе своей программы привлечь на свою сторону значительное число крестьян и рабочих. В то же время Ленин, по воспоминаниям Росмера, подчеркивал, что на основе требований национальной независимости коммунисты смогут мобилизовать широкие массы, «и только в ходе этой борьбы Коммунистическая партия Индии выкует и разовьет свою организацию до такой степени, что она окажется в состоянии, после того как будут удовлетворены национальные требования, нанести удар индийской буржуазии» ³.

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 243.

³ Цит. по: Ш. Г. Сардесаи. Индия и революция в России. М., 1967, стр. 84.

177 Трудности создания компартии в таких отсталых странах, как Индия, заключались в слабости пролетарской базы, в засилье мелкобуржуазной и добуржуазной стихии, а также в том, что некоторые мелкобуржуазные революционеры, воспринявшие отдельные стороны марксизма и примкнувшие к коммунистическому движению, стремились перекрасить буржуазно-демократическое освободительное движение своих стран в цвет коммунизма. Ленин видел в этом реальную угрозу мировому коммунистическому движению и требовал, чтобы в отсталых странах элементы будущих пролетарских партий, коммунистических не только по названию, выступая против империализма совместно с непролетарскими массами, в том числе и с некоторыми слоями буржуазии, всегда помнили об исторической миссии рабочего класса и охраняли самостоятельность пролетарского движения от любых попыток буржуазии подчинить его своему контролю.

К вопросу о создании коммунистических партий в странах Востока Ленин учил подходить конкретно-исторически, с учетом многих факторов, таких как наличие революционного пролетариата и кадров марксистски образованной интеллигенции, тесных связей с Советской Россией, международным пролетариатом и мировым коммунистическим движением, в зависимости от расстановки классовых сил и темпов развития национально-освободительной революции.

В странах, где не было своего пролетариата, Ленин предвидел возможность образования народно-революционных партий, возможность их дальнейшей эволюции при помощи социалистических стран и мирового коммунистического движения в партии коммунистические. В ноябре 1921 г. в беседе с монгольскими революционерами Ленин не рекомендовал им торопиться с превращением своей народно-революционной партии в партию коммунистическую. Разъяснив сущность коммунистической партии, как партии пролетариата, Ленин сказал: «Много еще надо будет поработать революционерам над своим государственным, хозяйственным и культурным строительством, пока из пастушеских элементов создастся пролетарская масса, которая впоследствии поможет «превращению» народно-революционной партии в коммунистическую. Простая перемена вывески вредна и опасна» ¹.

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, стр. 233.

178 Принципиальной критике на комиссии подверглись рассуждения Роя о том, будто «судьба революционного движения в Европе всецело зависит от хода революции на Востоке», и что «без торжества революции в восточных странах коммунистическое движение на Западе может быть сведено на нет» ¹. Рою казалось, что европейские капиталисты, черпающие свои основные ресурсы и доходы в колониях, главным образом в Азии, могут в крайнем случае отдать своим рабочим всю прибавочную стоимость и этим убить в них всякие революционные стремления. Рой опасался, что капиталисты смогут полностью подкупить рабочий класс метрополий и коварно использовать его в качестве соучастника эксплуатации народов колоний. Рой не понимал, что крохи из колониальной сверхприбыли перепадают лишь незначительной части рабочей аристократии, а в целом капитализм, не переставая быть капитализмом, не может не усиливать эксплуатации своих рабочих.

В целом рассуждения Роя вели к переоценке революционной борьбы угнетенных народов и недооценке роли международного рабочего класса как передового отряда мирового революционного движения. Критикуя Роя, Ленин отметил, что он «идет слишком далеко, утверждая, будто судьба Запада зависит исключительно от степени развития и силы революционного движения в восточных странах» ².

Направляемая Лениным деловая творческая дискуссия в комиссии выявила не только разногласия, но и точки соприкосновения, она позволила серьезно обсудить ряд новых проблем и в конечном итоге привела к тому, что по всем принципиальным вопросам было достигнуто полное единогласие. «Комиссия наша приняла единогласно как первоначальные тезисы с изменениями, так и дополнительные. Таким образом нам удалось прийти к полному единодушию по всем важнейшим вопросам» ³,— так резюмировал Ленин результаты проделанной работы.

¹ «Вестник 2-го конгресса Коминтерна», № 1, 27.VII 1920, стр. 2; «Жизнь национальностей», № 25, 1.VIII 1920, стр. 2.

³ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 241.

179 * * *

26 июля 1920 г. Ленин выступил с докладом комиссии по национальному и колониальному вопросам на пленарном заседании конгресса ¹. В своем докладе, который являлся введением к дальнейшему обсуждению поставленных проблем, Ленин рассказал о том, как решались в комиссии принципиальные теоретические вопросы, лежавшие в основе тезисов, одобренных комиссией.

Призывая делегатов к реализму и трезвости в оценке политических явлений, к научному анализу движущих сил и перспектив мировой революции, он указывал, что в данном случае крайне важно исследовать «...конкретные экономические факты и при решении всех колониальных и национальных вопросов исходить не из абстрактных положений, а из явлений конкретной действительности» ².

Раскол мира на две противоположные системы — важнейшее событие мировой истории после Октябрьской революции. Все мировое развитие определялось теперь борьбой империалистических держав против Советской России, вокруг которой сплачивались революционные и антиимпериалистические движения в мире. Поэтому исходным пунктом как основных, так и дополнительных тезисов, было определение противоречия между империализмом и социализмом, как основного противоречия наступившей эпохи. «Если мы упустим это из виду,— подчеркивал Ленин,— то не сможем поставить правильно ни одного национального или колониального вопроса, хотя бы речь шла о самом отдаленном уголке мира. Только исходя из этой точки зрения, политические вопросы могут быть правильно поставлены и разрешены коммунистическими партиями как в цивилизованных, так и в отсталых странах» ³.

Важнейшая задача Коминтерна, вытекающая из такой постановки вопроса, заключалась в том, чтобы осуществить тесный союз революционного рабочего класса капиталистически развитых стран и национально-освободительных

¹ Второй конгресс Коминтерна посвятил рассмотрению национально-колониального вопроса два пленарных заседания: четвертое (26 июля с 8 час. вечера до 2 час. 30 мин. ночи) и пятое (28 июля с 11 час. утра до 5 час. вечера).

³ Там же, стр. 242.

180 движений угнетенных народов с Советской Россией в борьбе против общего врага — мирового империализма, представленного горсткой империалистических держав, угнетающих громадное большинство населения земли.

Другая основная общая идея тезисов заключалась в том, что в них в противоположность II Интернационалу проводилось четкое различие между нациями угнетенными и угнетающими. Из этого различия вытекала обязанность Коминтерна оказывать всемерную помощь и поддержку антиимпериалистической революционной освободительной борьбе угнетенных народов и наций. При обсуждении этой проблемы в комиссии возник спор о том, насколько правильно теоретически и принципиально утверждать, что Коминтерн и коммунистические партии должны поддерживать национально-освободительные движения в отсталых странах, если они по своему классовому характеру являлись буржуазно-демократическими.

В ходе обсуждения, указывал Ленин, «...мы пришли к единогласному решению о том, чтобы вместо «буржуазно-демократического» движения говорить о национально-революционном движении» ¹. В соответствии с этим было решено произвести почти всюду необходимую замену ². Эта замена мотивировалась двумя обстоятельствами: во-первых, необходимостью провести четкую грань между революционным и реформистским движением, которое не без успеха насаждалось империалистами в колониях; во-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 243.

² Согласно докладу Маринга на пленарном заседании конгресса 26 июля, в комиссии было решено заменить в шестом тезисе ленинского первоначального наброска выражение «буржуазно-демократическое освободительное движение» выражением «революционное националистическое освободительное движение»; в одиннадцатом тезисе, пункте первом вместо «буржуазно-демократическое освободительное движение» сказать «национально-революционное движение»; в том же тезисе, пункте пятом заменить термин «буржуазно-демократический» на «национально-революционный» (см. 2-й конгресс Коммунистического Интернационала. Стенотчет. Пг., 1921, стр. 121 — 122). В стенотчете на немецком языке этот же доклад Маринга излагается несколько иначе. Согласно этому источнику, было решено в шестом и одиннадцатом (пункт первый) тезисах употребить вместо «буржуазно-демократическое освободительное движение» выражение «революционно-освободительное движение», а в пункте пятом одиннадцатого тезиса заменить термин «буржуазно-демократический» словом «революционный» (см. Der zweite Kongreß der Kommunistischen Internationale. Protokoll. Hamburg, 1921, S. 144 — 145, 230).

181 вторых, необходимостью отмежеваться от тех слоев туземной буржуазии, которая, хотя и поддерживала национальные движения, но в то же время уже настолько сблизилась с империалистической буржуазией, что совместно с ней боролась против всех революционных движений и революционных классов. «Смысл этой замены тот,— разъяснял Ленин,— что мы, как коммунисты, лишь в тех случаях должны и будем поддерживать буржуазные освободительные движения в колониальных странах, когда эти движения действительно революционны, когда представители их не будут препятствовать нам воспитывать и организовывать в революционном духе крестьянство и широкие массы эксплуатируемых» ¹. Замена терминов позволила сформулировать коммунистическую точку зрения, как отмечал Ленин, гораздо точнее ².

Огромное внимание в своем докладе Ленин уделил проблеме прогрессивного социального развития отсталых стран, минуя капитализм. Сама идея «сокращенного процесса развития» отсталых стран от докапиталистических общественных отношений к социализму была высказана Марксом и Энгельсом как теоретическая возможность еще во второй половине XIX века ³. Такое развитие они считали возможным при наличии двух условий: если в передовых капиталистических странах победит пролетарская революция, и если страны победившего социализма окажут отсталым народам всестороннюю помощь.

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 243 — 244.

³ См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 22, стр. 445 — 446; т. 23, стр. 10.

182 Гениальное предвидение основоположников научного коммунизма было объявлено оппортунистическими теоретиками II Интернационала несбыточной утопией. Ван-Коль, выступавший с докладом «Колониальная политика и социал-демократия» на Амстердамском конгрессе II Интернационала в 1904 г., заявил: «Гипотеза К. Маркса, что некоторые страны смогут, хотя бы отчасти, миновать капиталистический период в своей экономической эволюции, не осуществилась; первобытные народы придут к цивилизации, лишь пройдя эту Голгофу. Наш долг, следовательно, не задерживать развития капитализма,— необходимого звена в истории человечества; мы можем даже способствовать его нарождению, смягчая муки родов» ¹.

Наряду с подобными правооппортунистическими взглядами получили распространение различные мелкобуржуазные теории народнического типа о некой самобытной и самостоятельной возможности отсталых стран миновать капиталистическую стадию развития без союза с мировым рабочим движением и до образования социалистических государств. Ленин еще в дооктябрьский период показал полную несостоятельность как правооппортунистического, так и народнического подхода к проблеме некапиталистического развития. В его послеоктябрьских работах различные аспекты этой проблемы получили дальнейшее обоснование и конкретизацию.

В докладе на Втором конгрессе Коминтерна Ленин дал научную формулировку этой проблемы, как практической задачи, выдвинутой перед многими народами самой жизнью. «Постановка вопроса,— говорил он,— была следующая: можем ли мы признать правильным утверждение, что капиталистическая стадия развития народного хозяйства неизбежна для тех отсталых народов, которые теперь освобождаются и в среде которых теперь, после войны, замечается движение по пути прогресса. Мы ответили на этот вопрос отрицательно. Если революционный победоносный пролетариат поведет среди них систематическую пропаганду, а советские правительства придут им на помощь всеми имеющимися в их распоряжении средствами, тогда неправильно полагать, что капиталистическая стадия развития неизбежна для отсталых народностей» ².

¹ Ван-Коль. Колониальная политика и социал-демократия. Спб., 1906, стр. 13.

² В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 245 — 246.

183 Таким образом, догматическим концепциям Ван-Коля, Кунова, Бауэра и других оппортунистов II Интернационала, считавших капиталистический путь обязательным для всех народов, Ленин противопоставил программу иного перехода отсталых народов к созданию основных посылок цивилизации, чем тот, который был известен из опыта Западной Европы.

Исходя из этого, Ленин поставил перед Коминтерном задачу небывалого размаха: «Во всех колониях и отсталых странах мы должны не только образовать самостоятельные кадры борцов, партийные организации, не только повести немедленно пропаганду за организацию крестьянских Советов и стремиться приспособить их к докапиталистическим условиям, но Коммунистический Интернационал должен установить и теоретически обосновать то положение, что с помощью пролетариата передовых стран отсталые страны могут перейти к советскому строю и через определенные ступени развития — к коммунизму, минуя капиталистическую стадию развития» ¹. Нацеливая коммунистов на отыскание своеобразных форм подвода отсталых народов к борьбе за национальное и социальное освобождение, Ленин определил в самых общих чертах исторические предпосылки и внутренние условия, необходимые для прогрессивного развития отсталых стран, минуя капитализм.

Важнейшей и непременной исторической предпосылкой развития отсталых народов, минуя капитализм, являлась всесторонняя помощь социалистических государств и передовых пролетариев развитых капиталистических стран.

С точки зрения внутренних условий для подобного развития отсталых народов необходимы были прежде всего завоевание угнетенным народом национальной независимости, движение по пути прогресса через определенные ступени развития; создание самостоятельных кадров борцов, партийных организаций; создание крестьянских Советов, Советов трудящихся и других массовых организаций, приспособленных к докапиталистическим условиям.

Более точно определить внутренние условия некапиталистического развития Ленин считал тогда невозможным из-за отсутствия достаточного практического опыта. Однако по поводу крестьянских Советов Ленин высказался подробней, поскольку революционная практика

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 246.

184 позволяла сделать некоторые выводы. Анализируя работу РКП(б) в Туркестане, Ленин подчеркнул, что, несмотря на колоссальные трудности, можно пробудить среди отсталых масс стремление к самостоятельному политическому мышлению и к самостоятельной политической деятельности. Опыт показал, что крестьяне, находящиеся в полуфеодальной зависимости, и угнетенные массы, эксплуатируемые не только торговым капиталом, но и феодалами и государством на феодальной основе, могут усвоить идею советской организации и осуществить ее на деле.

Этот вывод был подтвержден в комиссии представителями нескольких колониальных стран, и это дало возможность Ленину утверждать, что «...крестьянские Советы, Советы эксплуатируемых, являются средством, пригодным не только для капиталистических стран, но и для стран с докапиталистическими отношениями, и что безусловным долгом коммунистических партий и тех элементов, которые готовы создать коммунистические партии, является пропаганда идеи крестьянских Советов, Советов трудящихся всюду и везде, и в отсталых странах и в колониях; и там, где только позволяют условия, они должны немедленно же делать попытки к созданию Советов трудящегося народа» ¹.

Дискуссия на пленарных заседаниях конгресса развернулась вокруг тех кардинальных проблем, которые были поставлены Лениным в его докладе.

Рой, выступавший с обоснованием дополнительных тезисов, хотя и не избавился полностью от своих ошибочных представлений, тем не менее многое понял, признал правильными те принципиальные изменения, которые были внесены Лениным и комиссией в его проект, согласился с тем, что на этапе борьбы за национальное освобождение колоний положительную роль может играть и революционный национализм ².

За укрепление союза революционного пролетариата метрополий с национально-революционными силами колоний в борьбе против империализма высказались делегаты из Советской России, Англии, Китая, Кореи.

«Каждое революционное национальное движение, которое борется за действительное отделение от Великобрита-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 245.

² См. Второй конгресс Коминтерна. М., 1934, стр. 106.

185 нии,— заявил английский делегат Мак-Лейн,— содействует развитию мировой революции, ибо оно наносит удар основе империалистской реакции — Великобритании. Все такие движения следует поддерживать»¹. Его соотечественник Мерфи добавил, что освобождение Индии, Ирландии, Египта и других колоний — задача, стоящая в равной мере как перед пролетариатом Англии, так и перед пролетариатом колоний². Пак Дин Шун (Корея), критикуя оппортунизм II Интернационала, подчеркнул, что историческая заслуга III Интернационала заключается в том, что он указал на необходимость объединения революционных народов Востока и западноевропейского пролетариата вокруг Советской России для борьбы против мирового империализма³.

Вместе с тем некоторые делегаты высказали опасение, что поддержка буржуазно-демократических революционных сил в колониях может толкнуть массы на неправильный путь. Чтобы этого не случилось, Султан-Заде (Иран) предлагал создавать и поддерживать в колониях чисто коммунистические движения в противовес буржуазно-демократическим течениям⁴. Подобный взгляд, сформулированный Роем в первоначальном варианте дополнительных тезисов и раскритикованный Лениным в комиссии, тем не менее прозвучал в речах некоторых делегатов. Так, например, Коннолли (Ирландия) утверждал, что единственным методом, обеспечивающим успех, является активная поддержка национальных движений лишь через посредство коммунистических групп данных стран, как бы слабы эти группы ни были⁵. Такую же мысль высказал и его соотечественник Мак-Альпин, заявив, что английские коммунисты не должны входить в сношение с ирландским национальным движением непосредственно, а исключительно через ирландских коммунистов, или обсудив предварительно вопрос с ними⁶. Подобные выступления свидетельствовали о том, что некоторые делегаты с трудом воспринимали ленинскую идею о необходимости активной поддержки всех массовых революционных

¹ Второй конгресс Коминтерна, стр. 142.

⁶ См. там же, стр. 131.

186 антиимпериалистических движений в колониях, в том числе и тех, которые находились под руководством национальной буржуазии.

С глубокой содержательной речью, посвященной негритянскому вопросу, выступил американский коммунист Джон Рид ¹. Отметив рост национального самосознания среди негров США, а также усилившееся после войны движение против политической и расовой дискриминации, Рид подчеркнул, что «коммунисты, решительно поддерживая негритянское движение самозащиты, одновременно должны высказаться против идеи сепаратного вооруженного восстания негров. Многие думают, что негритянское восстание подало бы сигнал к всеобщей революции в Америке. Но мы знаем, что без поддержки белого пролетариата такое восстание было бы лишь сигналом к контрреволюции» ².

Многие мысли Рида, высказанные тогда, не утратили своей актуальности и сегодня, хотя с тех пор в социально-политической жизни Америки произошли большие изменения. Рид призывал всех трудящихся, независимо от цвета кожи, к совместной борьбе за гражданское и политическое равноправие негров — этой наиболее угнетенной и порабощенной части американского народа. Коммунисты должны рассматривать негров прежде всего как рабочих, говорил он. «Как на Севере, так и на Юге, нужно стремиться к организации негров в общих союзах с белыми — это лучший и самый быстрый способ уничтожения расовых предрассудков и развития классовой солидарности» ³. Вместе с тем коммунисты должны использовать движение за равноправие негров, чтобы разоблачить фальшь буржуазного равенства и доказать необходимость социальной революции, не только освобождающей рабочих от рабства, но и являющейся единственным средством освобождения негров, как угнетенной части американского народа.

¹ Выступлению Рида предшествовал обмен записками между ним и Лениным. «Тов. Ленин, считаете ли Вы нужным,— писал Рид,— чтобы я сказал что-нибудь о неграх в Америке? Я вхожу еще в комиссию по профсоюзам, и потому опоздал». На это Ленин ответил: «Да. Абсолютно необходимо. Я записываю Вас в число выступающих». Записка Рида и ответ Ленина на английском языке факсимильно воспроизведены в книге: А. Старцев. Русские блокноты Джона Рида. М., 1968, стр. 274 — 275.

³ Там же, стр. 110.

187 Другой американский делегат — Л. Фрайна, рассматривая положение иностранных рабочих в США, а также народов других стран, находящихся в зависимости от американского империализма, показал, что оно немногим отличается от положения негров. Наша задача, заявил он, заключается в том, чтобы объединить выступления негров и иностранных рабочих с американским рабочим классом в единое революционное движение; для борьбы с американским империализмом нужно развивать также революционное движение в Латинской Америке, которая для США имеет такое же значение, как колонии для английского империализма. Оба американских делегата одобрили выводы, содержавшиеся в тезисах по национальному и колониальному вопросам.

Представитель Голландской Индии Маринг, бывший секретарем комиссии, характеризуя ее работу, подчеркнул, что в ходе обсуждения основные и дополнительные тезисы были согласованы и стали едиными по смыслу. Единственная трудность, оставшаяся для некоторых делегатов, по его словам, заключалась в том, чтобы найти правильную установку во взаимоотношениях между революционно-националистическим и социалистическим движениями в отсталых странах и колониях. «На практике этого затруднения не существует,— сказал он. — Там необходимость совместной работы с революционными националистическими элементами сама собой ясна, и мы делаем только половину работы, когда мы игнорируем это движение и разыгрываем из себя доктринеров-марксистов. Мы должны принять теперь для колоний не так называемый марксизм Кунова, а понять, что колонии могут миновать капиталистическое развитие» ¹.

Аналогичные соображения высказал голландский коммунист Д. Вайнкоп. Он подтвердил, что тезисы Ленина и Роя в процессе дискуссии были целиком согласованы друг с другом. Он согласился с выводами комиссии, что в колониях следует стремиться к созданию Советов и поддерживать революционные выступления масс, даже если они не являются социалистическими. «...Самое главное, по-моему, в тезисах т. Ленина и т. Роя,— резюмировал Вайнкоп,— это — требование поддержки массовых национальных революционных движений и борьба против убеждения, что

¹ Второй конгресс Коминтерна, стр. 138.

188 внедрение капитализма в колонии является необходимой предпосылкой для их перехода к социализму» ¹.

Подавляющее большинство выступавших на конгрессе ораторов решительно поддержало выводы, сформулированные в основных и дополнительных тезисах по национальному и колониальному вопросам. Только члены итальянской делегации заняли особую позицию. Они не пожелали принять участия в работе комиссии, несмотря на приглашение Ленина, а на пленарном заседании конгресса двое из них выступили против предложенных тезисов.

Сначала А. Грациадеи от своего только имени внес несколько поправок, стремясь ослабить в тезисах Ленина существеннейшую мысль о необходимости поддержки национально-революционных движений в колониях ². Затем руководитель делегации Д. М. Серрати отверг тезисы в целом, заявив, что они не только противоречивы, но и представляют якобы серьезную опасность для позиции коммунистического пролетариата передовых стран.

В выступлении Серрати причудливо переплелись оппортунистические взгляды на крестьянство как сплошную реакционную массу, с левацкими взглядами сектантов и догматиков, отстаивавших якобы первозданную «чистоту» пролетарского движения. Он начисто отвергал необходимость борьбы за привлечение на сторону пролетариата массовых союзников в лице угнетенных народов колониальных и зависимых стран. Ему осталась совершенно чужда ленинская идея единства всех антиимпериалистических сил. Серрати полагал, что освобождение колоний возможно только в результате пролетарской революции. Он совершенно не понял тех новых возможностей, которые открылись перед угнетенными народами в результате победы Октябрьской революции. Выступая против поддержки коммунистами массовых национально-освободительных движений и участвующих в них буржуазных национально-революционных сил, Серрати утверждал, что «подобного рода союзы могут повести только к затемнению сознания пролетариата, особенно в странах, еще мало закаленных в борьбе с капитализмом» ³.

Заявление Серрати вызвало протесты со стороны ряда делегатов. Они особенно возмущались тем, что Серрати

¹ Второй конгресс Коминтерна, стр. 143.

³ Там же, стр. 155.

189 имел полную возможность принять участие в работе комиссии, изложить там свои возражения, чтобы они были учтены при формулировании окончательных текстов резолюций. Но Серрати этого не сделал, и делегаты естественно потребовали объяснений.

После короткой дискуссии было решено проголосовать тезисы, передав спорные вопросы на рассмотрение и заключение комиссии. В итоге голосования тезисы были приняты, при трех воздержавшихся ¹.

Анализ окончательных текстов основных и дополнительных тезисов, принятых конгрессом и официально опубликованных издательством Коминтерна в 1920 — 1921 гг., показывает, что в ленинский первоначальный набросок были внесены лишь незначительные изменения фактического характера, в то время как первоначальный вариант Роя подвергся принципиальной правке по существу. Это сделал сначала сам Ленин, вычеркнув и исправив наиболее ошибочные положения ². Затем серьезная работа над тезисами Роя была проделана в комиссии, внесшей новые изменения и дополнения ³.

В своем окончательном виде дополнительные тезисы вошли как составная часть в единую резолюцию конгресса по национальному и колониальному вопросам. Смысл дополнительных тезисов состоял в том, что они на основе ленинских положений конкретизировали некоторые задачи Коминтерна применительно к условиям того времени и таких стран, «как, например, Китай и Индия» ⁴, где промышленный пролетариат уже играл в антиимпериалистической борьбе активную роль, где уже имелись марксистские кружки и группы, в которых формировались первые кадры будущих коммунистических партий. Ленин подчеркивал, что дополнительные тезисы «...написаны главным образом с точки зрения Индии и других крупных азиатских народностей, угнетаемых Англией, и в этом заключается их важнейшее значение для нас» ⁵.

¹ Второй конгресс Коминтерна, стр. 154 — 155, 160 — 161, 365. Воздержались Пестанья, Серрати, Грациадеи.

⁵ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 242. В первых официальных публикациях резолюций конгресса, изданных Исполкомом Коминтерна в 1920 — 1921 гг., имеются разночтения, связанные

190 Единодушное одобрение конгрессом основных и дополнительных тезисов означало полное торжество ленинских взглядов на политику Коминтерна по национальному и колониальному вопросам. Эта политика получила мощную

с изменениями, внесенными комиссией в дополнительные тезисы. Так, например, концовка седьмого тезиса в сборнике резолюций и стенографическом отчете конгресса на английском языке гласит: «Для свержения иностранного капитализма, что является первым шагом к революции в колониях, полезно сотрудничество буржуазных националистических революционных элементов. Но первейшей и необходимой задачей является создание коммунистических партий, которые организуют крестьян и рабочих и поведут их к революции и установлению советских республик. Таким образом, массы в отсталых странах смогут достичь коммунизма не через капиталистическое развитие, а под руководством классово-сознательного пролетариата передовых капиталистических стран» (Theses and Statutes of the III Communist International. Moscow, 1920, p. 72; The Second Congress of the Communist International. Moscow, 1920, p. 578. Этот текст взят за основу в книге «Второй конгресс Коминтерна. Июль — август 1920 г.», изданной в 1934 г.).

В девятый пункт, согласно публикациям на французском языке, комиссия внесла следующее добавление: «Напротив, пролетарские партии должны вести энергичную и систематическую пропаганду идеи советов и создавать крестьянские и рабочие советы, как только это будет возможно. Эти советы будут работать в сотрудничестве с Советскими республиками, созданными в передовых капиталистических странах, для грядущего окончательного свержения капиталистического строя во всем мире. Таким образом, массы в отсталых странах смогут достичь коммунизма не через капиталистическое развитие, а под руководством клас-

191 поддержку Первого съезда народов Востока, который был созван по инициативе ИККИ и состоялся 1 — 8 сентября 1920 г. в Баку. Ленин активно участвовал в подготовке Бакинского съезда, рассматривая его как начало практической реализации соответствующих решений Второго конгресса Коминтерна. Делегаты съезда приняли ряд резолюций в духе постановлений Второго конгресса, заявили о своей полной солидарности с линией Коминтерна по национально-колониальному вопросу.

На Бакинском съезде народов Востока был впервые провозглашен боевой лозунг «Пролетарии всех стран и угнетенные народы всего мира, соединяйтесь!»¹. Когда Ленина спросили, не противоречит ли этот лозунг «Коммунистическому Манифесту» Маркса и Энгельса, он ответил: «Конечно, с точки зрения «Коммунистического Манифеста» это неверно, но «Коммунистический Манифест» писался при совершенно других условиях, но с точки зрения теперешней политики это верно»². И тут же Ленин добавил, характеризуя международную обстановку, которая сделала необходимым расширение содержания старого лозунга: «Отношения обострились. Вся Германия кипит, вся Азия кипит... народы приучаются ходом вещей смотреть на Россию, как на центр притяжения»³.

Идея единства тружеников Востока с Советской Россией и революционными пролетариями Европы и Америки проходила как центральная тема через все доклады и выступления на съезде. «Против единого фронта угнетателей-империалистов мы выставим единый фронт угнетенных и порабощенных народов всего мира»⁴,— так выразил эту основную идею болгарский коммунист Н. Шаблин. Азербайджанский делегат Мутушев подчеркнул, что при сложившейся ситуации единственный выход для народов Востока — это теснейший союз и жизненный контакт

сово-сознательного пролетариата передовых капиталистических стран» («L'Internationale Communiste». Petrograd, Septembre, 1920, N 13, p. 2436; «Statuts et Resolutions de L'Internationale». Petrograd, 1920, p. 94). В изданиях тезисов на английском, немецком и русском языках последняя фраза заканчивает не девятый, а седьмой тезис. Имеются и другие, менее существенные, разночтения.

⁴ 1-й съезд народов Востока, стр. 107.

192 с Советской Россией, как руководительницей революционного движения в мировом масштабе¹.

Бурными аплодисментами встретили делегаты съезда заявление о том, что III Интернационал не на словах, а на деле солидаризируется с революционным движением угнетенных народов и ставит в обязанность коммунистическим партиям всех стран, особенно же стран угнетающих, оказывать самую активную помощь национально-революционному движению в государствах и нациях, более отсталых². Вместе с тем съезд в специальной резолюции по поводу декларации Энвер-паши предостерег трудящихся Востока от доверчивого отношения к тем лидерам национального движения, которые скомпрометировали себя сотрудничеством с империалистами и стремились использовать знамя национально-освободительной борьбы в своих авантюристических целях. Выступая в поддержку общенациональных революционных движений, которые действительно преследуют цель освободить угнетенные народы Востока из-под ига чужеземных империалистов, съезд одновременно призвал крестьян и рабочих сплачиваться в самостоятельные организации, чтобы быть готовыми самим довести дело освобождения до конца³.

В тезисах по аграрному вопросу, принятых съездом, указывалось, что для освобождения от всякого угнетения и эксплуатации и создания условий для развития в дальнейшем к социализму крестьянам необходимо прежде всего сбросить власть иностранных завоевателей-капиталистов и своих собственных деспотов-тиранов, взять власть в свои руки «путем образования местных и центральных крестьянских Советов и создания крестьянских Советских республик Востока, связанных в одну мощную неразрывную федерацию с Советскими республиками стран Запада»⁴.

Ленин исключительно высоко оценил значение решений Бакинского съезда народов Востока, поставив их в один ряд с решениями Второго конгресса Коминтерна. «Что сделали съезд коммунистов в Москве,— говорил он,— и съезд коммунистических представителей народов Востока в Баку,— этого нельзя сразу измерить, это не под-

¹ См. 1-й съезд народов Востока, стр. 157.

⁴ Там же, стр. 201.

193 дается прямому учету, но это есть такое завоевание, которое значит больше, чем другие военные победы, потому что оно показывает нам, что опыт большевиков, их деятельность, их программа, их призыв к революционной борьбе против капиталистов и империалистов завоевали себе во всем мире признание, и то, что сделано в Москве в июле и в Баку в сентябре, еще долгие месяцы будут усваивать и переваривать рабочие и крестьяне во всех странах мира» ¹.

* * *

Значение ленинских идей для выработки на Втором конгрессе Коминтерна политики компартий по национально-колониальному вопросу трудно переоценить. Ленин обосновал историческую роль национально-освободительного движения как органической составной части единого мирового революционного процесса, в авангарде которого идет международный рабочий класс. Эта кардинальная ленинская идея легла в основу всех стратегических и тактических выводов по национально-колониальному вопросу. «Ленин с присущей ему прозорливостью понял,— писал Хо Ши Мин,— что для успешной работы в колониальных странах надо полностью использовать развертывающееся там национально-освободительное движение, что, поддерживая это движение, мировой пролетариат приобретает новых могучих союзников в своей борьбе за социальную революцию» ².

Ленинские идеи о движущих силах и этапах национально-освободительных революций, о взаимоотношениях между коммунистами и национально-революционными силами, о возможности развития отсталых стран, минуя капитализм, о многообразии политических форм подобного развития и многие другие положения не только не утратили своего значения, но приобрели в современных условиях еще большую актуальность, чем прежде.

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 357.

² Хо Ши Мин. О Ленине, ленинизме и нерушимой советско-вьетнамской дружбе. М., 1970, стр. 19.

194 Е. Н. Соколов

ПОЛИТИКА КОММУНИСТОВ ПО ОТНОШЕНИЮ К ПРОФСОЮЗАМ​

Основоположники научного социализма К. Маркс и Ф. Энгельс рассматривали профессиональные союзы как массовые организации всего рабочего класса, призванные защищать классовые интересы рабочих. Они были инициаторами вовлечения в Международное товарищество рабочих английских тред-юнионов, наиболее крупной рабочей организации того времени. Рост профессионального движения в различных странах, международный характер борьбы между трудом и капиталом уже тогда требовали объединения профсоюзов в самостоятельную международную организацию. В 1869 г. Базельский конгресс I Интернационала принял решение о создании международного объединения профсоюзов. Однако это решение не было проведено в жизнь.

Маркс и Энгельс неоднократно подчеркивали, что профессиональные союзы не должны ограничиваться только экономической борьбой, и требовали сочетания экономической и политической классовой борьбы рабочего класса в целях уничтожения самой капиталистической системы. Они доказывали, что для руководства политической борьбой, для обеспечения победы социальной революции нужна партия рабочего класса. Маркс и Энгельс вели решительную борьбу как против тех, кто отрицал необходимость экономической борьбы рабочих и профессиональных союзов (Прудон, Лассаль и др.), так и против тех, кто видел в профессиональных союзах (синдикатах) единственную форму организации рабочего класса и выступал против

195 создания политической партии рабочего класса (анархо-синдикалисты).

В. И. Ленин в новых условиях, в условиях империализма, развивая учение Маркса и Энгельса, создал развернутое учение о партии и о необходимости руководства со стороны партии всеми организациями рабочего класса, в том числе и профсоюзами. В работах В. И. Ленина о профессиональном движении и профсоюзах указывалось, что они должны быть широкой массовой организацией, тесно связанной с политической партией пролетариата. Партия должна направить профсоюзы не только на экономическую борьбу, но и на путь политической борьбы и революционной деятельности.

В борьбе с меньшевиками, анархистами и синдикалистами, выступавшими за нейтральность профсоюзов в классовой борьбе, отрицавшими необходимость руководства партии всеми видами борьбы рабочего класса, Ленин отстаивал марксистский взгляд на руководящую роль политической партии рабочего класса. «Марксизм учит,— писал Ленин,— и это учение не только формально подтверждено всем Коммунистическим Интернационалом в решении II (1920 года) конгресса Коминтерна о роли политической партии пролетариата, но и практически подтверждено нашей революцией,— что только политическая партия рабочего класса, т. е. Коммунистическая партия, в состоянии объединить, воспитать, организовать такой авангард пролетариата и всей трудящейся массы, который один в состоянии противостоять неизбежным мелкобуржуазным колебаниям этой массы, неизбежным традициям и рецидивам профессионалистской узости или профессионалистских предрассудков среди пролетариата и руководить всей объединенной деятельностью всего пролетариата, т. е. руководить им политически, а через него руководить всеми трудящимися массами. Без этого диктатура пролетариата неосуществима» ¹. Неправильное понимание роли коммунистической партии в ее отношении к беспартийному пролетариату, к массам трудящихся Ленин рассматривал как коренное теоретическое отступление от коммунизма и уклон в сторону синдикализма и анархизма.

Для того чтобы направить в единое русло экономическую и политическую борьбу рабочего класса, воспитать

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 43, стр. 94.

196 рабочие массы в духе признания руководящей роли партии в классовой борьбе пролетариата, необходимо было преодолеть идеи аполитичности и нейтрализма профсоюзов, внедряемые в рабочие массы противниками революционного социализма.

Еще в начале XX столетия, когда начали создаваться массовые профессиональные союзы, оппортунисты выдвинули по своему существу буржуазную теорию «нейтральности» профессиональных союзов по отношению к политической борьбе и по отношению к политической партии пролетариата. Эта реакционная «теория» полностью отвечала стремлениям буржуазии, заинтересованной в расколе сил рабочего класса, в расколе рабочего движения. Профсоюзы, оторванные от политических партий пролетариата, легко подпадали под влияние буржуазии, а массы, организованные в такие союзы,— под влияние буржуазной идеологии.

Ленин и партия большевиков решительно выступили против теории «нейтральности» профсоюзов, притупляющей классовую борьбу пролетариата, наносящей вред делу единства рабочего класса.

В 1907 г. на Штутгартском конгрессе II Интернационала под влиянием В. И. Ленина и делегации большевиков была принята резолюция, которая резко отвергла «нейтральность» профессионального движения. Первый Всероссийский съезд профсоюзов (январь 1918 г.) принял резолюцию фракции большевиков, в которой, в частности, говорилось: «Идея «нейтральности» профессиональных союзов была и остается буржуазной идеей. Нет и не может быть нейтральности в великой исторической тяжбе между революционным социализмом и его противниками. За словесной нейтральностью почти всегда скрывалась фактическая поддержка буржуазной политики и измена интересам рабочего класса. Все действительные социалисты должны были раз навсегда порвать с идеей «нейтральности» профессиональных союзов» ¹.

Разоблачая буржуазную теорию «нейтральности» профсоюзов, ведя борьбу против отрыва профсоюзов от революционной партии рабочего класса, Ленин вместе с тем выступал против отождествления партии и профсоюзов.

¹ Профсоюзы СССР. Документы и материалы, т. II. М., 1963, стр. 89.

197 Он предостерегал коммунистов от слияния партийных и профсоюзных организаций, подчеркивал необходимость организационной самостоятельности каждой из этих организаций. Слияние профсоюзов с партийными организациями привело бы, с одной стороны, к умалению роли партии как авангарда рабочего класса, с другой — к игнорированию роли профсоюзов как массовой организации рабочего класса.

Борьба Ленина, партии большевиков против буржуазной теории «нейтральности» профессиональных союзов способствовала развитию и укреплению революционного профессионального движения, борьбе за единство рядов рабочего класса.

Ясное и четкое определение В. И. Лениным взаимоотношений между партией и профсоюзами, его указания о необходимости идейного руководства революционной партии рабочего класса профессиональными союзами имели исключительно важное значение для развития всего мирового рабочего и профессионального движения. Ленинская линия на активное участие коммунистов в создании и работе профессиональных союзов, на укрепление связи партии с широкими массами рабочего класса положила начало новым взаимоотношениям между партией рабочего класса и профсоюзами, создавала необходимые условия и предпосылки для возрастания роли коммунистов в мировом профессиональном движении.

* * *

Вопрос о политике партии по отношению к профсоюзам — один из коренных вопросов всего международного рабочего движения. Он имел особое значение потому, что в профессиональном движении существовали и глубоко укоренились течения, выражавшие идеологию, подчинявшую рабочее движение интересам буржуазии.

Для мирового профессионального движения накануне первой мировой войны характерным было преобладание реформистских и узконациональных тенденций над революционными и интернациональными задачами. По своему направлению и типу организации профессиональные союзы делились до войны на три основные группы: а) тред-юнионы, не выдвигавшие социалистической программы; б) социал-демократические профсоюзы; в) анархо-синдикалистские союзы.

198 Тред-юнионы (Англия, США) проводили линию соглашательства с буржуазией, всячески избегали политической борьбы, ограничивались требованиями повышения заработной платы, сокращения рабочего дня, улучшения условий труда. В англо-американском профессиональном движении особенно заметно проявлялись антиреволюционные и антисоциалистические тенденции.

Социал-демократические реформистские профсоюзы (Германия, Австрия), сложившиеся под влиянием социал-демократии, усвоили ее идеологию. Признавая на словах принципы социализма, реформисты на деле извращали их. Профсоюзы, по их мнению, должны были бороться только за отдельные реформы в рамках буржуазного общества. Лидеры реформистских профсоюзов заявляли, что рабочий класс придет к конечной цели — социализму путем постепенного развития общества, в отдаленном будущем, когда капитализм, по их представлению, сам изживет себя. Отказываясь от борьбы за социализм, реформисты играли на руку буржуазии, заинтересованной в отклонении рабочего движения от революционного пути.

Течение анархо-синдикализма, или революционного синдикализма, в основном распространенное во Франции, Италии, Испании, странах Латинской Америки, в отличие от социал-демократического реформизма и тред-юнионизма было проникнуто стремлением бороться против капитализма. Но анархо-синдикалисты отрицали необходимость участия рабочих в политической борьбе, отвергали необходимость политической партии рабочего класса и считали высшей формой организации рабочего класса так называемые «рабочие ассоциации» (профсоюзы, синдикаты), которые могут свергнуть капитализм и совершить социальную революцию. Отрицательное отношение к политической партии рабочего класса вытекало из неправильного понимания анархо-синдикалистами общих классовых задач пролетариата и авангардной роли его политической партии. Анархо-синдикализм, по определению В. И. Ленина — «родной брат оппортунизма» ¹.

Наличие различных направлений в мировом профсоюзном движении было вызвано неодинаковыми условиями его развития в отдельных странах, спецификой структуры

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 33, стр. 45.

199 рабочего класса, степенью влияния, а также масштабами воздействия буржуазной идеологии и политики на рабочее движение.

Во время империалистической войны 1914 — 1918 гг. все три основных течения в мировом профдвижении, за исключением отдельных союзов, объединились на том, что поставили интересы буржуазии своих стран выше классовых задач и интересов рабочего движения.

Профессиональные союзы, как отмечал Второй конгресс Коминтерна, «сошли с точки зрения профсоюзной борьбы против предпринимателей и заменили ее программой мирной сделки с капиталистами во что бы то ни стало. Такую политику вели не только либеральные союзы в Англии и Америке, не только якобы «социалистические» свободные профессиональные союзы в Германии и Австрии, но и синдикалистские союзы во Франции» ¹.

В первые послевоенные годы из анархо-синдикалистов выделились группы синдикалистов — коммунистов, стоящие за диктатуру пролетариата и за совместную работу с коммунистической партией.

Война прервала связи, существовавшие между профессиональными организациями отдельных стран. Международная федерация профсоюзов ², так же как и II Интернационал, перестала существовать. Большинство вождей профсоюзов заключило союз с буржуазией своих

¹ Второй конгресс Коминтерна. М., 1934, стр. 514.

² В 1901 г. на профсоюзной конференции в Копенгагене было принято решение созывать каждые два года международную конференцию секретарей национальных центров профдвижения и для постоянной связи создать Международный секретариат. В 1913 г. в Цюрихе, на конференции секретарей профессиональных союзов отдельных стран, по предложению представителей Французской Всеобщей конфедерации труда и Американской федерации труда было решено создать Международную федерацию профсоюзов. Местопребыванием МФП был избран Берлин, а секретарем избран председатель объединения профсоюзов Германии Карл Легин. Накануне войны МФП объединяла около 7 миллионов рабочих и почти все профцентры Европы (без России), США и Канады. Интернационал профессиональных союзов перед войной, как отмечал Второй конгресс Коминтерна, имел только второстепенное значение. «Он стремился к денежной поддержке одного союза другим, к организации социальной статистики, а не к организации совместной борьбы, ибо профессиональные союзы, руководимые оппортунистами, стремились избегать всякой революционной борьбы в международном масштабе» (В. И. Ленин и Коммунистический Интернационал, стр. 238).

200 стран и встало на позиции национализма и шовинизма. Те союзы, которые остались верны идеалам братства и солидарности международного пролетариата, были слишком слабы, чтобы противостоять националистической волне.

В ходе войны, по мере того как рассеивался шовинистический угар, в настроении рабочих масс происходила большая перемена. Наряду с требованиями скорейшего заключения мира, выдвигались и требования восстановления международных организаций рабочего класса. Циммервальдская (1915 г.) и Кинтальская (1916 г.) конференции социалистов-интернационалистов, на которых были представлены и делегаты от профсоюзной оппозиции ряда стран, имели важное значение в деле собирания сил рабочего класса и подготовки создания нового революционного Интернационала.

Великая Октябрьская социалистическая революция и создание Коммунистического Интернационала, разработка Лениным новой стратегии и тактики революционного пролетариата были громадным стимулом для развития мирового революционного движения.

После окончания первой мировой войны в капиталистических странах имело место массовое вступление рабочих в профессиональные союзы. Миллионы рабочих видели в профсоюзах организацию защиты своих классовых интересов. В Германии в 1920 г. в профсоюзах насчитывалось 8,5 миллиона членов (начало 1914 г. — 2,5 млн. чл.), в Англии — 6,5 млн. чл. (3,5 млн. чл.), во Франции — 1,5 млн. чл. (0,5 млн. чл.), в Италии — 2,3 млн. чл. (0,3 млн. чл.), в Австрии — 0,8 млн. членов ¹.

Послевоенное профессиональное движение приобретало действительно мировой характер. Если до войны профсоюзы существовали лишь в Европе и США, то после войны профсоюзы стали возникать и развиваться в колониальных и полуколониальных странах.

В рабочих массах росло сознание необходимости интернациональной солидарности в борьбе против капитала, восстановления международного объединения профсоюзов. Учитывая настроения широких рабочих масс и стремясь сохранить свое влияние на массы, вожди реформистского

¹ The Labour International Handbook. London, 1921, p. 201.

201 профессионального движения созвали в июле 1919 г. в Амстердаме конгресс профсоюзов в целях восстановления Интернационала профсоюзов¹.

Созданная на конгрессе Международная федерация профсоюзов (Амстердамский интернационал профсоюзов) унаследовала оппортунизм и соглашательство старой довоенной верхушки профдвижения, широко практиковала сотрудничество с капиталом, проявляла глубокую враждебность к революционному движению.

Лидеры Амстердамского интернационала профсоюзов (Жуо, Легин, Удегест, Зассенбах и др.) были тесно связаны с социалистическими партиями и II Интернационалом. В первые послевоенные годы Амстердамский интернационал добился значительного влияния на массы реформистски настроенных рабочих. Он объединял в 1920 г. около 23 млн. рабочих². Уступки со стороны буржуазии, некоторые завоевания в социальной и экономической областях (8-часовой рабочий день, повышение зарплаты в связи с ростом цен на предметы первой необходимости, введение социального законодательства), достигнутые благодаря подъему революционного рабочего движения в ряде стран, реформистские вожди сумели представить как успехи своей политики. Многих рабочих привлекали широковещательные лозунги амстердамцев о необходимости перехода к «социализации средств производства», их выступления с позиций пацифизма против войны и в поддержку Советской России. Но лидеры Амстердамского интернационала не ставили себе целью активную борьбу против капитализма, действительную защиту Советской республики.

Амстердамский интернационал профсоюзов как объединение, созданное на основе реформистских профсоюзов и пытавшееся поддержать возрождение реформизма в рабочем движении, не был в состоянии преодолеть национальную ограниченность, восстановить подлинную международную пролетарскую солидарность, поставить перед рабочим классом общеклассовые пролетарские задачи.

¹ На конгрессе были представлены профсоюзы Австрии, Англии, Бельгии, Германии, Голландии, Дании, Испании, Люксембурга, Норвегии, Соединенных Штатов Америки, Франции, Чехословакии, Швеции, Швейцарии.

² Internationales Handwörterbuch des Gewerkschaftswesens. Bd. 1, Berlin, 1931, S. 834.

202 Революционные рабочие не могли и не хотели идти за Амстердамским интернационалом.

В 1920 — 1921 гг., когда рабочий класс был вынужден вести трудные оборонительные бои в условиях охватившего капиталистические страны экономического кризиса, вожди Амстердамского интернационала сыграли предательскую роль, отказавшись по-боевому защищать послевоенные завоевания рабочего класса. Реформистскими вождями профсоюзов в Италии, в Англии и в некоторых других странах был сорван ряд крупных забастовок и стачек рабочих, боровшихся против наступления буржуазии на их жизненный уровень. Реформисты исключали коммунистов и революционных рабочих из профсоюзов, изгоняли из профсоюзных объединений те профсоюзы, в которых было сильно влияние коммунистов.

Революционная оппозиция против соглашательской политики Амстердамского интернационала стала создаваться внутри профсоюзов отдельных стран уже в 1919 — 1920 гг. Эта оппозиция была тесно связана с международным коммунистическим, революционным движением. Образование Коммунистического Интернационала в марте 1919 г. послужило огромным толчком для развития революционного профессионального движения во всех странах.

Рост революционных настроений в профсоюзах разных стран, образование революционной профоппозиции и революционных классовых профсоюзов, а также отказ Амстердамского интернационала сотрудничать с революционными профсоюзами и массовое исключение революционных рабочих из старых профсоюзов привели к необходимости создания международного революционного центра профдвижения.

БОРЬБА ПЕРЕДОВЫХ ЭЛЕМЕНТОВ ПРОФДВИЖЕНИЯ ЗА СОЗДАНИЕ МЕЖДУНАРОДНОГО РЕВОЛЮЦИОННОГО ОБЪЕДИНЕНИЯ ПРОФСОЮЗОВ​

Инициатива в создании международного боевого центра профдвижения принадлежала российским профсоюзам. Еще на 3-й конференции русских профессиональных союзов, состоявшейся после Февральской революции в Петрограде 20 — 28 июня 1917 г., фракция большевиков внесла резолюцию, в которой содержался призыв к восстановлению связей между национальными профсоюзами: «В целях

203 скорейшего окончания войны и создания Интернационала, необходимо вступить в немедленные сношения со всеми профессиональными союзами, которые ведут в различных странах войну против войны, и вместе с ними выработать общий план борьбы против международной войны, за социализм» ¹.

Вскоре после победы Октябрьской революции с предложением об организации международного центра революционного профдвижения выступил 1-й Всероссийский съезд профсоюзов. В резолюции съезда, в частности, говорилось: «Российское профессиональное движение не сможет выполнить своих великих задач, не вступив в самую теснейшую связь с международным профессиональным движением. Съезд считает своей задачей посильно содействовать возрождению интернационального профессионального движения и ставит на очередь созыв Международного общепрофессионального съезда и ряда международных профессиональных съездов по отдельным отраслям производства» ².

Обращения российских профсоюзов сыграли важную роль в движении за создание революционного центра профсоюзов. Во всех странах эта идея получала поддержку революционных элементов, недовольных соглашательской и раскольнической политикой вождей реформистских профсоюзов.

В Англии левое течение в рабочем движении, относительно слабое в довоенное время, приобретало все большее значение и влияние. Движение комитетов фабрично-заводских старост (шоп-стюардов), зародившееся еще в годы войны, стояло на позиции революционной классовой борьбы и сыграло важную роль во время бурных стачек 1917 — 1920 гг. ³ Революционный международный профцентр мог опираться в Англии на значительную часть профессионально-организованного пролетариата.

Во Франции, где после войны неуклонно росло влияние

¹ Малая энциклопедия по международному профдвижению. М., 1927, стр. 898.

³ Движение шоп-стюардов не имело четкой политической программы. Ставя себе революционные задачи, оно руководствовалось синдикалистским лозунгом «прямого действия», отрицало парламентскую борьбу, впадало в «левосектантский» уклон. Тем не менее это движение способствовало росту революционных настроений среди английского рабочего класса.

204 левого крыла ВКТ, предложение советских профсоюзов о создании нового центра революционных классовых союзов нашло поддержку во всех левых союзах. Газета революционного синдикалистского меньшинства «La Vie ouvrière» («Рабочая жизнь»), редактируемая Монаттом и Росмером, решительно высказалась против Амстердамского интернационала и за новый Интернационал профсоюзов ¹. На Лионском конгрессе ВКТ в 1919 г. около трети делегатов выразило недоверие Исполнительному бюро за его политику соглашательства с буржуазией.

В Италии в конце 1919 г. революционный синдикалистский союз высказался за присоединение к III Интернационалу. В Германии революционная синдикалистская организация насчитывала 200 тысяч членов ². Испанская конфедерация труда на конгрессе в Мадриде в 1919 г. приняла резолюцию о присоединении к III Интернационалу.

В Швеции, Дании, Голландии, Чехословакии и во многих других европейских странах имелись сильные меньшинства в профсоюзах, стоявшие на позициях революционной классовой борьбы.

В США революционная организация «Индустриальные рабочие мира» ³ объединяла около 100 тыс. рабочих, несогласных с идеологией и политикой Американской федерации труда.

Развитие революционного профессионального движения на Западе, возникшая снизу потребность создания нового профсоюзного центра делали все более необходимым объединение революционных профсоюзов в международном масштабе.

Возможность для переговоров о создании нового центра профдвижения открылась летом 1920 г. в связи с прибытием в Москву английской, итальянской и американской профсоюзных делегаций ⁴.

¹ См. А. Лозовский. Десять лет борьбы за Профинтерн, т. 1. М., 1930, стр. 64.

⁴ Делегации прибыли в Россию с целью ознакомления с Советской республикой.

205 16 июня 1920 г. в Москве состоялось совещание, в котором приняли участие представители английских тред-юнионов (Р. Вильямс, А. Персель), итальянских профсоюзов (Л. Д’Арагона, Д. Бианки, Э. Коломбино, Э. Дугони), представители Всероссийского Центрального Совета Профессиональных Союзов (С. Лозовский, М. Томский, Г. Циперович, В. Шмидт).

Несмотря на наличие ряда разногласий между участниками совещания, была достигнута договоренность о необходимости создания нового центра революционных профессиональных союзов. Совещание высказалось за созыв международной конференции левых профсоюзов, избрало комиссию для подготовки этой международной конференции и признало необходимым осуществлять тесный контакт с III, Коммунистическим Интернационалом ¹.

Принятые на совещании решения послужили основой для дальнейших переговоров между представителями различных революционных организаций и течений в профдвижении.

В начале июля 1920 г. в Москве состоялись переговоры, в которых кроме представителей российских профсоюзов участвовали представители профессиональных союзов Италии, Испании, Болгарии, Югославии, Франции, фабрично-заводских комитетов Англии, Всеобщего рабочего союза Германии (Arbeiter Union) и германских синдикалистов, «Индустриальных рабочих мира» США и Австралии. В ходе этих переговоров велась дискуссия по вопросам о диктатуре пролетариата, о политической партии рабочего класса, об отношении к III Интернационалу, о тактике революционных элементов профдвижения по отношению к старым массовым профсоюзам и др.

Представители Итальянской конфедерации труда (Э. Дугони, Л. Д’Арагона) считали, что вопрос о диктатуре пролетариата еще недостаточно выяснен, и предлагали ограничиться лишь пропагандой метода пролетарской диктатуры, как последнего средства защиты завоеваний пролетарского государства от буржуазной реакции ². Представители германских синдикалистов, ИРМ и английских фабзавкомов вообще сомневались в необходимо-

¹ См. Отчет Международного Совета красных профессиональных и производственных союзов. М., 1921, стр. 15.

² См. А. Лозовский. Десять лет борьбы за Профинтерн, т. 1, стр. 70.

206 сти диктатуры пролетариата в какой бы то ни было форме ¹.

В дискуссиях о диктатуре пролетариата проявилось непонимание синдикалистами роли революционной партии и профсоюзов в системе диктатуры пролетариата, их стремление противопоставить революционные профсоюзы политической партии рабочего класса. Разногласия по вопросу о диктатуре пролетариата, наличие синдикалистской точки зрения о ненужности политической партии пролетариата, с одной стороны, и чрезмерные требования политизации задач профсоюзов, с другой, создавали значительные трудности для разработки и принятия общей платформы левого профсоюзного движения.

Острая дискуссия возникла по вопросу о тактике коммунистических революционных элементов по отношению к старым «свободным» профсоюзам. Германские синдикалисты и представители Всеобщего рабочего союза Германии утверждали, что современные профсоюзы Германии не имеют какого-либо значения для революционной борьбы и поэтому должны быть разрушены, как оплот буржуазной диктатуры. На такой же точке зрения стояли и представители «Индустриальных рабочих мира». Подобный подход к вопросу вызвал решительные возражения со стороны других участников переговоров, особенно со стороны представителей советских профсоюзов. Они доказывали, что разрушение старых массовых союзов, или уход из них и создание своих маленьких параллельных организаций было бы ошибочной тактикой и неправильно бы ориентировало революционно настроенных рабочих.

Позиция Коминтерна в вопросе об отношении коммунистов к реформистским профсоюзам была четко изложена в открытом письме Исполкома Коминтерна к членам Коммунистической рабочей партии Германии от 2 июня 1920 г. ². В этом письме убедительно доказывалась ошибочность лозунга ухода коммунистов из профессиональных союзов, выдвинутого съездом Коммунистической рабочей партии Германии. Коминтерн предостерегал германских коммунистов против выхода из массовых профсоюзов, насчитывающих миллионы членов, и образования малочис-

¹ См. А. Лозовский. Десять лет борьбы за Профинтерн, т. 1, стр. 71.

² См. «Коммунистический Интернационал», 1920, № 11, стр. 1865 — 1883.

207 ленных «сектантских союзов», полностью оторванных от масс. Задача коммунистов состояла в том, указывалось в письме Исполкома Коминтерна, чтобы, оставаясь внутри союзов, терпеливо и настойчиво перевоспитывать рабочих в духе коммунизма, вести внутри этих союзов неустанную борьбу против социал-демократии и в конце концов вырвать союзы из-под влияния реформизма. Письмо Исполкома Коминтерна сыграло большую роль в формировании правильной политики коммунистов в отношении профсоюзов.

Оживленные дебаты в ходе переговоров вызвало обсуждение вопроса о взаимоотношениях нового профсоюзного центра с III, Коммунистическим Интернационалом. Представители советских профсоюзов и некоторых революционных союзов других стран отстаивали точку зрения, согласно которой новый революционный центр профдвижения должен войти в Коммунистический Интернационал в качестве его секции. Эта точка зрения не нашла поддержки у подавляющего большинства участников переговоров ¹.

Такая позиция была связана с недостаточно четким представлением о взаимоотношениях партии — политической организации рабочего класса — и профессиональных союзов. Руководители советских профсоюзов вскоре пересмотрели свою точку зрения и в дальнейшем выступали за создание самостоятельного международного объединения профсоюзов.

15 июля 1920 г. представителями профессиональных и производственных союзов России, Италии, Испании, Франции, Болгарии, Югославии и Грузии была принята декларация, в которой решительно осуждалась тактика «ухода из существующих профессиональных союзов передовых революционных элементов» ².

Декларация указывала на необходимость «вести методически в рамках самих профессиональных союзов всего мира пропаганду коммунизма, создавая в каждой организации коммунистические и революционные ячейки для работы по пропаганде и утверждению нашей программы» ³.

Декларация провозглашала образование боевой международной организации профессионального движения,

¹ См. А. Лозовский. Десять лет борьбы за Профинтерн, т. 1, стр. 76.

³ Там же, стр. 21.

208 которая «функционирует в качестве Временного Международного Совета Профессиональных Союзов и действует в согласии с Исполнительным Комитетом III Интернационала на условиях, которые будут установлены Конгрессом» (профсоюзов. — Е. С.) ¹.

Один представитель Международного Совета Профессиональных Союзов (Межсовпрофа) включался в Исполком Коммунистического Интернационала и один представитель от последнего входил в Межсовпроф. Декларация явилась основой для объединения революционных профессиональных союзов всех стран в единую организацию. Возникший центр международного профдвижения объединял около 9 миллионов организованных рабочих, в том числе: советские профсоюзы — 5,2 млн. членов, Всеобщая конфедерация труда Италии — 2,0 млн. чл., Национальная конфедерация труда Испании — 0,8 млн. чл., Революционное синдикалистское меньшинство ВКТ Франции — 0,7 млн. членов ².

Временный Международный Совет Профсоюзов, несмотря на значительные трудности для его работы, вызванные блокадой Советской России, затруднявшей связи с внешним миром, враждебной кампанией Амстердамского интернационала и подчиненных ему национальных центров профсоюзов, развернул широкую деятельность по сплочению революционных элементов мирового профессионального движения, по пропаганде идей революционно-классовой борьбы, стал связующим центром для союзов и организаций, входящих в Международный Совет.

В. И. Ленин уделял огромное внимание вопросу создания международного объединения профсоюзов, противостоящего реформистскому Амстердамскому интернационалу, и оказывал всемерную помощь руководителям левых профсоюзов различных стран в принятии правильных решений, в нахождении правильных путей развития революционного профессионального движения.

В частности, советы и указания В. И. Ленина во время выработки текста декларации об образовании Временного Международного Совета Профессиональных Союзов по-

¹ Отчет Международного Совета красных профессиональных и производственных союзов, стр. 21.

² См. А. Лозовский. Десять лет борьбы за Профинтерн, т. 1, стр. 81.

209 могли участникам переговоров прийти к соглашению по некоторым спорным вопросам.

С. А. Лозовский в своих воспоминаниях о В. И. Ленине пишет, что декларация вырабатывалась с большим трудом. Противодействие оказывали представители итальянских профсоюзов Д'Арагона, Бианки и Дугони, разоблачившие себя вскоре как открытые реформисты. «Они предлагали такие формулы, которые были совершенно неприемлемы. Написанный мною проект Д'Арагона и Бианки категорически отвергли... Тогда взялся за составление проекта Серрати, причем я внес несколько изменений в формулировку некоторых пунктов. Но даже с изменениями, с поправками декларация меня не удовлетворяла» ¹.

В начале июля 1920 г. С. А. Лозовский был у В. И. Ленина и беседовал по вопросу о Международном Совете Профессиональных Союзов. Он принес Ленину предложенный им текст декларации, текст Д'Арагона и компромиссное предложение Серрати и просил совета.

«Компромиссный текст не особенно хорош,— сказал Ленин,— но в конце концов его можно подписать. Дело сейчас не в этом тексте, а в самом факте создания вами организации. В дальнейшем вы лучший текст напишете, а сейчас самое главное — положить основание хотя бы международной ячейке революционных профсоюзов» ².

В. И. Ленин настаивал на предоставлении Межсовпрофу большей самостоятельности. В июле 1920 г. В. И. Ленин сделал ряд заметок, относящихся к Международному Совету Профсоюзов. «Больше автономии для «Межсовпрофа»» ³,— указывал Ленин. Ленинская позиция основывалась на том, что новый центр профдвижения, стоящий на почве классовой борьбы и пользующийся большей самостоятельностью, будет иметь значительную притягательную силу для тех профсоюзов, которые порывали с Амстердамским интернационалом, но еще не были готовы принять коммунистическую платформу. Ход дальнейшего развития левого профессионального движения полностью подтвердил правильность этой ленинской тактики.

¹ Воспоминания о Владимире Ильиче Ленине, ч. 2. М., 1957, стр. 509.

³ Ленинский сборник XXXVII. М., 1970, стр. 221.

210

БОРЬБА В. И. ЛЕНИНА С ЛЕВОСЕКТАНТСКИМИ УКЛОНАМИ В ПРОФСОЮЗНОМ ВОПРОСЕ​

Оппортунистическая, соглашательская политика лидеров реформистских профсоюзов и Амстердамского интернационала вызывала резкое недовольство передовой части международного рабочего класса, которое находило свое выражение в разрыве с оппортунистическими вождями и в общем росте революционных настроений. Вместе с тем недовольство революционно настроенных рабочих оппортунизмом и предательством вождей, их неопытность и стихийное стремление к революционным действиям без учета и объективного анализа обстановки и расстановки классовых сил порождали «левизну» и сектантские настроения в среде революционного пролетариата.

Левосектантские уклоны в некоторых молодых коммунистических партиях проявлялись, в частности, в выходе коммунистов из реформистских профсоюзов под предлогом их реакционности и создании малочисленных новых параллельных профсоюзов (двойной юнионизм), слабо связанных с рабочими массами. Теория разрушения старых союзов и создания новых «чистых рабочих союзов» получила наибольшее распространение в Германии, где ее усиленно выдвигали и развивали левосектантские элементы, а также среди английских «левых», не желавших работать в тред-юнионах, и в организациях «Индустриальные рабочие мира» в США. Левосектантский лозунг ухода из старых союзов неизбежно вел к обособлению и изоляции революционных рабочих от широких масс рабочего класса.

Огромную роль в борьбе за преодоление левосектантских уклонов, в разработке и проведении правильной политики в отношении старых профессиональных союзов, в ориентации коммунистических партий на работу в массах сыграла работа В. И. Ленина «Детская болезнь «левизны» в коммунизме». В разделе этой работы, озаглавленном: «Следует ли революционерам работать в реакционных профсоюзах?», были поставлены важнейшие вопросы о связях пролетарской партии с массами, о роли профсоюзов в развитии пролетариата, подверглась всесторонней критике «нелепая «теория» неучастия коммунистов в реакционных профсоюзах» ¹.

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 36.

211 В. И. Ленин выступил против тактики немецких «левых», которые особенно усердно «доказывали» ненадобность и даже непозволительность работы коммунистов в реакционных, соглашательских профсоюзах. «Но, как ни уверены немецкие «левые» в революционности такой тактики, на самом деле,— указывал Ленин,— она в корне ошибочна и ничего кроме пустых фраз в себе не содержит» ¹. Ленин называл «смешным ребяческим вздором... ужасно революционные разговоры немецких левых на тему о том, что коммунисты не могут и не должны работать в реакционных профсоюзах, что позволительно отказываться от этой работы, что надо выходить из профсоюзов и создавать обязательно совсем новенький, совсем чистенький, весьма милыми (и большей частью, вероятно, весьма юными) коммунистами придуманный «рабочий союз» и т. д. и т. п.» ².

Исключительно важное значение для молодых коммунистических партий имели высказывания Ленина о роли революционной партии рабочего класса, о взаимодействии партии и профсоюзов. Отмечая, что профсоюзы были гигантским прогрессом рабочего класса в начале развития капитализма, как переход от распыленности и беспомощности рабочих к зачаткам классового объединения,— Ленин указывал, что с появлением и ростом революционной партии пролетариата — высшей формы классового объединения пролетариев — «профсоюзы стали неминуемо обнаруживать некоторые реакционные черты, некоторую цеховую узость, некоторую склонность к аполитицизму, некоторую косность и т. д. Но иначе как через профсоюзы, через взаимодействие их с партией рабочего класса нигде в мире развитие пролетариата не шло и идти не могло» ³.

В книге Ленина содержится указание о том, что после завоевания политической власти пролетариатом роль партии по руководству профсоюзами еще более возрастает. «...Партии приходится,— писал Ленин,— еще более и по-новому, а не только по-старому, воспитывать профсоюзы, руководить ими, вместе с тем однако не забывая, что они остаются и долго останутся необходимой «школой коммунизма» и подготовительной школой для осуществления

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 29.

³ Там же, стр. 33 — 34.

212 пролетариями их диктатуры, необходимым объединением рабочих для постепенного перехода в руки рабочего класса (а не отдельных профессий), и затем всех трудящихся, управления всем хозяйством страны» ¹. Эти ленинские замечания были направлены в первую очередь против анархо-синдикалистских элементов в профессиональном движении, отвергавших необходимость руководства со стороны политической партии рабочего класса, отрицавших революционное значение профсоюзов и отводящих «рабочим ассоциациям» по отдельным профессиям главную роль в управлении хозяйственной жизнью страны.

Отмечая, что в более развитых в промышленном отношении странах, чем Россия, некоторая реакционность профсоюзов сказывается гораздо сильнее и что вести борьбу с Гомперсами, господами Жуо, Гендерсонами, Мергеймами, Легинами и К⁰ в Западной Европе значительно труднее, чем с меньшевиками в России, Ленин призывал коммунистические партии к беспощадной борьбе с вождями оппортунизма и социал-шовинизма до полного их разоблачения и изгнания из профсоюзов. Он подчеркивал, что эту борьбу коммунисты должны вести для привлечения рабочего класса на свою сторону. Забывая эту «элементарнейшую и самоочевиднейшую истину», «левые» немецкие коммунисты, по словам Ленина, делают непростительную глупость, когда реакционность и контрреволюционность верхушки профсоюзов рассматривают как повод для выхода из профсоюзов, к отказу от работы в них, к созданию новых, выдуманных, форм рабочей организации. «Не работать внутри реакционных профсоюзов,— обобщает свою мысль Ленин,— это значит оставить недостаточно развитые или отсталые рабочие массы под влиянием реакционных вождей, агентов буржуазии, рабочих аристократов или «обуржуазившихся рабочих»...» ².

Подвергая критике «левых» коммунистов за их легкомысленное отношение к работе среди масс, Ленин особенно подчеркивал, что коммунисты должны «обязательно работать там, где есть масса» ³. Он считал задачей коммунистов вести упорную и настойчивую пропаганду и агитацию «как раз в тех учреждениях, обществах, союзах, хотя бы

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 34.

³ Там же.

213 самых что ни на есть реакционных, где только есть пролетарская или полупролетарская масса» ¹.

В условиях роста сознательности пролетарских масс и их стремления к организации отказ «левых» коммунистов от работы в профсоюзах под предлогом их «реакционности» наносил, по словам Ленина, исключительно большой вред делу пролетарской революции. «Миллионы рабочих в Англии, Франции, Германии впервые переходят от полной неорганизованности к элементарной, низшей, простейшей, наиболее доступной (для тех, кто еще насквозь пропитан буржуазно-демократическими предрассудками) форме организации, именно к профсоюзам,— писал Ленин,— а революционные, но неразумные, левые коммунисты стоят рядом, кричат «масса», «масса»! — и отказываются работать внутри профсоюзов!! отказываются под предлогом их «реакционности»!! выдумывают новенький, чистенький, неповинный в буржуазно-демократических предрассудках, негрешный цеховыми и узкопрофессионалистскими грехами «рабочий союз»...» ².

Вскрывая ошибочность установок «левых» коммунистов на создание «чистых рабочих союзов», для участия в которых «требуется только (только!) «признание советской системы и диктатуры», В. И. Ленин отмечал, что «большего неразумия, большего вреда для революции, приносимого «левыми» революционерами, нельзя себе и представить!» ³.

Ленин считал необходимым, чтобы Исполком Коминтерна прямо осудил и предложил следующему (II) конгрессу Коммунистического Интернационала осудить политику неучастия в реакционных профсоюзах.

Положения и выводы В. И. Ленина о работе коммунистов в реформистских профсоюзах, содержащиеся в его книге «Детская болезнь «левизны» в коммунизме», легли в основу решений Второго конгресса Коминтерна по этому вопросу. Ими руководствовались коммунистические партии при определении своей политики в отношении профессиональных союзов.

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 37.

³ Там же.

214

ВТОРОЙ КОНГРЕСС КОМИНТЕРНА О ПРОФЕССИОНАЛЬНОМ ДВИЖЕНИИ И ЗАДАЧАХ КОММУНИСТОВ​

Вопрос о политике коммунистов по отношению к профсоюзам, как составная часть вопроса о роли коммунистической партии, о взаимоотношениях партии и класса, партии и масс широко обсуждался на Втором конгрессе Коминтерна.

Среди делегатов Второго конгресса Коминтерна были представители таких профессиональных организаций, как «Индустриальные рабочие мира», английские шоп-стюарды, представители германских и французских синдикалистов, левосектантские ошибки которых были подвергнуты критике в книге В. И. Ленина «Детская болезнь «левизны» в коммунизме». На конгрессе они продолжали отстаивать свои ошибочные взгляды. Это наложило отпечаток на ход дискуссии по основным вопросам профдвижения.

С докладом о профессиональных союзах на конгрессе выступил К. Радек. В прениях по докладу наиболее глубокие разногласия возникли по вопросам об отношении к старым профессиональным союзам и создания новой международной организации профсоюзов.

Представители американских коммунистов, английских шоп-стюардов (комитеты фабрично-заводских старост в Англии) внесли поправки к тезисам Исполкома Коминтерна, которые фактически сводили на нет основные положения тезисов об обязанности коммунистических партий вести работу в профсоюзах. В развернувшейся на конгрессе дискуссии по вопросу о профессиональных союзах У. Галлахер, Дж. Таннер (комитеты фабрично-заводских старост в Англии), Д. Рид (Коммунистическая рабочая партия Америки) выступили в защиту тактики, ведущей к уходу передовых пролетарских элементов из старых профессиональных союзов ввиду их бюрократизма и реакционности. Основная мысль поправок к тезисам Исполкома, внесенных рядом американских и английских делегатов, сводилась к тому, что старые профсоюзы должны быть уничтожены и вместо них должны быть созданы новые профессиональные союзы. Отрицалась всякая возможность идейного завоевания масс, объединенных в существующих профсоюзах, и использова-

215 ния этих организаций в интересах пролетарской революции. У. Галлахер заявил на конгрессе: «Говорить о завоевании профессиональных союзов изнутри такая же бессмыслица, как мечтать о завоевании капиталистического государства изнутри. Необходимо английским и американским товарищам предоставить возможность вести борьбу за коммунизм вне профессиональных союзов» ¹. Другой представитель шоп-стюардов, Дж. Таннер, объявил неприемлемой для этого движения декларацию об организации Межсовпрофа, поскольку в ней осуждалась тактика ухода из существующих профессиональных союзов.

Продолжала отстаивать свои левосектантские взгляды в вопросе об отношении к реформистским профсоюзам Коммунистическая рабочая партия Германии. В ответном письме руководства КРПГ на письмо Исполкома Коминтерна от 2/VI — 1920 г., в котором указывалось на ошибочность лозунга ухода коммунистов из профессиональных союзов, вновь подчеркивалась необходимость создания «чисто революционной организации» пролетариата. КРПГ высказалась за продолжение «борьбы против профсоюзов и за разрушение профсоюзной организации в ее теперешней форме» ². Сектантская позиция руководителей КРПГ затрудняла борьбу передовых сил германского рабочего класса за единство пролетариата, играла на руку классовому врагу.

Позицию отрицания борьбы за завоевание масс, входящих в профсоюзы, занимал на конгрессе и представитель Итальянской социалистической партии Н. Бомбаччи, который утверждал, что профессиональные союзы способны развивать «только реформистскую деятельность» и «не могут играть никакой политической роли» ³, или выполнять революционные задачи. Он говорил о полной невозможности в условиях Италии приобщить профессиональные союзы к коммунистическому движению.

Выступления ряда делегатов носили противоречивый характер, отражавший разногласия и борьбу различных течений в коммунистическом движении их стран. Так, например, Л. Фрайна (Коммунистическая партия Америки) заявил, что весь опыт США подтверждает необходимость

¹ Второй конгресс Коминтерна, стр. 427.

³ Второй конгресс Коминтерна, стр. 358.

216 революционной работы внутри старых союзов. Отметив, что «Индустриальные рабочие мира» явились огромной революционной силой в американском рабочем движении прежде всего потому, что они выражали пробуждение классового сознания и воли к действию огромных масс трудящихся, Фрайна назвал ошибочными их попытки бойкотировать и разрушить Американскую федерацию труда посредством выхода из старых тред-юнионов. «Если бы американские коммунисты отвергли работу в старых союзах и выдвинули бы лозунг: «Уничтожайте Американскую федерацию труда!», то это уничтожило бы не реакционные тред-юнионы, а коммунистическое движение» ¹. Вместе с тем Фрайна допускал определенные левацкие отклонения, призывая, в частности, форсировать раскол профсоюзов, который он называл «революционным актом», дающим массам «толчок» к действиям.

В. И. Ленин и возглавляемая им делегация РКП(б) решительно выступили на конгрессе как против социал-демократической теории «нейтральности» профсоюзов, так и против «левых» коммунистов, не желавших работать в реформистских профсоюзах, против сектантских тенденций ухода из профсоюзов. Ленин рассматривал профсоюзы, как массовые организации рабочего класса, через которые коммунисты связываются с миллионными массами рабочих.

Ленин считал необходимым, чтобы Второй конгресс Коминтерна признал «неправильными те взгляды на отношения партии к классу и к массе, на необязательность участия коммунистических партий в буржуазных парламентах и в реакционнейших профсоюзах, которые подробно опровергнуты в специальных решениях настоящего конгресса, будучи защищаемы всего полнее «Коммунистической рабочей партией Германии»...» ². Отметив, что подобные взгляды защищаются, в частности, такими организациями, как Индустриальные рабочие мира в Америке и Комитет фабрично-заводских старост (Shop Stewards Committee) в Англии, Ленин вместе с тем предостерегал от неправильного отношения к этим массовым организациям рабочего класса. Он называл движение «Индустриальных рабочих мира» в Америке и в Австралии, равно как и

¹ Второй конгресс Коминтерна, стр. 350.

² В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 199 — 200.

217 «Фабрично-заводских старост» в Англии глубоко пролетарским и массовым движением, которое в основе своей стоит фактически на почве коренных принципов Коммунистического Интернационала. Коммунистические организации и группы в англосаксонских странах, как подчеркивал Ленин, должны были проводить в отношении «Индустриальных рабочих мира» и «Фабрично-заводских старост» «политику наиболее дружественных отношений к этим организациям, сближения с ними и с сочувствующей им массой...» ¹.

Против выявившейся в выступлениях представителей ряда компартий тенденции вести борьбу с реакционной профбюрократией путем основания новых профессиональных союзов и выхода из старых, в защиту тезисов Исполкома Коминтерна и комиссии конгресса по вопросу о профессиональных союзах высказалось абсолютное большинство делегатов.

Представитель Коммунистической партии Германии Я. Вальхер, отметив ошибочность тактики отказа от работы в реформистских профсоюзах и выхода из них, подчеркнул, что коммунисты не смогут выполнить свою задачу без тех миллионов рабочих, которые состоят в профессиональных союзах. «...Бюрократия профессиональных союзов торжественно отпраздновала бы день, когда коммунисты удалились бы из их рядов» ². «Мы не доставим этого удовольствия профсоюзной бюрократии» ³,— сказал Вальхер. Он критиковал далее тактику германских независимых в профессиональных союзах, которая была направлена на то, чтобы отвоевать отдельные руководящие посты в профсоюзах для своих сторонников, пренебрегая при этом совершенно революционной деятельностью среди самих профсоюзных масс.

С резкой критикой левацко-сектантской позиции ряда делегатов в вопросе о профсоюзах на конгрессе выступил член делегации РКП(б), член президиума ВЦСПС С. А. Лозовский. Он отметил, что за революционными фразами об уничтожении старых профсоюзов, об уходе коммунистов из профессиональных союзов скрывается реакционная тактика. «Всякая тактика, ведущая к уходу пере-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 200.

³ Там же, стр. 356.

218 довых элементов пролетариата из профессиональных союзов,— сказал Лозовский,— есть тактика реакционная, равносильная признанию: «Мы настолько слабы, что не можем завоевать массы»» ¹. Задача коммунистов состоит в том, чтобы завоевать профессиональные союзы (теперь оппортунистические) — подчеркнул Лозовский.

Точка зрения абсолютного большинства конгресса о необходимости работы коммунистов в профсоюзах, об опасности для коммунистического движения тактики, направленной на уход передовых пролетарских элементов из профсоюзов, нашла свое подтверждение в документах, принятых Вторым конгрессом Коминтерна.

В резолюции «Профессиональное движение, фабрично-заводские комитеты и III Интернационал» указывалось, что «коммунисты должны во всех странах входить в профессиональные союзы, для того чтобы сделать из них сознательные органы борьбы за ниспровержение капитализма и за коммунизм» ².

Коммунисты обязаны были брать на себя инициативу по созданию профессиональных союзов там, где их еще не существовало. В решении конгресса подчеркивалось, что «всякое добровольное устранение от профессионального движения, всякая искусственная попытка создания особых союзов, если она не вынуждена к тому исключительными актами насилия профсоюзной бюрократии (роспуск отдельных революционных местных отделений союзов оппортунистическими центрами), или ее узкой аристократической политикой, закрывающей широким массам малоквалифицированных рабочих доступ в организацию, представляют собою громадную опасность для коммунистического движения» ³.

Конгресс указывал, что в тех странах, как, например, в США, где, наряду с реформистскими профессиональными союзами, существовали союзы с революционными тенденциями, коммунисты должны были поддерживать эти революционные профессиональные союзы, помогать им освободиться от синдикалистских предрассудков. Однако, отмечалось в резолюции конгресса, поддержка революционных профессиональных союзов «не должна означать ухода

¹ Второй конгресс Коминтерна, стр. 359.

³ Там же, стр. 234 — 235.

219 коммунистов из оппортунистических профессиональных союзов...» ¹. Для руководства профсоюзами со стороны партии необходимо было создавать во всех профессиональных союзах и фабрично-заводских комитетах коммунистические фракции. Конгресс подчеркнул, что фабрично-заводские комитеты не могут заменить профессиональных союзов. Они, как и профессиональные союзы, должны были проводить свою работу под руководством коммунистической партии.

В другом документе конгресса, обращении Президиума Второго конгресса Коммунистического Интернационала ко «Всем членам Французской социалистической партии, всем сознательным пролетариям Франции», врученном делегатам Французской социалистической партии — Кашену и Фроссару, прямо заявлялось, что Коминтерн самым решительным образом выступает «против тех немногочисленных «левых» коммунистов, которые предлагают выйти из рядов реакционных профессиональных союзов, махнуть рукой на эти профессиональные союзы и организовывать в противовес им какие-то новые, бесформенные «всеобщие рабочие союзы». ...Мы против того, чтобы революционеры и коммунисты уходили из массовых профессиональных союзов даже в тех случаях, когда эти союзы имеют еще несчастье идти за Легинами и Жуо. Революционеры и коммунисты должны быть там, где находятся рабочие массы» ².

Коминтерн требовал от своих сторонников во Франции, чтобы они ни в коем случае не покидали рядов синдикатов и усилили свою работу в них. В обращении приводился пример русских коммунистов, которые до Октябрьской революции долгое время были в меньшинстве в профессиональных союзах, но умели бороться за свои идеи, находясь в реакционных рабочих организациях. Коминтерн ставил задачу вырвать профессиональные союзы из рук реформистов и для этого вести систематическую и упорную работу внутри этих союзов.

Вожди реформистских профсоюзов обвиняли коммунистов в том, что они якобы хотят расколоть профессиональные союзы, нарушить профсоюзное единство. В действительности Второй конгресс Коминтерна и конференция,

¹ В. И. Ленин и Коммунистический Интернационал, стр. 236.

² Там же, стр. 209 — 210.

220 на которой был создан Межсовпроф, не только не призывали к уходу из старых профессиональных союзов, но обязывали коммунистов оставаться в профсоюзах и вести в них работу. Сами же вожди реформистских профсоюзов и Амстердамского интернационала, исключая в массовом порядке из профсоюзов революционно настроенных рабочих и распуская отдельные левые организации, открыто вставали на путь раскола единого пролетарского фронта.

В. И. Ленин неоднократно предостерегал зарубежных товарищей от поспешного разрыва с реформистскими профсоюзами, призывал их к борьбе за единство профсоюзов. В беседе с чехословацким делегатом Второго конгресса Коминтерна Антонином Запотоцким В. И. Ленин говорил: «Профсоюзы будут играть у вас видную роль, их нельзя недооценивать. Без поддержки со стороны профсоюзного движения невозможно никакое революционное выступление. Надо работать в профсоюзах. Вам бы следовало выдвинуть лозунг единства профсоюзов».

И далее Ленин продолжал: «У вас есть тенденция организовать самостоятельные левые профсоюзы? Не делайте этого! Революционная политическая партия — совсем другое дело: в ней необходимо беречь чистоту партии и исключать оппортунистов. Иное в профсоюзах — они должны быть едины. Правильную революционную тактику отстаивайте внутри них. А профсоюзное единство надо беречь, а не разрушать» ¹.

В этих высказываниях В. И. Ленина четко и ясно была сформулирована тактическая линия Коминтерна, направленная на достижение единства профсоюзного движения, на завоевание профсоюзов, как условия завоевания большинства рабочего класса.

При обсуждении вопроса о взаимоотношениях между Международным Советом Профессиональных Союзов и Коммунистическим Интернационалом возникли разногласия. Среди делегатов были сторонники и противники организационного слияния Межсовпрофа с Коминтерном.

Делегаты, выступавшие за включение создаваемого объединения профсоюзов в Коминтерн в качестве его сек-

¹ О Ленине. Воспоминания зарубежных современников. М., 1966, стр. 326.

221 ции, отстаивали точку зрения, согласно которой Коминтерн должен был включать не только политические партии, но и пролетарские революционные профессиональные союзы.

Ряд делегатов высказался за исключение из Устава Коминтерна параграфа, в котором говорилось о новом международном объединении профсоюзов, как секции Коммунистического Интернационала. Эти делегаты считали, что связь Интернационала профсоюзов с Коминтерном не должна быть слишком тесной и что Профинтерн не должен стать секцией Коминтерна. Однако эта точка зрения не получила поддержки большинства конгресса.

В принятом конгрессом Уставе Коммунистического Интернационала было записано: «Профессиональные союзы, стоящие на почве коммунизма и объединяющиеся в международном масштабе под руководством Исполнительного Комитета Коммунистического Интернационала, образуют профессиональную секцию Коммунистического Интернационала» ¹.

