МЕЖДУНАРОДНОЕ РАБОЧЕЕ ДВИЖЕНИЕ. Вопросы истории и теории​

АКАДЕМИЯ НАУК СССР · ИНСТИТУТ МЕЖДУНАРОДНОГО РАБОЧЕГО ДВИЖЕНИЯ· ИНСТИТУТ ЭКОНОМИКИ МИРОВОЙ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ

ТОМ 8

В БОРЬБЕ ЗА МИР И СОЦИАЛЬНОЕ ОБНОВЛЕНИЕ ОБЩЕСТВА СЕРЕДИНА 40-х — ПЕРВАЯ ПОЛОВИНА 80-х ГОДОВ

Москва, Издательство «Мысль»
1985

Введение и заключение ко всему изданию академика Б. Н. ПОНОМАРЕВА

РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ:
В. В. ЗАГЛАДИН, А. С. ЧЕРНЯЕВ (отв. редакторы),
О. Т. БОГОМОЛОВ, А. А. ГАЛКИН,
Э. В. КЛОПОВ, Т. Т. ТИМОФЕЕВ

РУКОВОДИТЕЛИ АВТОРСКОГО КОЛЛЕКТИВА:
Т. Т. ТИМОФЕЕВ, чл.-корр. АН СССР
А. А. ГАЛКИН, докт. ист. наук

ОСНОВНОЙ АВТОРСКИЙ КОЛЛЕКТИВ:
О. Т. БОГОМОЛОВ, акад. АН СССР
И. М. БУНИН, канд. ист. наук
А. А. ГАЛКИН, докт. ист. наук
В. Г. ГЕЛЬБРАС, докт. ист. наук
Л. А. ГОРДОН, докт. ист. наук
Г. Г. ДИЛИГЕНСКИЙ, докт. ист. наук
В. З. ДРОБИЖЕВ, докт. ист. наук
М. А. ЗАБОРОВ, докт. ист. наук
В. В. ЗАГЛАДИН, докт. филос. наук
Э. В. КЛОПОВ, докт. ист. наук
В. Б. КУВАЛДИН, докт. ист. наук
В. Б. РЫБАКОВ, канд. экон. наук
Т. Т. ТИМОФЕЕВ, чл.-корр. АН СССР
К. Г. ХОЛОДКОВСКИЙ, канд. ист. наук
А. С. ЧЕРНЯЕВ, канд. ист. наук

7

ПОСЛЕДСТВИЯ РАЗГРОМА ФАШИЗМА И КЛАССОВАЯ БОРЬБА НА МИРОВОЙ АРЕНЕ (Введение)​

Завершающий, восьмой том издания «Международное рабочее движение. Вопросы истории и теории» посвящен революционным силам современности. С содержанием тома связаны и некоторые проблемы, проанализированные в двух предшествующих томах: шестом, где прослежена послевоенная история рабочего класса и рабочего движения в промышленно развитых капиталистических странах, и седьмом, посвященном рабочему движению в зоне национального освобождения¹. Поэтому важные проблемы исследуемого периода рассматриваются прежде всего сквозь призму теоретической, политической и идеологической деятельности коммунистов.

Большое внимание в томе уделено укреплению главной силы международного революционного движения — стран мировой социалистической системы. Основные усилия авторов направлены на то, чтобы обрисовать роль коммунистических и рабочих партий, в полной мере учитывая как специфику каждой страны, так и то общее, которое составляет важнейшее и неотъемлемое условие развития социалистического рабочего класса и его правящих партий.

В томе освещается развитие коммунистического движения и в несоциалистической части мира. При этом оно рассматривается прежде всего как международное явление. Излагается не история отдельных компартий, а закономерности и тенденции, характерные, с учетом региональных и национальных условий, для движения в целом.

Поскольку главный пафос тома — в показе того, как коммунистическое движение сохраняет и развивает революционную тенденцию в рабочем движении, предпочтение при анализе отдается материалу, демонстрирующему позитивную работу коммунистов, показывающему, за что они борются, как действуют и чего добиваются. Это, разумеется, не означает — и не может означать — игнорирования сложных явлений и неудач, непоследовательности в осуществлении принятых решений, имевших место в рассматриваемый период, т. е. всего, что мешало коммунистическому движению, было подвергнуто критике, отброшено самими коммунистическими партиями и преодолено ими в процессе осуществления своей миссии.

¹ См. «Международное рабочее движение. Вопросы истории и теории», т. 6. М., 1984; «Международное рабочее движение. Вопросы истории и теории», т. 7. М., 1985.

8 Хронологические рамки рассматриваемого периода обусловлены реальностями всемирно-исторического процесса. Многие из этих реальностей берут свое начало в годы второй мировой войны, являются прямым следствием совместных действий народов мира против фашизма, подъема освободительного движения, основаны на тяжелейших уроках войны. Без уяснения этих уроков и анализа нового соотношения классовых сил на мировой арене нельзя понять последующее развитие международного революционного рабочего и антиимпериалистического движения, оценить их исторические завоевания.

ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЕ ИТОГИ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ​

В мае 1945 г. в Европе, а в сентябре — в Азии отгремели последние битвы второй мировой войны. Прогрессивные силы, в авангарде которых шли коммунисты, нанесли сокрушительное военное поражение фашистскому блоку. Реакционные режимы, созданные в странах этого блока наиболее агрессивными фракциями монополистической буржуазии, были вынуждены безоговорочно капитулировать. Угроза порабощения и физического уничтожения, нависшая над многими народами Европейского, Азиатского и других континентов, была предотвращена ¹.

На алтарь победы были принесены колоссальные жертвы. По своим масштабам, размаху военных действий, людским и материальным потерям вторая мировая война не знала себе подобных. Она длилась в общей сложности 2194 дня (6 лет). Численность населения государств, принявших участие в этой войне, составляла 1,7 млрд. человек. В ряды вооруженных сил воюющих стран было призвано 110 млн. граждан.

Общий материальный ущерб от военных разрушений с трудом поддается учету. В одной лишь Европе, по далеко не полным данным, он определялся в 260 млрд. долл. (в ценах 1938 г.). Прямые военные расходы воюющих государств составили 60—70% их национального дохода. Непосредственные человеческие жертвы войны — свыше 50 млн. человек ².

Победа над блоком фашистских держав была результатом общих усилий народов антигитлеровской коалиции, поддержанных

¹ Подробнее о роли рабочего класса, его коммунистического авангарда в разгроме фашизма см.: «Международное рабочее движение. Вопросы истории и теории», т. 5. М., 1982; «История Коммунистической партии Советского Союза». В 6-ти томах, т. 5, кн. I. М., 1970 (часть вторая «Партия — организатор и вдохновитель победы советского народа в Великой Отечественной войне», с. 139—662).

² См. «Советская военная энциклопедия», т. 2. М., 1976, с. 418.