Решение Второго конгресса Коминтерна об установлении организационной связи между Коминтерном и объединением революционных профессиональных союзов (Межсовпрофом) исходило из того, что революционный Интернационал, призванный руководить наступательными и оборонительными действиями пролетариата, должен быть един и включать в свои ряды все революционные силы, представляющие все формы и виды революционного рабочего движения — партии, профсоюзы, кооперативные организации. Объективно классовая борьба пролетариата в условиях бурного подъема революционного движения в 1919 — 1920 гг. требовала объединения всех пролетарских сил, делала необходимыми тесный контакт и связь различных форм рабочего революционного движения и в первую очередь коммунистического и революционного профессионального движения.

Однако установки конгресса на включение объединения революционных профсоюзов в Коммунистический Интернационал еще не опирались на какой-либо опыт взаимоотношений между этими двумя революционными центрами и были рассчитаны на дальнейшее развитие революционного движения в Европе. Не учитывались в полной мере

¹ В. И. Ленин и Коммунистический Интернационал, стр. 230.

222 особенности западноевропейских профсоюзов и влияние в них реформистов. Это был еще только поиск форм связи между Коминтерном и создаваемым новым международным профсоюзным центром.

Как показал последующий опыт, прямая организационная связь и взаимное представительство между Интернационалом профсоюзов и Коминтерном затрудняли борьбу за завоевание рабочих масс, находящихся под влиянием идеологии реформизма и синдикализма, осложняли положение тех революционных профсоюзов (особенно синдикалистских), которые желали примкнуть к Профинтерну, но не разделяли платформу коммунизма.

Позднее положение Второго конгресса Коминтерна об организационной связи между объединением революционных профсоюзов и Коминтерном было изменено. Следуя гибкой ленинской тактике в отношении профессиональных союзов, Коммунистический Интернационал выступил за создание самостоятельного международного объединения революционных профессиональных союзов, осуществляющего свою деятельность в тесной связи с Коминтерном.

СОЗДАНИЕ КРАСНОГО ИНТЕРНАЦИОНАЛА ПРОФСОЮЗОВ​

Созданный 15 июля 1920 г. Международный Совет Профессиональных Союзов развернул широкую пропаганду и агитацию идей революционно-классовой борьбы, вел упорную борьбу против политики соглашательства с буржуазией, за сплочение всех революционных элементов мирового профессионального движения. Он становился руководящим центром революционного профессионального движения.

Международный Совет Профессиональных Союзов обратился с воззваниями к рабочим Англии, Франции, Италии, Австрии, Норвегии, Индии, Аргентины и ряда других стран, в которых содержался призыв вступить в ряды революционного Интернационала профсоюзов и направить делегатов на предстоящий конгресс Красного Профинтерна.

Первый Международный конгресс революционных профессиональных и производственных союзов проходил в Москве с 3 по 19 июля 1921 г. На собравшемся через 11 месяцев после основания Межсовпрофа первом конгрессе

223 присутствовало 380 делегатов из 41 страны¹. На конгрессе было представлено все левое крыло рабочего движения, включая синдикалистов, анархистов и др.

В. И. Ленин, придававший важное значение Первому конгрессу революционных профессиональных союзов и внимательно следивший за ходом его работы, направил 18 июля 1921 г. конгрессу приветствие, в котором выражалось горячее пожелание успеха съезду: «Трудно найти слова, чтобы выразить всю важность Международного съезда профсоюзов,— писал Ленин. — Завоевание членов профсоюзов идеями коммунизма идет всюду неудержимо вперед, во всех странах, во всем мире. Идет неправильно, нерегулярно, неравномерно, преодолевая тысячи препятствий, но неудержимо идет вперед. Международный съезд профсоюзов ускорит это движение. Коммунизм победит среди профсоюзов. Никакие силы в мире не удержат краха капитализма и победы рабочего класса над буржуазией.

С горячим приветом и уверенностью в неизбежной победе коммунизма.

Н. Ленин»²

В повестке дня конгресса стояли вопросы о тактике и задачах союзов, о безработице, о рабочем контроле, о женском труде в промышленности, вопрос об уставе и др. Конгресс обсудил также вопрос о взаимоотношениях между создаваемым Профинтерном и Коминтерном.

Представители советских профсоюзов и профсоюзов ряда других стран, руководствуясь гибкой ленинской тактикой, выступили за создание самостоятельного международного объединения профсоюзов, осуществляющего свою деятельность в тесном сотрудничестве с Коммунистическим Интернационалом.

Вот что пишет о позиции коммунистов на Первом конгрессе профсоюзов С. А. Лозовский: «К Профинтерну потянулись все революционные синдикалистские элементы, и для того, чтобы сохранить лучшую часть рабочих, шедшую за синдикалистами, коммунисты, по совету Ленина, выска-

¹ Первый Международный конгресс революционных профессиональных и производственных союзов. Стенографический отчет. Бюллетень № 14, 19 июля 1921, стр. 2.

² В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, стр. 72.

224 зались на Первом конгрессе за создание организационно-самостоятельного международного объединения. Но тогда же, на Первом конгрессе, было установлено взаимное представительство между Исполкомами Коминтерна и Профинтерна. Это вызвало сопротивление со стороны значительной части синдикалистов, и тогда, по совету Ленина, коммунисты на Втором конгрессе ¹ уступили в этом вопросе и уничтожили взаимное представительство, не поступившись, конечно, нашей принципиальной установкой о руководящей роли компартии в профдвижении» ².

Таким образом, уступки были сделаны коммунистами, по совету Ленина, для того, чтобы сохранить в рядах Профинтерна тех революционных рабочих, которые шли в революционное объединение профсоюзов, но еще испытывали влияние реформизма и анархо-синдикализма. Жизнь показала всю правильность этого решения.

Представители «Индустриальных рабочих мира» (США), французские, германские, голландские синдикалисты выступили на конгрессе за полную независимость и самостоятельность профсоюзов от политической партии пролетариата. Усиленно подчеркивая приоритет профсоюзов над политическими партиями, синдикалисты искусственно отделяли экономическую борьбу рабочего класса от политической, экономическую организацию пролетариата (профсоюзы) от политической (партии).

Подобные требования «свободы» профсоюзов от коммунистической партии и Коминтерна представляли большую опасность для всего революционного рабочего движения. Лозунг «независимости» профсоюзов от Коминтерна являлся в тех условиях лозунгом Шейдеманов, Жуо и других реформистских вождей социал-демократии и профсоюзов. Вся буржуазная пресса восхваляла теорию независимости профсоюзов от коммунистического движения.

Подавляющее большинство участников Первого конгресса Профинтерна решительно выступило против искусственного отделения профессионального движения от коммунистического, против синдикалистских и буржуазно-реформистских теорий «независимости», «нейтральности» профсоюзов. Представитель германских профсоюзов Гек-

¹ Речь идет о II конгрессе Профинтерна в 1922 г.

² А. Лозовский. Десять лет борьбы за Профинтерн, стр. 4.

225 керт, основываясь на опыте профессионального движения в Германии, заявил, что «...развитие германского синдикализма доказывает, что путь нейтрализма ведет к признанию капиталистического государства и Амстердамской профессиональной бюрократии» ¹. Многие делегаты говорили о необходимости признания руководящей роли коммунистической партии, о необходимости отказа от устарелых методов борьбы, применявшихся в прошлом. Член венгерской делегации Бела Санто сказал в своем выступлении: «Сегодня мы, по-видимому, еще не можем объявить Красный Интернационал Профсоюзов секцией Коммунистического Интернационала. Но мы не хотим обманывать пролетариат и потому скажем прямо: «профессиональные союзы должны проникнуться духом политической борьбы; они должны подчиниться руководству коммунистической партии; они должны признать идейное влияние Коммунистического Интернационала»» ².

В выступлениях ряда участников конгресса подчеркивалась та мысль, что признание профсоюзами руководящей роли коммунистической партии, их работа под руководством компартии не означает и не может означать механического подчинения профессионального движения коммунистической партии. Не механическое подчинение, а идейное влияние коммунистической партии на профсоюзы — так ставили вопрос коммунисты, участники Первого конгресса Профинтерна.

Позиция большинства конгресса по вопросу о взаимоотношениях с Коминтерном нашла свое выражение в резолюции по этому вопросу, принятой конгрессом. В ней было записано: «Установить возможно более тесные связи с III, Коммунистическим Интернационалом, авангардом революционного рабочего движения во всем мире, на основе взаимного представительства в исполнительных органах того и другого Интернационала, совместных совещаний и т. п.... Придать этой связи органический и деловой характер, проявляя ее в совместной подготовке и в проведе-

¹ Первый Международный конгресс революционных профессиональных и производственных союзов. Бюллетень № 7, 11 июля 1921 г., стр. 7.

² Первый Международный конгресс революционных профессиональных и производственных союзов. Бюллетень № 6, 10 июля 1921 г., стр. 4.

226 нии революционных действий как в национальном, так и в международном масштабе» ¹.

Конгресс отклонил внесенный синдикалистским большинством французской делегации проект резолюции, в котором конгрессу предлагалось признать, что «Красный Интернационал Союзов должен сохранить полную свою независимость, и считать неприемлемым признание Коммунистического Интернационала идейным своим руководителем» ².

За первую резолюцию было подано 287 голосов, за вторую — 37 голосов ³. Конгресс ясно высказался за тесное сотрудничество Профинтерна с Коммунистическим Интернационалом, подчеркнул авангардную роль Коминтерна в революционном рабочем движении и пресек попытки синдикалистов навязать конгрессу решение о признании полной «независимости» Интернационала Профсоюзов. Конгресс отметил в своем решении, что «нейтрализм и независимость профсоюзов от революционного социализма были и по настоящее время остаются лозунгами отсталой части профдвижения всех стран» ⁴ и поставил перед профсоюзами задачу вести борьбу против идеологии нейтрализма, вносящей разлад и разложение в ряды рабочего движения.

Первый конгресс Профинтерна рассмотрел также вопрос об отношении к старым профессиональным союзам. Представители германского Всеобщего рабочего союза, германских синдикалистов, «Индустриальных рабочих мира» вновь выступили за разрушение старых союзов, как реакционных организаций, не способных ни на какое движение. Против левацко-сектантской линии синдикалистских элементов выступило подавляющее большинство конгресса. Участник Первого конгресса Профинтерна У. Фостер в своей книге «История трех Интернационалов» пишет: ««Левацкие» элементы на конгрессе Профинтерна дали бой, отстаивая свою линию, однако подавляющее большинство делегатов поддержало ленинский принцип, требовавший от революционных рабочих оставаться в рядах организованных профсоюзов и бороться в них за осуществление про-

¹ Первый Международный конгресс революционных профессиональных и производственных союзов. Резолюции и постановления, стр. 1.

⁴ Там же. Резолюции и постановления, стр. 6.

227 граммы классовой борьбы» ¹. Конгресс поставил задачу завоевания старых профсоюзов во что бы то ни стало, обязал передовые революционные элементы в профсоюзах вести в них пропаганду коммунизма.

Значение Первого конгресса Профинтерна состояло в том, что он оформил создание Красного Интернационала Профсоюзов, осудил реформистско-синдикалистские теории нейтральности и «независимости» профсоюзов от коммунистического движения, взял курс на завоевание профсоюзов на свою сторону, на обеспечение единства в профсоюзном движении на классовой основе.

* * *

Второй конгресс Коммунистического Интернационала выработал принципиальную позицию коммунистов по отношению к профессиональному движению, которая в главном состояла в том, что коммунисты должны были во всех странах завоевать старые профессиональные организации, тормозившие революционное движение, вести в них активную работу в духе коммунизма и изгнать оттуда реакционных реформистских вождей, предателей рабочего класса. Конгресс указал на огромную опасность для коммунистического движения всякого добровольного устранения от профессионального движения, решительно осудил уход коммунистов из реакционных профессиональных союзов и потребовал от коммунистов руководствоваться ленинским лозунгом: «работать там, где есть масса». Решения Второго конгресса Коминтерна во многом способствовали дальнейшему развитию левого мирового профессионального движения.

Вместе с тем отдельные положения в решениях Второго конгресса Коминтерна, в частности об установлении организационной, уставной связи между Интернационалом Профсоюзов и Коминтерном и взаимном представительстве между ними, в значительной степени сужали базу для созданного революционного профессионального объединения.

Необходимо, однако, иметь в виду, что это был период становления мирового коммунистического и революционного профессионального движения, когда еще только велись поиски правильной тактики и правильных взаимоот-

¹ У. Фостер. История трех Интернационалов. М., 1957, стр. 342.

228 ношений между различными отрядами международного рабочего класса. В последующие годы были найдены более гибкие формы связи и контактов между коммунистическим и профсоюзным движением, в частности между Коммунистическим Интернационалом и Красным Интернационалом Профсоюзов, отвечавшие возросшим задачам мирового революционного движения. Применение ленинской тактики при решении основных вопросов развития революционного профдвижения создало необходимые условия и предпосылки для привлечения в ряды профессионального движения новых отрядов международного рабочего класса.

229 А. Рейсберг

(ГДР)

КПГ В БОРЬБЕ ЗА ВЫПОЛНЕНИЕ РЕШЕНИЙ ВТОРОГО КОНГРЕССА КОММУНИСТИЧЕСКОГО ИНТЕРНАЦИОНАЛА​

Второй конгресс Коммунистического Интернационала имел чрезвычайно важное значение для консолидации и организационного укрепления коммунистического движения в Германии.

После первой мировой войны революционное рабочее движение в Германии пошло по весьма сложному пути. Наиболее стойкие и последовательные революционные интернационалисты объединялись в КПГ («Союз Спартака»); но от нее откололась левосектантская Коммунистическая рабочая партия (КРПГ), насчитывавшая немалое количество членов; многие революционные рабочие, признававшие основные положения Коммунистического Интернационала, входили в центристскую Независимую социал-демократическую партию Германии (НСДПГ). В этой партии они являлись ее левым крылом, которое настаивало на присоединении к Коминтерну. На чрезвычайном съезде НСДПГ, проходившем с 30 ноября по 6 декабря 1919 г. в Лейпциге, делегаты левого крыла потребовали немедленного вступления НСДПГ в Коминтерн. Хотя их резолюция из-за сопротивления правого руководства не прошла, съезд принял решение об установлении связи с Коммунистическим Интернационалом.

На Второй конгресс Коминтерна приехали три немецких делегации. От КПГ, которая входила в Коминтерн со времени его основания, были Вилли Будих, Пауль Леви, Эрнст Мейер, Якоб Вальхер и Рози Вольфштейн, а также один делегат от молодежи. Делегация НСДПГ состояла из двух представителей левого крыла этой партии (Эрнст Деймиг и Вальтер Штеккер) и двух представителей пра-

230 вого крыла (Артур Криспин и Вильгельм Дитман). КРПГ послала на конгресс Августа Мергеса и Отто Рюле.

Вследствие важной роли, которую Германия играла в борьбе между империализмом и социализмом на мировой арене, немецкий вопрос занимал большое место в обсуждениях конгресса. КПГ как на Первом, так и на Втором конгрессе была после РКП(б) самой крупной партией Коминтерна. Делегация КПГ принимала активное участие в работе конгресса, ее представители были избраны в президиум и во все комиссии конгресса, они выступали по важнейшим пунктам повестки дня. На конгрессе делегация КПГ проводила ленинскую линию, хотя председатель партии Пауль Леви высказывался по отдельным пунктам против точки зрения Исполкома. В качестве представителя партии в Исполком Коммунистического Интернационала был избран Эрнст Мейер, который позже был заменен другим членом партийного руководства: сначала Генрихом Брандлером, а во время подготовки Третьего конгресса Фрицем Геккертом.

Главной задачей Второго конгресса было определение роли партии и ее стратегических и тактических задач. В тезисах о роли Коммунистической партии в пролетарской революции и в 21 Условии приема в Коммунистический Интернационал конгресс ставил вопрос о сплочении коммунистических сил в каждой стране в единую коммунистическую партию для подготовки рабочего класса к борьбе за диктатуру пролетариата. Конгресс характеризовал коммунистические партии как авангард, как наиболее прогрессивную, классово-сознательную и революционную часть рабочего класса, которая организуется на основе демократического централизма. Неотъемлемым условием успешного разрешения стоящих перед партией задач является ее верность революционной теории, последовательная борьба против оппортунизма справа и слева и очищение партии от ненадежных, колеблющихся элементов. На этой основе Коминтерн вел переговоры с НСДПГ, а также с КРПГ относительно создания единой коммунистической партии Германии.

КРПГ, которая конституировалась 3 апреля 1920 г. в Берлине, была приглашена Исполкомом Коммунистического Интернационала в Москву для обмена мнениями. 2 июня 1920 г. Исполком обратился с открытым письмом к КРПГ. Исполком предложил, чтобы был создан вре-

231 менный комитет совместных действий КРПГ и КПГ против немецкого империализма. Одновременно Исполком пригласил КРПГ на Второй конгресс Коминтерна с тем, чтобы повести с ней дискуссию на самом широком форуме.

КРПГ откликнулась на приглашение, однако выяснилось, что ее делегаты Рюле и Мергес отнюдь не собираются отступать от своей сектантской точки зрения. Беседы с Лениным, с членами Исполкома, продолжавшиеся в течение многих часов, остались безрезультатными. Делегаты КРПГ заранее отказались считать решения конгресса обязательными для себя. Несмотря на такую позицию представителей КРПГ, Исполком Коминтерна предложил им принять участие в работе конгресса сначала с совещательным, а затем и с решающим голосом. Тем не менее Рюле и Мергес отклонили приглашение появиться на конгрессе; более того, они забрали обратно принятое партийным съездом КРПГ заявление о вступлении в Коминтерн и возвратились в Германию.

По поводу приглашения КРПГ и других революционных рабочих организаций, находившихся под влиянием синдикализма и анархизма,— как, например, французских революционных синдикалистов, комитетов фабрично-заводских старост (Shop Stewards Commitees), американских индустриальных рабочих мира (IWW),— произошел серьезный конфликт с делегацией КПГ. На заседании Исполкома Леви протестовал против предложения советской делегации о предоставлении КРПГ решающего голоса — на том основании, что это будет искажением подлинного характера Коминтерна. Советская делегация напрасно старалась убедить представителей КПГ, что в интересах борьбы с левосектантскими тенденциями было бы даже лучше продемонстрировать их несостоятельность с трибуны конгресса. После того, как Исполком в ходе острой дискуссии, вопреки возражениям делегации КПГ, части итальянской делегации, польских представителей и некоторых других групп одобрил предоставление права решающего голоса представителям КРПГ и синдикалистов, Пауль Леви даже пригрозил уходом делегации КПГ с конгресса. Лишь после прибытия последнего немецкого делегата Якоба Вальхера, задержавшегося из-за трудностей с оформлением паспорта, ситуация изменилась, так как Вальхер был категорически против отъезда немецкой

232 делегации. Дело дошло до совещания делегатов КПГ с Политбюро РКП(б). Председателем этого совещания был Ленин, который изложил точку зрения большевиков и раскритиковал аргументы Пауля Леви. Леви снова выступил против Ленина, однако немецкая делегация решила не выдвигать более возражений против приглашения КРПГ¹. Насколько правильной была предложенная Лениным тактика, доказывает единодушное отклонение Вторым конгрессом принципов КРПГ. Это произвело сильное впечатление на немецких рабочих и явилось большой помощью для КПГ.

Второй конгресс, по предложению Ленина, принял решение, в котором говорилось: «II конгресс III Интернационала признает неправильными те взгляды на отношения партии к классу и к массе, на необязательность участия коммунистических партий в буржуазных парламентах и в реакционнейших профсоюзах, которые подробно опровергнуты в специальных решениях настоящего конгресса, будучи защищаемы всего полнее «Коммунистической рабочей партией Германии»...»².

И все-таки конгресс постановил сохранить за «левыми» и синдикалистскими рабочими, которые признавали диктатуру пролетариата, возможность присоединения к Коммунистическому Интернационалу при условии, что они признают его решения. КРПГ было предложено, если она хочет войти в Коммунистический Интернационал, объединиться с КПГ.

Ленин рассматривал как «детскую болезнь» левый радикализм того времени, вызванный недостаточной марксистской подготовкой и неопытностью революционеров, возмущенных предательством оппортунистов. Он рассчитывал на то, что суровый опыт классовой борьбы внесет свои коррективы в романтические представления «левых радикалов». Его точку зрения на том этапе характеризует интервью с одним из деятелей норвежского рабочего движения Якобом Фриисом, опубликованное в берлинской «Die Rote Fahne» незадолго до Второго конгресса. Как сообщает Фриис, Ленин сказал ему: «Антипарламента-

¹ См. Якоб Вальхер. Записки делегата II конгресса Коминтерна. В книге «О Владимире Ильиче Ленине. Воспоминания. 1920 — 1922 гг.». М., 1963, стр. 540 — 548.

² В. И. Ленин и Коммунистический Интернационал. М., 1970, стр. 248 — 249.

233 ризм — одна из детских болезней коммунизма, против которой мне часто приходилось бороться». Когда Фриис спросил, можно ли левых радикалов кратко охарактеризовать как «революционных романтиков», Ленин ответил: «Да, совершенно верно. Но само собой разумеется, мы не можем обойтись без романтики. Лучше избыток ее, чем недостаток. Мы всегда симпатизировали революционным романтикам, даже когда были несогласны с ними. Например, мы всегда воздерживались от индивидуального террора. Но мы всегда выражали наше восхищение личным мужеством террористов и их готовностью на жертвы...» ¹. Поэтому Ленин определил в той конкретной ситуации линию поведения по отношению к «леворадикалистским» элементам как политику открытых дверей для тех из них, кто хочет присоединиться к Коминтерну, при решительном отказе от немарксистских теорий и взглядов. Войдя в Коминтерн, они должны были принять подлинный, неискаженный революционный марксизм.

Совершенно другим было отношение Ленина к центристским вождям НСДПГ. Эти лица также ходатайствовали о приеме в Коминтерн, чтобы окончательно не потерять всякое влияние среди становящихся все более радикальными рабочих. В реформизме и центризме, принципиальных врагах пролетарской революции и диктатуры пролетариата, Ленин видел в то время главную опасность внутри рабочего движения. Кроме центристов из НСДПГ, Французская социалистическая партия, руководимая центристами, также ходатайствовала о приеме в Коминтерн на Втором конгрессе. В руководстве Итальянской социалистической партии, которая еще в 1919 г. заявила о своем вступлении в Коминтерн, также преобладали центристские установки, в особенности по вопросу об очистке собственных рядов от оппортунистов. Центристы из разных стран вели борьбу против принципа демократического централизма, лишавшего их возможности продолжать политику «левых» фраз и реформистских действий. Они отвергали требование очищения партий III Интернационала от открытых и замаскированных оппортунистов. Принятие центристских оговорок сделало бы коммунистические партии неспособными вести последовательную борьбу за власть рабочего класса.

¹ Ленинский сборник XXXVII, стр. 212.

234 Ленин был за принятие левых рабочих и функционеров НСДПГ в Коммунистический Интернационал, и руководство КПГ поддерживало ленинскую линию. В своей книге «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» Ленин доказывал необходимость слияния левого крыла НСДПГ с КПГ, решительно отклоняя возражения сектантских элементов: «Понятно поэтому, что нападки немецких левых на Цека партии коммунистов в Германии за допущение ими мысли о блоке с «независимцами» ... кажутся нам совершенно несерьезными и наглядно доказывающими неправоту «левых»» ¹. Указание Ленина укрепило позиции КПГ в ее борьбе за объединение революционного пролетариата Германии в единую партию.

После решения Лейпцигского съезда НСДПГ Исполком Коминтерна обратился 5 февраля 1920 г. с письмом «Ко всем рабочим Германии, ЦК КПГ и ЦК НСДПГ ...по поводу постановления Лейпцигского съезда Независимых о III Интернационале». В письме, которое было написано на основе ленинских тезисов, ИККИ приветствовал решительный разрыв со II Интернационалом и приглашал прислать в Москву делегацию «независимцев». При этом Исполком критиковал то обстоятельство, что НСДПГ ни единым словом не упоминает о необходимости объединения с КПГ. Так как руководство НСДПГ медлило с ответом, Исполком 27 мая 1920 г. повторил предложение о переговорах относительно присоединения к Коминтерну. На этот раз предложение было принято.

Одновременно Ленин и Исполком делали все для того, чтобы воспрепятствовать проникновению центризма в Коминтерн. Накануне конгресса на основе ленинских идей были сформулированы Условия приема в Коммунистический Интернационал, которые представляли собой существенный барьер против притока центристских элементов.

Условия явились главным вопросом, обсуждавшимся в ходе переговоров с делегацией НСДПГ. Делегация была принята 19 июля в Петрограде председателем ИККИ Зиновьевым и передала ему официальный ответ ЦК НСДПГ на приглашение Коминтерна. В последующем делегаты НСДПГ имели много бесед в Исполкоме Коминтерна.

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 57.

235 20 июля 1920 г. Криспин и Дитман были приглашены к Ленину и произвели на него самое плохое впечатление своей оппортунистической позицией. Позднее Дитман попытался исказить истинное положение вещей, заявив, что «не было во всемирной истории бóльших оппортунистов, чем Ленин и товарищи»¹. Вначале Криспин и Дитман говорили о согласии с Условиями приема в Коминтерн, но при этом стремились лишить эти Условия их остроты. Было совершенно ясно, что правое крыло НСДПГ, Криспин и Дитман не рассматривали вступление в Коммунистический Интернационал как принятие коммунистической стратегии и тактики; они хотели сохранить возможность продолжать свою центристскую политику. Вопреки принципу демократического централизма, на почве которого стоял Коминтерн, они претендовали на некую «автономию» для себя, как это обычно практиковалось во II Интернационале. Дитман заявил, что Москва, да и сам Ленин, очень плохо информированы о немецких условиях. Подобный аргумент, не имевший никакого основания, вызывал у Ленина резкие возражения. «Будто бы суть не в борьбе двух коренных направлений,— писал он,— не в решении коренного вопроса о допустимости «единства» с реформистами, а в разногласии насчет того, о чем «Москва» не точно осведомлена!»². На конгрессе Криспин и Дитман еще раз обнаружили центристскую сущность своей политики, которая прикрывала радикальными фразами соглашательскую, по существу враждебную рабочим, практику.

Несмотря на то что противоречия между левыми и правыми делегатами НСДПГ под влиянием совещаний в Москве становились все острее, в первое время докладчиками от имени всей делегации выступали только правые.

Члены ИККИ и представители КПГ критиковали левых независимцев, помогая им занять самостоятельную позицию. Так, Эрнст Мейер 25 июля 1920 г. заявил на заседании комиссии по вопросу об Условиях приема в Коминтерн: «Левое крыло практически имеет незначительное влияние; его позиция характерна тем, что они молчат; в этой комиссии представители левого крыла, Деймиг и Штеккер, наблюдают, хотя оба они конечно не согласны

¹ USPD. Protokoll der Reichskonferenz vom 1. bis 3. September 1920 zu Berlin. B., 1920, S. 224.

² В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 412.

236 с речами Криспина и Дитмана» ¹. В самом деле, Деймиг и Штеккер брали слово, как правило, лишь после прямого вызова. Так, на заседании комиссии 25 июля Криспин и Дитман выступали неоднократно, в то время как Деймиг брал слово лишь дважды для коротких замечаний. Только к закрытию конгресса Деймиг и Штеккер окончательно и бескомпромиссно отмежевались от Криспина и Дитмана.

Делегация КПГ голосовала за допущение НСДПГ к заседаниям конгресса и комиссий вопреки сопротивлению голландских и других настроенных левосектантски делегатов. Делегация КПГ поддерживала также предложенные условия приема, однако неожиданно поддержку центристам в их попытке смягчить, лишить принципиальной остроты 21 Условие приема оказал Пауль Леви, который был против того, чтобы чистота рядов партии гарантировалась организационными мероприятиями.

Принятием 21 Условия и другими своими решениями конгресс дал представителям оппортунистической политики решительный отпор. «Он сделал КПГ способной в ближайшие месяцы, в борьбе за объединение с левым крылом НСДПГ, справиться со своей задачей. Он помог левым силам в НСДПГ окончательно порвать с центристскими лидерами и до конца пройти путь к объединению с КПГ» ².

Через два дня после закрытия конгресса, 9 августа 1920 г., состоялся последний обмен мнениями между делегацией НСДПГ и избранным на конгрессе Исполкомом Коминтерна, в который вошел и Ленин. Правые требовали, чтобы Исполком прекратил «раскольническую деятельность» против НСДПГ. Суммируя итоги дискуссии, Зиновьев выразил их в следующих словах, обращенных к правым: «Без вас, если вы не желаете! С вами, если вы желаете! Против вас, если вы начнете борьбу с нами!» ³.

Представители левого крыла НСДПГ заняли теперь более решительную позицию, выступили против Криспина и Дитмана, преодолели свои колебания и сомнения

¹ См. Arnold Reisberg. Lenins Beziehungen zur deutschen Arbeiterbewegung, B., 1970, S. 412.

³ «Коммунистический Интернационал», 1920, № 13, стр. 2595; см. так же «Die Rote Fahne», 2. IX. 1920.

237 и заявили о своем принципиальном согласии с 21 Условием. Деймиг считал, что НСДПГ должна «немедленно присоединиться к III Интернационалу, который после Второго конгресса усилился и вырос... И само собой разумеется, в нашей партии не должно быть места людям, которые продолжают держаться принципов II Интернационала и открыто саботируют требования Коммунистического Интернационала». Деймиг и Штеккер дали обязательство оказать в Германии влияние в пользу принятых конгрессом тезисов.

От имени КПГ Эрнст Мейер приветствовал решение представителей левых в НСДПГ добиваться слияния с компартией: «Если Независимая социалистическая партия пойдет по тому направлению, представителями которого являются Штеккер и Деймиг, и если она полностью стоит на почве III Интернационала, то, само собой разумеется, слияние НСДПГ и КПГ возможно и необходимо. Члены КПГ ничего не желают так страстно, как того, чтобы создана была почва для подобного слияния — чтобы НСДПГ превратилась в подлинно революционную партию» ¹.

Из-за отказа Криспина и Дитмана признать решения Второго конгресса Коминтерна раскол делегации НСДПГ стал неизбежным. Оба они отказались даже дать свое согласие на передачу письма ИККИ к членам НСДПГ. Деймиг же и Штеккер заключили с представителями КПГ соглашение о совместной пропаганде решений конгресса в Германии.

Борьба с центризмом в Германии значительно способствовала разъяснению роли марксистско-ленинской партии в революционной классовой борьбе. КПГ рассматривала выполнение решений Второго конгресса как свою главную задачу. Она видела в них подтверждение тех тактических решений, которых она добилась на своем II (Гейдельбергском) партийном съезде в результате собственных горьких и трудных усилий. Она гордилась тем, что эти ее решения совпадали с принципами, которые Ленин и весь Коммунистический Интернационал объявили имеющими всеобщую значимость. КПГ также одобрила и приняла новые для Западной Европы решения Второго конгресса по национальному и колониальному вопросу, равно как и по аграрному. На V съезде КПГ Эрнст Мейер в докладе

¹ «Die Kommunistische Internationale», 1920, Nr. 13, S. 273.

238 о Втором конгрессе указывал на то, что по обоим вопросам на первый план выдвигались интересы мировой революции. Он показал, что здесь шла речь о завоевании союзников для революционного пролетарского движения ¹.

КПГ добивалась объединения всех революционных рабочих Германии в единую коммунистическую массовую партию в рамках III Интернационала. Необходимо было словом и делом поддержать борьбу левого крыла НСДПГ за присоединение к III Интернационалу, убедить левых членов НСДПГ и функционеров этой партии в необходимости принять 21 Условие. Но и среди рабочих, которые сочувствовали КРПГ, КПГ должна была провести огромную работу, чтобы они включились в процесс объединения с коммунистами. КПГ направляла этот процесс в германском рабочем движении, который в конце концов привел к образованию Объединенной коммунистической партии Германии.

Коммунистическая печать и газеты левого крыла НСДПГ еще во время заседаний конгресса пропагандировали принципы пролетарской партии в том виде, как они были изложены в «Тезисах об основных задачах Второго конгресса Коммунистического Интернационала» и в 21 Условии. Целый ряд партийных собраний и конференций НСДПГ выступили за безоговорочное присоединение к Коминтерну ². Так, например, окружная перевыборная конференция НСДПГ в Эссене единогласно потребовала, чтобы «партийное руководство всеми средствами добивалось присоединения к III Интернационалу» и ожидала от ближайшего съезда партии, что он «даст резкий отпор всем членам партии, которые выступают против ясного содержания партийной программы» ³.

Профсоюзное руководство в Мекленбурге, направляемое «независимыми», 20 июля заявило протест против саботажа решений Лейпцигского съезда ⁴.

¹ См. Bericht über den 5. Parteitag der KPD. B., 1921, S. 110 — 111.

⁴ Там же.

239 После возвращения делегации НСДПГ из Москвы борьба в партии за вступление в Коминтерн развернулась с еще большей остротой.

КПГ помогала левым в пропаганде и популяризации решений конгресса. Она видела в слиянии с левым крылом НСДПГ не просто организационную задачу, а политическую задачу огромной важности. Она проявляла большую терпимость и гибкость в организационных вопросах, делала широкие уступки, но непоколебимо отстаивала принципиальные позиции. Тем самым КПГ помогала левым из НСДПГ преодолевать шатания и унаследованные от прошлого реформистские пережитки. Борьба за принятие 21 Условия Коминтерна стала практической школой распространения и усвоения ленинизма.

КПГ внимательно следила за борьбой в НСДПГ и выражала свое отношение к ней в своей печати, в рубриках: «За и против Москвы» или «За Коммунистический Интернационал». «Die Rote Fahne» писала: «...если мы хотим, чтобы дискуссия привела к политическим успехам немецкого пролетариата, она должна не ограничиваться спорами между лидерами и в прессе», а «должна охватить сами массы» ¹.

КПГ заявила: «Пролетарские массы должны ясно осознать то, что они до сих пор лишь чувствовали: пути, по которым их до сих пор вели, были ложными. Исходя из этого ясно, что лица, которые были до настоящего времени носителями этих ложных концепций, должны быть исключены из НСДПГ, если они не заявят о неправильности своего прежнего образа мыслей столь недвусмысленно, чтобы в массах не могло больше появиться никаких ошибочных воззрений, вытекающих из того, что эти лица остаются в партии». КПГ признавала, что НСДПГ имеет в своих рядах больше революционных рабочих, чем любая другая партия. Эти массы должны «сделать организационные выводы из боев, которые они вели, руководствуясь своим сознанием» ². Этот курс КПГ не был расколом, наоборот, это было объединением революционного пролетариата.

В то время, как Деймиг и Штеккер объявили о своем согласии с решениями конгресса (Штеккер писал, что решения «полностью соответствуют основным положениям

¹ «Die Rote Fahne», 28.VIII 1920.

² Ibid., 29.VIII 1920.

240 революционного марксизма») ¹, Криспин и Дитман сбросили свои маски. Они уже не говорили о согласии с решениями конгресса, а направили огонь своей полемики против принципов демократического централизма, который они окрестили «диктатурой русских». Они клеветнически называли «проскрипционными листами» требование об очищении партии от оппортунистов, нападали на требование подготовки к переходу на нелегальное положение.

После возвращения в Германию Криспин и Дитман перешли к безудержной, грубой антисоветской клевете, в чем их усиленно поддерживали Гильфердинг и другие центристские лидеры. Особое возмущение классово-сознательных рабочих вызвала антисоветская статья Дитмана «Правда о России» ², которая была издана также и в виде брошюры и использована реакционной пропагандой.

Корреспондент английской газеты «Daily News» 3 сентября 1920 года по телеграфу послал запрос Ленину относительно антисоветской клеветы Дитмана. Ленин ответил, что он нисколько не удивлен, потому что центристы должны быть недовольными большевизмом. На замечание корреспондента, что сообщения делегаций, побывавших в Советской России, наносят большевизму «больше вреда, чем вся антибольшевистская пропаганда», Ленин предложил, чтобы антибольшевистская буржуазия всех стран посылала в Россию «делегации из рабочих и мелких крестьян», и чтобы они пробыли там месяца по два, если буржуазия верит, что доклады таких делегаций могут быть полезными для антибольшевистской пропаганды ³. (Подобные рабочие делегации позднее регулярно приезжали в Советскую Россию — разумеется, организованные не буржуазией, а революционными рабочими. Их доклады содержали материал, оказывавший самое сильное пропагандистское воздействие).

Антибольшевистская клевета правых лидеров НСДПГ все более и более отталкивала от них революционных рабочих. Одним из симптомов этого процесса явились многочисленные резолюции собраний членов НСДПГ, проходивших по всей стране, требовавшие более решительно, чем прежде, слияния с КПГ и вступления в Коминтерн.

¹ «Freiheit», Berliner Organ der Unabhängigen Sozialdemokratie Deutschlands, 30. VIII 1920 (Abendausgabe).

³ См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 277 — 278.

241 КПГ, помогая левому крылу НСДПГ, развернула энергичную агитацию за принятие 21 Условия. Она разоблачала маневры правых независимцев, которые выдвигали на первый план организационные вопросы и пытались изобразить демократический централизм как отказ от всякой демократии. КПГ разъясняла, что вопрос о присоединении к Коминтерну являлся «политическим решением» и что организационные формы вытекают из политических целей борьбы ¹. Она ставила рабочих-независимцев перед альтернативой: либо революционная борющаяся партия, либо реформизм. Она отбрасывала клеветнические утверждения Криспина, будто бы НСДПГ подчинилась коммунистам, которые приведут ее к расколу. «Die Rote Fahne» отвечала, что роль коммунистов в повороте рабочих-независимцев влево заключается не в заговорщических интригах, а в политической работе коммунистов в массах. «Тяжелые бои коммунистической партии были школой для всего немецкого пролетариата, а ее несгибаемая тактика... указывала немецкому пролетариату путь к свободе, путь преодоления всех его заблуждений». Задача коммунистов, писала газета, состояла в том, «чтобы ясностью своей политики распространять среди рабочих-независимцев осознание подлинных задач. В борьбе, которая идет сейчас внутри НСДПГ, коммунисты не вмешиваются в организационные споры внутри партии независимых», так как организационные решения должны принимать сами рабочие — члены НСДПГ ².

КПГ проводила во всей стране открытые собрания, обсуждавшие вопрос о борьбе за III Интернационал. Они начались массовым собранием 29 августа в цирке Буш в Берлине, где присутствовало 6 тысяч человек. В сентябре такие собрания состоялись в Хемнице, Дуисбурге, Галле, Мюнхене и в других городах. В одном лишь Берлине состоялось 15 массовых собраний. Вильгельм Пик, Фриц Геккерт, Гуго Эберлейн и многие другие разъясняли рабочим решения Второго конгресса и распространяли правду о Советской России. Особенно большое впечатление произвела на рабочих опубликованная в газете «Die Rote Fahne» серия статей Клары Цеткин «Путь в Москву» ³.

¹ «Die Rote Fahne» 31.VIII. 1920.

³ В конце августа 1920 г. ЦК КПГ послал Кете Поль в поездку по стране с лекциями на тему: «Либо Советская Россия, либо импе-

242 В. И. Ленин и Коминтерн оказали неоценимую поддержку борьбе левых сил НСДПГ против оппортунистов. На заседании Исполкома Коминтерна 26 августа 1920 г., по предложению представителя КПГ Эрнста Мейера, Малому бюро ИККИ было поручено написать письмо НСДПГ, в котором предлагалось еще раз опровергнуть доводы, выдвигаемые Дитманом и Криспином ¹. Это поручение было выполнено.

Для сторонников Коммунистического Интернационала в Германии эта помощь была особенно ценной, поскольку в стране все более усиливалась кампания лжи и клеветы против Советской России и Коминтерна. В антикоммунистическую травлю внес свой «вклад» также и Каутский, издав перед конгрессом брошюру под названием «Интернационал», в которой он собрал воедино всю центристскую клевету против Коминтерна.

Правые лидеры НСДПГ, в чьих руках находилась большая часть прессы и партийного аппарата, боялись именно открытой дискуссии о 21 Условии приема в Коминтерн. Они опасались, что в ходе этой дискуссии рабочие узнают истинное положение вещей. Поэтому правые лидеры НСДПГ пытались провести решение по вопросу о 21 Условии прежде, чем масса членов партии обсудит положение.

С этой целью они провели в спешном порядке (с 1 по 3 сентября 1920 г.) общегерманскую конференцию, на которой сумели убедить ряд организаций выступить против присоединения к III Интернационалу.

В такой обстановке письма из Москвы оказали действенную помощь немецким революционным рабочим. Ленинское «Письмо к немецким и французским рабочим по поводу прений о Втором конгрессе Коммунистического Интернационала» ² от 24 сентября 1920 г. имело особое

риализм Антанты. Задачи немецкого пролетариата». Кете Поль использовала эти собрания, чтобы организовать встречи функционеров КПГ и представителей левого крыла НСДПГ. На этих встречах обсуждались вопросы совместной работы. Как говорилось в письме ЦК КПГ, «Товарищ Поль сумела превосходно обрисовать политическое положение и изложить задачи пролетариата» (IML, ZPA, Berlin 3/2/37, Bl. 79).

² В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 295. Письмо было сначала опубликовано на русском языке 25 сентября 1920 г. в «Правде» и «Известиях ВЦИК», затем 28 сентября в «Die Rote Fahne», 1 октября в «L'Humanité» и в ноябре 1920 г. в «The Communist» (Англия).

243 значение для привлечения левых из НСДПГ на сторону КПГ.

Ленин объяснял, что «раскол с этими правыми, оппортунистическими элементами» является «единственным средством» для того, чтобы «сплотить все действительно революционные, действительно пролетарские массы». Он опровергал клевету насчет «диктаторства Москвы» как «простой отвод глаз» и указывал на то, что «из двадцати членов Исполкома Коммунистического Интернационала только пятеро были членами Российской Коммунистической партии». Ленин всегда выступал за полное равноправие всех партий, больших и малых.

Само историческое развитие обеспечило РКП(б) авангардную роль; ее авторитет основывался на ее боеспособности, опыте, приобретенном ею в трех революциях, на ее верности марксистскому учению. Воодушевление, вызванное во всем мире первой победоносной пролетарской революцией, содействовало бурному росту авторитета большевиков.

В письме Ленин указывал, что Коминтерн вовсе не собирается преследовать определенные личности, что ИККИ даже заявил о возможности «исключений» (Ausnahmen) из суровых правил по отношению к правым лидерам, если они порвут со своим прошлым. Все крики по поводу суровости Условий приема являются лишь отвлекающим маневром. Но одно должно быть непреложной обязанностью Коминтерна — это борьба против оппортунистического, мелкобуржуазного течения. «На деле идет борьба между революционными, пролетарскими, и оппортунистическими, мелкобуржуазными элементами» ¹.

Ленин требовал разрыва революционных рабочих с оппортунистами: «Без очистки от этого течения, которое на самом деле своими колебаниями, своим «меньшевизмом»... осуществляет влияние буржуазии на пролетариат извнутри рабочего движения, извнутри социалистических партий,— без очистки от этого течения, без раскола с ним, без исключения всех видных его представителей невозможно сплочение революционного пролетариата... Только раскол с такими и подобными людьми осуществляет интернациональное единство революционного пролетариата против буржуазии, для ее свержения... Пора всем революционным

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 296.

244 рабочим очистить свои партии от них и образовать действительно единые коммунистические партии пролетариата» ¹.

Кристально ясная аргументация Ленина открыла многим рабочим глаза на демагогию их центристских вождей, укрепила левое крыло НСДПГ в его борьбе за присоединение к III Интернационалу.

28 сентября 1920 г. ИККИ обратился с «Открытым письмом ко всем членам Независимой социал-демократической партии Германии. Чрезвычайному партейтагу в Галле» ². В письме была еще раз изложена история переговоров с НСДПГ и разобраны важнейшие аргументы, выдвигавшиеся во время дискуссии. Разоблачался тот факт, что руководство НСДПГ не желало дать рабочим времени для внимательного изучения решений Второго конгресса.

В письме говорилось, что международная солидарность является естественным долгом борющегося пролетариата, и речь тут идет не о поддержке только лишь Советской России, но о поддержке каждой Советской Республики, где бы и когда бы она ни возникла. Правые лидеры НСДПГ пытались оправдать свое безвольное поведение во время иностранной интервенции против Советской России, когда Антанта отправляла транспорты с оружием польскому правительству. При этом правые распространяли клевету, будто Коминтерн стремится вовлечь Германию в войну против Франции. В письме Исполкома разоблачался клеветнический характер этой лжи.

Что же касается «диктатуры русских» в ИККИ, то «Открытое письмо» напоминало о том, что Российская Коммунистическая партия большевиков на Втором конгрессе отклонила предложение итальянца Серрати передать ЦК РКП(б) все дела, касающиеся ИККИ, хотя это предложение было поддержано также другими партиями. В ИККИ работали в это время по меньшей мере представители от 12 — 15 партий. Атака на «диктатуру русских» была не чем иным, как «выражением самого низкопробного национализма и попыткой разжечь самые грубые шовинистические инстинкты наиболее отсталых масс». Далее в письме говорилось о том, что согласно решению Второго конгресса ИККИ должен давать секциям обязательную

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 296 — 297.

² «Коммунистический Интернационал», 1920, № 14, стр. 2900.

245 руководящую линию лишь по действительно интернациональным вопросам, и что по целому ряду вопросов каждая партия должна действовать самостоятельно. Открытое письмо требовало от классово-сознательных рабочих очистить ряды партии от всех ненадежных элементов и создать единую Коммунистическую партию Германии ¹.

Письмо Исполкома Коминтерна и письмо Ленина достигли своей цели — привлечь на свою сторону членов НСДПГ и разбить антикоммунистические вымыслы.

Борьба за вступление в III Интернационал, проходившая внутри НСДПГ с небывалой ожесточенностью, завершилась на Чрезвычайном съезде партии, состоявшемся в Галле с 12 по 17 октября 1920 г.

Поименным голосованием, 237 голосами против 156, при двух воздержавшихся партийный съезд вынес решение о вступлении в Коммунистический Интернационал. Правые лидеры тотчас же приступили к давно уже подготовлявшимся раскольническим маневрам. До того, как председательствующий поставил на голосование их контррезолюцию, Криспин заявил, что та часть партийного съезда, которая приняла 21 Условие, тем самым покинула НСДПГ и вступила в КПГ. «Тем самым,— заявил Криспин,— они порвали организационное единство с теми членами партии, которые хотели бы... остаться в нынешней организации НСДПГ. Данное собрание... перестало быть партийным съездом НСДПГ» ². Криспин ссылался при этом на одно из решений Центрального Комитета НСДПГ, на что Эрнст Деймиг тотчас возразил, что «решений в подобной редакции ЦК не принимал» ³.

После этого Криспин потребовал, чтобы правое крыло продолжило заседание НСДПГ в другом, заранее уже подготовленном помещении. Отказавшись подчиниться большинству съезда, правое меньшинство раскололо партию. Большинство партийного съезда приняло название Независимой социал-демократической партии (левой) и избрало новый Центральный Комитет с поручением повести переговоры с КПГ относительно слияния.

¹ «Die Kommunistische Internationale», 1920, N 14, S. 244 — 267; «Коммунистический Интернационал», 1920, № 14, стр. 2900.

³ Ibid., S. 262.

246 Раскол на партийном съезде повлиял на все организации партии; повсюду на местах возникали две различные организации НСДПГ. К сильнейшим организациям НСДПГ (левых) относилась Гамбургская с Эрнстом Тельманом во главе, где 90 процентов членов партии высказались за вхождение в Коминтерн.

КПГ, которая неустанно помогала процессу размежевания внутри НСДПГ, приветствовала результаты съезда в Галле и сделала все, чтобы быстрее довести до конца дальнейшие переговоры.

По идеологическим вопросам никакого существенного различия во мнениях между КПГ и НСДПГ (левыми) не было: программные установки Второго конгресса признавала обязательными и та и другая сторона. Существовали, однако, различия по организационным вопросам. ЦК КПГ непосредственно после Второго конгресса, в соответствии с его решениями, но без договоренности с НСДПГ (левыми) изменил название партии следующим образом: «Коммунистическая партия Германии (секция Коммунистического Интернационала)» ¹, не дожидаясь, когда произойдет объединение с НСДПГ (левыми). Несмотря на то, что коммунистам было нелегко отказаться от традиционного названия «Союз Спартака»,— тем не менее, они обосновали изменение названия тем, что все организации, которые хотят примкнуть к III Интернационалу, должны носить имя коммунистической партии.

Правые вожди НСДПГ использовали это решение как «доказательство» того, что КПГ якобы стремилась не к объединению обеих партий, а к прямому поглощению НСДПГ. Среди членов левой части НСДПГ это решение КПГ вызвало некоторое непонимание.

Представителям Коминтерна, которые еще на короткое время задержались в Германии (до того, как они были высланы социал-демократическим прусским министром внутренних дел Зеверингом и берлинским полицей-президентом Рихтером, также социал-демократом), удалось устранить эти разногласия. Непосредственно после пар-

¹ Это изменение наименования было подробно обосновано и разъяснено организациям партии в Циркулярном письме ЦК № 20 от 6 октября 1920 г. (ZPA, IML. Berlin 3/1/24, Bl. 42.). С 19 сентября название газеты «Die Rote Fahne» получило соответствующее добавление. Изменение названия партии в дальнейшем было подтверждено V съездом КПГ.

247 тийного съезда в Галле ЦК КПГ и НСДПГ (левых) создали временное руководство на паритетных началах, в котором принимал участие также представитель Исполкома Коминтерна. Главной задачей этого центрального органа было подготовить к объединительному партийному съезду все практические вопросы слияния обеих партий в Объединенную коммунистическую партию Германии. Так как с обеих сторон имелось единое мнение о немедленном слиянии, то на пути к нему не должно было возникнуть никаких препятствий.

Следствием отделения революционного крыла НСДПГ от оппортунистических лидеров было то, что хотя эти последние хвастливо заявили в своем «Манифесте» — «НСДПГ продолжает существовать как немецкая революционная, социалистическая партия!»¹ — они стали скатываться на обычные реформистские позиции. Центризм, который обещал, что приведет рабочий класс собственным, небольшевистским путем к революции и к социализму — потерпел банкротство. Это было очевидным доказательством того, что политика так называемого «третьего пути» невозможна. Правые из НСДПГ, несмотря на то, что они унаследовали партийные газеты, партийную кассу и другое имущество НСДПГ, все более и более теряли своих сторонников и двумя годами позже, в сентябре 1922 г., снова вернулись в СДПГ.

Центральный Комитет КПГ 23 октября 1920 года единогласно принял резолюцию, приветствовавшую «отделение коммунистов от оппортунистических элементов в НСДПГ» и «решение партийного большинства принять, как собственные, основные принципы и тактику Коммунистического Интернационала и претворить их в жизнь».

С другой стороны, Центральный Комитет приветствовал также отделение рабочих, членов КРПГ от контрреволюционных лидеров — Вольфгейма, Лауфенберга, Рюле и др. и констатировал, что тем самым были созданы предпосылки для образования сильной, объединенной коммунистической партии². Совместное воззвание ЦК НСДПГ (левых), ЦК КПГ и Исполкома Коминтерна в конце 1920 года призывало всех революционных рабочих Германии примкнуть к Коммунистическому Интернационалу и

¹ Цит. по кн.: Eugen Prager. Geschichte der USPD, S. 227 — 228.

² «Die Rote Fahne», 24. X. 1920.

248 воздвигнуть «первый оплот коммунизма в Западной Европе», выковать Объединенную коммунистическую партию Германии¹.

30 октября 1920 г. «Die Rote Fahne» опубликовала новое воззвание Коминтерна, КПГ и левого ЦК НСДПГ «К рабочим всего мира» о результатах партийного съезда в Галле, в котором говорилось, что рабочие повсюду должны «верно и крепко стоять за тезисы и условия Коммунистического Интернационала».

«Die Rote Fahne» 29 октября 1920 г. приветствовала создание органа Центрального Комитета НСДПГ (левой) «Die Internationale» в Берлине и назвала новый орган «союзником в борьбе за Третий Интернационал».

Политические вопросы слияния были обсуждены и утверждены обеими партиями совместно с Исполкомом Коминтерна, и Исполком в своем приветствии V съезду КПГ (проходившему с 1 по 3 ноября 1920 г. в Берлине) предлагал «одобрить эти решения»². V съезд одобрил резолюцию Центрального Комитета и дал свое согласие на проведение объединительного партийного съезда в начале декабря 1920 г. Устами своего председателя Вильгельма Пика V съезд КПГ призвал рабочих: «Посвятите все время агитации и пропаганде за основные принципы Коммунистического Интернационала, чтобы способствовать полному духовному сплочению рабочих. ...Немецкий пролетариат должен быть объединен ...с пролетариями всех стран в великом Коммунистическом Интернационале»³. На съезде прозвучали мысли о том, что Коммунистическая партия не должна останавливаться на слиянии с НСДПГ (левой), а должна предпринимать все новые и новые попытки вовлечь всех рабочих, независимо от их политических взглядов, в общий фронт против капитала и реакции.

На объединительном съезде, который проходил с 4 по 7 декабря в Берлине, 349 делегатов НСДПГ и 136 делегатов КПГ единогласно приняли решение о слиянии обеих партий в Объединенную коммунистическую партию Германии (ОКПГ). Съезд продемонстрировал полное едино-

¹ «Die Rote Fahne», 24. X. 1920; «Die Kommunistische Internationale», 1920, N 14, S. 273 — 274.

³ Bericht vom 5. Parteitag, S. 173, 174.

249 душие по всем основным политическим вопросам. Его решения стояли на почве революционного марксизма и конкретизировали в соответствии с германскими условиями положения Второго конгресса Коминтерна по аграрному, профсоюзному и национальному вопросам.

В резолюции по аграрному вопросу подчеркивалась роль трудящихся крестьян как союзников пролетарской революции. ОКПГ требовала безвозмездной конфискации феодальной помещичьей собственности и раздела части ее между малоземельными крестьянами. Несмотря на то, что историческое развитие внесло немало корректив в отдельные формулировки, здесь были заложены основы союза рабочих и крестьян Германии. Позже в обстановке, сложившейся после поражения гитлеровского фашизма, этот курс предрешил успех антифашистско-демократических преобразований и строительства социализма в Германской Демократической Республике.

С особенной остротой объединительный съезд ставил вопрос о работе в профсоюзах. Он осудил всякие тенденции, которые могли вызвать раскол профсоюзов. Реформисты с пренебрежением относились к безработным. Съезд коммунистической партии призвал не допускать отделения борьбы безработных от борьбы занятых на производстве рабочих. Все другие решения съезда также были направлены на организацию совместной борьбы всех отрядов трудящихся.

Однако задача, которую поставило перед собой руководство обеих партий,— представить объединительному съезду партии для утверждения совместную программу действий — оказалась нерешенной, так как для ее выполнения было слишком мало времени. Клара Цеткин заявила, что программа и не могла быть составлена в спокойной обстановке и с надлежащей тщательностью, так как все силы были сконцентрированы на выполнении определенных практических задач¹. Большое значение имело также то обстоятельство, что проект подобной программы уже не мог быть достаточно подробно обсужден съездом. Как бы то ни было, пришлось ограничиться тем, что объединительному съезду вместо программы действий был предложен «Манифест к немецкому и международ-

¹ См. Bericht über die Verhandlungen des Vereinigungsparteitages der USPD (Linke) und der KPD (Spartakusbund). B., 1921, S. 56.

250 ному пролетариату». Этот Манифест был единогласно одобрен. Съезд избрал председателями партии Эрнста Деймига и Пауля Леви, центральное руководство и Центральный Комитет. В его состав вошли как заслуженные деятели из числа вождей КПГ, так и многие из руководящих деятелей НСДПГ (левой). «Слияние революционного крыла НСДПГ с КПГ явилось значительным успехом немецкого рабочего движения и выражением дальнейшего усвоения ленинских идей революционным авангардом немецкого пролетариата. В исторически короткий срок КПГ, первая из коммунистических партий в высокоразвитых индустриальных странах, превратилась в революционную массовую партию. На одном из решающих участков всемирной борьбы между империализмом и социализмом свершилось объединение большинства революционных пролетарских сил в единую партию, что благотворно отразилось на рабочем движении во многих странах Европы... Объединение... подтвердило тяжелое поражение организованного центризма в Германии» ¹. Ленин видел в итогах объединительного съезда доказательство того, что «коммунизм развился, окреп, сплотился в партию во всех передовых странах» ².

Не удалось лишь, несмотря на большие усилия, убедить отколовшуюся КРПГ вернуться в ряды КПГ, как этого требовал Второй конгресс Коминтерна. Исполком Коминтерна в письме «К Центральному Комитету и членам КРПГ» от 26 августа 1920 года заклеймил позором поведение делегации КРПГ на Втором конгрессе и заявил, что он не верит в честность вождей КРПГ, призывал членов КРПГ примкнуть к КПГ и приглашал КРПГ прислать новых представителей в Москву для переговоров ³. Руководство КРПГ ответило Исполкому Коминтерна письмом от 25 сентября 1920 г., в котором заявило, что оно рассматривает тезисы Второго конгресса как заостренную формулировку гейдельбергских тезисов, которые привели к расколу. КРПГ поэтому, говорилось в письме, не может войти в Коммунистический Интернационал в качестве постоянного члена. Переговоры с КРПГ относительно слияния были отклонены, однако КРПГ про-

¹ Geschichte der deutschen Arbeiterbewegung. Bd. 3, S. 310, 311.

³ См. «Die Rote Fahne», 12 — 13. X. 1920.

251 сила о принятии в Коммунистический Интернационал в качестве сочувствующего члена. При этом лидеры КРПГ замышляли вести внутри Коминтерна разлагающую работу, что нашло выражение в их лозунге: «Борьба за подлинный III Интернационал началась» ¹.

КРПГ исключила некоторых из своих лидеров, выступавших с антибольшевистских позиций, например, Лауфенберга, Вольфгейма и Рюле. После этого переговоры ИККИ с КРПГ продолжались. 30 октября 1920 года общегерманская конференция КРПГ на расширенном заседании отклонила письмо ИККИ и приглашение на объединительный партийный съезд. Конференция КРПГ повторила, несмотря на сопротивление некоторых делегатов, ходатайство о приеме в Коминтерн в качестве сочувствующей партии и избрала новую делегацию в Москву ². Делегацию возглавил голландец Герман Гортер ³.

Центральный Комитет КПГ со всей решительностью высказался против удовлетворения этого ходатайства. Он опасался, что принятие КРПГ в Коминтерн даже в качестве сочувствующей партии затруднит борьбу против сектантских и путчистских тенденций и скомпрометирует коммунистов в глазах рабочих масс. На пленуме Центрального Комитета КПГ 23 октября 1920 г. Леви выступил против принятия КРПГ и ее приглашения на объединительный партийный съезд. Центральные органы НСДПГ (левой) и КПГ, а также ИККИ призвали рабочих — членов КРПГ: «Ваше место тоже в рядах объединенной коммунистической партии». V съезд КПГ также поддержал эту линию. Лишь некоторые делегаты были не согласны со столь резким отношением к КРПГ. Они полагали, что КПГ все-таки сможет достичь большего влияния на КРПГ и хотели совершить еще «один шаг по пути к созданию великого коммунистического фронта» в Германии, образовав «Комитет совместных действий обеих партий» ⁴. Член Центрального Комитета КПГ Август Тальгеймер также не хотел, чтобы «отказ от приема КРПГ

¹ «Die Aktion», 1920, N 29/30, S. 407.

⁴ Bericht vom 5. Parteitag, S. 32.

252 долгое время сохранялся в силе» ¹. V съезд КПГ объявил, всеми голосами против одного, что «принятие КРПГ в качестве сочувствующей партии в III Интернационал было бы крупной ошибкой» ² и просил ИККИ отклонить ходатайство КРПГ.

Исполком Коммунистического Интернационала занимался рассмотрением этого ходатайства на трех заседаниях (3, 24 и 28 ноября 1920 г.), причем в двух последних заседаниях участвовали и представители КРПГ. На этих заседаниях КРПГ изложила свою позицию, носившую сектантский характер, пыталась обосновать отрицание работы в парламенте и профсоюзах. Однако ИККИ исходил из того, что в рядах КРПГ есть немало честных революционеров, и в результате обсуждения было решено: утвердив КПГ как «единственную полноправную секцию» и предложив КРПГ присоединиться к решениям объединительного партийного съезда, принять КРПГ «временно как сочувствующую партию с совещательным голосом» ³. Представитель КПГ голосовал за резолюцию. Тем самым КРПГ был дан последний шанс — слиться в практической работе с КПГ. Исполком полагал, что это более всего отвечает выраженному V съездом КПГ желанию «найти подход к разумным элементам внутри КРПГ» ⁴.

Центральный Комитет Объединенной коммунистической партии Германии ответил на решение Исполкома решительным формальным протестом, который был опубликован в «Die Rote Fahne» ⁵. Исполком Коминтерна вновь указал, однако, что в расколе и отходе КРПГ были повинны не только «неверная ориентация», но «и ошибки, которые были совершены КПГ». На заседании 10 января 1921 г. Исполком рассмотрел письмо-протест ЦК КПГ и подтвердил свою прежнюю резолюцию ⁶. После этого ЦК КПГ в феврале 1921 года повторил свой протест против принятия КРПГ в Коминтерн. В этом протесте отразилось известное непонимание ленинской политики по отношению к

¹ Bericht vom 5. Parteitag, S. 43 — 44.

⁶ См. «Die Kommunistische Internationale», 1921, N 16, S. 431.

253 «полуанархистским элементам», которые хотят приблизиться к Коминтерну.

Годом позднее, после Третьего конгресса, Ленин указал, что участие таких элементов на совещаниях Коммунистического Интернационала принципиально возможно, «даже до известной степени полезно. Полезно постольку, поскольку эти элементы служат наглядным «устрашающим примером» для неопытных коммунистов, а также постольку, поскольку сами они еще способны учиться». Если же они не используют этот шанс, нужно иметь в виду, что «перед всеми колеблющимися рабочими, перед всеми, кто имел тяготение к анархизму из ненависти к оппортунизму старой социал-демократии, теперь продемонстрировано с особой обстоятельностью и особой наглядностью, доказано точными фактами, что Коммунистический Интернационал был терпелив, что он вовсе не изгонял анархистов немедленно и безусловно, что он внимательно их выслушивал и помогал им учиться»¹.

Вожди КРПГ не использовали тех шансов, которые предоставляло им положение сочувствующей партии в Коминтерне, они продолжали борьбу против Объединенной коммунистической партии Германии. На III конгрессе Коминтерна в 1921 г. они упорно пытались отстаивать свою антиленинскую линию, а затем даже носились с идеей образования IV Интернационала. Тем самым они поставили себя вне рядов Коммунистического Интернационала. Авантюристическая политика КРПГ лишила ее всякого авторитета среди рабочих. И когда партия прекратила свое существование, общественное мнение почти не заметило этого события. Лучшие элементы из этой партии постепенно вернулись в коммунистическую партию.

Объединенная коммунистическая партия Германии показала высокую степень зрелости, когда первой из партий Коминтерна, учитывая новую обстановку, провозгласила политику единого фронта. При этом она использовала опыт большевиков, которые под руководством Ленина, опиравшегося на политику Маркса и Энгельса в I Интернационале, дали непревзойденные образцы коммунистической политики единого фронта, не употребляя еще этого термина².

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, стр. 90.

² См. Arnold Reisberg. Lenin und die Aktionseinheit in Deutschland. B., 1964, S. 28 — 76.

254 По некоторым свидетельствам, на Втором конгрессе Ленин дал совет итальянским социалистам из группы Серрати, которые примкнули к Коминтерну, но не хотели порывать с реформистами, отделиться от фракции Турати и реформистов как партии и после этого заключить с ними союз¹. Итальянским социалистам этот совет показался абсурдным, но ОКПГ осуществила его на практике. 7 января 1921 года ЦК ОКПГ обратился с «Открытым письмом» к СДПГ, НСДПГ и КРПГ, а также ко всем объединениям профессиональных союзов². «Открытое письмо» исходило из необходимости обороняться от начавшегося в 1920 году наступления капитала и политической реакции. ОКПГ поэтому предложила «всем социалистическим партиям и профсоюзным организациям примкнуть к акциям, которые уже непосредственно начались»³. В качестве основы для совместных действий ОКПГ формулировала требования, «которые представляются ей самой минимальной мерой того, что пролетариат должен сейчас иметь, чтобы не умереть с голоду»⁴. Это были следующие требования: 1. Единая борьба за повышение уровня заработной платы для обеспечения существования рабочих, служащих и чиновников; 2. Повышение всех пенсий; 3. Урегулирование и повышение пособий по безработице; 4. Выдача продовольствия по сниженным ценам за счет государства; 5. Конфискация жилищ в пользу нуждающихся; 6. Мероприятия по обеспечению продуктами питания и повседневного потребления под контролем фабзавкомов; 7. Разоружение и роспуск буржуазных вооруженных союзов и образование организаций пролетарской самообороны; 8. Амнистия политическим заключенным; 9. Немедленное установление торговых и дипломатических отношений с Советской Россией. «Открытое письмо» не скрывало противоречий между коммунистами и другими партиями и организациями. В нем подчеркивалось, что ОКПГ не отказывается «от того, чтобы и дальше продолжать распространять среди рабо-

¹ См. П. Тольятти. Избранные статьи и речи. Т. II. М., 1965, стр. 375 — 376. ² «Die Rote Fahne», № 11, 8. I. 1921. ³ Там же. ⁴ Передовая статья «На баррикады!» в том же номере «Die Rote Fahne».

255 чих масс мысль о борьбе за диктатуру пролетариата, представляющую единственный путь к освобождению». Однако «Открытое письмо» не делало признание этой мысли предварительным условием совместной борьбы. Оно предлагало остальным организациям «немедленно развернуть решительную борьбу» за совместные требования повседневного характера.

«Открытым письмом» ОКПГ доказала свою решимость бороться вместе с массами, во главе их, за коренные интересы немецких трудящихся. Тем самым она доказала также и свою решимость, проложив путь объективным закономерностям классовой борьбы, добиться единых выступлений рабочего класса, независимо от партийных и мировоззренческих различий, для защиты его жизненных интересов. Тем самым партия встала на неоднократно высказываемую Лениным точку зрения, что в Германии, где рабочие по традиции сплочены в крупные массовые организации, успешная борьба без привлечения этого организованного рабочего класса невозможна.

В Манифесте объединительного съезда партия взяла на себя обязательство «идти во главе выступлений пролетариата». Она заявила, что желает «установить теснейшие связи с мыслящими массами, выразить их нужды, вложить в широчайшие массы народа сознание этих нужд и сознание возможности их преодоления». Однако Манифесту не хватало ясного признания необходимости совместной работы с массами из других партий, как это было высказано в проекте программы действий. Напротив, в Манифесте содержалась следующая формулировка: «Объединенная Коммунистическая партия имеет достаточно сил для того, чтобы там, где позволяют события, или там, где они этого требуют, выступить одной, на свой страх и риск... она будет в состоянии развязать выступления пролетариата или стать во главе стихийно возникших выступлений» ¹. Эта формулировка могла быть истолкована в духе авантюристической «теории наступления». Борьба между двумя обозначившимися здесь тенденциями на долгое время определила тактическую ориентировку Коммунистической партии Германии. «Открытое письмо» было победой реалистической оценки обстановки.

¹ Bericht vom Vereinigungs Parteitag. B., 1921, S. 232.

256 Это письмо, при всей новизне провозглашенной им политики в Германии, нашло одобрение и поддержку среди большинства членов Коммунистической партии.

«Открытое письмо» и провозглашенные в нем новые формы установления единства действий встретили также большое внимание и практическое применение и в международном рабочем движении и в секциях Коммунистического Интернационала. Вскоре оказалось, что политика единого фронта соответствует также потребностям других стран.

Таким образом Коммунистическая партия Германии доказала, что она, стремясь овладеть учением ленинизма, с личной помощью Ленина, с помощью Коминтерна внесла свой собственный творческий вклад в развитие коммунистической стратегии и тактики.

257 Д. Э. Кунина

ИТАЛЬЯНСКАЯ СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ ПАРТИЯ И ВТОРОЙ КОНГРЕСС КОМИНТЕРНА​

Обновление Итальянской социалистической партии, превращение ее в подлинно революционный авангард пролетариата встало в 1919 — 1920 гг. в порядок дня в качестве насущной задачи, выдвинутой всем ходом развития итальянского рабочего движения.

Эти годы вошли в историю Италии как «красное двухлетие», как период резкого обострения классовых противоречий, крутого подъема экономической и политической борьбы в городе и деревне. Мировая война оставила в наследство Италии глубочайший кризис: расшатанную экономику, подорванную финансовую систему, углубление социального неравенства и нищеты народных масс. Ни одно из широковещательных обещаний правительства о коренном улучшении жизни народа «после победы» выполнено не было. Уровень жизни трудящихся катастрофически падал. Летом 1919 г. возмущение ростом дороговизны вылилось в массовое движение протеста. Во многих городах дело доходило до открытых столкновений населения с полицией и войсками. «Это можно было назвать настоящим восстанием»,— свидетельствует в своих воспоминаниях П. Ненни ¹. В течение двух лет кряду одна волна стачек сменялась другой. По официальным неполным данным, в 1920 г. количество только экономических забастовок превысило 2 тысячи ².

Накалилась атмосфера в деревне, задыхавшейся под гнетом феодальных пережитков, которые придавали сугубую остроту аграрному кризису. Стремясь сохранить

¹ P. Nenni. Jl Diciannovismo (1918 — 1929). Milano, 1962, p. 43.

² К. В. Кобылянский. Великий Октябрь и революционное движение в Италии (1917 — 1921). М., 1968, стр. 111.

258 уровень спекулятивных доходов военного времени, латифундисты снижали заработную плату батракам и поденщикам, прибегали к массовым увольнениям. К середине 1920 г. в сельскохозяйственных районах Италии скопилось около 2 млн. безработных ¹. Сильнейшим брожением были охвачены мелкие земельные собственники. Карликовые наделы не обеспечивали большинству крестьянских семей даже скудного прожиточного минимума. Тысячи разорявшихся крестьян выталкивались в ряды сельскохозяйственного пролетариата. Весной 1919 г. острый земельный голод вызвал к жизни мощное движение за захват земель, в котором активная роль принадлежала массам демобилизованных, не находившим себе применения в условиях сокращения сельскохозяйственного производства.

В стране накопилось огромное количество горючего материала, грозившего взорвать изнутри буржуазный строй: «Забастовки и волнения,— отмечает итальянский историк марксист Дж. Тревизани,— зачастую принимали характер восстаний, неопровержимо свидетельствуя о наличии революционной ситуации. Возмущение нередко находило выход в политических стачках, воплощавших надежду на радикальное обновление на путях, открытых Октябрьской революцией» ².

В этих активных выступлениях масс трудящихся, в их нежелании жить по-старому следует искать ключ к огромному революционизирующему воздействию Октябрьской социалистической революции на положение в Италии. В многочисленных бурных демонстрациях, митингах, забастовках солидарности с молодой Советской республикой нашла отражение владевшая итальянским пролетариатом жажда глубоких социальных перемен. «Нет ни одной страны в Европе,— говорил Ленин в августе 1918 г.,— где бы рабочие не сочувствовали большевикам и не были уверены в том, что придет время, когда они свергнут свое

¹ F. Chabod. L'Italia contemporanea (1918 — 1948). Torino, 1961, p. 34. О крайне бедственном положении лишившихся заработка батраков говорит, в частности, тот факт, что Национальная федерация работников земли (Федертерра) потребовала от правительства срочного осуществления широкой программы общественных работ (Lotte agrarie in Italia. La Federazione nazionale dei lavoratori della terra 1901 — 1926. Milano, 1960, p. 401).

² G. Trevisani. Compendio di storia d'Italia. V. 3. Milano, 1969, pp. 443 — 444.

259 правительство, как это сделали русские рабочие» ¹. Обстановка в Италии 1919 — 1920 гг. отличалась от положения в других странах-победительницах значительно бо́льшим революционным брожением, которое охватило широкие слои пролетариата. Лозунгом дня стало «сделать, как в России».

Настроения рабочих как нельзя лучше характеризует эпизод с выступлением лидера итальянских реформистов Ф. Турати на одном из собраний социалистов в январе 1919 года. Речь Турати, призывавшего рабочих запастись терпением и «духовно готовить себя» к социализму, была прервана возгласом: «Это тянется слишком долго!». Когда же докладчик предложил слушателям самим назвать более короткий путь, со всех сторон послышалось: «Россия! Россия! Да здравствует Ленин!» ².

Широкое распространение революционных настроений в рабочем классе как отражение объективно революционной ситуации, однако, не означало, что рабочие в своей массе ясно представляли себе реальное содержание перемен, к которым они стремились, и, особенно, конкретные пути их осуществления. Выступления трудящихся, большей частью стихийные, отличались нередко бунтарством, что таило в себе потенциальную опасность использования движения масс демагогическими контрреволюционными элементами.

В этих условиях первостепенное значение приобретала деятельность итальянских социалистов, их готовность и способность направить энергию масс в русло подготовки революционного переворота. Сам размах и политическая страстность движения требовали умелого целеустремленного руководства, которое могла бы обеспечить только идейно и организационно сплоченная пролетарская партия, обладающая ясной революционной перспективой.

Итальянская социалистическая партия этим требованиям не отвечала, хотя в ее активе имелись некоторые заслуги. За три десятилетия своего существования ИСП добилась ощутимых результатов в борьбе за улучшение материального положения рабочего класса. При ее активном участии рабочие достигли таких серьезных завоеваний, как 8-часовой рабочий день, проведение через парламент

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 37, стр. 72.

² H. König. Lenin und der italienische Sozialismus 1915 — 1921. Tübingen, 1967, S. 31

260 некоторых законодательных мер по охране труда, создание и укрепление разного рода рабочих организаций — профсоюзных, кооперативных и иных,— которые в ряде случаев успешно противостояли наступлению капитала на условия жизни и труда пролетариата.

Осудив в 1914 г. шовинистическое перерождение вождей II Интернационала и ведя пропаганду против вступления Италии в войну, партия завоевала доверие тысяч и тысяч итальянских тружеников.

К 1920 г. Итальянская социалистическая партия представляла собой массовую, особенно по масштабам того времени, партию ¹ с большой парламентской группой. Партия имела примерно три десятка собственных периодических изданий, причем центральный орган «Avanti!» выходил тиражом в 300 — 350 тыс. экземпляров, а также сеть народных домов и других просветительных учреждений.

При всем том партия оставалась по преимуществу аппаратом для избирательной борьбы и была не приспособлена для руководства борьбой масс, тем более в кризисных условиях. С наступлением периода глубоких социальных потрясений с особой остротой сказались слабые стороны итальянского социалистического движения: организационная рыхлость, разрыв между революционными лозунгами и практикой.

Под непосредственным воздействием революционного движения послевоенных лет усиливается процесс идейного размежевания в партии. В 1919 г. происходит оформление большинства основных идеологических течений, которые выступают со своими политическими платформами. Партийная дискуссия перерастает в острую борьбу за стратегическое направление деятельности партии. К своему XVI съезду (Болонья, октябрь 1919 г.) Итальянская социалистическая партия пришла лишь формально единой.

В центре ожесточенной полемики, развернувшейся перед съездом на страницах социалистической печати, стояли два вопроса: об изменении программы партии (признании диктатуры пролетариата целью социалистического

¹ Быстрый рост рядов ИСП — один из наглядных показателей распространения вширь социалистических идей. Если в конце 1918 г. в партии насчитывалось 23 765 членов, то в течение 1919 г. число их возросло до 87 589, а к сентябрю 1920 г. достигло 200 тыс. человек (см. L. Cortesi. Il socialismo italiano tra riforme e rivoluzione. Dibattiti congressuali del PSI 1892 — 1921. Bari, 1969, p. 690).

261 движения) и об отношении социалистов к участию в выборах в буржуазные законодательные органы.

За сохранение старой, типично социал-демократической программы 1892 г. безоговорочно выступало только крайне правое крыло, принявшее название «фракции социалистической концентрации». Главную задачу партии рабочего класса фракция видела в том, чтобы «постараться ускорить преобразование буржуазного общества и, насколько возможно, превратить учреждения, созданные буржуазией для защиты ее привилегий, в орудия завоевания пролетариатом его прав» ¹. Отвергая революционное насилие даже для защиты уже завоеванного, реформизм обезоруживал рабочий класс и его партию, обрекал их на пассивное, бесперспективное выжидание. Ссылка реформистских идеологов на «незрелость» пролетариата, на то, что буржуазный строй «еще не исчерпал своих возможностей», обличала их идейное родство с оппортунистами всех разновидностей, от Каутского до русских меньшевиков ². Таким образом, душой, если не телом, «фракция социалистической концентрации» принадлежала к II Интернационалу, была ветвью, оторванной силой революционных обстоятельств от его рухнувшего ствола, но продолжавшей питаться его соками.

При всей малочисленности реформистов и непопулярности их платформы дальнейшее их пребывание в рядах

¹ См. платформу «фракции социалистической концентрации», принятую в сентябре 1919 г. («Avanti!», 11. IX 1919).

² Очень показательна в этом отношении серия статей Турати «Ленинизм и марксизм», суть которых сводится к попытке доказать, что большевикам никоим образом не следовало брать власть в октябре 1917 г. и уж во всяком случае было «недопустимо» удерживать ее при помощи насилия. «Когда пролетариат (если предположить, что в России вообще существует пролетариат и что он и Ленин — понятия равнозначные) является незрелым, он не заинтересован в непосредственном захвате власти...» («Critica sociale», 16 — 31. I 1919).

262 социалистической партии создавало прямую угрозу делу подготовки пролетарской революции, так как они занимали командные позиции в наиболее массовых организациях рабочего класса — профсоюзах и кооперативах. На практике это давало возможность реформистской верхушке Всеобщей конфедерации труда (ВКТ), прикрываясь авторитетом партии, тормозить развитие рабочего движения, вести линию на приглушение классовой борьбы ¹.

Реформисты также фактически монополизировали сферу парламентской деятельности ИСП, поскольку значительная часть социалистических депутатов принадлежала к правому крылу партии. В прямое нарушение постановлений партийных съездов представители ИСП использовали свои депутатские мандаты для проповеди идей классового мира.

Накануне Болонского съезда общее соотношение сил в партии складывалось не в пользу оппортунистов. Программа наиболее многочисленной и влиятельной фракции — максималистов-парламентаристов, признанным руководителем которой являлся Д. М. Серрати, в своих узловых моментах была близка к платформе, принятой Первым конгрессом Коминтерна. Провозгласив, что «на нынешней революционной стадии» партия в своей полити-

¹ Всеобщая конфедерация труда Италии представляла собой в этот период внушительную силу. Меньше, чем за два года, ее численность удесятерилась: с 249 тыс. членов в 1918 г. до 1 159 062 членов в 1919 г. и 2 320 163 — в середине 1920 г. (см. G. Trevisani. Op. cit., p. 451).

Одним из факторов, способствовавшим столь быстрому росту, был заключенный в сентябре 1918 г. пакт о союзе между ВКТ и социалистической партией, который свидетельствовал о быстром полевении рабочих масс и их тяге к социализму. Но наибольшую выгоду извлекла из пакта реформистская верхушка ВКТ. По условиям соглашения, подтверждавшего полную автономию сторон при «общей социалистической ориентации», всеобщую экономическую забастовку имела право объявлять только ВКТ, партии же принадлежал «решающий голос» в отношении всеобщей политической стачки. В спорных случаях предусматривались консультации. На деле же реформистские лидеры ВКТ (в большинстве своем члены ИСП) имели возможность тормозить, а то и срывать не только экономические, но и политические стачки. Это было убедительно продемонстрировано летом 1919 г. во время неудавшейся всеевропейской забастовки солидарности с Советской Россией, и, с особенно тяжелыми последствиями, осенью 1920 г. в ходе движения за захват фабрик и заводов.

263 ческой деятельности уже не может довольствоваться принципами программы 1892 г., фракция выдвинула требование «насильственного захвата государственной власти, осуществление которой следует целиком возложить на Советы рабочих и крестьян» ¹.

Решения учредительного конгресса Коминтерна также легли в основу раздела платформы, определявшего направление деятельности партии по подготовке социалистической революции: «Партия должна следовать линии, которая намечена в тезисах, предложенных Лениным и принятых на конгрессе III Интернационала в Москве».

Наконец, платформа максималистов предусматривала разрыв «с теми, кто обманывает пролетариат, провозглашая возможность завоевания власти через буржуазный парламент или ратуя за сочетание и сотрудничество орудий господства буржуазии с новыми пролетарскими органами власти». Не ограничиваясь осуждением позиций реформистов, максималистская платформа недвусмысленно признавала, что размежевание с ними не терпит отлагательства: «Если в нашей партии имеются различные концепции, которые мешают совместной работе, то пусть каждый идет своим путем. Нельзя допускать, чтобы из-за ложной любви к согласию возник застой в период, характеризующийся столь бурным развитием и имеющий такое решающее значение для судеб пролетариата».

Таким образом, несмотря на расплывчатость некоторых формулировок, платформа максималистского большинства могла бы послужить исходной позицией для перестройки деятельности партии в соответствии с новыми революционными задачами ². С точки зрения провозглашенных ими программных принципов, максималисты-парламентаристы даже имели преимущество перед крайне левым крылом — фракцией абстенционистов, ибо придерживались более реалистической линии в вопросе об участии социалистов в парламентских выборах.

¹ Здесь и дальше см. платформу фракции максималистов-парламентаристов, опубликованную в «Avanti!» 17. VIII. 1919.

² Отсюда, конечно, не следует, что платформу максималистов можно назвать коммунистической в полном смысле слова. В ней, например, не раскрывалось конкретное содержание понятия диктатуры пролетариата как особой формы классового союза пролетариата и крестьянства, отсутствовало определение движущих сил революции, фактически обходился вопрос о союзниках пролетариата.

264 До съезда сами максималисты-парламентаристы рассматривали отношение к парламентским выборам как единственное яблоко раздора между ними и абстенционистами. На это прямо указывает примечание к платформе максималистской фракции: «Товарищи увидят, что настоящая программа отличается от программы, опубликованной в неаполитанской газете «Il Soviet», только в вопросе об участии в избирательной борьбе»¹.

Истинная причина разногласий между максималистами-парламентаристами и абстенционистами, однако, лежала гораздо глубже. Антипарламентаризм значительной части левого крыла партии был, пусть наивной и догматичной, но легко объяснимой и в известной мере естественной реакцией на теорию и практику реформистского действия и на примиренчество к оппортунистам со стороны максималистского центра,— на то самое «бесхарактерное отношение к оппортунистам-парламентариям, которое, говоря словами Ленина, «с одной стороны, порождает «левый» коммунизм, с другой стороны, до известной степени оправдывает его существование»².

Правда, руководитель фракции Бордига возвел антипарламентаризм в некий непреложный догмат своей политической веры, но это не мешало абстенционизму оставаться симптомом глубинных процессов, происходивших в недрах итальянского социалистического движения. Лозунг антипарламентаризма не сплотил бы вокруг себя и сотой доли своих последователей, если бы в нем не воплощалась для них идея революционного переворота³.

¹ Первоначально платформа максималистов мыслилась как общая программа всех противников реформизма.

³ Тенденция ставить знак равенства между антипарламентаризмом и успешной подготовкой социалистической революции легко прослеживается в статьях Бордиги и других материалах газеты «Il Soviet». «Звать пролетариат к избирательным урнам,— утверж-

265 Следует отметить еще один источник, питавший антипарламентаризм бордигианцев. Даже в момент революционного кризиса Итальянская социалистическая партия по-прежнему ограничивалась рамками деятельности, разрешенной буржуазным законодательством ¹. Это серьезно ослабляло позиции партии, лишало ее доступа к армии, исключало техническую подготовку революции и — последнее по счету, но не по значению,— оставляло рабочий класс, социалистическую партию безоружными в случае контрнаступления реакции, предвестники которого появились уже в начале 1919 г. ²

Для партии, взявшей курс на социалистическую революцию, умелое сочетание легальных и нелегальных форм борьбы приобретало первостепенное значение. Ленин, требовавший беспощадно критиковать тех рабочих вождей, которые не умеют или «не хотят — использовать парламентских выборов и парламентской трибуны по-революционному, по-коммунистически» ³, в то же время предостерегал против одностороннего увлечения легальностью, считая, что «коммунистическая партия», ведущая исключительно легальную работу, не по праву носит свое имя» ⁴.

Главной бедой абстенционистов был не антипарламентаризм сам по себе, а сектантский подход к таким существенным и сложным проблемам, как завоевание политической власти и особенно характер и роль пролетарской партии. Оба вопроса решались Бордигой с жесткой прямолинейностью, исключавшей осмысление и учет множества взаимодействующих факторов, экономических и политических, объективных и субъективных, что является непременным условием правильной революционной стратегии и тактики. Бордига шел не от жизни с ее диалекти-

дал Бордига,— равносильно тому, чтобы заявлять, что у нас нет никаких надежд осуществить революционные чаяния...» («Il Soviet», 26. VI. 1919).

⁴ Ленинский сборник XXXVII, стр. 212.

266 ческими противоречиями, а от схемы. По мысли руководителя абстенционистской фракции, для завоевания власти было достаточно иметь небольшую партию «чистых» коммунистов. Бордигианская схема не оставляла места для борьбы за массовую партию и за союзников пролетариата. Отсюда и пренебрежение легальными формами работы (включая и работу парламентскую), рассчитанными в первую очередь на то, чтобы вырвать массы трудового населения из-под влияния буржуазии и вовлечь их в орбиту влияния пролетарской партии.

В концепции партии как верхушечной организации, которой нет нужды «оглядываться на массы»,— коренной порок бордигианства. Бордига правильно ставил задачу создания очищенной от реформистов коммунистической партии, но он не понимал необходимости собирания революционных сил, завоевания большинства трудящихся на сторону революции. Это можно видеть на примере его отношения к анархо-синдикалистам, которые в этот период, подобно большинству итальянского рабочего класса, тянулись к Коммунистическому Интернационалу. «Следует отметить,— писал он в ноябре 1919 г. в Исполком Коминтерна,— что мы не сотрудничаем с движениями вне нашей партии — анархистами и синдикалистами, так как они придерживаются некоммунистических принципов, противоречащих диктатуре пролетариата» ¹.

Как бы ни были далеки от коммунизма руководители анархо-синдикалистских союзов, но отказываться на этом основании от единства действий с ними в антикапиталистической борьбе значило заведомо идти на ослабление революционных сил. Главное же, абстенционисты распространяли свое вето и на рядовых участников синдикалистского движения, отмахиваясь тем самым от работы среди значительной части итальянских пролетариев, еще не освободившихся от влияния анархо-синдикализма.

Сектантские ошибки абстенционистов затрудняли процесс консолидации революционных элементов также внутри самой социалистической партии. Бордига готов был пойти на выделение одной своей группы в самостоя-

¹ Речь идет о первом, не дошедшем до Москвы письме Бордиги в Коминтерн (10 ноября 1919 г.), которое было перехвачено итальянской полицией. Обширные выдержки из этого письма, сохранившегося в полицейских архивах, приводятся П. Сприано (P. Spriano. Storia del Partito comunista italiano. Da Bordiga a Gramsi. Torino, 1967, p. 38).

267 тельную партию, что, учитывая соотношение сил в ИСП в тот момент ¹, неизбежно должно было привести к самоизоляции группы, к превращению ее в оторванную от рабочего класса секту. Эта угроза была тем более реальной, что абстенционисты почти не имели прочных связей с промышленным севером Италии. Единственным крупным центром сосредоточения фабрично-заводского пролетариата, где они пользовались значительным влиянием, был Турин. И если в период между Болонским съездом и Вторым конгрессом Коминтерна влияние группы «Совет» и ее лидера, тем не менее, заметно выросло, то это следует прежде всего отнести за счет позиции абстенционистской фракции в кардинальном вопросе о разрыве с оппортунистами, необходимость которого становилась все яснее по мере обострения обстановки в стране ². На Болонском съезде абстенционисты выступили в качестве единственной организованной силы, заявившей, что пребывание реформистов в партии несовместимо с ее новой программой. Из числа левых максималистов, впоследствии вошедших в коммунистическую партию, только Э. Дженнари голосовал за исключение правых оппортунистов. Возглавляемая же А. Грамши группа «Ордине нуово», которая занимала наиболее последовательную и четкую марксистско-ленинскую позицию по решающим проблемам итальянского революционного движения, вообще не была представлена на съезде ³. Это объяснялось тем, что до 1920 г. во главе туринской секции ИСП стояли абстенционисты.

¹ Из представленных на Болонском съезде 2068 секций социалистической партии с общим числом членов 87 589 человек абстенционистов поддержали только 67 секций, объединявших в общей сложности 3417 членов (Resoconto stenografico del XVI Congresso nazionale del PSI. Bologna. 5 — 8. X. 1919. Roma, 1920, p. 13).

³ Вошедший в делегацию туринской секции член ординовистской группы А. Таска голосовал за резолюцию максималистского большинства.

268 Своими решениями включить в программу партии пункт о диктатуре пролетариата и присоединиться к Коммунистическому Интернационалу ¹ Болонский съезд ИСП отразил настроения массы социалистов. «Мы правильно истолковали дух партии, настроения наших масс,— говорилось в отчетном докладе правления,— подкрепив это вступление своими делами. Главное же, мы заявили, что нашей целью является эффективное осуществление власти посредством диктатуры пролетариата» ².

Провозгласив своей целью диктатуру пролетариата, итальянские социалисты сделали необходимый шаг к обновлению партии. Именно так расценил результаты Болонского съезда ИСП В. И. Ленин, считая, что «пример итальянской партии будет иметь огромное значение для всего мира» ³. В то же время нежелание ИСП переименовать партию в коммунистическую отнюдь не было формальным моментом. Между решением сохранить старое название и отказом порвать с реформистами, открыто объявившими себя врагами пролетарской диктатуры, существовала очевидная связь.

В этих условиях было ясно, что осуществление принятого съездом курса на диктатуру пролетариата окажется под угрозой, если партия не избавится от оппортунистов. Поэтому Ленин, ознакомившись с итогами съезда, в своем письме товарищу Серрати и итальянским коммунистам вообще (28 октября 1919 г.) заостряет внимание руководителей ИСП на задаче очищения партии: «Нет сомнения, открытые и прикрытые оппортунисты, коих так много в итальянской партии среди парламентариев, постараются обойти решения болоньского съезда, свести их на нет. Борьба с этими течениями далеко не кончена» ⁴.

¹ В Первом конгрессе Коминтерна ИСП не участвовала. Однако уже 19 марта 1919 г. в ответ на полученное от ИККИ приглашение правление партии 10 голосами против 3 постановило выйти из Международного социалистического бюро и добиваться «образования революционного социалистического Интернационала в соответствии с принципами, сформулированными русскими товарищами-коммунистами» («Avanti!» 20. III. 1919).

Сами реформисты не скрывали своих намерений саботировать решения съезда, в том числе и те, за которые они были вынуждены голосовать, в частности, постановление о вступлении в Коминтерн.

269 Но уже на этом раннем этапе Ленин предостерегает итальянских социалистов и против левого революционаризма — опасности неподготовленного выступления. Ленин подчеркивает, что непременным условием победы социалистической революции является привлечение на ее сторону не только всего промышленного и сельского пролетариата, но и мелкого крестьянства. Необходимость решения поднятых в ленинском письме коренных проблем (о размежевании с правыми оппортунистами и о союзниках пролетариата в борьбе за власть) признавалась и руководством итальянской партии. В докладе Исполкому Коминтерна накануне Второго конгресса Серрати писал: «Очень большую пользу принесло нам письмо тов. Ленина, которое оказалось настолько отвечающим нашим условиям, что многие подозревали, будто оно написано не Лениным, а нами, итальянскими социалистами; указания, даваемые в этом письме, вполне соответствовали и нашим условиям и намеченной партией программе»¹.

Однако максималистское большинство социалистической партии не сделало практических выводов из ленинского письма. Исходя из ложно понятого принципа единства партии (осужденного в их же собственной платформе), максималисты отказывались порвать с реформистским крылом ИСП. Им оставалась чуждой ленинская мысль о том, что готовить диктатуру пролетариата значило в первую голову «выделять реформистов; разобла-

¹ «Коммунистический Интернационал», 1920, № 12, стр. 2102 — 2103. После Второго конгресса Коминтерна Серрати, в пылу полемики, сделал попытку отречься от собственной оценки ленинского письма. Ссылаясь на некоторые ошибки, допущенные в русском переводе доклада, лидер максималистов иронизировал по поводу незнания Коминтерном действительной обстановки в Италии (см. «Comunismo», 1920, N 24, p. 1627). Поэтому представляется важным привести здесь выдержки из примечания, которым Серрати сопроводил письмо при его опубликовании в «Comunismo» в декабре 1919 г. Нами, писал Серрати, получено «письмо Ленина, которое, хотя и шло почти два месяца, кажется написанным сегодня, настолько ясно и здраво оно оценивает объективные факты. «Comunismo» считает себя обязанным воспроизвести это письмо, ибо оно представляет собой подлинное и решающее свидетельство тесного братского согласия, которое всегда царило и царит — невзирая на все трудности общения — между коммунистами России и нами... Письмо Ленина очень помогло и помогает прояснить ситуацию и рассеять предубеждения и искаженные представления» («Comunismo», 1919, N 5, p. 408).

270 чать их систематически; разъяснять массам ошибки и слабости их. Иначе не подготовиться к диктатуре пролетариата» ¹.

Немалая вина за ошибки руководства ИСП лежала лично на Серрати. Бесспорно самый популярный и авторитетный из социалистических деятелей тех лет, искренне преданный интересам рабочего класса, Серрати, однако же, не обладал качествами, необходимыми для руководителя марксистской партии, особенно в условиях революционной ситуации. Поддержка идеи диктатуры пролетариата уживалась у него с равнодушием к теории, к разработке стратегии и тактики социалистической революции, осуждение буржуазного реформизма — с недооценкой правооппортунистической опасности в рядах собственной партии. Даже преданность социалистической партии оборачивалась у Серрати слепотой в отношении ее слабостей. Непоследовательность политической линии Серрати, так ясно обнаружившаяся на Втором конгрессе Коминтерна, коренилась в его попытках занять промежуточную позицию между правым и левым крылом партии, что приводило ко все углублявшемуся разрыву между революционным словом и центристской практикой.

В первые месяцы после Болонского съезда Серрати продолжает декларировать свою полную солидарность с линией Ленина, Коминтерна, резко полемизировать с реформистами. Так, 28 октября 1919 г. на проходившем в Милане конгрессе рабочих химической промышленности, который вылился в бурную демонстрацию солидарности с Советской Россией, Серрати, возражая Д’Арагона, Турати и другим представителям реформистского течения, заявляет, что жизнь полностью подтвердила правоту Ленина и несостоятельность реформизма. «Здесь делалась попытка провести различие между социалистами-реалистами и такими социалистами, которые только и умеют, что размахивать флагами. Если такое сравнение дозволено, то мы должны констатировать, что на свете нет и не было большего реалиста, чем Ленин... И никто так не любит размахивать флагами, как те, которые сейчас присутствуют при полном крахе своих реформистских утопий» ². В полемике с Турати на страницах журнала «Comunismo» Сер-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 441.

² «Avanti!» 29.X.1919.

271 рати фактически бросает лидеру итальянских оппортунистов обвинение в идеологическом пособничестве буржуазии ¹.

И все же Серрати не решался порвать с реформистами. Напротив, в его высказываниях, а еще больше в практической деятельности, все явственнее сквозило стремление сохранить фикцию единства партии ценой умиротворения реформистов. Это нашло свое отражение уже в ходе подготовки ко Второму конгрессу Коммунистического Интернационала.

Первые попытки установления непосредственных контактов с Коминтерном были предприняты Итальянской социалистической партией еще весной 1919 года. Вынеся решение о присоединении к новому Интернационалу, правление ИСП одновременно постановило направить в Москву секретаря социалистической парламентской фракции О. Моргари. В письме на имя работника Коминтерна Н. М. Любарского Моргари следующим образом извещал о своих полномочиях и намерениях: «Я приеду в Россию как официальный делегат Итальянской социалистической партии, которая продолжает считать меня своим «красным послом», несмотря на некоторые разногласия во мнениях. В качестве официального делегата мне поручено сообщить о том, что центральные органы партии, почти все ее члены и большинство сознательного пролетариата Италии с энтузиазмом, признательностью и безоговорочно (подчеркнуто автором. — Д. К.) присоединяются к большевизму» ². В письме также сообщалось о принятом ИСП решении вступить в Коммунистический Интернационал. Письмо Моргари было переслано Ленину, который в речи от 17 апреля 1919 г. упомянул об этом факте, сообщив, что известный итальянский социалист Моргари от имени Итальянской партии прислал «самый горячий привет русским товарищам и Советской власти» ³.

¹ Вот, например, какую оценку дал Серрати речи Ф. Турати на конгрессе рабочих химической промышленности: «Своей последней речью... Филиппо Турати снискал больше аплодисментов у буржуазных газет, чем у слушавших его рабочих. Консервативная печать не замедлила использовать его выступление. Она взяла на вооружение его аргументацию против большевизма...» («Comunismo», 1 — 15. XI. 1919, p. 179).

³ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 38, стр. 318.

272 В ответ на это приветствие В. И. Ленин 19 августа 1919 г. направил Серрати и Лаццари короткое письмо, в котором, благодаря за добрые пожелания и указывая на почти полное отсутствие информации из Италии (особенно документов), отмечал: «Однако то немногое, что мы знаем, доказывает нам, что мы с вами — против бернского желтого Интернационала...» ¹.

В течение года (до отъезда в Россию итальянской делегации в мае 1920 г.) руководство Итальянской социалистической партии не возобновляло попыток назначить нового «красного посла» в Москву. Однако после присоединения ИСП к Коминтерну установление личных контактов превращалось в необходимое условие ее реального участия в работе Интернационала. Поэтому ИККИ, со своей стороны, настойчиво искал пути налаживания связей.

Первым «курьером Коминтерна», которому удалось добраться до Италии непосредственно из России, был Н. М. Любарский, прибывший к концу лета 1919 г. в Милан, где он затем жил под фамилией Никколини. Не исключено, что он и привез итальянским социалистам ответ Ленина ². Любарский установил тесную связь с руководством ИСП и деятельно сотрудничал в социалистической печати. Им, в частности, были переведены на итальянский язык и опубликованы в «Avanti!», «Comunismo» и других социалистических изданиях некоторые работы Ленина и документы Коминтерна, что способствовало ознакомлению итальянских революционеров с ленинскими идеями ³. Это была форма конкретной помощи Коминтерна Итальянской социалистической партии,— помощи, в которой партия

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, стр. 150.

³ Уже в первом номере «Comunismo», выходившего в Милане под редакцией Серрати, были напечатаны принятый I конгрессом «Манифест Коммунистического Интернационала к пролетариям всего мира», статья Ленина «Пролетарская революция и ренегат Каутский», выдержки из книги корреспондента английской газеты «Дейли ньюс» А. Рансома «Шесть недель в России» о его беседах с Лениным (см. «Comunismo», 1. X. 1919).

273 нуждалась и на которую она, несомненно, рассчитывала¹. В первые месяцы своего существования журнал сыграл положительную роль также в идеологической борьбе с реформизмом. Ленин, ознакомившись (весной 1920 г.) с первыми четырьмя книжками «Comunismo», назвал его прекрасным журналом².

Весь 1919 г. контакты между Коминтерном и итальянскими социалистами, однако, оставались нерегулярными. Перелом наступил в начале 1920 г., когда в связи с улучшением внешнеполитического положения Советской республики двусторонний поток информации начал заметно шириться.

В полемике с Коминтерном, развернувшейся после Второго конгресса, Серрати не раз ссылался на то, что, выезжая в Москву, члены итальянской миссии не знали, что им придется участвовать в конгрессе, а потому и не имели согласованной позиции по основным вопросам повестки дня. Факты, однако, дают основание утверждать, что точка зрения Ленина, Коминтерна по принципиальной проблеме размежевания с реформистами была хорошо известна руководству Итальянской социалистической партии.

Доказательством может служить то, что в воззвании, подписанном представителем Коминтерна В. Деготем и Е. Соколовской³, в качестве одной из главных задач, стоявших перед Итальянской социалистической партией, выдвигалась задача «решительно разрушить иллюзии реформизма и парламентаризма, так как вести пролетариат по этому пути означало бы сделать его прислужником буржуазии; вести решительную борьбу с оппортунистическими и реформистско-социал-патриотическими течениями; избавиться от всех элементов, которые могут сделаться ненужным и даже вредным балластом в революционной борьбе»⁴.

¹ В программном заявлении, которым открывался первый номер журнала, подчеркивалось, что целью этого издания является изучение «при бдительном и искреннем сотрудничестве товарищей из Третьего Интернационала» наиболее быстрого пути к конечной цели пролетариата («Comunismo», 1919, N 1, p. 2).

⁴ «Avanti!», 8. II. 1920. Цит. по кн.: В. А. Деготь. Под знаменем большевизма. М., 1933, стр. 337.

274 Наряду с этим в воззвании содержался призыв к итальянским социалистам назвать свою партию коммунистической и тем подтвердить свой разрыв с социал-демократизмом II Интернационала, крепить действенную солидарность с Советской Россией, усилить пропаганду коммунистических идей, во что бы то ни стало добиться отправки в Москву партийной делегации, чтобы «окончательно разрушить стену, воздвигнутую всемирной буржуазией между русским и западным пролетариатом...» ¹.

Комментируя воззвание, «Avanti!» заявила, что ИСП разделяет все его положения за исключением пункта о переименовании названия партии. Интересно, однако, что, по воспоминаниям Деготя, Серрати противился опубликованию документа и уступил только настояниям других членов руководства ².

Изучение выступлений Серрати, относящихся к первой половине 1920 г., позволяет констатировать, что уже на этом этапе лидер максималистского большинства пытался приглушить борьбу с реформизмом в собственной партии, то есть вел по существу центристскую линию. Борьба Коминтерна с правыми оппортунистами толковалась им как направленная исключительно против тех партий, руководство которых во время войны открыто встало на почву шовинизма, а это, мол, не относилось к ИСП. Но Серрати делает еще один шаг вправо и заявляет, что, по существу, в ИСП вообще нет оппортунистов, что Турати «голосовал против войны не только как пацифист, но и как социалист, как враг всякого буржуазного оппортунизма» ³, и, стало быть, его не за что исключать из партии. Признавая, что в ряде социал-демократических партий имеются реформисты, Серрати в то же время недооценивал реформистскую опасность в рядах партий, уже заявивших о присоединении к Коминтерну.

А такая опасность была весьма серьезной и в ИСП. Об этом свидетельствовали усилившиеся атаки группы Турати — Модильяни против линии Коминтерна.

Один из активных деятелей правого крыла ИСП К. Прамполини 7 марта 1920 г. выступил в буржуазной газете с очередными нападками на большевиков и принцип диктатуры пролетариата. Отвечая на критику этой

¹ В. А. Деготь. Под знаменем большевизма, стр. 336.

³ Второй конгресс Коминтерна. М., 1934, стр. 244.

275 статьи, Прамполини писал, что он «против диктатуры вообще» ¹, что он-де не выступает за свержение власти большевиков, а лишь за устранение «диктаторской структуры».

На заседании Национального совета партии в Милане 19 апреля Турати открыто потребовал отказа от решений Болонского съезда, настаивал на выходе из III Интернационала, предрекал поражение Советской власти в России, угрожал расколом партии. И снова руководители партии говорили о том, что «было бы преступлением разбить единство партии» ², не желая видеть, что единство с оппортунистами вело к параличу партии.

Сползание Серрати и его сторонников к центризму серьезно затрудняло борьбу за очищение ИСП от реформистских, идущих на соглашение с буржуазией элементов. Борьба с центризмом явилась таким образом неизбежным спутником решительной борьбы за размежевание с группой Турати — Модильяни — Тревеса.

Усиление центристских тенденций в политике Серрати проявилось и в изменившемся тоне его дискуссий с левым крылом партии. Возражая против требования левых группировок исключить реформистов, Серрати все чаще оперировал заимствованными у реформистов доводами. Партия, по его мнению, не нуждалась ни в каком обновлении. Напротив, она обладала всем необходимым и достаточным, чтобы в недалеком будущем совершить победоносную революцию. Силы для этого, утверждал Серрати, налицо. «Это — наша партия, которую мы хотим видеть не расколотой, а более дисциплинированной, более сплоченной, более активной... Это — Всеобщая конфедерация труда, пролетарские кооперативы, все те организации, которые создавались нами упорным трудом на протяжении стольких лет...» ³. При этом Серрати закрывал глаза

¹ «Comunismo», 1920, N 14.

Точно такие аргументы в обоснование своих взглядов приводил Модильяни. Выступая на заседании Национального совета ИСП, состоявшемся в конце апреля 1920 г. в Милане, он признал наличие революционной ситуации, но при этом заявил, что существующие организации рабочего класса «вполне доросли до совершения итальянской революции», и попытка найти какие-либо другие формы представляется излишней и даже может «повредить социалистической партии» (ЦПА ИМЛ, ф. 513, оп. 1, ед. хр. 21, л. 40).

276 на то, что в названных им массовых организациях рабочего класса верховодили убежденные противники революции, от которых было наивно ждать поддержки социалистического движения, нацеленного на установление диктатуры пролетариата. Революционная фраза о насильственном взятии власти пролетариатом прикрывала оппортунистическую по своей сути политику ориентировки на организации, ни идейно, ни практически не готовые вести трудящихся на борьбу за ниспровержение капиталистического строя.

Между тем в атмосфере нараставшего революционного подъема ¹ давление левого крыла, которое настаивало на немедленном радикальном разрыве с реформистами и перестройке работы партии, становилось все ощутимее.

Рост влияния последовательно революционных течений в партии был тесно связан с деятельностью туринской группы «Ордине нуово». Уже ее первые шаги показали твердую решимость ординовистов отмежеваться от традиционного социал-демократического «хвостизма», остававшегося неизжитой болезнью Итальянской социалистической партии. Едва успев возникнуть ², группа взяла курс на соединение революционной теории с рабочим движением, на превращение партии из организации, которая не столько вела массы, сколько тянулась за их стихийным движением, в сплоченный боевой авангард, способный воз-

¹ Одним из наглядных показателей обострения революционного кризиса явилось стремительное расширение забастовочного движения, вовлекавшего все новые отряды трудящихся. Январь 1920 г. ознаменовался первой в истории Италии забастовкой почтово-телеграфных служащих, а также массовой стачкой железнодорожников, в которой приняли участие более 70 тыс. человек. В марте вспыхнули забастовки рабочих и служащих государственных предприятий (в том числе рабочих арсеналов). В том же месяце забастовали сельскохозяйственные рабочие Брешии, Пармы, Феррары. В мае их примеру последовали батраки Падуи, Вероны, Бергами. К январю относится и начало применения рабочими новой формы борьбы — захвата фабрик и заводов, инициаторами которого выступили металлисты и текстильщики Туринской провинции. «Нет никакого сомнения, что кризис (революционный. — Д. К.) продолжался»,— констатируют итальянские историки Л. Сальваторелли и Г. Мира (L. Salvatorelli e G. Mira. Storia d'Italia nel periodo fascista. Torino, 1961, p. 176).

² Группа «Ордине нуово» образовалась в мае 1919 г. на основе части туринской секции ИСП. Другая ее часть примкнула к абстенционистам.

277 главить борьбу пролетариата за власть, дать ему ясную цель и средства для ее достижения. Ведущая роль в постановке и разработке проблем пролетарской революции в Италии принадлежала Антонио Грамши.

«Первый большевик итальянского рабочего движения», как назвал его Тольятти ¹, Грамши горячо приветствовал Октябрьскую социалистическую революцию, творчески подошел к ее опыту, стремясь осмыслить его, взять из него общезначимое, применимое в конкретно-исторических условиях своей страны. «Следует подчеркнуть,— отмечает итальянский историк-марксист Э. Сантарелли,— что Грамши был первым в Италии политическим деятелем, который извлек серьезный урок из Октябрьской революции и сделал это в момент, когда положение в стране стало особенно критическим... До него ни один итальянский социалист не обладал такой стройной системой взглядов по отношению к величайшему событию мировой истории и по отношению к деятельности и творческой мысли Ленина» ². Углубленное изучение ленинизма,— в первую очередь того нового, что Ленин внес в стратегию и тактику социалистической революции,— в сочетании с трезвым анализом обстановки в Италии и положением внутри ИСП позволили Грамши и его ближайшим соратникам (П. Тольятти, У. Террачини) наиболее четко и верно наметить пути решения кардинальных проблем, которые стояли перед партией итальянского пролетариата. Существенную роль сыграл при этом опыт идеологической и организационной работы группы «Ордине нуово» непосредственно в среде туринского рабочего класса.

В 1919 — 1920 гг. рабочее движение в Турине характеризовалось рядом особенностей, которые, по образному выражению Грамши, сделали этот город «Петербургом итальянской пролетарской революции» ³. Сосредоточенный в основном на крупных промышленных предприятиях, туринский пролетариат отличался боевым духом, ясно выраженными социалистическими стремлениями. Не удивительно, что выдвинутая еженедельником «L'Ordine nuovo»

¹ П. Тольятти. Избранные статьи и речи. Т. I. М., 1965, стр. 209.

³ «L'Ordine nuovo», Torino, Einaudi, 1954, p. 179.

278 идея об освобождении фабрично-заводских комиссий¹ от ограничений, навязанных им предпринимателями, преобразовании этих комиссий в фабрично-заводские советы как своего рода опорные пункты будущей пролетарской власти нашла горячий отклик на туринских заводах. «Фабрично-заводские советы очень быстро привились,— писал Грамши в докладе Исполкому Коминтерна в июле 1920 г. — Эта форма организации коммунистического типа была сразу принята массами, сплотившимися вокруг исполнительных комитетов и решительно поддерживавшими их в борьбе с капиталистической автократией»². Наперекор сопротивлению предпринимателей и профсоюзной бюрократии фабрично-заводские советы под руководством социалистов добились существенных прав, установив контроль над производственной и финансовой деятельностью администрации. Вокруг лозунга фабрично-заводских советов объединились не только социалисты, но и значительная часть беспартийных рабочих и даже анархистов, что представляло собой большой шаг к сплочению всех революционных элементов рабочего класса при обеспечении руководящей роли пролетарской партии. Эти советы внесли цементирующий элемент в забастовочное движение, выступая как штабы, на деле доказавшие свою способность быстро мобилизовать и бросить в бой пролетарскую армию.

Туринское движение было встречено в штыки не только реформистскими вождями Всеобщей конфедерации труда, но и максималистским руководством ИСП, которое обвиняло ординовистов в синдикализме и противопоставлении лозунга фабрично-заводских советов понятию «Советской власти». Враждебное отношение руководителей ИСП к «туринскому эксперименту» в полной мере сказалось во время грандиозной битвы пролетариата в защиту фабрично-заводских советов в апреле 1920 г. Стачка в Ту-

¹ Первые фабрично-заводские комиссии возникли на некоторых металлургических заводах Турина в 1906 г. В отличие от профсоюзов, сохранивших цеховой принцип построения, комиссии выступали как представители всех рабочих данного предприятия. (Подробнее о фабрично-заводских комиссиях см. Б. Р. Лопухов. Образование Итальянской коммунистической партии. М., 1962, стр. 59 — 71).

² А. Грамши. Избранные произведения. Т. I. М., 1957, стр. 239. Доклад Грамши был опубликован в № 14 журнала «Коммунистический Интернационал» под названием «Коммунистическое движение в Турине».

279 рине вскрыла на наглядном примере капитулянтство реформистов и несостоятельность позиций центристского руководства ИСП по отношению к борьбе масс, его полную беспомощность, неспособность отрешиться в новой обстановке от укоренившихся социал-демократических взглядов и представлений, а тем самым — и назревшую потребность в коренной перестройке партии.

Опыт туринского движения нашел свое обобщенное отражение в докладе «За обновление социалистической партии», представленном Грамши Национальному совету ИСП от имени туринской секции в мае 1920 г. Документ ординовистов пронизан ленинскими идеями о роли подлинно коммунистической партии, которая всегда должна быть тесно связана с конкретной классовой борьбой промышленного и сельскохозяйственного пролетариата; должна стать вождем и мозгом борющихся масс. Доклад резко критикует Итальянскую социалистическую партию, которая и после Болонского съезда «продолжала оставаться чисто парламентской партией, застывшей в тесных рамках буржуазной демократии, реагирующей лишь на внешние проявления политики правящей касты; она не имела своего лица, она не приобрела качеств, присущих партии революционного пролетариата, и только такой партии» ¹. Партия, подчеркивалось в докладе, всегда должна быть тесно связана с классовой борьбой, которую ведет пролетариат, она должна понимать особенности различных ее этапов, чтобы «быть в состоянии давать общую, отвечающую конкретным условиям директиву всему движению в целом» ². Это был первый документ в истории итальянского социализма, конкретно формулировавший задачу превращения партии из регистратора событий в организатора и вождя борьбы трудящихся масс.

Первостепенное значение имела также постановка вопроса о необходимости сплочения всех сторонников крутого перелома в политике социалистической партии. Туринская секция «поставила перед собой цель достигнуть соглашения со всеми группами, которые будут созданы во всех секциях для обсуждения и одобрения этих положений. Это соглашение должно сопровождаться организационными мероприятиями, которые позволили бы подгото-

¹ «L'Ordine nuovo», 8. V 1920. Цит. по: А. Грамши. Избранные произведения. Т. I, стр. 160.

² А. Грамши. Избранные произведения. Т. I, стр. 160.

280 вить в кратчайший срок созыв партийного съезда для обсуждения вопросов тактики и организации пролетариата, а до созыва съезда — контролировать деятельность исполнительных органов партии» ¹.

Это было одно из проявлений процесса углублявшейся поляризации сил внутри ИСП. Проходившая 8 — 9 мая во Флоренции конференция абстенционистской фракции также высказалась за объединение всех групп, стоявших на почве коммунистической программы. Однако в отличие от группы «Ордине нуово» абстенционисты ориентировались не на подготовку общепартийного съезда, а на немедленный раскол партии, хотя возможности борьбы за внутрипартийное большинство еще далеко не были исчерпаны. Об этом недвусмысленно говорилось и в зачитанном на конференции обращении Западноевропейского секретариата Коминтерна, которое подчеркивало важность образования партии на основе объединения всех левых течений в ИСП. «В предстоящих решающих боях в Италии на плечи коммунистической (или социалистической) партии ложится огромная, тяжелая задача: подготовиться к взятию власти... Гарантией успеха революции с наименьшими потерями для пролетариата является существование сильной, прозорливой, мужественной коммунистической партии. Задача вашей фракции... оставаться в рядах социалистической партии в качестве силы оппозиции, критики, контроля, пока предстоящие в близком будущем события не ликвидируют ваши мелкие разногласия типа абстенционизма и не объединят все здоровые, подлинно коммунистические и революционные силы итальянского пролетариата в коммунистической партии, которая приведет пролетариат к завоеванию власти и установлению Итальянской Советской республики» ².

К такой точке зрения склонялось также левое крыло максималистов, которое выступало за размежевание с реформистами ³. Присутствовавшие на конференции абстенционистов в качестве наблюдателей левые максималисты Э. Дженнари и Ф. Мизиано заявили, что они считают рас-

¹ А. Грамши. Избранные произведения. Т. I, стр. 165.

³ На апрельском заседании Национального совета ИСП Ф. Мизиано внес проект резолюции об исключении реформистов. Хотя резолюция была отклонена, но она собрала уже 30 тыс. голосов по сравнению с 3417, поданных за аналогичное предложение абстенционистов на Болонском съезде.

281 кол несвоевременным и призвали все левые группировки совместно бороться за переход партии на подлинно коммунистические позиции.

Руководство ИСП, которое не оказало никакой поддержки туринской забастовке, осудив ее как «акт сепаратизма и недисциплинированности» и обвинив ординовистов в том, что они посягнули на права профсоюзов и потому несут ответственность за поражение стачки, попросту отмахнулось от проблем, поднятых в докладе Грамши. Судя же по составу делегации, выехавшей 25 мая в Москву, оно также не собиралось выносить эти наболевшие вопросы на обсуждение Коминтерна.

3 апреля 1920 г. правление ИСП постановило послать в Россию «по согласованию с другими политическими и профсоюзными организациями... технико-политическую миссию для изучения функционирования коммунистического режима, созданного Лениным» ¹. Следовательно, по мысли руководящих деятелей партии, поездка должна была преследовать информационные цели. Но и в этом случае состав делегации выявляет определенную тенденцию. От руководства ИСП в делегацию вошли Д. М. Серрати и В. Вачирка; от социалистической парламентской группы — А. Грациадеи, Д. Рондани, Н. Бомбаччи; от Генсовета ВКТ — Л. Д’Арагона, Дж. Бианки, Э. Коломбино, Э. Павирани; от Национального совета кооперативов — Э. Дугони, Ф. Поццани, Г. Нофри; от Союза социалистической молодежи — Л. Полано ². Таким образом, из 12 членов делегации пятеро (Д’Арагона, Коломбино, Дугони, Рондани Павирани) принадлежали к реформистскому крылу партии, двое (Серрати, Вачирка) стояли на центристских позициях, Нофри же вообще не был членом ИСП, а входил в так называемую реформистскую социальную партию. Если вспомнить, что за реформистами шло явное меньшинство ИСП, то процент их в делегации представляется неправо-

¹ Almanaco socialista italiano (1920). Milano, 1921, p. 46.

Сведения Сприано о том, что все названные члены делегации одновременно выехали в Москву, являются, однако, неточными. Рондани отправился из Италии не ранее 14 июня (о чем свидетельствует помеченное этим числом письмо Э. Дженнари, которое он привез Ленину), а Л. Полано еще находился в Стокгольме 27 июня, то есть, когда вся делегация уже была в Москве (ЦПА ИМЛ, ф. 481, оп. 1, ед. хр. 72, л. 1). См. Второй конгресс Коминтерна, стр. 621.

282 мерно большим. В то же время в ней совершенно не были представлены крупнейшие провинциальные организации, в том числе самая многочисленная и боевая из них — организация Туринской провинции ¹.

Руководство ИСП также не нашло нужным ввести в состав миссии представителя от «официально признанной» абстенционистской фракции. Бордига был делегирован на конгресс уже после решения о его созыве.

Крен руководства Итальянской социалистической партии к центризму не укрылся от внимания Коминтерна. К моменту прибытия итальянских делегатов у ИККИ не оставалось сомнений в том, что ИСП еще не стала подлинно коммунистической партией. Раздираемая фракционной борьбой, ослабляемая деятельностью малочисленного, но активного реформистского крыла, ИСП явно сделала шаг назад, так как ее максималистское руководство своей примиренческой позицией создало заслон на пути к избавлению от реформистского балласта.

В. И. Ленин и Коминтерн были достаточно информированы о позициях максималистского большинства ИСП в принципиальных вопросах, среди которых на первом месте стояла проблема отношения к правооппортунистическому течению. После апрельской забастовки туринского пролетариата и резкого осуждения ее большинством Национального совета ИСП, порочность позиции Серрати и его единомышленников стала очевидной.

В основной части книги «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» В. И. Ленин, не разбирая специально вопрос об итальянских реформистах, упоминает о них как о людях, которые перепевают знакомый старый мотив оппортунистов II Интернационала и, находясь «в партии, признавшей Советскую власть и диктатуру пролетариата, остаются членами парламента и продолжают свою вреднейшую, старую, оппортунистическую политику». Ленин замечает в этой связи, что «терпя это, тов. Серрати и вся Итальянская социалистическая партия делают ошибку, которая грозит таким же глубоким вредом и опасностью, как в Венгрии, где венгерские господа Турати саботировали извнутри и партию, и Советскую власть» ². Основная

¹ По данным на сентябрь 1920 г., Туринская провинциальная организация ИСП насчитывала 12 285 членов (см. Bolletino dell'ufficio stampa del Partito socialista italiano, 13. X 1920, p. 1).

² В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 50.

283 часть книги была закончена 27 апреля 1920 г. Но спустя несколько дней Ленин возвращается к этому вопросу, чтобы вновь проанализировать природу итальянского реформизма. 5 мая Владимир Ильич пишет заместителю народного комиссара по иностранным делам Л. М. Карахану: «Очень прошу Вас добыть мне «Manchester Guardian» от 16/III с интервью из Рима (с Турати)...», а 10 мая поручает секретарю достать некоторые номера «Avanti!» и «Comunismo» ¹. Плодом изучения упомянутого интервью и других материалов явился третий раздел добавления к «Детской болезни «левизны» в коммунизме», где Ленин подтверждает свою оценку реформистского течения в ИСП. Идеи и политическая работа Турати, Тревеса, Модильяни, Дугони и прочих реформистов, говорит Ленин, их призывы к рабочим соблюдать дисциплину труда, т. е. воздерживаться от борьбы против капиталистической эксплуатации, есть сплошное социал-предательство. В этом же тоне пропаганды идей классового сотрудничества выдержано и интервью Турати корреспонденту английской буржуазной газеты, которое превосходно подтвердило правильность требования группы «Совет», чтобы «Итальянская социалистическая партия, если она хочет быть на деле за III Интернационал, с позором выгнала из своих рядов господ Турати и К⁰ и стала коммунистической партией как по названию, так и по делам своим» ².

Логично предположить, что попытки максималистских деятелей балансировать между идеологически несовместимыми течениями в ИСП сыграли не последнюю роль в решении ИККИ вынести на рассмотрение международного коммунистического форума вопрос об отношении к новым течениям «центра», который не фигурировал в первоначальном постановлении о созыве Второго конгресса, принятом 22 апреля 1920 г. ³.

¹ Ленинский сборник XXXVII, стр. 200, 203.

³ В конце мая ИККИ уже получил от своего представителя обстоятельную информацию об апрельском пленуме Национального совета ИСП, в ходе которого отчетливо проявилась тенденция максималистского большинства замазывать остроту противоречий между революционным и реформистским направлениями. Почувствовав благоприятную обстановку, созданную примиренчеством максималистов, реформисты яростно атаковали решения Болонского съезда, настаивали на выходе из Коминтерна и отказе от принципа диктатуры пролетариата. Турати пытался подкрепить

284 Еще до открытия конгресса Исполком Коминтерна и лично Ленин положили немало труда, чтобы на основе анализа объективных фактов убедить Серрати в ошибочности политики максималистского большинства, показать, какими тяжелыми последствиями для судеб пролетарской революции в Италии чревата центристская политика «братания» с оппортунистами. С этой целью Ленин продолжает изучать итальянскую социалистическую печать. 18 июня он просит А. М. Геллера составить точную опись имеющихся итальянских материалов, а также перевести наиболее важные документы, доказывающие «отступление реформистов (и Турати с К⁰ особенно) от дисциплины и решений» ¹. Вероятно, эти документы были использованы Лениным в его выступлении на заседании ИККИ на следующий же день, 19 июня 1920 г. ². Как сообщалось в газетном отчете, Ленин вскрывает «всю гнилость туратианского крыла итальянской партии, которое мешает всей партии занять вполне правильную линию» ³.

В середине 1920 г. пробным камнем, на котором проверялась коммунистическая сущность пролетарской партии, являлось уже не только и не столько ее отношение в прошлом к империалистической войне, сколько стратегические и тактические принципы, которыми партия руководствовалась в классовой борьбе, и реальное претворение этих принципов в действительность. Ленин снова и снова подчеркивает значение революционной работы в толще эксплуатируемых масс, что всегда было ахиллесовой пятой большинства партий II Интернационала, включая и партию итальянских социалистов. Признавать на деле диктатуру пролетариата, говорил Ленин в той же речи, это значит повседневно в пропаганде, агитации, выступлениях готовить пролетариат к взятию власти, к подавлению всех и всяческих его противников. Терпимость к реформистам, которых Серрати в своем докладе Второму конгрессу Коминтерна сам охарактеризовал как сторонников классового сотрудничества, упорно боровшихся против принципа про-

свои требования ссылкой на то, что «Советская власть в России близка к краху» (ЦПА ИМЛ, ф. 513, оп. 1, ед. хр. 21, лл. 40 — 41).

³ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 152.

285 летарской диктатуры¹, вела к отказу от практической революционной деятельности.

26 июня состоялась беседа Ленина с итальянскими делегатами². Запись ее отсутствует, но из сообщения итальянской газеты «Il Comunista» (органа образовавшейся осенью 1920 г. коммунистической фракции ИСП) известно, что Ленин снова убеждал Серрати в необходимости отсечь реформистское крыло, которое заражало партию настроениями пассивного выжидания и капитулянтских уступок буржуазии³.

Реакция Серрати была целиком отрицательной: он не только не хотел и слышать об исключении реформистов, но и попытался не допустить сторонников этой меры к участию в конгрессе. По получении обращения ИККИ о созыве Второго конгресса Э. Дженнари, избранный к этому времени генеральным секретарем ИСП, телеграфировал, что Итальянскую социалистическую партию будут представлять Д. М. Серрати (глава делегации), А. Грациадеи, Н. Бомбаччи. Позже к ним присоединились А. Бордига и Л. Полано, получившие специальные приглашения ИККИ. Несмотря на решение руководства ИСП, Серрати усиленно добивался изменения состава делегации, в частности, включения в нее В. Вачирки. Серрати также настоял на том, чтобы Бордиге было предоставлено только право совещательного голоса. И даже после того, как делегация была окончательно сформирована, глава ее обратился к руководству ИККИ с просьбой выдать мандаты делегатов с правом совещательного голоса не только Вачирке, но также Д’Арагона, Коломбино и Павирани, т. е. представителям реформистского крыла⁴.

¹ См. Доклады Второму конгрессу Коммунистического Интернационала, стр. 85 — 86.

Просьба Серрати была удовлетворена. Д’Арагона даже вошел в комиссию конгресса по профессиональному движению. По всей видимости, ИККИ в этот момент еще надеялся на возможность эволюции влево таких деятелей реформистского толка, как Д’Арагона и Коломбино. Лишь в ходе конгресса, 28 июля 1920 г., мандатная комиссия приняла решение лишить всех четверых ранее выданных им мандатов (Второй конгресс Коминтерна, стр. 618).

286 История с формированием итальянской делегации примечательна в двух отношениях: как мерило шаткости политической линии Серрати, а тем самым максималистского центра вообще, и в качестве симптома дальнейшего углубления разногласий в рядах самих максималистов. Левый их фланг во главе с Дженнари и Мизиано все настойчивее требовал перехода от лозунгов к практическим действиям. Характерную картину в этом смысле дает сопоставление двух документов: письма Дженнари Ленину от 14 июня 1920 г. и доклада Серрати Второму конгрессу. При сходстве или даже совпадении отдельных моментов (констатация революционности положения в стране; выражение уверенности в том, что в решительном бою с буржуазией партия окажется на высоте своих задач) эти документы, написанные почти одновременно, существенно отличаются друг от друга в принципиальном вопросе об отношении к правооппортунистической опасности. У Серрати мы снова видим желание приуменьшить реформистскую опасность в ИСП, убедить ИККИ, что «в своих политических действиях реформисты подчиняются партийной дисциплине и ориентируются с каждым днем все более влево...» ¹. Дженнари, напротив, от имени руководства партии заверяет Ленина, русских коммунистов в том, что Итальянская социалистическая партия «присоединилась к III Интернационалу с полным пониманием принимаемых на себя обязательств», к числу которых Дженнари в первую очередь относит борьбу со всеми социал-демократическими уклонами и реформистскими иллюзиями ².

В силу идейной разноголосицы в самой партии итальянская делегация,— в которой были представлены наряду с максималистским руководством также левые максималисты и абстенционисты,— естественно, не выступала на конгрессе единым фронтом. По той же причине делегация не сумела договориться о выделении своих представителей в большинство комиссий конгресса. В итоге вклад итальянцев в работу комиссий оказался более чем скромным, и борьба различных направлений в ИСП была перенесена на пленарные заседания конгресса.

Это относится прежде всего к обсуждению условий приема в Коммунистический Интернационал. Выступление

¹ Доклады Второму конгрессу Коммунистического Интернационала, стр. 86.

² ЦПА ИМЛ, коллекция необработанных материалов.

287 Серрати по этому вопросу не внесло ничего принципиально нового в аргументацию максималистов против немедленного изгнания реформистов. Исходя из правильной оценки положения в Италии как революционного, Серрати сделал абсолютно неверный вывод, что именно поэтому следовало сохранить на неопределенное время организационное единство партийных рядов. Его не смущало, что в данном случае речь шла о единстве с убежденными противниками революционного перехода власти в руки пролетариата. Мерой непоследовательности Серрати может служить, например, тот факт, что свою позицию в этом вопросе он аргументировал одновременно и «безвредностью» реформистов, их слабым влиянием на массы, и боязнью того, что незамедлительное исключение реформистских вождей приведет к потере контакта с теми же массами ¹.

Соглашаясь на словах с необходимостью чистки партии, Серрати в то же время заявлял, что с этим не следует спешить, что Итальянская социалистическая партия сама изберет момент, когда размежевание с реформистами будет «полезно для рабочих масс, для партии, для революции», которую подготавливают итальянские социалисты ².

Неосновательный характер доводов Серрати был раскрыт Лениным, который сделал упор на абсолютной несовместимости реформистского течения в ИСП со всем направлением деятельности Коминтерна как революционной организации мирового пролетариата.

В речи об Условиях приема в Коммунистический Интернационал (30 июля) Ленин отметил, что идеи и политика максималистского руководства ИСП — это всего лишь «старый, добрый центризм» Каутского, Криспина и им подобных. «Серрати повторяет только то, что сказано Криспином. Мы не хотим сказать, что такого-то или такого-то числа непременно обязаны исключить Турати. Этот вопрос уже затронут Исполнительным Комитетом, и Серрати нам сказал: «Никаких изгнаний, но очистка партии». Мы просто должны сказать итальянским товарищам, что направлению Коммунистического Интернационала соответствует направление членов «L'Ordine nuovo», а не теперешнее большинство руководителей социалистической партии и их парламентской фракции» ³.

¹ См. Второй конгресс Коминтерна, стр. 243 — 244.

³ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 254.

288 Среди множества течений, на которые распадалось социалистическое движение Италии, Ленин безошибочно указал на течение, воплощавшее в себе будущее итальянского коммунизма. Прочитав в первых числах июля перевод доклада «За обновление социалистической партии», Владимир Ильич рекомендовал ознакомить с его содержанием делегатов конгресса: «Советую обязательно напечатать в «Коммунистическом Интернационале» до конгресса или, в крайнем случае, особым листком с переводом на французский,— писал Ленин. — Плохой перевод, но все же надо печатать», а на полях добавлял: «Дать мне корректуру немедля» ¹.

В соответствии с предложением Ленина, доклад был опубликован в 12-м номере журнала. Там же журнал напечатал ленинские «Тезисы об основных задачах Второго конгресса Коммунистического Интернационала», в которых итальянской партии посвящен специальный параграф (17-й). Второй конгресс III Интернационала,— указывалось там,— находит в основе своей правильной критику и практические предложения, представленные Туринской секцией ИСП Национальному совету 8 мая 1920 г. Отметив, что мнение группы «Ордине нуово» полностью отвечает всем принципам Коминтерна, Ленин заключает: «Поэтому II конгресс III Интернационала просит Итальянскую социалистическую партию созвать экстренный съезд партии для обсуждения как этих предложений, так и всех решений обоих съездов Коммунистического Интернационала для исправления линии партии и для очищения ее, и особенно ее парламентской фракции, от некоммунистических элементов» ².

Первым побуждением итальянских представителей было наотрез отвергнуть ленинскую формулировку. На заседании делегации, обсуждавшем пункт 17, Серрати утверждал, что поддерживать Туринскую секцию значит фактически санкционировать ее «недисциплинированность» ³. Его точку зрения разделяли, хотя и с несколько иных позиций, остальные делегаты ИСП. Бордига и Бомбаччи вновь выдвинули по адресу ординовистов обвинение

¹ Ленинский сборник XXXVII, стр. 219; В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 642.

³ См. К. В. Кобылянский. Великий Октябрь и революционное движение в Италии, стр. 177.

289 в синдикалистских тенденциях. Однако только глава делегации до конца остался непоколебимым в своем отрицании критики и предложений «Ордине нуово». Непримиримость Серрати была логическим следствием центристской политической линии максималистского большинства ИСП; согласиться с ленинской формулировкой значило бы взять на себя обязательство по очищению партии от реформистов. Серрати отверг также предложенную Грациадеи, Бомбаччи и Полано несколько измененную формулировку 17-го пункта, заявив, что она, как и первая, представляет собой дезавуирование правления ИСП. От ленинской формулировки предложение трех итальянских делегатов отличалось упоминанием о Болонском съезде как значительном этапе по пути развития к коммунизму. Кроме того, в нем было опущено упоминание о неправильности политической линии ИСП. Однако в новом варианте оставалась нетронутой принципиальная основа: мысль о том, что предложения Туринской секции соответствуют всему направлению Коминтерна, и о необходимости созыва чрезвычайного съезда для обсуждения решений обоих конгрессов Интернационала и конкретных предложений туринцев по обновлению партии ¹.

Идя навстречу пожеланию большинства итальянской делегации, конгресс принял пункт 17 в предложенной ею формулировке, к которой также присоединился от имени абстенционистской фракции Бордига.

Раскол в итальянской делегации в связи с важнейшим вопросом, от решения которого зависела во многом будущность не только Итальянской социалистической партии, но и революционного движения в стране вообще, подтвердил мнение Ленина и Коминтерна о том, что в ИСП пустил корни «новый центризм». Преодоление его становилось насущной задачей, отвечающей интересам итальянского пролетариата.

Отсутствие у максималистских руководителей ИСП ясности в принципиальных проблемах коммунистической стратегии и тактики наглядно проявилось также при обсуждении тезисов по аграрному вопросу. Позиция Серрати отразила укоренившееся в Итальянской социалистической партии представление о крестьянстве как о сплошной реакционной массе, чьи интересы глубоко противоположны

¹ См. Второй конгресс Коминтерна, стр. 447 — 448.

290 интересам пролетариата ¹. Здесь снова дала себя знать приверженность к социал-демократическим канонам и негибкость мышления максималистских вождей, не понявших сущности ленинского учения о диктатуре пролетариата как особой форме классового союза пролетариата и крестьянства.

Единственной левой группировкой в ИСП, не только высказавшейся за привлечение полупролетарских слоев на сторону социалистической революции, но и показавшей, на примере туринской забастовки, необходимость и возможность такого союза в итальянских условиях, были ординовисты. В докладе Второму конгрессу Грамши писал, что руководители ИСП и ВКТ делали все возможное, чтобы удержать крестьянские массы «от всяких революционных выступлений, которыми те намеревались проявить солидарность со своими туринскими братьями и оказать им действенную помощь» ².

Сходную картину показало обсуждение тезисов по национальному и колониальному вопросам. Итальянские делегаты уклонились от участия в работе соответствующей комиссии, несмотря на специальное приглашение Ленина.

В ходе обсуждения на пленарных заседаниях конгресса Серрати высказался против предложенных Лениным тезисов, усмотрев в них «опасность для коммунистического пролетариата» ³. Проявляя терпимость по отношению к сторонникам классового сотрудничества, действовавшим внутри социалистической партии, Серрати в то же время считал, что коммунистические партии и рабочий класс ни при каких условиях не должны идти на союз с национально-освободительными движениями, а могут только использовать их, чтобы «довести их до социальной революции» ⁴. Этот подход был равнозначен отрицанию антиимпериалистического содержания национально-освободительных движений Востока.

¹ Подобные взгляды исповедовало, в частности, правосоциалистическое руководство Федертерры, которое высказалось против передачи земли крестьянам при каких бы то ни было условиях (Lotte agrarie in Italia, p. 401).

⁴ Там же, стр. 159.

291 Таким образом, по ряду принципиальных вопросов Серрати выступал против позиций, выработанных Лениным и Коминтерном.

События последующих месяцев не замедлили дать жестокий урок руководству Итальянской социалистической партии. Нет сомнения, что уход от решения национального вопроса явился одной из причин того, что рост националистических настроений в Италии не встречал должного отпора. Итальянские социалисты были единственной силой, которая могла бы противостоять демагогии фашистов, игравших на ущемленных национальных чувствах массы итальянцев, в особенности мелкой буржуазии, а также наиболее отсталой части рабочего класса. Фашисты утверждали, что причину всех бед, постигших итальянцев после войны, следует искать в том, что Италия была «обойдена» своими союзниками по войне. Этой националистической демагогии Итальянская социалистическая партия не смогла противопоставить последовательную интернационалистскую политику и воспитательную работу в массах, учитывающую значение национального вопроса.

Итак, в национальном вопросе, как и по отношению к крестьянству, дело упиралось во взаимоотношения пролетарской партии с массами полупролетарского населения. Это проявилось и в вопросе о профсоюзах. Хотя все итальянские делегаты в конечном счете проголосовали за принятый Вторым конгрессом документ «Профессиональное движение, фабрично-заводские комитеты и III Интернационал», тем не менее в их высказываниях на этот счет слышались отголоски все того же страха перед активной работой в гуще масс. Так, Серрати считал, что коммунистам не следует входить в христианские профессиональные союзы, мотивируя это их мелкобуржуазным, оппортунистическим характером¹, то есть опять же заботой о «чистоте» пролетарского движения, которая на деле могла вести лишь к цеховой узости и к изоляции передовых отрядов пролетариата, против чего так настойчиво предостерегал Ленин.

Таким образом, в позиции Серрати почти по всем вопросам, вынесенным на обсуждение Второго конгресса, более или менее отчетливо проявились слабости и недостатки, присущие Итальянской социалистической партии

¹ См. Второй конгресс Коминтерна, стр. 67.

292 как партии, на деле не порвавшей со своим социал-демократическим прошлым.

Ведя борьбу с правооппортунистическими и центристскими «грехами» руководства ИСП, подчеркивая, что реформизм оставался на том этапе главной опасностью, грозившей разложением итальянскому революционному движению, Ленин, Коминтерн в то же время дали бой сектантским ошибкам левых, в частности Бордиги. Как известно, Бордига, принявший активное участие в работе комиссии по парламентаризму, представил Второму конгрессу свой содоклад и контртезисы, в которых настаивал на запрещении коммунистам принимать участие в избирательной борьбе. «...Мы предлагаем,— говорил он,— чтобы агитация за диктатуру пролетариата в странах, где демократический режим существует уже давно, основывалась на бойкоте выборов и буржуазно-демократических органов» ¹. В обоснование своей точки зрения Бордига сослался на то, что участие в избирательной кампании поглощает «все силы и средства партии» и приводит к тому, что «деятельность и подготовительная работа в других областях движения почти совершенно забрасывается» ².

Ошибочность взглядов абстенционистов на парламентскую деятельность как исключающую подготовку пролетариата к взятию власти была убедительно показана Лениным. В речи о парламентаризме он опрокинул аргументацию Бордиги, показав, что для пролетарской революционной партии отказ от использования парламентской трибуны не доблесть, а признак слабости, поверхностно волюнтаристского подхода к проблеме завоевания власти. «Условия, которые определяют политическую линию всех классов современного общества,— говорил Ленин, обращаясь к Бордиге,— вы заменяете вашей революционной волей...» ³. Это было серьезное предостережение итальянским левым, которые, соглашаясь с необходимостью готовить пролетариат к революции, к диктатуре пролетариата, не понимали, что такая подготовка требует предельной гибкости в использовании всех и всяческих тактических средств и форм борьбы.

¹ Второй конгресс Коминтерна, стр. 299.

³ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 256 — 257.

293 Речь Ленина произвела неизгладимое впечатление на делегатов конгресса. Л. Полано, который по возвращении в Италию опубликовал в трех номерах газеты «Avanguardia» подробную статью о работе конгресса, писал по этому поводу: «Наиболее убедительные доводы в защиту парламентаризма, опирающиеся на сокрушительную силу диалектики, привел Николай Ленин. Он произнес речь о парламентаризме, насыщенную реалистическими оценками, в основе которых лежало предельно трезвое и глубокое понимание марксистского учения и метода. Он проанализировал, положение за положением, и тезисы Бухарина и тезисы Бордиги с такой логикой и ясностью, которые вызвали энтузиазм всего конгресса»¹. Конгресс единодушно отверг антипарламентские тезисы Бордиги, за которые было подано всего два голоса. Сам Бордига, хотя и остался при прежнем мнении, но, от имени своей фракции, заявил о готовности выполнить постановление конгресса. При этом лидер бойкотистов сделал упор на необходимости точного осуществления Итальянской социалистической партией решений Второго конгресса относительно размежевания с реформистами как условия ее вхождения в Коминтерн². Эти факты важны для понимания отношения руководства Коминтерна к абстенционистскому течению в период между Вторым и Третьим конгрессами Интернационала. Позиция Бордиги позволяла рассчитывать, что абстенционисты преодолеют свои разногласия с остальными левыми группировками в ИСП, поскольку в тот момент расхождения между ними в основном шли по линии тактики.

Подводя итог участию итальянской делегации во Втором конгрессе Коминтерна, нельзя не отметить, что, несмотря на согласие Серрати в принципе с 21 Условием приема в Интернационал и с провозглашенными в Манифесте Второго конгресса общими целями мирового революционного движения, максималистское руководство ИСП явно не собиралось существенно менять свою стратегию и тактику. Объективно позиция максималистского руководства в коренном вопросе о разрыве с реформистами

¹ «Avanguardia», 7. XI 1920. Свидетельство Полано тем более ценно, что Федерация социалистической молодежи Италии была одним из главных оплотов абстенционизма.

² См. Второй конгресс Коминтерна, стр. 448 — 449.

294 означала, что интересы пролетарской революции приносились в жертву видимости единства с убежденными противниками диктатуры пролетариата, тем более опасными, что они прикрывали свою оппортунистическую деятельность псевдомарксистской фразеологией.

Сознавая серьезность положения, сложившегося в итальянской партии, и неизбежность дальнейшего обострения внутрипартийной борьбы, ИККИ прилагал всемерные усилия к тому, чтобы, с одной стороны, способствовать сплочению всех революционных сил на платформе диктатуры пролетариата, а с другой — убедить максималистскую фракцию во главе с Серрати в неотложности задачи очищения партии от реформистских и колеблющихся элементов.

Эти направления в деятельности Коминтерна нашли отражение во многих документах Исполкома, принятых вскоре после окончания конгресса. Одним из таких документов является решение ИККИ от 25 августа 1920 г. о приеме в Коминтерн Итальянского синдикального союза. Вынося это решение, Исполком исходил из заявления представителя союза А. Борги ¹, что он принимает все решения Второго конгресса, и поручил Малому бюро разъяснить членам союза «обязанности, вытекающие для них из принадлежности к III Интернационалу». Одновременно ИККИ обязал Малое бюро «принять все соответствующие меры к скорейшему объединению всех действительно коммунистических сил в Италии» ².

Решения Второго конгресса Коминтерна давали ясную программу для полной перестройки ИСП на коммунистических принципах. В то же время Ленину и Исполкому Коминтерна было ясно, что центристская позиция Серрати и его сторонников стала серьезным препятствием для

¹ Председатель Итальянского синдикального союза А. Борги был делегирован своей организацией на Второй конгресс Коминтерна, но прибыл в Москву уже после его закрытия. Борги представил ИККИ доклад с изложением анархо-синдикалистских принципов. Доклад Борги был опубликован в сборнике «Доклады Второму конгрессу Коммунистического Интернационала». Пг., 1921, стр. 91 — 99. Публикуя доклад, редакция подчеркнула, что он содержит некоторые ошибочные положения и что основным условием принадлежности синдикального союза «к III Интернационалу является проведение им в жизнь всех решений II конгресса...» (Доклады Второму конгрессу, стр. 91).

² «Коммунистический Интернационал», 1920, № 13, стр. 2595.

295 размежевания с оппортунистами, для успешной работы партии по мобилизации революционных масс. С наибольшей глубиной слабости ИСП обнаружились осенью 1920 г., во время борьбы рабочих за захват фабрик и заводов. Уроки этой борьбы, неспособность руководства ИСП мобилизовать массы и указать им верный путь продвижения вперед, капитулянтство реформистов перед буржуазией — все это говорило о необходимости немедленного удаления из партии туратианцев, превращения партии в действительный авангард трудящихся, в партию, неспособную колебнуться и проявить слабость в решительный момент.

Левые социалисты, передовые рабочие на уроках событий осени 1920 г. еще раз убеждались в том, насколько важно для ИСП осуществить линию, намеченную Вторым конгрессом Коминтерна и отвечающую коренным интересам итальянского рабочего движения. И не случайно, что в это время борьба в ИСП вокруг решений Второго конгресса Коминтерна разгорается с особой силой и увеличиваются ряды сторонников 21 Условия приема в Коминтерн.

Огромное значение для размежевания в ИСП имела ленинская работа «О борьбе внутри Итальянской социалистической партии», написанная в ноябре — декабре 1920 г. и фактически конкретизировавшая и уточнявшая задачи итальянских левых в борьбе за создание настоящей партии нового типа. Методично и всесторонне обосновывая в этой статье решение Второго конгресса Коминтерна о необходимости полного разрыва с оппортунизмом, Ленин писал, что Серрати принимает за чистую монету заявления реформистов, совершая тем самым роковую ошибку, что, имея в своих рядах реформистов, нельзя победить в пролетарской революции, что Серрати «гнет направо, а надо гнуть налево при данных итальянских условиях» ¹.

Решения Второго конгресса Коминтерна, непосредственная помощь Ленина итальянским левым социалистам сыграли большую роль в создании Итальянской коммунистической партии. И хотя позиция группы Серрати привела к тому, что был упущен благоприятный исторический шанс для создания большой революционной партии и

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 415.

296 раскол произошел таким образом, что наиболее многочисленная фракция — максималисты-унитаристы — осталась в 1921 г. вне рядов Итальянской коммунистической партии, борьба за создание партии нового типа являлась необходимой предпосылкой для будущего развития рабочего движения в стране. В определении путей этой борьбы и перспектив рабочего движения Второй конгресс Коминтерна сыграл поистине великую роль.

297 З. В. Чернуха

ВТОРОЙ КОНГРЕСС КОМИНТЕРНА И БОРЬБА ЗА СОЗДАНИЕ ФРАНЦУЗСКОЙ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ​

Второй конгресс Коминтерна сыграл чрезвычайно большую роль в развитии левого направления во французском рабочем движении.

К этому времени под воздействием Октябрьской революции и в ходе послевоенных революционных выступлений французского рабочего класса значительно укрепилось и созрело революционное направление в синдикатах, в социалистической партии, в организации социалистической молодежи, среди интеллигенции. Сторонники Коммунистического Интернационала во Франции получили определенное организационное оформление в Комитете III Интернационала, преобразованного в мае 1919 г. из КВМС (Комитета по восстановлению международных связей) и повели борьбу за создание боевой пролетарской партии на коммунистических принципах.

Французская послевоенная действительность создала благоприятную почву для роста революционных настроений и боевых выступлений пролетариата. Последствия империалистической войны сказывались в непрерывном росте налогов ¹, инфляции, дороговизне, падении жизненного уровня трудящихся. Огромный размах принимает в стране стачечное движение, которое в 1920 г. достигает наивысшего подъема. Об этом свидетельствует нижеследующая таблица:

¹ Если в 1914 г. на душу населения во Франции приходилось по 111 фр. налогов, то в 1919 — 252, а в 1920 — 470 (см. Очерки рабочего движения во Франции. 1917 — 1967. М., 1968, стр. 16).

² Rèpublique Français. Ministère du travail. Direction du travail. Statistique des grèves survenus pendant les annèes 1915 — 1918,

298 Ведущая роль в забастовочном движении 1920 г. принадлежала рабочим основных отраслей производства — металлургам, горнякам и, главным образом, железнодорожникам. Особо следует отметить майское выступление пролетариата, которое имело большое значение для французского рабочего движения.

Майское движение, в авангарде которого также выступали железнодорожники, возглавляемые революционными синдикалистами Монмуссо и Мидолем, продемонстрировало, с одной стороны, самоотверженность и высокую революционную готовность французского пролетариата сражаться за свои права, с другой — предательскую политику руководства ВКТ, которое проводило тактику «последовательных волн», распылив тем самым движение и значительно ослабив его натиск на буржуазию. После ареста революционных руководителей, обвиненных в заговоре против государства, лидеры ВКТ дали распоряжение приступить к работе, хотя требования рабочих не были удовлетворены.

После майского взлета стачечное движение, получив очень серьезный удар, заметно пошло на убыль. Забастовки 1920 г. привели к дальнейшему обострению борьбы между революционной и оппортунистической тенденциями в рабочем движении. Они заставили многих революционных синдикалистов по-иному взглянуть на взаимоотношения с политической организацией рабочего класса. Уроки стачечного движения и майская забастовка, в первую очередь, определенно показали, что, несмотря на объективные условия, французский пролетариат не может одержать

P., 1929, p. 299; Statistique des grèves... 1919, p. 333; Statistique des grèves... 1920, p. 265.

Нужно отметить тот факт, что, хотя количество забастовок в 1920 г. уменьшилось по сравнению с 1919 г., число бастующих и особенно количество забастовочных дней резко увеличилось. Это говорило о большей концентрации движения, о большей стойкости и упорстве бастующих рабочих. Причем надо учесть еще и то обстоятельство, что подавляющая часть стачек падала на первое полугодие 1920 г. Во втором полугодии отмечается ослабление стачечного движения, вызванное рядом причин, в том числе общим спадом революционной волны, приближением экономического кризиса, резким увеличением безработицы и др. Подробнее о забастовочном движении в 1920 г. см. Очерки рабочего движения во Франции. 1917 — 1967, стр. 25 — 29; Л. П. Кожевникова. Рабочее и социалистическое движение во Франции в 1917 — 1920 гг. М., 1959, стр. 200 — 249.

299 победы, пока им руководит ВКТ¹, пропитанная реформизмом, а социалистическая партия вообще уклоняется от участия в борьбе рабочего класса. Новая революционная эпоха, огромный размах рабочего движения ставили и перед рабочим классом Франции вопрос о создании боевой партии пролетариата, способной руководить революционным движением. Обострение классовых противоречий и перерождение социал-демократических партий явились объективной основой и предпосылкой для закономерного появления партии нового типа.

В ходе острейших классовых боев значительно возросла политическая активность рабочих, что нашло свое выражение в тяге к сплочению, в увеличении численности организаций рабочего класса. Следующие цифры показывают бурный рост ФСП и ВКТ за годы послевоенного подъема рабочего движения во Франции.

Однако пробуждение политической активности рабочего класса проявилось не только в увеличении численности ФСП и ВКТ,— но и, что было очень важно,— в росте революционных настроений внутри этих организаций, в значительном полевении их. Широкие массы членов ФСП были недовольны пассивной позицией ее руководства в отношении развернувшегося стачечного движения, требовали более решительных действий и изменения всей политики партии в соответствии с потребностями новой революционной эпохи. Пополнение ФСП за счет революционно настроенных элементов³, многие из которых получили свое политическое воспитание в военных окопах, не замедлило

¹ Доклады Второму конгрессу Коммунистического Интернационала. П., 1921, стр. 143. О серьезном кризисе, который переживала ВКТ в результате майских событий, говорит то обстоятельство, что за второе полугодие она потеряла половину своих членов (Ж. Фревиль. Рождение Французской коммунистической партии. М., 1951, стр. 79).

³ См. Лефевр. Франция и коммунистическая революция («Коммунистический Интернационал», 1920, № 14, стр. 2815).

300 сказаться на соотношении сил в партии ¹. На процесс кристаллизации течений во ФСП огромное воздействие оказали революционные бои французского пролетариата. Влияние открытых социал-шовинистов — Реноделя, Самба, Тома и других, проводивших политику сотрудничества классов, то есть сотрудничества с буржуазией, и управлявших партией во время войны, падало. В то же время значительно выросло левое направление, возглавляемое тогда Лорио. Еще в октябре 1918 г. управление партией перешло в руки центристов.

Дальнейшую эволюцию ФСП показал Страсбургский съезд, состоявшийся в феврале 1920 г. Огромным большинством он проголосовал за выход из II Интернационала (4330 мандатов против 337). Однако вступление в III Интернационал было отложено ². Вопрос дальнейшей ориентации партии стал центральным вопросом французского социалистического и рабочего движения. Для решения этого вопроса съезд назначил делегацию в составе директора «L'Humanité» Кашена и генерального секретаря партии Фроссара для поездки в Советскую Россию.

Французские делегаты приехали в Москву 15 июня. Исполком Коминтерна отнесся очень внимательно к представителям ФСП, которые были приглашены участвовать на заседаниях ИККИ 16 и 18 июня, а заседание ИККИ 19 июня, где с докладами выступили Кашен и Фроссар ³, было специально посвящено французскому вопросу.

В. И. Ленин высоко оценил замечательные революционные традиции французского народа. Обращаясь к представителям ФСП, он говорил: «Вы, французы, должны хорошо понимать нашу тактику, которая вдохновляется революциями, совершенными вашим народом в прошлом» ⁴.

¹ Центрист Жан Лонге считал, что в преобразовании партии «виновны» 100 000 новых членов, которые якобы «не имели никакого опыта предыдущей истории», но оказали решающее влияние на ее судьбу (см. «L'Humanité», 11. II 1920).

⁴ «Коммунистический Интернационал», 1939, № 1, стр. 35.

301 С другой стороны, Ленин показал, что существует целая пропасть между оппортунистической практикой социалистической партии и лозунгом диктатуры пролетариата. Важнейшим и самым существеннейшим условием сотрудничества с Коминтерном является разрыв с определенными порочными методами. В качестве примера В. И. Ленин привел газету «L'Humanité». В ней высказываются ежедневно самые противоречивые мнения, что сбивает с толку рабочих, не дает им возможности правильно ориентироваться в обстановке. Перед партийной прессой стоят очень важные задачи политического воспитания рабочих, и она должна быть доверена лишь честным, преданным и передовым сынам рабочего класса.

Ленин особо остановился на организационных основах партии нового типа. Он говорил о необходимости строжайшей дисциплины. Руководство партии должно быть построено по принципу демократического централизма. Постановления руководящих органов должны выполняться во всех звеньях организации.

Касаясь вопроса об исключении из партии оппортунистов, Ленин сказал, что дело не в том, чтобы изгнать только некоторых лиц, важно изменить саму работу партии. Нельзя допустить, чтобы III Интернационал был подобен II Интернационалу.

Интенсивный обмен мнениями между французской делегацией и представителями Коминтерна продолжался и в последующие дни. Кроме личных бесед с руководителями Коминтерна, Кашен и Фроссар присутствовали на официальных заседаниях ИККИ 25, 28¹ и 29 июня. На одном из них обсуждался вопрос об участии представителей ФСП в работе Второго конгресса с совещательным голосом. Подавляющим большинством² ИККИ принял это предложение, и французские делегаты направили собравшемуся в Булони Национальному совету партии телеграмму с просьбой о полномочиях³. ИККИ не позволил левацким

¹ На этом заседании Кашен зачитал ответ французской делегации на вопросы, поставленные членами ИККИ 19 июня, и в частности, об отношении к письму ИККИ к немецким независимцам от 5 февраля 1920 г. (ЦПА ИМЛ, ф. 495, оп. 1, ед. хр. 1, л. 76).

³ Национальный совет 4. VII 1920 г. большинством в 2735 против 1362 предоставил им эти полномочия («L'Humanité», 5. VII 1920, p. 1).

302 элементам сорвать переговоры с французской делегацией. В частности, голландский делегат Вайнкоп получил резкую отповедь со стороны Ленина, который, как пишет Ж. Фревиль, сказал, что, если голландские социалисты будут так энергично предавать «еретиков» анафеме, возможно, что они сами останутся в сонме праведников, но зато уж наверняка революции не сделают ¹.

Руководство Коминтерна ясно отдавало себе отчет, что в тот момент основная масса французских социалистов шла еще за центристским руководством и что борьбу за рядовых членов партии надо вести внутри, а не вне партии. Именно поэтому В. И. Ленин в своем выступлении перед французской делегацией 19 июня отметил, что придает большое значение инициативе ФСП в установлении связи с Коминтерном и приезду Кашена и Фроссара для переговоров. Внимательно следя за развитием французского рабочего движения, за эволюцией ФСП в революционном направлении ее тягой к III Интернационалу, ИККИ считал неправильным стремление существовавших во Франции небольших коммунистических групп форсировать образование коммунистической партии, объявив себя единственной коммунистической силой в стране. ИККИ делал установку на создание массовой коммунистической партии, содействуя ускорению политического созревания, происходящего в рядах социалистической партии под влиянием мирового революционного кризиса и внутренней обстановки. В письме к Лорио от имени ИККИ Зиновьев писал 22 мая 1920 г., что те из французских лонгетистов, которые всерьез хотят наконец отказаться от своих заблуждений и по-честному вступить в Международное Товарищество Рабочих, смогут принять участие в конгрессе и что с ними будут рады встретиться ².

Во время пребывания в России Кашен и Фроссар не только имели важные беседы с руководителями Коммунистического Интернационала, но и смогли ознакомиться с советской действительностью. Они проехали по Волге от Нижнего Новгорода до Саратова, посетили заводы Тулы и фабрики Иваново-Вознесенска, присутствовали на многочисленных митингах рабочих. Все это произвело неиз-

¹ См. Ж. Фревиль. Рождение Французской коммунистической партии, стр. 89.

² ЦПА ИМЛ, ф. 517, оп. 1, ед. хр. 7, л. 2.

303 гладимое впечатление на французских делегатов. Недаром В. И. Ленин рассматривал поездку делегатов Второго конгресса по Советской стране как дело большой «политической важности» ¹.

В середине июля по инициативе Кашена в Париж была послана телеграмма, в которой говорилось, что со своей стороны французская делегация считает присоединение к Коммунистическому Интернационалу необходимым ². Следует сказать, что здесь впервые между Кашеном и Фроссаром открыто обнаружились серьезные разногласия в отношении к III Интернационалу. В то время как Кашена, честного революционера, потрясло величие происходящих событий в России, поистине невиданный до того революционный подъем масс, преодолевающих все и всяческие трудности, и он искренне стремился постигнуть многообразие новых явлений, выдвигаемых революцией, чтобы, вступив в Коминтерн, стать его активным участником, Фроссар, этот весьма ловкий политик от социализма, не разделял намерений Кашена. И если после упорного сопротивления, использовав все уловки и возражения, он все же подписал телеграмму, на которой непреклонно настаивал Кашен, собираясь посылать ее в противном случае только от своего имени ³, то, вероятно, свою роль сыграл определенный расчет. Взвесив внутреннее положение в ФСП, раскол в которой, по мнению Фроссара, был неизбежен ⁴, ибо правое и левое течения уже не могли больше существовать в единой организации,— вопрос состоял лишь в том, на какую сторону встать,— Фроссар предпочел левое направление не потому, что оно было ближе ему по духу, скорее наоборот, а потому, что левые были менее опытны в управлении партией и руководство удалось бы сохранить в своих руках, в то время как в обратном случае, без поддержки левых, центристы вынуждены были бы уступить руководящие органы Реноделю и К⁰.

В зачитанном заявлении на заседании конгресса 29 июля Кашен выразил полное согласие с тем, что надо и в принципе и на деле отказаться от оппортунистических и реформистских идей, что необходимо сделать выбор между реформизмом и революцией. ФСП должна пересмотреть

¹ ЦПА ИМЛ, ф. 489, оп. 1, ед. хр. 46, л. 7.

⁴ Ibid., p. 107.

304 свою программу, привести ее в соответствие с духом III Интернационала, усилить централизацию, установить суровую дисциплину и контроль над парламентской деятельностью и партийной прессой ¹.

Сразу же после Кашена слово взял представитель Комитета III Интернационала Раймон Лефевр, который был одним из наиболее зрелых французских марксистов. Он правильно оценивал реальную обстановку и перспективы развития французского коммунистического движения, резко критиковал политику ФСП, особенно деятельность ее парламентской фракции. Лефевр считал, что только после основательной чистки партии, во-первых, и после того, как «...революционные синдикалисты, теперь уклоняющиеся в сторону анархического синдикализма, будут принадлежать, наконец, к очищенной и дисциплинированной коммунистической партии» ², во-вторых, возможно действительное развитие коммунизма во Франции. Эта точка зрения Лефевра совпадала с мнением Ленина и ИККИ относительно путей создания Французской коммунистической партии. В. И. Ленин неоднократно разъяснял, что ФСП необходимо произвести радикальную чистку, освободиться от оппортунистических элементов и вобрать в себя лучшую часть синдикалистов.

Совершенно непримиримо, с сугубо сектантских позиций, выступили на конгрессе другие французские делегаты — Гильбо ³ и Гольденберг (от социалистической молодежи). Они считали невозможным вступление французской партии в Коминтерн, какие бы условия она ни приняла. Такого же мнения придерживались и некоторые левацки настроенные делегаты из других стран.

Утреннее заседание 29 июля, на котором только началось обсуждение Условий, было последним заседанием,

¹ Второй конгресс Коминтерна. М., 1934, стр. 183 — 184.

³ Мандат, который Гильбо имел от федерации «Советы», был аннулирован на заседании Малого бюро ИККИ 28. VI 1920 ввиду того, что «Советы» вышли из Комитета III Интернационала. Гильбо получил персональное приглашение на участие в конгрессе (ЦПА ИМЛ, ф. 489, оп. 1, ед. хр. 48, л. 1).

305 где присутствовали Кашен и Фроссар. Перед отъездом французской делегации было вручено письмо Президиума Второго конгресса от 29 июля — «Всем членам Французской социалистической партии, всем сознательным пролетариям Франции»¹. В нем были сформулированы применительно к французской обстановке 10 основных задач: 1) изменение характера повседневной пропаганды, 2) четкая и ясная антиколониальная политика, 3) борьба с социал-пацифизмом, 4) организация революционных коммунистических элементов в ВКТ, 5) подчинение парламентской фракции партии, 6) сближение с левым коммунистическим крылом², 7) разрыв с реформизмом и чистка партии, 8) изменение названия партии, 9) сочетание легальной и нелегальной работы, 10) обязательность решений Коминтерна.

Ознакомившись с документом, В. И. Ленин дал ему положительную оценку: «резолюция очень ясная, очень детальная», и просил представителей ФСП опубликовать его во всех партийных органах, обсудить во всех низовых организациях³. 28 июля, накануне отъезда Кашена и Фроссара, Ленин еще раз встретился с французской делегацией⁴.

В письме Президиума особо отмечалось, что главный вопрос — «это вопрос не об исключении лиц, это — вопрос о разрыве с определенной реформистской традицией»⁵, что Коминтерн требует не организации немедленной революции, а ведения революционной пропаганды в пользу

¹ Второй конгресс Коминтерна, стр. 565 — 577. Это письмо, очевидно, было составлено 26 июля (см. ЦПА ИМЛ, ф. 517, оп. 1, ед. хр. 3). Под этой датой оно было опубликовано и в «Bulletin communiste» N 30 — 31, 16. IX 1920.

⁵ Второй конгресс Коминтерна, стр. 574.

306 «идей диктатуры пролетариата и коммунизма». В этом письме принципиальная линия проводилась гибко и тактично ¹. ИККИ указывал на необходимость исключения из партии центристских лидеров. Но этот вопрос был труден потому, что французские социалисты еще верили Лонге, внуку Карла Маркса, верили в его честное желание бороться за революцию. С другой стороны, вопрос о чистке, о персональных исключениях из партии рассматривался ФСП лишь как внутреннее дело самой партии. Учитывая эти и другие моменты, Ленин в «Письме к немецким и французским рабочим» от 24 сентября 1920 г., которое было опубликовано в «L'Humanité» 1 октября, разъяснял смысл § 20 Условий приема в Коминтерн, где говорилось о возможности не исключать тех, кто отказался от своих прежних реформистских концепций. «Раз исключения прямо объявлены допустимыми,— писал Ленин,— значит не может быть и речи о безусловном недопущении тех или иных отдельных личностей. Значит, есть полное признание необходимости учитывать не прошлое, а настоящее, учитывать изменение взглядов и поведения отдельных лиц, отдельных вождей» ². В этом же духе 18 октября 1920 г. в Берлине было принято разъяснение к Условиям приема, излагавшее смысл §§ 7, 20 и 21, которые вызывали наибольшую оппозицию французских социалистов ³. Оно было подписано со стороны Коминтерна Зиновьевым и от ФСП Рену. В нем говорилось, что если Лонге, Фор и члены их группы примут условия и тезисы Коминтерна и подчинятся решению партии, то они не будут исключены из партии. Вопрос же о большинстве в ²/₃ в руководящих партийных органах должен пониматься так, что в эти ²/₃ входят не только

¹ Клара Цеткин отмечала, что Условия приема в Коминтерн были сформулированы так, что «твердая скорлупа привлекала к себе больше внимания, чем полное сил ядро» (C. Zetkin. Der Weg nach Moskau, 1920, S. 5). ² В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 296. ³ «L'Humanité», 15. XI 1920, p. 1 — 2. Во время пребывания в Берлине Председатель Исполкома имел беседу с представителями левого крыла ФСП Д. Рену и некоторыми членами Комитета III Интернационала, а также с Лонге, который приезжал на съезд немецких независимых в Галле. Французские социалисты, в том числе и руководители Комитета III Интернационала настаивали на том, чтобы Лонге был оставлен в партии, если признает принципы Коминтерна, поскольку французские рабочие видят в нем защитника Советской России и русской революции.

307 члены от Комитета III Интернационала, но и те, кто уже включился сейчас в борьбу за Коммунистический Интернационал.

На пленарном заседании ИККИ 3 ноября 1920 г. по докладу Зиновьева о совещании в Германии с представителями ФСП была принята резолюция в духе заключенного с французскими социалистами соглашения в Берлине¹. Ленин сделал ряд критических замечаний на проекте этой резолюции. Он считал, что нужно «по существу добавить подробнейшую мотивировку, делающую (?) изъятием

— французские коммунисты за изъятие

— Во Франции еще нет такой близости революционного движения, как в Италии

— во Франции, в силу ряда особых условий, задача сейчас только исключить реноделевцев и еще 2 — 3 довода»².

В подходе к такому сложному вопросу как образование коммунистической партии в стране Коминтерн, не поступаясь своими основными принципами, готов был пойти на ряд уступок по частным, организационным вопросам, учитывая весь комплекс национальных особенностей развития рабочего движения: уровень социалистического сознания, традиционные представления, психологические моменты и т. д. Коминтерн реально оценивал соотношение сил в партии, возможности и успехи левого направления, настроения рядовых социалистов, которые еще поддерживали центристских лидеров, не разобравшись в их оппортунистической политике. Огромная помощь в преодолении оппортунистического наследия и вооружения марксистской теорией была оказана Коммунистическим Интернационалом и лично Лениным, который специально посвятил ряд работ вопросам французского рабочего движения.

Сугубо важное значение имела статья Ленина «Заметки публициста», которая была написана в ответ на письмо Ж. Лонге к Ленину и его статью, опубликованную в «Le Populaire» 10 января 1920 г. Работа Ленина была передана в кратком изложении по телеграфу во Францию

¹ «Коммунистический Интернационал», 1920, № 15, стр. 3359, 3360.

² Цит. по: «Новая и новейшая история», 1971, № 2, стр. 7.

308 и зачитана на Страсбургском съезде ¹. Кроме того, в Страсбург была послана и сама статья. В полном объеме она была напечатана в июне 1920 г. в «Bulletin communiste» под названием «Ленин и реконструкторы» ².

В этой работе В. И. Ленин, анализируя две резолюции лонгетистов, представленные Страсбургскому съезду, показывает, что центристское направление является в данный момент самым опасным злом для рабочего движения на Западе. Ленин разъяснял французским социалистам, которые не всегда умели с правильной политической меркой подходить к тому или иному деятелю, выдвигая часто на первый план его личные качества, что в «личном смысле разница между предателем по слабости и предателем по умыслу и расчету очень велика; в политическом отношении этой разницы нет, ибо политика — это фактическая судьба миллионов людей, а эта судьба не меняется от того, преданы ли миллионы рабочих и бедных крестьян предателями по слабости или предателями из корысти» ³.

В этой статье, как и в «Проекте (или тезисах) ответа от РКП на письмо Независимой с.-д. германской партии», которое было написано в январе 1920 г. ⁴, Ленин раскрывал смысл и значение термина диктатуры пролетариата, искаженного в резолюциях лонгетистов. Ленин требовал решительного, беспощадного и главное — вполне сознательного, вполне последовательно проведенного в жизнь разрыва с оппортунизмом, с реформистскими вождями. Для рядовых социалистов дверь в III Интернационал не была закрыта. Пусть приходят, но без оппортунистических вождей. Направляя весь огонь против вождей и идеологов центризма, Ленин никогда не отождествлял их с ра-

¹ 17 Congrès national, p. 326 — 327.

⁴ Хотя эта работа Ленина не была напечатана во Франции, тем не менее она была известна французским социалистам благодаря опубликованию ответа ИККИ от 5 февраля 1920 г. немецким независимым в «Bulletin communiste» № 10 за 1920 г., который в основной своей части полностью совпадал с ленинским «Проектом (или тезисами) ответа от РКП на письмо Независимой с.-д. германской партии». Ленин придавал очень большое значение распространению ответа ИККИ среди европейского пролетариата. Он просил, как передает Кашен, сообщить ответ ИККИ, который в это время переводился на французский язык, во все «газеты, во все низовые организации, всем французским трудящимся» («Cahiers du communisme», 1949, N 1, p. 42).

309 бочими социалистическими массами, которые еще шли за ними.

Второй конгресс Коминтерна и его решения, направленные на сплочение коммунистического движения на основе марксистских принципов и беспощадной борьбы с реформистской идеологией, еще четче дифференцировали существовавшие во ФСП три основных течения и вызвали ожесточенную борьбу по кардинальному для партии вопросу — об отношении к III Интернационалу.