9 самоотверженной борьбой антифашистского движения Сопротивления в оккупированных странах. Однако основная тяжесть отпора фашистским агрессорам пала на Советский Союз. Советско-германский фронт был главным фронтом второй мировой войны. На нем в течение почти четырех лет находились основные силы фашистской Германии, являвшейся главным противником антигитлеровской коалиции. Вместе с Германией против Советских Вооруженных Сил вели борьбу и союзные с ней страны, втянутые в несправедливую, захватническую войну против воли своих народов. Количество дивизий, использованных фашистским командованием на советско-германском фронте, колебалось от 190 летом 1941 г. до 270 к началу контрнаступления советских войск под Сталинградом. В результате многократных поражений число немецко-фашистских дивизий, действовавших на советско-германском фронте, в последние годы войны снизилось. Однако даже в 1945 г., накануне победы, против Советских Вооруженных Сил действовали 183 вражеские дивизии ¹. В то же время против англо-американских войск в Северной Африке в 1941—1943 гг. сражалось от 9 до 20 дивизий, в Италии в 1943—1945 гг. — от 7 до 26. В Западной Европе после открытия второго фронта число немецких дивизий, противостоявших американским, английским и французским войскам, колебалось от 56 до 75 ².

На советско-германском фронте войска фашистских держав понесли самые крупные потери. Здесь было разгромлено и пленено 607 вражеских дивизий, в то время как англо-американские войска разгромили и пленили около 176. Потери вооруженных сил одной лишь Германии на советско-германском фронте составили более 10 млн. человек, тогда как общие ее потери убитыми, ранеными и пленными равнялись 13,5 млн. В боях с Советской Армией вооруженные силы фашистской Германии потеряли около 70% всех своих боевых самолетов, до 75% танков и штурмовых орудий, 74% артиллерийских орудий и т. д. ³

Очевидно, что и жертвы Советского Союза были несравненно больше, чем у других стран антигитлеровской коалиции. На территории СССР было разрушено 1710 городов, более 70 тыс. сел и деревень. Огромный ущерб был нанесен промышленному потенциалу страны. В ходе войны и оккупации было уничтожено почти 32 тыс. заводов и фабрик, затоплено и взорвано 1135 шахт. В 1945 г. промышленное производство в районах, пострадавших от оккупации, составляло по сравнению с довоенным одну треть. Там, где промышленные предприятия не подверглись разрушению, падение производства было обусловлено его переориентацией на выпуск

¹ См. «История второй мировой войны. 1939—1945. Итоги и уроки второй мировой войны», т. 12. М., 1982, с. 216—217.

³ См. там же.

10 оружия и военного снаряжения. Немалое значение имело также существенное сокращение поступавшего сельскохозяйственного сырья.

В крайне тяжелом состоянии находилось сельское хозяйство. Для его ведения не хватало рабочей силы, поскольку большинство взрослых мужчин было призвано в ряды вооруженных сил. Сельскохозяйственные предприятия на временно оккупированной территории были разграблены, опустошены и в значительной степени уничтожены.

Бесчинства фашистских захватчиков на временно оккупированных территориях нанесли огромный ущерб культурной инфраструктуре. Однако самой большой, невосполнимой потерей для советского народа были человеческие жертвы. За годы войны, согласно имеющимся подсчетам, погибло более 20 млн. человек, т. е. свыше 11% всего населения страны. Значительную их часть составляли мирные жители. Однако кроме прямой гибели людей были и косвенные утраты. Война повлекла за собой резкое изменение половозрастной структуры населения. Это привело к существенному сокращению рождаемости на протяжении многих лет после окончания второй мировой войны. Не удивительно в этих условиях, что даже в 1950 г., т. е. 5 лет спустя после окончания войны, население СССР было на 15,6 млн. меньше, чем в 1940 г. Довоенная же численность населения была превышена лишь в 1955 г. ¹

На Европейском континенте второе место по интенсивности потерь занимала Польша. Став первой жертвой открытого нападения немецко-фашистских войск, с которого и началась вторая мировая война, она на протяжении шести лет находилась под пятой захватчиков, основной целью которых была полная ликвидация польской государственности. Важнейшей составной частью проводимой ими политики был курс на поголовное истребление польского народа. В целом в результате этой политики в Польше погибло свыше 6 млн. человек — около ¹/₆ населения. Подавляющее большинство из них — 5 877 тыс.— были мирные жители, расстрелянные, замученные, заморенные голодом.

Крайне велики были и материальные потери Польши. Разрушению подверглась основная часть промышленности, за исключением той, которая находилась под германским управлением и работала непосредственно над выполнением военных заказов фашистской армии. Многие города превратились в развалины. Столица страны — Варшава была практически стерта с лица земли.

Огромный ущерб нанесла война Югославии. При населении в 15 млн. человек она потеряла около 1 700 тыс., т. е. более 11%

¹ См. «Народное хозяйство СССР. 1922—1972 гг.». М., 1972, с. 9.

11 всех жителей. Как и в Польше, основную массу погибших составляли мирные граждане (1 275 тыс.). В Греции фашистами было уничтожено более 400 тыс. человек (7% населения).

Относительно меньший урон понесли западные участники антигитлеровской коалиции. Так, Соединенные Штаты в ходе военных действий потеряли примерно 400 тыс. человек, Англия — 370 тыс. Хотя в Англии были значительные жертвы среди гражданского населения, вызванные действиями фашистской авиации и ракетного оружия («Фау»-1 и «Фау»-2), главную массу погибших составляли военнослужащие.

В Азии основные потери в людях (свыше 10 млн. убитых) и в материальных ресурсах понес Китай, бывший объектом японской агрессии на протяжении почти целого десятилетия. В большей или меньшей степени от войны и фашистской оккупации пострадали и многие другие народы.

Выстоять в тяжелой борьбе против фашистских захватчиков, дать отпор и разгромить их, несмотря на силу агрессора, опиравшегося на большой военный опыт, богатые материальные ресурсы, на преимущества, которые дает внезапное нападение, помогло народам глубокое убеждение в жизненной важности и справедливости своего дела. Это убеждение подкреплялось рядом особенностей, отличавших вторую мировую войну от первой.

Стимулом к развязыванию войны 1939—1945 гг. послужило обострение межимпериалистических противоречий. В этом она была схожа с первой мировой войной, представлявшей собой схватку двух империалистических коалиций. Однако противоречия между империалистическими державами накануне второй мировой войны вызревали на фоне гораздо более глубокого противоречия — между мировым капитализмом, с одной стороны, и первым социалистическим государством — с другой. Это породило колебания и непоследовательность в политике правящих кругов конкурировавших друг с другом империалистических держав. Ими владело стремление использовать сложившуюся ситуацию для низвержения своих империалистических соперников. Однако это стремление постоянно ослаблялось опасением, что схватка в лагере империализма приведет к укреплению позиций Советского Союза и социализма во всем мире. Отсюда — неизменная готовность к сговору с противостоящей стороной, к компромиссу, который бы позволил объединить усилия мирового империализма против первого в мире социалистического государства.