После Второго конгресса в ФСП сложилась следующая расстановка сил.

Влияние социал-шовинистов, составлявших правое крыло партии, сильно упало. Оно продолжало падать и дальше, чему способствовало открытое сотрудничество лидеров правого крыла с буржуазией. Бывший министр А. Тома занимал ответственную должность в Лиге наций. Не вызывало также у передовых рабочих никаких неясностей политическое лицо Реноделя, Самба и других. Их активное пособничество и пропаганда в интересах буржуазии почти полностью лишили их рабочей аудитории. И если бы к ним не присоединилась группа правых реконструкторов во главе с Л. Блюмом, то положение откровенных оппортунистов было бы совсем незавидным.

Преобладающее большинство Французской социалистической партии на Страсбургском съезде пошло за центристами. Они считали необходимым выход из II Интернационала, поскольку тот полностью обанкротился, и даже провозглашали свое желание присоединиться к III Интернационалу в будущем (это отражало настроения рядовых членов и принесло большинство реконструкторам), но с гарантиями неизменности политики французского традиционного социализма. Ввиду такой двойственности своей позиции именно центристское направление было самым неустойчивым и испытывало на себе по мере развития борьбы за присоединение к III Интернационалу во французском рабочем движении действие центробежных сил.

Процесс размежевания в среде реконструкторов особенно усилился после возвращения из Москвы французской делегации. Кашен и Фроссар, которые еще в Страсбурге голосовали за реконструкцию, теперь, побывав в России, призывали вступить в III Интернационал. За Марселем Кашеном, который пользовался большим авторите-

310 том и популярностью в партии, последовала основная масса рядовых членов, придерживавшихся раньше также реконструкторской точки зрения. Это в корне изменило соотношение сил в партии в пользу сторонников присоединения.

Откол правого крыла реконструкторов и переход его в лагерь социал-шовинистов также внес свою лепту в процесс разложения центризма. После этих размежеваний центристское направление олицетворялось лишь группой Лонге.

Несмотря на весьма значительный численный урон, который понесло центристское направление, оно тем не менее представляло серьезную опасность для французского рабочего движения, поскольку свою линию лонгетисты проводили не прямо и открыто, а путем уловок, уверток, маневров, словесных ухищрений и т. д. Признавая коммунистические принципы на словах, лонгетисты на деле проводили политику единства с социал-предателями типа Самба, Тома и др.

Левое крыло ФСП состояло из Комитета III Интернационала и присоединившихся к нему в борьбе за Коминтерн сторонников Марселя Кашена. Комитет III Интернационала сыграл важную роль в сплочении революционных элементов во Франции. Он выступил в защиту русской революции и развернул пропаганду идей III Интернационала. С марта 1920 г. Комитет III Интернационала стал издавать свой еженедельный теоретический орган «Bulletin communiste», тиражом сначала в 2500, а затем в 6000 экземпляров, где публиковались работы В. И. Ленина и основные решения Коминтерна. Кроме того, под редакцией Ш. Раппопорта в это же время начал выходить ежемесячный «Revue communiste», а с лета 1920 г. еженедельный орган лионской секции Комитета III Интернационала «Populaire de Lyon» ¹. Комитет III Интернационала пытался стать организационным и пропагандистским центром в борьбе за Коммунистический Интернационал. В определенной степени это ему удалось. Он укрепил свою организацию (принял устав, создал секции, установил взносы) ² и повел более последовательную пропаганду коммунистических принципов. Серьезную помощь в снабже-

¹ ЦПА ИМЛ, ф. 517, оп. 1, ед. хр. 16.

² Там же.

311 нии марксистской литературой, в создании коммунистической библиотечки оказали представители Коминтерна, побывавшие во Франции в 1920 г. Однако Комитет III Интернационала не сумел превратиться в разветвленную массовую организацию. Сказалась его организационная и идеологическая слабость. Сам Комитет III Интернационала представлял собой блок различных левых групп — социалистов, анархистов, анархо-синдикалистов. Во главе его стояли Лорио, Раппопорт, Лефевр, Вайян-Кутюрье, Суварин, Росмер и др. Большинство членов Комитета III Интернационала еще не были зрелыми, последовательными марксистами. Им недоставало теоретических знаний, углубленной марксистской подготовки, политического опыта ¹. Отсюда в большой степени проистекали многие недостатки, которые имелись в пропаганде основных принципов Коминтерна. С другой стороны, руководство Комитета III Интернационала занимало часто сектантскую позицию по отношению к тем силам в ФСП во главе с Кашеном, которые уже вели успешную работу за присоединение к Коминтерну. Например Вуйович, посланный Коминтерном во Францию, в письме от 21 сентября 1920 г. предупреждал ИККИ об этой опасности. Он писал, что стремление Суварина и Лорио, которые хотят одни руководить и направлять всю работу, неизбежно приведет к конфликту с левым крылом ФСП, ведущим за собой значительное большинство рабочих В. И. Ленин немедленно прореагировал на это тревожное сообщение о нежелательных тенденциях во французском движении. Он отметил, «...что есть опасность нелепо придирчивого отношения «кружка «старых» (?) коммунистов» к новым? к рабочим? Нечто сектантское, узкое, уродливое» и предлагал выступить против этого зла в печати ². Несмотря на непоследовательность и ряд ошибок, Комитет III Интернационала сыграл большую роль в борьбе за присоединение к Коммунистическому Интернационалу, в борьбе за коммунистическую партию. Необходимо отме-

¹ Кроме того, определенная часть Комитета (Суварин, Росмер) находилась под влиянием Троцкого. (Последующая их эволюция известна — оба стали ярыми троцкистами). Проникновению троцкистских взглядов способствовало то обстоятельство, что Троцкий во время войны находился в Париже и часто встречался с французскими социалистами. ² Ленинский сборник XXXVII, стр. 258.

312 тить, что до августа 1920 г. Комитет III Интернационала на своих плечах нес основную тяжесть борьбы по этим важнейшим для французского рабочего движения вопросам. После ареста Лорио, Монатта, а затем и Суварина, обвиненных в результате майских забастовок 1920 г. в заговоре против государственной безопасности, Комитет остался работать под руководством Вайян-Кутюрье, Жоржа Леви, Ш. Раппопорта, Бутонье ¹. С августа в кампанию за присоединение активно включился и вернувшийся со Второго конгресса М. Кашен.

Группа социалистов, высказывавшаяся за вступление в Коммунистический Интернационал, была неоднородна по своему составу. За Кашеном шли социалисты, искренне желающие присоединиться к Коммунистическому Интернационалу. Не прост был их путь. Не так легко было сразу разобраться в принципах Коминтерна людям, прошедшим иную политическую школу, подвергавшимся оппортунистическому влиянию. Но безусловная преданность рабочему классу помогла М. Кашену, Д. Рену, А. Гудро, Маррану и другим преодолеть эти трудности и прочно встать на позиции классовой борьбы. Огромную роль в эволюции Кашена сыграла поездка в Москву. Встречи и беседы с руководителями ИККИ, участие в работе конгресса и его комиссиях, где царила творческая атмосфера, способствовали более глубокому пониманию целей и задач коммунистического движения. Особое значение для Кашена имели беседы с вождем революции Лениным, могучее воздействие личности которого он испытал на себе. Кашен писал тогда же: «Одновременно теоретик и человек действия, Ленин является сейчас самой крупной фигурой мирового рабочего движения» ². Все это оказалось решающим в разрыве Кашена с оппортунистами и в переходе его в коммунистический лагерь.

По другим соображениям в сторонниках присоединения очутился Фроссар. Это был тот случай, имея в виду который, Ленин писал, что Коммунистический Интернационал «уже становится модой и приманкой для политиканов, которые идут туда, куда идет масса» ³. Можно сказать, что

¹ Ж. Фревиль. Рождение Французской коммунистической партии, стр. 92.

³ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 40, стр. 133.

313 Фроссар и те, кто следовал за ним, оказались в сторонниках присоединения поневоле, не видя для себя другого выхода ¹. На самом деле они оставались на центристских позициях. Отличие их от лонгетистов, «открытых центристов», состояло в том, что они на данном этапе не выступали против Коминтерна и его принципов,— поскольку считали, что не могут изменить ход событий,— а даже наоборот, волей обстоятельств были вынуждены вместе с преданными сторонниками Коминтерна проводить полезную для присоединения работу, ведя пропаганду, устную и печатную, в его пользу. Тактика их состояла в том, чтобы, возглавив рабочее движение, попытаться повернуть его в старое русло привычной социал-демократической политики. И недаром Л. Блюм, выступая в Туре, сказал: «Я прекрасно знаю, что некоторые из вас, которые в душе с нами, входят в Коммунистический Интернационал с задней мыслью изменить его изнутри...» ².

Наконец, несколько слов следует сказать о крайне левом направлении. Его составляли главным образом анархистские и анархо-синдикалистские элементы. Оно было очень немногочисленно и организационно слабо. Используя тягу рабочих масс к коммунизму, к активным революционным действиям, анархистские и полуанархистские элементы создали несколько крошечных политических организаций, не имевших влияния на массы ³.

Довольно сильные левацкие настроения существовали среди революционной части синдикального движения, которая отрицала значение политической организации рабочего класса и выступала против участия в парламенте, что

¹ Объясняя свое поведение, Фроссар признавался впоследствии: «Но что было делать? Меня бы не поняли, за мной бы не последовали. Выгоднее было остаться с рабочим классом и противодействовать Москве изнутри» (L.-O. Frossard. Op. cit., p. 178).

³ Доклады Второму конгрессу, стр. 150. Одной из таких организаций была «коммунистическая партия» Перика, возникшая в апреле 1919 г. Затем появилось еще несколько подобных анархистских группировок: «Либертэр», «Спартак», Ж. Анкетиля, программы которых также не имели ничего общего с коммунизмом.

314 явилось своего рода реакцией на предательскую деятельность министров-социалистов. Проявлялись такие настроения и в ряде социалистических организаций, особенно в Сенской федерации, а также среди социалистической молодежи, недовольной оппортунистической политикой руководства ФСП.

С августа 1920 г. кампания за присоединение к III Интернационалу приобретает особую силу. С возвращением Кашена оформился раскол, наметившийся в среде реконструкторов. В лице Д. Рену, А. Гудро, А. Гийэна и др., последовавших за М. Кашеном, сторонники III Интернационала получили серьезное подкрепление. Борьба за Коминтерн вступила в новый этап. Она сливалась с массовым августовским движением против интервенции, за солидарность с Советской Россией, развернувшимся повсеместно после нападения белополяков на Страну Советов.

Массовые политические митинги и собрания проходили в необычайно взволнованной, приподнятой атмосфере. 13 августа в парижском цирке состоялся грандиозный митинг, посвященный встрече французской делегации, вернувшейся из Москвы. На нем присутствовало более 10 000 человек. С большим вниманием было прослушано выступление Кашена, в котором он пламенно защищал русскую революцию. «В обстановке неописуемого энтузиазма митинг принял следующую резолюцию,— пишет Ж. Дюкло, присутствовавший на нем,— 10 тысяч гражданок и граждан, собравшихся по призыву социалистической партии 13 августа в парижском цирке, благодарят Фроссара и Кашена за отчет о только что совершенной ими поездке в Россию; присоединяются к их заявлению о солидарности с русской рабочей революцией; обязуются всеми силами воспрепятствовать новой войне, целью которой была бы поддержка авантюристов, подкупленных капиталистами; заявляют о своей воле добиться признания правительства республики Советов; шлют горячий, братский привет российским пролетариям. Да здравствует русская революция! Да здравствует международная социальная революция!» ¹.

На следующий день в Страсбурге состоялся конгресс Республиканской ассоциации бывших участников войны (АРАК), на котором 430 голосами против 110 эта органи-

¹ Ж. Дюкло. Октябрь 17 года и Франция. М., 1967, стр. 327 — 328.

315 зация присоединилась к «кампании за программу Москвы» ¹. С яркой речью там выступил Вайян-Кутюрье, член Комитета III Интернационала ².

Усилиями группы Кашена и Комитета III Интернационала были проведены многолюдные митинги в Париже ³, а также по всей стране. Чрезвычайно большое значение имело опубликование решений Второго конгресса Коминтерна ⁴, в том числе письма Президиума Второго конгресса ко «Всем членам Французской социалистической партии, всем сознательным пролетариям Франции» ⁵ и 21 Условия приема в Коминтерн, оказавших большое влияние на исход борьбы во французской партии. Огромную работу по пропаганде материалов и документов Второго конгресса во всех низовых организациях проделали Кашен, Вайян-Кутюрье и другие руководители левого крыла ФСП. Это позволило рядовым французским социалистам, которые раньше часто инстинктивно, благодаря своему классовому чутью выступали за Коммунистический Интернационал, лучше разобраться в ряде сложных вопросов и понять необходимость коренной перестройки всей партийной работы. В течение целого месяца ежедневно «L'Humanité» под рубрикой «То, что мы видели в России» помещала статьи делегатов ФСП на Втором конгрессе ⁶. Эти статьи знакомили широкие массы рабочих с подлинной обстановкой в Советской России, со всеми замечательными преобразованиями, которые там произошли, с истинным характером советского строя, всячески искажавшимся буржуаз-

¹ «Le Journal du Peuple», 15. VIII 1920.

⁶ Ж. Дюкло в своей книге «Октябрь 1917 года и Франция» отмечает, что за этот период «L'Humanité» опубликовала около 30 статей М. Кашена и около 20 статей Фроссара (стр. 329).

316 ной пропагандой. Много внимания уделялось в «L'Humanité», выходившей тиражом около 200 000 экземпляров, опыту русской революции и партии большевиков, аграрной и культурной политике в России, организационным вопросам партии нового типа, ее взаимоотношениям с профсоюзами ¹ и др. После длительной дискуссии в партии каждое из направлений в связи с приближающейся датой чрезвычайного съезда выработало свою платформу, где излагалась его позиция по основным вопросам, поставленным в повестку дня Вторым конгрессом Коминтерна: о диктатуре пролетариата, о парламентаризме, о роли партии, о взаимоотношениях ее с синдикатами, об аграрной и национально-колониальной политике. Левое крыло ФСП — Комитет III Интернационала и группа Марселя Кашена — представило общий проект резолюции о присоединении к III Интернационалу, составленный в духе решений Второго конгресса применительно к французским условиям. Там говорилось, что «партия признает условия, выставленные Коммунистическим Интернационалом для того, чтобы избегнуть присоединения к нему антикоммунистических элементов, справедливыми и необходимыми» ². Резолюция левого крыла, в которой нашли свое отражение все основные положения 21 Условия, была одобрена Исполкомом Коминтерна ³. Но были вопросы, выдвинутые в 21 Условии, которые представляли серьезные трудности для французской партии и которые предстояло решать, учитывая особенности развития французского рабочего движения. Прежде всего, это вопрос об исключении из партии центристских лидеров. В резолюции говорилось, что партия решительно разрывает с реформистской политикой. Однако персонально

¹ По этому особенно актуальному для французского рабочего движения вопросу «L'Humanité» писала: «Профсоюзное движение никогда не принимало в России принцип «нейтральности». Член профсоюза может быть нейтральным, профсоюз — никогда. Вся история русского рабочего класса доказала самым очевидным образом нерасторжимость борьбы политической с экономической борьбой» («L'Humanité», 20. VIII 1920). ² «L'Humanité», 3. XI 1920. ³ В письме ИККИ Турскому съезду от 24. XII, опубликованном в «L'Humanité» 29. XII 1920 г., было сказано, что «за исключением некоторых пунктов (вопрос о названии партии), мы можем солидаризироваться с этой резолюцией».

317 никто не был назван, и в частности Лонге. В соответствии с сентябрьским «Письмом к немецким и французским рабочим» Ленина и ноябрьской резолюцией ИККИ по поводу группы Лонге, резолюция предполагала исключать из партии не за прошлые ошибки и заблуждения, а за поведение в настоящее время. Все те, кто объявлял о своем разрыве с оппортунизмом и подчинялся постановлениям партии, могли остаться в ее рядах.

При решении другого важного вопроса — вопроса о взаимоотношениях партии и синдикатов — пришлось также учитывать специфику развития французского рабочего движения. Профсоюзы во Франции, возникшие раньше социалистической партии и развивавшиеся самостоятельно, всегда претендовали на независимое от партии существование. Надо сказать, что ФСП считала вполне нормальным сложившееся положение, закрепленное Амьенской хартией 1906 г. Принимая во внимание эти десятилетиями складывавшиеся традиции, резолюция делала упор на усиленной коммунистической пропаганде в профсоюзах. Она не предлагала создания в синдикатах коммунистических групп, которые рассматривались бы как посягательство на автономию и встречались бы в штыки, а видела задачу партии в том, чтобы завоевать большинство в профсоюзах и затем установить с ними единство действий «без подчинения одной организации другой» ¹. В резолюции говорилось также о необходимости покинуть Амстердамский Интернационал, но совершенно недостаточно было сказано о необходимости борьбы в синдикатах против оппортунистической политики лидеров ВКТ.

Не нашел также никакого отражения в резолюции Комитета III Интернационала очень важный вопрос о нелегальных организациях и нелегальной работе. Причины этого надо искать в тех условиях, в которых развивался французский социализм. «...В Западной Европе, особенно пропитанной особенно закоренелыми легалистскими, конституционными, буржуазно-демократическими предрассудками» «чересчур привыкли к легальности» ²,— писал В. И. Ленин. Кроме того, вопрос о нелегальных организациях вызвал самую яростную кампанию со стороны правых и центристов, которые пытались сыграть на демокра-

¹ «L'Humanité», 3.XI 1920.

² В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 38 — 39, 24.

318 тических традициях рядовых французских социалистов и запугать массы вымышленными опасностями в связи с созданием «тайных» организаций. Французские левые социалисты опустили тезис о нелегальных организациях, решив создавать нелегальные ячейки, например, в армии, но не провозглашать об этом открыто, дабы не привлечь внимание полиции ¹.

И, наконец, последний вопрос — о перемене названия партии. Резолюция Комитета III Интернационала временно сохранила прежнее название. Это было сделано по тактическим соображениям. Сторонники присоединения к III Интернационалу учитывали настроение рабочих масс, которым было дорого старое привычное название своей партии. Если изменить сейчас название партии, то многие честные социалисты, не поняв причин этой замены, останутся с оппортунистическими вождями, которые тогда будут безраздельно «олицетворять собой» французский социализм. Вполне понимая важность изменения названия партии, французские левые социалисты решили провести его в жизнь в два приема: сначала разорвать с реформизмом и повести за собой широкие массы, а затем уже после подготовительной работы в массах изменить название партии ².

Таким образом, резолюция сторонников присоединения к III Интернационалу, несмотря на определенные погрешности, в основном правильно и гибко проводила линию Коминтерна.

Правые реконструкторы во главе с Блюмом, Браком, Мейера, Паоли опубликовали свой проект резолюции «За интернациональное единство», в котором полностью отвергались основные принципы Коммунистического Интернационала ³. Еще раньше и более подробно позиция правого крыла французской партии была изложена Л. Блюмом в серии статей в «L'Humanité» под названием «В Москву?». В них доказывалось, что «новые догмы», «только что сформулированные доктрины Москвы» «неприемлемы для

¹ ЦПА ИМЛ, ф. 495, оп. 1, ед. хр. 14.

³ «L'Humanité», 11.XI 1920.

319 Франции» и противоречат «традиционному французскому социализму» ¹.

Очень скоро, в конце ноября, правые реконструкторы, стоявшие на открыто враждебных позициях по отношению к III Интернационалу, объединились с социал-шовинистами Реноделем, Варенном, Бонкуром и др. в Комитет социалистического сопротивления ² и выпустили свой манифест, в котором в самых резких выражениях обрушивались на организационные принципы Коминтерна, намеренно извращая их ³. Провозглашая свой принцип пропорционального представительства, существования фракций в партии, «автономности низовых организаций», «инициативы парламентской группы» и «поддержания традиционной политики», резолюция правых категорически отвергала демократический централизм, чистку партии, нелегальную работу ⁴ и т. д.

Касаясь отношения пролетариата к войне, резолюция продолжала защищать предательскую политику «национальной обороны», приведшую в свое время к краху II Интернационала. Такую же реакционную позицию занимал Комитет социалистического сопротивления (или как его называли сторонники III Интернационала — «Комитет Сопротивления Социализму») по национально-колониальному вопросу. Тезисы правых гласили, что партия «отказывается смешивать повстанческое движение угнетенных народов с работой по освобождению пролетариата» ⁵.

¹ «L'Humanité», 19, 24, 27, 31. X; 13. XI 1920.

⁵ Ibid.

320 Позиция французских центристов по отношению к Коммунистическому Интернационалу и его принципам была выражена в двух документах: в резолюции «Комитета реконструкции», напечатанной в «L'Humanité» 6.XI 1920 г., и в декларации этого же Комитета от 16.XII 1920 г. Лонгетисты так же, как и правые, исходили из того, что основные тактические и организационные принципы Коминтерна, зафиксированные в Условиях приема, «абсолютно противоположны результатам опыта всех больших социалистических партий Западной Европы в продолжение 30 лет» ¹. Резолюция Лонге — Фора формально высказывалась за присоединение к Коминтерну, правда, с оговорками. Французские центристы не решились открыто отвергнуть вступление в Коминтерн, хотя их оговорки по сути дела отбрасывали все основные условия приема. Безоговорочно принимались лишь 4 пункта из 21 Условия: осуждение Лиги наций, помощь Советской республике, публикация документов Коминтерна и созыв экстренного съезда, т. е. такие условия, под которыми подписались бы и правые, как справедливо отметил Вайян-Кутюрье. Он писал, что центристы «принимают присоединение в принципе, но отталкивают его на практике. Принимают потому, что не могут сделать по-другому» ². Действительно, боязнь оказаться без поддержки рядовых социалистов, настроение которых было явно в пользу III Интернационала и русской революции, заставляла центристов вести двусмысленную политику. Разоблачая маневры лонгетистов, Вайян-Кутюрье показал, что фактически есть только два предложения, так как предложение Лонге — Фора сводится к предложению правых реформистов из Комитета сопротивления ³. Действительно, развернувшаяся борьба шла между двумя направлениями: революционным, пролетарским и оппортунистическим, мелкобуржуазным ⁴.

В начальной стадии борьбы лонгетисты держались осторожно, не высказываясь точно и определенно по коренным, принципиальным вопросам. Свои расхождения с коммунистическим движением центристы пытались свести к вопросам организационного порядка. Они маневрировали, при-

¹ «L'Humanité», 11.XI 1920.

⁴ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 296.

321 бегая к различного рода уловкам. Лонгетисты использовали то обстоятельство, что вначале во французской прессе появились 9 условий приема, содержавшиеся в письме Президиума Второго конгресса. В «L'Humanité» 21 Условие было опубликовано 8.X.1920 г. Перед появлением их был напечатан еще раз неполный текст — 18 условий ¹. Это создало некоторую растерянность у части левого крыла французской партии, которое не сразу заняло определенную позицию, а пошло на поводу у лонгетистов, затеявших возню вокруг вопроса о подлинности тех или иных условий. Правильно выступил М. Кашен, который сказал, что не следует рассуждать и спорить о 9, 18, 21 или 500 условиях, а нужно решать, заодно ли с русской революцией ².

По мере приближения срока созыва съезда заметно менялся тон полемики лонгетистов, все больше проявлялось их истинное отношение к III Интернационалу, которое они пытались вначале маскировать. Лонгетисты ополчились на 21 условие за то, что они даны в повелительной, «ультимативной» форме и попирают «национальное достоинство» и «независимость» партии. Коммунистический Интернационал они стремились представить чисто русским учреждением, проводящим политику Москвы. Эти враждебные выпады были разоблачены Лениным в «Письме к немецким и французским рабочим» и в октябрьском письме ИККИ ³.

В своей резолюции лонгетисты отстаивали старые традиции французского реформизма. Они выступали поборниками «единства» партии, отказываясь идти на разрыв с правыми. В то же время лонгетисты лицемерно заявляли о своем стремлении к сильной, дисциплинированной

¹ «Bulletin communiste», N 26 — 27, 26. VIII 1920, p. 16 — 18.

³ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 295 — 297. Отвечая французским реформистам на их крики об «ультиматуме Москвы» и т. п., ИККИ еще раз подтвердил свою позицию, изложенную в «Письме Президиума Второго конгресса», что «ИККИ никогда не покушался на автономию Французской социалистической партии» и что «единственным условием, которое для вас является ультимативным, это полный и безусловный разрыв с реформистскими элементами, беспощадное исключение из партии тех, кто не хочет и не может стать на точку зрения пролетарской революции, диктатуры пролетариата и коммунизма». Это письмо было опубликовано в «L'Humanité», 18. XI 1920.

322 партии. Точно так же в национально-колониальном вопросе они на словах объявляли себя друзьями угнетенных народов, признавали их право на свободное самоопределение, а на деле отказывались поддерживать угнетенные национальности в их вооруженной борьбе против империализма ¹. Особенно ярко оппортунистическая сущность лонгетистов проявилась в основном вопросе пролетарской революции — отношении к диктатуре пролетариата. Центристы считали, что диктатура пролетариата должна быть безлична и осуществляться только в течение очень краткого переходного периода. Кроме того, она «должна проводиться организованным пролетариатом, т. е. уполномоченными представителями синдикатов и кооперативов в тесном сотрудничестве с социалистической партией, а также, быть может, и советами рабочих и крестьян» ². Другими словами, отрицался основной принцип организации диктатуры пролетариата — руководящая роль пролетарской партии,— и протаскивалась старая анархо-синдикалистская идея корпоративного представительства. Таким образом, не имея возможности обойтись без словесного признания диктатуры пролетариата, лонгетисты искажали и выхолащивали ее революционную суть. Отношение лонгетистов к Октябрьской революции было тоже неопределенно и двусмысленно, как и вся их политика. Выставляя себя перед лицом широких масс преданными ее защитниками, лонгетисты на самом деле считали русскую революцию результатом стечения благоприятных обстоятельств, явлением случайным, и в этом, как правильно отметил Кашен на Турском съезде, заключалась суть позиции лонгетистов, отказавшихся в конце концов вступить в III Интернационал. Борьба за присоединение к Коммунистическому Интернационалу, яростная полемика, развернувшаяся в прессе вокруг принципов Коминтерна, содействовали дальнейшему размежеванию среди лонгетистов. Политическая неустойчивость центризма как политического направления сказалась в том, что в нем снова наметилось «левое» и «правое» крыло. Первое возглавил Верфейль, второе — Прессман. Это не значит, конечно, что произошла серьез-

¹ «L'Humanité», 6. XI 1920. ² Ibid.

323 ная эволюция во взглядах, в частности Верфейля. Он разделял по-прежнему все реформистские концепции, но занял позицию «послушного и верного солдата» партии. На съезде Сенской федерации Верфейль заявил, что, «каково бы ни было решение съезда, он останется в партии» ¹.

Такое гибкое маневрирование и лавирование этой части центристов, прикрывавшихся революционными фразами, представляло весьма серьезную опасность для создававшейся коммунистической партии, поскольку давало возможность проникнуть туда идейно чуждым элементам. Коминтерн особенно предостерегал рядовых членов партии от центристов такого толка: «Все группы, партии, деятели рабочего движения, полностью или отчасти стоящие на точке зрения реформизма, «центра» и т. п., неизбежно становятся в силу крайнего обострения борьбы либо на сторону буржуазии, либо в число колеблющихся, либо (что всего опаснее) попадают в число ненадежных друзей победоносного пролетариата» ². И Коммунистический Интернационал был абсолютно прав, ибо впоследствии кратковременное пребывание Верфейля и его группы в ФКП усугубило тяжелый кризис, возникший в партии в связи с борьбой против идейных и организационных принципов Коминтерна, развязанной внутри партии людьми типа Верфейля ³. Прессман с самого начала не принял 21 Условие даже на словах. Он полностью солидаризировался с Реноделем в вопросе социал-оборончества. Идейная близость Прессмана с социал-шовинистами проявилась и в других вопросах, поэтому не было ничего удивительного в переходе Прессмана в ряды правых реформистов, оформившемся еще до Турского конгресса. Прессман явился тем мостиком, которым очень скоро воспользовались остальные центристы. Эта эволюция была вполне закономерна, поскольку не существовало особых идеологических разногласий в позициях правых реформистов и центристов. Если и были расхождения, то лишь в вопросах тактической борьбы против Коминтерна: правые выступали открыто против присоединения, не играя в прятки, центр — завуалированно.

¹ «L'Humanité», 22.XI 1920.

³ Вскоре Верфейль был исключен из ФКП и оказался снова вместе со своими единомышленниками в социалистической партии.

324 Левое крыло ФСП вместе с Комитетом III Интернационала, поддержанное революционными элементами в синдикальном движении, сгруппировавшимися вокруг газеты «La Vie ouvrière», Республиканской ассоциацией бывших участников войны и другими революционными организациями, вело борьбу за присоединение к Коминтерну, отстаивая основные принципы III Интернационала в ожесточенной полемике с реформистами. Эта борьба за вступление в Коминтерн проходила в атмосфере большого полититического накала. Характерной чертой рабочего движения второй половины 1920 г. явился рост политических выступлений пролетариата. По всей стране широко развернулось движение солидарности с Октябрьской революцией, направленное против проводимой французской буржуазией политики интервенции в отношении молодого Советского государства. 10 ноября 1920 г. «L'Humanité» опубликовала список 41 митинга, которые прошли под лозунгом «За мир с Россией» ¹. На этих собраниях и демонстрациях рабочий класс требовал немедленного и полного разоружения, амнистии осужденным по военным и политическим делам, прекращения вмешательства в дела России. Борьба и жизнь Советской республики оставались постоянно в центре внимания французского пролетариата. Трехлетнюю годовщину Страны Советов он отметил внушительными демонстрациями. Грандиозными были также манифестации, проведенные почти во всех городах Франции в память 6-й годовщины со дня смерти Жореса, в которых рабочий класс еще раз выразил свое отношение к войне. В одном Париже участвовало 100 000 демонстрантов. Борьба за присоединение к III Интернационалу, проходившая в обстановке возросшей политической активности рабочего класса, способствовала успехам революционного направления.

Чрезвычайно большое влияние на исход борьбы в ФСП за присоединение к Коммунистическому Интернационалу оказало решение съезда в Галле, проходившего в середине октября, о немедленном вступлении в III Интернационал Независимой социал-демократической партии Германии. Аргументы центристов, что в Коминтерн не входит ни одна крупная социалистическая партия Европы, что условия Коммунистического Интернационала, этого «чисто

¹ Ж. Дюкло. Октябрь 17 года и Франция, стр. 338.

325 русского учреждения», неприемлемы для западноевропейских партий, были биты. А надо сказать, что противники присоединения во Франции питали большие надежды на неудачу Галльского съезда ¹. Они активно пытались помешать присоединению НСДПГ к Коминтерну. Такую цель преследовал в своем выступлении Лонге, который был на Галльском съезде представителем от ФСП.

Галльский съезд был «великолепным ответом немецкого пролетариата,— писал Рену,— всем тем, кто сомневался в его воле к соединению с Интернационалом, созданным русской революцией. Французский социализм должен усвоить этот великий урок» ².

Другим событием, сыгравшим также важную роль в борьбе за коммунистическую партию во Франции, был съезд социалистической молодежи, проходивший в конце октября 1920 г., который высказался за преобразование Союза социалистической молодежи в Союз коммунистической молодежи ³. Социалистическая молодежь с самого начала активно участвовала в борьбе за вступление в III Интернационал. Еще в июле 1920 г. образованный Комитет за автономию и присоединение к III Интернационалу созвал в Пюто съезд меньшинства социалистической молодежи, принявший решение о присоединении к Коминтерну. В рядах молодежи самоотверженно боролись Г. Пери, главный редактор газеты «L'Avantgarde», Франсуа Бийу в Роанне, Раймон Гюйо в Тоннере, Жорж Коньо в лионском студенческом объединении революционеров-коллективистов ⁴, а также Жак Дюкло, Флоримон Бонт и другие, прошедшие школу войны. Социалистическая молодежь шла в авангарде борьбы за Коммунистический Интернационал и своим октябрьским национальным съездом подавала пример Турскому съезду ФСП.

Французский пролетариат, славный своими революционными традициями, с большим подъемом высказывался за коммунистические принципы III Интернационала.

¹ «Будем откровенны,— писал Д. Рену,— противники присоединения к III Интернационалу много рассчитывали на немецких независимых» («L'Humanité», 23. X 1920).

⁴ См. Ж. Фревиль. Рождение Французской коммунистической партии, стр. 98.

326 Поэтому Д. Рену мог с полным основанием сказать, что «наш будущий съезд ответит съезду в Галле так же, как съезд в Страсбурге ответил съезду в Лейпциге» ¹. И действительно, массовый характер, который приняло движение за присоединение к Коммунистическому Интернационалу, позволял делать такие выводы. Это продемонстрировали и федеральные съезды социалистической партии, проходившие с ноября 1920 года.

Наиболее важное значение имел съезд Сенской федерации, которая являлась первой по численности и по ее роли в жизни всей партии. Съезд Сенской федерации проходил в Бельвильуазе 14, 21, 28 ноября и 4 декабря 1920 г. Помимо резолюций, представленных 3 основными направлениями в ФСП, было еще выдвинуто предложение Эйна — Леруа, которое отражало крайне левые, экстремистские настроения, существовавшие в Сенской федерации. По сути дела это не была самостоятельная резолюция, а поправки к резолюции Комитета III Интернационала и Кашена, требующие категорического принятия 21 Условия без всяких изменений. Цепляясь за букву, «ультралевые» не разобрались в существе предложения Комитета III Интернационала и Кашена и обрушили на него всевозможные нападки, вызвав лишь шумное одобрение правых и центра. Поправки Эйна — Леруа, в частности, во что бы то ни стало требовали изменения названия партии, а также подчинения синдикатов. Леруа в своем выступлении так и заявил: «Мы думаем, что синдикаты и кооперативы должны быть подчинены партии... даже если это не нравится революционному Комитету» ².

Такая позиция вовсе не означала «решительности» в борьбе за III Интернационал, а могла принести лишь вред делу образования коммунистической партии в стране. «Ультралевые» отталкивали многих рабочих, идущих за революционными элементами в синдикатах. Они полностью игнорировали особенности развития французского рабочего движения, сбрасывая со счетов синдикальное движение, часто более революционное чем Французская социалистическая партия, возглавляемая оппортунистическим руководством. В этом важнейшем вопросе следовало

¹ «L'Humanité», 23. X 1920.

² «Le Journal du Peuple», 22. XI 1920. Имеется в виду Комитет революционных синдикалистов.

327 проводить настойчивую и систематическую борьбу против анархо-синдикалистских и других вредных традиций, обусловленных длительным господством оппортунизма во французском рабочем движении. Предложение Эйна — Леруа представляло образец самой негибкой тактики, ведущей к сектантству. Этим направлением, немногочисленным и не имеющим серьезного значения в общем развитии французского социализма, отдавалась тем не менее дань «детской болезни «левизны» в коммунизме», широко распространенной в других западноевропейских странах. Позиция этого направления субъективно выражала революционные настроения известной части французских социалистов, неудовлетворенных делаемыми оговорками. Объективно же такая позиция наносила вред делу присоединения к III Интернационалу, так как она приводила к сектантству, к отрыву от широких социалистических масс. Задача, которая стояла перед французскими социалистами, заключалась в том, чтобы создать массовую пролетарскую партию, вобрав в нее лучшие революционные силы. Конечно, должна была существовать определенная грань, переступать которую было нельзя, не жертвуя интересами создания действительно революционной партии рабочего класса, свободной от оппортунистических элементов. Можно сказать, что такая грань устанавливалась предложением Кашена и Комитета III Интернационала.

Позиции левого крыла на съезде Сенской федерации защищали Д. Рену и Вайян-Кутюрье.

Положение правых на съезде было крайне незавидным. Реноделю долгое время не давали открыть рта. Появление Реноделя на трибуне было встречено бурей протеста, как писала «L’Humanité» 22 ноября 1920 г. Речь его неоднократно прерывалась возмущенными возгласами, а когда Ренодель пустился в клеветнические измышления, основным источником которых явились свидетельства меньшевиков, то ему не дали кончить. «Сегодня нельзя выступить публично, если не согласен с направлением (левым. — З. Ч.). Нас позорят, с нами обращаются как с изменниками и предателями» ¹,— жаловался Ренодель.

Результаты голосования подтвердили победу левого крыла. Из 17 146 членов федерации, представленных на съезде, 13 488 высказалось за предложение Кашена, 2114 —

¹ «L’Humanité», 22. XI 1920.

328 за Лонге, 1061 — за Блюма и 248 — за поправки Эйна. Соответственно с голосованием левое направление получило право послать 58 делегатов на Турский съезд, центристы — 9, правые — 5, «ультралевые» — 1 делегата ¹.

Большое значение имела также победа сторонников III Интернационала на съезде в департаменте Нор, одной из крупнейших федераций партии. Оценивая результаты голосования (за резолюцию Кашена — 462 мандата, Лонге — 247, Блюма — 23) ², надо учитывать такой важный момент, что в этой федерации были очень сильны гедистские традиции, а отрицательное отношение Геда к Коммунистическому Интернационалу было хорошо известно французским рабочим из его письма, перепечатанного в «L’Humanité» 14 октября 1920 г. из «Cri du Nord». Поэтому революционному крылу федерации Нор во главе с Г. Жеррамом пришлось провести чрезвычайно большую работу в пользу III Интернационала, прежде чем удалось преодолеть упорнейшее сопротивление противников Коминтерна и, в частности, друга и соратника Геда Делори, чей авторитет как старейшего активиста партии был весьма велик.

Съезды, проходившие во всех федерациях, показали, что огромное большинство стоит за Коммунистический Интернационал. Из 94 федераций ³ в 79 абсолютное большинство голосовало за присоединение к III Интернационалу. Причем только в 7 федерациях большинство это было незначительное — до 55%. В остальных же федерациях это предложение было принято подавляющим большинством. 12 федераций единогласно высказались за присоединение. Среди этих федераций были такие значительные, как федерации Мозель, Марны, Дордони, как федерация Луары с промышленным центром Сент-Этьенн и другие. В 4 федерациях большинство составляло свыше 90 процентов, а в 13 — свыше 80 процентов. В числе последних были важнейшие по своему значению федерации: Сены — 80 процентов, Сены и Уазы — 81 процент, Роны около 80 процентов. В таких крупных федерациях, как федерация Верхнего Рейна, Соны и Луары и других, сторонники III Ин-

¹ «L’Humanité», 29.XI 1920.

³ Материалы взяты из приложений к протоколам Турского съезда и из выступлений делегатов на нем.

329 тернационала собрали свыше 70 процентов. Промышленный север Франции, являвшийся цитаделью гедизма, дал также значительное большинство предложению Кашена: вторая по величине федерация Нор — 63 процента, Па-де-Кале — 56 процентов.

Только в 14 федерациях предложение сторонников III Интернационала собрало меньше 50 процентов (от 30 до 48 процентов). Незначительные федерации Юры и Маенны дали немногим больше 20 процентов. И, наконец, одна федерация Верхней Соны целиком высказалась за центристов. Но эта единственная «победа» еще больше подчеркнула полнейший провал лонгетистов. Ни одна из этих федераций не являлась ведущей. В частности, федерация Верхней Соны имела право на 9 мандатов (а федерация Сены — на 721). Единственная более или менее крупная федерация, в которой предложение Комитета III Интернационала и Кашена собрало только 36 процентов, была федерация Верхней Вьенны, где издавна укрепились лонгетисты.

Таков был печальный для французских оппортунистов общий итог борьбы против Коммунистического Интернационала на федеральных съездах партии. Низовые организации партии ясно и недвусмысленно показали, что они хотят покончить с прежней оппортунистической практикой своих руководителей и вступить в III, Коммунистический Интернационал, который они нераздельно связывали с Октябрьской революцией, с задачами решительной классовой борьбы в своей стране.

18-й национальный съезд социалистической партии открылся 25 декабря 1920 г. в Туре. На нем присутствовало 285 делегатов, представлявших 89 федераций из 96. Левым крылом ФСП во главе с Кашеном была проделана большая подготовительная работа. Решения Второго конгресса Коминтерна обсуждались в течение больше 4 месяцев по всей стране, вплоть до самых отдаленных деревень. Никогда еще обсуждение не было столь активным и всесторонним ¹. К началу Турского съезда мнение большинства партии, собственно говоря, уже было известно.

Тем не менее на съезде с самого начала развернулась упорная борьба. Правые и центристы рассчитывали, очевидно, рядом маневров помешать вступлению в Коминтерн.

¹ «Коммунистический Интернационал», 1939, № 1, стр. 38.

330 При обсуждении повестки дня от имени Комитета III Интернационала было внесено предложение изменить порядок обсуждения. В предложенной Постоянной административной комиссией повестке дня вопрос о III Интернационале стоял самым последним ¹. Этим обсуждение первостепенного вопроса отодвигалось на задний план. Против изменения повестки дня выступили и центрист Гуд, и лидер правых Блюм. Однако значительным большинством ² отчеты партийных органов были перенесены в конец заседаний. Такое начало говорило о том, что французские оппортунисты не намерены были складывать оружие. И действительно, они сделали еще одну попытку помешать широкой дискуссии о вступлении в III Интернационал. Обсуждение вопроса о Коммунистическом Интернационале предполагалось начать с выступления делегатов из провинций. Однако, учитывая, что подавляющее большинство федераций высказалось за III Интернационал, правые решили не давать слова представителям с мест. Ренодель, а за ним Брак и Блюм, ссылаясь на недостаток времени для заслушивания всех федераций, предложили сразу приступить к общей дискуссии. В качестве основного довода они приводили то обстоятельство, что выступающие смогут выразить лишь мнение большинства (!!!). Но и здесь правые получили должный отпор. Съезд решил заслушать сообщения делегатов в алфавитном порядке.

Из выступлений делегатов ясно вырисовывалось стремление рядовых социалистов покончить с предательской политикой II Интернационала. «Мы не хотим больше военного социализма» ³,— заявил Делягранж, представитель Дордони, единогласно голосовавшей за III Интернационал. Многие делегаты, говоря о своем согласии с Условиями приема, объясняли и причины, по которым они стремятся вступить в Коммунистический Интернационал. Особенно убедительно в этом отношении было выступление представителя федерации Воклюз Денанта. «Мы присоединяемся к предложению Комитета III Интернационала без всяких

¹ 1. Доклад секретаря; 2. Доклад казначейства; 3. Доклад Контрольной комиссии; 4. Доклад Административного совета и дирекции «Юманите»; 5. Доклад парламентской группы; 6. Вопрос об Интернационале («L'Humanité», 22. XII 1920).

³ 18 Congrès national, p. 36.

331 оговорок. Мы присоединяемся потому, что оно нам представлено Москвой, потому, что мы целиком с теми, кто реализует, а не обещает... Мы не находим в этих тезисах никакого противоречия с принципами социализма. Мы не отделяем дело революции от III Интернационала. Успех одного дела тесно связан с успехом другого... Мы присоединяемся потому, что присоединение нам несет суровую дисциплину, перед которой мы счастливы и горды склониться, так как мы не хотим, чтобы партия была большим открытым домом, куда проникает всякий, кто хочет, где делают то, что хотят, или где большую часть времени ничего не делают. Мы за III Интернационал, потому что он осуждает реформизм, потому что он осуждает то прошлое, за которое мы краснеем, прошлое военного социализма...» ¹. Характерным моментом съезда явилось единодушное присоединение к III Интернационалу секций крестьянских федераций. Делегат от федерации Крёз заявил, что в деревнях мы находим пылких сторонников III Интернационала ², высказывающихся за принцип — «земля тем, кто ее обрабатывает». Это говорило о том, что французские крестьяне одобрили аграрную политику, изложенную в тезисах Второго конгресса Коминтерна и успешно осуществляемую на практике Советским государством. Особое место в дискуссии на съезде и на федеральных съездах занял вопрос о единстве партии, который лонгетисты сделали своим главным козырем и пытались на нем спекулировать, ибо многие французские социалисты еще разделяли иллюзии единства «во что бы то ни стало». Ряд федераций, голосовавших за присоединение, в то же время не понимал необходимости разрыва с оппортунистической политикой центристов. Так, представитель федерации Нижней Сены заявил: «Я обращался к Лонге и просил его остаться с нами, потому что я не вижу глубоких различий между ним и нами» ³. Те же предрассудки единства любой ценой проявились в федерации Коррез, единогласно принявшей присоединение и единогласно воздержавшейся от осуждения Лонге и его друзей. Страх перед расколом партии, непонимание центристской опасности для создающейся революционной партии пролетариата продемонстрировали федерация Эр, которая решила присоеди-

¹ 18 Congrès national, p. 117 — 118. ² Ibid., p. 35. ³ Ibid., p. 139.

332 ниться, но оставалась «верной Лонге», и федерация Жер, которая, голосуя за предложение Кашена, хотела единства с Лонге.

Однако на съезде в полный голос заявили о себе сторонники другого, революционного единства. «Мы стремимся,— сказал делегат Уазы,— не к старому единству, которое соединяет реформистов и революционеров, а к единству революционного действия, которое объединяет только тех, кто хочет работать для дела революции. И это единство может быть осуществлено только через III Интернационал» ¹. С таким же требованием выступал представитель Савойи: «Мы думаем, что в партии мы не можем жить сообща под одной и той же крышей в то время, как одни нас тянут за ноги, другие за голову. Мы хотим единства революционных действий» ². Тем, кто поддерживает единство от крайне правых до крайне левых, сторонники революционного единства приводили пример Германии. «Шейдеманы и Носке... выстрелили в спину революции. Такого единства мы не хотим» ³.

Не удался противникам Коминтерна и их очередной процедурный маневр, когда они под предлогом неосведомленности масс об условиях приема выдвинули предложение отложить съезд на полгода, что позволило бы им выиграть время и предотвратить немедленное присоединение к III Интернационалу. Зацепкой для этого предложения послужили некоторые выступления представителей меньшинства федераций, которые утверждали, что кампания за присоединение происходила в невозможных условиях, что им не давали говорить, ограничивая время ⁴.

С разоблачением подобных клеветнических заявлений выступил Марсель Кашен. «Никогда еще в прошлом, даже во время самых сильных идейных конфликтов в партии, не применялась столь подлинно демократическая процедура, как сейчас. Каждый активист, без всякого исключения, мог ознакомиться с текстами, с тезисами, с условиями, с аргументами за и против присоединения к Москве; каждый ясно знает те последствия, которые повлечет за собой принятое решение» ⁵. И центристы и правые имели все

¹ 18 Congrès national, p. 48.

⁵ «L'Humanité», 25. XII 1920.

333 возможности излагать свои взгляды устно и в прессе. Больше того, центристское руководство федерации Соны и Луары в надежде собрать больше голосов устроило референдум, продолжавшийся целую неделю. Но и эта мера принесла мало утешительного для центристов. Федерация Соны и Луары свыше 70 процентов голосов отдала сторонникам присоединения.

Предложение об отсрочке съезда, которое особенно поддерживал Лонге, было отвергнуто ¹. Съезд решил приступить к общей дискуссии по вопросу о III Интернационале. В ходе начавшейся дискуссии особенно активны были представители правого крыла. С изложением своих взглядов выступили Самба, бывший министр в буржуазном правительстве во время войны, Л. Блюм, идейный руководитель в борьбе против Коммунистического Интернационала, и затем Леба. Самба неоднократно пытался прикрываться именами Геда и Жореса, которые в представлении большинства рядовых социалистов олицетворяли французский социализм. Этот демагогический прием важно было разоблачить, что и сделал Вайян-Кутюрье. Он показал, что противопоставлять концепцию Жореса концепции Москвы, как это сделал Самба,— значит игнорировать то обстоятельство, что между ними лежит период мировой войны, период военного социализма ².

Пространное выступление Блюма было еще одной попыткой убедить французских социалистов в том, что «новый социализм» большевиков противоположен французским традициям и «основным и неизменным положениям марксизма», ибо он покоится на анархистских заблуждениях и ложных идеях ³. Против такого подхода к Октябрьской революции, представлявшего ее случайным явлением местного значения, отвергавшего ее международный характер, выступили Марсель Кашен и Шарль Раппопорт. Защищая вступление в Коммунистический Интернационал, Кашен сказал: «Влияние русской революции до того грандиозно, что оно представляет собой будущее всего нашего движения. Эта мысль должна, с моей точки зрения,

¹ «Все искренние социалисты не могут покинуть съезд, не проголосовав за присоединение к III Интернационалу»,— заявил Д. Рену, предложение которого было принято (18 Congrès national, p. 160).

³ Ibid., p. 246.

334 преобладать. Эта мысль должна овладеть совестью и сознанием масс. Эта мысль должна явиться основой всех наших решений и всех наших постановлений» ¹.

Заседание 28 декабря явилось решающим в ходе съезда. В этот день была оглашена телеграмма ИККИ Турскому съезду. Ее острие было направлено на разоблачение центристской фракции, ибо для многих французских социалистов опасность центристского оппортунизма продолжала казаться несерьезной.

Принимая во внимание наличие примиренческих настроений в отношении центристов среди некоторой части сторонников III Интернационала, неумение остро и до конца принципиально вести борьбу с ними, Коммунистический Интернационал взял на себя роль сурового и беспощадного критика позиции лонгетистов. В послании ИККИ говорилось, что центристы «были и остаются определенными проводниками буржуазного влияния на пролетариат» ². Характеризуя резолюцию лонгетистов, ИККИ подчеркивал, что она «насквозь проникнута духом реформизма и самой мелкотравчатой дипломатии. В резолюции Лонге и П. Фора замечательно не только то, о чем авторы ее говорят, но в особенности то, о чем авторы ее молчат. О мировой революции, о диктатуре пролетариата, о советской системе Лонге и его друзья предпочитают либо молчать совершенно, либо говорить самые банальные двусмысленности» ³. Боязнь раскола у некоторой части членов партии, на чем, кстати, и строили свою тактику лонгетисты, создавала серьезную опасность того, что при образовании коммунистической партии размежевание произойдет лишь с безнадежно себя скомпрометировавшими социал-шовинистами, против которых был направлен главный огонь в развернувшейся борьбе сторонников Коминтерна во Франции.

Разъясняя необходимость размежевания во французском социалистическом движении, ИККИ писал: «Самую плохую услугу, какую можно оказать при нынешнем положении французскому пролетариату, это придумать какой-либо запутанный компромисс, который потом окажется гирями на ногах вашей партии. Мы глубоко уверены, дорогие товарищи, что большинство сознательных рабочих

¹ 18 Congrès national, p. 190.

³ Ibid.

335 Франции не допустит гнилого компромисса с реформистами, а создаст, наконец, в Туре единую и сильную, подлинно коммунистическую партию, свободную от реформистских и полуреформистских элементов» ¹.

Эту же задачу — помочь французским социалистам решительно порвать с оппортунизмом — преследовало письмо старейшей немецкой революционерки Клары Цеткин, делегированной на Турский съезд Коминтерном, но не получившей визы французского правительства. В письме, зачитанном на съезде, К. Цеткин призывала искренне и решительно отделиться от правых и центристов и сгруппироваться вокруг знамени III Интернационала. «Недостаточно высказаться за принципы и тактику III Интернационала. Нужно создать гарантии организации... Нужно принять 21 Условие» ²,— писала К. Цеткин.

Еще более сильное впечатление на делегатов съезда произвело выступление К. Цеткин, которая неожиданно появилась в зале заседаний в сопровождении Кашена. Замечательная революционерка пренебрегла опасностями и проникла на съезд нелегальным путем.

Главное внимание в своей короткой, но яркой речи Клара Цеткин уделила основному вопросу — вопросу разрыва с оппортунизмом и революционному единству. Она образно показала, что существующее во Французской социалистической партии единство представляет собой треснувшее здание, тюрьму, в которой правые держат левых ³. Нужно разорвать с теми, кто ведет компромиссную политику. Разделение реформистов и революционеров абсолютно необходимо. Съезд должен образовать централизованную революционную партию,— закончила свое выступление Клара Цеткин.

Все усилия Фроссара, пытавшегося сохранить любой ценой единство с лонгетистами, оказались тщетны. Лонге не откликнулся на его призывы ⁴. Своим выступлением на съезде Лонге продемонстрировал открытое сближение центра с позициями правых. Это обстоятельство было отмечено выступившим вслед за Лонге Вайяном-Кутюрье.

¹ 18 Congrès national, p. 312.

⁴ «Вы не имеете права покинуть нас, вы этого не сделаете, вы этого не должны сделать! Мы нуждаемся в вас так же, как вы нуждаетесь в нас»,— восклицал Фроссар (18 Congrès national, p. 385).

336 Подвергнув острой критике позицию Лонге, Вайян-Кутюрье решительно выступил против формального, искусственного единства, против карикатуры на единство, лишь опутывавшее «слишком грубыми веревками людей, которые действительно не могут больше работать вместе» ¹. Обращаясь к рядовым членам социалистической партии, Вайян-Кутюрье говорил: «Мы хотим также, чтобы люди, которые не разделяют ошибок центристской политики, как наши товарищи из провинции, которые в течение долгих дебатов были достаточно осведомлены, видели, чего мы добиваемся» ².

Вечернее заседание 29 декабря началось голосованием 4 резолюций: Кашена и Комитета III Интернационала ³, Лонге, Прессмана (один из центристских вариантов, ближе к правому крылу) и Эйна — Леруа. Блюм предусмотрительно снял свое предложение, убедившись, что оно не пройдет. Голосование показало, что сторонники III Интернационала одержали полную победу. Они собрали 3208 мандатов. За лонгетистов было подано 1022 мандата. Поправки Эйна — Леруа собрали 44 мандата, предложение Прессмана — 60. Воздержавшихся было 397.

После того как результаты были объявлены, Леруа сделал заявление, согласно которому 44 мандата присоединялись к резолюции левого крыла. Таким образом, решение о вступлении в III Интернационал было принято огромным большинством в 3252 мандата, что составляло более 69% всех голосовавших.

Центристы и правые после того, как их резолюция, осуждающая послание ИККИ, не прошла ⁴, заявили о своем уходе со съезда.

Организационное оформление новой Французской коммунистической партии происходило на последнем заседании съезда. Турский съезд принял манифест, оглашенный Вайяном-Кутюрье. В нем говорилось о громадном истори-

¹ 18 Congrès national, p. 424.

⁴ Она собрала лишь 1398 голосов при 3247 — против (18 Congrès national, p. 481).

337 ческом значении Турского съезда. «Съезд в Туре станет знаменательной вехой в долгой и славной истории социализма во Франции. Возрождая в нашей стране подлинные взгляды Маркса и Энгельса, их учение, некогда для нас священное, но слишком часто забываемое нами на практике, этот съезд в то же время учит нас в дальнейшем приспосабливать наши методы подготовки и наши действия к потребностям нового периода, к тем обязанностям, какие нам повелительно диктует всемирный революционный кризис» ¹.

Коммунистический Интернационал приветствовал образовавшуюся Французскую коммунистическую партию, которая объявила себя единственной наследницей революционных традиций французского народа ². Образование в Туре коммунистической партии знаменовало собой новый этап в развитии французского рабочего движения. Объявив о разрыве с реформизмом, Турский съезд создавал условия для соединения французского рабочего движения с ленинизмом.

Создание коммунистической партии во Франции не было случайным явлением или «делом обстоятельств», как утверждает вопреки истине правая социалистка А. Крижель ³. Движение за присоединение к III Интернационалу, завершившееся образованием коммунистической партии, не было привнесено извне, «навязано Москвой», как пытались изобразить дело оппортунисты всех мастей, а явилось закономерным результатом развития французского рабочего движения.

Возникшая на гребне мощной волны революционного движения 1918 — 1920 гг. и под непосредственным влиянием Октябрьской революции, коммунистическая партия Франции образовалась как массовая партия пролета-

¹ 18 Congrès national, p. 559.

³ A. Kriegel. Histoire du mouvement ouvrier français, t. II, pp. 865 — 868. Она пытается представить дело таким образом, что успехи Советской России в Польше во время работы Второго конгресса сыграли главную роль в решении «французских парламентеров» Кашена и Фроссара, ставших «жертвами климата», вступить в Коминтерн (pp. 645, 646). Несостоятельность этой «концепции», как впрочем и других антикоммунистических выпадов, совершенно очевидна, поскольку уже в августе обстановка на польском фронте резко изменилась, а Турский съезд, на котором решался вопрос о III Интернационале, состоялся лишь в конце декабря 1920 г.

338 риата ¹. Следует сказать, что решающее слово в образовании французской компартии принадлежало так называемым новым членам партии, вступившим в нее после Октябрьской революции в период революционных боев во Франции ².

Огромная роль в переориентации французского социалистического движения и в создании коммунистической партии принадлежала Коммунистическому Интернационалу и лично Ленину, его руководителю. «Коммунистический Интернационал был верен объективным требованиям развития нашей страны, содействуя в огромной степени, образованию Французской коммунистической партии» ³,— отмечал Ж. Коньо.

Второй конгресс Коминтерна явился важнейшим событием в ходе борьбы за создание партии нового типа во Франции. Разработанные и принятые конгрессом решения давали развивающемуся коммунистическому движению основные программные и тактические установки. Чрезвычайно важны и плодотворны были также личные контакты представителей ФСП с руководителями III Интернационала, и особенно с Лениным, их участие в таком представительном форуме, каким явился Второй конгресс Коминтерна.

Внимательно следя за развернувшейся борьбой во французской социалистической партии, Коммунистический Интернационал прилагал огромные усилия, направленные на очищение французского социализма от оппортунизма. В этом отношении телеграмма Коминтерна Турскому съезду, а также яркое выступление на нем представительницы Коммунистического Интернационала Клары Цеткин, сыграли важную роль. Коминтерн указывал на необходимость последовательной борьбы с лонгетизмом как наиболее опасной в тот момент формой французского оппортунизма, поскольку объективно его роль состояла в том, чтобы при помощи лозунга единства не допустить раскола старой со-

¹ Из 178 372 членов, насчитывавшихся в партии накануне Турского съезда, в коммунистической партии осталось свыше 130 000, в то время как к социалистам ушло лишь около 30 000. (См. М. Торез. Сын народа, стр. 103; Histoire du Parti communiste français, p. 114; A. Kriegel. Op. cit., t. II, p. 816).

³ «Cahiers de l'Institut Maurice Thorez». 1967, N 7 — 8, p. 25.

339 циал-демократической партии, удержать под влиянием оппортунистических вождей левеющие массы. В ходе борьбы за коммунистическую партию во Франции реформизму был нанесен серьезный удар. Тем не менее Турский съезд не покончил и не мог покончить сразу с оппортунистическими традициями во французском рабочем движении. «Раскол в Туре провел демаркационную линию между реформизмом и коммунизмом. Нельзя, однако, отрицать тот факт, что образовавшаяся после этого раскола коммунистическая партия в некоторых своих частях сохранила остатки реформистского и парламентского прошлого» ¹,— отмечал Первый расширенный пленум ИККИ. И в этом не было ничего удивительного, ибо процесс образования партии нового типа из старой социал-демократической партии, разъедаемой оппортунизмом,— очень трудный и сложный процесс. «Переход от желания быть революционным и от разговоров (и резолюций) о революции к действительной революционной работе есть очень трудный, медленный, мучительный переход» ²,— писал Ленин.

Французской коммунистической партии предстояла еще, по словам М. Тореза, «трудная пора ученичества», но решающий шаг на пути ее превращения в подлинно коммунистическую, марксистско-ленинскую партию был сделан на Турском съезде.

¹ Коммунистический Интернационал в документах, 1919 — 1932, стр. 276.

² В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, стр. 90.

340 Я. Г. Рокитянский

НЕЗАВИСИМАЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ ПАРТИЯ ГЕРМАНИИ И ВТОРОЙ КОНГРЕСС КОМИНТЕРНА​

Марксистская историография уделила большое внимание исследованию проблем, связанных с влиянием Второго конгресса на судьбу НСДПГ, с выявлением его роли в объединении революционных сил германского пролетариата в массовую коммунистическую партию ¹. Тем не менее до сих пор сохраняется необходимость углубленного исследования ряда аспектов данной проблемы, в том числе внутренних процессов в НСДПГ и тактики Коминтерна по отношению к независимцам.

НАКАНУНЕ ВТОРОГО КОНГРЕССА КОМИНТЕРНА​

НСДПГ была образована в апреле 1917 г. Она собрала под свои знамена чрезвычайно разноликую оппозицию СДПГ: пацифистов и центристов различных оттенков, спартаковцев и представителей других групп, по разным причинам выступавших против политики руководства партии в период первой мировой войны. Разнородность состава НСДПГ наложила печать неопределенности и расплывчатости на тактические и организационные принципы партии ².

Костяк НСДПГ, ее массовую базу составили рабочие крупных промышленных центров. В своем большинстве они отличались радикальностью настроений, выступали за

¹ Истории НСДПГ этого периода посвящены работы П. Ю. Аксамитаса, К. И. Ларькиной, Х. Наумана, Ю. М. Чернецовского и других.

² Эта неопределенность отражалась прежде всего в официальных документах НСДПГ, которые отличались расплывчатостью, наличием эклектически связанных между собой взглядов различных направлений партии. Характерно также и то, что организационные принципы НСДПГ основывались на полной децентрализации, которая превращала партию в объединение слабо связанных между собой организаций.

341 решительную борьбу против германского империализма. Революционно-пролетарский состав НСДПГ отражался в деятельности многих организаций независимцев, обусловливал их активное участие в антивоенных выступлениях 1917 — 1918 гг., в Ноябрьской революции, в ожесточенных классовых боях 1919 — 1920 гг.

Однако ключевые посты в руководящих органах партии захватили центристские элементы германской социал-демократии, следовавшие за своим идеологом К. Каутским. Каутскианство смогло в течение ряда лет вести за собой значительную часть радикально настроенных рабочих, представителей революционной интеллигенции, введя их в заблуждение своей «марксистской» и «революционной» фразеологией, за которой скрывался лишь «марксистски подкрашенный оппортунизм» ¹.

Потерпев в ходе Ноябрьской революции неудачу в попытках сохранить коалицию с шейдемановцами и обеспечить при ее помощи «социалистическое большинство» в Национальном собрании, лидеры НСДПГ под давлением радикально настроенных членов партии были вынуждены с начала 1919 г. перейти к оппозиционной тактике по отношению к СДПГ и возглавляемому ею правительству. Эта оппозиционность, широкая пропаганда в официальных документах и прессе партии популярных в массах лозунгов позволили НСДПГ в 1919 — 1920 гг. на волне массового отхода миллионов рабочих от СДПГ быстро увеличить свою численность и влияние ².

Идеи Октября нанесли по центристской идеологии решительный удар. Они явились исходным моментом для процесса дифференциации внутри НСДПГ. Вначале этот процесс принял форму оживленной дискуссии, развернувшейся с конца 1917 г. в органах прессы НСДПГ по кардинальным теоретическим и тактическим вопросам, связанным с Октябрьской революцией. Она выявила коренные расхождения между правой частью НСДПГ, в лице Каутского и его сторонников, выступившей против великого

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 40, стр. 228.

² Многие радикально настроенные рабочие пошли под знамена НСДПГ вследствие того, что КПГ в 1919 г. была не только слаба организационно, но и страдала болезнью «левизны», главными симптомами которой было отрицательное отношение к участию в выборах в Национальное собрание и к работе в реформистских профсоюзах. См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 57 — 58.

342 дела большевиков, и левой, с восторгом встретившей победу пролетарской революции в России.

Разногласия в НСДПГ в период Ноябрьской революции вылились в ожесточенную внутрипартийную борьбу по кардинальным вопросам революционной стратегии и тактики. В ходе этой борьбы, которая носила ожесточенный характер, из НСДПГ выходят спартаковцы. В конце декабря 1918 г. они образовали КПГ, знаменосца идей Октября в Германии.

С марта 1919 г. по октябрь 1920 г. число членов НСДПГ возросло с 300 тыс. до 893,9 тыс. человек. За это же время число избирателей, голосовавших за НСДПГ, увеличилось более, чем вдвое (в июне 1920 г. оно составило 4,9 млн. человек) ¹.

Однако быстрый рост НСДПГ отнюдь не изменил характер партии. Она продолжала сохранять центристские черты. В то время как во многих организациях независимцы неоднократно демонстрировали решимость вести борьбу против реакции и капиталистической системы, активно участвовали в забастовках, демонстрациях и т. д., лидеры НСДПГ продолжали уводить их от революции.

В. И. Ленин говорил в августе 1919 г. о таких вождях, как о безвольных пособниках буржуазии, реформистах на деле, «какими являются Каутский, Гаазе, Däumig и вся эта «партия» немецких «независимых»» ². Через два месяца, анализируя перегруппировку в германском рабочем движении, Ленин писал: «Масса покидает шейдемановцев и переходит к каутскианцам ради их левого крыла (это видно по любому отчету о массовом собрании), а это левое крыло соединяет — безыдейно, трусливо — старые предрассудки мелкой буржуазии насчет парламентарной демократии с коммунистическим признанием пролетарской революции, диктатуры пролетариата, Советской власти» ³.

Своеобразие развития НСДПГ в 1919 — 1920 гг. заключалось в том, что быстрый рост ее численности и влияния сопровождался процессами, которые вели ее к неминуе-

¹ См. Protokoll über die Verhandlungen des außerordentlichen Parteitages vom 2. bis 6. Marz 1919 zu Berlin, S. 50; Protokoll über die Verhandlungen des außerordentlichen Parteitages in Halle vom 12. bis 17. Oktober 1920, S. 24; Geschichte der deutschen Arbeiterbewegung. Bd. 3, B., 1966, S. 194, 286.

³ Там же, стр. 214.

343 мому кризису и расколу. Речь идет, с одной стороны, о формировании и интенсивном расширении влияния революционного пролетарского крыла НСДПГ (оно было прежде всего связано с массовым притоком в партию революционных рабочих) и с другой — о более глубоком освоении составлявшими это крыло левыми независимцами основных теоретических положений ленинизма. Дискредитация, в ходе ожесточенных классовых боев 1919 — 1920 гг., центристских лозунгов о «чистой демократии», углубление влияния на независимцев революционного опыта и примера большевиков, широкое распространение в Германии ленинских работ, дававших левой части НСДПГ теоретическое обоснование ее революционных взглядов ¹ — все это сделало процесс перехода многотысячной армии независимцев к коммунизму интенсивным и непреодолимым. В апреле 1920 г., отмечая быстрое развитие революционного крыла НСДПГ, Ленин писал, что оно «ведет неуклонную борьбу с оппортунизмом и бесхарактерностью Каутских, Гильфердингов, Ледебуров, Криспинов» ².

Насколько далеко зашли эти процессы уже к концу 1919 г., в полной мере продемонстрировал проходивший в Лейпциге съезд НСДПГ. Развернувшиеся на нем дискуссии показали, что значительная часть независимцев встала на революционные позиции и полно решимости добиться от съезда «совершенно ясного и недвусмысленного признания принципов революционного социализма» ³. Этим настроениям полностью соответствовало содержание главного документа съезда — Программы действий ⁴. Единогласное одобрение этой программы, другие решения съезда (в частности, резолюция солидарности с Советской Россией), решительный отпор, который получили на нем откровенно центристские выступления ряда делегатов, свидетельствовали о вполне определенном повороте НСДПГ влево ⁵.

¹ См. В. Кенен. Мои встречи с Лениным. М., 1960, стр. 8.

⁵ Растущее влияние в партии левого крыла отразилось также в том факте, что, несмотря на противодействие правых, в руководящие органы НСДПГ были избраны видные представители левых независимцев Э. Деймиг, В. Штеккер, В. Кенен и А. Гофман.

344 Однако несмотря на заметное полевение партии, правые круги и после Лейпцигского съезда продолжали сохранять ведущие позиции и держать в своих руках руль НСДПГ. Важную роль в этом сыграло принявшее с осени 1919 г. широкие масштабы подстраивание правых лидеров под радикальные настроения членов партии. Центристские деятели типа Дитмана, Криспина и других, которые ранее выступали как защитники «чистой демократии» и противники советов, стали объявлять себя сторонниками советской системы и диктатуры пролетариата, «на деле оставаясь либо врагами диктатуры пролетариата, либо людьми не способными понять ее значение и проводить ее в жизнь» ¹. Проведение правыми лидерами НСДПГ метода «подстраивания» позволяло им при помощи мелких уступок в тактике сохранять центристское содержание НСДПГ, а также оставаться во главе быстро левеющей партии ².

Сохраняя и после Лейпцига в своих руках партаппарат, столь важное средство воздействия на партию, как прессу (в том числе ведущие газеты «Freiheit» и «Leipziger Volkszeitung», теоретический журнал «Sozialist»), правые круги НСДПГ очень скоро показали, кто является хозяином положения в партии. Несмотря на ясно выраженную большинством партии в Лейпциге волю к активной революционной борьбе, они и не думали руководствоваться в своей деятельности решениями съезда, пропагандировать среди пролетарских масс идеи диктатуры пролетариата и советской системы, готовить массы к борьбе за эти цели. Саботаж решений Лейпцигского съезда осуществлялся правыми вождями НСДПГ в условиях укрепления революционных тенденций в партии. Это не могло не вести к дальнейшему обострению борьбы в ее рядах.

В конце января 1920 г. состоялась конференция НСДПГ. Она проходила в трудное для партии время. Спровоцировав 13 января 1920 г. расстрел мирной демон-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 40, стр. 131.

² В руководство НСДПГ в Лейпциге были избраны такие видные представители правого крыла, как В. Дитман, А. Криспин, Л. Циц, И. Мозес, Ф. Кюнстлер и др. Большое влияние на деятельность правления как до съезда, так и после продолжал оказывать Р. Гильфердинг, который присутствовал на всех заседаниях правления.

345 страции протеста в Берлине, власти обрушили на КПГ и левые круги НСДПГ волну репрессий. Правые попытались использовать сложившуюся обстановку для нанесения удара по левым силам партии. Криспин обвинил левых в путчизме, «в фантастических надеждах», «в антипарламентских настроениях» ¹, назвал стремление левых к активизации революционной борьбы «болезненным явлением в партии, с которым нужно бороться», выступил против их борьбы с «якобы правым направлением» ².

Попытка правых в ходе январской конференции НСДПГ дискредитировать левых независимцев и усилить свои позиции не увенчалась успехом. Сурово осуждены были правые лидеры НСДПГ в единогласно принятой 11 февраля 1920 г. резолюции функционеров Эссенской организации НСДПГ, которая потребовала от руководства партии «безусловной поддержки принципов единогласно одобренной Программы действий» ³. Против нападок правых решительно выступил и берлинский журнал левых независимцев «Arbeiter — Rat» ⁴.

Еще более углубились расхождения в НСДПГ во время Капповского путча, организованного германской военщиной в марте 1920 г. В ходе борьбы германского пролетариата против реакции, когда дело дошло до всеобщей забастовки более чем 10 млн. рабочих, до создания Красной Армии в Рурской области, складывались благоприятные предпосылки для нанесения удара по всей капиталистической системе. Большая роль при этом могла принадлежать 800-тысячной НСДПГ, революционная часть которой принимала активное участие в борьбе. Однако проявив «не только неуменье, но и нежелание использовать в революционном смысле революционный кризис» ⁵, правые лидеры НСДПГ лишили партию какой-либо программы борьбы и уже 23 марта поспешили призвать к окончанию «грандиозного выступления масс» ⁶.

Левые круги НСДПГ единодушно осудили оппортунистическую тактику вождей независимцев. «Доверие

¹ «Sozialdemokrat», 4.II 1920.

⁶ «Freiheit», 12.IV 1920.

346 рабочих к руководству партии исчезло». «После 18 марта партия находилась под влиянием тактики Гильфердинга», «В связи с тем, что произошло в Берлине в НСДПГ царит глубокое недовольство», «Курс нашей политики был до сих пор неверен» ¹,— вот наиболее типичные высказывания независимцев на общем собрании Бранденбургской организации НСДПГ, состоявшемся в апреле 1920 г.

На проходивших в марте — июле 1920 г. собраниях, конференциях НСДПГ, в ее прессе не прекращалась ожесточенная борьба между правыми и левыми по ключевым вопросам ее политики. Левые независимцы неоднократно указывали на саботаж правыми решений Лейпцигского съезда, на игнорирование ими фабричных советов, на оппортунистическую интерпретацию ими проблем парламентаризма, вопроса о захвате политической власти. Резко выступали левые против центристской линии, которую проводила под руководством Гильфердинга газета НСДПГ «Freiheit» и десятки других газет партии, а также партийтый аппарат. «Весь партийный аппарат,— заявлял в апреле 1920 г. левый независимец Пфейфер,— работает против Программы действий, требующей советской системы и диктатуры пролетариата» ².

К середине 1920 г. расхождения между правым и левым крылом НСДПГ достигли большой остроты. К этому времени уже ряд левых независимцев ставит вопрос о принятии радикальных мер с целью превращения НСДПГ в действительно революционную партию, об исключении из ее рядов «всех вождей, стоящих на правых позициях» ³.

Ярко проявились эти настроения в статье М. Зиверса, опубликованной в мае — июне 1920 г. в журнале «Arbei-

¹ «Freiheit», 24.III 1920.

³ Ibid. Симптоматично для настроений левых независимцев появление в начале 1920 г. брошюры стоявшего на левом фланге НСДПГ И. Бро, который подверг резкой критике правых во главе с Гильфердингом и Криспином. «Такие вожди,— писал он,— стоят пролетариату тысячи бесполезных кровавых жертв». Бро решительно выступил против попытки вождей НСДПГ совместить «парламентскую демократию Каутского и пролетарскую диктатуру Ленина», за окончательный переход партии на революционные ленинские позиции, назвал В. И. Ленина «величайшим учеником» Маркса и Энгельса». См. J. Broh. Entwurt eines Programms der USP. Kritik des Aktionsprogramms. B., 1920, S. 13, 23. В апреле 1920 г. И. Бро вышел из НСДПГ.

347 ter — Rat». В ней была подвергнута резкой критике политика правых в НСДПГ. Зиверс поставил вопрос о решительном противодействии тактике оппортунистических элементов. Он требовал превратить НСДПГ в революционную силу, «отобрать у тормозящих развитие элементов ведущие позиции внутри партии» ¹.

Наиболее ожесточенный характер приняли столкновения в Гамбургской организации, во главе которой с весны 1919 г. стоял Э. Тельман, решительно выступавший за объединение революционного крыла НСДПГ с КПГ. В письме кельнским рабочим — членам НСДПГ — он писал: «Стремиться к этому объединению и подчинить все достижению этой цели — наша революционная задача» ².

В апреле 1920 г. в Гамбургской организации НСДПГ возник острый конфликт после того, как 11 членов фракции НСДПГ в городском парламенте Гамбурга одобрили решение о разоружении рабочих, в то время как местная организация НСДПГ призвала к забастовке с целью воспрепятствовать этому разоружению. Несмотря на противодействие правления партии конференция НСДПГ Гамбурга заставила правых сложить свои мандаты и уступить место членам партии, стоявшим на революционных позициях ³. «...Для меня и моих друзей больше невозможно оставаться в местной организации Гамбурга, не говоря уже о том, чтобы работать в ней» ⁴,— писал на следующий день после собрания один из вожаков правых в Гамбурге Кальвейт своему единомышленнику в руководстве НСДПГ В. Дитману. Он прямо ставил вопрос о создании отдельной организации правых в Гамбурге и просил у Дитмана соответствующей помощи. Подобного рода конфликты с различной степенью остроты возникали в этот период и в других организациях.

Рост центробежных тенденций в НСДПГ проявлялся весной — летом 1920 г. и в руководстве партии. «...Мы часто вели отчаянную борьбу с Криспином и Дитманом, чтобы добиться выдвижения решительного лозунга» ⁵,— вспоминал позднее В. Штеккер. Споры в правлении НСДПГ затрагивали кардинальные вопросы политики партии. Обра-

¹ «Arbeiter — Rat», 1920, N 23/24, S. 4.

⁵ USPD. Parteitag. Halle, 1920, S. 48.

348 щения руководства НСДПГ, его действия свидетельствовали о том, что лидерам левого крыла почти не удавалось пробиться через стену центристского большинства в правлении и внести в его политику новые элементы ¹.

Говоря об обострении противоречий в НСДПГ накануне Второго конгресса Коминтерна, нельзя не отметить, что ряд факторов тормозил их логическое развитие и проявление. В этой связи следует указать на нерешительную позицию лидеров левых независимцев, которые почти не доводили до рядовых членов партии сведений об острых спорах в ее верхах, а порой и шли на поводу у правых лидеров НСДПГ ². Пассивность вождей левого крыла Независимой партии объяснялось прежде всего тем, что многие из них, как это показывают их выступления и статьи января — июля 1920 г., еще поверхностно воспринимали идеи ленинизма, не обладали достаточно глубокими теоретическими воззрениями ³. Отсюда и недооценка ими роли революционной партии. Нередко левые концентрировали все внимание не на борьбе за превращение НСДПГ в действительно революционную, свободную от оппортунистических элементов партию, а исключительно на деятельности в Советах, на пропаганде советской системы. Эта однобокая ориентация, как и другие ошибки лидеров левых независимцев, обуславливали их пассивность, не позволяли им взять на себя инициативу в борьбе с правыми. В результате, как отмечал журнал «Arbeiter — Rat», «левое крыло со времени Лейпцига упустило многое для того, чтобы использовать и укрепить позицию, которую оно там завоевало» ⁴.

Все эти обстоятельства приводили к тому, что растущие противоречия уходили в основном вглубь НСДПГ. Со стороны она выглядела как преуспевающая партия, при-

¹ См. «Freiheit», 10.XII 1919; 11.II 1920; 24, 25.III 1920.

⁴ «Arbeiter — Rat» 1920, N 22, S. 2.

349 чем эту иллюзию еще больше усилил огромный успех НСДПГ на выборах в рейхстаг в июне 1920 г. Однако скапливающийся в недрах НСДПГ горючий материал разногласий и расхождений между правыми и левыми независимцами вел партию к взрыву.

КОМИНТЕРН И НЕЗАВИСИМЦЫ​

В центре споров между правой и левой частью НСДПГ, начиная с лета 1919 г., стояла проблема III Интернационала. И это было не случайно. Коммунистический Интернационал не мог не привлечь к себе левых независимцев, которые постепенно приближались к коммунизму. Один из лидеров левого крыла НСДПГ В. Штеккер уже в сентябре 1919 г. выразил полное одобрение основным решениям Первого конгресса Коминтерна, указал на их революционный, марксистский характер. «Принципиально нас ничто не отделяет от Третьего Интернационала» ¹,— отметил он, подчеркивая, что немедленный выход из II Интернационала и присоединение к Коминтерну позволит независимцам не только выразить свою солидарность с ним, но и «всеми средствами помочь... нашим русским братьям и товарищам» ².

Правые круги НСДПГ решительно выступали против присоединения к Коминтерну. Ведь его теоретические и тактические принципы в корне противоречили всей системе их центристских воззрений. Отсюда и постоянные нападки на Коминтерн, обвинения в синдикализме и сектантстве, терроризме и т. д., попытки «доказать» его изолированность от международного рабочего движения, выдвижение всевозможных альтернатив присоединению НСДПГ к Коминтерну в виде проектов создания нового промежуточного Интернационала ³.

Уже на Лейпцигском съезде спор между сторонниками немедленного присоединения и его противниками принял весьма бурный характер. Утвержденная на съезде резолюция носила компромиссный характер. Правым удалось провести в ней идею о предварительных переговорах с

¹ W. Stoecker. Die proletarische Internationale. B., 1919, S. 19.

³ См. A. Stein. Das Problem der Internationale. B., 1919; USPD. Parteitag. Leipzig, 1919, S. 309 — 326.

350 «социально-революционными» партиями перед вступлением в Коминтерн¹, которая создавала им удобный предлог для всевозможных оттяжек. Зато левые добились включения в резолюцию положений, открывавших перед ними широкие возможности для успешной борьбы за присоединение: о выходе НСДПГ из II Интернационала, о согласии с Коминтерном в вопросе диктатуры пролетариата и советской системы, о решимости НСДПГ присоединиться к нему даже в том случае, «если партии других стран не пожелают вступить вместе с нами в Московский Интернационал»².

Лидеры НСДПГ и не думали прислушиваться к этим требованиям, хотя и создавали видимость активных действий с целью осуществления решений Лейпцигского съезда³. Однако эта активность была меньше всего связана с искренним желанием привести независимцев в III Интернационал.

В беседе с представителем Французской социалистической партии Фроссаром Криспин уже в январе 1920 г. дал ясно понять, что правые не думают серьезно о присоединении к III Интернационалу, что их главная цель состоит не в осуществлении этого присоединения, а в сохранении центристской сущности НСДПГ⁴. Еще откровеннее Криспин выразил позицию правых лидеров партии в своей брошюре «Интернационал». В ней содержались резкие нападки на теоретические и тактические принципы Коминтерна. Присоединение НСДПГ к нему, заявлял Криспин, явится для нее «самоубийством»⁵.

Фактический саботаж правыми ясно выраженного желания большинства независимцев не мог не вызывать соответствующей реакции со стороны членов партии. «Двери III Интернационала открыты,— говорилось в статье, опубликованной в апреле 1920 г. в журнале «Das Forum». — Почему мы не вступаем? К чему скучные предварительные условия?... Сознательные рабочие Германии не хотят политики, которая основана на колебании, шатаниях, промедлениях, оттяжках. Они хотят ясной, целенаправленной политики, которая поступает решительно, от слов переходит

¹ USPD. Parteitag. Leipzig, 1919, S. 42.

⁵ A. Crispien. Die Internationale, B., 1920, S. 36.

351 к делу, поступает революционно, действует революционно» ¹.

Несмотря на все старания, лидерам НСДПГ не удалось отодвинуть проблему присоединения к III Интернационалу на задний план. Прежде всего им помешала деятельность самого Коминтерна, его тактика по отношению к НСДПГ, которая содействовала активизации в ней сторонников вступления в III Интернационал.

Решительная борьба против центристских лидеров НСДПГ за отмежевание от них революционных рабочих являлась важнейшей задачей Коминтерна. Ее значимость возрастала в связи с быстрым ростом в рабочем движении Германии удельного веса НСДПГ, бывшей, с одной стороны, главным препятствием на пути объединения революционных сил германского пролетариата и, с другой, включавшей в себя все более широкие массы революционно-настроенных пролетариев.

Процесс радикализации в НСДПГ не остался вне внимания руководства Коминтерна ². Особый интерес вызвали первые сообщения о результатах Лейпцигского съезда. Уже 8 декабря, т. е. через 2 дня после его окончания, Бюро Исполкома приняло решение «составить и послать по радио обращение к рабочим Германии по поводу принятого независимцами постановления», а также подготовить материалы, направленные против центризма, разъясняющие позицию Коминтерна по вопросу о парламентаризме, по профсоюзному и аграрному вопросам ³.

Вопрос об обращении встал вплотную перед ИККИ в январе 1920 г. в связи с подготовкой ответа на письмо руководства НСДПГ от 15 декабря 1919 г. Это письмо было направлено Коминтерну и РКП(б), содержало информацию о лейпцигских решениях, а также предложение о соответствующих переговорах с целью объединения НСДПГ и других партий с Коминтерном ⁴.

Бюро ИККИ постановило составить два ответа: от РКП(б) и Коминтерна, рассмотреть их и решить, «послать ли независимым оба ответа или же ограничиться ответом лишь III Интернационала или РКП». В решении

¹ «Das Forum», IV, 1920, N 7, S. 483, 484.

⁴ «Freiheit», 1. I 1920.

352 было также записано «просить тов. Ленина написать проект ответа от имени РКП» ¹. 20 января 1920 г. В. И. Ленин создает «Проект (или тезисы) ответа от РКП на письмо независимой с.-д. германской партии» ². Позднее было принято решение послать один ответ от имени Коминтерна, и специальная комиссия выработала в начале февраля окончательный текст письма, положив в его основу ленинский «Проект» ³. Письмо ИККИ от 5 февраля 1920 г., адресованное немецким рабочим, центральным комитетам КПГ и НСДПГ, в концентрированном виде выразило тактику Коминтерна по отношению к НСДПГ.

В письме давался критический анализ всей предшествующей политики правых лидеров НСДПГ, разоблачались их антисоветизм, постоянные колебания между революционной и реформистской тактикой. Рассмотрев содержание агитационной работы НСДПГ, основные ошибки в ее деятельности, ИККИ убедительно показал, сколь большое влияние оказывает на партию, ее тактику центристская идеология. ИККИ разоблачил обструкционистскую тактику правых вождей НСДПГ по отношению к III Интернационалу, их саботаж соответствующего решения Лейпцигского съезда, попытки создать новый Интернационал.