Иной была позиция демократической общественности, отражавшей взгляды трудящихся масс. Если в первой мировой войне эта позиция — и чем дальше, тем в большей степени — определялась отрицательным отношением к империалистической бойне и преследуемым ею целям, то в 1939—1945 гг. доминировали иные установки. Объяснялось это тем, что противостоящие друг другу

12 блоки не были равнозначны по своей сути. Один из них составляли буржуазно-парламентарные государства, внутренняя политика которых характеризовалась сохранением значительного объема экономических, социальных и политических завоеваний, добытых трудящимися массами в тяжелой борьбе на протяжении всего предшествующего столетия. В этих государствах соблюдались конституционные права народа, имелись легальные политические партии и профсоюзы, существовала демократическая печать. Действовавшие в них общественные порядки позволяли массам и в дальнейшем вести борьбу за улучшение своего экономического и социального положения. В области внешней политики эти государства, укрепившие свои мировые позиции в прошлом, до поры до времени не стремились к новым захватам, предпочитая сохранение статус-кво.

Противостоящий им лагерь образовывали державы, у кормила власти которых находились самые реакционные, самые авантюристические фракции монополистического капитала. В этих странах еще задолго до начала второй мировой войны были уничтожены буржуазно-демократические свободы, разгромлены классовые организации трудящихся, разрушена парламентская политическая система, установлена кровавая террористическая диктатура. В области внешней политики государства этого блока стремились не просто к захватам и новому территориальному переделу мира, как это было в прошлом, но к гегемонии над всеми континентами, к полной ликвидации государственности многих народов, а в ряде случаев — к их физическому уничтожению.

Поэтому народам, демократической общественности было не безразлично, какой из блоков одержит победу. В случае если бы победителем стали фашистские государства, сотни миллионов людей были бы обречены на величайшие унижения, рабство и мучительную гибель. В этих условиях вспыхнувшая война с самого начала рассматривалась демократической общественностью как справедливая для народов, ставших объектом фашистской агрессии, хотя в полной мере на первых порах такой и не была.

Освободительный характер войны более решительно усилился после вступления в нее Советского Союза, когда фашистскому блоку стал противостоять не просто другой блок стран с однотипным социальным строем, но широкая антифашистская коалиция, объединившая буржуазно-демократические государства, великую социалистическую державу и народные освободительные движения. Война, в которой на первых порах присутствовали антифашистские тенденции, стала действительно антифашистской, войной за спасение человечества от крайней реакции, от порабощения и массового истребления.

Освободительный, антифашистский характер войны для сил, выступавших против Германии, Италии, Японии и их союзников,

13 создал морально-психологическую атмосферу, существенно укрепившую стойкость и боевую мощь армий, оказывавших отпор фашистским захватчикам. Возрастающее значение этого фактора позволяло в большей или меньшей степени компенсировать те преимущества, которыми обладали на первых порах агрессоры. Постепенно участникам антифашистской коалиции удалось лишить захватчиков превосходства и в сфере вооружения, и в области военного искусства, и по другим показателям. Однако при всем этом моральное превосходство борцов против фашизма оставалось мощным и эффективным оружием.

Одним из непосредственных следствий освободительного, антифашистского характера войны явилось быстрое возрастание роли народных масс как субъекта исторического действия. Разумеется, в определенной степени повышение этой роли было обусловлено развитием производительных сил и соответственно технических средств ведения войны. В результате совершенствования авиации, дальнобойной артиллерии, а на последнем этапе войны и ракетного оружия в сферу военных действий оказались вовлеченными значительные категории гражданского населения. В итоге война в еще меньшей степени, чем в 1914—1918 гг., оставалась уделом армий, сосредоточенных на линии фронта, тем более что и она стала весьма подвижной. Разрушения, кровь и смерть пришли в воюющих странах, за исключением США, в каждый дом вне зависимости от того, сколько десятков или сотен километров отделяли его от зоны непосредственных военных действий. Но еще большее значение имело то, что в ходе войны решались не только проблемы, имевшие общегосударственное значение, но и вопрос «быть или не быть?» для каждого конкретного человека, для его семьи и близких. Поэтому тысячи и десятки тысяч людей оказались перед необходимостью взяться за оружие как по призыву, так и по собственному почину, чтобы защитить свою независимость, свой образ жизни, свое существование.

Сознательное отношение народных масс к войне, понимание ее освободительного характера ярко проявились в огромном размахе партизанской войны, в актах саботажа и диверсиях, направленных против фашистских оккупантов, в подрыве военно-экономических и политических позиций фашистов, а также в повсеместном пассивном сопротивлении захватчикам.

Небывалых масштабов достигло, в частности, движение Сопротивления на оккупированных фашистскими захватчиками территориях европейских государств. Первоначально оно возникло как стихийный ответ на утрату независимости. Политика запугивания и террора, проводившаяся оккупантами, придала этому движению дополнительные импульсы. Затем под организующим воздействием политических сил, возглавивших борьбу против иностранных захватчиков, это движение приобрело всенародный характер. Отли-

14 чительной его чертой стало то, что по мере развития основное острие движения оказалось направленным не только против иностранных оккупантов, но и против тех, кто пошел на сотрудничество с ними. Поскольку, как правило, классовой опорой оккупантов в большинстве захваченных фашистами стран были представители имущих слоев — буржуазии, крупных землевладельцев, реакционного офицерства и чиновничества, борьба против захватчиков и коллаборационистов стала приобретать социальную направленность.

Восприятие народными массами войны против агрессивного фашистского блока как освободительной и справедливой стало важнейшим политическим фактором, обеспечившим прочность и устойчивость антифашистской коалиции, несмотря на ее разнородный характер и порожденные этим центробежные тенденции. Расчеты фашистских главарей на то, что коалиция рухнет под тяжестью внутренних противоречий, оказались несостоятельными. Она выдержала испытание на прочность и довела до конца великое дело ликвидации фашистской угрозы миру.

Тем не менее еще в ходе войны, а особенно на ее конечном этапе, на состоянии коалиции стали чем дальше, тем сильнее сказываться различия целей составляющих ее государств. Западные державы, в первую очередь США и Англия, рассчитывали, что победа расчистит им путь для установления гегемонии во всем мире. При этом Соединенные Штаты исходили также из того, что, поскольку в дуумвирате США — Англия в результате изменившегося соотношения сил первую скрипку играют именно они, предстоящее мирное урегулирование будет осуществлено в духе «пакс американа» (американского мира). Важным условием такой гегемонии должны были, по мнению западных держав, стать существенное ослабление и изоляция Советского Союза. Сложность решения ими этой задачи определялась, однако, тем, что решающий вклад СССР в победу над фашизмом привел к небывалому увеличению его авторитета и влияния в мировом сообществе. Отсюда активные усилия США и Англии, направленные на то, чтобы Советский Союз вышел из войны по возможности ослабленным.

Подобные устремления лежали, в частности, в основе политики затягивания открытия второго фронта, т. е. высадки на атлантическом побережье Франции англо-американских войск, которые отвлекли бы с советско-германского фронта часть вооруженных сил фашистского блока и вынудили бы его, таким образом, всерьез сражаться не только на Востоке, но и на Западе. Эта высадка откладывалась из года в год и была осуществлена только в 1944 г., когда стало предельно ясно: дальнейшая оттяжка чревата тем, что разгром фашизма в Европе будет осуществлен без участия англо-американских войск.

Стремление изолировать и ослабить СССР наложило глубо-

15 кий отпечаток и на разработку планов послевоенного устройства в Европе и на других континентах. Основу этих планов составляла идея образования «антикоммунистического» противовеса Советскому Союзу.

В качестве аргумента, призванного оправдать поведение, противоречившее обязательствам, взятым на себя в рамках антифашистской коалиции Соединенными Штатами и Англией, уже тогда широко использовалась ссылка на «советскую угрозу». В действительности же руководителей западных держав — участниц антифашистской коалиции беспокоила не военная мощь их союзника, на плечи которого пала основная тяжесть войны, шедшей к победоносному завершению. Они отдавали себе отчет в реальном положении вещей: и в том, что Советский Союз твердо намерен выполнить взятые на себя обязательства, и в том, что советскому народу, понесшему величайшие жертвы, органически чужда идея о каких бы то ни было новых войнах, и в том, что правящие круги западных держав, даже если бы они захотели, не смогли бы в это время развязать военный конфликт с Советским Союзом, так как это привело бы к глубочайшим политическим потрясениям, вызвав самое решительное сопротивление их собственных народов.

Правящие круги Запада выводило из равновесия другое — нежелательное, с их точки зрения, социально-политическое развитие как на освобожденных от оккупации территориях, так и внутри самого фашистского блока. Борьба против фашизма не могла не ослабить позиции реакции в странах, где развертывалось движение Сопротивления. Попытки овладеть им и направить его в умеренное русло, предпринимавшиеся на последнем этапе войны буржуазно-националистическими силами, опиравшимися на поддержку западных держав, в большинстве случаев не дали результатов. Программы движения Сопротивления в значительной мере формулировались под воздействием демократических сил. В ряде случаев сопротивление фашизму выливалось в общедемократическое движение, направленное против внутренней реакции. Там, где она наиболее тесно сотрудничала с оккупантами, изгнание последних было равнозначно ликвидации позиций влиятельных фракций правящей буржуазии.

В том же направлении развивались события в странах, союзных с главной силой фашистского блока — нацистской Германией. Военные поражения непрерывно ослабляли позиции утвердившихся там военно-фашистских диктатур. Это создавало благоприятные условия для подъема антивоенного движения, направленного против как самих этих режимов, так и той социальной почвы, которая их взрастила. Одновременно дискредитация правых политических партий, поддерживавших профашистские режимы или терпимо относившихся к ним, открывала широкие возможности для

16 подъема и укрепления сил, выступавших за глубокие социальные преобразования.

Сдвиги в эту сторону происходили даже в цитаделях фашистского блока. Становилось очевидным, что и в них в результате разгрома военной машины могут произойти серьезные общественно-политические изменения.

Правящие круги западных держав всерьез опасались, что осуществление таких перемен поставит под вопрос реализацию их планов послевоенного устройства мира. Поскольку было очевидно, что СССР — естественный союзник социальных и национально-освободительных движений, что они могут рассчитывать на его всестороннюю помощь и поддержку, эти круги видели свою главную задачу в том, чтобы, шантажируя Советский Союз, заставить его смириться с реставрацией старых общественных порядков на освобожденных от фашистов территориях.

Моделью развития, которое было уготовано этими кругами освобожденной Европе, стали события в Греции, где высадившийся английский экспедиционный корпус, поддержанный местной реакцией, в том числе недавними коллаборационистами, нанес поражение демократическому движению Сопротивления, сыгравшему решающую роль в изгнании немецких и итальянских оккупантов, и на многие десятилетия навязал греческому народу реакционный режим, задержавший экономическое и социальное развитие страны.

Созданная на освобожденных территориях стран Западной Европы англо-американская военная администрация чинила всевозможные препятствия для деятельности именно тех сил, которые сыграли самую активную роль в борьбе против фашизма, одновременно укрывая от заслуженного возмездия коллаборационистов и военных преступников.

Подобную политику западные державы пытались проводить и в Восточной Европе, освобожденной от захватчиков советскими войсками. Поскольку свобода маневра в этом районе была для них ограничена, предпочтение было отдано поэтапному движению в сторону реставрации старых порядков. С одной стороны, неофициально инспирировалась деятельность сил, призванных спровоцировать дальнейшее обострение политической ситуации. С другой — на дипломатическом уровне выдвигалось требование реорганизации созданных в этой части Европы демократических правительств путем включения в них представителей правых буржуазных партий. Такая реорганизация объявлялась непременным условием признания этих правительств и решения проблем послевоенного мирного урегулирования.

В результате компромисса вскоре после окончания войны была осуществлена реорганизация правительств Югославии, Болгарии, Румынии, а спустя некоторое время и Польши. Однако инспирируемая западными державами подрывная деятельность, направ-

17 ленная на реставрацию довоенных порядков, после этого не только не прекратилась, но стала еще интенсивнее. Это в конечном счете привело к тому, что силы, добивавшиеся социальной и политической реставрации, окончательно потеряли свои политические позиции.

Убедившись в невозможности легально насадить угодные им порядки, правящие круги Запада в еще большей степени сделали ставку на нелегальную деятельность. Одновременно наращивалось внешнее давление. Когда обсуждался вопрос о границах Югославии с Италией и Австрией, а Албании с Грецией, западные державы, добиваясь угодных им результатов, прибегали даже к угрозе прямого военного вмешательства. Подобные же угрозы были адресованы Болгарии во время происходивших там всеобщих выборов. Реализовать эти угрозы на практике США и Англия, конечно, не могли, ибо им пришлось бы иметь дело с Советским Союзом.

Аналогичные действия были предприняты западными державами в колониальных странах, где изгнание японских оккупантов, как правило, сопровождалось подавлением сил национального освобождения и восстановлением старых, колониальных или полуколониальных порядков. Сразу же после окончания войны была осуществлена прямая военная интервенция в Индонезии, Индокитае, Малайе. В Китае, где реакционные круги правящей партии Гоминьдан развязали гражданскую войну против народно-освободительного движения, Соединенные Штаты оказали прямую вооруженную поддержку коррумпированному режиму Чан Кайши. При этом дело не ограничивалось поставками оружия и посылкой военных советников. В отдельных пунктах страны были высажены американские военные десанты.