Коминтерн учитывал и процессы, связанные с укреплением контактов между левыми независимцами и коммунистами. Руководство КПГ уже с конца 1919 г. взяло курс на поиски компромисса с левыми независимцами. В. И. Ленин горячо поддержал гибкую тактику КПГ. Он писал о настоятельной необходимости поиска такого компромисса, «который бы, с одной стороны, облегчал и ускорял необходимое полное слияние с этим крылом, а с другой стороны, ни в чем не стеснял коммунистов в их идейно-политической борьбе против оппортунистического правого крыла «независимцев»» ⁴. Ленинская идея 2 июня 1920 г. нашла свое отражение в Открытом письме ИККИ к членам КРПГ, в котором заключение компромисса с левыми независимцами называлось «первейшей задачей каждого серьезного коммуниста в Германии» ⁵.

¹ ЦПА ИМЛ, ф. 495, оп. 2, ед. хр. 3, л. 2.

⁵ «Коммунистический Интернационал», 1920, № 11, стр. 1877.

353 В первой половине 1920 г. ИККИ неоднократно предлагал руководству НСДПГ вступить в соответствующие переговоры по вопросу о присоединении ¹. При этом он учитывал настроения рядовой массы независимцев, ту роль, которую могли сыграть эти переговоры для привлечения их внимания к проблеме присоединения, собирания сил германского пролетариата на платформе коммунизма. Поэтому когда было принято решение о созыве Второго конгресса Коминтерна, в ЦК НСДПГ было послано приглашение. «Мы предлагаем вам,— говорилось в нем,— послать в Москву вашу делегацию, чтобы она смогла быть в Москве к началу конгресса» ².

ДЕЛЕГАЦИЯ НСДПГ НА КОНГРЕССЕ​

Приглашение прибыло в Берлин в июне, в тот момент, когда центристские лидеры НСДПГ предпринимали попытки с целью отвлечь рядовую массу независимцев от определения своего отношения к Коминтерну. Для выполнения этой задачи правые лидеры НСДПГ всячески препятствовали публикации ведущими газетами партии письма ИККИ от 5 февраля 1920 г., тормозили принятие решения о посылке делегации для переговоров с Коминтерном. Теперь же, после получения приглашения на Второй конгресс, они оказались в безвыходном положении, так как отказ от его принятия привел бы к их окончательной дискредитации в глазах подавляющего большинства членов партии, выступавших за немедленное присоединение к III Интернационалу ³. Поэтому уже 11 июня ЦК НСДПГ в ответной телеграмме выразил согласие послать свою делегацию в Москву и обеспечить ее прибытие к началу конгресса. Несколько позднее определился и состав делегации, в которую

¹ Эти приглашения содержались и в письме ИККИ от 5 февраля 1920 г., и в Обращении Западноевропейского секретариата от 15 января, они делались во время пребывания представителей Коминтерна в Германии в апреле — мае 1920 г.

³ Выражая эти настроения, «Hamburger Volkszeitung» 17 июня 1920 г. отмечала: «Революционные рабочие без сомнения за немедленное присоединение к III, Коммунистическому Интернационалу. Они не позволят, чтобы несколько совершенно помешавшихся или по природе своей трусливых или обиженных партийных главарей, дрожащих за свое существование вождей, и дальше действовали против их воли».

354 вошли от правого крыла Дитман и Криспин, от левого — Деймиг и Штеккер ¹.

Однако пока шла подготовка к отъезду делегации, правые лидеры НСДПГ предприняли ряд мер, имевших целью упрочить свои позиции на предстоящем конгрессе. На одном из заседаний руководящих органов НСДПГ им удалось добиться принятия специального «напутствия» делегации на конгресс, смысл которого сводился к тому, что ей вменялось в обязанность отстаивать на конгрессе все теоретические и тактические установки НСДПГ, которые, как известно, были далеки от революционного марксизма ².

Главным же успехом правых явилось одобрение ЦК НСДПГ перед самым отъездом делегации в Москву ответа на письмо ИККИ от 5 февраля. В нем полностью оправдывалась политика НСДПГ, все оппортунистические действия руководства НСДПГ в ходе Ноябрьской революции и после нее, давалась каутскианская интерпретация принципиальных вопросов борьбы пролетариата (о гражданской войне, разрушении буржуазного аппарата и др.), содержалась попытка оправдать тактику лидеров НСДПГ по отношению к III Интернационалу и представить НСДПГ в качестве сплоченной и однородной партии, лишенной каких-либо противоречий ³. Беспрепятственное появление письма ЦК НСДПГ, в корне противоречившего взглядам левых независимцев, лишний раз говорило о пассивности и непоследовательности лидеров левого крыла НСДПГ накануне конгресса.

Тактика всевозможных уверток по отношению к Коминтерну, за которую определенную долю вины несли и левые лидеры в руководстве партии, не могла не вызвать соответствующей реакции Исполкома, который в двух обращениях, адресованных ЦК НСДПГ и рядовым независимцам, в мае и июне 1920 г. резко выступил против маневров вождей НСДПГ ⁵. Решительно осудил «колеблю-

¹ «Freiheit», 27.VI 1920.

⁵ «Коммунистический Интернационал», 1920, № 11, стр. 1886; № 12, стр. 2257 — 2260. См. также «Das Forum», 1920, H. 1, S. 4 — 6.

355 щуюся позицию, оттяжки и увертки» лидеров независимцев В. И. Ленин в своем выступлении на заседании Исполкома 19 июня, а затем 23 июня в беседе с находившимся в нашей стране в качестве гостя Коминтерна левым независимцем В. Герцогом ¹. В ходе этой беседы, продолжавшейся полтора часа, В. И. Ленин смог получить довольно подробные сведения об острой внутрипартийной борьбе в НСДПГ, о соотношении сил между ее правым и левым крылом к середине 1920 г., о влиянии в НСДПГ партийной бюрократии, о стремлении большинства независимцев присоединиться к III Интернационалу ². Встречи Герцога с представителями Исполкома помогли также и руководящему органу Коминтерна получить более ясную картину положения в НСДПГ накануне конгресса.

Все это вместе взятое позволило ИККИ наметить и последовательно проводить в жизнь в ходе конгресса гибкую тактику по отношению к независимцам. Она учитывала особенности этой партии и была направлена на ускорение процесса дифференциации в ее рядах ³, на создание предпосылок для объединения всех революционных сил германского пролетариата, в том числе и левых независимцев, в единую коммунистическую партию ⁴.

Однако на пути претворения этой тактики в жизнь стояли серьезные трудности. Левая часть делегации НСДПГ в первые дни работы конгресса не решалась открыто выступить с изложением своей позиции и стремилась, как вспоминал позднее Деймиг, «доходя до грани внутреннего самоотречения, придерживаться общей линии внутри делегации» ⁵. Дитман и Криспин, со своей стороны, с самого начала и до конца конгресса всеми силами стремились создать иллюзию о единстве взглядов в четверке независимцев. Они тщательно замаскировали свое отрицательное отношение к Коминтерну и его теоретическим принципам и сосредоточивали все внимание на фабрикации всевозможных отговорок с целью воспрепятствовать присоединению НСДПГ к Коминтерну ⁶.

¹ См. «Новая и новейшая история», 1970, № 2, стр. 111, 114.

⁶ В самом начале работы Второго конгресса Дитман и Криспин предприняли попытку провести в жизнь идею о сколачивании цен-

356 В результате всего этого на первом этапе работы конгресса создавалось впечатление, что в четверке независимцев отсутствуют какие-либо серьезные разногласия и что правые представляют взгляды всей делегации ¹. 19 июля она вручила ИККИ ответное письмо ЦК НСДПГ, написанное целиком с центристских позиций ². 21 июля на заседании ИККИ, обсуждавшем вопрос о НСДПГ, от имени всей делегации с докладом о положении дел в партии выступил Криспин. Он построил его на попытках представить НСДПГ в качестве революционной партии, полностью замолчать наличие в ней борьбы двух направлений и утверждал, что Исполком в письме от 5 февраля якобы «дал неверную оценку» НСДПГ ³. «Наша партия стоит за самостоятельную классовую борьбу, не проводит политики компромиссов, высказалась за полную диктатуру пролетариата на основе советской системы» ⁴,— уверял он.

В полной мере тактика правых раскрылась 25 и 26 июля на заседании Комиссии по выработке Условий приема. Криспин и Дитман, отчаянно защищая линию НСДПГ, заявили, что они-де «принципиально согласны» с Условиями и их возражения связаны лишь с «несколькими пунктами»: о названии партии, создании нелегальной организации, о вооружении пролетариата, об исключении из партии идеологов центризма и всех противников Коминтерна и т. д. Характерно, что в ряде этих возражений (в частности, о нецелесообразности перечислять в Условиях идеологов центризма, подлежащих исключению) они нашли поддержку у Деймига и Штеккера ⁵.

Однако в ходе работы Второго конгресса стало проявляться постепенное углубление расхождений между правой и левой частью делегации НСДПГ. Сама возможность

тристского противовеса на конгрессе против большевиков и изменения таким образом в центристском духе характера Коминтерна. Позднее Криспин признавался в том, что связывал все эти надежды с возможностью присоединения к Коминтерну наряду с НСДПГ социалистических партий Франции, Англии и Швейцарии. См. Ibid., S. 6 — 7.

⁵ См. «Rote Fahne», 10.X 1920; Protokoll der Reichskonferenz, S. 12 — 15.

357 быстрого выявления этой тенденции состояла в том, что в делегации независимцев, как бы сконцентрировались все имевшиеся в НСДПГ разногласия. Их углублению в ходе конгресса в значительной мере способствовали развернувшаяся на нем дискуссия, его исторические решения, которые давали программу борьбы пролетариата, разъясняли сущность ленинского учения о партии нового типа, о диктатуре пролетариата, советской системе, о революционной стратегии и тактике. В то время как Дитман и Криспин, как это выяснилось после конгресса, усмотрели в этих документах выражение всех тех теоретических «грехов», которые они приписывали Коминтерну и большевикам, Деймиг и Штеккер, подготовленные к этому эволюцией левого крыла к коммунизму, увидели в них яркое выражение принципов революционного марксизма ¹. «...Великая заслуга Второго конгресса Коммунистического Интернационала заключается в том,— отмечал позднее Штеккер,— что он определенно отказывается от всех реформаторски-оппортунистических мелкобуржуазных идей, а также строго и определенно — от синдикалистских анархистских тенденций, что он во всех вопросах строго придерживался революционного марксизма и во всех своих обсуждениях находился под его влиянием» ².

Второй конгресс стал для левой части делегации НСДПГ «живым наглядным обучением» ³. Он помог левым углубить их теоретические воззрения, встать на путь преодоления тех ошибок (например, в вопросе о роли партии), которые были характерны для них до конгресса ⁴. В результате Деймиг и Штеккер смогли выйти из той пассивности в теоретических и практических вопросах, в которой они находились после Лейпцигского съезда. «За четыре недели нашего пребывания в России мы очень

¹ См. «Freiheit», 30.VIII 1920.

⁴ В этом смысле огромное влияние на левых оказала ленинская работа «Детская болезнь «левизны» в коммунизме», с которой они ознакомились во время пребывания в нашей стране. Штеккер после возвращения в Германию назвал ее «превосходной и блестящей брошюрой» и рекомендовал для чтения всем независимцам. Во время дискуссии в НСДПГ после Второго конгресса Деймиг и Штеккер использовали работу Ленина для борьбы против правых, для доказательства марксистского характера III Интернационала. См. USPD. Parteitag. Halle, 1920, S. 106, 131 — 132.

358 многому научились» ¹, отмечал в конце августа 1920 г. В. Штеккер.

Левые с каждым днем работы конгресса укреплялись в желании присоединиться к III Интернационалу. Дитман и Криспин, наоборот, понимая, какие последствия для их власти в НСДПГ принесет подобное присоединение, усиливали свое сопротивление этому шагу. К моменту, когда делегация НСДПГ должна была дать ясный ответ на этот вопрос, противоречия в ней достигли большой остроты. «Деймиг и Штеккер,— жаловался позднее Криспин,— все дальше и дальше отходили от нас и в конце концов открыто выступили против нас» ².

Впервые разногласия в делегации НСДПГ дали себя знать уже 21 июля перед заседанием ИККИ, когда четверка независимцев проводила совещание с целью выработки тактики на предстоящих переговорах с Исполкомом. В конце совещания Штеккер и Деймиг заявили, что поскольку они с самого начала выступали за безусловное присоединение, то они отказываются от активного участия в переговорах с ИККИ и не собираются брать под защиту оппортунистическую политику правого крыла НСДПГ ³.

Крупное столкновение в делегации НСДПГ произошло 22 июля, когда четверка независимцев собралась, чтобы обсудить ряд вопросов. Они были поставлены перед ней во время заседания Исполкома 21 июля и касались тактики партии, отношения ее различных направлений к Коминтерну и т. д. ⁴.

Все споры сконцентрировались вокруг вопроса об июльском письме ЦК НСДПГ, в котором отрицалось наличие в НСДПГ правого и левого крыла, а также то, что вожди правого крыла в своей политике практически саботируют волю массы. Дитман и Криспин пытались добиться от всей делегации безоговорочной поддержки письма ЦК НСДПГ. Однако Штеккер и Деймиг выступили против этого. Они сформулировали свой ответ Исполкому Коминтерна, в котором говорилось о существовании и постоянной борьбе в НСДПГ двух направлений (пацифистского и революционного), о переходе все большего числа членов пар-

¹ «Freiheit», 30.VIII 1920.

⁴ ЦПА ИМЛ, ф. 495, оп. 1, ед. хр. 1.

359 тии на платформу диктатуры пролетариата и советской системы. Говоря далее об утрате правыми элементами влияния в партии, Штеккер и Деймиг предлагали заявить: «Само собой разумеется, что после нашего присоединения партия будет проводить абсолютно ясную и последовательную политику и что эти элементы или уйдут из партии, или должны будут подчиниться ей» ¹. Дитман и Криспин возражали против этого ответа и компромисс так и не был найден ².

С новой силой споры возобновились 26 июля во время очередного совещания четверки НСДПГ. Тогда Штеккер резко отверг попытки Дитмана и Криспина в их выступлениях на заседаниях ИККИ и комиссии по выработке Условий представить НСДПГ в качестве единой партии. Криспин, в свою очередь, обрушился на Штеккера, обвиняя его в закулисных переговорах с Исполкомом, «в нарушении партийной солидарности» ³.

29 и 30 июля независимцы выступали на 7 и 8 заседаниях конгресса. Анализ речей Криспина и Дитмана, с одной стороны, и Деймига и Штеккера — с другой, свидетельствует о том, что к концу июля в делегации НСДПГ произошел явный раскол по вопросу о присоединении к III Интернационалу. Речи правых не содержали ничего нового. Попытки уйти от определения своего отношения к III Интернационалу и присоединения к нему, защита оппортунистической тактики и антиреволюционных действий, демагогические приемы для доказательства революционности НСДПГ — все это говорило о том, что Дитман и Криспин остались верны своей старой тактике ⁴. Зато в выступлениях Деймига и Штеккера проявились

¹ Protokoll der Reichskonferenz, S. 66.

⁴ См. Второй конгресс Коминтерна, стр. 218 — 233. Вот как описывает впечатления от выступления Криспина и Дитмана присутствовавший на конгрессе в качестве гостя левой независимец В. Герцог: «Оба матадора руководства НСДПГ, несмотря на свои риторические приемы, производят на делегатов всемирного конгресса жалкое впечатление... Два мира стоят друг против друга: германский дух подчинения и дух мировой революции. Кажется, что пропасть между ними непреодолима и безнадежное дело этих убежденных в своей честности мелких буржуа освободить от их заблуждений, ошибок, компромиссов, двусмысленностей и превратить их в активных целеустремленных революционных борцов». «Das Forum», декабрь 1920 — март 1921. H. 3/6, S. 168 — 169.

360 новые элементы ¹. Опровергая всю концепцию правых, левые независимцы безоговорочно одобрили все решения Второго конгресса, в том числе и такие пункты Условий, против которых особенно резко возражали в комиссии Дитман и Криспин: о необходимости централизации партии, об удалении из партии центристских элементов, не стоящих «на почве III Интернационала» ², выразили свою горячую симпатию большевикам, отметили возможность объединения вставшей на платформу Коминтерна НСДПГ с коммунистами ³. Наконец, Деймиг и Штеккер дали ясно понять, что они приложат все силы, чтобы претворить решения Второго конгресса в жизнь. «...Мы повезем в Германию,— заявляли они,— все указания и тезисы III Интернационала и приложим все усилия, чтобы не осталось ни одной организации, которая не обсудила бы их, не признала бы, не провела бы, не применила бы на практике все это, столь необходимое» ⁴.

Большую роль в укреплении позиции левой части делегации НСДПГ на заключительной стадии работы конгресса сыграло выступление В. И. Ленина 30 июля 1920 г. В нем была подвергнута резкой критике речь Криспина на конгрессе. Сам Криспин, во время войны сотрудничавший со спартаковцами, слыл в широких кругах независимцев, благодаря своему виртуозному умению подстраиваться под радикальные настроения и произносить революционно звучащие речи, искренним революционером. В. И. Ленин, проанализировав высказывания Криспина по вопросам диктатуры пролетариата, внутреннего развития НСДПГ, по аграрному вопросу, проблеме террора и т. д., показал их чисто каутскианский характер ⁵. «Направление Криспина не соответствует Коммунистическому Интернационалу» ⁶,— отметил В. И. Ленин. При этом он положительно оценил левое крыло НСДПГ, которое составляли

¹ Об этом свидетельствует сопоставление краткого выступления Деймига на конгрессе 24 июля, в котором тот пытался оспорить нереволюционный характер НСДПГ, рассматривал ее в качестве единого целого, с его речью, произнесенной 30 июля, где был дан в общем правильный анализ внутренних процессов в НСДПГ. См. Второй конгресс Коминтерна, стр. 93, 261 — 266.

⁶ Там же, стр. 252 — 253.

361 «революционные, вновь пришедшие к нам рабочие, противники рабочей аристократии» ¹.

В конце работы конгресса в четверке независимцев произошло новое столкновение. На этот раз спор возник вокруг подготовленного Дитманом 6 августа «Заявления к протоколу». Оно лишний раз свидетельствовало о враждебном отношении правых к III Интернационалу, к решениям Второго конгресса. Дитман обрушивался на «враждебную» и «необъективную» критику в адрес НСДПГ, которая будто бы «показала тотальное непонимание как движущих социальных сил в Германии, так и тактики и устремлений нашей партии и ее вождей» ². Деймиг и Штеккер решительно отклонили составленный в резких тонах документ Дитмана и предложили свой проект заявления. В нем они указывали на то, что критика в адрес НСДПГ в некоторых пунктах была понятна и обоснована, что после возвращения в Германию делегация НСДПГ выступит за присоединение и за выполнение условий ³. Четверка независимцев не пришла к согласию. В результате «Заявление к протоколу» так и не вышло в свет ⁴.

Между тем работа конгресса подошла к концу. Руководство Исполкома Коминтерна было информировано о расколе в делегации НСДПГ, о позиции ее правой и левой части. Однако многое оставалось еще неясным. Сомнения касались прежде всего решимости левых независимцев после возвращения в Германию выступить в защиту решений конгресса, пойти на окончательный разрыв с правыми. При этом нельзя было не учитывать тот факт, что в ходе самого конгресса левые так и не отмежевались открыто от Криспина и Дитмана, не подвергли критике их центристскую позицию. Поэтому Исполком Коминтерна принял решение обсудить вопрос о НСДПГ на одном из своих заседаний, посвятить его «выяснению взаимоотношений этой партии и Коммунистического Интернационала» ⁵. Такое заседание состоялось 9 августа 1920 г.

В начале заседания перед четверкой независимцев были поставлены три вопроса. Они касались их отношения к Условиям приема, а также к исключению из партии

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 249.

⁵ «Коммунистический Интернационал», 1920, № 13, стр. 2594.

362 «партийных группировок», представителем которых в Германии был Каутский ¹. Выступления Криспина и Дитмана показали, что они продолжали проводить тактику лавирования: отрицали наличие серьезных расхождений между ними и Коминтерном ², сосредоточили все свое внимание на критике отдельных пунктов Условий, жалуясь на их суровость и пытаясь доказать невозможность претворения их в жизнь в Германии. Особенно резко выступили они (прежде всего Криспин) против исключений оппортунистических элементов из НСДПГ.

Совершенно другая тенденция проявилась в выступлениях Деймига и Штеккера, которые еще яснее, чем в речах 30 июля, выразили свою решимость добиваться присоединения НСДПГ к Коминтерну. Представители левого крыла заявили, что они будут содействовать тому, чтобы партия примкнула к Третьему Интернационалу и чтобы она стала на почве тезисов, принятых конгрессом. Они также высказались за исключение из партии Каутского и всех тех, кто «противопоставляет демократию диктатуре пролетариата». «...Я заявляю,— сказал Деймиг,— что для меня резолюции, принятые на конгрессе, не оставляют ничего неясного, эти резолюции для меня приемлемы, и я также согласен с тем, что необходимо сделать соответствующие организационные выводы по отношению к тем лицам, которые действуют против принципов Коммунистического Интернационала» ³. Критика аргументации Дитмана и Криспина содержалась и в выступлении Штеккера. Он приветствовал «практические резолюции, принятые Вторым конгрессом Третьего Интернационала», и выразил надежду на возможность соглашения с коммунистами после того, как НСДПГ «удастся стать на почву III Интернационала» ⁴.

Таким образом, на заседании ИККИ 9 августа 1920 г. произошел на этот раз открытый раскол между правой и левой частью делегации НСДПГ. Решения и ход конгрес-

¹ ЦПА ИМЛ, ф. 495, оп. 1, ед. хр. 5.

⁴ Там же, л. 9.

363 са помогли лидерам левых независимцев занять более четкие позиции и яснее представить оппортунистический характер политики правых и в результате помогли им покончить с пассивной, выжидательной позицией, которой они в силу объективных и субъективных причин придерживались накануне конгресса.

После заседания Исполкома от 9 августа отношения между Дитманом и Криспином, с одной стороны, и Деймигом и Штеккером, с другой, значительно накалились. В. Герцог в «Русской записной книжке» в записи от 13 августа 1920 г., сделанной в день отъезда четверки независимцев из Москвы, сообщает: «Делегаты от НСДП отделяются друг от друга. Даже внешне. Они не хотят больше ехать четверо в одном купе. Жалуются. Наконец, получают по одному купе на двоих...» ¹.

БОРЬБА В НСДПГ ПОСЛЕ КОНГРЕССА​

С момента отправления делегации независимцев в Москву партия жила ожиданием. Выражая надежду левых кругов, газета «Sozialdemokrat» уже 15 июля писала: «Наш привет в адрес Московской конференции сопровождается пожеланием, чтобы непосредственным результатом ее работы было присоединение НСДПГ к Третьему Интернационалу». Газета выражала уверенность, что Второй конгресс приведет к созданию «всемирной организации пролетарского действия» ².

Краткие отчеты о работе конгресса, изложения отдельных выступлений эпизодически появлялись в газетах НСДПГ. Однако сведения были настолько скудны, что не давали независимцам ясного представления ни о дискуссии на конгрессе, ни о его решениях. Лишь после того, как делегация независимцев 23 августа возвратилась в Берлин, в газетах НСДПГ были опубликованы все важнейшие решения Второго конгресса Коминтерна ³, после того, как в печати появились статьи Деймига, Криспина, Штеккера

¹ «Das Forum», 1921, N. 7, S. 259 — 260.

³ Интерес к Условиям приема среди независимцев был настолько велик, что некоторые газеты НСДПГ публиковали их дважды. Учитывая воздействие решений Второго конгресса, правые в целом ряде мест препятствовали публикации их в газетах НСДПГ. См. USPD. Parteitag. Halle, 1920, S. 42.

364 и Дитмана, независимцы смогли ознакомиться с результатами работы Второго конгресса, узнать о расколе делегации НСДПГ на конгрессе. В НСДПГ развернулась ожесточенная внутренняя борьба, охватившая ее снизу доверху и затрагивавшая все основные вопросы теории и тактики и все основные проблемы рабочего движения в Германии.

В отличие от предшествующего периода в августе — октябре 1920 г. объективные условия складывались явно не в пользу правых. Развернувшаяся летом кампания солидарности с Советской Россией, ставившая целью воспрепятствовать провозу через Германию военных грузов для помощи белополякам, не могла не привести к значительному усилению в НСДПГ настроений в пользу присоединения к Коминтерну ¹.

Большое значение для внутренней борьбы в партии имела активная пропаганда левыми независимцами решений Второго конгресса Коминтерна в печати и на собраниях. Штеккер и Деймиг в первых статьях, опубликованных сразу же после возвращения в Германию, горячо одобрили все решения Второго конгресса, высказались за присоединение к Коминтерну на основе 21 Условия, за размежевание партии с центристскими элементами ².

Решения Второго конгресса Коминтерна нашли глубокий отклик в сознании левых независимцев, помогли им понять важнейшие положения марксистско-ленинского учения.

В ходе развернувшейся в НСДПГ борьбы вокруг решений Второго конгресса левые независимцы все яснее осознавали необходимость перехода на коммунистическую платформу. Подготовленные всем предшествующим развитием, они увидели в документах Второго конгресса выражение своих взглядов ³.

Эти документы дали левым столь недостававшую им ранее теоретическую основу для революционных воззре-

¹ Проявлением этого сдвига было принятие в августе 1920 г., еще до возвращения делегации НСДПГ в Берлин, рядом организаций НСДПГ (в частности, Пфальца, Дегерлоха, Шрамберга) резолюций в пользу немедленного присоединения к III Интернационалу. См. «Sozialdemokrat», 17. VIII 1920: «Freiheit», 31. VIII 1920.

³ См. Protokoll der Reichskonferenz, S. 72.

365 ний. Они способствовали уяснению взглядов на проблемы диктатуры пролетариата, роли партии, различных сторон ее революционной тактики. В выступлениях и статьях левых независимцев в сентябре — октябре 1920 г. наблюдается явно отсутствовавший у них в предшествующий период аналитический подход к этим проблемам, впервые появляется не только желание, но и способность применить принципы революционного марксизма при анализе стоящих перед германским пролетариатом практических революционных задач. Характерно также проявление у многих левых независимцев под прямым воздействием решений Второго конгресса критического отношения ко всей предшествующей истории развития своей партии. Главным же результатом воздействия решений конгресса на левых независимцев был их переход на активные антицентристские позиции¹.

Совершенно другого рода воздействие оказали решения Второго конгресса на правое крыло НСДПГ. Его лидеры Криспин и Дитман после возвращения в Германию перед лицом активности левого крыла, единодушного одобрения им Условий приема и других решений были вынуждены раскрыть свое истинное отношение к Коминтерну, к решениям Второго конгресса, которое они прикрывали до этого времени различными отговорками. Чувствуя за своей спиной поддержку чрезвычайно влиятельных в верхах и прессе партии центристских элементов и отлично понимая, что пассивная тактика приведет их к неминуемому поражению, к утрате ведущей роли в НСДПГ, Дитман и Криспин выступили под центристским знаменем, прибегая в своей аргументации к антикоммунистическим и антисоветским выпадам.

Антикоминтерновская и антисоветская позиция Дитмана и Криспина была подхвачена всеми правыми вождями НСДПГ, которые, как отмечала К. Цеткин, «отважились с глазу на глаз с московскими решениями... показать, кем они являются на самом деле: заклятыми и

¹ Этот переход принимал осенью 1920 г. самые многообразные формы. Он находил отражение в многочисленных выступлениях левых на собраниях и в прессе, в выпуске ими ряда брошюр с обоснованием своей позиции, в создании в Берлине центра для координации борьбы с правыми (дискуссионный клуб «Орел»), в создании в начале октября теоретического журнала левых «Kommunistische Rundschau» и т. д.

366 ничтожными врагами Коммунистического Интернационала» ¹.

Раскрытие антиреволюционной сущности взглядов правого крыла явилось одной из важных побед той линии, которую осуществил ИККИ в ходе конгресса ². Подтверждалась правильность выработанных конгрессом Условий приема, задачей которых было «заставить реформистские и полуреформистские элементы Германской независимой партии показать свое истинное лицо» и в результате «получить возможность отсеять гнилые элементы, которые не являются ни коммунистическими, ни революционными по духу» ³. «Мы поистине можем быть благодарными русским товарищам,— писал в начале октября 1920 г. левый независимец Вернер,— ...что они выдвинули их и этим самым развеяли царившие в наших рядах роковые иллюзии и сорвали «революционные» маски» ⁴.

Борьба вокруг решений Второго конгресса способствовала углублению размежевания в НСДПГ между революционным крылом и оппортунистическим. Пропасть между ними уже невозможно было преодолеть.

Это обнаружилось на заседании руководства НСДПГ, состоявшемся сразу же после возвращения делегации НСДПГ в Берлин. Правые во главе с Дитманом и Криспином предприняли попытку сорвать дискуссию в НСДПГ и принудить деятелей левого крыла отказаться от активных выступлений. Однако на этот раз результат был другой. «Во время заседания,— вспоминал позднее Криспин,— Деймиг, Кенен, Браунталь, Гофман и Штеккер ожесточенно нападали на нас. Нам вменялось в вину то, что мы подавляем свободу выражения мнений, что мы хотим их поставить в подчиненное положение» ⁵. Под давлением левой части руководства было принято решение опубликовать в газетах независимцев важнейшие решения Второго конгресса, провести в начале сентября конференцию партии с единственной целью заслушать и обсудить отчет об участии делегации независимцев в работе конгресса ⁶.

¹ C. Zetkin. Der Weg nach Moskau. 1920, S. 30.

⁶ Freiheit», 25.VIII 1920.

367 В ходе этой конференции, проходившей с 1 по 3 сентября 1920 г. в Берлине, в полном объеме проявились разногласия, разделившие партию на две части. В своих выступлениях Дитман и Криспин дали искаженное представление о работе Второго конгресса, о позиции, занятой Деймигом и Штеккером, пытались посеять среди делегатов семена антисоветизма. Главное внимание они сосредоточили на искажении смысла и содержания Условий приема. Представители правого крыла утверждали, что Условия лишат НСДПГ «права на самоопределение», ввергнут ее в рабство, превратят партию в секту, в «орудие Москвы», лишат ее «партийных дискуссий», «духовной жизни», что они «чрезвычайно опасны для германского рабочего движения», могут привести его к поражению и т. д. ¹. Левая часть конференции в лице Штеккера, Далема, Кенена, Дювеля, Деймига и других решительно выступила против нападок правых на Коминтерн, на Советскую Россию, на большевиков, проводящих «ясную и решительно революционную политику» ². Левые независимцы неоднократно указывали на марксистский, революционный характер Коминтерна, одобряли все пункты Условий приема, которые являлись «исторической необходимостью» ³, выступали за окончательное размежевание с «направлением Гильфердинга». В обстановке обострения классовой борьбы, отмечали они, лишь выполнение всех пунктов Условий, присоединение НСДПГ к Коминтерну может явиться предпосылкой для превращения партии в революционный авангард германского пролетариата. «Мы стоим на платформе этих Условий,— заявил Кенен,— и мы не считаем их условиями, а полагаем, что присоединение и соответствующее ему разрешение всех этих вопросов явится для нашей партии процессом оздоровления...» ⁴. «...Мы хотим иметь партию,— отметил в заключительном слове Штеккер,— которая является большой и чистой, массовую партию, которая дает массам ясные революционные лозунги, однако без тормозящих движение элементов, которые еще имеются в нашей партии» ⁵.

¹ Protokoll der Reichskonferenz, S. 34 — 36, 52 — 57, 79 — 82, 84 — 87, 91 — 93, 110 — 114, 123 — 125. ² Ibid., S. 66. ³ Ibid., S. 79. ⁴ Ibid., S. 75. ⁵ Ibid., S. 155.

368 После конференции ожесточенная борьба была перенесена в организации. В истории НСДПГ не было, пожалуй, такого периода, когда бы в ее газетах появлялось такое количество полемических статей, когда бы в ней проходило так много всевозможных собраний, конференций, съездов. И перед всеми ними стоял вопрос за или против присоединения.

Как в прессе, примерно на 80 процентов находившейся в руках центристов, так и в ходе собраний правые развернули разнузданную кампанию против Коммунистического Интернационала. Тон их выступлений был весьма различен: от истерических криков о «диктате», «неприемлемости», о «реакционности и несоциалистическом характере» Условий и других документов Второго конгресса, о нарушении права на самоопределение, о сектантском характере Коминтерна до более спокойных «теоретических» изысканий с целью доказать немарксистский характер отдельных пунктов Условий. Однако их связывало одно — ничем не прикрытая центристская аргументация, взятая из послеоктябрьских работ К. Каутского, О. Бауэра и других «теоретиков» центризма ¹.

Подобного рода материалы не могли не раскрыть рабочим-независимцам сущность взглядов правого крыла НСДПГ. «У рабочих Германии,— отмечалось в одном из обращений ИККИ,— теперь открылись глаза, они видят ясно, что с правыми независимцами мы спорили не по вопросу о том или другом пункте Условий приема в Коммунистический Интернационал, а о том, являются ли правые независимые сторонниками пролетарской диктатуры или ее врагами, друзьями Советской России или скрытыми ее антагонистами» ².

Левые из НСДПГ, решительно отметая домыслы правых лидеров партии, доказывали, что в споре вокруг решений Второго конгресса речь идет о самих жизненных требованиях революционного движения Германии. «Диктат из Москвы,— отмечала в конце августа «Hamburger Volkszeitung»,— не что иное, как диктат германского рабочего движения против оппортунистических вождей, и если оппортунизм поднимет бунт против Условий, то это не

¹ В этом смысле особенно показательны статьи, публиковавшиеся в сентябре — начале октября 1920 г. во «Freiheit», «Leipziger Volkszeitung», «Sozialist» и других органах правых.

² «Коммунистический Интернационал», 1920, № 15, стр. 3403.

369 будет ничем иным, как выражением бунта оппортунистических вождей против революционной воли рабочих» ¹. «Вопить о «рабстве», «подчинении», «подлизывании к Москве»,— писал в сентябре 1920 г. П. Генниг,— есть чистейшая демагогия. Условия присоединения являются только внешними формами всякого политического принципа, принципа пролетарской революционной партии, которая должна завоевать господство (диктатуру) рабочего класса» ².

Левые независимцы неоднократно указывали на то, что выполнение Условий присоединения к Коминтерну должно обеспечить дееспособность партии, называли отговорки правых «невероятной мещанской и мелкобуржуазной путаницей» ³. «Мы придем к социализму,— заявлял на одном из собраний Кенен,— придерживаясь марксизма действия. Поэтому мы с радостным воодушевлением идем к Москве, так как Условия соответствуют нашим собственным идеям» ⁴.

Ход борьбы в НСДПГ, развернувшейся после сентябрьской конференции, все яснее показывал, что большинство независимцев внимает голосу левых ⁵. Большое число собраний, конференций НСДПГ на различных уровнях принимало в этот период резолюции, содержавшие полное одобрение решений Второго конгресса, требование о присоединении НСДПГ к Коминтерну. Берлин, Гамбург, Галле, Вюртемберг, Кёльн, Магдебург, Гессен, Эссен, Мюнстер, Пфальц, Росток, Золинген, Дрезден, Кассель, Дуйсбург, Вюрцбург, Камм, Бреслау — вот далеко не полный список тех мест, где принимались подобного рода резолюции.

В присоединении многие организации независимцев видели «необходимую предпосылку вместе с Советской Россией победоносно продвинуть вперед дело мировой революции в Германии и во всех странах». «Все формальные партийно-политические сомнения должны отпасть в интересах сплоченности партии и ведущего борьбу революцион-

¹ Цит. по: «Sozialdemokrat», 1.IX 1920.

⁵ Проведенное в организациях НСДПГ голосование по вопросу об Условиях приема, которое шло параллельно с выборами делегатов на Галльский съезд, дало значительный перевес левым: 144 тыс. против 91 тыс. USPD. Parteitag. Halle, 1920, S. 267.

370 ного пролетариата, чтобы единодушным вступлением в Третий Интернационал увеличить силу мирового пролетариата» ¹.

В резолюциях горячо одобрялись решения Второго конгресса и прежде всего Условия приема, которые «содействовали претворению в жизнь наших стремлений превратить нашу партию в ведущую боевую организацию германского пролетариата». Документы Второго конгресса назывались «минимумом того, что следует признать необходимым для действительно революционной партии», «предпосылкой к действительно революционному Интернационалу», указывалось, что они «преследуют цель объединить революционный пролетариат и сделать его дееспособным». От предстоящего съезда резолюции требовали «немедленного переустройства организации на основе условий с присоединением к Третьему Интернационалу» ².

Значительно у́же был круг организаций, которые с различными оттенками резкости отвергали Условия приема, называли их «неприемлемыми» ³. Однако резолюции подобного рода свидетельствовали о том, что правым удалось с помощью различных маневров и демагогических приемов увлечь за собой некоторую часть партии. При этом особую помощь им оказала группа независимцев во главе с Ледебуром, которая обладала определенным влиянием в партии и со времени Лейпцигского съезда использовала его для поддержки позиции правых. Эта группа и была выдвинута правыми лидерами на передний план борьбы против Условий приема.

Таким образом, хотя соотношение сил было явно в пользу левых, во всех организациях, во всех партийных инстанциях имелись как сторонники, так и противники присоединения к Коминтерну. Борьба между ними, принимавшая все более ожесточенный характер, усиливала центробежные силы в НСДПГ, разрывала последние связи, объединявшие два направления независимцев.

¹ «Freiheit», 28.IX 1920; «Sozialdemokrat», 29.IX 1920.

³ Подобного рода резолюции особенно часто принимались в организациях, в которых центристы издавна играли ведущую роль, например в Саксонской, Тюрингской, Брауншвейгской и других. Однако они одобрялись и в других районах Германии, особенно в немногочисленных организациях, а также на собраниях руководящих деятелей земельного, окружного и районного уровня.

371 В ходе этой борьбы с каждым днем росло отчуждение между правыми и левыми независимцами, которое отражалось в напряженной атмосфере дискуссий, в прессе и на многочисленных собраниях НСДПГ. Центристы обвиняли левых в измене, требовали их выхода из НСДПГ, в широких масштабах применяли по отношению к лидерам левых независимцев тактику травли, клеветы и личных оскорблений ¹. Левые, со своей стороны, стали все решительнее выступать за окончательное размежевание с центристами. Особую роль в этом сыграл вопрос об отношении к Советской России. Левые сурово осуждали антисоветизм центристов, указывали, что они «рисуют на стене призрак большевизма по рецепту антибольшевистской лиги». Антисоветская пропаганда, отмечали левые, «контрреволюционна и приносит вред международному социализму», является «ударом в спину нашим борющимся братьям» ².

В 20-х числах сентября произошло окончательное размежевание в ЦК НСДПГ. Оно стало фактом после того, как правые лидеры НСДПГ, используя свое большинство с целью свернуть дискуссию среди независимцев, навязали руководству партии решение о перенесении срока созыва съезда с 24 октября, как было намечено ранее, на 12 октября. Левая часть руководства 22 сентября опубликовала обращение, в котором выражался решительный протест против этого маневра правых ³. В обращении левые ясно указали на цели своей борьбы, которые заключались в создании «путем отмежевания от всех тормозящих и парализующих нас элементов действительно руководящей, стремящейся вперед пролетарской партии», в диктатуре пролетариата, в Интернационале «действительных революционных пролетариев», в завоевании на свою сторону большинства партии ⁴. 25 сентября последовало контробращение правой части ЦК НСДПГ. Наряду с другими документами правых и левых лидеров НСДПГ оно свидетельствовало о том, что в НСДПГ образовалось фактически

¹ «Freiheit», 3. X 1920. Следует отметить, что разнузданная кампания правых против Коминтерна и левых оказала влияние на некоторую часть независимцев, которая в дальнейшем покинула НСДПГ, примкнула к СДПГ или просто отошла от рабочего движения.

⁴ Ibid.

372 два ЦК ¹, что уже само по себе не могло не разрывать партию. Процесс размежевания быстро развивался и в организациях НСДПГ. При этом правые, терпя частые поражения, не желая подчиниться революционной воле большинства, шли на раскольнические действия, которые направлялись их лидерами из Берлина. Об этом свидетельствуют письма в адрес В. Дитмана. В одном из них вожак правых в Гамбурге П. Бергман уже 10 сентября ставил перед ним вопрос о необходимости воспрепятствовать переходу прессы в руки левых, об объединении всех правых элементов в НСДПГ. «Сторонники России не должны ни в коем случае получить то, что им так необходимо..,— писал он. — Мы образовали здесь объединение... и у нас тут есть уже небольшой кружок тех, кто остается верным старому знамени» ². На открытый разрыв правые пошли в Вюртембергской организации, когда они, оказавшись в меньшинстве на земельной конференции, покинули ее и стали заседать отдельно ³. Большое воздействие на внутрипартийную борьбу в НСДПГ оказали ответ В. И. Ленина корреспонденту газеты «Дейли-Ньюс» от 8 сентября и составленное им же 24 сентября «Письмо к немецким и французским рабочим» (они были опубликованы во многих газетах НСДПГ), а также подготовленное к концу сентября Открытое письмо ИККИ членам НСДПГ и предстоящему съезду НСДПГ в Галле. «Германские рабочие,— говорилось в заключительной части письма,— не бойтесь разрыва с правыми вождями. ...Тенденция развития несомненно к тому и идет, что правое крыло Независимых объединится с шейдемановской партией. Зато рабочее ядро Независимой партии вместе со спартаковцами должно и может составить единую могучую коммунистическую партию, твердыню Коммунистического Интернационала в Германии» ⁴. Этот призыв не мог не найти отклик в сознании революционной части независимцев. Положение в НСДПГ, в ее руководстве, местных организациях к началу октября 1920 г. настолько обострилось, что ни о каком компромиссе думать было уже невозможно. «...Кризис внутри Независи-

¹ «Freiheit», 26.IX 1920; 1, 3.X 1920. ² ЦПА ИМЛ, ф. 215, оп. 1, ед. хр. 28. ³ «Sozialdemokrat», 8, 9.X 1920. ⁴ «Коммунистический Интернационал», 1920, № 14, стр. 2920.

373 мой партии,— констатировал в этот период М. Зиверс,— достиг такого уровня, когда затушевывание и замазывание противоречий привело бы лишь к моральному падению и разложению, когда следует разделить то, что не принадлежит друг другу» ¹. Поэтому не оказало никакого воздействия на партию обращение ряда видных деятелей НСДПГ, стоявших на промежуточных позициях, которое адресовалось к делегатам Галльского съезда и содержало попытку предотвратить раскол партии, навести мосты между ее правой и левой частью ². «Сейчас — нет среднего пути... После Лейпцигского опыта сегодня имеется лишь или — или. Невозможен больше никакой компромисс, возможно лишь ясное решение» ³,— таков был ответ левых независимцев на это обращение.

Непримиримость противоречий в НСДПГ между ее правым и левым крылом обнаружилась в ходе Галльского съезда партии, проходившего с 12 по 17 октября 1920 г. Уже к началу работы делегаты фактически разделились на две части. С одной стороны сидели левые, представители революционного крыла НСДПГ, преимущественно рабочие, с другой — правые, подавляющее большинство которых представляли «функционеры» НСДПГ, верхушка ее партийного и пропагандистского аппарата, парламентарии и т. д. Это разделение, сохранившееся на всем протяжении съезда, выражалось в сепаратных заседаниях правой и левой части съезда, на которых согласовывались решения и позиция обеих сторон, в выступлениях его делегатов, в той напряженной атмосфере ожесточенных споров, которые сопровождали проходившую на съезде дискуссию, споров, принимавших весьма бурный характер ⁴.

Существенные разногласия проявились уже при обсуждении отчетного доклада ЦК НСДПГ, который сделала Л. Циц. Она, как и все деятели правого крыла, сосредоточив все внимание на внешних успехах партии, пыталась оправдать действия руководства НСДПГ после Лейпцигского съезда. Левые независимцы подвергли резкой критике политику правых лидеров партии, указали на их неспособность организовать революционные действия пролетариата, на их оппортунистическую тактику во время путча

¹ «Arbeiter — Rat», 1920, N 37, S. 2.

⁴ См. E. Prager. Geschichte der USPD, B., 1922, S. 223.

374 Каппа, нежелание активными действиями выразить солидарность с Советской Россией. Выступая на съезде в защиту ясной революционной линии, Э. Тельман говорил: «Если в революционной партии, которая стремится к революции и должна готовить массы к действию, нет полной ясности в отдельных инстанциях, тогда ее деятельность будет заранее парализована» ¹.

Дискуссия по главному вопросу, стоявшему на повестке дня Галльского съезда, об отношении НСДПГ к Коминтерну и Условиям приема носила своеобразный характер. В ней фактически приняли участие лишь 5 независимцев: Дитман, Криспин, Деймиг и Штеккер, выступавшие в качестве докладчиков, и Гильфердинг, взявший слово лишь для ответа на яркую речь представителя ИККИ. И это было вполне логично. Ведь в предшествующие недели в печати, на собраниях уже в достаточной мере выявились все оттенки взглядов, отношение всех направлений партии к решениям Второго конгресса.

В выступлениях правых предпринимались новые попытки дискредитировать в глазах независимцев Условия приема, которые будто бы не подходили для германского рабочего движения, бросить тень на тактику Коминтерна, большевиков, КПГ, доказать марксистский характер своих центристских взглядов. Много внимания уделили правые (особенно Дитман) нападкам на лидеров левого крыла партии.

Левые в своих выступлениях раскрыли оппортунистическую сущность позиции правых, выявили в развитии НСДПГ центристские тенденции, носителями которых являлись правые вожди НСДПГ. Они указали, что действия Коминтерна, решения его Второго конгресса были пронизаны духом революционного марксизма, что дискуссия в НСДПГ вокруг решений конгресса «имела огромное значение» для выявления путей создания «ясной, идущей вперед, массовой революционной партии» ², что рабочее движение должно использовать опыт партии большевиков, составляющей «основу и руководящую силу этого Интернационала» ³.

После завершения дискуссии съезд приступил к голосованию по двум предложенным резолюциям. Большин-

¹ USPD. Parteitag. Halle, 1920, S. 51.

³ Ibid., S. 104.

375 ство (237 делегатов), выражая волю революционной части НСДПГ, проголосовало за резолюцию Деймига — Штеккера, в которой, помимо другого, говорилось: «Партийный съезд рассматривает III, Коммунистический Интернационал как всемирную организацию революционного пролетариата и принимает решение немедленно присоединиться к этому Интернационалу, так как он признает его принципы и тезисы в качестве своих собственных... Партийный съезд одобряет Условия вступления в Интернационал и обязывает партийное руководство позаботиться о проведении их в жизнь» ¹. Голосование съездом по резолюции Ледебура, «принципиально» отвергавшей Условия приема, так и не состоялось. Правые лидеры НСДПГ, сумевшие привлечь на свою сторону чуть больше трети делегатов, сами сорвали его. Объявив вне партии большинство съезда, одобрившее Условия приема в Коммунистический Интернационал (это сделал Криспин), они вместе со своими сторонниками покинули съезд и стали заседать отдельно. Так по вине правых произошел раскол НСДПГ. Подводя итоги окончившемуся съезду газета «Sozialdemokrat» 20 октября 1920 г. отмечала: «На партийном съезде в Галле каутскианство потерпело свое последнее организационное поражение. Научно подкрашенная революционная фразеология потерпела поражение от разумного применения марксизма к классовой борьбе. Живой дух революции победил неподвижную догму и театральные жесты вчерашних учеников социал-демократической партийной школы» ². Переход левого крыла на последовательно революционно-марксистские позиции, осуществленный под самым непосредственным влиянием решений Второго конгресса, не мог не стать важной предпосылкой для объединения левого крыла НСДПГ с коммунистами, сближение между которыми происходило в течение 1919 — 1920 гг. В ходе внутрипартийной борьбы левые независимцы неоднократно указывали на необходимость объединения всех революционных сил германского пролетариата. Наиболее ярко отношение левых независимцев к КПГ было выражено в статьях Штеккера, опубликованных в октябре 1920 г. в первых номерах журнала «Kommunistische

¹ USPD. Parteitag. Halle, 1920, S. 71. ² «Sozialdemokrat», 20.X 1920.

376 Rundschau». Он указал, что в ходе развития КПГ исчезли принципиальные разногласия между левыми независимцами и коммунистами. «...Теперь КПГ является ясной, марксистско-революционной партией... Поэтому мы можем и должны рассматривать ее в качестве революционной братской партии, с которой мы должны попытаться достигнуть соглашения и объединения на основе совместного признания Коммунистического Интернационала» ¹.

Что касается КПГ, то ее представитель Э. Мейер еще на заседании ИККИ от 9 августа отмечал, что в случае, если НСДПГ присоединится к Коминтерну «и станет теоретически и практически на позиции III Интернационала, то само собой разумеется, что объединение между ней и Коммунистической партией Германии станет возможным и необходимым. Создание почвы для такого исхода является самым желательным для членов Коммунистической партии Германии» ². Поэтому не было ничего удивительного в том, что после раскола НСДПГ на Галльском съезде, после принятия левыми решения о присоединении к Коминтерну исчезли последние преграды на пути объединения левых независимцев и коммунистов, и в декабре 1920 г. на объединительном съезде была образована Объединенная Коммунистическая партия Германии.

Окончательное размежевание между центристскими и революционными элементами НСДПГ, создание ОКПГ (она объединила под своими знаменами примерно 300 тыс. человек, в том числе более 200 тыс. независимцев) ³, явились одним из важнейших результатов работы Второго конгресса Коминтерна, подтвердившим правильность его тактики и решений. «...Бывший этим летом в Москве II конгресс III Интернационала сделал невиданное, необъятное дело» ⁴,— отмечал в ноябре 1920 г. В. И. Ленин, оценивая его результаты для Галльского съезда НСДПГ.

Сейчас трудно судить о том, как бы сложилась судьба НСДПГ, если бы Второй конгресс не состоялся. Фактом

¹ «Kommunistische Rundschau», 1920, N 2, S. 13.

⁴ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 42, стр. 3.

377 остается, что именно он ускорил начатую под прямым воздействием идей Октября и революционных событий в Германии эволюцию левых независимцев к коммунизму, повысил их революционную активность в классовой борьбе, помог им освободиться от влияния оппортунизма. Конгресс углубил пропасть между революционным и центристским направлениями партии, создал предпосылки для объединения всех революционных сил германского пролетариата. Раскол был произведен правыми вопреки воле революционного большинства партии. Ряд реформистских деятелей, жонглируя всевозможными цифрами и «аргументами», пытались представить раскол НСДПГ огромным несчастьем для германского рабочего движения¹. Они естественно игнорировали самый важный результат этого события, ставшего возможным благодаря эпохальным по своему значению решениям Второго конгресса,— образования массовой Коммунистической партии Германии. А между тем на долю именно этой партии в последующее время выпала роль авангарда и руководящей силы германского пролетариата в его борьбе против реакции, за построение социалистического общества.

¹ См., напр., H. Ströbel. Die deutsche Revolution. B., 1922, S. 206 — 208; F. Stampfer. Die vierzehn Jahre der ersten deutschen Republik. Karlsbad, 1936, S. 201; E. Prager. Geschichte der USPD, S. 226.

378 О. И. Курочкина

РЕШЕНИЯ ВТОРОГО КОНГРЕССА КОМИНТЕРНА И СТАНОВЛЕНИЕ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ ВЕЛИКОБРИТАНИИ​

1. ПОЛОЖЕНИЕ В РАБОЧЕМ ДВИЖЕНИИ ВЕЛИКОБРИТАНИИ КО ВРЕМЕНИ ВТОРОГО КОНГРЕССА КОМИНТЕРНА. УЧРЕДИТЕЛЬНЫЙ СЪЕЗД КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ ВЕЛИКОБРИТАНИИ​

Коммунистическая партия Великобритании образовалась в условиях революционного подъема, который наступил в Англии после окончания первой мировой войны, под влиянием Великой Октябрьской социалистической революции.

В итоге войны 1914 — 1918 гг. позиции британского империализма в мире значительно ослабли. На первое место явно выходили США. За четыре военных года возникли новые политические и социальные проблемы, несомненно влиявшие на все жизненные сферы страны.

Хотя война, в целом обеднив Англию, «почти не затронула,— по утверждению Дж. Коула,— британскую экономическую структуру...» ¹, «восстановительный» бум оказался довольно коротким, и уже с конца 1920 г. начали ощущаться толчки глубокого и продолжительного кризиса. Со своим старым оборудованием в основных отраслях промышленности, с уменьшившимся, вследствие войны, числом рабочих, Англия не могла противостоять послевоенной экономической конкуренции в условиях резкого снижения покупательной способности обнищавшего за годы войны трудового народа.

Резкое снижение жизненного уровня во время и после войны, усиление эксплуатации, влияние революционного подъема во всем мире привели к росту боевых настроений английских трудящихся. «Рабочее движение вышло из войны, обладая такой силой и размахом, каких не наблюдалось со времени наиболее бурных лет чартизма», писали

¹ См. Дж. Мэррей. Всеобщая стачка 1926 года в Англии. М., 1954, стр. 21 — 22.

379 прогрессивные английские историки А. Л. Мортон и Дж. Тэйт ¹. К 1920 г. общее число членов профсоюзов достигло своей высшей точки — 8 млн., а входящих в Конгресс тред-юнионов — 6,5 млн. против 2 млн. 250 тыс. в 1914 г. ². Число трудовых конфликтов составляло в 1914 г. 972, а в 1919 г. — 1 352. Более чем в 5 раз возросло и число бастующих: с 447 тыс. в 1914 г. до 2 591 тыс. в 1919 г. ³

По свидетельству Г. Поллита, «повсеместно вспыхивали стачки, все ярче разгоралось накопившееся за годы войны недовольство; вернувшиеся с фронта матросы и солдаты были готовы на все; ...высшего напряжения достигало впечатление, произведенное на рабочий класс русской революцией» ⁴.

Борьба рабочих против наступления предпринимателей поднималась на новый уровень, затрагивая основы власти капитала. В 1919 г. началась грандиозная стачка 100 тыс. рабочих на Клайде (Шотландия), во время которой правительство, боясь восстания, объявило Глазго на военном положении и ввело войска с танками и артиллерией.

В этом же году выступили горняки, железнодорожники и транспортники, с требованиями национализации шахт, путей сообщения, рабочего контроля, увеличения заработной платы и др. Все три профсоюза (Тройственный союз) договорились в случае неудовлетворения их требований объявить забастовку. Однако намечавшаяся на март 1919 г. забастовка была сорвана лидерами Тройственного союза.

Заметно выросло классовое сознание английских рабочих, понимание ими сущности пролетарского интернационализма. Наряду с экономическими требованиями рабочие выступали в защиту Советской России, за прекращение интервенции, за отвод с территории России английских и союзных войск и т. д.

В январе 1919 г. в Лондоне на конференции рабочих организаций, созванной Лондонским комитетом шоп-стюардов, Британской социалистической партией и Социали-

¹ А. Л. Мортон, Дж. Тэйт. История английского рабочего движения 1770 — 1920. М., 1959, стр. 378.

⁴ Г. Поллит. Очерки английского профдвижения. М., 1925, стр. 10.

380 стической рабочей партией был создан комитет по проведению кампании против антисоветской интервенции под лозунгом: «Руки прочь от Советской России!». В октябре 1919 г. был создан Национальный комитет. В движении «Руки прочь от Советской России!» наряду с представителями революционных рабочих принимали участие широкие массы английских трудящихся — служащие, интеллигенция и часть мелкой буржуазии.

В результате борьбы в 1919 г. английские рабочие вырвали у буржуазии некоторые уступки, однако они не добились удовлетворения ряда своих требований. Центральным вопросом был по-прежнему вопрос борьбы против антисоветских действий Антанты. В апреле 1920 г. в Советскую Россию вторглись белополяки, интервенция которых была подготовлена при активном содействии английского и французского правительств. 10 мая 1920 г. лондонские докеры отказались грузить корабль «Джолли Джордж», на котором находилось оружие, предназначенное для буржуазно-помещичьей Польши. Их поддержали рабочие доков Тайна, Глазго, железнодорожники и др. Движение протеста распространялось по всей стране.

В июне 1920 г. на конференции Лейбористской партии в Скарборо правые лидеры партии, лицемерно заявляя о своей солидарности с русской революцией, о сочувствии к Советской России, вместе с тем доказывали, что «не надо связывать рабочее движение какими-либо решениями» ¹.

Борьба рабочих в первые два послевоенных года показала, что у рабочих не было еще ясности в политических вопросах, что им еще мешали реформистские и либеральные иллюзии, распространяемые буржуазными деятелями типа Ллойд Джорджа.

О Ллойд Джордже В. И. Ленин писал, что он «...служит буржуазии великолепно и служит ей именно среди рабочих, проводит ее влияние именно в пролетариате, там, где всего нужнее и всего труднее морально подчинить себе массы» ².

Способом демагогии, «обмана, лести, фразы, миллиона обещаний, грошовых подачек, уступок неважного, сохранения важного» ³ Ллойд Джордж владел в совершенстве.

¹ Report of the Twentieth Annual Conference of the Labour Party. June 1920, L. p. 114.

³ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 31, стр. 158.

381 Действуя заодно с некоторыми лидерами лейбористов, он всеми силами пытался не допустить перехода рабочих на позиции революционной борьбы.

В этот период Лейбористская партия Англии отчетливо обнаружила свою неспособность и нежелание осуществлять подлинно боевое руководство рабочим классом, вести его на штурм капитала. Правые лейбористские лидеры делали все возможное, чтобы увести рабочих от революционной борьбы, направить их на путь достижения мелких уступок со стороны буржуазии, осуществления некоторых реформ в рамках существующего строя. Лейбористская партия, насчитывавшая около 4 млн. членов, явилась сильным орудием влияния реформизма на рабочие массы. «...Лейбористская партия возникла много позже тред-юнионов и была порождена ими» ¹, и по традиции рабочие, члены тред-юнионов, входивших в состав Лейбористской партии на коллективных началах и составлявших основную массу ее членов, продолжали считать ее «своей партией».

До 1917 г. Лейбористская партия уклонялась от четкого определения общей программы, отвергая ее необходимость даже для своей парламентской фракции. Ее лидеры заявляли, писал Ф. А. Ротштейн: «Пусть рабочие научатся политически ходить, а там они научатся ходить как следует» ².

Однако под давлением массы рядовых членов, на которых большое влияние оказали революционные события в России и во всем мире, лидеры партии осознавали необходимость перестройки организационной структуры партии. В 1918 г. были приняты новый устав и программа партии, проект которой был составлен Сиднеем и Беатрисой Вебб. Программа внешне носила социалистический, радикальный характер, заявляя, что целью партии является «предоставление рабочим, путем применения силы или путем морального воздействия, полных плодов их труда и по возможности наиболее справедливое их распределение на основе общественной собственности на средства производства, распределения и обмена» ³.

¹ Р. Палм Датт. 40 лет Коммунистической партии Великобритании. «Коммунист», 1960, № 11, стр. 93.

³ А. Л. Мортон, Дж. Тэйт. История английского рабочего движения 1770 — 1920, стр. 398.

382 Утверждая, что системе капиталистического производства «нанесен смертельный удар», программа подчеркивала, что «вместе с капиталистической системой производства должна погибнуть политическая система и исчезнуть идеи, в которых эта система находила свое естественное выражение» ...причем... «Мы, члены Лейбористской партии... сделаем все возможное, чтобы зарыть ее (систему. — О. К.) в ту могилу, куда она загнала миллионы людей» ¹.

Такое резкое (на словах) осуждение капитализма в то время соответствовало настроению рабочего класса и даже некоторой части средних слоев, что привело к значительному росту численности партии. Практические же дела партии, ее лидеров (Гендерсона, Макдональда и др.), их поведение во время конфликтов рабочего класса с предпринимателями, на сторону которых они становились, находились в резком противоречии с программными положениями.

Помимо реформистской Лейбористской партии, в Англии имелась центристская Независимая рабочая партия, входившая в состав Лейбористской партии. Ее численность к 1920 г. составляла около 40 тыс. членов ². Под давлением массы рядовых членов она на своем ежегодном съезде в 1920 г. приняла решение выйти из II Интернационала и «изучить программу и условия вступления в Московский Интернационал» ³. В связи с этим в ИККИ 25 мая 1920 г. было передано официальное письмо за подписью председателя НРП Уоллхэда и члена Национального Совета этой партии А. Клиффорда, содержащее 12 вопросов по поводу программы и принципов Коминтерна. В числе этих вопросов были, например, такие, как «Угодно ли III Интернационалу высказать, как он понимает теорию диктатуры пролетариата в применении к Великобритании?», «Чем отличается, по мнению III Интернационала, коммунизм от остальных форм социализма?» ⁴.

Одновременно с выходом из II Интернационала Национальный административный совет НРП решил созвать конференцию (с участием Швейцарской социалистической партии), чтобы обсудить возможность «восстановления еди-

¹ А. Л. Мортон, Дж. Тэйт. История английского рабочего движения 1770 — 1920, стр. 399.

⁴ Там же, стр. 2232.

383 ного, всеобъемлющего Интернационала». В связи с этим в своем письме руководство НРП спрашивало, пошлет ли Коминтерн своих представителей на эту конференцию, названную им съездом «представителей левого крыла социалистических партий».

На все поставленные вопросы Коминтерн в своем письме дал ясные и исчерпывающие ответы. Что же касается приглашения представителей Коминтерна на конференцию «для изучения вопроса», то на него ИККИ ответил категорическим отказом, назвав это маневром старых оппортунистических «вождей, желающих получить еще одну отсрочку своего собственного краха» ¹. Однако, как отмечал ИККИ в своем ответе, НРП не являлась однородной. Наряду с оппортунистическими и колеблющимися элементами, составляющими подавляющее большинство партии, в ней имелась группа коммунистически настроенных «открытых приверженцев III Интернационала». Эта группа, представлявшая подлинно левое крыло НРП, в силу своей малочисленности (она насчитывала около 1000 человек ²) не могла оказать решающего влияния на политику всей партии или, выйдя из нее, самостоятельно основать коммунистическую партию.

Коммунистические силы в Англии были раздроблены, распылены в небольших, а зачастую и совсем мелких партиях, организациях и группах. Коминтерн в своем ответе НРП, обращаясь к коммунистическим элементам этой партии, выражал глубокое беспокойство в связи с этим. «Сильному, громадному английскому капитализму не противопоставлена сильная коммунистическая партия Англии,— говорилось в письме. — Он поэтому в состоянии разбивать английское движение по частям, ...и поэтому английским коммунистам... мы отвечаем: коммунисты Англии, объединяйтесь!» ³.

У рабочего класса Англии еще не было своего боевого руководителя — подлинно революционной партии, проти-

¹ «Коммунистический Интернационал», 1920, № 12, стр. 2254. НРП в целом так и не присоединилась к Коминтерну. Оценка, данная ей В. И. Лениным и Коминтерном, была полностью подтверждена. В 1921 г. НРП явилась инициатором и участником создания II ½ Интернационала.

³ «Коммунистический Интернационал», 1920, № 12, стр. 2256 — 2258.

384 востоящей партиям реформистским, чего настойчиво требовали коренные интересы пролетариата. В этот период серьезнейших классовых боев, по выражению Г. Поллита, английское «рабочее движение было на распутье»¹, переживало период раздробленности и разобщенности. При наличии сильно развитого массового рабочего движения в виде тред-юнионов, тяготеющих по своей природе к реформизму², входящих в них рабочих было трудно сдвинуть с реформистских позиций; поэтому социализм развивался вначале в форме численно небольших социалистических организаций, носивших просветительский характер, оторванных от рабочих масс. Такой была, например, Социал-демократическая федерация — первая социалистическая организация Великобритании, которая вела пропаганду в пользу социализма, пытаясь следовать принципам марксизма. «Образование коммунистической партии в Великобритании,— писал Палм Датт,— произошло не путем выделения воинствующих марксистских групп из оппортунистических организаций социал-демократии, как это было во многих странах, а путем объединения небольших разрозненных социалистических групп, что было первым шагом в установлении правильных взаимоотношений с широким рабочим движением»³. Попытки к объединению делались еще в начале 1919 г. Основное участие в этом приняли левосоциалистические партии: Британская социалистическая партия (БСП), Социалистическая рабочая партия (СРП), Рабочая социалистическая федерация (РСФ), Южно-Уэльское социалистическое общество (ЮУСО). Однако между этими партиями, осознающими необходимость создания коммунистической партии и согласными по основным, принципиальным вопросам (все они призна-

¹ «Большевик», 1951, № 3, стр. 48. Путь Британии к социализму. Программа Коммунистической партии Великобритании. Предисловие Г. Поллита.

³ Р. Палм Датт. 40 лет Коммунистической партии Великобритании. «Коммунист», 1960, № 11, стр. 95.

385 вали диктатуру пролетариата, Советскую власть, приветствовали Октябрьскую революцию, стремились организовать английских рабочих для борьбы с капитализмом, для завоевания власти), возникали при переговорах острые разногласия по тактическим вопросам, проистекавшие как из их слабости в теоретических вопросах, так и по причине их специфических черт.

Камнем преткновения были вопросы о необходимости парламентской деятельности коммунистов и вхождения их в Лейбористскую партию, причем каждая из групп «была убеждена, что она является единственным стражем марксистского кредо»,— писал один из ветеранов компартии Боб Стюарт ¹.

Наиболее значительной партией (к марту 1920 г., по сообщению Дж. Мерфи, направленному в Амстердамское бюро Коминтерна, ее численность составляла около 6000 членов ²) была Британская социалистическая партия (БСП), членами которой являлись А. Инкпин, Д. Маклин, Ф. Ротштейн и другие. Она первой вошла в Коминтерн и сыграла (вместе с Группой коммунистического единства) основную роль в образовании компартии Великобритании. БСП справедливо считала, что компартия должна входить в Лейбористскую партию и использовать возможности парламентской работы. Однако относительная свобода действий, предоставляемая ей внутри Лейбористской партии (БСП входила в Лейбористскую партию на правах коллективного члена), порождала у некоторой части ее членов (У. Мак-Лейн и др.) необоснованные иллюзии в отношении политики этой партии, возглавляемой реформистскими лидерами.

Социалистическая рабочая партия (СРП) — численность ее к марту 1920 года составляла, по свидетельству Дж. Мерфи, примерно 600 членов ³,— возникшая в 1903 г. в Шотландии (центр — Глазго), также присоединилась к Коминтерну. Но хотя многие ее члены во время и после войны стояли на правильных революционных позициях (А. Макманус и др.), руководство СРП допускало серьезные ошибки сектантского толка, запрещая занимать членам этой партии руководящие должности в профсоюзах и

¹ «World news and views», 1950, N 23, p. 7.

³ Там же, л. 3.

386 категорически возражая против вступления в Лейбористскую партию.

Уже к середине февраля 1920 г. официальное руководство СРП, занимавшее крайне сектантские позиции, отказалось от всяких уступок во время переговоров о единстве. Выступая с нападками на БСП, оно заявляло о том, что стоит «твердо на бескомпромиссной почве» ¹. В этом их поддержала С. Панкхерст, требовавшая чистоты доктрины Коммунистической партии, миссия которой «идти прямой дорогой к коммунистической революции» ².

В начале апреля 1920 г. наиболее активные члены СРП, участвовавшие в переговорах о единстве и порвавшие с сектантским руководством партии, созвали неофициальную конференцию, на которой был принят Манифест коммунистического единства. В нем признавалась необходимость объединения всех революционных сил страны, рассеянных в различных группах и партиях, в качестве первого важного условия создания коммунистической партии в Англии. Среди подписавших Манифест были А. Макманус, Т. Белл, У. Пол, У. Дж. Хьюлет, Т. А. Джексон и Р. Стюарт, ставшие впоследствии видными деятелями Коммунистической партии Великобритании. Позднее участники конференции приняли название Группа коммунистического единства (ГКЕ), выступив за объединение коммунистов Англии, в поддержку действий БСП. Участвовавшим в переговорах Южно-Уэльскому социалистическому обществу (ЮУСО), проводившему свою работу преимущественно среди горняков Южного Уэльса, и Рабочей социалистической федерации (РСФ), действовавшей в основном в районе Лондонского Ист-энда, были также присущи недостатки сектантского толка — отрицание необходимости работы в массовых, традиционных организациях рабочих (тред-юнионы, кооперативы), вхождения в Лейбористскую партию, парламентской деятельности и т. п.

Руководитель и основатель РСФ — Сильвия Панкхерст (в прошлом — суфражистка, занимавшая пацифистские позиции во время войны и за антивоенную агитацию подвергавшаяся репрессиям со стороны правительства) занимала крайне левые позиции в революционном движении и в конце концов решилась на прямые расколь-

¹ «The Socialist», 19.II 1920.

² «The Workers' Dreadnought», 21. II 1920, p. 6.

387 нические действия в английском коммунистическом движении.

16 июля 1919 г. С. Панкхерст, уверенная в правильности занимаемой ею антипарламентской позиции, направила В. И. Ленину письмо, где наряду с информацией о социалистических течениях в Англии «поставила ребром» вопрос об отношении коммунистов к парламентаризму, заявив при этом, что революционные рабочие Англии «относятся с презрением к парламентской работе и ни за что не согласятся примкнуть к партии, которая гонится за мандатами на парламентских и муниципальных выборах» ¹. Подчеркивая, что слова В. И. Ленина имеют в Англии «большой вес» особенно для тех, «кто искренне желает революции», Панкхерст просила В. И. Ленина высказать свое мнение по этому вопросу ².

На поставленный Панкхерст вопрос В. И. Ленин в своем письме 28 августа 1919 г. ответил, что он «лично убежден, что отказ от участия в парламентских выборах является ошибкой со стороны революционных рабочих Англии» ³. Он разъяснял разницу между реформистским парламентаризмом и революционным использованием парламента, что часто путали не в меру «левые» революционеры как в Англии, так и в других странах. В. И. Ленин нисколько не сомневался в том, что «многие рабочие, принадлежащие к лучшим, честнейшим, искренне-революционным представителям пролетариата, являются врагами парламентаризма...» ⁴, ибо буржуазный парламент, буржуазная демократия стала в глазах рабочих синонимом обмана, лицемерия и подкупа. На первый план В. И. Ленин выдвигал необходимость создания в Англии коммунистической партии, объединяющей в своих рядах всех честных революционеров, сторонников диктатуры пролетариата, Советской власти, коммунистов по убеждению, готовых вести революционную работу. При согласии по этим основным, стратегическим вопросам, ошибка по одному из тактических вопросов, каким, по существу, является вопрос о парламентаризме, не столь существенна. «...Лучше пойти на эту ошибку,— писал Ленин,— чем

¹ «Коммунистический Интернационал», 1919, № 5, стр. 682.

⁴ Там же, стр. 160.

388 замедлить образование крупной рабочей коммунистической партии в Англии...» ¹, ибо отказ от немедленного слияния в коммунистическую партию из-за тактических разногласий является ошибкой в тысячу раз большей, чем ошибочный отказ от выборов в буржуазный английский парламент. В. И. Ленин разъяснял революционным английским рабочим, что в Англии, как и в других империалистических странах, главной задачей для коммунистической партии является «неразрывная связь с массой рабочих, уменье постоянно агитировать в ней, участвовать в каждой стачке, откликаться на всякий запрос массы...» ². Лишь таким образом можно вести борьбу против представителей верхушечного слоя рабочих, испорченных реформизмом, проникнутых буржуазными и империалистическими предрассудками. А без борьбы против этого слоя, без разъяснения массам его буржуазности, реформизма «...не может быть и речи о серьезном коммунистическом рабочем движении» ³.

Излагая сущность революционного использования буржуазного парламента при принципиальном отрицании буржуазного парламентаризма как формы правления, Ленин подчеркивал, что если рабочая партия действительно является крепкой, сплоченной организацией революционного авангарда, умеющей вести революционную работу в массах всеми доступными способами, «...то тогда такая партия, наверное, сумеет держать в руках своих парламентариев, делать из них настоящих революционных пропагандистов, таких, как Карл Либкнехт, а не оппортунистов, не развратителей пролетариата буржуазными приемами, буржуазными привычками, буржуазными идеями, буржуазной безыдейностью» ⁴.

Письмо В. И. Ленина С. Панкхерст было подвергнуто в Англии широкому обсуждению в рабочей и социалистической печати. Газета «The Call» писала по этому поводу: «Так как массы еще интересуются парламентом и придают значение его заседаниям, то мы будем глупцами или преступниками, если откажемся от использования его возможностей» ⁵.

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, стр. 162.

⁵ «The Call», 11. IX 1919.

389 Несмотря на проявление «левизны» в ряде революционных организаций Англии, главным врагом английских революционеров в рабочем движении по-прежнему оставался реформизм, порождавший, со своей стороны, настроения «левизны» у части революционеров, как протест против оппортунизма, мещанской узости, ограниченности правореформистских лидеров и организаций, возглавляемых ими. Забывая о том, что в традиционных, наиболее крупных рабочих организациях — тред-юнионах, кооперативных организациях, какими бы реакционными они ни были, объединено подавляющее большинство рабочего люда страны, «левые» отказывались от работы в них, от общения с рабочими, от проведения агитации в массах легальными методами, используя буржуазный парламент. Тем самым они отгораживали себя от пролетариата, оставляли основную массу рабочих «на попечении» правореформистских лидеров, фактически разрешая буржуазии беспрепятственно проводить свое влияние в рабочем классе, т. е. на деле отказывались от практической, непосредственной борьбы с реформизмом и оппортунизмом, против которого они на словах выступали с такой ярой непримиримостью. Именно вследствие того, что «левизна» мешала борьбе против основного врага — реформизма, необходимо было освободиться от нее как можно скорее.

Огромное значение для борьбы с «левым» сектантством и революционным фразерством как в других странах, так и в Англии имела работа В. И. Ленина «Детская болезнь «левизны» в коммунизме», где Ленин отвел анализу процессов в английском коммунистическом движении целую главу (IX), озаглавив ее ««Левый» коммунизм в Англии». И не только эта глава, а и вся книга имела прямое отношение к тем молодым английским коммунистам, «которые только-только начали приходить к коммунизму»¹. Эти «преданнейшие делу революции люди», которых надо «беречь и заботливо оказывать им всяческую помощь», делали ошибки, «способные принести вред делу революции» и об этих ошибках «надо прямо, открыто говорить им»²,— указывал Ленин.

К весне 1920 г., когда В. И. Ленин писал свой труд, препятствием к объединению английских коммунистов

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 64.

² Там же.

390 по-прежнему продолжали служить два тактических вопроса — участие в буржуазном парламенте и вхождение в Лейбористскую партию.

В. И. Ленин подробно разъяснял необходимость для английских коммунистов работать в буржуазном парламенте, чтобы таким путем «извнутри парламента помочь рабочей массе увидать на деле результаты гендерсоновского и сноуденовского правительства» ¹, поскольку большинство английских рабочих еще верит ему.

В. И. Ленин отмечал, что «английским коммунистам очень часто трудно бывает теперь даже подойти к массе, даже заставить себя выслушать» ², партии революционного класса необходимо переменить взгляды большинства рабочих масс, без чего невозможна революция, «а эта перемена создается политическим опытом масс, никогда не одной только пропагандой» ³. Отвечая С. Панкхерст, требовавшей, чтобы коммунисты шли «без компромиссов вперед, не сворачивая с пути», В. И. Ленин, развивая мысль о целесообразности компромиссов, конкретизируя ее применительно к английским условиям, высказался за известный компромисс коммунистов с Гендерсоном и Сноуденом (деятели НРП и Лейбористской партии), чтобы те могли победить Ллойд Джорджа и Черчилля (лидеры Либеральной и Консервативной партий), а затем, с парламентской трибуны, раскрыть массам рабочих истинный характер и Гендерсона и Сноудена. Призыв «следовать по бескомпромиссному пути», когда об этом говорит бессильное меньшинство, писал Ленин, «это — интеллигентское ребячество, а не серьезная тактика революционного класса...» ⁴. Что же касается вопроса о присоединении коммунистов к Лейбористской партии, то и в этом случае Ленин предостерегал коммунистов от отрицания в своей тактике «всяких компромиссов и всяких промежуточных инстанций», дабы не скатиться к бланкизму. Обратив внимание на оригинальность структуры Лейбористской партии, не похожей по своему строению на обычные европейские политические партии, Ленин подчеркнул необходимость для английских коммунистов «уметь приложить общие и основные принципы коммунизма к тому своеоб-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 69.

⁴ Там же.

391 разию отношений между классами и партиями, к тому своеобразию в объективном развитии к коммунизму, которое свойственно каждой отдельной стране и которое надо уметь изучить, найти, угадать» ¹.

Поскольку революционный класс любой страны для достижения своей цели должен овладеть решительно всеми формами и сторонами общественной деятельности, то английские коммунисты должны «использовать непрерывно, неослабно, неуклонно и парламентские выборы, и все перипетии ирландской, колониальной, всемирно-империалистской политики британского правительства, и все прочие области, сферы, стороны общественной жизни, во всех работая по-новому, по-коммунистически, в духе не II, а III Интернационала» ².

Книга В. И. Ленина «Детская болезнь «левизны» в коммунизме», по словам Г. Поллита, «более, чем что-либо другое, способствовала сплочению революционных элементов в единую Коммунистическую партию Великобритании» ³. В листовке о подписке на эту книгу, выпущенной Коммунистической партией Великобритании в ноябре 1920 г., о ней говорится как о самой важной, наиболее интересной из работ В. И. Ленина, которая, несомненно, необходима «всем, активно участвующим в рабочем движении» ⁴. Эта книга, говорилось в листовке, «внесет ясность в понимание многих вещей и поможет практически сориентироваться в направлении единства, которого все так сильно желают» ⁵. Первая информация об этой книге была напечатана в органе КПВ «The Communist» в августе 1920 г. Это была статья делегата Второго конгресса Коминтерна У. Мак-Лейна «Ленин о тактике», присланная из Москвы ⁶.

Книга Ленина, написанная в апреле — мае, вышла на английском языке в Советской России в июле 1920 г. Поэтому ее содержание и новые советы Ленина английским коммунистам «...соединить все свои четыре (все очень слабые, некоторые — совсем и совсем слабые) партии и группы в одну коммунистическую партию...» ⁷ еще не были

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 74.

⁷ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 71.

392 известны среди английских коммунистов на первом этапе предварительных переговоров об объединении (конец 1919 — начало 1920 г.). Однако на последующем этапе — в августе — декабре 1920 г., она сыграла выдающуюся роль в деле объединения всех коммунистических элементов в одну партию.

С момента первой встречи представителей 4-х партий (13 июня 1919 г.) и до первого объединительного съезда состоялось шесть объединительных конференций, на которых происходили горячие дебаты об условиях объединения.

Особенно интенсивная подготовка к съезду развернулась в мае — июне 1920 г. На подготовительной конференции (шестой по счету) 29 мая был создан Соединенный временный комитет по образованию коммунистической партии Великобритании в составе: Дж. Ф. Ходжсон, А. А. Уотс и Ф. Уиллис (БСП), Т. Белл, А. Макманус и У. Пол (Группа Коммунистического единства). Председателем стал А. Макманус, секретарем — А. Инкпин ¹.

Подготовку к съезду затрудняли раскольнические действия группы С. Панкхерст. 19 июня 1920 г. на срочно созванной конференции Рабочая социалистическая федерация была переименована в Коммунистическую партию (Британская секция III Интернационала) ².

Этот поступок С. Панкхерст вызвал возмущение революционных рабочих, понимавших необходимость объединения коммунистических сил в одну партию. 4 июля в Москве было получено сообщение по радио из Христиании (Норвегия) о том, что на днях в Англии на конференции делегатов РСФ и представителей отдельных социалистических и коммунистических групп «была сформирована Коммунистическая партия». Эта партия, заявив о своей верности Третьему Интернационалу, диктатуре пролетариата и Советской власти, решила не присоединяться к Лейбористской партии, воздержаться от парламентских действий и «не принимать участия в первой Объединенной конференции в августе или в переговорах о единстве».

¹ J. Klugmann. History of the Communist Party of Great Britain, v. I, p. 36.

² Ibid., p. 38. Эта партия никогда не являлась секцией Коминтерна. Ред.

393 Официальным органом стал «The Workers'Dreadnought», редактором его — Сильвия Панкхерст.

Получив эту телеграмму, народный комиссар иностранных дел Г. В. Чичерин направил В. И. Ленину сообщение об этом, назвав создание новой, так называемой коммунистической партии «крайне неуместной штукой Сильвии» и подчеркнул «пресловутую левизну» программы этой партии, которая отказывается участвовать в объединительной конференции 1 августа, тем самым «заранее срывая общее объединение ¹». В сообщении Владимиру Ильичу Г. В. Чичерин выразил надежду на то, что «Коммунистический Интернационал не пройдет равнодушно мимо этой мнимо-ультра-левой сепаратной выходки» ². На полученной телеграмме В. И. Ленин написал Г. В. Чичерину: «Дайте спешно проект резолюции II-го конгресса III Интернационала по этому вопросу и возьмите у Зиновьева копию моих тезисов» ³.

Несмотря на действия С. Панкхерст и ее группы, Соединенный временный комитет продолжал подготовку к объединению коммунистических сил Англии. Считая, что создание Коммунистической партии в Англии неразрывно связано с делом Коминтерна, Комитет послал 20 июня 1920 г. В. И. Ленину (копию — в Коминтерн) письмо, содержащее информацию о состоянии коммунистического движения в Англии.

Еще 30 мая 1920 г., в связи с визитом в нашу страну английской рабочей делегации, направленной по решению конгресса Британских тред-юнионов для ознакомления с экономическим и политическим положением в России, В. И. Ленин написал письмо к английским рабочим, в котором отмечал, что в Англии «...нет даже маленькой коммунистической партии» ⁴. Отвечая на вопрос делегации, Ленин отмечал, что «искренние сторонники освобождения рабочих от ига капитала никак не могут быть против основания коммунистической партии, которая одна в состоянии... действительно разоблачать, осмеивать, позорить «вождей», способных сомневаться в том, помогает ли Англия Польше и т. д.» ⁵. Однако при этом Ленин предупреж-

¹ ЦПА ИМЛ, ф. 495, оп. 100, ед. хр. 10, л. 75.

⁵ Там же.

394 дал, что если бы называть себя коммунистами и присоединяться к Коммунистическому Интернационалу вздумали те, кто еще находится под идейным воздействием буржуазии, разделяет мещанские, реформистские предрассудки насчет буржуазной демократии, пацифизма и т. д., то «...такие люди только повредили бы пролетариату еще сильнее» ¹. Это замечание Ленина имело исключительно важное значение в связи с ситуацией, сложившейся в рабочем движении ряда стран, включая и Англию, поскольку ко времени Второго конгресса Коминтерн начинал становиться «модой», и в коммунистическое движение стремились проникнуть элементы, ничего общего с коммунизмом не имеющие и несущие в себе весь груз реформистских предрассудков.

Направляя В. И. Ленину свою информацию, Временный комитет (Макманус, Инкпин, Белл, Ходжсон, Пол и Уотс) просил Ленина прислать свои замечания и комментарии. «Мнение это,— отмечали авторы письма,— будет иметь громадное значение для всех сторонников социализма и коммунистов всех стран» ². Указывая на изменения, происшедшие в социалистическом движении Англии в результате войны и особенно под влиянием Октябрьской революции в России, члены Временного комитета сообщали о шагах, предпринимаемых для объединения коммунистических сил в единую коммунистическую партию, и о позиции различных партий и организаций в этом вопросе, отмечали опасность раскольнических действий С. Панкхерст, угрожающую Коммунистической партии Великобритании «с самого дня ее рождения» в связи с возможностью возникновения «нескольких коммунистических партий вместо одной» ³, что привело бы к раздробленности в коммунистическом движении. Они просили В. И. Ленина прислать предстоящему съезду послание с выражением «симпатии и надежд», поскольку призыв Ленина к объединению «значительно помог бы устранить трудности и преодолеть препятствия, стоящие на пути полного коммунистического единства» ⁴. Письмо заканчивалось словами: «Пусть храбрость, великодушие и сила духа, которые проявил рабочий класс России за последние три года, сохра-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 126 — 127.

⁴ Там же.

395 нятся до дня окончательной победы. Пусть жертвы, принесенные Россией во имя коммунизма, найдут глубокий отклик в душе рабочего класса всей остальной части земного шара» ¹.

В. И. Ленин отнесся к письму английских коммунистов с глубоким вниманием. Он попросил (8 июля) снять с письма копию и вернуть письмо ему ². О том, какое значение придал Ленин этой информации, свидетельствуют многочисленные пометки, сделанные его рукой в тексте этого письма. Он незамедлительно откликнулся на изложенную в письме просьбу о присылке послания съезду. 8 июля послание было готово. На нем В. И. Ленин написал: «Прошу перевести на английский и отправить (1) по радио и (2) с курьером, предварительно посоветовавшись с Чичериным, Грузенбергом, Мерфи, Квелчем и др., не нужны ли конспиративные или иные изменения».