В Корее Соединенные Штаты, оккупировав южную часть страны, помешали восстановлению ее единства на основе свободных выборов и, утвердив у власти террористический режим своего ставленника Ли Сын Мана, создали предпосылки для постоянного военного присутствия.

Особенно тяжелые испытания выпали на долю героического вьетнамского народа, которому сразу после провозглашения независимости пришлось вступить в многолетнюю и тяжелую борьбу против французских колонизаторов, а затем и американских интервентов.

В целом, однако, благодаря твердости, проявленной Советским Союзом, на значительной части территорий, освобожденных от фашистских захватчиков, реставрации старых социально-политических порядков не произошло.

В ходе войны СССР сформулировал преследуемые им политические цели, осуществления которых он добивался все последующие годы. Эти цели состояли в том, чтобы:

18 1. Ликвидировать смертельную опасность, нависшую над народами Советского Союза и созданным ими общественным строем.

2. Очистить от захватчиков советскую территорию.

3. Освободить от фашистов народы Европы и Азии и оказать им содействие в воссоздании своих национальных государств.

4. Предоставить освобожденным народам Европы полное право и свободу самим решать вопрос об их государственном устройстве.

5. Принять меры к тому, чтобы все фашистские преступники, в какой бы стране они ни скрывались, понесли суровое наказание за все совершенные ими злодеяния.

6. Установить такой порядок в Европе, который бы полностью исключал возможность новой агрессии со стороны Германии.

7. Создать длительное экономическое, политическое и культурное сотрудничество народов, основанное на взаимном доверии и взаимной помощи в целях восстановления разрушенного хозяйства и культуры ¹.

Влияла ли политика Советского Союза на внутреннее развитие и политическую обстановку в освобожденных от фашизма странах? Конечно, влияла! Решающий вклад СССР в разгром фашизма способствовал не только огромному росту международного авторитета Советского государства, но и усилению притягательности идей социализма в целом.

Доверие к политике СССР подкреплялось признательностью за жертвы, понесенные им в борьбе за изгнание оккупантов. Память о том, что в боях за освобождение Румынии пало около 70 тыс., Чехословакии — 140 тыс., Польши — около 600 тыс. советских воинов, что всего на территории зарубежных стран Европы и Азии Советская Армия потеряла убитыми, ранеными и пропавшими без вести более 3 млн. человек ², стала фактором большого политического значения.

Росту такого доверия способствовало также недовольство курсом на возрождение германского империализма в Европе и восстановление колониальных и полуколониальных порядков в Азии, взятым западными державами. Этот курс укреплял понимание того, что СССР — единственный надежный гарант национальной свободы и независимости, завоеванных столь дорогой ценой.

Все это, естественно, оказывало глубокое воздействие на внутриполитическую обстановку в освобожденных от фашизма странах.

Оказывал ли Советский Союз политическую поддержку де-

¹ См. «Международные отношения после второй мировой войны», т. 1. М., 1962; «История внешней политики СССР» (под ред. А. А. Громыко, Б. Н. Пономарева), т. 2. М., 1976.

² См. «Освободительная миссия Советских Вооруженных Сил во второй мировой войне», М., 1974, с. 7, 8, 129, 174, 358.

19 мократическим силам в этом регионе? Да, оказывал! Позиция СССР имела большое значение для международного признания демократических правительств Югославии, Польши, Румынии и Болгарии. Советская дипломатия сыграла огромную роль при решении вопросов послевоенного мирного урегулирования на основе принципов, гарантирующих независимость, консолидацию и дальнейшее упрочение сложившихся в Центральной и Юго-Восточной Европе народно-демократических режимов. Особенно большое значение имела позиция СССР для закрепления западной границы Польши на линии Одер — Нейсе.

Несмотря на экономические трудности, переживаемые в то время Советским Союзом, народному хозяйству которого был нанесен тяжелейший урон, СССР оказал своим соседям, пострадавшим от войны, посильную помощь, не связанную с какими-либо политическими условиями. Эта помощь дала молодым народно-демократическим государствам дополнительную возможность, обеспечив элементарные потребности населения, преодолеть трудности восстановительного периода. Так, соглашения о советских поставках зерна, заключенные в 1945—1946 гг. с Польшей и в 1947 г. с Чехословакией (несмотря на то, что в это время Советский Союз сам испытывал большие затруднения с продовольствием), дали им возможность избавить население от голода, что в свою очередь оказало немалое воздействие на стабилизацию внутриполитического положения в соответствующих государствах.

Существенную роль в укреплении экономики освобожденных стран имела передача им значительной части трофейных предприятий и трофейного имущества, а также ограничение объема причитавшихся Советскому Союзу репараций от бывших союзников Германии. Советскими войсками была проделана большая работа по восстановлению в странах Центральной и Юго-Восточной Европы транспортной сети.

СССР оказал большую помощь в восстановлении экономики Северо-Восточного Китая, ставшего основной экономической базой китайской народной революции. Кроме того, после разгрома империалистической Японии Советский Союз передал находившимся в Маньчжурии частям китайской Народно-освободительной армии, представлявшим собой признанную часть союзных войск, боровшихся с японскими захватчиками, значительное количество трофейного вооружения и снаряжения. Это позволило народным войскам выстоять в развязанной гоминьдановцами гражданской войне, а затем перейти в победоносное контрнаступление.

Особого внимания заслуживает вопрос о том, какую непосредственную роль сыграл СССР в развитии революционных процессов в других странах. На Западе вышло немало работ, в которых утверждается, будто становление социалистических общественных порядков в ряде стран Европы и Азии после второй миро-

20 вой войны было результатом не революционной воли масс, а «советского принуждения».

Как же обстояло дело в действительности? Очевидно, что в ходе освободительной миссии, осуществленной Советской Армией, разгром фашистского вермахта и японской императорской армии сопровождался ликвидацией оккупационного аппарата подавления и организаций местных реакционных сил, сотрудничавших с оккупантами. Присутствие советских войск, безусловно, сдерживало внутреннюю реакцию, особенно те круги, которые делали ставку на вооруженные заговоры и развязывание гражданской войны.

Поскольку реальное соотношение сил в большинстве освобожденных стран складывалось не в пользу реакции, она возлагала основные надежды на то, что ей удастся, обострив внутриполитическую обстановку, спровоцировать вмешательство извне. Присутствие же советских войск осложняло реализацию подобных планов.