8.VII. Ленин ³.

Ответ Ленина на письмо Соединенного временного комитета по образованию Коммунистической партии Великобритании был передан по радио, опубликован в газете «The Call» ⁴ и оглашен на Учредительном съезде английских коммунистов.

В своем ответе В. И. Ленин выражал полное сочувствие плану немедленного образования единой Коммунистической партии Англии, выработанному Соединенным временным комитетом и осуждал, как неправильную, тактику С. Панкхерст и РСФ. Отметив, что сам он будет защищать на Втором конгрессе Коминтерна тактику участия в парламенте и присоединения к Лейбористской партии (при условии полной свободы и самостоятельности коммунистической работы), Ленин подчеркнул, что самым важным он считает сейчас «...быстрое образование единой Коммунистической партии, на основе всех решений III Интернационала, и наибольшее сближение этой партии с «Промышленными рабочими мира» (I. W. W.) и с «Фабрично-

¹ ЦПА ИМЛ, ф. 495, оп. 100, ед. хр. 11.

⁴ «The Call», 22. VII 1920.

396 заводскими старостами» (Shop Stewards Committees) в целях полного слияния с ними в ближайшем будущем» ¹.

В июне — июле в газете «The Call» были опубликованы материалы о роли коммунистической партии в пролетарской революции, о революционном парламентаризме, о необходимости крепкой партийной дисциплины и др., служившие предметом острой дискуссии на Втором конгрессе Коминтерна. Незадолго до съезда (29 июля) в этой же газете была в сокращенном виде напечатана глава IX из книги В. И. Ленина «Детская болезнь «левизны» в коммунизме», озаглавленная «Коммунистическая тактика в Англии. Ленин отвечает нашим критикам», на которую ссылались коммунисты, отстаивавшие на съезде необходимость их участия в парламенте и вступления в Лейбористскую партию. 7 июля 1920 г. Соединенный комитет разослал официальное приглашение «Всем организациям, отделениям организаций, местным коммунистическим группам и независимым социалистическим обществам, принимающим основы коммунистического единства:

а) диктатуру пролетариата,

б) советскую систему,

в) Третий Интернационал» ².

К письму были приложены: Повестка дня съезда, текст основных резолюций («Общая политика», «Связи с Лейбористской партией», «Парламентские действия»), анкета делегатов и Манифест — «Призыв к Коммунистической партии, адресованный ко всем коммунистам и социалистам Великобритании». Этот важный документ, содержавший основные программные положения для создаваемой коммунистической партии, отличался боевым духом, ясностью изложения целей и задач коммунистического движения. Перед лицом укоренившегося капитализма Англии,— говорилось в Манифесте,— «наиболее настоятельной и неотложной необходимостью для нашего рабочего движения сегодня является объединенный и сплоченный фронт» ³.

В Манифесте давалась высокая оценка действиям рабочего класса России: «Российская революция стала критерием международного социализма, подлинным маяком, указывающим путь, по которому надо идти, курс, которым надо следовать... Нам, в Англии, еще предстоит осознать

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 157.

³ Там же, л. 26.

397 тот великий факт, что Российская революция направила все течение социалистической мысли в другое русло, дала нам новые концепции взамен старых» ¹. В нем подробно разъяснялась сущность диктатуры пролетариата и Советской власти, необходимость образования коммунистической партии. Продолжительные, трудные переговоры успешно завершались. Накануне съезда газета «The Call» опубликовала последнее заявление БСП: «Ввиду созыва съезда коммунистического единства в Лондоне... БСП прекратит свое отдельное существование, а ее отделения и члены вольются в новую коммунистическую партию ².

31 июля 1920 г. в Лондоне открылся съезд коммунистического единства — Учредительный съезд Коммунистической партии Великобритании. На нем присутствовало 158 делегатов от 102 отделений (1 делегат от 25 человек) ³. Это были представители БСП, ГКЕ, одного из отделений СРП (помимо ГКЕ) и ряда других, более мелких групп. Председательствовал А. Макманус. На съезде были оглашены приветствия от коммунистических партий Германии, Австрии, Венгрии и Голландии, от Итальянской социалистической партии, Норвежской рабочей партии, а также личные послания от Клары Цеткин, Тома Манна и В. И. Ленина, выслушанные делегатами с особым вниманием.

Первая резолюция, определяющая общие принципы политики (диктатура пролетариата и Советская власть) и официально устанавливающая на основе этих принципов образование коммунистической партии и приверженность к Третьему Интернационалу, была принята единогласно. Резолюция о необходимости использования парламента после внесения в нее нескольких поправок была принята 186 голосами против 19 ⁴.

Самые горячие дебаты вызвала резолюция об отношении к Лейбористской партии, представленная в предельно простой форме: а) Коммунистическая партия должна присоединиться к Лейбористской партии; б) Коммунистическая партия не должна присоединяться к Лейбористской партии.

¹ ЦПА ИМЛ, ф. 495, оп. 100, ед. хр. 11, л. 26.

⁴ Ibid.

398 Если противники присоединения заявляли о реакционном характере Лейбористской партии, ее лидеров и ее политики и о необходимости «вести с ними борьбу до конца», то сторонники вхождения утверждали, что нужно поддерживать контакт с массой организованных рабочих, т. е. рядовых ее членов, «находящихся под влиянием и контролем лидеров Лейбористской партии» ¹. В результате этих дебатов резолюция за присоединение к Лейбористской партии была принята большинством в 15 голосов (100 — за, 85 — против) ².

После принятия приветствия Второму конгрессу Коминтерна был избран Временный Исполнительный комитет из 16 членов, куда помимо членов Соединенного Временного комитета было введено 6 членов.

Была сформирована партия, которая,— как писал Том Белл после окончания съезда,— «сможет служить связующим звеном между коммунистами Великобритании и главной армией, штаб которой находится в Москве» ³.

В стране возникла коммунистическая партия — авангардная сила английского рабочего класса, которая высоко подняла знамя коммунизма. Под этим знаменем ей предстояло теперь сплотить широкие массы английских рабочих и в едином строю с мировым коммунистическим движением повести их вперед на борьбу против капитала, за светлое будущее, за социализм.

Однако был сделан лишь первый шаг в направлении объединения коммунистических элементов Англии. Многие революционные силы (шоп-стюарды и др.) оставались еще вне компартии. Процесс слияния, объединения должен был продолжаться.

3 сентября 1920 г. А. Макманус и А. Инкпин направили в адрес ИККИ информацию о результатах съезда и о положении Компартии Великобритании, в которой отмечалось, что Исполком занимается в основном сплочением местных организаций партии, тем, чтобы связать их воедино. «В настоящее время,— писали они,— у нас имеется 120 отделений партии с общим числом членов не менее 5000 — 6000» ⁴.

¹ См. «The Communist», 1920, N 1.

⁴ ЦПА ИМЛ, ф. 495, оп. 100, ед. хр. 10, л. 82.

399 30 октября 1920 г. направил в адрес В. И. Ленина и Коминтерна свое сообщение о коммунистическом движении в Великобритании Ротштейн, который подробно, день за днем, начиная с 5 августа, сообщал о деятельности КПВ в «Советах действия», об участии ее в массовых демонстрациях и митингах, в антивоенной пропаганде, о создании и укреплении партийных ячеек на предприятиях, в профсоюзах и т. д. В письме подчеркивалось, что партия уже начинает подготовку ко второму съезду на базе постановлений Исполкома Коминтерна ¹.

2. АНГЛИЙСКИЙ ВОПРОС НА ВТОРОМ КОНГРЕССЕ КОМИНТЕРНА. ВЫСТУПЛЕНИЯ В. И. ЛЕНИНА НА КОНГРЕССЕ И ИХ РОЛЬ В КОНСОЛИДАЦИИ КОММУНИСТИЧЕСКОГО ДВИЖЕНИЯ В ВЕЛИКОБРИТАНИИ​

Первый объединительный съезд Коммунистической партии Великобритании и непосредственная подготовка к нему проходили в дни работы Второго конгресса Коминтерна, решения которого сыграли такую большую роль в сплочении всех коммунистических сил Англии. Многочисленная английская делегация на Втором конгрессе (9 человек) не представляла Коммунистическую партию Великобритании как единое целое. Это были делегаты отдельных организаций (рабочих, социалистических, синдикалистских и т. д.) и отнюдь не все из них вошли в Коммунистическую партию Великобритании при ее основании. Том Квелч и Уильям Мак-Лейн были зарегистрированы в качестве делегатов конгресса от Британской социалистической партии (после 31 июля они стали делегатами КПВ), Давид Рамсей, Джек Таннер и Дж. Т. Мерфи — от шоп-стюардов, Дик Бич — от Индустриальных рабочих мира. Уильям Галлахер присутствовал как лидер Шотландских шоп-стюардов ², Сильвия Панкхерст (прибывшая к концу конгресса и участвовавшая лишь в последних заседаниях) — от Коммунистической партии (БСТИ) (с совещательным голосом), М. Ньюбольд — от Национальной лиги рабочей молодежи.

¹ ЦПА ИМЛ, ф. 495, оп. 100, ед. хр. 9, л. 23.

² У. Галлахер не был зарегистрирован делегатом, но участвовал во всех заседаниях.

400 Английские делегаты входили почти во все важнейшие комиссии конгресса, а некоторые (Квелч, Мак-Лейн, Рамсей) даже в несколько комиссий. Таким образом проекты всех основных постановлений конгресса вырабатывались при участии английских делегатов.

У. Галлахер вспоминал в своих мемуарах о встрече с В. И. Лениным перед началом первого заседания конгресса. «В Англии,— пишет Галлахер,— я встречал много важных людей, даже очень важных — знаете, они были настолько важными, что вы это понимали с первого взгляда. Но превыше всех, с точки зрения руководящих членов Рабочего комитета Клайда, стояло имя величественного Ленина, гения великой Октябрьской революции, фигура мирового, решающего значения. И вот он здесь, и в нем нет никакой важности. ...Я думал о том, что происходило в Англии, и пытался передать ему свое понимание событий и обстановки» ¹.

Позднее, когда Галлахер вернулся в Лондон после конгресса, после бесед с Лениным, повидав многих других деятелей, он в беседе с редактором газеты «The Communist» так выразил свое впечатление: «Когда вы с Лениным, вы не можете думать о Ленине, вы должны думать о том, о чем думает он, а он все время думает о революции» ².

Основной вопрос — о роли коммунистической партии был не вполне ясен делегатам ряда капиталистических стран, в том числе и Англии. В ее революционном рабочем движении имелись течения (Индустриальные рабочие мира, шоп-стюарды и др.), представители которых не понимали и даже отрицали необходимость компартии. Некоторые элементы революционного рабочего движения, соглашаясь в принципе с необходимостью существования компартии, возражали против централизации и строгой дисциплины в ней. Представитель английских шоп-стюардов Джек Таннер выступал на конгрессе против необходимости образования партии. Он явно преувеличивал роль специфических условий в Англии, пытаясь полностью игнорировать опыт России, который, по его словам, не должен «выставляться, как образец для всех других стран» ³.

¹ The Last Memoirs of William Gallacher, London, 1966, p. 148.

³ Второй конгресс Коминтерна, стр. 59.

401 Он считал, что абсолютная необходимость строжайше дисциплинированной и централизованной коммунистической партии доказана «недостаточно ясно», что «ударными отрядами революции» будут «рабочие, объединяемые движением шоп-стюардов», проповедовал лишь «прямое действие», отрицал целесообразность участия в парламентской деятельности, а пребывание и работу в других партиях называл «потерей времени» ¹.

Во время выступления Таннера В. И. Ленин делал заметки для себя, в которых он высказывал мысль о том, что в Коминтерне должно найтись место также и «для сочувствующих», а не только для официально входящих в его состав, причем такому массовому движению в Англии и Америке, как ИРМ и шоп-стюарды, надо предложить остаться в III Интернационале, несмотря на то, что по вопросу о парламентаризме у них имеются расхождения с Коминтерном. В то же время Ленин указывал, что необходимо «испытать на деле улучшение социалистических партий, которые недостаточно агитируют в массе, не умели связаться с ней» ². По-видимому, В. И. Ленин имел в виду прежде всего Британскую социалистическую партию, обладавшую этими недостатками, представители которой (Т. Квелч и У. Мак-Лейн) присутствовали на этом конгрессе.

В речи на заседании конгресса 23 июля Ленин подверг глубокому анализу ультралевое выступление Таннера, с одной стороны, и речь Мак-Лейна, в которой проскальзывали реформистские нотки,— с другой. Он разъяснял на их примере, что известное предубеждение английских товарищей против политической партии проистекает из того, что они представляют себе партию не иначе как реформистскую, вроде возглавляемой А. Гендерсоном Лейбористской партии, т. е. такой партии, против которой выступают Коминтерн и коммунисты. Смысл всех резолюций Коминтерна состоит именно в том, чтобы сознательное коммунистическое меньшинство рабочего класса вело за собой пролетариат.

Поскольку Британская социалистическая партия уже входила в состав Лейбористской партии, В. И. Ленин, вопреки мнению некоторых английских представителей, от

¹ Второй конгресс Коминтерна, стр. 60.

² В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 456.

402 имени Коминтерна категорически настаивал на том, чтобы БСП оставалась в рядах Лейбористской партии и тем самым осуществляла сотрудничество авангарда рабочего класса с остальной массой рабочих. Он подчеркивал необходимость для английских коммунистов служить «связующим звеном между партией, т. е. меньшинством рабочего класса, и всей остальной массой рабочих», ибо «если меньшинство не умеет руководить массами, тесно связаться с ними, то оно не является партией и вообще ничего не стоит, хотя бы оно называло себя партией или национальным комитетом Советов фабричных старост» ¹.

Отвечая на выступление Мак-Лейна (БСП), В. И. Ленин затронул вопрос о Лейбористской партии, связав его с вопросом о парламентаризме и с работой в профсоюзах. Высказав свое убеждение в том, что решение БСП остаться в Лейбористской партии «является единственно правильной тактикой», Ленин счел необходимым передать этот вопрос в комиссию для дальнейшего обсуждения и изучения, поскольку он касался не только английских коммунистов, и Коминтерн должен был сказать, какая тактика является правильной. (Положения о вхождении коммунистов в Лейбористскую партию и о парламентаризме были подробно изложены В. И. Лениным в его речах на конгрессе 2 августа и 6 августа ².) Хотя Коминтерн не может вынести «постановление о немедленном создании единой коммунистической партии», он открыто считает вхождение в Лейбористскую партию правильной тактикой, сказал в заключение Ленин.

Предложение о необходимости вхождения в Лейбористскую партию было предварительно сформулировано Лениным в его «Тезисах об основных задачах Второго конгресса Коммунистического Интернационала» ³ и без изменений вошло в пункт 16 постановления конгресса «Об основных задачах Коммунистического Интернационала». В этом пункте отмечалось, что Второй конгресс высказывается за присоединение коммунистических или сочувствующих коммунизму групп и организаций в Англии к Лейбористской партии, хотя она и входит во II Интернационал, поскольку эта партия представляет собой нечто

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 239.

³ См. там же, стр. 198 — 199.

403 вроде «объединения всех профессиональных организаций рабочего класса» и сохраняет для входящих в ее состав организаций «свободу критики и свободу пропагандистской, агитационной и организационной деятельности за диктатуру пролетариата и за Советскую власть». Это дает коммунистам, которым придется пойти на известные компромиссы, «...возможность влиять на самые широкие рабочие массы, разоблачать их оппортунистических вождей с более высокой и видной массам трибуны» ¹.

Во время работы конгресса английские делегаты, зная о том, что на конец июля — начало августа назначен созыв Учредительного съезда, со дня на день ожидали известия о его результатах. 1 августа они направили в адрес Лондонского съезда на имя его председателя приветственную совместную телеграмму, которая гласила: «1 августа 1920 года. Приветствуем делегатов! Третий Интернационал ожидает немедленного образования Коммунистической партии Великобритании. В интересах мировой революции должно быть достигнуто единство всех революционных сил на базе основных принципов». Однако телеграмма пришла слишком поздно, ее нельзя уже было зачитать на съезде, и она была опубликована в первом номере газеты «The Communist» ².

Сообщение о создании коммунистической партии было получено уже к концу заседаний конгресса (во время выступления У. Галлахера) ³. Оно гласило: «В Великобритании основана Коммунистическая партия. Она решает присоединиться к Лейбористской партии и протягивает руку Коммунистическому Интернационалу» ⁴. Галлахер пишет в своих воспоминаниях, что, услышав об этом, он сказал: «...вы заметили, что в телеграмме говорится «руку», а не «руки». Одну руку она протягивает Коммунистическому Интернационалу, а другую, через Лейбористскую партию — II Интернационалу» ⁵. Таким образом, он считал это решение уступкой реформизму. На 16 заседании С. Панкхерст выступила против вступления компартии в Лейбористскую партию, считая, что это якобы отдало бы судьбу английской пролетарской революции, «судьбу профсоюзов

¹ Второй конгресс Коминтерна, стр. 479.

⁵ Ibid.

404 и советов рабочих депутатов в руки старых окостеневших тред-юнионов», и заявила, что «надо быть еще более крайним, чем до сих пор» ¹.

У. Галлахер, в речи которого были заметны «сугубо левые» настроения, также придерживался отрицательной точки зрения в отношении вступления коммунистов в Лейбористскую партию. Он обратился к конгрессу с просьбой «отвергнуть это предложение», так как оно может привести «к извращению характера коммунистической партии» ². Впоследствии У. Галлахер писал, что это был его «последний выпад против данной резолюции» ³.

Речь В. И. Ленина о вхождении в Лейбористскую партию вышла далеко за рамки этого вопроса. В ней Ленин вскрыл сущность ошибочной левацкой позиции У. Галлахера и С. Панкхерст, с одной стороны, и неверного, отчасти реформистского подхода Мак-Лейна к оценке Лейбористской партии — с другой. Правильно выступая за вхождение коммунистов в Лейбористскую партию, Мак-Лейн в то же время называл ее «политическим выражением организованных в тред-юнионы рабочих», преуменьшая тем самым реакционность руководства и антирабочий характер политики этой партии ⁴.

В. И. Ленин, разъясняя делегатам конгресса ошибку Мак-Лейна, дал четкое определение сущности Лейбористской партии. Указав, что при оценке характера политической партии необходимо учитывать не только то, из кого она состоит, но также и «кто ею руководит, каково содержание ее действий и ее политической тактики», Ленин подчеркнул, что с этой точки зрения Лейбористская партия является буржуазной партией, «ибо хотя она и состоит из рабочих, но руководят ею реакционеры — самые худшие реакционеры, действующие вполне в духе буржуазии» ⁵.

Вместе с тем, возражая У. Галлахеру и С. Панкхерст, Ленин указывал, что в силу своего своеобразного характера и структуры Лейбористская партия не является партией в обычном смысле слова. Она дает достаточно свободы дей-

¹ Второй конгресс Коминтерна, стр. 439.

⁵ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 261.

405 ствий «всем политическим партиям, входящим в ее состав». Поэтому политическая партия, находящаяся в ее составе, будет «связана со своеобразной четырехмиллионной рабочей организацией, наполовину профессиональной, наполовину политической», т. е. работать в самой гуще рабочей массы, хоть и «руководимой буржуазными вождями» ¹. В связи с этим коммунисты, когда они сохраняют свободу разоблачения предательской сущности лейбористских лидеров, обязаны войти в Лейбористскую партию. Расценив как неправильное утверждение Галлахера о том, что высказывания за вступление в Лейбористскую партию оттолкнут от коммунистов лучшие элементы английских рабочих, Ленин выразил убеждение, что все содержание принятых конгрессом резолюций и постановлений свидетельствует о том, что коммунисты являются «представителями революционной тактики рабочего класса во всех странах», что их цель — «борьба против старого реформизма и оппортунизма» ².

На всем протяжении своей речи (это можно назвать ее лейтмотивом) Ленин настойчиво подчеркивал необходимость, особенно для Англии, где развитие революционного движения идет медленно и «пойдет, может быть, еще медленнее», образования коммунистической партии «с настоящей коммунистической, т. е. марксистской, тактикой» ³. Поскольку Британская социалистическая партия была очень слаба, плохо связана с массами, а революционные элементы (шоп-стюарды), представленные Галлахером и др., хоть они и связаны с массами, не являлись политической партией, правильная тактика будет состоять в безотлагательном вступлении их в коммунистическую партию с целью перестроить ее тактику в духе принятых на конгрессе резолюций, в духе более революционного действия и вовлечь в нее «более десятка тысяч революционных рабочих, которые лучше владеют искусством работы среди масс» ⁴. Резюмируя свои основные положения, В. И. Ленин в заключение сказал, что «настоящая революционная партия только тогда может быть создана, когда она впитает в себя все лучшие элементы революционного класса и

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 264.

⁴ Там же, стр. 262.

406 использует каждую возможность для борьбы против реакционных вождей там, где они себя проявляют» ¹.

Эта речь Ленина оказала громадное воздействие на дальнейшую судьбу английского коммунистического движения.

3. ОФОРМЛЕНИЕ ЕДИНОЙ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ ВЕЛИКОБРИТАНИИ​

Решения Второго конгресса Коминтерна, в основу которых были положены ленинские идеи, оказали серьезную помощь дальнейшему сплочению и объединению коммунистических сил в Англии, послужили базой консолидации Коммунистической партии Великобритании. Ряд положений из резолюций Второго конгресса имел непосредственное отношение к ситуации, сложившейся в то время в английском коммунистическом движении. Такими положениями являлись, прежде всего, заключительные пункты решения конгресса «О роли коммунистической партии в пролетарской революции», в которых указывалось на необходимость того, чтобы в каждой стране существовала «одна единая коммунистическая партия» со строгой дисциплиной и централизацией, которая, «твердо и беззаветно охраняя программу и революционную тактику коммунизма, ...должна всегда быть теснейшим образом связана с широкими рабочими организациями и чуждаться сектантства в такой же мере, как и беспринципности», иметь свою организованную ячейку «всюду, где есть хотя бы десять пролетариев или полупролетариев» ².

Во второй половине 1920 г. в Англии существовало несколько компартий и групп: Коммунистическая партия Великобритании, образованная 31 июля — 1 августа, Коммунистическая партия (Британская секция Третьего Интернационала), созданная С. Панкхерст, и, кроме того, еще Коммунистическая рабочая партия Шотландии, Южно-Уэльский коммунистический совет, несколько левосоциалистических групп, шоп-стюарды и т. д. Решения Второго конгресса Коминтерна нацеливали коммунистов на объединение всех этих организаций.

Прямое отношение к английскому коммунистическому движению имел принятый конгрессом документ — «Ком-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 266.

² Второй конгресс Коминтерна, стр. 490.

407 мунистические партии и парламентаризм», в котором подробно разъяснялся вопрос, послуживший как на Втором конгрессе, так и на Учредительном съезде компартии Великобритании предметом острейших дискуссий.

По вопросу о необходимости вхождения английской компартии в Лейбористскую партию не было принято отдельной резолюции. В результате голосования на заседании конгресса 6 августа 58 голосов было подано за вступление в Лейбористскую партию, 24 делегата проголосовали против и 2 — воздержались ¹.

Среди значительной части делегатов конгресса, включая и английских, господствовало мнение о «ненужности», «вредности» работы коммунистов в профсоюзах. Создавалось впечатление, что, выступая против работы в профсоюзах, некоторые «левые», с одной стороны, пытались избежать встававших перед ними трудностей повседневной, глубокой, длительной, будничной работы в массах, что неизбежно вело к недооценке «той роли пролетарского авангарда, которая состоит в обучении, просвещении, воспитании, вовлечении в новую жизнь наиболее отсталых слоев и масс рабочего класса» ², а с другой — не делали разницы между реакционным руководством профсоюзов и рядовыми членами, той массой, в недрах которой происходили процессы дифференциации, одним из проявлений которой было возникновение движения шоп-стюардов.

Основные идеи Ленина о роли профсоюзов, изложенные в его книге «Детская болезнь «левизны» в коммунизме», были отражены в резолюции конгресса «О профессиональном движении, фабрично-заводских комитетах и III Интернационале», которая имела большое значение как для всех коммунистов вообще, так и для английских — в частности.

Эти постановления конгресса, Устав Коминтерна и Условия приема, принятые конгрессом, а также ряд других документов, в основу которых были положены ленинские идеи, послужили для коммунистов Англии путеводной нитью в их дальнейшей работе по консолидации партии, дали твердую основу для усвоения стратегических, тактических и организационных принципов коммунистического движения.

¹ См. Второй конгресс Коминтерна, стр. 447.

² В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 34.

408 Неоценимую помощь оказали английским делегатам конгресса беседы В. И. Ленина. Примечательными в этом отношении являются беседы В. И. Ленина с У. Галлахером, которые помогли ему проделать сложный путь от представителя шоп-стюардов, проникнутого духом синдикализма и сектантства, до видного деятеля английского и международного коммунистического движения, члена ИККИ, одного из руководителей Коммунистической партии Великобритании, единственного члена парламента от компартии, избираемого в течение многих лет.

В своей книге «Возмущение на Клайде» У. Галлахер вспоминал, как по мере развертывания на конгрессе дискуссии и в результате бесед с Лениным и с другими товарищами он начал понимать ленинскую концепцию коммунистической партии как партии революционных рабочих, у которой нет иных интересов, кроме интересов рабочего класса и его союзников, и которая может эффективно использовать и парламентскую трибуну, чтобы «поднять широкие массы рабочих на энергичную борьбу против капиталистического врага»¹.

Во время беседы перед отъездом У. Галлахера на родину (18 августа) В. И. Ленин высказался против создания отдельной компартии в Шотландии и говорил о необходимости бороться за дело революции в рядах только что образовавшейся Коммунистической партии Великобритании². В своей книге «Последние мемуары» Галлахер писал, что Ленин рекомендовал ему и другим шотландским товарищам вступить в компартию, на что Галлахер ответил утвердительно, выразив уверенность в том, что и «шотландские товарищи вступят в новую Коммунистическую партию и сделают все возможное, чтобы создать сильную партию рабочего класса»³.

«А как насчет присоединения?» — (к Лейбористской партии. — О. К.) спросил он Галлахера. «Мне это не нравится, но я это принимаю»,— ответил Галлахер⁴, пытаясь убедить Ленина в том, что любой представитель рабочего класса в парламенте будет сразу же подкуплен. Ленин спросил Галлахера: смогла бы его подкупить буржуазия, если бы он попал в парламент. Услышав категорическое

¹ W. Gallacher. Revolt on the Clyde, p. 253.

⁴ Ibid., p. 153 — 154.

409 отрицание, Ленин сказал, что Галлахер должен добиться того, чтобы рабочие послали его в парламент. «Тогда Вы покажете им, как ведет себя там неподкупный революционер. Покажете, как надо по-революционному использовать парламент» ¹.

В конце сентября в качестве представителя КПВ в Коминтерне в Москву приехал английский коммунист У. Пол. Он намеревался ознакомиться с постановкой образования в Советской республике и выполнить некоторые поручения, касающиеся компартии Великобритании и Коминтерна ². Беседа У. Пола с В. И. Лениным, состоявшаяся 6 октября 1920 г., затрагивала важнейшие вопросы тактики английских коммунистов на предстоящих выборах, их отношение к Лейбористской партии. В. И. Ленин в этой беседе давал оценку развитию всего коммунистического движения в Англии, высказывал свои мысли относительно дальнейшего сплочения коммунистических сил в этой стране, разъяснял необходимость реальной оценки ситуации, вред, наносимый английскому коммунистическому движению сектантскими настроениями.

По свидетельству У. Пола, интервью с В. И. Лениным было «продолжительным и интересным».

Во время беседы разговор шел в основном о росте коммунистических сил в Англии. «Нашей самой большой слабостью является продолжающееся преобладание сектантских фракций в левом крыле,— говорил Ленин. — Эти настроения должны быть уничтожены любой ценой. Давно прошло время для существования узких, фанатичных, доктринерских организаций, подобных ныне существующей СРП» ³ (Социалистическая рабочая партия в Шотландии).

Много внимания во время беседы было уделено отношению Коммунистической партии к Лейбористской партии в связи с предстоящими всеобщими выборами. Подробно обсуждался вопрос и о том, каким образом может Коммунистическая партия способствовать приходу лейбористов к власти, чтобы они тем самым показали широким массам как свою несостоятельность, так и банкротство парламентской системы вообще. Ленин говорил Полу, опасав-

¹ Воспоминания о Владимире Ильиче Ленине, т. 5. М., 1969, стр. 281.

³ «The Communist», 1920, vol. I, N 18, p. 5.

410 шемуся подобной тактикой сбить с толку английских рабочих, что в данном случае массам надо очень четко разъяснить, в чем дело, и, помогая Лейбористской партии прийти к власти, «в то же время сохранить свое оружие в чистоте» ¹.

К концу беседы Ленин коснулся политики Советского государства, его гибкой тактики, продиктованной внутренней и международной обстановкой, целесообразности и неизбежности компромиссов. Советская Россия силой обстоятельств принуждена идти на переговоры, соглашения, контакты со своими жесточайшими противниками. Такую политику,— разъяснял Ленин,— мы проводим «потому, что мы — реалисты, а не утописты. Потому что в настоящее время международный капитализм сильнее нас». Каждый шаг такого рода, предпринимаемый Советским правительством, направлен на сохранение сил, на укрепление власти ².

Подлинным наказом развивающимся коммунистическим партиям для их деятельности в последующие годы звучат приводимые У. Полом заключительные слова В. И. Ленина: «Учитесь встречать своих врагов и не бояться их. Это является проверкой ваших сил, накоплением опыта, оценкой характера ваших членов. И вы можете обнаружить, что ваши наиболее резкие критики находятся не в стане врагов, а среди поверхностных доктринеров, для кого революционный социализм является лишь заученной фразой, а не руководством к действию» ³.

Эта и ряд других бесед В. И. Ленина с деятелями английского рабочего и коммунистического движения помогли им глубже осознать необходимость консолидации и сплочения всех коммунистических элементов в стране, понять необходимость применения гибкой тактики в работе компартии.

Активную помощь коммунистам Англии оказывал Исполнительный Комитет Коммунистического Интернационала, конституировавшийся 7 августа. На заседании нового Исполкома 10 августа обсуждался вопрос об английской компартии. На этом заседании ИККИ присутствовали все, не успевшие разъехаться делегаты конгресса от Великобритании: У. Галлахер, С. Панкхерст, У. Мак-Лейн, Д. Рам-

¹ «The Communist», 1920, vol. I, N 18, p. 5.

³ Ibid.

411 сей, Д. Таннер, Д. Бич ¹. После непродолжительной дискуссии было единогласно принято постановление о том, что на основе решений Второго Всемирного конгресса Коминтерна «в Англии должна быть создана единая коммунистическая партия» ². Для этой цели в течение четырех месяцев должен быть созван общий съезд коммунистических организаций и групп Великобритании и Ирландии, в котором будут участвовать: Объединенная коммунистическая партия, Коммунистическая партия (Британская секция Третьего Интернационала), шоп-стюарды, Шотландские коммунистические группы, группы Уэльса, Ирландские коммунисты, Социалистическая рабочая партия, левое крыло Независимой рабочей партии ³. Для подготовки этого съезда было рекомендовано образовать комитет действия из представителей всех организаций и групп — участников предстоящего съезда.

На заседании ИККИ 20 августа вновь стоял вопрос о созыве второго Объединительного съезда и о нормах представительства на этом съезде различных групп и организаций. Из английских представителей на заседании ИККИ присутствовали Галлахер, Панкхерст, Таннер, Рамсей и Ротштейн ⁴. В результате обсуждения ИККИ постановил, чтобы на будущем съезде как партии, так и политические группы были представлены пропорционально числу своих членов, но не меньше чем три делегата от каждой организации ⁵. 29 сентября Исполком вновь напомнил английским коммунистам о необходимости объединения указанных восьми организаций и настаивал на созыве Объединительного съезда не позже 1 января 1921 года ⁶. Стремясь преодолеть сопротивление сектантских элементов созданию объединенной компартии, Малое бюро ИККИ 10 октября 1920 г. предложило компартии опубликовать решения ИККИ от 10 августа и 29 сентября.

Во исполнение решения Лондонского съезда от 1 августа и постановления Второго конгресса Коминтерна руководство компартии обратилось к Исполкому Лейбористской партии с просьбой о принятии КПВ в Лейбористскую пар-

¹ См. ЦПА ИМЛ, ф. 495, оп. 1, ед. хр. 6, лл. 20 — 24, 38 — 39.

⁶ См. «Коммунистический Интернационал», 1920, № 14, л. 2947.

412 тию. «Это не был дипломатический документ,— писал один из деятелей компартии Д. Клугман. — В заявлении излагалась революционная программа коммунистической партии — ее вера в революционный путь к социализму, в диктатуру пролетариата, ее отрицание реформизма, ее концепции о том, что члены парламента должны проводить политику компартии, которая направила их в парламент» ¹. В сентябре это заявление было рассмотрено лейбористским руководством, и компартия получила ответ за подписью секретаря Лейбористской партии А. Гендерсона, в котором заявление отклонялось на том основании, что цели Коммунистической партии «не соответствуют уставу, принципам и программе Лейбористской партии» ².

В ответ на это 23 сентября Временный Исполком компартии запросил дальнейших разъяснений. Не ожидая, что лейбористы примут все ее революционные принципы, компартия отмечала в письме, что Лейбористская партия настолько широка по своему составу, что может допустить в свои ряды все отряды рабочего движения, «предоставляя им в то же время свободу пропагандировать свои собственные взгляды относительно того, какую политику должна проводить Лейбористская партия и какой тактики придерживаться» ³. Таким образом, Коммунистическая партия требовала лишь той свободы действий, которая всегда предоставлялась Лейбористской партией другим входящим в нее организациям. Однако в ответе 21 октября Лейбористская партия отказалась изменить свое решение под тем предлогом, что коммунисты выступают с нападками на лейбористов. Она не изменила свое решение и в дальнейшем, хотя ее некоторые местные отделения не были согласны с решением руководства (особенно сильны были такие настроения в Лондонской организации Лейбористской партии) ⁴.

Объединение всех коммунистических сил Англии проходило в трудных условиях борьбы как с «левым» сек-

¹ J. Klugmann. History of the Communist Party of Great Britain, p. 167.

⁴ См. J. Klugmann. History of the Communist Party of Great Britain, pp. 168 — 169.

413 тантством, так и с проявлениями правого оппортунизма, носителем которого была некоторая часть членов БСП, колеблющиеся элементы НРП. Группа С. Панкхерст (КП БСТИ) стремилась по-прежнему сохранить свое самостоятельное существование хотя бы в виде фракции. Кроме того, часть «левых» коммунистов пыталась образовывать сепаратные коммунистические партии в некоторых районах страны (Южный Уэльс, Шотландия). На заседании 9 — 10 октября Исполком решил вести переговоры со всеми организациями, которые еще не входят в коммунистическую партию. Конгресс Коминтерна, говорилось в сообщении об этом заседании, «подготовил нам почву, представив его собственные решения о политике и тактике в качестве базиса, на основе которого должна быть сформирована объединенная коммунистическая партия» ¹. В течение октября — декабря КПВ установила контакт с руководителями различных групп и партий, выразивших согласие войти в объединенную компартию. На заседании 11 — 12 декабря присутствовавшие организации подтвердили принятие «Устава, тезисов и Условий приема в Коминтерн». В соответствии с указаниями ИККИ они выразили «готовность своих Исполкомов предпринять немедленные шаги для проведения этих указаний в жизнь — для слияния соответствующих организаций в единую Коммунистическую партию» ². На этом заседании было решено созвать Национальный съезд в Лидсе 29 — 30 января 1921 г. с целью образования единой коммунистической партии.

На подготовку к объединению всех коммунистических организаций в Англии повлиял и отказ Лейбористской партии принять в свой состав компартию Великобритании, в результате которого отпал вопрос — вступать или не вступать в Лейбористскую партию. В дальнейшем этот отказ отрицательно сказался на работе партии в массах. Национальный Исполком Лейбористской партии, отказав компартии в приеме, умалчивал о подлинной причине отказа — боязни иметь в своих рядах боевую организацию, которая может добиться авторитета среди рядовых членов и тем самым ослабить влияние на них праволейбористских лидеров.

¹ «The Communist», 1920, vol. I, N 1, p. 5.

² «The Communist», 1920, vol. I, N 20, p. 7.

414 Основную помощь в окончательном объединении оказали возвратившиеся со Второго конгресса делегаты, которые привезли с собой решения конгресса и ИККИ и неустанно разъясняли их. Опираясь на эти решения, Исполком КПВ смог развернуть энергичную и широкую подготовку ко второму Объединительному съезду.

Объединительный съезд проходил в Лидсе 29 — 30 января 1921 г. В его работе участвовало 150 делегатов ¹, представлявших Коммунистическую партию Великобритании, образованную на съезде в Лондоне, Коммунистическую партию (Британскую секцию Третьего Интернационала) во главе с С. Панкхерст, Коммунистическую рабочую партию Шотландии, движение шоп-стюардов, рабочие комитеты и некоторые другие группы.

На съезде присутствовали также представители левого крыла Независимой рабочей партии. Однако на Лидском съезде левое крыло НРП не вошло в Коммунистическую партию Великобритании, объясняя это тем, что левая группа «решила остаться в НРП, где идут крупные дебаты, пока на очередной конференции НРП не решится вопрос относительно будущего этой партии и ее присоединения к Коммунистическому Интернационалу» ². (Левое крыло НРП вошло в компартию в апреле 1921 г. и с его вступлением был завершен процесс объединения коммунистических сил в Великобритании.)

Представленный съезду отчет Объединительного комитета был принят единогласно. Выступившие на съезде представители основных трех партий — участников пере-

¹ «Коммунистический Интернационал», 1921, № 16, стр. 3862. Интересные данные приводятся одним из основателей и руководящих деятелей КПВ, Т. Беллом в его книге «Pioneering Days», впервые опубликованной в 1941 г. (pp. 194 — 195). Согласно первой перерегистрации членов, проведенной после Лидского объединительного съезда, в 1921 г. компартия насчитывала не более 2000 — 2500 членов, причем было обнаружено, что многие отделения КПВ «существуют только на бумаге». Шотландская коммунистическая рабочая партия добавила в компартию лишь около 200 членов (разговоры шли о 4000 членов). Столько же (200) вошло в партию левых элементов из НРП (они тоже утверждали, что их тысячи). «Но,— пишет Т. Белл,— трудно было сделать окончательные выводы. Каждая секция заявляла протест, настаивая на своем числе членов. Вот почему число 10 000 вошло в отчеты Коминтерна, как число членов КПВ в 1921 г.».

² J. Klugmann. History of the Communist Party of Great Britain, v. I, p. 68.

415 говоров об объединении (Макманус — Коммунистическая партия Великобритании, Лекки — Коммунистическая рабочая партия Шотландии, Уоткинс — Коммунистическая партия (Британская секция Третьего Интернационала) указывали на необходимость единения коммунистических сил. Макманус в своем заявлении на съезде сказал: «Мы не являемся более слугами секций; отныне мы служим объединенному движению. Коммунистические партии умерли. Да здравствует Коммунистическая партия»¹. «В прошлом,— заявил присутствовавший на съезде Галлахер,— каждая секция, по-видимому, более заботилась о том, чтобы произвести впечатление... своим революционным пылом, нежели стремиться к тому, чтобы выступать совместно с другими секциями и делать что-либо действительно ценное... В прошлом мы потерпели неудачу вследствие того, что многие из нас были слишком заняты личностями, а не принципиальной стороной вопроса»².

Съезд единогласно принял резолюцию о слиянии КПВ, КП (БСТИ), КРП и других независимых групп в одну единую Коммунистическую партию и заявил о своем принятии Устава, тезисов и Условий вступления в Коммунистический Интернационал. Съезд с энтузиазмом выслушал выступление представителя и члена Исполкома Коминтерна Я. Фрииса, который подчеркнул, что резолюцией, принятой на съезде, английские коммунисты связали себя с революционным движением всего мира. Официальным органом новой партии, принявшей название Коммунистической партии Великобритании (КПВ), стала еженедельная газета «The Communist». Съезд принял также временный устав партии и избрал временный Исполнительный комитет.

Коммунистическая пресса Великобритании отмечала, что на съезде в Лидсе были собраны воедино все разрозненные революционные силы. Орган Исполкома КПВ «The Communist» писал, что съезд, созванный с целью объединения партии, увенчался полным успехом. Все его заседания «протекали именно под знаком объединения, и все делегаты были проникнуты этим же настроением... Необходимость и условия объединения были известны еще до начала съезда. Фактически на съезде произошло не объе-

¹ «Коммунистический Интернационал», 1921, № 16, стр. 3863.

² J. Klugmann. History of the Communist Party of Great Britain, v. I, p. 68.

416 динение во имя принципа единения, но объединение уже объединенных по всем основным вопросам программы и тактики» ¹.

Образование Коммунистической партии Великобритании явилось важным историческим шагом в развитии английского рабочего движения. Каждодневно убеждаясь на опыте в том, что отсутствие единого революционного центра является тормозом для развития революционного движения, авангард английского пролетариата при поддержке рядовых рабочих смог преодолеть трудности и объединить все разрозненные марксистские группы в единую централизованную организацию с едиными принципами, революционной программой, тактикой и методами, соответствующими задачам, стоявшим перед британским рабочим движением.

Возникновение Коммунистической партии Великобритании, в создании и становлении которой огромную роль сыграли советы и помощь В. И. Ленина и Коминтерна, явилось крупным шагом в развитии английского рабочего движения. Джон Голлан писал, что рождение Коммунистической партии вследствие кризиса в социал-демократии «было важнейшим шагом, сделанным британским рабочим классом со времен великих и бурных лет чартизма» ².

Компартия сразу же включилась в активные действия. Она участвовала в движении в поддержку Советской России, в борьбе горняков (весной 1921 г.), разоблачала предательскую политику праволейбористских и профсоюзных лидеров, призывала рабочих, членов Тройственного союза, к солидарности с бастующими шахтерами, выступала за слияние мелких тред-юнионов в более крупные и мощные профсоюзы. Ей принадлежала важная роль в организации движения безработных, которое она стремилась объединить с борьбой тред-юнионов.

Коммунистическая партия, формирование которой было вызвано необходимостью сплочения, консолидации всех революционных сил, продолжала лучшие боевые традиции британского рабочего движения. Возник боевой центр сплочения передовых рабочих на основе решительного и полного разрыва с реформизмом.

¹ «The Communist», 1921, vol. I., N 27, p. 1.

² J. Gollan. 30 Years of Struggle. The Report of the British Communist Party. L., 1950, p. 5.

417 Однако процесс образования Коммунистической партии Великобритании имел свои особенности, свои отличительные черты. Созданная в результате слияния мелких социалистических партий и групп, действовавших, как правило, вне массовой традиционной партии — Лейбористской партии, Коммунистическая партия Великобритании с самого начала оказалась не связанной с организациями, объединявшими широкие рабочие массы. Категорический отказ руководства Лейбористской партии принять компартию в свои ряды приводил к еще большим трудностям в деле подхода, сближения ее с массами английских рабочих.

Таким образом, образование коммунистической партии в Англии не сопровождалось серьезным подрывом позиций реформизма в рабочем движении. Соотношение сил внутри рабочего движения изменилось, но не так сильно, как в других странах, что негативно сказывалось на развертывании массовых действий партии, стремившейся и в дальнейшем к вхождению в Лейбористскую партию.

В. И. Ленин понимал, что образование боевой, массовой коммунистической партии в одном из центров мирового империализма, где коммунистам с самого начала противостоят сильные реформистские организации — Лейбористская партия и возглавляемые правыми руководителями тред-юнионы, объединяющие основную массу рабочих,— является крайне сложной задачей. Наряду с тем, что власть в Великобритании — государственный аппарат, армия, средства идеологического воздействия — находилась в руках самой хитрой и умной буржуазии в мире, английское рабочее движение в целом оставалось под сильным воздействием реформистов, занимавших в нем большинство ключевых постов. В этих условиях формирование и первые шаги Коммунистической партии Великобритании, превращение ее в сильный боеспособный авангард пролетариата, пользующийся авторитетом и широким влиянием в самой гуще рабочего класса, в авангард, способный повести трудящиеся массы на решительный штурм устоев капитала, было делом чрезвычайной трудности. Будучи небольшой по своей численности партия имела наиболее значительные свои организации лишь в нескольких промышленных районах — в Лондоне, Южном Уэльсе, Шотландии и Ланкашире и была слабо связана с остальными районами, с отдельными предприятиями.

418 Кроме того, создание компартии в Англии «путем слияния различных группировок и политических партий рабочего класса» приводило к тому, что «вначале было нелегко выработать коллективное мышление и руководство. Нужно было преодолеть неизбежные подозрения и глубоко укоренившееся сектантство» ¹. Несмотря на создание единой организации в партии еще существовали различные мнения и тенденции, различный подход при решении возникавших проблем. Выступая за революционный путь к социализму, за диктатуру пролетариата, партия вместе с тем не преодолела еще поверхностного, несколько догматического восприятия марксизма-ленинизма. Некоторые коммунисты были «склонны рассматривать гибель капитализма и строительство социализма как неизбежный процесс, не зависящий от борьбы рабочего класса и прежде всего от руководящей роли коммунистической партии; не было еще глубокого понимания связи между борьбой масс за немедленные требования и революционной борьбой за политическую власть» ². Таким образом, компартия недооценивала роль субъективного фактора для успешной борьбы пролетариата и несколько переоценивала фактор объективный. Английские коммунисты не вполне еще сознавали свой долг в отношении борьбы колониальных народов, не полностью еще овладели умением применять общие положения марксизма-ленинизма к специфическим условиям Великобритании.

Препятствовало развертыванию работы партии и ее построение по федеральному принципу, приводившее к тому, что партия, которой предстояло выполнять новую роль, новые трудные и сложные задачи, напоминала организацию старого типа, не обладающую в достаточной степени дисциплиной и централизацией.

Мешало деятельности партии и то, что при ее образовании в нее вошли некоторые чуждые ей люди, для которых заявлять о приверженности к революции было лишь данью «моде». За участие в срыве забастовки горняков (1921 г.) был исключен из партии Р. Вильямс. Ренегатом стал профсоюзный деятель Д. Таннер, примкнувший после 1921 г. к Лейбористской партии и в дальнейшем вставший

¹ «За прочный мир, за народную демократию!», 29 августа 1955 г.

² J. Klugmann. History of the Communist Party of Great Britain, v. I, p. 71.

419 на путь антикоммунизма в английском профсоюзном движении. Все это, безусловно, отрицательно сказывалось на деятельности еще неокрепшей коммунистической партии.

В. И. Ленин, хорошо зная Англию, воздействие английской буржуазии на английское рабочее движение, оценивая ее стратегию и тактику, ее влияние на широкие пролетарские массы через подкупленные ею верхние слои рабочего движения — рабочую аристократию, понимал, что английская компартия едва ли сможет сразу же стать массовой и вырвать рабочий класс из-под влияния опытных реформистских лидеров.

Поэтому в своем письме, присланном в ответ на информацию от 7 августа 1921 г. одного из руководящих деятелей компартии, представителя КПВ в Исполкоме Коминтерна Т. Белла об очередном съезде горняков Южного Уэльса и об их решении присоединиться к III Интернационалу¹, В. И. Ленин имел все основания написать: «Ваше сообщение чрезвычайно интересно. Может быть, это начало настоящего массового пролетарского движения в Великобритании в коммунистическом смысле. Боюсь, что до сих пор в Англии имелись лишь несколько слабых обществ пропаганды коммунизма (считая в том числе и Английскую компартию), но нет действительно массового коммунистического движения»².

Перед английским коммунистическим движением лежал долгий и трудный путь, по которому был сделан лишь первый шаг.

¹ См. Письма В. И. Ленину из-за рубежа. М., 1969, стр. 191 — 194.

² В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, стр. 85.

420 Р. М. Савицкая

К ИСТОРИИ ПУБЛИКАЦИИ ДОКУМЕНТОВ В. И. ЛЕНИНА, ОТНОСЯЩИХСЯ КО ВТОРОМУ КОНГРЕССУ КОМИНТЕРНА​

В разработке решений Второго конгресса Коминтерна В. И. Ленин принял самое активное и самое непосредственное участие. Важнейшие проекты решений конгресса были написаны им. Ленину принадлежит 110 статей, писем, речей и документов, связанных с работой конгресса, с его подготовкой. Из этих документов 29 было опубликовано уже в 1920 г., причем 13 — до конгресса.

До конгресса появились в печати работы Ленина, посвященные вопросам перестройки и присоединения к Коминтерну Независимой социал-демократической партии Германии, Французской социалистической партии, Итальянской социалистической партии, состоянию коммунистического движения в ряде стран. К конгрессу была написана книга «Детская болезнь «левизны» в коммунизме», проекты тезисов Второго конгресса Коминтерна.

Основным изданием, в котором публиковались подготовительные материалы конгресса, был журнал «Коммунистический Интернационал» — орган ИККИ, выходивший тогда на русском, немецком, французском и английском языках.

В марте 1920 г. в № 9 этого журнала было напечатано письмо ИККИ «Ко всем рабочим Германии, Центральному Комитету Германской коммунистической партии и Центральному Комитету Независимой социал-демократической партии» от 5 февраля 1920 г. Проект письма ИККИ был написан В. И. Лениным 20 января 1920 г., обсужден на заседании Политбюро ЦК РКП(б) и принят за основу. Он известен как «Проект (или тезисы) ответа от РКП на письмо Независимой социал-демократической германской партии». Для переработки тезисов в форму письма и окончательной его формулировки Политбюро создало комис-

421 сию с участием Ленина. Все пункты ленинского проекта вошли в окончательный текст письма, опубликованный в журнале. Был изменен лишь их порядок. Остались неопубликованными только введение и итог из проекта В. И. Ленина. Полностью «Проект» был опубликован позднее, в декабре 1924 г. в № 8 журнала «Коммунистический Интернационал».

В номере 9 этого журнала за 1920 г. были опубликованы написанные Лениным 14 февраля 1920 г. «Заметки публициста». Они посвящены критике двух проектов резолюций к предстоявшему съезду Французской социалистической партии, напечатанных в листке Комитета по восстановлению Интернационала (Comité pour la Reconstruction de L'Internationale). Письмо, кратко излагавшее содержание ленинской статьи, было получено Жаном Лонге через Христианию (на английском языке) и оглашено им на Страсбургском съезде Французской социалистической партии 23 февраля. Стенографический отчет Страсбургского съезда, в котором было опубликовано и выступление Лонге на съезде с изложением содержания ленинского письма, вышел в 1920 г. ¹

На русском языке содержание письма В. И. Ленина Жану Лонге впервые было изложено в 1969 г. в монографии «Ленин и международное рабочее движение» ².

Книга «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» закончена (без добавления и заключения) 27 апреля 1920 г. и уже 11 мая в № 10 журнала «Коммунистический Интернационал» была опубликована глава VI «Следует ли революционерам работать в реакционных профсоюзах?». Книга была издана в июне — июле 1920 г. на русском языке и в переводах на французский, английский, а затем и немецкий языки. Она была роздана делегатам конгресса. Сохранился ряд ленинских документов (писем, записок, надписей, исправлений и т. д.), связанных с историей написания и издания этого гениального труда. Начало публикации этих документов было положено в 1945 г. XXXV Ленинским сборником, в котором впервые напечатаны письмо В. И. Ленина Г. В. Чичерину (начало мая 1920 г.) и письмо в Петроград (23 мая 1920 г.).

¹ 17-e Congrès National tenu à Strasbourg les 25, 26, 27, 28 et 29 février 1920. Compte rendu sténographique. Paris, p. 326 — 327.

² См. Ленин и международное рабочее движение. М., 1969, стр. 433 — 434.

422 Публикация новых документов значительно облегчила задачу исследования истории создания «Детской болезни «левизны» в коммунизме». В связи с 40-летием книги история ее написания и издания была обстоятельно освещена в научной литературе¹. Тщательно были собраны документы, показывающие ход работы Ленина над книгой и обстоятельства ее издания, а также введены в научный оборот четыре ленинских документа: записка в Петроград, написанная между 27 апреля и 9 мая 1920 г., надписи об исправлениях в «Добавлении» к книге, надпись на машинописном тексте этой книги и письмо М. Грузенбергу от 8 июля 1920 г. (опубликовано не полностью). За последние десять лет опубликованы новые документы В. И. Ленина (в каталоге «Библиотека В. И. Ленина в Кремле», в пятом издании Сочинений, в Ленинском сборнике XXXVII и других), содержащие новые факты из истории появления этой книги.

Работая над книгой, Ленин внимательно прислушивался к мнению товарищей, знавших состояние рабочего и коммунистического движения в тех или иных странах, консультировался с ними. Так, направляя книгу в набор, Ленин послал ее машинописный экземпляр и Г. В. Чичерину. В письме к нему Ленин просил его и И. И. Файнберга, а в случае, если он занят, то по его указанию кого-либо прекрасно знающего английское социалистическое движение, просмотреть книгу или главу из нее об Англии и сказать, нет ли там ошибок или нетактичностей². Г. В. Чичерин сообщил Ленину свои замечания о рукописи книги. В Ленинском сборнике XXXVII опубликована ответная записка В. И. Ленина Г. В. Чичерину (начало мая 1920 г.), в которой Владимир Ильич благодарит Чичерина за замечания³.

В. И. Ленин вел одну из корректур рукописи⁴. Пока книга набиралась, Ленину стал известен дополнительный материал о рабочем движении в Италии, в частности, об

¹ См. статью научных сотрудников сектора произведений В. И. Ленина Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС Н. Г. Севрюгиной и Н. Н. Суровцевой «Из истории создания В. И. Лениным книги «Детская болезнь «левизны» в коммунизме»». «Вопросы истории КПСС», 1960, № 3, стр. 9 — 24.

⁴ См. там же, стр. 203.

423 углубляющемся размежевании в Итальянской социалистической партии. В связи с этим он обратился 5 мая 1920 г. к заместителю наркома по иностранным делам Л. М. Карахану ¹ с просьбой достать ему номер газеты «The Manchester Guardian» от 12 марта 1920 г., в котором было помещено интервью римского корреспондента газеты с лидером правого крыла Итальянской социалистической партии Ф. Турати. В записке секретарю 10 мая 1920 г. Ленин поручает приобрести и прислать ему газету «Avanti!» — орган Социалистической партии Италии и журнал «Comunismo» ². На основе этих и ряда других материалов Ленин в «Добавлении» к книге сравнительно подробно оценил положение в Итальянской социалистической партии ³. 23 мая вместе с корректурой «Добавление» было направлено в Петроград. 1 июня 1920 г. Ленин уже подписал русское издание книги в печать, а 12 июня 1920 г. оно вышло в свет ⁴.

В. И. Ленин передал русское издание книги, до выхода в свет ее переводов, на просмотр делегатам Второго конгресса Коминтерна от Коммунистической партии Голландии — Д. И. Вайнкопу и Ван Левену. Произошло это 26 июня 1920 г. во время беседы Ленина с Вайнкопом ⁵. Вскоре после этого Ленин получил письмо Вайнкопа (от 30 июня 1920 г.) ⁶. В письме В. И. Ленина М. М. Грузенбергу от 8 июля 1920 г. (частично опубликовано в 1960 г. и полностью — в 1965 г.) содержалась просьба проверить, хорошо ли написано по-английски письмо Вайнкопа, и напечатать его при переводе книги на английский язык, издававшемся в Москве.

Письмо Вайнкопа и заявление Ленина о внесении исправлений в текст книги согласно просьбе Вайнкопа о том, что голландская партия не отвечает за «левизну» отдельных ее членов, были включены в качестве пятой главы «Добавления» в издание книги. Выражение «голландские трибунисты», встречавшееся в тексте книги в трех местах, Ленин заменил словами «некоторые члены голландской

¹ См. Ленинский сборник XXXVII, стр. 200.

⁶ См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 104.

424 коммунистической партии» ¹ и «некоторые голландские коммунисты» ².

Есть основания предполагать, что английское издание книги «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» вышло из печати 16 или 17 июля ³. Французское издание опубликовано в Петрограде почти одновременно с русским. Во французском и немецком изданиях книги пятой главы «Добавления» нет.

Новые архивные материалы дают возможность уточнить время, место и тираж выпуска перевода книги на немецкий язык, который печатался не в России, а в Германии. Уже 23 июня из Западноевропейского секретариата ИККИ, в издании которого она печаталась, сообщали, что «книга печатается быстрым темпом и... очень скоро она выйдет из печати». На немецком языке книга печаталась в Берлине, но для того, чтобы она могла пойти и по линии буржуазной книготорговли, на обложке и титульном листе книги, с согласия, полученного из Москвы, было указано: («Kommissionsverlag: Franckes Verlag G. m. b. H.) Leipzig, 1920» («Комиссионное издательство: «Франкес Ферлаг») Лейпциг, 1920» ⁴. Тираж превышал 20 000 экземпляров. Сохранились экземпляры английского и немецкого изданий книги «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» с редакционной правкой В. И. Ленина ⁵.

Кроме русского, французского и английского изданий, вышедших в 1920 г. в Советской России, книга В. И. Ленина «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» в том же году появилась в переводах на украинский, латышский и финский языки, в 1921 г. — на армянский, в 1924 г. — на грузинский и эстонский, в 1925 г. — на белорусский, в 1926 г. — на армянский и татарский, в 1928 г. — на китайский, в 1933 г. — на таджикский, бурятский, немецкий, норвеж-

¹ См. W. I. Lenin. The Infantile Sickness of «Leftism» in Communism. M., 1920, p. 23; В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 25.

⁵ Библиотека В. И. Ленина в Кремле. Каталог. М., 1961, стр. 108.

425 ский и шведский, в 1935 г. — на молдавский, румынский и словенский, в 1936 г. — на азербайджанский, в 1939 г. — на узбекский, в 1940 г. — на казахский, башкирский, карельский и чувашский, в 1941 г. — на русский язык для слепых, киргизский, таджикский, туркменский и испанский, в 1946 г. — на якутский, в 1947 г. — на итальянский, в 1948 г. — на персидский, в 1949 г. — на корейский, в 1951 г. — на молдавский, в 1952 г. — на лакский, мордовский-мокша, мордовский-эрзя, осетинский, в 1953 г. — на кумыкский, лезгинский и уйгурский, в 1954 г. — на узбекский, бурятский, даргинский, марийский, венгерский, в 1955 г. — на каракалпакский, аварский, коми, арабский, в 1961 г. — на тувинский язык.

За границей книга В. И. Ленина «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» в 1920 г. была выпущена на испанском языке в Буэнос Айресе (двумя изданиями — в серии «Библиотека «Документы прогресса»» и в серии «Интернационал»); на болгарском языке в переводе Георгия Бакалова в Софии; на голландском, итальянском, английском (в США), финском и французском (в Париже, в серии «Библиотека коммуниста»). Вышла она в том же году вторым изданием и на немецком языке — в Гамбурге. В 1921 г. книга появилась на шведском и румынском языках, в 1924 г. — на японском, в 1926 г. — на чешском (двумя изданиями — в Праге и Кладно), в 1927 г. — на словацком, в 1927 — 1930 гг. — на китайском, в 1930 г. — на испанском, в 1932 г. — на норвежском, в 1934 г. — на греческом, в 1936 г. — на турецком, в 1938 г. — на испанском в Гаване (тиражом 3 тыс. экз.), в 1942 г. — на английском языке в Австралийском союзе (тиражом 10 тыс. экз.), в 1944 г. — на сербском языке, в 1964 г. — на сингальском языке в Коломбо (Цейлон).

В условиях фашистской диктатуры в Германии в 30-х годах книга была выпущена нелегально, в двух изданиях. На ее обложке значилось: Спортивная гимнастика. Союз немецкого издательского общества.

Во Франции в 1942 г. было выпущено подпольное издание книги 30-тысячным тиражом.

Особенно широко стала издаваться книга в переводах на другие языки за рубежом после окончания второй мировой войны.

Всего, начиная с 1920 г. и по 1970 г. (по данным на 20 июля 1970 г.), книга В. И. Ленина «Детская болезнь

426 «левизны» в коммунизме» в СССР вышла в 182 изданиях на 40 языках общим тиражом 6595,7 тыс. экз., в том числе: на русском языке — 39 изданий общим тиражом 4922 тыс. экз., на других 34 языках народов СССР — 92 издания общим тиражом 815,4 тыс. экз., на 15 языках народов зарубежных стран — 50 изданий общим тиражом 857,3 тыс. экз. ¹.

За рубежом за это же время книга выдержала 151 издание в 39 странах, на 37 языках ².

14 мая 1920 г. в норвежской социалистической газете «Социал-Демократен» появился текст интервью В. И. Ленина, которое он дал в конце апреля 1920 г. норвежскому архивариусу, видному деятелю Норвежской рабочей партии Якобу Фриису. Главным вопросом интервью был вопрос о тактике коммунистов. Интервью было напечатано с некоторыми сокращениями также в газете «Die Rote Fahne» (Берлин) № 96, 5 июня 1920 г. и в журнале «The Living Age» (Бостон), vol. 306, N 3968, 24 июля 1920 г. На русском языке оно впервые было опубликовано в вышедшем в 1970 г. Ленинском сборнике XXXVII ³.

12 июня Ленин написал рецензию на №№ 1 — 18 журнала «Kommunismus» Коммунистического Интернационала для стран Юго-Восточной Европы, издаваемого на немецком языке в Вене с 1 февраля 1920 г. Рецензия была напечатана в журнале «Коммунистический Интернационал» № 11, 14 июня на русском, немецком и французском языках.

В период подготовки конгресса, 19 июня состоялось заседание ИККИ, посвященное обсуждению вопроса о возможности вступления Французской социалистической партии в Коминтерн. На этом заседании Ленин выступил с речью. Краткий газетный отчет о речи был напечатан в газетах «Правда» № 133, 20 июня, «Известия ВЦИК» № 134, 22 июня и «Петроградская правда» № 135, 22 июня 1920 г.

8 июля 1920 г. Ленин пишет «Ответ на письмо Соединенного временного комитета по образованию Коммуни-

¹ Ленин в печати. Издание произведений В. И. Ленина, книг и брошюр о нем. Статистический сборник. М., 1969, стр. 51, 64 — 65; за 1969 — 1970 гг. подсчитано автором статьи.

³ См. Ленинский сборник XXXVII, стр. 212 — 213.

427 стической партии Великобритании», который был передан в Лондон по радио и опубликован в органе Британской социалистической партии — газете «The Call» («Призыв») № 224, 22 июля 1920 г., в статье А. А. Уотса «Следующий шаг к коммунизму». На русском языке ответ был опубликован впервые лишь в 1950 г. в 31 томе 4-го издания Сочинений В. И. Ленина.

По предложению делегации английских рабочих, которую Ленин принимал 26 мая 1920 г., он написал 30 мая 1920 г. «Письмо к английским рабочим», опубликованное 17 июня в газетах «Правда», «Известия ВЦИК», «Коммунистический труд», «Гудок». В тот же день его опубликовал еженедельник Британской социалистической партии «The Call» («Призыв»), 19 июня — орган Рабочей социалистической федерации Англии «Workers Dreadnought» и журнал «The Russia Outlook», 22 июня — лейбористская газета «The Daily Herald». Письмо неоднократно перепечатывалось затем в Советской России и за границей.

Из подготовленных Лениным к конгрессу проектов тезисов первым был опубликован «Первоначальный набросок тезисов по национальному и колониальному вопросам» и предисловие к нему — в № 11 журнала «Коммунистический Интернационал» на русском (14 июня), немецком (14 июня), французском (в июне) языках. Он был перепечатан в газете «Жизнь национальностей» № 20, 29 июня 1920 г. Затем была опубликована (не полностью) глава II тезисов об основных задачах Второго конгресса Коминтерна — в газете «Коммунистический Интернационал» от 19 июля, под заглавием «В чем должна состоять немедленная и повседневная подготовка к диктатуре пролетариата?». В № 12 журнала «Коммунистический Интернационал» были опубликованы «Первоначальный набросок тезисов по аграрному вопросу» и «Тезисы об основных задачах II конгресса Коммунистического Интернационала» — на русском (20 июля), немецком и французском (в июле) языках. На английском языке проекты тезисов по всем вопросам были опубликованы несколько позже — в № 11 — 12 журнала за июнь — июль 1920 г. Кроме публикации в журнале все эти материалы были напечатаны в отдельно вышедшей тогда же на русском, английском, немецком и французском языках книге под названием «Тезисы ко Второму конгрессу Коммунистического Интернационала».

428 История создания Лениным проектов тезисов по национальному и колониальному вопросам и об основных задачах Второго конгресса Коминтерна, обстоятельства их издания нашли отражение в ряде документов. В Ленинских сборниках XXXVI и XXXVII в 1959 и 1970 гг. и в 41 и 51 томах Полного собрания сочинений В. И. Ленина в 1963 и 1965 гг. впервые были опубликованы документы о «Тезисах об основных задачах Второго конгресса Коммунистического Интернационала». Над ними Ленин начал работать позже, чем над другими документами. Поэтому он заботился о том, чтобы они успели выйти накануне конгресса ¹. В телеграмме в Петроград 3 июля 1920 г. он обещал выслать их не позднее 5 июля и просил известить, успеют ли их напечатать в № 12 журнала «Коммунистический Интернационал». Телеграммой от 4 июля он извещал уже, что высылает их на завтра, 5 июля 1920 г. ².

В. И. Ленин принимал меры и к тому, чтобы тезисы были в хороших переводах. Узнав от делегата конгресса Джона Мерфи — представителя английских Комитетов шоп-стюардов — во время беседы с ним 7 июля о том, что в переводах тезисов на английский язык есть искажения, Ленин обратился к М. М. Грузенбергу, чтобы тот взял на себя организацию редактирования переводов всех тезисов, особенно на английский язык ³.

В. И. Ленин следил за сроками издания проектов тезисов к конгрессу. В записке Л. А. Фотиевой от 1 июля 1920 г. он просит позвонить в Петроград и попросить прислать корректуру «Первоначального наброска тезисов по аграрному вопросу» и узнать сроки их выхода ⁴. Во второй записке Л. А. Фотиевой от 2 июля 1920 г. Ленин поручает ей узнать последний срок, когда ему можно будет прислать для № 12 журнала «Коммунистический Интернационал» тезисы и рецензию на книгу Отто Бауэра «Большевизм или социал-демократизм?», вышедшую в 1920 г. в Вене на немецком языке ⁵. В записке Л. А. Фотиевой от 3 июля 1920 г. В. И. Ленин просил прислать ему в Горки комплект

¹ См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 439 — 447.

⁵ См. там же, стр. 218. (Речь шла о «Тезисах об основных задачах Второго конгресса Коммунистического Интернационала», над которыми Ленин работал в Горках.)

429 (№№ 1 — 10) журнала «Коммунистический Интернационал» ¹, необходимый ему в связи с работой над тезисами. Что же касается рецензии на книгу Бауэра, то хотя она Лениным и не была написана, но на конгрессе в докладе о международном положении и основных задачах Коминтерна ² он подверг эту книгу резкой критике.

Закончив работу над тезисами, Ленин сразу же приступил к подготовке своих выступлений на конгрессе. В 1959 г. в Ленинском сборнике XXXVI было опубликовано его письмо Зиновьеву от 7 июля 1920 г., в котором Ленин уточнял, какие доклады и речи он должен готовить к конгрессу, на каком языке и как долго он должен говорить ³. В пятом издании Сочинений В. И. Ленина в дополнение к этому письму была опубликована телеграмма Ленина в Петроград от 7 июля 1920 г., показывающая, что Ленину приходилось заниматься также вопросами переводов докладов и речей на конгрессе на различные языки ⁴.

На конгрессе Ленин выступил шесть раз: с докладом о международном положении и основных задачах Коминтерна (19 июля), с докладом комиссии по национальному и колониальному вопросам (26 июля) и с четырьмя речами: о роли коммунистической партии (23 июля), об условиях приема в Коммунистический Интернационал (30 июля), о парламентаризме (2 августа) и о вхождении в Британскую рабочую партию (6 августа 1920 г.).

Газетный отчет о первом докладе был напечатан в «Известиях Петроградского Совета» № 158, 20 июля. Полностью доклад был опубликован в газете «Правда» № 162, 24 июля. Затем он вышел десятитысячным тиражом отдельной брошюрой в издании Московского губсоюза рабочих полиграфического производства (М., 1920, 19 стр.). Сохранился экземпляр корректуры, в котором имеются исправления, изменения и поправки, внесенные Лениным ⁵.

При обсуждении конгрессом вопроса о роли и структуре коммунистических партий до и после завоевания власти пролетариатом Ленин выступил 23 июля с речью. Газетный отчет о ней был напечатан в петроградской «Красной газете» № 162, 24 июля и (с пропусками) — в «Вест-

¹ См. Ленинский сборник XXXVI, стр. 107.

⁵ ЦПА ИМЛ, ф. 2, оп. 1, ед. хр. 15371.

430 нике 2-го конгресса Коммунистического Интернационала» № 5, 5 августа 1920 г., выходившем в виде приложения к газете «Правда».

В. И. Ленин был членом комиссии по национальному и колониальному вопросам и руководил ее работой. 25 июля он выступил с речью по вопросу о необходимости поддержки буржуазно-демократических освободительных движений в колониях, а на следующий день сделал доклад от комиссии на конгрессе. Изложение выступления В. И. Ленина в комиссии было опубликовано в «Вестнике 2-го конгресса Коммунистического Интернационала» № 1, 27 июля 1920 г., в ст. М. Павловича «Доклады по национальному и колониальному вопросам» ¹. Краткий газетный отчет о докладе от комиссии был опубликован в «Вестнике 2-го конгресса Коммунистического Интернационала» № 1, в газетах «Известия» № 164, «Коммунистический труд» № 105, «Красная газета» № 164, 27 июля 1920 г. Впервые полный текст доклада появился на страницах «Вестника 2-го конгресса Коммунистического Интернационала» № 6, 7 августа 1920 г. Он был перепечатан также в газете «Жизнь Национальностей» № 26, 10 августа 1920 г. 30 июля, на восьмом заседании конгресса Ленин выступил с речью об Условиях приема в Коммунистический Интернационал. Краткий газетный отчет о ней был напечатан 31 июля в газетах «Правда» № 167, «Петроградская правда» № 168, «Красная газета» № 168 и «Коммунистический труд» № 108.

На десятом (вечернем) заседании Второго конгресса 2 августа Ленин выступил с речью о парламентаризме. Краткий газетный отчет о его выступлении был опубликован 3 августа в «Красной газете» № 170.

Во время обсуждения ленинских «Тезисов об основных задачах Второго конгресса Коммунистического Интернационала» на последнем заседании конгресса (6 августа) рассматривался и вопрос о вхождении Коммунистической партии Великобритании в Рабочую партию. Ленин выступил с речью по этому вопросу. Краткий газетный отчет об этой речи был напечатан 8 августа 1920 г. в «Вестнике 2-го конгресса Коммунистического Интернационала» № 7

¹ Впервые указал на то, что в данном случае речь идет о выступлении Ленина на комиссии, А. Б. Резников в статье «Борьба В. И. Ленина против сектантских извращений в национально-колониальном вопросе» (см. «Коммунист», 1968, № 5, стр. 36 — 47).

431 и в «Известиях ВЦИК» № 174. Речь эта тесно связана с речью Ленина от 23 июля о роли компартии.

После окончания Второго конгресса Ленин вплоть до конца 1920 г. неоднократно возвращался к вопросам, поставленным конгрессом. Он написал специальную статью о конгрессе, обратился с письмами к австрийским коммунистам, к немецким и французским рабочим, дал ответ по поводу конгресса корреспонденту одной из зарубежных газет, выступил со статьями, разоблачающими политику правых оппортунистов и центристов в Германии, Франции, Англии и Италии.

Для изучения вопроса об отношении коммунистов к буржуазным парламентам весьма важно ленинское «Письмо к австрийским коммунистам». Написанное 15 августа, в связи с решением Коммунистической партии Австрии о бойкоте выборов в парламент, оно было опубликовано в центральном органе Коммунистической партии Австрии — газете «Die Rote Fahne» № 396, 31 августа 1920 г., накануне открытия конференции этой партии. На русском языке письмо впервые появилось в 1925 г. в Ленинском сборнике IV.

После конгресса Ленин по просьбе редакции журнала «Коммунистка» написал небольшую статью — «Второй конгресс Коммунистического Интернационала», которая была опубликована в № 3 — 4 журнала за август — сентябрь 1920 г. В ней Ленин охарактеризовал рост коммунистического движения за год, прошедший после основания Коминтерна. Статья сжато знакомит также с важнейшими решениями конгресса и их значением для дальнейшего развития рабочего революционного и национально-освободительного движения.

После конгресса Ленину еще раз пришлось вернуться к оценке поведения правого крыла германских «независимцев» — в «Ответе корреспонденту газеты «Дейли-Ньюс» г. Сегрю», написанном 8 сентября 1920 г. и опубликованном 12 сентября в газетах «Правда» № 202, «Известия ВЦИК» № 202, «Коммунистический труд» № 143 и «Петроградская правда» № 203¹.

¹ Сегрю направил Ленину 3 сентября из Лондона радиотелеграмму с просьбой высказать свои соображения по поводу того, что некоторые западноевропейские социалисты, в частности германские «независимцы» из числа побывавших в России, выступили с антисоветскими статьями.

432 Буржуазная пресса Германии и Франции много писала о дискуссиях в Независимой социал-демократической партии Германии и Французской социалистической партии по вопросу о вступлении их в Коминтерн, отстаивая взгляды оппортунистической части этих партий. Данные прессы были получены В. И. Лениным от Эрнста Мейера, делегата Второго конгресса Коминтерна от Коммунистической партии Германии («Союз Спартака»). Об этом свидетельствует опубликованное в 1970 г. в Ленинском сборнике XXXVII письмо В. И. Ленина Эрнсту Мейеру от 6 сентября 1920 г. ¹.

Разъясняя передовым рабочим необходимость разрыва с оппортунистами, В. И. Ленин обратился 24 сентября 1920 г. со специальным «Письмом к немецким и французским рабочим», которое напечатали 25 сентября газеты «Правда» № 213, «Известия ВЦИК» № 213; 28 сентября — орган Коммунистической партии Германии «Die Rote Fahne», 1 октября — орган Французской социалистической партии «L'Humanité», в ноябре — орган Коммунистической партии Великобритании «The Communist».

6 октября 1920 г. В. И. Ленин имел беседу с английским коммунистом Уильямом Полом, членом временного исполкома Коммунистической партии Великобритании, приехавшим в Советскую Россию вскоре после образования партии. Речь шла о тактике коммунистов в Англии на предстоящих выборах. Статья Пола об этой беседе, под названием «Ленин о коммунистической тактике в Англии», была опубликована в № 18 журнала «The Communist» 2 декабря 1920 г. ².

Вопросов Второго конгресса Коминтерна касается и заметка В. И. Ленина «К истории вопроса о диктатуре», написанная 20 октября 1920 г. и опубликованная в журнале «Коммунистический Интернационал» № 14, 6 ноября 1920 г. на русском, немецком и французском языках. В 1945 г. и 1970 г. в Ленинских сборниках XXXV и XXXVII были помещены материалы, раскрывающие историю создания Лениным этой работы. Из редакции журнала и издательства «Коммунистический Интернационал» к Ленину неоднократно поступали просьбы о статьях, но

¹ См. Ленинский сборник XXXVII, стр. 237 — 238.

² Отрывок из статьи в переводе на русский язык был впервые приведен Ф. И. Фирсовым в книге: «Ленин и международное рабочее движение». М., 1969, стр. 456.

433 он часто вынужден был, ввиду чрезмерной занятости, отвечать отказом¹. Наконец, в ответ на одну из просьб заведующего издательством Я. И. Новомирского В. И. Ленин сообщил в письме «В редакцию журнала «Коммунистический Интернационал»» от 16 октября 1920 г. о том, что написать новое он не может, и посоветовал перепечатать из его брошюры 1906 г. «Победа кадетов и задачи рабочей партии» часть, касающуюся вопроса о диктатуре пролетариата, пообещав написать предисловие². Вместо этого Ленин написал заметку «К истории вопроса о диктатуре». Большую часть заметки действительно составляет текст, взятый из названной брошюры³. Ленин, показав существо споров о диктатуре пролетариата в 1905 — 1906 гг., сделал вывод, что правые оппортунисты в Германии, Франции, Италии, Англии и т. д. рассуждают о диктатуре пролетариата и выступают против нее в духе российских кадетов.

Положению в Итальянской социалистической партии после Второго конгресса посвящены статьи В. И. Ленина «О борьбе внутри Итальянской социалистической партии» (4 ноября 1920 г.) и «Фальшивые речи о свободе», которую Ленин написал 11 декабря и предложил напечатать ее как послесловие к первой статье⁴. Однако к этому времени первая статья была уже опубликована, хотя и не полностью, в газете «Правда» № 250, 7 ноября 1920 г. Вместе обе статьи, причем первая — впервые полностью, были опубликованы в журнале «Коммунистический Интернационал» № 15, 20 декабря 1920 г. (под заголовком «Фальшивые речи о свободе») — на русском и немецком языках. Они вошли также в сборник «Итальянская социалистическая партия и Коммунистический Интернационал», изданный отделом информации Коминтерна в 1921 г., но уже под названием — «О борьбе в Итальянской социалистической партии».

Вторая статья В. И. Ленина была вызвана тем, что вслед за Серрати редактор левосоциалистической швейцар-

¹ См. Ленинский сборник XXXVII, стр. 259.

⁴ На рукописи статьи имеется следующая надпись В. И. Ленина: «NB. Если помещать, то поместить как послесловие к статье о внутр[енней] борьбе в Итал[ьянской] соц[иалистической] партии. NB. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 543.

434 ской газеты «Volksrecht» («Народное право») Нобс в ответ на письмо Зиновьева о необходимости разрыва с оппортунистами нападал на 21 Условие приема в Коминтерн и заявлял, что Москва якобы нарушает «свободу» отдельных партий и членов Коминтерна. В ответ на выступление Нобса и появилась статья «Фальшивые речи о свободе», в которой была разоблачена оппортунистическая, мелкобуржуазная трактовка вопросов свободы и равенства.

Решения Второго конгресса Коминтерна были изданы в том же 1920 году на русском, немецком, английском и французском языках. Позднее, в XXV томе второго и третьего изданий Сочинений В. И. Ленина отмечалось, что Ленин принимал прямое участие в редактировании резолюций конгресса ¹. Об этом свидетельствуют и его надписи и пометки на четырех экземплярах книги «Резолюции и устав Коммунистического Интернационала, принятые Вторым конгрессом Коммунистического Интернационала (19 июля — 7 августа 1920 г.)»: «Экз. с испр[авлениями] (Ленин)», «(Вернуть)», «Экз. Ленина», «Смотри стран. 3 — 27» и нумерация страниц и отчеркивания на стр. 3, 27, «Испр[авленный] экз.» и «Экз. Ленина», «См. с. 23» ².

Стенографический отчет конгресса вышел из печати только в 1921 г., ибо расшифровка речей, записанных не вполне совершенно, и их редактирование потребовали нескольких месяцев труда. Издан был стенотчет в двух немецких ³, русском ⁴, французском ⁵ и английском ⁶ изданиях. В эти издания вошли все тезисы, проекты которых были написаны Лениным, и его выступления на кон-

¹ См. В. И. Ленин. Соч., 2-е и 3-е изд., т. XXV, стр. 522.

⁶ The Second Congress of the Communist Internationale. Procedeeng of Petrograd Session of July 17 and of Moscow Sessions of July 19 August 7 1920. M., 1920, 500 p.

435 грессе, опубликованные уже в 1920 г. В текстологическом отношении уровень издания на русском языке был невысок. Так, в тексте ленинского «Доклада о международном положении и основных задачах Коммунистического Интернационала 19 июля» имелись опечатки, неточности и грубейшие искажения. Все четыре речи Ленина на конгрессе были впервые опубликованы в стенотчете полностью (в отличие от газетных отчетов 1920 г.), но переводы этих речей, произнесенных Лениным на немецком языке, тоже содержали ряд неточностей и ошибок. Тезисы конгресса, написанные В. И. Лениным по-русски, в ряде случаев были напечатаны без учета его рукописей, по обратному переводу с немецкого языка, что приводило к неточной передаче их содержания.

В стенографическом отчете впервые были опубликованы шесть документов В. И. Ленина: два выступления в качестве председателя на 2-м заседании конгресса 23 июля, реплика во время речи Вилли Мюнценберга 29 июля, две реплики во время речи Д. М. Серрати 30 июля, ответ на реплику Серрати 30 июля 1920 г. ¹.

В 1920 — 1926 гг. по решению IX съезда РКП(б) выпускалось первое издание Сочинений (Собрание сочинений) В. И. Ленина. Тома XVII и XX (ч. II) этого издания, включающие произведения В. И. Ленина за 1920 г., вышли в свет в 1923 и 1926 гг. Из работ, связанных со Вторым конгрессом Коминтерна, в эти тома вошли все опубликованные к тому времени речи (за исключением речи на заседании ИККИ 19 июня 1920 г.) и статьи В. И. Ленина.

Что касается других ленинских материалов, то в Собрание сочинений не были включены «Ответ на письмо Соединенного временного комитета по образованию Коммунистической партии Великобритании» и «Письмо к австрийским коммунистам», а также реплики Ленина во время заседаний конгресса и материалы его председательствования на конгрессе. Вместе с тем в названное издание ошибочно было включено письмо президиума конгресса «Всем членам Французской социалистической партии, всем сознательным пролетариям Франции» ². Оно не было написано Лениным, а лишь подписано им вместе с

¹ См. 2-ой конгресс Коммунистического Интернационала, стр. 53, 54, 253, 285, 287, 295.

² См. Предметный указатель к первому изданию сочинений В. И. Ленина. М. — Л., 1930, стр. 153.

436 Зиновьевым, Серрати, Леви и Росмером. Тексты докладов и речей В. И. Ленина на конгрессе были напечатаны по неудовлетворительному источнику — по стенотчету 1921 г.

После выхода тома XVII Собрания сочинений в 1923 — 1924 гг. в различных изданиях продолжали публиковаться ленинские материалы периода конгресса. Анри Гильбо в своей книге «Wladimir Iljitsch Lenin. Ein treues Bild seines Wesens», вышедшей в Берлине в 1923 г. и в том же году переведенной на русский язык, поместил факсимильное воспроизведение сделанных В. И. Лениным на французском языке «Заметок для комиссии по национальному и колониальному вопросам» (в июле, не позднее 28, 1920 г.)¹, которые впервые были опубликованы на русском языке лишь в 1963 г. в 41 томе Полного собрания сочинений В. И. Ленина².

1 февраля 1924 г. в газете «The Workers Weekly» У. Галлахер впервые опубликовал в своих воспоминаниях «Lenin as I. knew him» записку В. И. Ленина, адресованную ему, написанную на заседании одной из комиссий конгресса 4 августа 1920 г. В переводе на русский язык воспоминания Галлахера, вместе с запиской Ленина к нему, были опубликованы в 1934 г.³.

31 мая 1924 г. решением XIII съезда РКП(б) был официально открыт Институт В. И. Ленина. В том же году он начал выпускать Ленинские сборники — специальное издание с целью систематической научной публикации новых ленинских материалов, преимущественно незаконченного, подготовительного характера. В этих сборниках увидели свет многие новые документы В. И. Ленина, имеющие непосредственное отношение ко Второму конгрессу Коминтерна, но не печатавшиеся при его жизни.

В Ленинском сборнике III, вышедшем в 1925 г., впервые было опубликовано написанное В. И. Лениным 27 апреля 1920 г. ироническое посвящение Ллойд Джорджу книги «Детская болезнь «левизны» в коммунизме», имевшееся в рукописи работы и опущенное при издании ее отдельной книгой на русском языке. В Ленинском сборнике IV, вышедшем в том же году, впервые полностью

¹ См. Анри Гильбо. Владимир Ильич Ленин. Описание его жизни. Пг., 1923, стр. 64.

³ См. Ленин и международное рабочее движение. Воспоминания. Сборник I. М., 1934, стр. 145.

437 (со вступлением) был опубликован «Первоначальный набросок тезисов по аграрному вопросу».

В 1925 — 1932 гг. выпускались второе и третье издания Сочинений В. И. Ленина. В 1928 — 1929 гг. вышел в свет том XXV этих изданий, в который вошли все опубликованные в 1920 г. произведения и документы В. И. Ленина, связанные со Вторым конгрессом Коминтерна, включая «Письмо к австрийским коммунистам» и «Ответ корреспонденту газеты «Дейли-Ньюс» г. Сегрю». Не вошел в этот том лишь «Ответ на письмо Соединенного временного комитета по образованию Коммунистической партии Великобритании», опубликованный в 1920 году.

Книга В. И. Ленина «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» была напечатана в этом же томе (в его первых тиражах, 1928 — 1931 гг.) по рукописи, с вариантами печатного текста, вместе с посвящением Ллойд Джорджу ¹, что было неправильным.

При печатании не только книги «Детская болезнь «левизны» в коммунизме», но и ряда других ленинских работ во втором и третьем изданиях не всегда использовались наиболее точные первоисточники. Так, например, ленинский «Доклад о международном положении и основных задачах Коммунистического Интернационала 19 июля» при наличии в архиве ИМЭЛ при ЦК ВКП(б) стенограммы доклада, выправленной самим Лениным, а также корректуры этого доклада, изданного в 1920 г. в виде брошюры, исправленной Лениным, был напечатан по стенографическому отчету конгресса (1921 г.), имевшему много серьезных погрешностей.

По этому же стенотчету во втором и третьем (как и в первом) изданиях Сочинений В. И. Ленина были напечатаны четыре ленинские речи (о роли коммунистической партии, об условиях приема в Коминтерн, о парламентаризме и о вхождении в Рабочую партию), переводы которых были совершенно неудовлетворительными.

То же самое касалось и других ленинских документов, напечатанных по стенотчету конгресса. Так, в тексте сделанного Лениным «Доклада комиссии по национальному и колониальному вопросам 26 июля», напечатанном в заводах 1928 — 1932 гг. XXV тома, говорилось, что вместо «бур-

¹ См. В. И. Ленин. Соч., 2-е и 3-е изд., т. XXV, 1928 — 1931, стр. 169.

438 жуазно-демократического» движения в комиссии было решено говорить якобы о «националистически-революционном» ¹, в то время как в действительности надо было: «национально-революционном». Соответствующее исправление было сделано лишь начиная с издания 1935 г. этого тома ².

Имелись в этом томе и другие ошибки в выборе первоисточников для текста произведений В. И. Ленина. Так, «Проект (или тезисы) ответа от РКП на письмо Независимой с.-д. германской партии» были напечатаны в XXV томе не по их первой полной публикации в журнале «Коммунистический Интернационал» (1924, № 8(37), стр. 19 — 28), а по перепечатке их в журнале «Новый мир» (1925, № 2, стр. 94 — 96) ³.

25 августа 1935 г. ЦК ВКП(б) дал указание Институту Маркса — Энгельса — Ленина при ЦК ВКП(б) внимательно прочитать тома второго и третьего изданий Сочинений В. И. Ленина, дать предложения об исправлениях и представить их на рассмотрение в ЦК ⁴. В результате в последующих допечатках томов этого издания были сделаны серьезные исправления. Работа В. И. Ленина «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» в тиражах 1936 — 1937 гг. XXV тома была напечатана по другому, более точному первоисточнику — по авторизованному ⁵ изданию брошюры 1920 г. Слова «голландские трибунисты» были в этих изданиях в двух случаях из трех заменены словами «некоторые члены голландской коммунистической партии» ⁶. В третьем случае выражение голландские «трибунисты» ⁷ было оставлено, по-видимому, с тем, чтобы избежать исключения примечания 106-го (о «трибунистах»), такое исключение технически сделать было весьма сложно. Впервые на русском языке в этом томе был напечатан и раздел I

¹ См. В. И. Ленин. Соч., 2-е изд., т. XXV, 1928 — 1932, стр. 352; 3-е изд., т. XXV, 1929 — 1931, стр. 352.

⁷ См. там же, стр. 188.

439 «Добавления» к книге ¹, опубликованный до этого лишь в английском издании книги в июле 1920 г. В томе XXV этих изданий впервые увидела свет и пометка, сделанная В. И. Лениным на корректурном оттиске «Первоначального наброска тезисов по национальному и колониальному вопросам»: с предложением И. В. Сталина сказать в тезисах и о конфедерации, т. е. о союзе самостоятельных государств, как об одной из переходных форм сближения трудящихся разных наций ². Известно, что на «Первоначальный набросок тезисов по национальному и колониальному вопросам» В. И. Ленин получил отзывы и замечания от Г. В. Чичерина, Е. А. Преображенского, И. В. Сталина, П. Л. Лапинского, Н. Н. Крестинского, М. Г. Рафеса, руководящих партийных работников Башкирии, Киргизии, Кавказа и Туркестана, некоторых зарубежных товарищей (И. Недялков, Л. Делиньер). Сталин в своих замечаниях как раз и ставил вопрос о конфедерации. Ленин написал по этому поводу: «Федерация может быть разных типов» ³. Во втором и третьем изданиях Сочинений В. И. Ленина были опубликованы «Условия приема в Коммунистический Интернационал». Однако обоснование их принадлежности перу В. И. Ленина в 139-м примечании этого тома было неправильным. В качестве доказательства, что «Условия» были написаны В. И. Лениным, давались ссылки на одно высказывание самого В. И. Ленина из его «Речи о роли коммунистической партии 23 июля» и на слова Эрнста Мейера из его доклада на 16-м заседании конгресса. В действительности же, в названной речи В. И. Ленин, говоря о присоединении Коммунистической партии Англии к Рабочей партии, сказал: «Я уже высказался по этому вопросу в моих тезисах о допущении в III Интернационал» ⁴, имея в виду не «Условия приема в Коммунистический Интернационал», а написанные им «Тезисы об основных задачах Второго конгресса Коммунистического Интернационала», точнее — то их место, где говорилось о присоединении английской коммунистической партии к Рабочей партии ⁵. В «Условиях» же приема в Коммунистический Интерна-

¹ См. В. И. Ленин. Соч., 2-е и 3-е изд., т. XXV, стр. 249 — 250. ² См. там же, стр. 287. ³ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 513, 634. ⁴ В. И. Ленин. Соч., 2-е и 3-е изд., т. XXV, стр. 348. ⁵ См. там же, стр. 323 — 324.

440 ционал — об этом не было и речи. Что же касается доклада Эрнста Мейера, в котором он говорил об условиях приема в III Интернационал «в том виде, как они были формулированы в тезисах тов. Ленина»¹, то и здесь имелись в виду ленинские «Тезисы об основных задачах Второго конгресса Коммунистического Интернационала». Это подтверждается и ссылкой Мейера на стр. 107 немецкого издания тезисов к конгрессу², на которой излагаются пять условий приема для партий, желающих вступить в Коминтерн, из вышеназванных ленинских тезисов.

При подготовке четвертого издания Сочинений В. И. Ленина включение «Условий приема в Коммунистический Интернационал» в Сочинения В. И. Ленина было заново обосновано тем, что эти условия были написаны в ИККИ на основе сформулированных ранее Лениным положений.

В 1934 г. Институтом Маркса — Энгельса — Ленина при ЦК ВКП(б) в серии «Протоколы конгрессов Коммунистического Интернационала» было выпущено новое издание стенографического отчета Второго конгресса, исправленное и дополненное на основе сличения текста русского издания с двумя немецкими (петроградским и гамбургским), французским и английским изданиями³.

В основу текста выступлений ораторов на конгрессе брались издания стенографического отчета на тех языках, на которых говорили ораторы. Так, доклад Ленина о международном положении и задачах Коминтерна, произнесенный им на русском языке, был сверен со стенограммой речи, а также с правленной Лениным корректурой брошюры. В текст «Доклада комиссии по национальному и колониальному вопросам 26 июля», взятый в основном по стенографическому отчету 1921 г. (русское издание), после сверки его с немецким текстом, были внесены необходимые исправления. Проект исправлений был подготовлен Е. А. Степановой в секторе Коминтерна и одобрен сектором произведений В. И. Ленина ИМЭЛ⁴.

¹ 2-ой конгресс Коммунистического Интернационала, стр. 533.

⁴ ЦПА ИМЛ, ф. 71, оп. 9, ед. хр. 256, л. 3.

441 Речи Ленина на конгрессе (о роли партии, об условиях приема, о парламентаризме, о вхождении в Рабочую партию), произнесенные им по-немецки, были переведены заново. Перевод их отредактировал известный ученый-марксист, директор ИМЭЛ В. В. Адоратский. Перевод этот был более точным.

Так, в переводе первой речи в издании 1921 г. было напечатано: «Единственное различие, которое существует между нами, заключается в своего рода недоверии, которое английские товарищи питают к политической партии» ¹. В издании 1934 г. мы читаем: «И тогда единственное различие, существующее между нами, заключается лишь в том, что они избегают слова «партия», потому что среди английских товарищей имеется известного рода предубеждение против политической партии» ².

В другом месте речи в первом издании стенотчета напечатано: «Я уже высказался по этому вопросу в моих тезисах о допущении в III Интернационал. Я оставил этот вопрос открытым, но, поговорив со многими товарищами, я пришел к убеждению, что решение остаться в рядах Рабочей партии является действительно правильным решением. И теперь, когда тов. Мак-Лейн говорит нам: не будьте слишком догматичны,— это выражение кажется мне совсем уместным» ³. В новом издании исправлено: «Я уже высказался по этому вопросу в моих тезисах о приеме в III Интернационал. В моей брошюре я оставил этот вопрос открытым. Однако, поговорив со многими товарищами, я пришел к убеждению, что решение остаться в Рабочей партии является единственно правильной тактикой. Но вот выступает товарищ Таннер и заявляет: не будьте слишком догматичны. Это выражение здесь совсем неуместно» ⁴. При переводе этого текста слова: «В моей брошюре» были позаимствованы из французского издания стенотчета Второго конгресса Коминтерна.

Много уточнений было внесено в перевод текста ленинской «Речи об условиях приема в Коммунистический Интернационал 30 июля». Так, выражение «Можно сохранить крупную обработку» ⁵ было заменено другим: «Можно

¹ 2-ой конгресс Коммунистического Интернационала, стр. 81.

⁵ 2-ой конгресс Коммунистического Интернационала, стр. 292.

442 сохранить крупное производство» ¹. Вместо фразы «Если пролетарская государственная власть будет так вести себя, то она не может удержаться» ² — была дана более точная: «Если пролетарская государственная власть не будет проводить этой политики, она не сможет удержаться» ³. Были внесены и другие уточнения. Это касалось также и текста «Речи о вхождении в Британскую рабочую партию 6 августа».

В этой речи есть очень важное высказывание о характере Рабочей партии. В издании 1921 г. было сказано: «Конечно, Рабочая партия большею частью состоит из рабочих, но из этого не следует, что всякая рабочая партия, состоящая из рабочих, в то же время «политическая рабочая партия»; это зависит от того, кем она руководится и какое содержание она вкладывает в свои действия и в свою политическую тактику» ⁴. В издании 1934 г. перевод звучит следующим образом: «Конечно, Рабочая партия состоит большею частью из рабочих. Однако является ли партия действительно политической рабочей партией или нет, это зависит не только от того, состоит ли она из рабочих, но также от того, кем она руководится и каково содержание ее действий и ее политической тактики» ⁵.

Уточненный стенотчет конгресса издания 1934 г. учитывался в дальнейшем при переиздании ленинских выступлений.

В 1935 г. в журнале «Коммунистический Интернационал» № 22 от 1 августа был впервые опубликован один из набросков, сделанных В. И. Лениным к «Тезисам об основных задачах Второго конгресса Коммунистического Интернационала». Набросок этот назывался: «План резолюции о содержании понятия «диктатуры пролетариата» и о борьбе против «модного» искажения этого лозунга». Написан он был Лениным в июле, не позднее 4, 1920 г. и, по-видимому, являлся самым первым наброском тезисов. Нумерация пунктов в нем в подавляющем большинстве не совпадает с нумерацией тезисов в окончательном виде. Это означает, что структура тезисов в наброске еще не определилась. Формулировки отдельных положений в наброске,

¹ Второй конгресс Коминтерна, стр. 248.

⁵ Второй конгресс Коминтерна, стр. 442.

443 как правило, уже вполне сложились, они были затем детализированы, но их первоначальная редакция представляет значительный интерес.

На страницах журнала «Большевик» № 2 15 января 1936 г. была впервые опубликована незаконченная рукопись В. И. Ленина «О компромиссах», написанная им в марте — апреле 1920 г. Мысли, затронутые в этой статье, Ленин развил в главе XIII книги «Детская болезнь «левизны» в коммунизме».

Во время Великой Отечественной войны Советского Союза был подготовлен и выпущен в 1942 г. в свет XXXIV Ленинский сборник, в котором впервые стали достоянием читателя три ленинских документа периода подготовки и проведения Второго конгресса Коминтерна. Это — «Письмо в Исполком Коминтерна», написанное В. И. Лениным до 19 июля 1920 г. (до открытия конгресса), «Замечания на предложение П. Леви к тезисам по национальному и колониальному вопросам» (25 июля 1920 г.) и «Письмо в Центральное бюро еврейских секций при ЦК РКП(б)» (июль 1920 г.).

В 1945 г. вышел в свет Ленинский сборник XXXV. В нем были опубликованы пять документов В. И. Ленина, касающихся Второго конгресса Коминтерна: письмо Г. В. Чичерину (начало мая 1920 г.), письмо в Петроград (23 мая 1920 г.), наброски плана и заметки «К выработке тезисов по национальному и колониальному вопросам» (начало июня 1920 г.), две пометки на записках секретарей (17 августа 1920 г.) и письмо в редакцию журнала «Коммунистический Интернационал» (16 октября 1920 г.).

В 1941, 1946 — 1950 гг., по постановлению ЦК ВКП(б) от 1940 г., выпускалось четвертое издание Сочинений В. И. Ленина. Тома 30-й и 31-й, охватывающие произведения В. И. Ленина с сентября 1919 по декабрь 1920 г., вышли из печати в 1950 г. В них содержались все те произведения, относящиеся ко Второму конгрессу, которые включены были и в XXV том второго и третьего изданий Сочинений В. И. Ленина. Заново была обоснована закономерность включения в Сочинения В. И. Ленина «Условий приема в Коммунистический Интернационал» ¹.

¹ См. докладную записку В. А. Галкина в сектор произведений В. И. Ленина Института от 16 декабря 1940 г. (ЦПА ИМЛ, ф. 71, оп. 9, ед. хр. 256, лл. 11 — 14). Подготовитель 31-го тома 4-го издания Сочинений В. И. Ленина, старший научный сотрудник ИМЭЛ при

444 В 30-м и 31-м томах четвертого издания впервые был опубликован на русском языке (по рукописи) ленинский «Ответ на письмо Соединенного временного комитета по образованию Коммунистической партии Великобритании» от 8 июля 1920 г., который до этого был известен только в публикации на английском языке в газете «The Call» № 224, 22 июля 1920 г. Из других работ, публиковавшихся раньше на русском языке, в это издание вошли незаконченная статья «О компромиссах» и письмо «В Исполком Коминтерна».

При подготовке четвертого издания Сочинений В. И. Ленина была проведена большая текстологическая работа: отбор и сравнение первоисточников, сверка текстов с ними. Это коснулось и ленинских документов, связанных со Вторым конгрессом Коминтерна. Ряд работ был дан в 31-м томе по новым первоисточникам. По рукописям, вместо текста журнала «Коммунистический Интернационал», были напечатаны «Первоначальный набросок тезисов по национальному и колониальному вопросам» и статьи «Коммунизм», «К истории вопроса о диктатуре», «О борьбе внутри Итальянской социалистической партии» и «Фальшивые речи о свободе».

Ленинская рукопись «Первоначального наброска тезисов по национальному и колониальному вопросам» была сверена с текстом корректурного оттиска, правленного В. И. Лениным. В 2-м тезисе к 4-му пункту после слов «и отсталых странах вообще» рукой В. И. Ленина в корректуре была сделана вставка: «В особенности необходимо направить все усилия, чтобы приложить основные начала советского строя к странам с господством докапиталистических отношений путем создания «Советов трудящихся» и т. п.» ¹. Эта вставка была внесена в текст тезисов, опубликованный в 31-м томе четвертого издания Сочинений В. И. Ленина ².

ЦК ВКП(б) М. Д. Стучебникова в «Дополнении № 1» к «Объяснительной записке к 31 тому Сочинений В. И. Ленина 4-го издания от 26 января 1948 г.» привела ряд новых аргументов, свидетельствующих о том, что «Условия» в своих основных установках опираются на ленинские положения, сформулированные еще в «Проекте (или тезисах) ответа от РКП на письмо Независимой с.-д. германской партии» и в других работах (ЦПА ИМЛ, Архив 4-го издания Сочинений В. И. Ленина, материалы 31 тома).

² См. В. И. Ленин. Соч., 4-е изд., т. 31, стр. 127.

445 В тексте статьи «О борьбе внутри Итальянской социалистической партии», опубликованной в газете «Правда» и журнале «Коммунистический Интернационал», была допущена грубая опечатка. В фразе: «Ошибки, указываемые тов. Серрати, суть частности, поправимые в миллион раз легче, чем «ошибка», допускающая саботаж революции меньшевиками и срыв самой революции» ¹, вместо слова «срыв» было напечатано слово «среди». Эта ошибка была воспроизведена и в XXV томе второго и третьего изданий Сочинений. В 31-м томе четвертого издания она исправлена ².

В 1947 г. в ЦПА ИМЭЛ поступили рукописи «Письма к английским рабочим» и «Ответа корреспонденту газеты «Дейли-Ньюс» г. Сегрю». Во втором и третьем изданиях они были напечатаны по газете «Правда», а в четвертом издании — по этим рукописям, что означало внесение ряда существенных исправлений.

Тщательная сверка текста дала возможность внести уточнения и в другие документы. Так, «Доклад о международном положении и основных задачах Коммунистического Интернационала 19 июля» в 31-м томе, как и в XXV, был напечатан по стенотчету конгресса 1921 г. издания, но текст его был сверен со стенограммой отдельного издания доклада 1920 г., правленной Лениным.

Речи В. И. Ленина на конгрессе были напечатаны по стенографическому отчету 1921 г. с внесением тех исправлений, которые были сделаны в новом, более точном их переводе в издании стенотчета 1934 г. Причем издание стенотчета на русском языке было заново сверено со стенотчетом на немецком языке. Это дало возможность внести уточнения и в новый перевод речей.

После завершения четвертого издания Сочинений несколько новых произведений Ленина о конгрессе было опубликовано в различных книгах, газетах и журналах как в СССР, так и за границей. В 1952 г. в Калькутте вышла книга индийского прогрессивного политического деятеля Бхупендраната Датта «Развитие сельскохозяйственной экономики Индии» (Bhupendranath Datta. Dialectics of Land-economics of India). В ней впервые было опубликовано письмо В. И. Ленина автору книги от 26 августа

¹ В. И. Ленин. Соч., 2-е и 3-е изд., т. XXV, стр. 463.

² См. В. И. Ленин. Соч., 4-е изд., т. 31, стр. 358.

446 1921 г. по поводу полученных от него тезисов, касающихся национально-освободительного движения в Индии. На русском языке письмо впервые опубликовано в 1965 г. в 53-м томе Полного собрания сочинений ¹.

В 1956 г. в газете «Правда» № 193, 11 июля была напечатана статья З. А. Лёвиной и А. И. Романовой «Великая роль В. И. Ленина в организации Союза Советских Республик». В статье впервые было опубликовано одно из замечаний (второе) В. И. Ленина на отзыв Е. А. Преображенского о его тезисах по национальному и колониальному вопросам. Более полно эти замечания были воспроизведены в 1958 г. в журнале «Вопросы истории КПСС» № 2.

В 1957 г. в журнале «Иностранная литература» появилась подборка документов на тему «Ленин и Рид». Среди этих документов впервые увидели свет два письма В. И. Ленина, написанные им в результате беседы 17 августа с Джоном Ридом. Одно из этих писем было написано В. И. Лениным в день приема им Рида и адресовано всем наркомам и членам коллегий ². Второе письмо было написано Лениным 27 августа и адресовано Эдварду Мартину.

Пять новых документов В. И. Ленина о конгрессе впервые увидели свет на страницах Ленинского сборника XXXVI, вышедшего в 1959 г. Первый из них — это «Замечания на проект резолюции Французской социалистической партии». Они органически связаны со статьей В. И. Ленина «Заметки публициста» и касаются пунктов 1 — 13 первого проекта резолюции Французской социалистической партии. Второй документ — записка В. И. Ленина Л. А. Фотиевой от 3 июля о том, что 7 июля Ленин должен был принять представителей Французской социалистической партии (в 6 — 7 час. вечера) и делегата конгресса от Комитета шоп-стюардов Д. Т. Мерфи (в 9 — 10 час. вечера) ³. О третьем документе — письме В. И. Ленина Зиновьеву от 7 июля говорилось уже выше.

Четвертым впервые опубликованным в сборнике документом был «План доклада о международном положении и основных задачах Коммунистического Интернационала

¹ См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 53, стр. 142.

³ См. Ленинский сборник XXXVI, стр. 92 — 95, 107, 109, 111 — 115.

447 на Втором конгрессе Коминтерна». Все положения плана, за исключением двух, получили развитие в тексте доклада ¹. Пятым документом является запись «По поводу речи Д. Таннера на Втором конгрессе Коминтерна», сделанная Лениным 23 июля перед его выступлением по вопросу о роли коммунистической партии. Содержание записи, однако, в речи отражения не нашло.

Во время конгресса В. И. Ленин по просьбе делегата от Коммунистической партии Восточной Галиции и Буковины М. Левицкого сделал приветственную запись галицийским коммунистам в его записной книжке 29 июля. Эта запись впервые была опубликована на украинском языке в сборнике статей «Ленинским шляхом», выпущенном в 1960 г. Институтом истории партии ЦК КПУ и Институтом повышения квалификации преподавателей общественных наук при Киевском государственном университете им. Т. Г. Шевченко (в статье А. Ярошенко «Распространение ленинских идей на западноукраинских землях»).

В 1958 — 1965 гг. по постановлению ЦК КПСС было осуществлено 5-е издание Сочинений В. И. Ленина, которое явилось первым Полным собранием его произведений. Тома 40-й, 41-й, 51-й, 53-й и 54-й этого издания, вышедшие в 1963 и 1965 гг., наиболее полно охватывают все ленинские материалы, относящиеся ко Второму конгрессу Коминтерна. В эти тома вошли все произведения и документы В. И. Ленина, опубликованные в четвертом издании, и, кроме того, еще 12 материалов и писем, впервые напечатанных в период с 1920 г. по 1959 г. Это — «Речь на заседании Исполнительного Комитета Коммунистического Интернационала 19 июня 1920 г.», «К выработке тезисов по национальному и колониальному вопросам», «План резолюции о содержании понятия «диктатура пролетариата» и о борьбе против «модного» искажения этого лозунга», «Международное положение и основные задачи Коммунистического Интернационала (План доклада)», «По поводу речи Д. Таннера на II конгрессе Коминтерна», «Замечания на предложение П. Леви к тезисам по национальному и колониальному вопросам», «Заметки для комиссии по национальному и колониальному вопросам» (впервые на русском языке), письма Л. А. Фотиевой от 3 июля, Г. Е. Зиновьеву от 7 июля, М. М. Грузенбергу от 8 июля

¹ См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 215 — 235.

448 (впервые полностью), Бхупендранату Датта от 26 августа 1921 г. (впервые на русском языке). Кроме того, в названных томах Полного собрания сочинений было опубликовано впервые 15 новых документов. Центральное место среди них принадлежит черновым наброскам плана «Тезисов об основных задачах Коминтерна»¹. Они показывают процесс работы Ленина над тезисами.

Впервые увидели свет в томе 41-м ленинские «Замечания на доклад А. Султан-Заде о перспективах социальной революции на Востоке»².

Показательна для методов работы комиссий Второго конгресса впервые опубликованная записка В. И. Ленина к Джачинто Серрати от 25 июля с вопросом, почему в комиссию не явился делегат Итальянской социалистической партии, чтобы отстаивать свою точку зрения³.

В примечании к ленинскому «Первоначальному наброску тезисов по национальному и колониальному вопросам» опубликована впервые одна выдержка из замечаний В. И. Ленина на отзыв Г. В. Чичерина о тезисах, касающаяся национально-освободительного движения и роли крестьянства и буржуазии в нем⁴.

В комментариях к 51-му тому Полного собрания сочинений были впервые процитированы три записки В. И. Ленина, которые явились дополнением к его письму «Всем наркомам и членам коллегий» от 17 августа. Эти записки представляют собою распоряжения Ленина секретарям СНК относительно переводчиков для Луи Фрейна⁵.

В 53-м томе Полного собрания сочинений впервые опубликована записка В. И. Ленина от июля 1921 г. Богумиру Шмералю, одному из основателей Коммунистической партии Чехословакии, говорящая об интернациональном значении «Условий приема в Коммунистический Интернационал»⁶.

Для изучения решений Второго конгресса по аграрному вопросу большой интерес представляет впервые опубликованное письмо В. И. Ленина Л. Д. Троцкому,

¹ См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 439 — 447.

⁶ См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 53, стр. 11.

449 Г. Е. Зиновьеву, Н. И. Бухарину и К. Б. Радеку от 25 ноября 1922 г. по поводу проекта решения Четвертого конгресса Коминтерна «Набросок аграрной программы действий», выработанного Е. С. Варгой и утвержденного Комиссией. На основании ленинского письма проект резолюции IV конгресса Коминтерна был переработан в «Директивы для применения аграрных тезисов II конгресса Коммунистического Интернационала» ¹.

К 100-летию со дня рождения В. И. Ленина вышел очередной, XXXVII Ленинский сборник. В нем впервые опубликован 21 документ, относящийся к истории работы Ленина над его книгой «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» и статьей «К истории вопроса о диктатуре», над тезисами, докладами и речами к Второму конгрессу Коминтерна и другими его произведениями (о них речь шла выше), к беседам его с делегатами конгресса. Ряд новых ленинских материалов посвящен вопросам тактики коммунистических партий.

В сборнике опубликованы ленинское «Интервью норвежскому архивариусу Я. Фриису» (впервые на русском языке, в переводе из газеты «Die Rote Fahne» от 5 июня 1920 г.), и связанная с ним записка В. И. Ленина Г. В. Чичерину, написанная между 3 и 19 июля 1920 г., посвященная позиции Коммунистической партии Великобритании в вопросе об использовании парламентаризма ².

О большом внимании Ленина к процессам, происходившим в Итальянской социалистической партии, говорит опубликованная в сборнике его надпись на докладе А. Грамши (Туринской секции ИСП) Национальному совету в Милане, опубликованном 8 мая 1920 г. в газете «L’Ordine Nuovo» под названием «Во имя обновления социалистической партии» ³.

Центральное место среди новых документов о Втором конгрессе Коминтерна, опубликованных в Ленинском сборнике XXXVII, занимает «Черновой набросок и первоначальный вариант плана доклада «О международном положении и основных задачах Коммунистического Интер-

¹ См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 54, стр. 313; «Бюллетень IV конгресса Коммунистического Интернационала», 1922, № 27, 6 декабря, стр. 11 — 16.

³ См. там же, стр. 219.

450 национала» на II конгрессе Коминтерна». По существу под этим заголовком даются три варианта плана доклада ¹.

В сборнике впервые публикуются «Заметки к речи на II конгрессе Коминтерна об условиях приема в Коммунистический Интернационал», сделанные Лениным 29 — 30 июля 1920 г. Только три пункта (1, 3, 4) этих заметок — о расколе социалистических партий в Германии и в Италии, о каутскианстве Криспина и социал-предательстве Турати — отражены в речи Ленина. Остальные пункты (2, 5, 6) — о Коммунистической партии Германии, о парламентаризме и реакционных профсоюзах Англии не нашли места в речи ². Включена в сборник записка В. И. Ленина М. В. Кобецкому, работавшему в Коминтерне, с просьбой прислать ему список членов русской делегации и несколько гостевых билетов на конгресс ³.

Ряд вошедших в сборник документов содержит сведения о приеме Лениным некоторых делегатов конгресса: Ван Оверстратена (от Валлонской коммунистической федерации (Бельгия)), Марии Нильсен (от Коммунистического клуба учителей Дании), Христо Кабакчиева (от Коммунистической партии Болгарии), П. Леви, Э. Мейера и др. (от Коммунистической партии Германии), Лепти (от профсоюза металлистов и землекопов Франции), К. Штейнгардта (Грубера) (от Коммунистической партии Немецкой Австрии) ⁴. Ленин намеревался принять также Луи Фрейна (от Коммунистической рабочей партии Америки) и Ф. А. Ротштейна (от Коммунистической партии Великобритании) ⁵, но данных о том, что они были приняты, нет.

По просьбе делегата конгресса Изуса Рамиреса Ленин дал поручение библиотекарю достать и послать ему свою книгу «Новые данные о законах развития капитализма в земледелии. Вып. I, Капитализм и земледелие в Соединенных Штатах Америки» (Пг., 1917, 104 стр.) ⁶.

В сборнике впервые опубликована выдержка из записи беседы В. И. Ленина с Уильямом Полом, опубликованной

¹ См. Ленинский сборник XXXVII, стр. 222 — 224, 225 — 226, 226 — 227.

⁶ См. там же, стр. 239.

451 Полом в журнале «The Communist». Эту выдержку, касающуюся существа поднятого Лениным вопроса о тактике в отношении Рабочей партии Великобритании, Пол прислал Ленину два дня спустя после беседы, 9 октября 1920 г. для просмотра. «Я не пытался повторять буквально Ваши слова,— писал он Ленину,— а лишь кратко выразил то, что считаю Вашим мнением по данному вопросу» ¹.

Большой интерес представляет вошедшее в сборник письмо Ленина Бухарину от 15 октября 1920 г., касающееся взаимоотношений в компартиях между коммунистами. Оно было вызвано письмом В. Вуйовича от 21 сентября 1920 г., который писал, что в период, предшествовавший созданию Коммунистической партии Франции, некоторые руководители Комитета (В. Суварин, Ф. Лорио) занимали сектантскую позицию по отношению к Французской социалистической партии и отдельным ее членам ².

Кроме названных выше документов, в Ленинском сборнике XXXVII опубликовано четыре документа, имеющих частичное или косвенное отношение к Второму конгрессу Коминтерна. Это — «Заметки о международном совете профсоюзов», записка Л. А. Фотиевой или М. И. Гляссер от 13 октября 1920 г. и резолюция на письме Артема (Ф. А. Сергеева), а также интервью одному иностранному журналисту из газеты «Berner Tagwacht» от 20 июля 1920 г. (опубликовано на русском языке впервые) ³.

Таким образом, наряду с томами Полного собрания сочинений В. И. Ленина ⁴, Ленинский сборник XXXVII является важнейшим изданием, в котором сосредоточены ленинские работы и документы, необходимые для изучения решений Второго конгресса Коминтерна и роли Ленина в международном рабочем и коммунистическом движении. Из 109 произведений, связанных с конгрессом, в последнем издании Сочинений и названном Ленинском сборнике напечатано 82 произведения. Остальные, к сожалению, не вошли в последнее издание Сочинений и их необходимо

¹ Ленинский сборник XXXVII, стр. 248 — 251.

⁴ См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 40, стр. 54 — 61, 129 — 139, 346 — 350; т. 41, стр. 1 — 104, 124 — 128, 135 — 137, 152, 157, 159 — 278, 295 — 297, 369 — 391, 409 — 428, 437 — 461; т. 51, стр. 186 — 189, 199, 228 — 229, 231, 232 — 233, 234, 244, 261 — 262, 269 — 270, 446; т. 53, стр. 11, 142; т. 54, стр. 313.

452 использовать по предыдущим изданиям Сочинений¹, другим Ленинским сборникам², стенографическому отчету конгресса³ и различным другим изданиям — книгам и журналам⁴.

Произведения В. И. Ленина являются основополагающим источником для исследования всех важнейших вопросов международного коммунистического движения того периода. Развитие теории, стратегии и тактики международного коммунистического движения, вопросы его идейно-политического и организационного укрепления — это области, в которые ленинский гений внес решающий вклад. Ленинские материалы, связанные со Вторым конгрессом Коминтерна, дают яркий пример того, насколько велика была роль Ленина, его идей в определении линии Коминтерна.

¹ См. В. И. Ленин. Соч., 2-е и 3-е изд., т. XXV, стр. 169, 287.

⁴ См. «Вестник 2-го конгресса Коммунистического Интернационала» № 1, 27 июля 1920 г.; Воспоминания о Владимире Ильиче Ленине. Ч. 2. М., 1957, стр. 523; Библиотека В. И. Ленина в Кремле. Каталог. М., 1961, стр. 72, 74, 75, 108, 151, 153, 302; Ленин и международное рабочее движение. М., 1969, стр. 433 — 434, 456; «Вопросы истории КПСС», 1958, № 2, стр. 16; 1960, № 3, стр. 21, 22; Ленінським шляхом. Збірнік статей. Київ, 1960, стор. 232.

453 Г. З. Соркин

КРИТИКА ИЗВРАЩЕНИЙ РЕШЕНИЙ ВТОРОГО КОНГРЕССА КОМИНТЕРНА СОЦИАЛ-РЕФОРМИСТСКИМИ И БУРЖУАЗНЫМИ ИСТОРИКАМИ​

В обширной литературе по истории Коммунистического Интернационала, написанной социал-демократическими и буржуазными авторами, нет специальных работ, посвященных Второму конгрессу. Однако это выдающееся событие в истории коммунистического движения привлекало и продолжает привлекать их внимание.

Критика теории, политики и организационных принципов Коминтерна начинается попытками «развенчать» программные решения Второго конгресса. И если в отношении Первого конгресса тактика большинства этих историков состоит в том, чтобы представить его как совещание небольшой группы участников, русских в своем большинстве, и нескольких оказавшихся в плену в России социалистов других стран, и подобной фальсификацией умалить его значение как события международного, то в отношении Второго — тактика видоизменяется. Трудно отрицать, что Второй конгресс был представительным, что в его работах приняли участие видные деятели международного рабочего движения 37 стран. Трудно не признать, что коммунистическое движение стало международным, вызвало большой интерес значительных масс трудящихся во всем мире и что решения конгресса были приняты в результате длительного свободного обсуждения, откровенной дискуссии, сопоставления различных точек зрения. На этом объективное изложение кончается¹. Дальнейшие рассуж-

¹ Находятся историки, которые пытаются извратить и эти факты. Профессор истории Невадского (США) университета Джеймс Халс, признавая, что больше половины участников конгресса были делегированы зарубежными партиями, утверждает, тем не менее, что «обстановка на Втором конгрессе мало чем отличалась от Первого и русские, которые имели самую большую делегацию, пользовались фактическим правом отбора других делегатов и осуществ-

454 дения подчинены основной цели — навязать читателям мысль о том, что решения Второго конгресса не имели под собой реальной почвы, что успех коммунистического движения был обусловлен временными трудностями, вызванными войной и первым послевоенным годом, что было использовано коммунистами. Политическая и организационная линия Коминтерна свидетельствовала, по их утверждениям, о непонимании реальной действительности, сложившейся в мире, противоречила учению Маркса и Энгельса, традициям европейского социализма и представляла собой попытку навязать международному рабочему движению чуждый ему опыт русских большевиков, учение Ленина.

В данной статье автор ограничивается критическим разбором положений, выдвигаемых против основных решений Второго конгресса. Поэтому из большого количества работ выделяются те, которые дают обобщенное изложение концепций антикоминтерновских историков. Для авторов социал-демократического направления такой работой является опубликованный в 1963 г. второй том труда бывшего секретаря Социалистического рабочего интернационала Юлиуса Браунталя «История Интернационала». Для буржуазного направления характерны две работы: первая — статья профессора истории Стефана Поссони в сборнике «Коминтерн», опубликованная Гуверовским институтом войны, революции и мира при Стенфордском университете, в которой в основном излагается общая позиция антикоминтерновских историков, работающих и группирующихся вокруг этого института. Вторая — работа Джеймса Халса «Создание Коммунистического Интернационала». Рассматриваются в статье и отдельные положения из научных работ английского буржуазного историка Эдварда Карра, профессора Калифорнийского университета социалиста-реформиста Карла Ландауэра, профессора Бруклинского политехнического института Гельмута Грубера, отличающиеся широким использованием источников и сравнительно объективным изложением некоторых собы-

ляли на конгрессе свой полный контроль». Только Серрати, Вайнкоп, Сильвия Панкхерст, Джон Рид, клеветнически утверждает Халс, не поддались контролю русских, но они не могли оказать решающего влияния (см. James W. Hulse. The Forming of Communist International. Stanford, 1964, p. 194). Этот домысел Халс приводит для иллюстрации своей концепции, что Коминтерн был создан как орудие русских большевиков.

455 тий. Анализируются также работы английского историка, одного из основателей «гильдейского социализма», Джорджа Дугласа Говарда Коула, а также лидера II Интернационала, идеолога австро-марксизма Отто Бауэра, которые в своих последних трудах критиковали позиции правых лидеров социал-демократии и приступили, что особенно проявилось у Отто Бауэра, к пересмотру многих своих прежних оценок теории и практики Коммунистического Интернационала ¹.

Извращения решений Второго конгресса сводятся к следующему:

1. Отрицается, что ленинизм является творческим развитием марксизма, дальнейшей разработкой и конкретизацией его основных положений в новых условиях; Ленин противопоставляется Марксу и Энгельсу, Коммунистический Интернационал — Первому Интернационалу.

2. Отрицается, что перед рабочим классом стала реальная, практическая задача осуществления роли авангарда основных сил мирового революционного процесса — трудящихся города и деревни, национально-освободительного движения — для успешной борьбы против империализма за победу и утверждение социализма; отрицается и историческая необходимость создания партии нового типа для решения этой задачи.

3. Исключительные по своему глубокому научному анализу и проницательности программные решения Второго конгресса сводятся только к 21 Условию приема и Уставу, при одновременной фальсификации главного содержания этих двух документов.

4. Утверждается, что под давлением Ленина и его единомышленников Второй конгресс отказался от линии Первого, которая якобы выражала взгляды левых коммунистов, и пошел вправо.

5. Утверждается, что в основу решений Второго конгресса было положено стремление русских превратить Коминтерн в орудие внешней политики Советского правительства.

6. Утверждается, что в национальном и колониальном вопросах Второй конгресс исходил из чисто прагматических соображений и его решения определялись узконациональными интересами русских.

¹ В статье подвергаются критике положения из работ и других историков.

456 Второй конгресс Коминтерна руководствовался учением Маркса, Энгельса, Ленина, исходил из глубокого анализа успехов и поражений международного рабочего движения последних 70 лет и, главным образом, уроков Парижской Коммуны, первой мировой войны, Великой Октябрьской социалистической революции в России, гражданской войны в России, революции и контрреволюции в Финляндии и Венгрии, буржуазно-демократических революций в Германии и Австрии, роста национально-освободительного движения на Востоке. Конгресс исходил из принципа, что коммунистическое движение сильно своей органической связью с революционной борьбой масс. Лейтмотивом всех его решений была ленинская формула — «всей объединенной и централизованной силе буржуазии необходимо противопоставить объединенную и централизованную силу пролетариата» ¹.

* * *

Исторически Коммунистический Интернационал явился преемником Первого Интернационала, который «заложил фундамент пролетарской, международной борьбы за социализм» ², продолжателем лучших традиций Второго Интернационала без его оппортунистической, социал-шовинистической, буржуазной и мелкобуржуазной скверны. С этим выводом не соглашается Юлиус Браунталь. «В действительности ничто не было так чуждо духу марксизма и структуре Первого Интернационала, которую ему придал Маркс, чем дух и структура Третьего Интернационала» ³,— категорически заявляет он. Чем обосновывает Браунталь этот свой приговор? «Одной из руководящих идей Маркса,— пишет Браунталь,— на которой основывались его надежды на триумф социализма, была идея солидарности рабочего класса, его нерушимого единства и сплоченности в борьбе за свое освобождение» ⁴. Да, идея солидарности рабочего класса выдвигалась Марксом как руководящая. Эту идею не только разделял, но и последовательно проводил Коминтерн. Международную солидарность пролетариата, выраженную в девизе «Пролетарии

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 40, стр. 207.

⁴ Ibid., S. 195.

457 всех стран, соединяйтесь!», его боевое единство Коммунистический Интернационал выдвигал на первый план с первых шагов своей деятельности и сделал все возможное, чтобы ее осуществить на деле. Это хорошо известно Браунталю, однако, он, вопреки действительности, отрицает это и противопоставляет Коминтерн Первому Интернационалу.

Браунталь утверждает, что в Учредительном манифесте и Уставе Международного Товарищества Рабочих нет требования об обобществлении средств производства, так как это было неприемлемо для прудонистов. Он ссылается на слова Энгельса в письме Флоренс Келли-Вишневецкой от 27 января 1887 года: «Основывая Интернационал, Маркс составил его Общий устав так, чтобы к нему могли примкнуть все пролетарские социалисты того периода — прудонисты, последователи Пьера Леру и даже наиболее передовая часть английских тред-юнионов; и лишь благодаря этой своей широте Интернационал сделался тем, чем он был...» ¹. Здесь Браунталь ставит многоточие и заканчивает цитату: «...где были бы мы теперь, если бы в период от 1864 до 1873 г. настаивали на том, чтобы сотрудничать только с теми, кто открыто принимал нашу платформу?» ².

Все это приводится Браунталем для того, чтобы сделать следующее заключение: «Маркс никогда не пытался механически навязать секциям I Интернационала свои теории и «модель» пролетарского движения, построенную по принципам, которые он считал правильными... Коммунистический же Интернационал в своих руководящих указаниях, Уставе и 21 Условии приема определил основные принципы, по которым вошедшие в Интернационал партии должны были строить форму своей организации, методы борьбы и цели. Он навязал им структуру партии большевистского типа вопреки их традициям и требовал от них применять методы вооруженного восстания в борьбе за власть независимо от политических условий своих стран» ³.

Остановимся подробнее на этом утверждении Браунталя, которое приводится большинством антикоминтерновских историков с целью доказать ссылками на Маркса и Энгельса, будто бы Коминтерн не имеет ничего общего с

¹ К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 36, стр. 504.

³ J. Braunthal, op. cit., S. 197.

458 марксизмом. Рассмотрим прежде всего, как Браунталь пытается в угоду своим целям представить I Интернационал в качестве аморфной организации, не признававшей принципов социализма. Известно, что Маркс не включил в составленный им Временный устав Товарищества требования об обобществлении средств производства. Но там имеются такие места: «экономическое освобождение рабочего класса есть, следовательно, великая цель, которой всякое политическое движение должно быть подчинено как средство», и достижение этой цели возможно только при условии «солидарности между рабочими различных отраслей труда в каждой стране» и «братского союза рабочего класса разных стран» ¹. В статье 7а, включенной в Устав на Гаагском конгрессе (сентябрь 1872 г.), было записано: «В своей борьбе против объединенной власти имущих классов рабочий класс может действовать как класс, только организовавшись в особую политическую партию, противостоящую всем старым партиям, созданным имущими классами. Эта организация рабочего класса в политическую партию необходима для того, чтобы обеспечить победу социальной революции и достижение ее конечной цели — уничтожение классов» ².

Эти места из Устава Товарищества говорят отнюдь не об аморфности Товарищества и не об отрицании задачи обобществления средств производства. В письме Генерального Совета Международного Товарищества Рабочих Центральному бюро Альянса социалистической демократии, написанном Марксом и согласованном с Энгельсом, единогласно принятом на заседании 9 марта 1869 г., указывалось: «В вашей программе есть одна фраза, которая не удовлетворяет этому требованию (то есть полному освобождению рабочего класса. — Г. С.). Статья 2 гласит: «Он» (Альянс) «прежде всего добивается политического, экономического и социального уравнения классов».

«Уравнение классов, понимаемое буквально, сводится к «гармонии капитала и труда», столь назойливо проповедуемой буржуазными социалистами. Не уравнение классов — бессмыслица, на деле неосуществимая — а, наоборот, уничтожение классов — вот подлинная тайна пролетарского движения, являющаяся великой целью Междуна-

¹ К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 16, стр. 12.

² К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 18, стр. 143.

459 родного Товарищества Рабочих» ¹. В своей речи «О семилетии Интернационала», произнесенной 25 сентября 1871 г. в Лондоне, Маркс говорил: «Уничтожив существующие условия угнетения путем передачи всех средств труда производителю и заставив, таким образом, каждого физически пригодного индивидуума работать, чтобы обеспечить себе существование, мы устраним единственную основу классового господства и угнетения. Но прежде чем осуществление такой перемены станет возможным, необходима диктатура пролетариата, а первым ее условием является армия пролетариата. Право на свое освобождение рабочий класс должен завоевать на поле битвы. Задача Интернационала — организовать и объединить силы рабочего класса для предстоящей борьбы» ². На основе этих принципов собирались силы рабочего класса, ковались его солидарность и единство Марксом и Энгельсом, и на этой же основе, с учетом новых условий, происходила деятельность основанного В. И. Лениным Коммунистического Интернационала, который обобщил исторический опыт международного рабочего движения в борьбе за уничтожение основ классового господства и угнетения, за торжество коммунизма.

Верно, что Маркс никогда не пытался навязать механически свою теорию и организационные принципы строительства пролетарской партии. Но Браунталь акцентирует внимание читателя на слове «механически» для того, чтобы приписать Марксу мысль, что солидарность как таковая была для него выше всего, так сказать, солидарность ради солидарности.

В предисловии к английскому изданию «Коммунистического Манифеста» от 30 января 1888 г. Энгельс напоминает, что Международное Товарищество Рабочих, созданное «с определенной целью — сплотить воедино весь борющийся пролетариат Европы и Америки, не могло сразу провозгласить принципы, изложенные в «Манифесте»»... Но Маркс,— продолжает Энгельс,— «всецело полагался на интеллектуальное развитие рабочего класса, которое должно было явиться неизбежным плодом совместных действий и взаимного обмена мнениями. Сами по себе события и перипетии борьбы против капитала — поражения еще больше, чем победы,— неизбежно должны были довести до

¹ К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 16, стр. 363 — 364.

² К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 17, стр. 438.

460 сознания рабочих несостоятельность различных излюбленных ими всеисцеляющих средств и подготовить их к более основательному пониманию действительных условий освобождения рабочего класса. И Маркс был прав. Когда в 1874 г. Интернационал прекратил свое существование, рабочие были уже совсем иными, чем при основании его в 1864 г. ...Таким образом, и сам «Манифест» вновь выдвинулся на передний план» ¹.

В этом направлении в то время шла переписка Энгельса по данному вопросу с Фридрихом Зорге ² и другими, в том числе с Вишневецкой. 28 декабря 1886 г. Энгельс писал ей, что на данном этапе «самое главное — это добиться того, чтобы рабочий класс вступил в движение как класс; а раз это будет достигнуто, он скоро найдет верное направление, и всякий, кто окажется помехой,— будь то Г. Джордж или Паудерли — будет выкинут за борт со своей маленькой сектой» ³.

Ю. Браунталь, приводя выдержку из письма Ф. Энгельса Вишневецкой от 27 января 1887 г., обрывает ее на том месте, где говорится, что благодаря своей широте «Интернационал сделался тем, чем он был,— средством постепенного растворения и поглощения всех этих мелких сект, за исключением анархистов, внезапное появление которых в разных странах явилось лишь результатом жестокой буржуазной реакции после Коммуны и которым мы поэтому могли спокойно предоставить умереть собственной смертью, как это и случилось». Эту часть Браунталь пропускает, так же как и дальнейшие доводы Энгельса: «По-моему, вся наша практическая деятельность показала, что можно идти в ногу с общим движением рабочего класса на каждой стадии этого движения, не принося в жертву и не скрывая своей собственной четко выраженной позиции и даже сохраняя организацию» ⁴.

Все это проделано Браунталем для того, чтобы доказать, что созданный Марксом и Энгельсом I Интернационал был широкой организацией, в которую входили все существовавшие тогда социалистические организации, и поэтому III Интернационал «по своему духу и структуре»

¹ К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 21, стр. 365 — 366.

⁴ Там же, стр. 504 — 505.

461 был противоположен I Интернационалу. Если говорить о духе, то приведенные выше высказывания Маркса и Энгельса опровергают этот довод. Сам Браунталь вынужден глухо признать, что «Маркс резко критиковал прудонистов во Франции, лассальянцев в Германии, реформистское профсоюзное движение в Англии, путчистские методы Бланки и прежде всего анархизм Бакунина» ¹. Что касается структуры, организационных форм, то Браунталь извращает суть взглядов Маркса и Энгельса по этому вопросу. Для Маркса и Энгельса формы объединения мирового рабочего движения не были вечными. Они менялись соответственно конкретным условиям борьбы и степени зрелости рабочего класса. Они не являются одними и теми же на заре рабочего движения, когда создавался I Интернационал, и 55 лет спустя — и каких лет!

С 1864 г. рабочее движение прошло ряд ступеней своего развития — от Парижской Коммуны до победы Октябрьской социалистической революции в России. Рабочий класс прошел огромный путь от первых шагов класса для себя до осознания своей роли как класса, который «выступает,— как сказано в Тезисах Второго конгресса Коминтерна «Об основных задачах Коммунистического Интернационала», написанных Лениным,— во всех проявлениях и на всех поприщах общественной жизни, как вождь всей трудящейся и эксплуатируемой массы» ². Браунталь, фактам вопреки, пытается внушить своим читателям, что решения Второго конгресса Коминтерна, особенно 21 Условие и Устав привели к расколу рабочего движения. Коминтерн, «развязав ожесточенную братоубийственную борьбу, парализовал силы социализма в один из решающих поворотных пунктов истории» ³.

Это обвинение в адрес Коминтерна выдвигается абсолютным большинством социал-демократических и буржуазных историков Коминтерна. Но это утверждение ничего общего не имеет с научным анализом. Здесь полное смешение причины и следствия. Рабочее движение было расколото до создания Коминтерна и было оно расколото предательской позицией правых лидеров социал-демократии, всей их политикой. Это было со всей глубиной вскрыто

¹ J. Braunthal, op. cit., S. 196.

³ J. Braunthal, op. cit., S. 198.

462 Лениным, об этом писала Роза Люксембург и другие левые социал-демократы, да и сам Браунталь вынужден признать, что 4 августа 1914 г. большинство партий воюющих государств стали на защиту своих буржуазно-капиталистических правительств, выступили за классовый мир, вступили в сотрудничество с господствующими классами и морально и политически поддержали войну всеми своими силами и средствами. «Священные скрижали были разбиты. Социалистические партии воюющих стран солидаризировались с национальными интересами своих отечеств. Интернациональная солидарность пролетариата отступила перед солидарностью рабочего класса с господствующими классами своих стран» ¹. Это подтверждает и Карл Ландауэр. Он пишет, что защита большинством лидеров II Интернационала политики своих буржуазных правительств в войне 1914 — 1918 гг. была вызвана главным образом сознательной политикой классового сотрудничества со своей буржуазией ². Причина раскола в том, что «оппортунисты в момент кризиса оказались ядром тех элементов внутри рабочих партий, которые перешли на сторону буржуазии» ³.

Но, может быть, вожди социал-демократии изменили свою позицию после войны? И на этот вопрос Браунталь дает отрицательный ответ: «Немецкая социал-демократия не вступила в революцию как революционная партия.., подавляющее большинство ее вождей, равно как и массы, давно перестали мыслить революционно и поэтому не были духовно (geistig) подготовлены к революции» ⁴. Браунталь признает, что в течение семи лет, с 1914 по 1920 г., подавляющее большинство немецкой социал-демократии не использовало своих возможностей, не вело борьбы с капиталистическим правительством, отказалось от социалистических перспектив. Так, фактически, и сам Браунталь подходит вплотную к признанию отказа правой социал-демократии от принципов социализма и интернационализма. Требовалось сделать следующий шаг и увидеть в этом важнейшую причину раскола рабочего движения, происшедшего как раз в тот момент истории, когда задача рево-

¹ J. Braunthal, op. cit., S. 17 — 18.

⁴ J. Braunthal, op. cit., S. 232.

463 люционного преобразования общества стала в повестку дня. Но это означало бы вынести приговор реформизму, политике Социалистического рабочего интернационала, которую Браунталь активно проводил ранее и пытается защитить теперь. Сделать этот шаг он не хочет и не может.

Стефан Поссони также поставил перед собой задачу доказать, что концепция Маркса о революционном движении международного рабочего класса отлична от ленинской и «что III Интернационал никогда не стал бы могучей силой, если бы Ленину не удалось выдать себя за продолжателя дела Маркса, и если бы Коминтерн не был бы принят за прямого наследника Первого Интернационала»¹. Поссони в приведенной цитате продемонстрировал свое полное невежество в вопросах общественного развития. Получившее всемирное признание и разделяемое большинством ученых, буржуазных в том числе, положение, что учение Ленина является дальнейшим развитием учения Маркса и Энгельса, Поссони отбрасывает с ходу, без всяких аргументов и выдвигает такую категорию как «самореклама», которую якобы использовал Ленин, чем он и обеспечил успех III Интернационала. Поссони далее утверждает, что идеологическая ориентация, организационные принципы, методы борьбы Международного Товарищества Рабочих и Коминтерна были противоположными. Повторяя те же доводы, что и Браунталь, жонглируя цитатами из переписки Энгельса с Вишневецкой и другими, он заявляет, что цели Международного Товарищества были реформистские. Реформистом, по его мнению, был и Маркс. И это следует якобы из того факта, что во Временном уставе Международного Товарищества было записано «уничтожение всякого классового господства», а не «уничтожение классов», формула, которая была, по словам Поссони, принята в 1872 г. в дополнении, предложенном не Марксом и Энгельсом, а другими².

В Уставе Международного Товарищества Рабочих, окончательно отредактированном не другими, как утверждает Поссони, а Марксом и Энгельсом по постановлению и от имени Лондонской конференции 1871 г. и утвержденном

¹ The Comintern — Historical Highlights. The Comintern's Claim to Marxist Legitimacy by Stefan Possony. N.-Y., Wachington, 1966, p. 3 (в дальнейшем Highlights). Книга переиздана в 1969 г.

² Ibid., p. 5.

464 Генеральным Советом 24 октября 1871 г., оставлена формулировка: «уничтожение всякого классового господства», а в резолюции той же Лондонской конференции «О политическом действии рабочего класса» было записано в резюмирующей части: «Эта организация рабочего класса в политическую партию необходима для того, чтобы обеспечить победу социальной революции и достижение ее конечной цели — уничтожение классов» ¹. Никто из делегатов конгресса не заметил противоречия между этими двумя формулировками. Тем не менее Поссони пытается приписать Марксу, будто он был только за «уничтожение всякого классового господства», что в толковании Поссони должно означать стремление к классовому сотрудничеству, а соответствующее исправление «уничтожение классов» — не было предложено Марксом и Энгельсом. Г-н Поссони, очевидно, спутал документы Международного Товарищества и все, что писали Маркс и Энгельс, с Манифестом 12-ой секции в США от 30 августа 1871 г., которая считала, так же как и Поссони, что «задача Интернационала заключается не в чем ином, как в создании в рамках существующих форм новой формы правления, которая должна заменить старую». Эту точку зрения Энгельс категорически отверг и писал о ней в статье «Интернационал в Америке»: «Итак, в соответствии с этим призвание Интернационала состоит не в ниспровержении основ существующего государства, а в его использовании» ². Гаагский конгресс исключил из Интернационала секретаря 12-й секции Уильяма Уэста и подтвердил решение Генерального Совета об исключении из Интернационала 12-й секции. Как далеко это решение Гаагского конгресса от утверждения Поссони и многих других историков, что Международное Товарищество и его Генеральный Совет были организацией без единой идеологии, нечто вроде широкой организации единого фронта.

В решениях Второго конгресса Коминтерна, особенно в Условиях приема в Коминтерн, сформулированных Лениным, говорится о необходимости нелегальной работы, а Маркс и Энгельс,— безапелляционно заявляет Поссони,— выступали против нелегальных организаций ³. И в подтвер-

¹ К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 17, стр. 427.

³ Highlights, p. 6.

465 ждение этого Поссони надергивает цитаты из Маркса и Энгельса, вырывает их из контекста. О таких «исследователях» Энгельс писал в октябре 1892 г. Шарлю Бонье: «...нужно считать читателей неисправимыми простофилями, чтобы осмеливаться преподносить им такое нагромождение явных фальшивок... и выдумок, противоречащих одна другой... Там нет ни одной цитаты, имеющей хоть какое-нибудь значение, которая не была бы бессовестно извращена; только сличив по крайней мере несколько текстов, я узнал полную меру нахальства г-на Прото» ¹.

Объективный ученый при сравнении работ Маркса и Энгельса, документов Международного Товарищества Рабочих с трудами Ленина, документами Второго конгресса Коминтерна придет к выводу об общности их основных положений теории и организационных принципов. Вполне естественно, что эти положения не окостенели — теория марксизма-ленинизма не догма, а руководство к действию, она развивается, ибо в постоянном процессе развития и изменения находится международное рабочее движение.

Казуистикой, уводящей от действительного положения вещей, является утверждение, будто Маркс и Энгельс были против нелегальных методов работы, а Второй конгресс Коминтерна занял противоположную позицию. В действительности Маркс и Энгельс неоднократно высказывались за необходимость нелегальных методов. На Лондонской конференции Маркс говорил, что в странах, где регулярная деятельность Международного Товарищества невозможна из-за преследований правительства, местные группы могут быть реорганизованы под различными наименованиями. Эти же взгляды разделял и Ф. Энгельс. Он пишет, что он выступал против «горе-заговоров, основанных на лжи и обмане своих же товарищей, вроде заговора Нечаева» и бакунистов, которые устраивали заговоры против Интернационала, вместо того, чтобы заняться настоящим делом действительной и серьезной конспирации против русского правительства ².

Высказывания Поссони являются вступлением к его главному тезису — что Маркс и Энгельс были против революционного насилия. Признание Марксом мирных средств перехода к социализму является, мол, кардинальным изменением его прежнего мировоззрения. Это был, —

¹ К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 38, стр. 427.

² См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 18, стр. 535.

466 по мнению Поссони,— новый подход Маркса к более развитым капиталистическим странам, где общество было более подготовлено к восприятию социализма, а Энгельс после смерти Маркса стал наиболее последовательным защитником только мирных средств борьбы и пошел в этом направлении дальше Маркса. Ленин же своим «глобальным» отрицанием всякой возможности мирного перехода к социализму отошел не только от тактических принципов Маркса, но, что особенно важно, и от коренных проблем марксистской теории ¹. На чем основаны эти домыслы? Слова Маркса в его речи на митинге в Амстердаме 8 сентября 1872 г. Поссони истолковывает как вывод, что насильственные революции применимы для отсталых, а не современных демократических стран. Обратимся к документам. В этой речи Маркс выступил против тех, кто высказывался за воздержание рабочих от политической деятельности. «Рабочий,— сказал Маркс,— должен со временем захватить в свои руки политическую власть, чтобы установить новую организацию труда; он должен будет ниспровергнуть старую политику... Но мы никогда не утверждали, что добиваться этой цели надо повсюду одинаковыми средствами... мы не отрицаем, что существуют такие страны, как Америка, Англия, и если бы я лучше знал ваши учреждения, то может быть прибавил бы к ним и Голландию, в которых рабочие могут добиться своей цели мирными средствами. Но даже если это так, то мы должны также признать, что в большинстве стран континента рычагом нашей революции должна послужить сила; именно к силе придется на время прибегнуть, для того чтобы окончательно установить господство труда» ².

Поссони утверждает, что Ленин не признавал демократии и считал, что после 1872 г. количество стран, в которых возможен мирный переход к революции, сократилось до нуля, вопреки Энгельсу, который, наоборот, считал, что это число растет. Это не новый аргумент. В книге «Пролетарская революция и ренегат Каутский» В. И. Ленин подробно разобрал позицию Каутского также по тем вопросам, которые снова и снова поднимают современные «историки» Коминтерна. Они ничего нового не придумали, повторяют те же доводы, что и Каутский, игнорируя ленинскую критику его антимарксистских высказываний.

¹ См. Highlights, p. 14.

² К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 18, стр. 154.

467 Поссони ссылается на работу Энгельса «К критике проекта социал-демократической программы 1891 г.» для того, чтобы доказать, что Энгельс был якобы против диктатуры пролетариата, и цитирует следующее место: «...если что не подлежит никакому сомнению, так это то, что наша партия и рабочий класс могут прийти к господству только при такой политической форме, как демократическая республика» ¹. Поссони пытается при этом доказать, что, по Энгельсу, диктатура пролетариата — это мирный переход ². Между тем это далеко не так. Энгельс в приведенной работе выразил идею соотношения демократии и диктатуры пролетариата, показал, что демократическая республика является ближайшим подходом к диктатуре пролетариата.

Ленин подчеркивает это место в работе Энгельса, приводит его полностью в своей книге «Государство и революция» и разъясняет, что демократическая республика, «нисколько не устраняя господства капитала, а следовательно, угнетения масс и классовой борьбы, неизбежно ведет к такому расширению, развертыванию, раскрытию и обострению этой борьбы, что, раз возникает возможность удовлетворения коренных интересов угнетенных масс, эта возможность осуществляется неминуемо и единственно в диктатуре пролетариата, в руководстве этих масс пролетариатом. Для всего второго Интернационала это — тоже «забытые слова» марксизма, и забвение их необычайно ярко обнаружила история партии меньшевиков за первое полугодие русской революции 1917 года» ³. Принципиальная позиция по этому вопросу основоположников научного социализма Маркса, Энгельса, Ленина состоит в том, что борьба за демократию является этапом подвода широких масс трудящихся к пролетарской революции. «Мы за демократическую республику,— писал Ленин,— как наилучшую для пролетариата форму государства при капитализме, но мы не вправе забывать, что наемное рабство есть удел народа и в самой демократической буржуазной республике» ⁴. Вторая часть этой фразы осталась грамотой за семью печатями для всех «критиков» Коминтерна. Они абсолютизируют первую часть, отбрасывая основное — борьбу за уничтожение капиталистического рабства.

¹ К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 22, стр. 237.

⁴ Там же, стр. 20.

468 У неискушенного в политической борьбе читателя может возникнуть вопрос: почему противники марксизма-ленинизма и Коммунистического Интернационала так обеспокоены «отходом» Коминтерна от решений I Интернационала? Смысл всех этих выступлений в том, чтобы любыми средствами заронить сомнения в истинности и правильности решений Второго конгресса о партии нового типа, подорвать основные принципы строительства и политики компартий. Подавляющее большинство подобных историков безапелляционно заявляют, что коммунистические партии не имеют никаких корней в рабочем движении, что они являются небольшими группками — элитой, цель которой осуществить диктатуру над рабочим классом. Они утверждают, что 21 Условие приема в Коминтерн превратили компартии в заговорщические группки, слепо подчиняющиеся Исполкому Коминтерна. Ленинское учение о революционной элите, вещает ренегат коммунизма Боркенау, несовместимо с марксизмом. «Маркс учил, что пролетариат по мере роста его численности, самим процессом капиталистического развития превращается в единую массу обездоленных, доводится процессом пауперизации до отчаяния, сам совершит свою революцию и под давлением неумолимых законов общественного развития превратит капиталистическое общество, достигшее своей высшей ступени развития, в социалистическое. Ленин же учил, что пролетариат якобы не способен осуществить социалистическую революцию и что поэтому он должен подчиниться руководству чуждой ему бесклассовой элиты» ¹. Но этот вымысел лишен всякого основания. Ленинское учение о партии нового типа, содержащееся в решениях Второго конгресса, находится в полном соответствии с основными положениями Маркса и Энгельса, творчески их развивает применительно к новой исторической эпохе и накопленному опыту международного пролетариата. В этом нетрудно убедиться. В «Коммунистическом Манифесте» сказано, что в борьбе пролетариев различных наций коммунисты «выделяют и отстаивают общие, не зависящие от национальности интересы всего пролетариата;... на различных ступенях развития, через которые проходит борьба пролетариата с буржуазией, они всегда являются

¹ F. Borkenau. Der Europäische Kommunismus. Bern, 1952, S. 19, 20.

469 представителями интересов движения в целом ...являются самой решительной, всегда побуждающей к движению вперед частью рабочих партий всех стран», и что «у них перед остальной массой пролетариата преимущество в понимании условий, хода и общих результатов пролетарского движения» ¹. А в резолюции Второго конгресса о партии мы читаем: «Коммунистическая партия есть часть рабочего класса, именно, его наиболее передовая, наиболее сознательная, а потому наиболее революционная часть... Коммунистическая партия не имеет интересов отличных от интересов всего рабочего класса... отличается от всей массы рабочих тем, что она обозревает весь исторический путь рабочего класса в целом и старается на всех поворотах этого пути защищать интересы не отдельных групп, не отдельных профессий, а интересы рабочего класса в целом» ². Такова действительность.

Но историки типа Боркенау, Поссони игнорируют все это и пытаются увести читателя в сторону созданной ими мифической гипотезы генезиса коммунистических партий, который якобы уходит к Нечаеву, Бакунину и... византизму. Отсюда идея элиты — небольших группок, не связанных ни с рабочим, ни с другими классами и их интересами, но элиты, объединенной самой жестокой дисциплиной, беспрекословным слепым повиновением воле вождей. Примечательно, что подобная стряпня так понравилась французскому философу Раймону Арону, что он в 1962 г. выступил с предисловием к английскому изданию книги Боркенау и полностью солидаризировался с автором книги, заявляя, что большевики осуществили не диктатуру пролетариата, а диктатуру партии, государство же, созданное Лениным, является тоталитарно-бюрократическим ³.

Необходимо отметить, что не все буржуазные историки согласны с «теорией» элиты. Английский историк Карр по-другому решает вопрос о роли партии и масс. Он подчеркивает, что коммунисты признают роль масс в истории, и приводит цитату из речи Ленина на VII экстренном съезде РКП (б): «Массы миллионные,— а политика начинается там, где миллионы; не там, где тысячи, а там, где миллионы,

¹ К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 4, стр. 437.

³ См. F. Borkenau. World Communism. A History of the Communist International. Michigan, 1962, pp. 5, 7.

470 там только начинается серьезная политика»¹. Признавая решающую роль масс в истории, Карр объективно излагает вопрос о месте политических руководителей в истории общества².

Несостоятельным является и другой тезис о том, что цель коммунистов — борьба за власть, или, как формулирует Арон, «логика власти» определяет действия коммунистов.

Марксизм-ленинизм придает большое значение вопросу о власти, но только как решающему условию для победы социализма. Власть для коммунистов не является самоцелью, а исторической необходимостью, непременным условием перехода человечества в высшую фазу своего развития — к бесклассовому обществу, и эту задачу призвана выполнять диктатура пролетариата, что и сформулировано в решениях Второго конгресса. Западногерманский историк и футуролог О. Флехтгейм занимает в этом вопросе позицию, отличную от позиции Арона. Флехтгейм вынужден признать, что для Ленина высшей и конечной целью является социализм, который он воспринял у Маркса и который (социализм), по Ленину, неизбежно наступит повсюду как конечный продукт развития человеческого общества в форме коммунизма и бесклассового общества. Диктатура пролетариата и мировая революция, пишет Флехтгейм, являются «техническими средствами» для осуществления социализма³.

Извращенное представление вульгарных буржуазных историков Коминтерна о партии, диктатуре пролетариата, власти вытекает из непризнания ими теории борьбы классов. «Не понимая теории борьбы классов, привыкнув видеть на политической арене мелкую свару разных кружков и котерий буржуазии,— писал Ленин,— буржуа понимает под диктатурой отмену всех свобод и гарантий демократии, всяческий произвол, всякое злоупотребление властью в интересах личности диктатора»⁴.

Особое место в антикоминтерновской литературе отво-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 36, стр. 16 — 17.

⁴ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 373 — 374.

471 дится 14-му пункту 21 Условия, где говорится, что «каждая партия, желающая принадлежать к Коммунистическому Интернационалу, обязана оказывать беззаветную поддержку каждой Советской республике в ее борьбе против контрреволюционных сил» ¹. Г. Ноллау считает, что принятые на Втором конгрессе 21 Условие и Устав предоставили Исполкому Коминтерна неограниченную власть в интересах ЦК РКП (б) ². Халс развивает эту мысль и дополняет ее утверждением, что на Втором конгрессе кончилась «наиболее идеалистическая и оптимистическая эра Коминтерна» ³, Коминтерн больше уже не рассматривался его создателями «как великий союз рабочих, шествующих уверенно к эре пролетарских революций. Он стал негибким, диктаторским учреждением, руководимым немногими русскими, которые ставили своей задачей вызывать революционные ситуации, манипулируя небольшими, находящимися под их полным контролем, группами» ⁴. Утверждение, что Коминтерн якобы превратился в орган Советской власти, разделяется подавляющим большинством социал-демократических и буржуазных историков Коминтерна. Отличие состоит только в том, что одни, как Ноллау и Халс, считают, что это произошло на Втором конгрессе, Браунталь — на Четвертом, другие — на Пятом, третьи — на Шестом.

В октябре 1964 г. Гуверовский институт войны, революции и мира отметил на специальной конференции столетнюю годовщину основания I Интернационала. Два доклада на этой конференции были посвящены III Интернационалу. В одном докладе, представленном Милорадом Драшковичем и Бранко Лазичем, сотрудниками этого института, специализирующимися по вопросам Коминтерна, утверждалось, что Коминтерн отошел от принципов I Интернационала, расколол мировое рабочее движение. Во втором докладе, прочитанном Поссони на тему «Коминтерн — инструмент советской стратегии», проводится мысль, что Коминтерн был создан и для того, чтобы спасти правительство Ленина, дальнейшему существованию которого угрожала смертельная опасность, о чем якобы говорил Ленин в своем первом выступлении на Втором конгрессе. Для «дока-

¹ Коммунистический Интернационал в документах, стр. 103.

⁴ Ibid., p. 222.

472 зательства» этого Поссони фальсифицирует содержание доклада Ленина, выдергивая из контекста отдельные фразы и придавая им смысл, ничего не имеющий общего с подлинным содержанием доклада.

Буржуазная и реформистская историография Коминтерна пытается представить дело таким образом, будто Коминтерн являлся органом внешней политики Советского Союза. Эти историки не хотят видеть того вполне очевидного факта, что последовательная борьба Советской страны на мировой арене за мир, против империализма, в поддержку революционного движения пролетариата и движения угнетенных империализмом народов за национальную независимость отражала самые насущные, коренные интересы рабочего класса, трудящихся масс всего мира. Коминтерн, представлявший собой авангард международного революционного пролетариата, горячо одобрял и поддерживал политику Советского Союза. Совпадение коренных интересов международного пролетариата и внешней политики страны, где впервые в мире рабочий класс взял в свои руки власть, отстоял ее от интервенции империалистических держав и сил контрреволюции и приступил к строительству социалистического строя,— вот глубочайшая основа и причина того, почему Коминтерн мобилизовывал массы трудящихся во всем мире в поддержку и защиту Республики Советов.

Влияние русских коммунистов в Коминтерне, роль Ленина в его создании, решающее значение для мирового революционного процесса победы социалистической революции в России стали бесспорными истинами. А существование, укрепление и расцвет советского общества, защита Советской республики международным пролетариатом, трудящимися всех стран — и прежде всего коммунистическими партиями — стали исторической необходимостью. Это хорошо понял рабочий класс капиталистических стран, который с восхищением и надеждой жадно следил за всем, что происходит в Советской России. Международный пролетариат правильно оценил героические дела русского рабочего класса и его большевистской партии, которые, несмотря на огромные жертвы, сделали максимум возможного, проложили путь в будущее. Выражением этого реального положения в международном рабочем движении и был 14 пункт 21 Условия приема в Коминтерн. Карр, останавливаясь на вопросе о влиянии РКП(б) на Втором

473 конгрессе, справедливо отмечает, что это влияние «было скорее естественным следствием престижа русских, чем их намерения, чтобы организация Коминтерна отражала русский опыт и создавалась по русской модели» ¹. Английский историк Коул писал, что главной причиной глубокой, постоянной лояльности к Советскому Союзу как центру мирового социализма было сознание того, что русские коммунисты много лет фактически боролись одни против мировых сил, готовивших войну и делавших все, чтобы сохранить капитализм. А социал-демократы в это же время ограничивались красивыми фразами, но на деле ничего не предприняли в защиту рабочего класса и капитулировали в Италии, Германии и Австрии 2. А Отто Бауэр незадолго до смерти частично пересмотрел свои прежние взгляды и пришел к следующему выводу по этому кардинальному для судеб социализма вопросу: «Одной из важнейших задач в борьбе за социализм является напряжение всех сил рабочих партий капиталистических стран для защиты Советского Союза». «...Советский Союз,— пишет он дальше,— является самым мощным бастионом социализма во всем мире. Его поражение в войне отбросит социализм во всем мире на многие поколения назад. Его победа в войне приведет к значительному подъему освободительной борьбы рабочего класса во всем мире» 3. Однако абсолютное большинство буржуазных и социал-демократических историков Коминтерна стоит на противоположных позициях в этом вопросе. Политический смысл их высказываний заключается, во-первых, в попытке доказать, будто коммунистические партии не имеют никаких корней в истории и традициях борьбы рабочего класса своих стран, являются агентурой иностранной державы, т. е. Советского Союза. Боркенау и Росси пишут об этом открыто 4, другие маскируют свои позиции. Но и те и другие

¹ E. H. Carr. The Bolshevik Revolution 1917 — 1923, vol. III, p. 198. 2 См. G. D. H. Cole. A History of Socialist Thought. Vol. V. L., 1960, p. 316. Коул умер в январе 1959 г., пятый том был им закончен незадолго перед смертью и издан посмертно его женой Маргарет Коул. 3 Otto Bauer. Zwischen zwei Weltkriegen. Bratislava, 1936, SS. 211 — 227. 4 См. F. Borkenau. Der Europäische Kommunismus, S. 10; A. Rossi. Physiologie du Parti Communiste Français. P., 1948, pp. VII, XX, 357. А. Росси — литературный псевдоним ренегата Анджелло Таска.

474 помогают реакции на идеологическом фронте бороться с коммунистическим движением. Во-вторых,— они направлены против политики Коммунистической партии и правительства Советского Союза, призваны скомпрометировать программные решения Коминтерна обвинениями в прагматизме, преследовании узконациональных интересов русских во вред международному революционному движению.

Второй аспект занимает особенно много места в извращении решений Второго конгресса по национальному и колониальному вопросам.

Великий вклад В. И. Ленина в учение марксизма состоит и в том, что, открыв законы развития капиталистического общества в его последней стадии — империалистической, он сформулировал новые задачи, ставшие и перед национально-освободительным движением. Это новое Ленин сформулировал так: «Трудящиеся массы колониальных и полуколониальных стран, составляя огромное большинство населения земли, пробуждены к политической жизни уже с начала XX века, особенно революциями в России, Турции, Персии и Китае. Империалистская война 1914 — 1918 гг. и Советская власть в России окончательно превращают эти массы в активный фактор всемирной политики и революционного разрушения империализма, хотя этого не видит еще упорно образованное мещанство Европы и Америки, в том числе вожди II и II½ Интернационалов» ¹.

Принятые на Втором конгрессе Коминтерна тезисы по национальному и колониальному вопросам определили позицию коммунистических партий по этим проблемам. В основу их положено признание необходимости единства всех основных антиимпериалистических сил, в авангарде которых идет рабочий класс, как обязательное условие национального и социального освобождения. В будущих решающих сражениях мировой революции, указывал Ленин, движение большинства населения земного шара, первоначально направленное на национальное освобождение, обратится в процессе борьбы против капитализма и империализма, и для победы над общим врагом — империализмом — необходимо тесное сотрудничество всех антиимпериалистических сил с Советским Союзом.

Историки буржуазного и социал-реформистского направления трактуют решения Второго конгресса по наци-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, стр. 4 — 5.

475 ональному и колониальному вопросам как прагматические. Коминтерн якобы рассматривал угнетенные народы как объекты, борьба которых должна была служить исключительно интересам коммунистического движения, которое в свою очередь рассматривалось ими как орудие политики Советского правительства. Союз между пролетарским и национально-освободительным движением, утверждают эти историки, не может быть реальным, так как интересы сторон противоположны. Английский историк Сетон Уотсон пишет, что поражение рабочего класса в 1919 г. в Германии и Венгрии и наступивший спад революционного накала в других странах Европы заставили большевиков уделить больше внимания Азии. Коммунисты, пишет он, пришли к заключению, что пролетарское движение на Западе нуждалось в помощи трудящихся масс Востока. Удар капиталистическим державам должен быть нанесен в наиболее уязвимом месте, в колониальных владениях. Однако, рассуждает далее Уотсон, эта задача была далеко не простой. Азиатские и мусульманские народы были в социальном отношении отсталыми, их пролетариат немногочислен, лидеры национального движения не были марксистами, а некоторые из них были реакционерами, которые идеализировали докапиталистическое прошлое. Коминтерн стоял перед трудным выбором. Поддерживать силы социальной революции в колониях, невзирая на то, что они еще слабы, ценою раскола национального фронта или же оказывать поддержку националистическим лидерам, даже если они реакционны, с тем чтобы причинить затруднения западным державам, главным силам мирового капитализма. Настоящий коммунист, интернационалист, по мнению Уотсона, должен был бы избрать первый вариант. Советский же чиновник — второй. И поскольку власть Советского правительства над Коминтерном нарастала, то второй вариант стал господствующим. Однако, утверждает Уотсон, ни Коминтерн, ни Советское правительство не связывали себя только одним вариантом, и это привело к тому, что коммунисты «лишились доверия многих революционеров, не завоевав доверия многих националистов» ¹. Аналогичные доводы высказывают и другие критики Коминтерна. Боркенау пишет, что защиту национальной независимости трудно

¹ См. Hugh Seton-Watson. The Pattern of Communist Revolution. L., 1960, pp. 127 — 128.

476 совместить с социалистическим интернационализмом. Но Ленин понял исключительное значение национализма в наше время, и поэтому советские руководители и деятели Коминтерна стремились использовать национальные движения в своих интересах. И этим Ленин отошел от марксизма, заменил пролетарский интернационализм — национализмом ¹.

Юлиус Браунталь в своей «Истории Интернационала» уделяет национальному и колониальному вопросам исключительно мало места, подтверждая этим еще раз пренебрежительное отношение II Интернационала к этому вопросу. Ленин, пишет Браунталь, рассматривал национально-революционные движения колоний как потенциальных союзников Советской России. «Он был убежден, что отпадение колоний от европейских держав, которые ими владеют, приведет к крушению капиталистической структуры последних». Поэтому, продолжает далее Браунталь, Ленин считал, что одной из самых настоятельных задач Коминтерна является установление тесного союза с национально-освободительным движением, о чем он и говорил на Втором конгрессе Коминтерна ². Заметим, кстати, что формулировка, которую Браунталь пытается навязать Ленину, о том, что «отпадение колоний от европейских держав, которые ими владеют, приведет к крушению капиталистической структуры последних», не принадлежит Ленину. Эта формулировка фигурировала первоначально в дополнительных тезисах, представленных Второму конгрессу Роем. Она гласила: «Без разрушения колониальной империи свержение капиталистической системы в Европе не представляется возможным» ³. Эта формулировка была отклонена на пленарном заседании конгресса и принятой оказалась следующая: «Уничтожение колониального владычества вместе с пролетарской революцией в метрополиях свергнет капиталистическую систему в Европе» ⁴. Это совершенно другое, Браунталь извратил мысль Ленина.

Тезис о прагматизме Коминтерна в колониальном вопросе с начала до конца надуман. Ленин и большевики с первых лет XX века в выступлениях, работах, партийных

¹ См. F. Borkenau. World Communism. Michigan, 1962, pp. 284 — 290.

⁴ В. И. Ленин и Коммунистический Интернационал, стр. 203.

477 документах, в том числе программных, последовательно отстаивали принцип права наций на самоопределение. Первые акты Советского правительства в отношении угнетенных ранее царским правительством народов как в России, так и за ее пределами были направлены на полное осуществление этого принципа.

В начале 1922 г. народный комиссар по иностранным делам РСФСР Г. В. Чичерин в следующих словах сформулировал позицию Советского правительства: «Наша восточная политика остается диаметрально противоположною восточной политике империалистических стран. Наша восточная политика стремится к самостоятельному экономическому и политическому развитию восточных народов и будет их в этом всячески поддерживать. Мы усматриваем свою роль и свое призвание в том, чтобы быть естественными и бескорыстными друзьями и союзниками народов, борющихся за приобретение своего полного самостоятельного экономического и политического развития» ¹. Всемерная поддержка самостоятельного политического и экономического развития угнетенных империализмом стран и народов, бескорыстная помощь в деле ликвидации нищеты, отсталости экономической и культурной, уничтожения огромного неравенства в уровне производительных сил, что является прямым следствием империалистического господства — все это вытекает из существа учения Маркса, Энгельса, Ленина, принципы которого составляют равноправные положения всех без всякого различия расового, как и национального и социального положения. Это является гранитной основой прочного союза пролетарского и национально-освободительного движения.

Буржуазная критика теории и практики Коммунистического Интернационала в вопросе о национально-освободительном движении выдает страх идеологов капитализма перед фактом прочного союза мировой системы социализма, международного пролетарского и национально-освободительного движения. Своей клеветой о том, что Коммунистический Интернационал ставил своей целью использовать национально-освободительные движения в интересах только пролетариата и Советского Союза, не считаясь с интересами угнетенных народов, а большей частью якобы

¹ Цит. по статье Д. Кунаева. «В. И. Ленин и национально-освободительное движение» («Коммунист», 1969, № 17, стр. 58).

478 действуя против них, буржуазная историография пытается отвлечь внимание от политики насилия, грабежа, геноцида, проводимой империалистическими государствами, пытается посеять недоверие среди народов угнетенных стран к политике социалистических стран, к международному коммунистическому движению.

Э. Карр уделяет значительное место в своем многотомном труде «Большевистская революция 1917 — 1923 гг.» национальному и колониальному вопросам, останавливается подробно на ходе подготовки и обсуждения этих вопросов на Втором конгрессе Коминтерна. Карр правильно считает, что уже в статьях «Горючий материал в мировой политике», написанной Лениным в 1908 г., и «Демократия и народничество в Китае», написанной в 1912 г., видна «замечательная» отправная точка, что «демократическое революционное движение за национальное освобождение отсталых стран Азии должно объединиться... с социалистическим революционным движением промышленных стран Европы» ¹. Карр пишет, что перед Вторым конгрессом Коминтерна стояла задача применения принципов мировой революции к восточным народам, разработки положений о совместной борьбе и что тезисы Ленина положены в основу теории и практики коммунистов в национальном и колониальном вопросах. «Еще в 1905 году,— пишет Карр,— Ленин выработал программу союза пролетариата и мелкобуржуазного крестьянства для доведения до конца первого этапа... революции и блестяще осуществил эту программу в 1917 году. Этот прецедент имели в виду многие делегаты Второго конгресса Коминтерна» ².

Однако Карр ставит под сомнение искренность советской политики по отношению к странам Востока. Он утверждает, что РСФСР в первые годы своего существования вынуждена была проводить из-за своей слабости политику «великодушного самоотречения». «В таких условиях отказ от прав бывшего царского правительства, на которые его преемники имели право претендовать, не так уж многого стоит» ³.

Карр далее утверждает, что «проектируемые временные союзы с буржуазными группами были прежде всего комбинациями, в которых сегодняшние союзники — кре-

¹ E. Carr. The Bolshevik Revolution 1917 — 1923, vol. III, p. 230.

³ Ibid., p. 233.

479 стьяне, буржуазные националисты, социал-демократы — становились завтра врагами, и должны были быть объявлены таковыми сразу же, как только цели совместных действий будут достигнуты» ¹. Потенциальные союзники, так же как и коммунисты, были убеждены в краткосрочности этого союза и это «отбивало у них всякую охоту считать подобный союз основным принципом своей политики» ². Резолюция Четвертого конгресса Коминтерна по восточному вопросу и выдвинутая на этом конгрессе идея антиимпериалистического фронта, пишет далее Карр, давала Коминтерну возможность приспособить с максимальной гибкостью свою линию в этом вопросе к меняющимся потребностям советской внешней политики. «Это был дальнейший шаг отождествления конечных задач мировой революции с текущими национальными интересами страны, которая одна располагала всем необходимым для того, чтобы выступать как эталон революционности» ³.

Карр таким образом попытался приписать Коминтерну и Советской стране стремление использовать в своих якобы эгоистических интересах национально-освободительное движение. Тезис Карра игнорирует объективные причины, которые лежат в основе антиимпериалистического единого фронта и единства всех революционных и демократических сил мира. Причем, кроме экономических факторов, являющихся основными, оказывают свое действие и другие — исторические, национальные, культурные и моральные. «Все эти факторы,— справедливо писал академик Е. Варга,— действуют против империализма, вызывают не в меньшей мере, чем экономическая эксплуатация, ненависть всего народа колоний и освободившихся стран, особенно интеллигенции, к империалистам» ⁴. Последовательная антиимпериалистическая позиция СССР явилась важнейшей опорой национально-освободительных движений во всем мире, сплотила антиимпериалистические силы.

Вывод Карра о том, что стратегия и тактика Коминтерна определялись корыстными интересами советской внешней политики, не соответствует действительности. Отдельные акции советской дипломатии, вытекавшие из конк-

¹ E. Carr. The Bolshevik Revolution 1917 — 1923, vol. III, p. 258.