Если бы социальные преобразования в соответствующих странах были делом советских властей (и советских войск), то западные державы должны были бы выступать за скорейший отвод из освобожденных государств всех иностранных вооруженных сил. Однако идея полного вывода иностранных войск и ликвидации всех иностранных военных баз на территории других стран — членов Объединенных Наций была выдвинута в это время вовсе не западными державами, а Советским Союзом. Осуществление же этой идеи было сорвано именно западными державами. Очевидно, реально оценивая расстановку сил в освобожденных странах, правящие круги Запада всерьез опасались, что вывод иностранных войск не только не сыграет на руку реакции, но сможет подорвать ее позиции и за пределами дислокации советских войск.

Следует помнить также, что советские войска не вступали ни на территорию Албании, ни тем более Вьетнама. Сразу же после окончания военных действий они были выведены из Югославии, осенью 1945 г. — из Чехословакии, к маю 1946 г. — из Китая. Таким образом существовала группа стран, которые перешли на путь социалистического развития, хотя советских войск там либо вообще не было, либо они были эвакуированы оттуда задолго до победы социалистических революций. В то же время, хотя советские войска в ходе войны заняли значительную часть Австрии и Норвегии и находились в Иране, революций в этих странах не произошло.

Практическая деятельность советских учреждений в освобожденных странах определялась общим курсом СССР, придерживавшегося принципа невмешательства во внутренние дела других народов. Показательным в этом смысле было соглашение, заключенное в мае 1944 г. между советским и чехословацким правитель-

21 ствами. В соответствии с этим соглашением контроль над освобожденной Советской Армией чехословацкой территорией, как только она переставала быть зоной непосредственных военных действий, полностью переходил в руки чехословацких органов власти.

Когда летом 1944 г. советские войска, преследуя фашистов, вступили на территорию Польши, Народный комиссариат иностранных дел СССР опубликовал заявление, в котором указывалось, что Советский Союз не намерен «устанавливать на территории Польши органов своей администрации, считая это делом польского народа...» ¹.

В советских войсках, вступавших на территорию освобождаемых стран, велась разъяснительная работа, в ходе которой внимание офицеров и солдат обращалось на полную недопустимость какого бы то ни было вмешательства во внутренние дела местных органов власти, а также нетактичного отношения к национальным, культурным или религиозным традициям и обрядам.

Прямые акции советских военных органов на территории союзных стран имели место лишь в отдельных случаях в Польше, где возникла необходимость пресечения деятельности подпольных сил, осуществлявших террористические и диверсионные акты в тылу сражавшихся с фашистскими армиями советских воинских частей.

Более широкими полномочиями были наделены органы Советской военной администрации, созданной на территории стран, бывших союзниками фашистской Германии, и в самом «третьем рейхе». Вплоть до заключения мирных договоров в 1947 г. в Болгарии, Венгрии и Румынии действовали Союзные контрольные комиссии (СКК), возглавлявшиеся военными представителями СССР. Осуществляя общий надзор за выполнением условий перемирия, эти комиссии добивались реализации положений, запрещавших деятельность фашистских организаций и требовавших строгого наказания военных преступников. Однако после капитуляции Германии, по мере ликвидации фашистских структур, политические функции СКК в этих странах стали передаваться национальным демократическим правительствам. Поэтому задолго до подписания мирных договоров эти страны уже пользовались полным суверенитетом при решении важнейших вопросов своего внутреннего развития.

Наиболее сложные задачи выпали на долю Советской военной администрации в Германии, которая на первых порах взяла на себя управление ее восточными районами (советская зона оккупации). Их сложность определялась тем, что последствия фашистского господства были там наиболее глубокими, демократические

¹ «Внешняя политика Советского Союза в период Отечественной войны», т. II. М., 1946, с. 155.

22 силы в значительной степени разгромлены, а тотальный крах нацистского режима повлек за собой полный паралич всей системы управления, всех общественных структур. И тем не менее, проводя курс на полное искоренение фашистского влияния, предотвращение возможностей возрождения нацизма и милитаризма, практически налаживая народное хозяйство, восстанавливая коммунальные службы и систему снабжения населения, Советская военная администрация по мере восстановления демократических организаций передавала им функции, касавшиеся различных аспектов внутренней политики.

Советская военная администрация, констатирует изучавший ее историю профессор С. Дёрнберг (ГДР), «не провела ни одного мероприятия по изменению социально-экономического строя, так как считала это внутренним делом немецкого народа. Поэтому все законы и распоряжения, глубоко вторгавшиеся в существующие общественные порядки и являвшиеся важными составными частями антифашистских, демократических, революционных преобразований (земельная реформа, экспроприация собственности военных преступников и активных нацистов, создание государственного сектора, проведение демократической школьной реформы и другие), были не только осуществлены, но и разработаны и приняты демократическими и патриотическими силами немецкого народа и созданными ими парламентскими, государственными и административными органами» ¹.

Особый характер второй мировой войны, специфика расстановки сил между воюющими сторонами и внутри антифашистской коалиции, разгромившей блок фашистских держав, предопределили и своеобразие общественно-политических итогов этого крупнейшего сражения в истории человечества.

Определяющим среди этих итогов было спасение народов от угрозы порабощения и физического уничтожения, которой была бы чревата победа фашизма. При этом главный урок, который извлекли из разгрома фашизма народы, состоял в том, что «против войны надо бороться, пока она не началась» ².

В ходе войны фашизм не просто потерпел военное поражение. Разгромленными оказались все организационные, политические и другие общественные структуры, которые дали фашизму силу, позволившую ему подчинить себе огромные районы мира, лишить независимости десятки и сотни миллионов граждан, внедрить в повседневную жизнь немыслимо жестокие формы обращения с людь-

¹ С. Дёрнберг. О деятельности Советской военной администрации в Германии (1945—1949 гг.).— «Военно-исторический журнал», 1966, № 8, с. 8.

² Постановление ЦК КПСС «О 40-летии Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941—1945 годов».— «Правда», 17 июня 1984 г.

23 ми, сделать массовое уничтожение человеческих жизней частью рутинной деятельности государственной машины. Немаловажное значение имело и идейное поражение фашизма. Вместе с государственным аппаратом, обеспечившим функционирование фашистской системы, оказалась разорванной в клочья та пропагандистская завеса, за которой скрывались самые сокровенные тайны фашизма. В результате перед всем миром предстал его истинный облик — системы кровавого самовластья, попирающего мораль и все элементарные нормы человеческого общежития. Те, кто сталкивался лицом к лицу с фашизмом и раньше, не узрели в этом ничего нового. Но существовали сотни миллионов людей, имевших представление о фашизме понаслышке или, во всяком случае, далеких от познания его сути. Окончательное разоблачение фашизма стало для них потрясением, последствия которого сказывались еще многие десятилетия. В конечном счете фашизм как система взглядов и практическая политика оказался настолько скомпрометированным, что на протяжении долгого времени все попытки вернуть ему влияние в традиционной или модифицированной форме оканчивались неудачей.