⁴ Е. Варга. Очерки по проблемам политэкономии капитализма. М., 1964, стр. 99.

480 ретных условий данного отрезка времени и направленные на укрепление международных позиций Советского государства, следует рассматривать в связи со всем комплексом проблем — экономических, политических, внешнеполитических в том числе, определявших линию Советского правительства на длительный период. В качестве аргумента Карр приводит малозначительный эпизод с Энвер-пашой, который имел место на I съезде народов Востока в Баку. Карр уделяет этому эпизоду довольно много места, считая, что он является иллюстрацией дилеммы, которая якобы стояла перед советской внешней политикой — пренебрегать ли своими национальными интересами или применять такие акции, которые противоречат революционным принципам. «Энвер мог быть ценным приобретением для советской политики,— пишет Карр,— но его трудно было рекомендовать как борца за национальное освобождение и тем более за мировую революцию». Карр признает, что у него нет достаточных данных, которые указывали бы, какое влияние оказал этот эпизод на работу съезда. Но этот эпизод, пишет он, получил большой резонанс, его подхватили социалисты Европы. На съезде Независимой социалистической партии Германии в Галле (12 — 17 октября 1920 г.) противники Коминтерна, как утверждает Карр, имели основание заявить, что Коминтерн не устоял перед искушением «рассматривать народы Востока как пешки на шахматной доске в своей дипломатической войне с Антантой». В примечании к этому месту Карр пишет, что это заявление было сделано Мартовым¹. Карр хорошо писал в своей книге «Что такое история» об обязанности историка критически относиться к фактам, о необходимости определения их исторической значимости, их тщательной проверки, прежде чем пустить их в исторический оборот. И это свое положение он удачно иллюстрирует на некоторых примерах². Однако на практике в данном случае Карр отошел от своего положения. Вряд ли можно считать правильным, что клеветнические утверждения противника Коминтерна и Советского государства меньшевика Мартова, сделанные в пылу полемики, можно отнести к историческим фактам, подтверждающим тезис Карра о позиции Коминтерна в колониальном вопросе. Да и само изложение Карром эпи-

¹ См. E. Carr. The Bolshevik Revolution 1917 — 1923, vol. III, pp. 264 — 267.

² См. E. Carr. What is History, pp. 11 — 13.

481 зода с Энвером-пашой тенденциозно. Энвер-паша приехал на съезд в Баку. Он просил предоставить ему слово. Президиум съезда отклонил его просьбу. На съезде было оглашено заявление Энвера, в котором между прочим говорилось, что он (Энвер-паша) является представителем союза революционных организаций Марокко, Алжира, Туниса, Триполи, Египта, Аравии и Индостана, что к III Интернационалу его привело не только стремление найти опору в борьбе против империализма, но и близость принципов. Съезд в специально принятой резолюции по данному эпизоду заявил, что необходимо соблюдать особую осторожность к деятелям типа Энвера-паши и что эти деятели должны «показать делом, что они служат трудящемуся народу и загладить прошлые ложные шаги» ¹. Отметим, что Советское правительство относилось с подозрением к Энверу-паше и не доверяло ему. Так обстоит дело с конкретным примером, который Карр приводит для подкрепления своего тезиса.

Анализ буржуазной и реформистской историографии, посвященной Второму конгрессу Коминтерна, неопровержимо свидетельствует о том, что определяющим началом при подходе буржуазного или социал-демократического историка к проблемам истории Коминтерна является его позиция противника международного коммунистического движения. Такая позиция диктует и соответствующие методы и приемы «исследования» с заранее заданной целью — доказать, что современное коммунистическое движение не соответствует коренным задачам наступившей эпохи революционного преобразования мира, и якобы «искусственно» вызвано руководителями Советской страны, и что компартии в своей политике руководствуются не коренными интересами рабочего класса, народных масс своей страны, а интересами совсем другого порядка. Между различными представителями буржуазной и реформистской историографии имеются в этом плане некоторые расхождения. Одни подчеркивают эти «выводы» с позиций оголтелого антикоммунизма, не брезгуя фальсификацией документов и фактов, подтасовыванием цитат и т. п. Другие делают это более тонко, пытаясь сохранить видимость объективности и научности. Порой такие историки даже

¹ 1-й съезд народов Востока. Баку, 1 — 8 сентября 1920 г. Стенографический отчет. П., 1920, стр. 117.

482 признают справедливость тех или иных оценок, даваемых коммунистами и Коминтерном. Но это не меняет дела. Антикоммунистическая направленность присуща буржуазной и реформистской историографии Коминтерна. Попытка отрицать закономерность возникновения международного коммунистического движения и его организационной формы — III Интернационала, объяснение основных процессов в развитии классовой борьбы в капиталистическом мире, вызвавшего появление коммунистического движения, субъективистским действием отдельных лиц или внешнеполитическими акциями Советской России — таков конечный вывод, основная тенденция работ указанных направлений. История дает достойный ответ этим «исследованиям». Мировое коммунистическое движение превратилось в самую влиятельную политическую силу современности. Под знамена коммунистических партий становятся все новые миллионы трудящихся во всем мире. Сложилась мировая социалистическая система, оказывающая все большее воздействие на ход мирового революционного процесса. Рабочее движение в странах капитала окрепло. Возросли солидарность и боевитость рабочего класса. Огромных успехов достигло национально-освободительное движение. Рухнула система колониального господства империализма. Прошедшие со времени Второго конгресса пятьдесят лет героической борьбы, выдающихся побед международного коммунистического движения подтвердили правильность основных политических и тактических решений Второго конгресса, правоту марксизма-ленинизма.

483 А. И. Соболев

РАЗРАБОТКА ЛЕНИНЫМ ПРОБЛЕМ СТРАТЕГИИ И ТАКТИКИ РЕВОЛЮЦИОННОЙ БОРЬБЫ​

(О ЗНАЧЕНИИ РАБОТЫ В. И. ЛЕНИНА «ДЕТСКАЯ БОЛЕЗНЬ «ЛЕВИЗНЫ» В КОММУНИЗМЕ»)

В политических концепциях XX века, в деятельности современного мирового коммунистического движения выдающееся место занимает работа В. И. Ленина «Детская болезнь «левизны» в коммунизме».

Эта книга была написана в связи с подготовкой Второго конгресса Коминтерна. Она имела целью обобщить политический и тактический опыт молодых коммунистических партий, уже накопленный в многочисленных классовых битвах, помочь им понять свои недостатки и ошибки, обнаружившиеся в ходе революционной борьбы, установить взаимосвязь проверенного жизнью опыта большевизма и опыта рождающихся компартий, дать теоретическую основу для выработки политики и тактики Коминтерна и коммунистических партий в конкретно-исторических условиях, сложившихся в результате Октябрьской революции, необходимо было также учесть социально-экономические и политические последствия мировой империалистической войны, итоги первого тура пролетарских революций и проявления уже начавшегося спада революционной волны.

В этот период коммунистические партии уже вышли на широкую арену политической жизни, развертывалась их борьба против социал-оппортунизма и его замаскированной разновидности — центризма. В партиях шел процесс овладения политическими, теоретическими, тактическими и организационными основами борьбы, выработанными марксизмом-ленинизмом. А уроки поражений западноевропейского рабочего класса в революционных боях 1918 — 1919 гг. требовали значительного совершенствования всех сторон деятельности каждой коммунистической партии.

484 В этот период в международном коммунистическом движении выявилась новая опасность — псевдореволюционное течение, получившее название «левый коммунизм». Социальные, политические и идейные истоки «левизны» в коммунизме были довольно разнообразные. В одних случаях «левацкие» настроения среди коммунистов порождались их недовольством политикой соглашательства и предательства правых лидеров социал-демократии и профсоюзов. Некоторые коммунисты горели революционным нетерпением, торопились в передовой Европе проделать как можно быстрее революцию, какую совершили большевики в относительно отсталой России. Но они не имели достаточной политической зрелости, не овладели мировым революционным опытом, в том числе опытом большевизма, не знали марксистско-ленинских законов вызревания и подготовки революции.

В книге Ленин анализирует и объективные, социальные корни «левого» коммунизма. Известно, что на борьбу против капитализма поднимались и отсталые слои рабочих, мелкая буржуазия города, трудовое крестьянство, наиболее близкие к народным массам отряды интеллигенции. Полупролетарские и непролетарские слои трудящихся стихийно вносили в рабочее движение мелкобуржуазную революционность, анархические, авантюристические настроения.

Отражением в коммунистическом движении всех этих объективных процессов и субъективных факторов явились ультрареволюционное фразерство и сектантская тактика, пренебрежительное отношение к работе в массах и тех организациях, где на эти массы можно влиять, прямолинейное отрицание любых компромиссов, игнорирование объективных законов классовой борьбы, недооценка марксистской теории и нежелание учитывать международный революционный опыт. Ультрареволюционное фразерство и тактика были направлены также против коммунистической партийности, марксистско-ленинских организационных основ компартий, партийной дисциплины и т. д. Без научного анализа причин появления «левого» коммунизма, без раскрытия его лжереволюционной сущности, без критики его опасных последствий невозможно было создавать боеспособные коммунистические партии.

Книга Ленина полностью выполнила задачи и цели, поставленные перед ней потребностями международного

485 коммунистического движения. Она дала теоретические ответы на коренные вопросы политического, организационного и идеологического строительства коммунистических партий и Коминтерна в новых, сложных исторических условиях и явилась марксистской теоретической основой для обсуждения и выработки решений Второго конгресса, определившего принципы и перспективы развития международного коммунистического движения на длительный исторический срок.

Вместе с тем необходимо подчеркнуть, что работа Ленина «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» вышла далеко за пределы тех конкретно-исторических задач, которые она была призвана решать в свое время. По своей проблематике, глубине, всесторонности и научности разработки коренных вопросов подготовки и проведения революций она значительно перешагнула рамки своего исторического периода и представляет собой выдающееся произведение марксистской мысли нашего времени, политический наказ революционерам ХХ века, глубокое по содержанию, неисчерпаемое по богатству мыслей, исключительно аргументированное в научном отношении, подлинно энциклопедическое пособие по руководству классовой борьбой в эпоху империализма и пролетарских революций, в эпоху раскола мира на две системы и противоборства между ними.

На основе анализа глубинных тенденций общественного развития в эпоху империализма и пролетарских революций, научного обобщения уже накопленного опыта и прежде всего опыта большевизма, всестороннего изучения новейших явлений во всем международном революционном движении, поразительно точного исследования источников побед и причин поражений Ленин развивает в этой книге коренные положения Маркса и Энгельса о законах классовой борьбы, обогащает теорию социалистической революции, поднимает ее на новую ступень.

Качественно новое в работе «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» состоит в том, что в ней Ленин всесторонне разрабатывает и в целостном виде излагает науку о законах и принципах руководства классовой борьбой пролетариата в эпоху империализма, о законах подготовки и проведения пролетарских революций в эту эпоху, определяет основу политической и тактической деятельности коммунистических партий как в момент собирания рево-

486 люционных сил в целях наступления на капитализм, так и в процессе самой революции, с исключительной глубиной разрабатывает и обосновывает проблему сочетания интернационального и национального в коммунистическом движении, выделяет ядро этой проблемы — объективную необходимость и реальное умение коммунистических партий творчески применять общие законы марксизма к конкретно-историческим, национально-специфическим условиям каждой страны.

В книге определены коренные тенденции развития революционной борьбы рабочего класса, важнейшие вопросы стратегии и тактики коммунистических партий на длительный исторический период.

Ленин рассматривает поставленные проблемы как неразрывные, диалектически взаимосвязанные звенья в целостной марксистской науке об объективных процессах вызревания революции, о законах подготовки и проведения социалистических революций, о принципах руководства классовыми битвами пролетариата против буржуазии. Как показывает опыт, выводы Ленина действительны в течение всего периода мирового противоборства социализма и капитализма, вплоть до полного торжества трудящихся масс на всей земле.

С образованием мировой системы социализма, углублением и расширением мирового революционного процесса и резким обострением противоречий империализма, исторические объективные условия классовой борьбы изменились в огромной степени. Произошли серьезные изменения и в самом коммунистическом движении. Коммунистические партии выросли численно, закалились в идейном и политическом отношении, окрепли организационно. Единого централизованного органа руководства коммунистическим движением давно уже нет. Процесс выработки политической линии, стратегии и тактики осуществляется самостоятельно каждой коммунистической партией, что серьезно повышает требование к их марксистско-ленинской вооруженности.

В этих изменившихся условиях коренные положения книги Ленина «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» не только не утратили своего значения, а, наоборот, приобрели еще более актуальное звучание.

487

1. ОВЛАДЕВАТЬ ЗАКОНАМИ КЛАССОВОЙ БОРЬБЫ​

Великий вождь и учитель рабочего класса, развивая и конкретизируя научные основы рождавшегося современного международного коммунистического движения, прежде всего точно определяет основную задачу, стратегическую цель, которой должна быть подчинена вся политическая, организационная, тактическая деятельность Коминтерна и его секций — свержение буржуазии и установление диктатуры пролетариата. Исторически перед коммунистами мира выдвигалась великая задача превращения — непосредственно или через необходимые переходные ступени — «диктатуры пролетариата из национальной (т. е. существующей в одной стране и неспособной определять всемирную политику) в интернациональную (т. е. в диктатуру пролетариата по крайней мере нескольких передовых стран, способную иметь решающее влияние на всю мировую политику)» ¹.

Для достижения этой важнейшей и невероятно трудной задачи Ленин и ставит перед коммунистами во всем объеме, многообразии и сложности проблему совершенствования и значительного повышения уровня руководства классовой борьбой.

В основе ленинской концепции руководства классовой борьбой в эпоху империализма и пролетарских революций лежат два принципиально важные положения, которые явились теоретической основой разработки интернациональной политики и тактики на Втором конгрессе Коминтерна.

Во-первых, Ленин исходил из всесторонне обоснованного им положения, что капитализм как форма общественного развития исторически исчерпал себя, мировая система империализма вступила в полосу глубокого кризиса и созрела для революций в целом как система.

Во-вторых, в период объективной зрелости системы капитализма для перехода к социализму, в эпоху начавшейся мировой пролетарской революции в огромной, а иногда решающей степени повышается роль сознательного участия, повышается роль субъективного фактора в классовых битвах. Исход революционных боев иногда зависит не только от соотношения классовых сил, но и от правильно-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 165.

488 сти политики коммунистической партии, от ее способности маневрировать и умения использовать наиболее эффективные в данных условиях формы и методы борьбы, от правильности выбора момента выступления, который иногда исчисляется не месяцами, а неделями или даже днями.

Развивая марксистские положения о значении правильной стратегии и тактики, обобщая новейшие явления и процессы, Ленин считал первейшей обязанностью коммунистических партий всесторонне овладевать законами революционной борьбы и руководства ею. Правильное руководство может компенсировать отдельные слабости в расстановке классовых сил, и, наоборот, ошибки и просчеты в руководстве, как правило, приводят к поражениям даже при благоприятном соотношении сил. В книге «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» Ленин подчеркивал, что только точный и всесторонний учет объективной ситуации и научное сопоставление всего многообразия социальных, субъективных факторов и обстоятельств дает возможность правильно определять политическую линию и тактику борьбы в каждый данный момент.

Ленин специально обращал внимание коммунистов мира на то, что «политика больше похожа на алгебру, чем на арифметику, и еще больше на высшую математику, чем на низшую» ¹.

Он показал, что «политика есть наука и искусство, которое с неба не сваливается, даром не дается, и что пролетариат, если он хочет победить буржуазию, должен выработать себе своих, пролетарских, «классовых политиков», и таких, чтобы они были не хуже политиков буржуазных» ².

При этом Ленин дает весьма точную характеристику того, что́ понимать под научным определением политики. «Наука,— пишет он,— требует, во-первых, учета опыта других стран, особенно, если другие, тоже капиталистические, страны переживают или недавно переживали весьма сходный опыт; во-вторых, учета всех сил, групп, партий, классов, масс, действующих внутри данной страны, отнюдь не определения политики на основании только желаний и взглядов, степени сознательности и готовности к борьбе одной только группы или партии» ³.

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 88.

³ Там же.

489 Вот эта диалектика объективного и субъективного в революции, понимание сущности политического руководства как науки и искусства, освоение опыта борьбы классов в других странах, научно обоснованный учет расстановки всех сил, партий, классов, масс внутри страны и международной обстановки — все это и составляет содержание законов руководства классовой борьбой, определяет сущность его принципов, выбор форм и методов революционно-преобразующей деятельности компартий.

Ленин с поразительной глубиной показал, как можно на основе правильного анализа объективных обстоятельств усилить активность и боеспособность движущих сил революции.

Он учил коммунистов противопоставлять изощренному политиканству буржуазии, ее богатейшему опыту подавления революционных движений, ее коварной тактике социальной демагогии и политического маневрирования научно обоснованное, более гибкое, более умелое и более искусное руководство прогрессивными силами, что возможно только на базе творческого марксизма. И речь идет не только о тактических вариациях, не только об умении выигрывать отдельные классовые битвы с буржуазией.

Проблему руководства революционными битвами пролетариата Ленин понимает в самом широком глобальном смысле, охватывающем все стороны классовых отношений. Ленин показал, что для успешного руководства классовой борьбой необходимо:

непрерывно повышать боеспособность коммунистических партий путем установления строжайшей партийной дисциплины, усиления политической и идеологической сплоченности ее рядов; систематически творчески усваивать марксистскую теорию и глубоко познавать мировой революционный опыт, особенно опыт победоносных революций под углом зрения современных задач, уметь делать бескомпромиссно-самокритические выводы из неудач и поражений — и на основе всех объективных и субъективных, внутренних и внешних факторов творчески вырабатывать политическую линию;

вести непрерывную борьбу как против правого оппортунизма, проводящего политику соглашательства с буржуазией, так и против «левого» оппортунизма;

работать там, где массы, и в тех организациях, которые связаны с массами, либо имеют влияние на массы,

490 даже если эти организации являются реакционными, упорно и настойчиво, методично и всесторонне готовить массы к решающим боям с буржуазией, всеми возможными путями подводить массы к революции;

неустанно укреплять руководящую роль рабочего класса в политической жизни страны, для чего необходимо повышение его организованности и сознательности, глубокое понимание экономических и политических интересов непролетарских слоев трудящихся, причин неустойчивости наиболее колеблющихся из них, тактически и организационно оформленная готовность поддержать их справедливые требования, последовательное проведение линии на союз с трудовым крестьянством и одновременно умение заключать самые широкие союзы, чтобы привлечь к себе все социальные силы, находящиеся в конфликте с господствующими эксплуататорскими классами или даже в оппозиции к ним, и нейтрализовать неустойчивые элементы, помешать реакции привлечь их на свою сторону;

точно определять стратегические этапы и знать, какой следующий шаг должна сделать партия, чтобы поднимать классовую борьбу на новый уровень;

обеспечить гибкость и эффективность тактики, полное ее соответствие конкретно-историческим условиям, умение менять ее в соответствии с крутыми поворотами классовой борьбы, в зависимости от сдвигов во внутренней и внешней обстановке;

овладеть всеми без изъятия формами борьбы, вооружить партию и передовые массы умением всегда быть готовыми использовать любую форму действия или быстро переходить от одной формы к другой;

овладеть сложным искусством (которое дается глубокими марксистскими знаниями и колоссальным политическим опытом) определять, когда массы необходимо вести на прямой штурм позиций господствующих классов, когда и в какой последовательности требуются обходные маневры и переходные действия; когда следует наступать, когда нужно организованно отступать, а это возможно определить только на основе всестороннего анализа расстановки и соотношения классовых сил, умения предвидеть, в каком направлении будут двигаться различные социальные слои, какие классы и партии и по каким вопросам могут колебаться.

491 Наука и искусство руководства классовой борьбой включают также последовательную революционность партии, пролетарско-классовый подход к решению всех общественных проблем, беззаветную преданность делу революции, историческое мужество и непоколебимую решимость довести борьбу с буржуазией до конца, до полного торжества дела социализма.

Большое внимание, которое уделял Ленин роли и значению правильного, т. е. научно обоснованного и тактически гибкого руководства, противники ленинизма пытались представить как пристрастие Ленина к субъективизму. Находились даже теоретики, которые утверждали, будто бы Маркс больше обращал внимание на объективное развитие революционных процессов, в то время как Ленин переносил центр тяжести на решающую роль волевого, субъективного, активно действенного решения вопроса. Все работы Ленина и в первую очередь книга «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» помогают разоблачать лживо-надуманный, клеветнический характер подобных утверждений.

Ленин с исключительной глубиной показал полную несостоятельность любых проявлений субъективизма и экстремизма, вредность для дела революции всяких анархических, полуанархических действий. Он указал на политический вред поступков тех, даже лично честных коммунистов, которые хотели искусственно ускорить наступление революции, подтолкнуть ее. Он подверг суровой критике все проявления сектантства, «коммунистической левизны», «революционного нетерпения», всякие попытки, хотя и мужественные по форме, но авантюристические по содержанию, ввязываться в бой силами одного авангарда без поддержки масс. Основной порок «левого» коммунизма Ленин видит в отрыве левацки настроенных коммунистов от жизни, в отсутствии у них научного понимания законов классовой борьбы и в элементарном непонимании ими принципов руководства ею.

Но Ленин не ограничивается критикой вредности левацко-сектантских взглядов и действий, а главное внимание обращает на глубокий анализ того, как, при каких объективных условиях и при какой расстановке классовых сил могут вспыхнуть победоносные социалистические революции, как подводить массы к революции и какой должна быть тактика коммунистического авангарда в

492 период общенационального политического кризиса, т. е. в период революционной ситуации.

«Основной закон революции,— писал Ленин,— подтвержденный всеми революциями и в частности всеми тремя русскими революциями в XX веке, состоит вот в чем: для революции недостаточно, чтобы эксплуатируемые и угнетенные массы сознали невозможность жить по-старому и потребовали изменения; для революции необходимо, чтобы эксплуататоры не могли жить и управлять по-старому. Лишь тогда, когда «низы» не хотят старого и когда «верхи» не могут по-старому, лишь тогда революция может победить. Иначе эта истина выражается словами: революция невозможна без общенационального (и эксплуатируемых и эксплуататоров затрагивающего) кризиса. Значит, для революции надо, во-первых, добиться, чтобы большинство рабочих (или во всяком случае большинство сознательных, мыслящих, политически активных рабочих) вполне поняло необходимость переворота и готово было идти на смерть ради него; во-вторых, чтобы правящие классы переживали правительственный кризис, который втягивает в политику даже самые отсталые массы (признак всякой настоящей революции: быстрое удесятерение или даже увеличение во сто раз количества способных на политическую борьбу представителей трудящихся и угнетенной массы, доселе апатичной), обессиливает правительство и делает возможным для революционеров быстрое свержение его» ¹.

В борьбе с авантюристической революционностью своего времени и гениально предвидя расширение в будущем масштабов революционного движения и тысячекратное увеличение сил, стихийно рвущихся к борьбе, Ленин неоднократно и с разных сторон обосновывает сущность основного закона революции, доказывает, что революция делается только массами, под руководством своего передового отряда, только в интересах масс. При этом Ленин раскрывает необходимость собственного политического опыта масс. Понимание этого аспекта имеет первостепенное значение для овладения наукой и искусством политического руководства классовой борьбой. «А для того,— пишет Ленин,— чтобы действительно весь класс, чтобы действительно широкие массы трудящихся и угнетенных

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 69 — 70.

493 капиталом дошли до такой позиции, для этого одной пропаганды, одной агитации мало. Для этого нужен собственный политический опыт этих масс. Таков — основной закон всех великих революций, подтвержденный теперь с поразительной силой и рельефностью не только Россией, но и Германией» ¹.

Это ленинское положение, направленное против «левизны» в коммунизме в начале 20-х годов, является вместе с тем гениальным и прозорливым обоснованием жизненной необходимости преодоления левацкой революционности в коммунистическом движении на всех этапах развития мировой социалистической революции. Эти идеи и в настоящее время вооружают коммунистические партии для борьбы против всякого рода революционной «чесотки».

Всесторонне рассмотрев вопрос о революционной ситуации, Ленин с мудростью гениального теоретика и с поразительным мастерством великого стратега и тактика революционных битв формулирует классическое обоснование того, когда, при каких условиях, при какой расстановке классовых сил, при каком подъеме масс революция может наверняка победить. «Когда,— пишет Ленин,— речь идет о практическом действии масс, о размещении — если позволительно так выразиться — миллионных армий, о расстановке всех классовых сил данного общества для последнего и решительного боя, тут уже с одними только пропагандистскими навыками, с одним только повторением истин «чистого» коммунизма ничего не поделаешь. Тут надо считать не до тысяч, как в сущности считает пропагандист, член маленькой группы, не руководившей еще массами; тут надо считать миллионами и десятками миллионов. Тут надо спросить себя не только о том, убедили ли мы авангард революционного класса,— а еще и о том, размещены ли исторически действенные силы всех классов, обязательно всех без изъятия классов данного общества, таким образом, чтобы решительное сражение было уже вполне назревшим» ².

Таких факторов в расстановке классовых сил, благоприятствующих революции, Ленин выдвигает три. Необходимо, во-первых, чтобы все враждебные нам классовые

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 78.

² Там же, стр. 79.

494 силы достаточно запутались, достаточно передрались друг с другом, достаточно обессилили себя борьбой, были бы политически ослаблены, изолированы в классовом отношении. Во-вторых, чтобы все колеблющиеся, а также неустойчивые, промежуточные социальные слои обнажили свою сущность, не смогли бы сыграть роль мостика между буржуазией и народом, и тем самым изменить соотношение сил, в пользу буржуазии, а мелкобуржуазная демократия (имеются в виду различного рода соглашательские партии) достаточно разоблачила себя перед народом. В-третьих, чтобы в пролетариате, который объединяет вокруг себя всех трудящихся, началось и стало могуче подниматься массовое настроение в пользу поддержки самых решительных, беззаветно смелых, революционных действий против буржуазии. «Вот тогда,— указывает Ленин,— революция назрела, вот тогда наша победа, если мы верно учли все намеченные выше, кратко обрисованные выше условия и верно выбрали момент, наша победа обеспечена» ¹.

Важнейшим условием повышения боеспособности компартий, их эффективной работы среди пролетариата, непременной предпосылкой умения вырабатывать правильную политическую линию, овладевать наукой и искусством руководства классовой борьбой Ленин считал научное и творческое освоение опыта всего мирового революционного движения и прежде всего опыта большевизма вообще, освоение уроков подготовки и проведения Октябрьской революции в особенности.

В. И. Ленин говорил по этому поводу: «Теперь мы имеем уже перед собой очень порядочный международный опыт, который говорит с полнейшей определенностью, что некоторые основные черты нашей революции имеют не местное, не национально-особенное, не русское только, а международное значение. И я говорю здесь о международном значении не в широком смысле слова: не некоторые, а все основные и многие второстепенные черты нашей революции имеют международное значение в смысле воздействия ее на все страны. Нет, в самом узком смысле слова, т. е., понимая под международным значением международную значимость или историческую неизбежность повторения в международном масштабе того, что̀ было у

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 79.

495 нас, приходится признать такое значение за некоторыми основными чертами нашей революции» ¹.

Ленин показал, что в большевизме есть много исторически общезначимого, политически общеприменимого, в революционно-тактическом отношении общеобязательного. Поэтому он в ряде своих работ и особенно в книге «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» подводил коммунистов к понимаю того, «что большевизм годится как образец тактики для всех» ², что «в некоторых весьма существенных вопросах пролетарской революции всем странам неизбежно предстоит проделать то, что проделала Россия» ³.

Всестороннее освоение опыта большевизма и его творческое применение к конкретно-историческим условиям каждой страны Ленин считал основой всей работы по формированию подлинно революционного, подлинно коммунистического авангарда международного пролетариата. «Передовые рабочие во всех странах давно поняли это,— а еще чаще не столько поняли, сколько инстинктом революционного класса схватили, почуяли это. Отсюда международное «значение» (в узком смысле слова) Советской власти, а также основ большевистской теории и тактики» ⁴.

Это положение, высказанное более пятидесяти лет назад и подтвержденное опытом других революций, с течением времени приобретает все большее политическое и идеологическое значение, так как только творческое освоение и применение ленинизма, обогащаемого теорией и практикой международного коммунистического движения, опытом стран социализма обеспечивает успех в борьбе за демократию и социализм.

Но именно вокруг этого вопроса на мировой арене в настоящее время развернулась ожесточенная политическая и идеологическая борьба. Буржуазные идеологи расширили и усилили свои нападки на ленинизм, пытаясь доказать его национально-ограниченный характер. В их фарватере идут идеологи и политики правой социал-демократии.

Против всеобщей, интернациональной сущности ленинизма и международного значения опыта КПСС неистово

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 3.

⁴ Там же, стр. 4.

496 выступают правые ревизионисты, маоистские, троцкистские элементы, разного рода «левацкие» революционаристы и ренегаты. Они неустанно повторяют разного рода клеветнические утверждения о том, что ленинизм в основе своей отражает специфические условия классовой борьбы в отсталой, преимущественно крестьянской стране, что опыт советских коммунистов трудно или даже невозможно применить в капиталистически развитых странах.

Но вся полувековая история мирового революционного движения показывает, что без глубокого освоения опыта КПСС, без овладения ленинизмом и его творческого применения немыслимо создать боевую партию и вести победоносные бои с господствующими классами. Международное значение опыта большевизма, наличие общезначимых, общеисторических черт в его политике, стратегии и тактике определяется тем, что:

Во-первых, большевики были единственной партией начала двадцатого века, которая всю свою политическую деятельность строила на базе творческого марксизма, обогащая и развивая его применительно к условиям революционных сражений в эпоху империализма.

Во-вторых, опыт большевизма явился высшим достижением мирового рабочего, коммунистического движения. В революционно-преобразующей деятельности большевиков, руководивших победоносной пролетарской революцией и ставших во главе строительства социализма, в концентрированном виде воплотились все лучшие достижения и уроки классовых сражений пролетариев всех стран.

В-третьих, на коротком промежутке времени XX века большевики сами накопили колоссальный и многообразный опыт революционных действий. Они широко использовали и сочетали легальные и нелегальные, мирные и немирные формы борьбы, методы прямых и решительных действий против царизма и буржуазии и различного рода политическое и тактическое маневрирование, включая компромиссы. Большевизм проделал практическую историю, которая по богатству опыта не имеет себе равной в свете. Ибо ни в одной стране за эти годы «не было пережито даже приблизительно так много в смысле революционного опыта, быстроты и разнообразия смены различных форм движения, легального и нелегального, мирного и бурного, подпольного и открытого, кружкового и массового, парламентского и террористического. Ни в одной

497 стране не было сконцентрировано на таком коротком промежутке времени такого богатства форм, оттенков, методов борьбы всех классов современного общества» ¹.

Богатейший и по существу до сих пор непревзойденный по богатству и разнообразию опыт накопили коммунисты России в период подготовки и проведения Октябрьской революции. В этот период соотношение и расстановка сил в России менялись очень быстро. Но никогда эти крутые повороты не заставали партию врасплох. Она неустанно следила за развитием событий и, преодолевая гигантские трудности, правильной политикой, гибкой тактикой и умелым маневрированием укрепляла и умножала боевые настроения масс и через все барьеры и препятствия самыми верными путями подводила их к революции. На определенном этапе Ленин, партия видели перспективу мирного взятия власти, но они не исключали вооруженного сопротивления буржуазии и ориентировали массы всегда быть в состоянии боевой готовности. Когда возможности мирного взятия власти были исчерпаны, партия большевиков выдвинула лозунг вооруженного восстания в качестве практической задачи. В годы гражданской войны партия выработала организационные принципы народной армии, создала стратегию и тактику революционной войны против внутренней контрреволюции и иностранной интервенции, широко использовала партизанские отряды в общенародной борьбе за сохранение и упрочение власти Советов.

В-четвертых, большевизм имеет самый богатый в мире по принципиальному значению, научно-теоретическому содержанию и практическим результатам опыт борьбы с правыми и «левыми» оппортунистами, реформистами и центристами, анархистами и сектантами.

В деятельности большевиков, в их политике и тактике либо в полном, развернутом объеме, либо в зародышевом виде существовали и претворялись в жизнь все основные формы революционного действия, имевшие внутреннюю тенденцию к постоянному развитию и обогащению. На каждом новом витке спирали исторически восходящего развития общества важнейшие стороны опыта большевизма могут дать, уже дали и бесспорно дадут новые, более богатые плоды. На основе этого опыта творчески разраба-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 8.

498 тываются и обогащаются формы завоевания власти, методы организации пролетарских и всех трудящихся масс, их мобилизации на штурм монополистической буржуазии, законы и принципы организации нового, социалистического общества.

В. И. Ленин всегда внимательно изучал и с принципиальных марксистских позиций оценивал весь опыт международного рабочего движения. В послеоктябрьский период он глубоко проанализировал то новое, что внесли в теорию и практику марксизма революционные битвы пролетариата Германии, Венгрии, Финляндии, Болгарии, Чехословакии и других стран, рабочее движение Франции, Италии, Англии, США, сложный процесс размежевания с реформизмом и центризмом, весь многосторонний процесс зарождения и становления коммунистического движения.

Ленин сформулировал закономерности и определил перспективы развития мировой социалистической революции в эпоху империализма, выработал основы стратегии и тактики коммунистических партий в этой революции.

Овладение опытом большевизма — это и есть в первую очередь глубокое и всестороннее освоение великих ленинских идей, творческое применение ленинизма к решению конкретно-исторических задач классовой борьбы, встающих перед той или другой страной.

Под руководством Коминтерна коммунистическое движение проделало огромную работу по освоению ленинского идейного наследия и добилось гигантских результатов, имеющих поистине всемирно-историческое значение.

Исключительно большое значение приобретают ленинские советы о необходимости овладевать высоким искусством руководства классовыми битвами, изучать и осваивать опыт других стран и учитывать всю многообразную гамму социальных группировок и взаимосвязей, внутренних и международных, на современном этапе развития революционного движения.

В период Коминтерна все эти вопросы обсуждались коллективно, происходил постоянный обмен опытом и непрерывный анализ уроков и выводов из всех классовых сражений. Коминтерн, помимо других задач, выполнял функцию высшей школы обучения кадров коммунистических партий высокому искусству политического руководства. В настоящее время освоение мирового революционного опыта, овладение наукой и искусством политического

499 руководства осуществляется самостоятельно каждой коммунистической партией в соответствии с конкретно-историческими условиями и национальной спецификой. Внутренние и международные, объективные и субъективные условия классовой борьбы претерпели значительные изменения, и это повысило требования к квалифицированности руководства революционными силами, к уровню теоретического мышления компартий.

С одной стороны, условия борьбы становятся более благоприятными. Образовалась и быстро укрепляется мировая система социализма, которая оказывает все более возрастающее воздействие на ход мировой истории, содействует умножению сил, противоборствующих империализму. Рухнули колониальные империи, освободившиеся народы развертывают борьбу за экономическую самостоятельность и социальный прогресс, причем все большее число стран избирает социалистическую ориентацию.

В результате научно-технического прогресса и обострения империалистических противоречий меняется расстановка классовых сил в странах капитализма. Увеличиваются ряды людей, непосредственно эксплуатируемых монополиями. В это число уже включается все больше работников умственного труда, особенно инженеров и техников, занятых непосредственно на производстве. Широкие массы крестьянства, средние слои города, большая часть интеллигенции на собственном политическом опыте убеждаются в паразитической, антинародной, реакционной сущности монополистического капитализма. Происходит быстрый процесс активизации и радикализации молодежи, особенно студенчества.

Многие слои трудящихся в ходе борьбы за осуществление общедемократических требований приходят к пониманию того, что капитализм поражен неизлечимой болезнью, что буквально на глазах усиливается и обостряется его общий кризис, что монополии, и особенно военно-промышленные комплексы, являются угрозой для своего народа, для всех народов мира. Все это создает благоприятные условия для создания широких левых союзов и подвода масс к революции.

С другой стороны, монополистическая буржуазия в результате научно-технической революции получила новые резервы для социально-политического маневрирования. Она непрерывно совершенствует методы защиты и укреп-

500 ления своего экономического и политического господства, разнообразит всю систему антинародных, антикоммунистических мероприятий. Буржуазия также делает выводы из понесенных ею поражений и вырабатывает более гибкие методы подавления трудящихся в новых условиях. Буржуазия в ряде случаев идет на частичные уступки, шире использует методы социального подкупа, чаще и хитрее применяет социальную демагогию по отношению к одной части рабочего класса и различного рода репрессии по отношению к наиболее боевым силам. Эксплуататоры все усиленнее насаждают свою агентуру в профсоюзах, поддерживают политические течения, раскалывающие рабочий класс. Широко используют монополии для ослабления классового сознания части пролетарских рядов средства массовой информации и технизацию быта, которая в условиях капитализма насаждает мещанские настроения в рабочей среде, ежечасно и в массовом порядке. Все эти маневры имеют своей целью разобщить, разъединить отдельные отряды рабочего класса, изолировать его от коммунистического авангарда. Монополистическая буржуазия — противник опытный, коварный, изворотливый и хитрый.

Все это подтверждает правильность ленинских идей о возрастающем значении в эпоху противоборства двух мировых систем субъективного фактора в классовой борьбе, жизненную необходимость овладения коммунистическими партиями наукой и искусством политического руководства. На политическую изощренность, социальную изворотливость магнатов капитала требуется ответить еще более эффективными революционными действиями, более умелой и гибкой тактикой. Вопрос о совершенствовании всей системы политического руководства классовой борьбой выступает ныне как одна из центральных проблем мирового революционного процесса.

Решение этой задачи происходит в процессе напряженных классовых боев, осуществляется каждой компартией самостоятельно, с преодолением огромных трудностей, в обстановке колоссального идеологического давления непролетарских слоев. Причем некоторые компартии, возникшие в последнее время, еще не накопили своего опыта и не усвоили глубоко международный революционный опыт. В решениях ряда компартий указывается на слабость теоретической и идеологической работы, на нехватку квали-

501 фицированных марксистско-ленинских кадров, а это приводит к тому, что изучение марксизма-ленинизма, тем более его творческое применение в ряде партий отстает от практических задач революционного движения.

Важную роль в преодолении этих трудностей сыграли Совещания коммунистических и рабочих партий, состоявшиеся в Москве в 1957, 1960 и 1969 гг., на которых был обобщен опыт революционно-преобразовательной деятельности рабочего класса, коммунистических партий за послевоенный период. На этих Совещаниях была определена общая линия международного коммунистического движения, обсуждались важнейшие проблемы политики, стратегии и тактики коммунистических партий в борьбе за мир, демократию и социализм, за укрепление и развитие мировой системы социализма, за углубление социального содержания национально-освободительного движения. Все это значительно повысило боеспособность международного коммунистического движения.

Участники Совещания коммунистических и рабочих партий 1969 г. отмечали, что многие новые общие вопросы руководства революционной борьбой, выдвинутые самой жизнью, стремительным развитием событий, требуют более углубленного марксистско-ленинского анализа. На Совещании в 1969 г. были внесены предложения о развертывании творческих дискуссий в целях марксистско-ленинского обобщения быстро накапливаемого опыта, обмена мнениями и усвоения уроков классовой борьбы других стран в целях более глубокого овладения теорией и методом ленинизма.

Овладение ленинизмом происходило и происходит в ожесточенной идеологической борьбе. Против ленинизма ополчились и открытые идеологи буржуазии, изобретающие все новые злобные инсинуации против революционно-преобразующей теории, и либеральствующие теоретики, готовые признать какие-то частности в ленинизме, чтобы под флагом объективности опровергнуть учение в целом, и правые социал-демократы, и различного рода ревизионисты, то пытающиеся извратить марксизм-ленинизм под благовидным предлогом обогащения его новым опытом, то объявляющие ленинизм национально-ограниченным, не пригодным для развитых капиталистических стран.

Но помимо прямых выступлений против научной сущности ленинских идей имеются еще замаскированные фор-

502 мы борьбы против ленинизма, различного рода «стыдливо» ревизионистские попытки ослабить влияние ленинизма. В одних случаях — это попытки противопоставить Ленина, политика и практика,— Ленину-теоретику. «Стыдливые» ревизионисты признают роль и значение Ленина как выдающегося вождя международного пролетариата, и непревзойденного руководителя революционных боев, но отрицают ленинизм как новый этап в развитии марксистской мысли. В других случаях они превозносят метод ленинизма, как могучий инструмент познания объективных процессов, как способ, позволяющий и в других условиях решать революционные задачи, но отрицают значение ленинизма как теории, отрицают вклад Ленина в марксизм в области научного коммунизма, политической экономии, философии, отрицают интернациональный характер учения о революции, партии и диктатуре пролетариата, всеобщее значение разработанных Лениным политических, организационных, стратегических и тактических основ коммунистического движения. Опять-таки проскальзывает стремление связать ленинизм с исторической и национальной исключительностью подготовки и осуществления революции в России и строительства социализма в СССР. В этом же направлении действуют ревизионистские элементы, занявшиеся неблаговидным делом — превратить единое интернациональное учение — марксизм-ленинизм — в национально-ограниченные по содержанию и по форме концепции, придать ему националистическую окраску. Начались порочные попытки создать китаизированный, европеизированный и т. д. марксизм-ленинизм.

Наличие, а в некоторых случаях и оживление всех этих явлений свидетельствует о том, что поставленная в свое время Лениным задача: учесть и усвоить общезначимое в деятельности большевиков,— в современной обстановке выступает как проблема творческого освоения опыта КПСС и других братских партий по организации революции и строительству социализма, как назревшая задача непрерывного научного обобщения всего международного революционного опыта, его побед и временных неудач, углубленного и систематического изучения ленинизма и его творческого развития и применения.

503

2. ЗНАЧЕНИЕ ОПЫТА БОЛЬШЕВИЗМА ДЛЯ ФОРМИРОВАНИЯ И УКРЕПЛЕНИЯ ПАРТИЙ НОВОГО ТИПА​

Важнейшую задачу в период подготовки и проведения Второго конгресса Коминтерна Ленин видел в том, чтобы решительно ускорить процесс формирования, укрепления и развития пролетарских партий нового типа.

Под этим углом зрения Ленин рассматривает в книге «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» международное значение опыта большевизма, сопоставляя его с процессом и трудностями создания и формирования молодых коммунистических партий. К анализу этого процесса он подходил глубоко диалектически. Неустанно доказывая объективную необходимость овладения опытом большевизма, он в то же время решительно восстает против всяких попыток абсолютизировать этот опыт, механически распространять его на деятельность всех компартий.

Главное внимание Ленин уделяет тому, чтобы выяснить, что именно в опыте большевизма есть объективно-необходимое, исторически-закономерное, проверенное жизнью и потому имеющее значение для каждой коммунистической партии, для ее идейного и организационного укрепления.

Одним из основных условий успеха большевиков, их революционной боеспособности Ленин считал установление в партии сознательной, поистине железной дисциплины, что придавало ей исключительную организованность, возможность для самых гибких, неожиданных, а иногда и поразительно крутых маневров в интересах трудящихся, в борьбе с эксплуататорами. А это в свою очередь обеспечивало российским коммунистам полную и беззаветную поддержку передовых отрядов рабочего класса, т. е. всего,— писал Ленин,— «что́ есть в нем мыслящего, честного, самоотверженного, влиятельного, способного вести за собой или увлекать отсталые слои» ¹.

Так как среди людей, пришедших в коммунистические партии, было немало бывших социал-демократов, с их беззаботностью по отношению к партийности, партийной дисциплине, левацки настроенных революционеров, разных экстремистов, вообще отрицавших важнейшие принципы

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 5 — 6.

504 партийной организации, Ленин формулирует важнейший политико-организационный вывод: «Повторяю, опыт победоносной диктатуры пролетариата в России показал наглядно тем, кто не умеет думать или кому не приходилось размышлять о данном вопросе, что безусловная централизация и строжайшая дисциплина пролетариата являются одним из основных условий для победы над буржуазией» ¹.

В этот период даже среди преданных коммунистов существовали недоуменные разговоры о характере и генезисе дисциплины в партии большевиков. В то же время ревизионисты всех мастей назойливо кричали, что большевистская организованность означает нарушение демократии, авторитаризм вождей, военно-казарменный автоматизм выполнения приказов и т. д. Следует отметить, что оппортунистические и ревизионистские атаки против организационных основ большевизма в той или иной форме, с большей или меньшей степенью ожесточенности продолжаются и сегодня.

В решительной борьбе против оппортунизма и ревизионизма, развивая учение об организационных основах партии, Ленин дает классическое обоснование происхождения и сущности дисциплины и организованности коммунистической партии. Он пишет: «...Чем держится дисциплина революционной партии пролетариата? чем она проверяется? чем подкрепляется? Во-первых, сознательностью пролетарского авангарда и его преданностью революции, его выдержкой, самопожертвованием, героизмом. Во-вторых, его умением связаться, сблизиться, до известной степени, если хотите, слиться с самой широкой массой трудящихся, в первую голову пролетарской, но также и с непролетарской трудящейся массой. В-третьих, правильностью политического руководства, осуществляемого этим авангардом, правильностью его политической стратегии и тактики, при условии, чтобы самые широкие массы собственным опытом убедились в этой правильности. Без этих условий дисциплина в революционной партии, действительно способной быть партией передового класса, имеющего свергнуть буржуазию и преобразовать все общество, неосуществима... А эти условия,— продолжает он,— с другой стороны, не могут возникнуть сразу. Они вырабатываются лишь дол-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 6.

505 гим трудом, тяжелым опытом; их выработка облегчается правильной революционной теорией, которая, в свою очередь, не является догмой, а окончательно складывается лишь в тесной связи с практикой действительно массового и действительно революционного движения»¹.

Данное Лениным обоснование сущности партийной дисциплины есть новый шаг вперед в разработке марксистско-ленинского учения о партии, раскрывает принципиально новый характер взаимоотношений партии и народа, сущности деятельности коммунистов, источники их дисциплинированности и авангардной роли. Эти научные положения в соединении с утвердившимся в компартиях принципом демократического централизма составляют краеугольный камень активности, боеспособности коммунистов.

Боеспособность партии неразрывно связана с укреплением идейных, политических, организационных основ коммунистического движения, что осуществляется решительной борьбой против всяких видов оппортунизма и ревизионизма. В этом аспекте Ленин ставит и рассматривает вопрос, в борьбе с какими врагами внутри рабочего движения вырос, окреп и закалился большевизм, имея в виду принципиальное международное значение этого опыта.

Главным врагом большевизма в международном и российском рабочем движении Ленин считает правый оппортунизм, реформизм, ревизионизм и различные его варианты. Как известно, начало ревизионизму было положено Бернштейном, и русские марксисты немедленно вступили с ним в борьбу. Однако под влиянием некоторых причин раковая опухоль ревизионизма неумолимо разъедала европейскую социал-демократию. Неустанно разоблачая соглашательство в рядах международной социал-демократии и примиренчество к нему, Ленин решительно отстаивал и творчески развивал концепцию партии нового, подлинно революционного типа. Внутри России идейная, организационная, идеологическая, теоретическая борьба за партию нового типа развертывалась под руководством Ленина в ожесточенных политических и идеологических битвах с «легальными марксистами», экономистами, меньшевиками, бундовцами и другими.

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 6 — 7.

506 В начале мировой империалистической войны социал-демократия окончательно переродилась в социал-оппортунистическую, социал-шовинистическую организацию, в смердящий труп, как назвала ее Роза Люксембург. Социал-шовинисты предали классовые интересы пролетариата, раскололи рабочее движение, идейно и организационно ослабили его.

В этой очень сложной обстановке Ленин и его соратники, преодолевая колоссальные трудности, развернули поистине титаническую борьбу за единство рабочего движения на основе творческого марксизма и пролетарского интернационализма. Начался новый этап борьбы за торжество принципов большевизма в международном масштабе, за сплочение интернационалистических сил.

На пути марксизма и большевизма стояли не только открытые оппортунисты, но и центристы, которые под прикрытием революционных фраз стремились помешать переходу масс на революционные позиции и фактически были оппортунистами замаскированными, что затрудняло борьбу с ними. В то время как правые оппортунисты все более разоблачали себя сотрудничеством с буржуазией (меньшевики в России пытались в 1917 г. спасти господство буржуазии и превратились в партию контрреволюции, шейдемановцы потопили в крови немецкую революцию 1918 г. и т. д.), центристы обманывали рабочий класс революционными словечками. Правый опортунизм и центризм находились в идейном и политическом родстве. Лидер центризма Каутский и его последователи с не меньшей злобой клеветали на большевизм, на Советскую Россию, нежели открытые соглашатели. Открытые оппортунисты и центристы были главными проводниками буржуазного влияния на рабочий класс. Поэтому Ленин считал, что правый оппортунизм был и остается главным врагом большевизма в рабочем движении. Вот почему решительное размежевание с правыми оппортунистами и центристами, последовательное разоблачение соглашательства Ленин считал основным условием превращения партии в коммунистическую.

Наряду с этим существовал и второй фронт идейно-политической борьбы марксистов-ленинцев. «Большевизм,— писал Ленин,— воспринял при своем возникновении в 1903 году традицию беспощадной борьбы с мелкобуржуазной, полуанархической (или способной заигрывать с анархизмом) революционностью, каковая традиция име-

507 лась всегда у революционной социал-демократии и особенно упрочилась у нас в 1900 — 1903 годах, когда закладывались основы массовой партии революционного пролетариата в России» ¹.

Большевики вели неутомимую борьбу против эсеров, которые отрицали марксизм, не могли понять необходимости строго объективного учета взаимоотношений классовых сил и стояли на авантюристически-экстремистских позициях. Партия нового типа складывалась в решительных схватках с «левыми» большевиками, которые упорно не желали понять объективной необходимости участия в реакционнейшем парламенте и были исключены в 1908 г. из партии, с троцкистами, с «левыми» коммунистами, которые в 1918 г. «принципиально» выступили против Брестского мира и, бравируя революционной фразой, отстаивали курс, который по существу вел к поражению международного оплота революции, существовавшего в России.

В борьбе против этих двух идейно-политических течений в рабочем движении, враждебных марксизму, и закалился большевизм, который вышел на мировую арену как подлинно-революционная партия. Все это имело колоссальное интернациональное значение, потому что в мире существовал очаг подлинной марксистско-ленинской партийности, что радикальным образом влияло на процесс становления современного международного коммунистического движения.

В процессе образования коммунистических партий и создания Коммунистического Интернационала основная борьба развернулась против правого социал-оппортунизма и центризма. Но относительно быстро в коммунистическом движении обнаружилась тенденция мелкобуржуазной революционности, которая грозила утопить дело рабочего класса в потоке революционных фраз и в различных актах безответственных действий. Это явление Ленин и назвал «детской болезнью «левизны» в коммунизме».

Социальной основой мелкобуржуазной революционности, болезни «левизны», как писал Ленин, является мелкий собственник, мелкий хозяйчик, как социальный тип, имеющий широкое распространение в европейских странах. Быстрое ухудшение жизни и тем более разорение приводит эти социальные элементы к крайней революци-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 15.

508 онности, которая характерна неспособностью проявить выдержку, организованность, дисциплину, стойкость. Ленин указывает на бесплодность подобной «революционности», которая может быстро превращаться в покорность, фантастику, апатию или в бешеное увлечение «модным» буржуазным течением. Нередко мелкобуржуазная революционность и анархизм были реакцией и наказанием за правооппортунистические грехи в рабочем движении. Среди «левых» коммунистов было немало честных революционеров, которые болезненно переживали неудачи в классовой борьбе пролетариата, ненавидели социал-соглашательство и искренне искали новые пути революции. Но от всего этого опасность ошибок «левых» не уменьшалась. Политика «левых» коммунистов становилась серьезным препятствием на пути создания партий нового типа, превращения этих партий в массовые, разрушала завоеванные марксистско-ленинской теорией и международным рабочим опытом основы революционной стратегии и тактики. «Левые» помещански пошли и ненаучно рассматривали взаимоотношение таких звеньев борьбы пролетариата за власть как вожди — партия — класс — масса. Они отрицали основы учения о партии, партийную организованность и партийную дисциплину. Наконец, «левые» коммунисты всюду — одни в резкой, другие в осторожной форме отрицали необходимость и важность участия в избирательных кампаниях и парламентской деятельности. Левацко-сектантское течение приобретало характер международной опасности, и Ленин в процессе подготовки и проведения Второго конгресса Коминтерна развернул решительную борьбу против нее.

На основании теоретических разработок Ленина и руководствуясь решениями Коминтерна, коммунистические партии неустанно боролись как против правого оппортунизма, так и против «левого» коммунизма, и все эти оппортунистические течения и группы в конце концов терпели поражение. Книга Ленина «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» сыграла в этих победах поистине решающую роль.

Под знаком ленинских идей в международном коммунистическом движении успешно прошла борьба против троцкизма, который после смерти Ленина приобрел большую опасность. В троцкизме сочетались крикливые, ультралевые призывы к немедленной «перманентной»

509 мировой революции с отрицанием возможности построения социализма в СССР и фактическим капитулянтством перед буржуазией. Коминтерн и его секции, прежде всего КПСС, вооруженные ленинизмом, идейно и организационно разгромили и этого противника социалистической революции, коммунистических партий и прочно утвердили завещанный Лениным принцип большевистской партийности.

Ревизионизм всегда носил и носит международный характер. Но после роспуска Коминтерна в борьбе против ревизионизма значительно усиливаются роль и значение каждой компартии, особенно если идет речь о преодолении политических и идеологических шатаний в собственных рядах. Принципиальное же содержание борьбы всегда интернационально. Ревизионизм не есть случайное явление. Как известно, он имеет свои социальные и идеологические корни, и пока они не ликвидированы, всегда сохраняется угроза его оживления.

Сильная волна оживления ревизионизма в рабочем, коммунистическом движении возникает в середине шестидесятых годов. Современный оппортунизм имеет свои особенности, своеобразные социальные корни. В нем существуют и далеко не однородные течения, группы и направления. В одних случаях превалируют праворевизионистские концепции, в других — леворевизионистские, в-третьих — переплетение правой и «левой» ревизии марксизма-ленинизма.

Одной из важнейших причин оживления правого и «левого» ревизионизма является ожесточенное социальное, политическое и идеологическое давление международного империализма, что вызывает колебания неустойчивых элементов.

Ревизионизм питается тем, что вовлеченные в революционную борьбу огромные массы крестьян, средних слоев города, часть интеллигенции и студенчества привносят в нее свойственные им взгляды и предрассудки, политическую неустойчивость, склонность то к соглашательству, то к анархическим действиям.

В общем — это своего рода издержки расширения масштабов революционного процесса, его движущих сил. Существует определенная, историей неоднократно подтвержденная зависимость — чем многообразнее по своему социальному положению масса людей, которая вовлекается в антиимпериалистическую, антимонополистическую

510 борьбу, тем шире возможности для возникновения и оппортунизма и тем острее необходимость борьбы с ним.

Начало острейшим атакам против марксизма-ленинизма, против единства международного коммунистического движения положили маоисты. Их политические, организационные и теоретические концепции представляют собою полный разрыв с ленинизмом, с его учением о революции, социализме, о партии и интернационализме. В этих концепциях одновременно сочетаются мелкобуржуазная революционность и великоханьский шовинизм, крайний волюнтаризм и правый ревизионизм, антикоммунизм и антисоветизм. Все это нашло свое наиболее полное выражение в так называемой «культурной революции» и в решениях IX съезда КПК. В середине шестидесятых годов маоисты прилагали колоссальные усилия, чтобы либо повести международное коммунистическое движение по антиленинскому пути, либо расколоть его. Однако ни того, ни другого сделать они не смогли. Правда, во многих странах они создали малочисленные раскольничьи группы, присвоившие себе самозванно титул «марксистско-ленинских». В деятельности этих групп сочетаются капитулянтско-ревизионистские тенденции с авантюристически-экстремистскими, как правило, провокационными действиями. Однако влияние их в массах ничтожно и непрерывно падает. Сейчас раскольничьи группы переживают настоящий кризис.

Но в некоторых случаях маоистам удавалось навязать свои взгляды руководству компартий, что приводило их к тяжелым последствиям. Ярче всего это видно на примере трагических событий в компартии Индонезии в 1965 г.

Важнейшей характерной чертой революционно-преобразующей деятельности коммунистов является неразрывная связь с массами. Умение работать в массах — это главное в науке и искусстве политического руководства. Большевики накопили богатейший по содержанию и формам опыт укрепления и расширения связей с рабочим классом и непролетарскими слоями трудящихся. Большевики знали их социальные нужды и политические интересы, жили их жизнью; массы верили партии и на собственном опыте убеждались в правильности ее политики. Это качество коммунистической партии по своему значению интернационально и всеобще. Оно должно быть, как следует из учения Ленина, присуще партии в любой обста-

511 новке и в любых условиях, как до взятия власти, так и после свержения эксплуататоров. Оно укрепляет классово-пролетарский принцип деятельности партии и ее политическую ответственность.

В. И. Ленин всей своей деятельностью показал колоссальное значение установления тесного, прямого и личного контакта с массами. В наитяжелейшие годы гражданской войны, когда голодные и полураздетые, плохо вооруженные красноармейцы встретились с прекрасно экипированными и хорошо вооруженными иностранными интервентами, Ленин, партия всеми способами — через печать, на собраниях и митингах, путем массовой пропаганды и агитации разъясняли массам сложность положения, огромные трудности, стоявшие на пути, и необходимость удвоить, утроить силы, чтобы разгромить врага.

Ленин лично почти ежедневно выступал на фабриках и заводах, перед красноармейцами и учителями, комсомольцами и политпросветработниками, металлистами и машиностроителями, кожевниками и железнодорожниками, рядовыми членами партии и активистами. Ленин принимал делегации рабочих и крестьян-ходоков из самых различных губерний России. Партия, Ленин были тысячами нитей связаны с рабоче-крестьянскими массами, хорошо знали, какие трудности и лишения переносили они. Но Ленин, большевики убедили рабочих и крестьян в правильности своей политики, массы поверили партии и беззаветно пошли за ней на ратные подвиги и героический труд.

С точки зрения политической и организационной эта связь партии с народом закаляла, цементировала, сплачивала самих коммунистов, которые в каждом своем поступке видели прямую, живую, непосредственную ответственность перед рабочими и крестьянами. И это нерушимое единство партии и народа явилось решающим условием победы советского народа над объединенными силами внутренней контрреволюции и внешней интервенции.

Мировое коммунистическое движение в течение всего пятидесятилетия в основном развивалось творчески осваивая и применяя ленинские заветы о работе в массах, укрепляя единство партии и масс. Неопровержимым доказательством этому является образование мировой системы социализма и колоссальные успехи международного коммунистического движения.

512 Однако в истории коммунистического движения имели место случаи либо недооценки, либо забвения, либо незнания основополагающих ленинских советов по этому вопросу.

Вся история современного коммунистического движения, весь процесс становления и развития партий нового типа позволяет сделать принципиально важный вывод.

Коммунистические партии становились боеспособными и авторитетными в массах, организационно сплоченными, идейно закаленными, политически зрелыми, если они на всех этапах своего развития неуклонно руководствовались марксистско-ленинским учением о партии, непрерывно его обогащали, творчески развивали и применяли к конкретно-историческим условиям каждой страны. И наоборот, партия не может избежать грубых просчетов и даже ошибок, если ее руководство нарушает ленинское положение о связи руководства с коммунистами, со всеми трудящимися, если оно становится на путь субъективизма и администрирования. Особенно это касается компартий, стоящих у власти. В обстановке, когда буржуазия свергнута, условия, формы и методы деятельности компартии коренным образом меняются и требования к расширению и совершенствованию принципов партийного руководства повышаются во много раз. Компартия берет на себя ответственность за судьбы страны и нации, за развитие экономики и культуры, за коренное изменение социальных условий жизни. И решить эти задачи, как подчеркивают в своих решениях многие партии, может только подлинно марксистско-ленинская партия, свободная от правого и «левого» оппортунизма, от национализма, тесно связанная с рядовыми коммунистами, с широкими слоями трудящихся, развивающая их политическую активность.

В своих работах Ленин выдвигает и обосновывает еще одно важное условие овладения компартиями наукой и искусством руководства революционными массами — принципиальное, самокритичное отношение партии к своим ошибкам и поиски наиболее эффективных путей их исправления: «Отношение политической партии к ее ошибкам есть один из важнейших и вернейших критериев серьезности партии и исполнения ею на деле ее обязанностей к своему классу и к трудящимся массам. Открыто признать ошибку, вскрыть ее причины, проанализировать обстановку, ее породившую, обсудить внимательно сред-

513 ства исправить ошибку — вот это признак серьезной партии, вот это исполнение ею своих обязанностей, вот это — воспитание и обучение класса, а затем и массы» ¹.

История развития и становления социализма еще и еще раз подтверждает правильность ленинской идеи о роли партии в системе диктатуры пролетариата, в организации строительства социализма, в преодолении традиций и привычек миллионов и десятков миллионов, а сила этих привычек миллионов, пишет Ленин, самая страшная сила. «Без партии, железной и закаленной в борьбе, без партии, пользующейся доверием всего честного в данном классе, без партии, умеющей следить за настроением масс и влиять на него, вести успешно такую борьбу невозможно» ².

Не случайно, что международная монополистическая буржуазия с ее колоссальным аппаратом массовой информации, проникающей также и в социалистические страны, и разветвленной системой разведки и подрывной агентуры, используя собственнические настроения и идеологические шатания, направляет свои удары прежде всего против коммунистических партий. Отсюда лживые лозунги: «Советы без коммунистов», «Народно-демократическая власть без коммунистов», «Социализм без коммунистов» и т. д. Но и теория марксизма-ленинизма и историческая практика показывают, что только коммунистическая партия может успешно руководить подготовкой и осуществлением революции, строительством социализма.

3. ЛЕНИН О НАУЧНЫХ ОСНОВАХ ТАКТИКИ КОММУНИСТИЧЕСКИХ ПАРТИЙ​

Вести успешную политическую, организаторскую, идеологическую работу по подготовке многослойной массы пролетариата и всех трудящихся к революционным битвам, указывал Ленин, способна только подлинно коммунистическая партия, партия нового типа, впитавшая в себя весь революционный опыт и в первую очередь опыт большевизма, партия, овладевшая марксизмом-ленинизмом.

Великий Ленин, разрабатывая науку о законах руководства классовой борьбой пролетариата, впервые в марксистской литературе с исключительной глубиной и науч-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 40 — 41.

² Там же, стр. 27.

514 ной обоснованностью ставит вопрос о диалектике интернационального и национального в революционной борьбе. Политическое и теоретическое осознание взаимосвязи интернационального и национального Ленин рассматривает как важнейшую составную часть всей политической концепции революционно-преобразующей деятельности партии, как один из узловых пунктов овладения компартиями высоким искусством руководства пролетарскими битвами, как форму и метод освоения мирового опыта и его творческого использования в конкретно-исторических условиях.

Это ленинское положение основано на том глубоком марксистском положении, что социологические законы вообще, в том числе законы революций и смены общественных формаций, в том числе и перехода к социализму — интернациональны, универсальны и всеобщи.

Но действие этих законов и принципов всегда осуществляется в национально-специфической форме, конкретно-исторической оболочке. На действие объективных законов революции оказывают влияние исторические особенности развития и национальные традиции политической жизни, внутренняя и международная обстановка, расстановка и соотношение классовых сил в каждый данный момент, организованность рабочего класса, формы и степень прочности его союза с непролетарскими слоями трудящихся, политическая, теоретическая, организационная зрелость коммунистического авангарда и характер его связей с массами, поведение колеблющихся слоев и политических партий, промежуточных и враждебных классов.

С другой стороны, для определения стратегической линии, тактики, форм, методов борьбы Ленин учил обязательно учитывать степень экономического, социального и политического кризиса общества, опытность господствующих классов, морально-политическое состояние ее репрессивного аппарата, особенности политического управления и влияние парламентских традиций, сущность международных, политических и военных союзов, характер традиционных методов подавления народных масс, соотношение социальной демагогии и форм открытого насилия и десятки других факторов, которые трудно предвидеть заранее или тех, которые существуют в одной стране и отсутствуют в другой.

515 Ленин считал, что Коммунистический Интернационал «должен интернационально вырабатывать свою тактику (не как узко или односторонне национальную, а именно как интернациональную тактику)» ¹. И одновременно он решительно выступает против любой формы механически-шаблонного подхода к тактике, решительно восстает против всякой попытки абсолютизировать уже накопленный революционный опыт и механистически распространять тактические решения одной партии на формы и методы деятельности другой.

Ленин развернул поистине титаническую борьбу за создание необходимого в тех условиях качественно нового, поистине интернационального, действительного руководящего органа, способного осуществлять международную стратегию, политику и тактику революционного пролетариата.

Вместе с тем как гениальный диалектик Ленин раскрывает своеобразие и особенности деятельности подобного международного центра. «Необходимо,— писал В. И. Ленин,— дать себе ясный отчет в том, что такой руководящий центр ни в коем случае нельзя построить на шаблонизировании, на механическом выравнивании, отождествлении тактических правил борьбы. Пока существуют национальные и государственные различия между народами и странами — а эти различия будут держаться еще очень и очень долго даже после осуществления диктатуры пролетариата во всемирном масштабе — единство интернациональной тактики коммунистического рабочего движения всех стран требует не устранения разнообразия, не уничтожения национальных различий (это — вздорная мечта для настоящего момента), а такого применения основных принципов коммунизма (Советская власть и диктатура пролетариата), которое бы правильно видоизменяло эти принципы в частностях, правильно приспособляло, применяло их к национальным и национально-государственным различиям» ².

Поставленная Лениным проблема взаимоотношений интернационального и национального сохраняла свое значение на всем протяжении развития международного коммунистического движения, но исключительную актуаль-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 44.

² Там же, стр. 76 — 77.

516 ность она приобрела на современном этапе классовой борьбы.

В настоящее время происходит, с одной стороны, усиление интернационализации революционного движения, усиливается взаимосвязь революционной, освободительной борьбы каждого народа с мировым революционным процессом в целом. В какой бы точке земного шара ни происходили революционно-преобразовательные события, они представляют собой неразрывные звенья глобального по своему существу противоборства мирового социализма и мирового капитализма. Вместе с тем все более определенно выявляется и интернациональный характер законов перехода к социализму. При всем колоссальном разнообразии степени социально-экономического развития, конкретно-исторических условий и национально-специфических особенностей все рельефнее выявляется определяющее значение того общего, исторически закономерного, что свойственно процессу формирования нового, социалистического общественного строя.

С другой стороны, в обстановке невиданного ранее динамизма общественной жизни, быстрого роста боевых политических настроений масс, вовлечения в активную борьбу за мир, демократию и социализм все новых и новых социальных слоев населения, все больше раскрывается и обнажается различие исторических и национальных условий, в которых развертывается движение народов к социализму. Даже в капиталистических странах, находящихся приблизительно на одном и том же уровне развития, и стратегическая концепция революции, и конкретные пути решения назревших социальных, революционных задач имеют свою специфику.

Огромный отпечаток на весь процесс современного исторического революционного развития накладывает бурный рост национального самосознания всех народов, колоссальные успехи национально-освободительного движения. Одной из самых характернейших черт послевоенной эпохи является гигантский по своим масштабам процесс самоутверждения наций.

Процесс возрождения, становления или самоутверждения наций связан с ростом национального самосознания и чувств патриотизма. Все это бесспорно гигантский шаг вперед в социальном прогрессе человечества, но во многих случаях этот рост национального самосознания порождает

517 националистические настроения, что привело к росту буржуазного или мелкобуржуазного национализма в современных исторических условиях.

Активное участие в борьбе за всестороннее развитие своих наций принимают коммунистические партии, как возглавляющие народную власть, так и борющиеся за нее. В целом это значительно повысило авторитет коммунистов.

Но имеются коммунисты и даже отдельные компартии, перешедшие эту очень подвижную грань, которая одновременно диалектически соединяет и обособляет интернациональное и национальное. В коммунистическом движении приобрело большие размеры антиленинское течение — национализм, который является главной угрозой единству международного коммунистического движения и мировой системы социализма, питает как праворевизионистские, так и левацко-сектантские уклоны, наносит удар по главному источнику силы пролетариата — его интернациональной солидарности.

Трудности выработки политической линии в современных сложных условиях, что отмечается в решениях ряда компартий, слабая марксистско-ленинская подготовленность кадров в некоторых компартиях, колоссальное давление малосознательных слоев рабочего класса и мелкобуржуазной стихии — все это приводит к недооценке общих принципов подготовки и проведения революции, законов строительства социализма и мирового опыта классовой борьбы, к переоценке национальных особенностей, к отрыву социального прогресса каждой нации от революционного развития всех народов, что ведет к дроблению интернациональных связей.

Международное Совещание коммунистических и рабочих партий 1969 г. уделило большое внимание борьбе против национализма, за сплочение коммунистических рядов на принципах марксизма-ленинизма и пролетарского интернационализма. Отмечая, что в настоящее время нет и не может быть единого «центра» или нескольких «центров», руководящих деятельностью компартии, что все партии независимы и равноправны, марксисты-ленинцы подчеркивают, что революционно-преобразующая деятельность рабочего класса является национальной по форме, интернациональной по содержанию.

В решениях Совещания и во многих выступлениях было специально отмечено, что «защита социализма —

518 интернациональный долг коммунистов»¹. Пролетарский интернационализм превращает поддержку и защиту завоеваний социализма в любом месте и в любой стране, поддержку всеми возможными средствами революционных битв пролетариата в прямую обязанность всех социалистических стран, всего международного коммунистического движения.

Совещание еще раз убедительно показало жизненное значение ленинского анализа противоположности мелкобуржуазного национализма и пролетарского интернационализма.

Ленин говорил: «Мелкобуржуазный национализм объявляет интернационализмом признание равноправия наций и только, сохраняя... неприкосновенным национальный эгоизм, между тем как пролетарский интернационализм требует, во-первых, подчинения интересов пролетарской борьбы в одной стране интересам этой борьбы во всемирном масштабе; во-вторых, требует готовности и способности со стороны нации, осуществляющей победу над буржуазией, идти на величайшие национальные жертвы ради свержения международного капитала»².

Ленин считал, что задача борьбы с таким злом как мелкобуржуазно-национальные предрассудки, национальный эгоизм, национальная ограниченность все больше будет выдвигаться на первый план по мере расширения революционных завоеваний международного рабочего класса.

Весь опыт международного коммунистического движения и особенно современный опыт классовой борьбы показывает, что правильное, подлинно ленинское, глубоко диалектическое понимание взаимосвязи интернационального и национального есть основная предпосылка выработки и проведения правильной политической линии, гибкой тактики, есть единственно верный путь к победе в борьбе с таким сильным, изворотливым и жестоким врагом, каким является монополистическая буржуазия, есть генеральный путь каждой нации к социализму.

В книге Ленина содержится ряд прямых, научно обоснованных, революционным опытом подтвержденных указаний коммунистам по вопросам тактики революционной борьбы. Ряд советов по вопросам тактики Ленин дает,

¹ Международное Совещание коммунистических и рабочих партий, стр. 23.

² В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 165 — 166.

519 например, коммунистам Англии, Германии с учетом условий места и времени. Но эти советы имеют такое глубокое научное содержание, что они перешагнули географические границы, рамки своего времени и приобрели всеобщий характер, имеют непреходящее значение.

По своему значению книга Ленина «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» представляет собою подлинную энциклопедию тактики революционной борьбы. Остановимся на некоторых наиболее важных тактических принципах.

В качестве важнейшего политического и тактического требования времени Ленин выдвигает лозунг — работать в массах, участвовать во всех мероприятиях и в деятельности всех организаций, даже самых реакционных, где есть массы, использовать все формы, методы и способы деятельности, чтобы подводить массы к революции.

Работу в массах и в различных организациях, где есть массы, Ленин рассматривал как еще одно из важнейших звеньев овладения наукой и искусством политического руководства и понимал трудности этой работы.

В книге «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» дано развернутое обоснование сущности революционной, коммунистической работы в массах. В. И. Ленин пишет: «Во всяком случае не подлежит ни малейшему сомнению, что коммунистическая партия, которая хочет быть на деле авангардом, передовым отрядом революционного класса, пролетариата, и которая, сверх того, хочет научиться руководить широкой массой не только пролетарской, но и непролетарской, массой трудящихся и эксплуатируемых, обязана уметь и пропагандировать, и организовать, и агитировать наиболее доступно, наиболее понятно, наиболее ясно и живо как для городской, фабричной «улицы», так и для деревни» ¹.

Ленин проводит принципиальную разницу в работе среди масс различных левацко-революционных групп и сект и завоеванием масс подлинной коммунистической партией. «Все дело,— пишет Ленин,— состоит в том, чтобы уметь применять эту тактику в целях повышения, а не понижения общего уровня пролетарской сознательности, революционности, способности к борьбе и победе» ².

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 95.

² Там же, стр. 59.

520 Именно в этом состоит сущность работы любой подлинно коммунистической партии, если она хочет быть партией класса, партией масс.

Под этим углом зрения Ленин рассматривал работу в реакционных профсоюзах, буржуазных парламентах и других массовых организациях, руководимых буржуазией или социал-реформистами. Ленин подверг суровой, научно обоснованной критике руководство КРПГ, сторонников Бордиги в Италии, которые «принципиально» отрицали участие в работе реформистских профсоюзов, буржуазных парламентов, считая, что это отвлекает рабочих от революции, английских «левых» коммунистов, которые не желали устанавливать контакты с лейбористской партией. Но этих проблем мы здесь не касаемся, так как им посвящены специальные главы книги. Эти советы Ленина наиболее полно усвоили коммунистические партии. В современных условиях избирательные кампании, работа в муниципалитетах, парламентах, во всех организациях, так или иначе объединяющих массы, составляет важнейшее звено политической деятельности коммунистов.

Вопрос о работе с массами, о выработке правильной тактики Ленин ставит не абстрактно — теоретически, а в динамике, диалектически, и ставит перед коммунистическими партиями, перед Коминтерном, перед всем революционным движением острейший узловой вопрос: Какой следующий шаг? Глубочайшее содержание и политическое значение этого вопроса состояло в том, чтобы Коминтерн и каждая коммунистическая партия и теоретически и практически предвидели развитие событий и определили свои действия таким образом, чтобы ясно было, какой необходимо сделать следующий шаг и каковы должны быть последующие шаги, чтобы подвести массы к революции, приблизить победу над буржуазией. «Теперь,— писал Ленин,— надо все силы, все внимание сосредоточить на следующем шаге, который кажется — и, с известной точки зрения, действительно является — менее основным, но который зато более практически близок к практическому решению задачи, именно: на отыскании формы перехода или подхода к пролетарской революции» ¹.

Во все периоды деятельности коммунистических партий этот вопрос стоял в центре их политической жизни.

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 77.

521 В настоящий период, когда нарастает напряженность классовых отношений, этот вопрос становится все более жгучим перед каждой партией, борющейся за свержение буржуазии. И компартии, которые являются массовыми и играют важную политическую роль в общественной жизни своей страны, и партии, добивающиеся выполнения ленинского завета о превращении в массовые, каждая по-своему, в соответствии с рассмотренным выше процессом дифференциации конкретно-исторических условий революционного движения, решает проблему: какой следующий шаг! Эта проблема стала составной частью стратегической концепции и по существу исходным пунктом тактических решений любой партии.

Здесь нет еще формальной постановки вопроса о переходных лозунгах, но его сущность вытекает из всего анализа тактических задач коммунистов.

Решение вопроса о том, какой следующий шаг должна сделать партия, Ленин связывает с умением быть гибкими в тактике, со способностью глубокого и широкого маневрирования, со способностью, когда нужно, идти на компромиссы. «Недостает,— пишет Ленин,— только одного, ...повсеместного и до конца продуманного сознания всеми коммунистами всех стран необходимости быть максимально гибкими в своей тактике» ¹. Ленин хорошо знал трудности революции в Европе и писал в «Детской болезни «левизны» в коммунизме» еще полвека тому назад, что великолепно растущему коммунизму особенно в передовых странах недостает именно этой гибкости тактики.

В большинстве стран и в большинстве случаев, указывает Ленин, мы не можем знать, когда, в какой исторический момент и при каком повороте событий разгорится настоящая пролетарская революция. Поэтому задача коммунистов готовиться к революции непрерывно, неослабно, неуклонно. Их историческое призвание состоит в том, чтобы готовиться к революции политически и организационно, идеологически и тактически. Задача состоит в том, чтобы каждое потрясение, порожденное социальными, экономическими, политическими, идеологическими, нравственными конфликтами, каждую ошибку, просчет и махинации господствующих классов, каждую попытку усиления эксплуатации и политического угнетения — все это

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 87.

522 использовать для повышения уровня сознательности пролетариата и всех трудящихся, для пробуждения еще инертных и спящих слоев, для подвода в конечном итоге масс к революции.

Опыт сотен восстаний и десятков революций показывает, что во многих случаях мы не знаем и не можем знать, какая искра из той бездны искр, которые отовсюду сыплются теперь во всех капиталистических странах под влиянием обострения социальных противоречий, экономических потрясений, острейших политических и национальных конфликтов, зажжет пламя широкого народного движения, какой повод ускорит перерастание назревающих объективных и субъективных факторов в революционную ситуацию, в общенациональный политический кризис. Мы очень часто не знаем, когда и в какой форме реакция станет развертывать контрнаступление. Но мировой опыт показывает, что в критические моменты монополисты организуют «внезапные» реакционные, военные перевороты.

Имея в виду возможности повторения подобных случаев, Ленин учил: всегда быть в состоянии мобилизационной готовности, неустанно крепить связь с массами, уметь в любой момент призвать массы либо к наступлению, либо к сопротивлению. В подобных случаях дело решают не только дни, а иногда часы. Внезапность действий реакционных генералов в Бразилии и Греции и отсутствие мобилизационной готовности прогрессивных сил к отражению генеральских заговоров привели, в конечном счете, к тяжелому поражению сил демократии.

И в то же время история последнего времени знает десятки примеров того, как своевременные массовые действия трудящихся, руководимых коммунистами, иногда в союзе с другими партиями, срывали контрреволюционные, антидемократические заговоры наиболее реакционных представителей монополистической буржуазии. При этом Ленин показал, что революционный класс для осуществления своей задачи должен уметь овладеть всеми без малейшего изъятия формами и сторонами общественной деятельности, должен быть готов к самой быстрой и неожиданной смене одной формы другою. В соответствии с этим партия призвана овладевать всеми формами борьбы — мирными и вооруженными, парламентскими и непарламентскими, легальными и нелегальными, открытыми и строго конспиративными. Она должна умело вести

523 агитационно-пропагандистскую работу и в необходимых случаях вооружать массы, создавать партизанские отряды и целые повстанческие армии. Ленин придавал первостепенное значение тому, чтобы партия владела умением организовывать экономические и политические стачки, всеобщие политические забастовки, революционные забастовки и обладала мужеством, решимостью призвать в назревших условиях народ к всеобщему выступлению в целях свержения буржуазии и взятия власти всеми способами вплоть до вооруженного восстания.

«Не владея всеми средствами борьбы,— писал Ленин,— мы можем потерпеть громадное — иногда даже решающее — поражение, если независящие от нашей воли перемены в положении других классов выдвинут на очередь дня такую форму деятельности, в которой мы особенно слабы. Владея всеми средствами борьбы, мы побеждаем наверняка, раз мы представляем интересы действительно передового, действительно революционного класса, даже если обстоятельства не позволят нам пустить в ход оружие, наиболее для неприятеля опасное...» ¹.

Эти тактические принципы, сформулированные Лениным на основе предшествующего революционного опыта, включая опыт большевизма, подтверждены, развиты и обогащены всей практикой революционных битв последнего полувека.

За это время компартии проделали колоссальный путь борьбы, значительно усовершенствовали свою тактику, о чем говорит образование мировой системы социализма и создание мощных, массовых коммунистических партий, играющих все более активную роль в политической жизни своих стран.

Но нельзя сказать, что важное тактическое положение Ленина об овладении всеми формами борьбы, об умении соединять легальные формы борьбы с нелегальными, о готовности к неожиданной смене одной формы другою полностью усвоено во всех звеньях коммунистического движения. Имеются коммунисты, которые ориентируются только на мирные, легальные, парламентские формы борьбы, абсолютизируют мирно-парламентские пути перехода к социализму через избирательные кампании и различного рода реформы, не готовясь к другим формам

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 81.

524 борьбы, не владея ими, чем уже не раз в прошлом пользовалась реакция для нанесения удара по силам демократии и чем она не замедлит воспользоваться и в будущем в любую критическую для нее минуту. Но в революционном движении существует другая тенденция, которая в ряде случаев приобретает характер настоящей опасности — левацко-экстремистская — тенденция абсолютизации только вооруженной формы борьбы — причем эта борьба понимается весьма ограниченно и узко, как немедленное развертывание партизанских отрядов и баз, без необходимой заботы о связи с массами, только уповая на их ненависть к эксплуататорам и постоянно тлеющие искры революционного настроения. А эти авангардистско-партизанские бои, как показала практика, не раз приводили к тяжелым поражениям весь демократический, революционный фронт в целом.

В своей книге Ленин обогащает и развивает положение о союзниках рабочего класса. Ленин предвидел неизбежность расширения социальных слоев, тянущихся к рабочему классу, и считал необходимым, чтобы компартии выработали умение политически, идеологически и организационно устанавливать связи и союзы с самыми широкими слоями трудящихся, способность к широким политическим маневрам, к гибкой тактике.

Правильность политики по отношению ко всем трудящимся позволяет привлекать на свою сторону все новые и новые слои эксплуатируемых, угнетенных, приниженных, число которых растет, предотвратить переход на позиции врага колеблющихся слоев.

Это важнейшее тактическое положение Ленин сформулировал следующим образом: «Победить более могущественного противника можно только при величайшем напряжении сил и при обязательном, самом тщательном, заботливом, осторожном, умелом использовании как всякой, хотя бы малейшей, «трещины» между врагами, всякой противоположности интересов между буржуазией разных стран, между разными группами или видами буржуазии внутри отдельных стран,— так и всякой, хотя бы малейшей, возможности получить себе массового союзника, пусть даже временного, шаткого, непрочного, ненадежного, условного. Кто этого не понял, тот не понял ни грана в марксизме и в научном, современном, социализме вообще. Кто не доказал практически, на довольно значи-

525 тельном промежутке времени и в довольно разнообразных политических положениях, своего уменья применять эту истину на деле, тот не научился еще помогать революционному классу в его борьбе за освобождение всего трудящегося человечества от эксплуататоров» ¹.

В центре этого положения находится ленинская идея союза рабочего класса и крестьянства. Она получила дальнейшее развитие в решениях Коминтерна об усилении борьбы за единство рабочего класса, в концепции рабоче-крестьянского правительства. В новых исторических условиях ленинское положение о союзниках было значительно обогащено в решениях Седьмого конгресса Коминтерна и воплотилось в практике создания Народного фронта. Еще большее практическое воплощение в жизнь эта теория получила в годы второй мировой войны, когда возникли различного рода широкие антифашистские союзы и коалиции («Отечественный фронт», Национальный фронт и т. д.).

В современных условиях, вследствие обострения противоречий между монополистической буржуазией и широкими слоями народных масс, количество потенциальных союзников рабочего класса растет. Все большее число крестьян, средних слоев города, интеллигенции, учащейся молодежи видит в рабочем классе своего естественного вождя, понимает, что без его руководящей роли невозможно разрушить пораженное тяжелым кризисом капиталистическое общество. Ленинская идея союзов получила в современных условиях широкое распространение.

Успех ленинской политики союзов выдвигает в настоящее время уже новые, более широкие тактические задачи и проблемы. Теперь перед коммунистическими партиями со всей остротой встает вопрос об овладении искусством проведения правильной политики в межпартийных отношениях. Таким образом прокладывается прямой путь к созданию антиимпериалистического блока всех прогрессивных сил мира, к образованию широких антимонополистических союзов в целях борьбы против скандального и антиобщественного всевластия монополий, за мир, демократию, национальную свободу, социальный прогресс, в конечном счете за торжество социализма и коммунизма.

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 55.

526 В первых рядах героических бойцов за продвижение вперед мирового революционного процесса, за преодоление национализма, правого и «левого» оппортунизма, ревизионизма и авантюризма, за единство международного коммунистического движения на принципах марксизма-ленинизма и пролетарского интернационализма идет созданная, выпестованная и закаленная Лениным Коммунистическая партия Советского Союза.

Ее идейное могущество основывается на бессмертных работах В. И. Ленина. Среди них почетное место занимает «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» — непревзойденная по глубине мысли, силе обобщения энциклопедия революционной стратегии, тактики революции, искусства ведения победоносных классовых битв, науки о путях торжества социализма во всем мире! В этом бессмертное историческое значение книги «Детская болезнь «левизны» в коммунизме». В этом с новой силой проявилось величие Ленина как подлинного вождя мирового пролетариата, основоположника современного международного коммунистического движения.