Важнейшим итогом второй мировой войны, отложившим глубокий отпечаток на все последующее развитие человеческого общества, явилось упрочение позиций социализма. Его воплощение — Советский Союз, как уже отмечалось, внес решающий вклад в разгром основной ударной силы фашистского блока — нацистской Германии и ее европейских союзников. Он сыграл большую роль в том военном поражении, которое потерпела в ходе второй мировой войны милитаристская Япония.

Но дело не ограничилось этим. В ходе войны с фашистским блоком воочию раскрылось превосходство советского общественного и государственного строя, социалистической организации экономики над капиталистической. Миру было продемонстрировано, что даже самая сильная империалистическая коалиция, несмотря на внезапное и вероломное нападение, не в состоянии сокрушить социализм. «Глубокая идейная убежденность, безграничная вера в правоту великого ленинского дела служили неиссякаемым источником духовных сил советского народа, его морально-политической сплоченности» ¹.

Резко возрос моральный авторитет Советского Союза в мировом сообществе. Стена изоляции, которой пытались окружить в межвоенные годы Советскую страну наиболее влиятельные капиталистические державы, практически развалилась. Этому невольно способствовали правящие круги Соединенных Штатов и Англии. Вынужденные под давлением обстоятельств вступить в союз с Со-

¹ Постановление ЦК КПСС «О 40-летии Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941—1945 годов».— «Правда», 17 июня 1984 г.

24 ветским Союзом и бороться вместе с ним против фашистской угрозы, они тем самым помимо своего желания опровергли многие из тех вымыслов о Советской стране, о ее внутренней и внешней политике, которые сами же и распространяли. Народы десятков стран увидели наконец Советский Союз таким, каким он был в действительности: великой державой, осуществляющей глубочайшие социальные преобразования, не жалеющей ничего, чтобы отстоять свое право на них, и в то же время готовой жить в мире и дружбе со всеми народами, проявляющими такое желание.

Разрушение стены изоляции нашло свое практическое выражение в неуклонном расширении дипломатических связей Советского Союза. Если в конце 1941 г. он имел официальные отношения с 17 странами, то к концу 1945 г. уже с 46¹.

Большое позитивное значение имел накопленный в годы войны опыт сотрудничества СССР с другими участниками антифашистской коалиции. Советская страна с момента своего возникновения придерживалась сформулированного В. И. Лениным принципа мирного сосуществования государств с различным социальным строем, предполагающего налаживание нормальных, добрососедских отношений с капиталистическими государствами, проявляющими добрую волю. В ходе второй мировой войны необходимость мирного сосуществования и сотрудничества была официально признана и правительствами капиталистических государств — членов антифашистской коалиции. «Только при продолжающемся и растущем сотрудничестве и взаимопонимании между нашими тремя странами и между всеми миролюбивыми народами может быть реализовано высшее стремление человечества — прочный и длительный мир»²,— констатировалось в решениях Ялтинской конференции руководителей СССР, США и Великобритании (1945 г.).

Атмосфера сотрудничества положительно сказалась на внутриполитической обстановке в капиталистических странах, входивших в антифашистскую коалицию. Представители наиболее реакционных фракций господствующего класса были вынуждены отойти на второй план и примолкнуть. В свою очередь облегчились условия существования и деятельности демократических организаций.

Разгром германского фашизма и японского милитаризма при решающей роли Советского Союза создал благоприятные условия для свержения власти капиталистов и помещиков в ряде стран Европы и Азии. Антифашистский характер войны и победа в ней

¹ См. «Международные отношения после второй мировой войны», т. 1, с. 25.

² «Советский Союз на международных конференциях периода Великой Отечественной войны 1941—1945». Сборник документов, т. 4. М., 1979, с. 271.

25 СССР резко обострили кризис колониальной системы империализма и положили начало ее распаду. Родившееся в огне второй мировой войны новое, принципиально иное соотношение классовых сил в мире продолжало меняться в пользу социализма.

Изменения в расстановке сил произошли и в самом капиталистическом лагере. Из системы межкапиталистической конкуренции на некоторое время выпали такие крупные империалистические страны, как Германия, Италия и Япония. Оставленные ими позиции в сфере капиталистического господства были немедленно заняты оказавшимися в стане победителей империалистическими державами — США и Англией. При этом львиную долю захватили Соединенные Штаты.

Однако укрепление позиций США происходило не только за счет поверженных противников. Условия, созданные войной, были использованы ими и для того, чтобы потеснить более слабых союзников. Первой жертвой такой политики стала Великобритания. За годы войны Соединенные Штаты в кратчайшие сроки осуществили такую экономическую аннексию Канады, которая превзошла все предыдущие попытки «американизировать» этот английский доминион. США добились заключения соглашения о передаче им в аренду территорий в британских колониальных владениях в западном полушарии на 99 лет для создания военных баз. Американские нефтяные монополии потеснили английские в их привычном «заповеднике» — на Ближнем Востоке. Капитал США стал интенсивно проникать в английские владения в Азии, Африке и т. д. Для укрепления позиций американского капитала в еще большей степени было использовано серьезное ослабление Франции.

В целом внутри группировки капиталистических стран, входивших в антигитлеровскую коалицию во время войны, произошел своеобразный передел мира, осуществлявшийся методами экономического, а также политического давления и проникновения. Этот передел оказал значительное влияние на расстановку сил после войны ¹.

Во время войны произошло небывалое усиление государственно-монополистического капитализма. Оно явилось прямым результатом тотального характера войны и глубокой перестройки всей экономики на военный лад. Империалистическое государство превратилось в крупнейшего покупателя вооружений, амуниции, продовольствия, стратегического сырья и услуг. Привилегия обеспечивать этот государственный рынок с самого начала была предоставлена крупнейшим монополиям. С помощью государственного аппарата они закрепили за собой львиную долю всех военных заказов, на которые устанавливались монопольные цены, обеспе-

¹ См. «Международные отношения после второй мировой войны», т. 1, с. 48.

26 чивающие гигантские сверхприбыли. Государственно-монополистическое регулирование военной экономики привело к чрезвычайному усилению концентрации капитала и повышению удельного веса монополий в экономике всех империалистических стран. Эта ситуация сохранялась и после окончания войны, несмотря на некоторое изменение экономических приоритетов¹.

Еще одним серьезным экономическим последствием второй мировой войны явилось изменение пропорций между отраслями хозяйства. Это породило необходимость создания новых соотношений, отвечающих потребностям послевоенного мира. Однако установление новых пропорций между отраслями в капиталистическом хозяйстве всегда сопровождается кризисами, жертвами которых становятся старые отрасли и менее развитые страны. Эта закономерность отчетливо проявилась уже в первые послевоенные годы, вызвав тем самым серьезные социальные последствия.

УКРЕПЛЕНИЕ ПОЗИЦИЙ МЕЖДУНАРОДНОГО КОММУНИСТИЧЕСКОГО ДВИЖЕНИЯ​

Одним из значительных последствий второй мировой войны было существенное укрепление позиций международного коммунистического и рабочего движения. Такое укрепление было обусловлено выдающейся ролью, которую сыграло коммунистическое движение в разгроме фашизма.

Формулируя свои задачи, коммунисты исходили из того, что масштабы угрозы, которой чревата победа фашизма, а также антифашистское, освободительное содержание, ставшее определять характер второй мировой войны спустя некоторое время после ее начала, требуют всемерной концентрации усилий трудящихся на оказании отпора фашистским державам. Это означало, что все другие проблемы, которые продолжали стоять перед рабочим классом, демократическими силами, антиколониальными движениями, должны были на время отойти на второй план. Подобный подход к оценке сложившейся ситуации позволил коммунистическим партиям во многих странах стать тем самым ядром, вокруг которого объединились силы, наиболее решительно и активно поднявшиеся на борьбу за национальное освобождение и окончательный разгром фашизма.

Разумеется, конкретные формы и методы деятельности коммунистов различных стран при общности их стратегической линии отличались значительным разнообразием. Они модифицировались в зависимости от особенностей той ситуации, в которой находилась та или иная страна, и от менявшейся общей обстановки.

¹ См. «Международные отношения после второй мировой войны», т. 1, с. 48—49.

27 С момента начала войны образовалось несколько групп стран, отличавшихся по своему месту в расстановке мировых сил: воюющие государства антифашистской коалиции; страны, оказавшиеся под фашистской оккупацией; члены фашистского блока; нейтральные страны и территории, находящиеся в колониальной или полуколониальной зависимости от империалистических метрополий. Поэтому формы и методы борьбы коммунистических партий в какой-то мере зависели и от того, в какую группу входили те или иные государства.

Определяющую роль в организации отпора фашизму и в конечном счете в его разгроме сыграла Коммунистическая партия Советского Союза. К началу войны она была не только наиболее опытной и самой крупной, но и единственной правящей коммунистической партией. КПСС стала той силой, которая возглавила действия советских людей, направленные на победу над фашизмом, в тылу и на переднем крае ¹. Советские коммунисты находились на самых ответственных участках борьбы. Об этом можно судить на основании следующих данных. К моменту нападения на Советский Союз нацистской Германии и ее союзников в военных партийных организациях КПСС состояло около 17% коммунистов, а в самый разгар войны, в 1943 г., — 55,2%. К началу 1945 г. в армии и на флоте находилось более 3,3 млн. коммунистов, или почти 60% всего состава партии.

Исключительно велики были людские потери КПСС. Более 3 млн. сынов и дочерей партии отдали жизнь за Родину. Почти ³/₄ воинов, показавших высшие образцы доблести и удостоенных за это звания Героя Советского Союза, — коммунисты ².

Свидетельством выдающегося вклада Коммунистической партии Советского Союза в организацию победы над врагом, а также той высокой оценки, которую давали этому вкладу советские люди, было, в частности, то, что, несмотря на огромные потери, ее численность непрерывно возрастала. За время войны в кандидаты партии вступило более 5 млн., а в члены — 3,6 млн. человек. Всего к концу войны в КПСС насчитывалось около 6 млн. членов. Иными словами, коммунистом стал каждый 16-й взрослый житель страны ³.

Коммунистические партии капиталистических государств — участников антифашистской коалиции находились в принципиально ином положении. Их политическое влияние было сравнительно невелико. В предшествующие годы некоторые из них подвергались гонениям. Например, в Канаде коммунистическая партия была

¹ См. «История Коммунистической партии Советского Союза». М., 1980; «История Коммунистической партии Советского Союза», т. 5, кн. 1. М., 1970.

³ См. «Всемирная история», т. X. М., 1965, с. 604.

28 запрещена в 1940 г. и только в 1943 г. была воссоздана под названием Рабочая прогрессивная партия. Даже после возникновения антифашистской коалиции компартиям приходилось с трудом преодолевать груз недоверия и предубеждения, накопившийся за годы антикоммунистической травли. Кое-где новая ситуация, обусловленная возникновением военной коалиции, объединяющей капиталистические державы — США и Англию, с одной стороны, и социалистический Советский Союз — с другой, породила идейное замешательство. Однако в целом мобилизующее воздействие антифашистской деятельности компартий на общественность капиталистических стран, входивших в антифашистскую коалицию, было весьма значительным. Компартии Англии и США выступали за упрочение солидарности с СССР, оказание ему помощи в борьбе против общего врага, активно участвовали в широкой кампании за открытие второго фронта в Европе, стимулировали трудовую активность рабочего класса, направленную на увеличение военного производства. Коммунисты США, Англии и других капиталистических стран этой группы проявили себя как смелые воины на полях сражений в Европе и Азии.

Крайне тяжелыми были условия борьбы коммунистических партий в оккупированных странах. Еще до нападения на Советский Союз гитлеровской Германией было захвачено 11 государств. Ряд территорий и стран были оккупированы милитаристской Японией. Организуя сопротивление оккупантам, коммунисты исходили из того, что интересы его эффективности требуют использования всех форм борьбы, включая вооруженную ¹.

Одними из первых, сразу же после оккупации страны в сентябре 1939 г., против захватчиков поднялись коммунисты Польши. Сложность положения, в котором они находились, обусловливалась не только масштабами фашистского террора и подавленностью, которая охватила на первых порах после поражения широкие круги польского народа, но и распыленностью сил самих коммунистов. После необоснованного роспуска Исполкомом Коминтерна Компартии Польши в 1938 г. сохранившиеся коммунистические группы потеряли связи не только с другими коммунистическими партиями, но и друг с другом. Тем не менее уже осенью 1939 г. им удалось создать ряд активно действовавших левых антифашистских организаций.

Начало военных действий на советско-германском фронте придало освободительной деятельности польских коммунистов новые импульсы. Огромное значение для дальнейшей активизации антифашистского Сопротивления имело создание в январе 1942 г. Польской рабочей партии (ППР). Уже в мае 1942 г. начала

¹ См. М. И. Семиряга. Авангардная роль коммунистов во второй мировой войне. — «Рабочий класс в мировом революционном процессе. 1985». М., 1985, с. 19.

29 свои боевые действия образованная и руководимая этой партией военная организация польских патриотов — Гвардия Людова.

С конца 1943 г. освободительная борьба польских трудящихся приобрела характер широких военных действий. На завершающем этапе войны возрожденное Народное Войско Польское, в формировании которого огромную роль сыграли коммунисты, бок о бок с Советской Армией участвовало в освобождении Польши и в окончательном разгроме фашистской Германии.

В целом польский народ внес значительный вклад в победу над фашизмом: всего в регулярных и партизанских частях сражалось около 2 млн. польских граждан, существовало около 300 организаций движения Сопротивления, в которых состояло более 1 млн. человек ¹.

С июля 1941 г. развернулась освободительная война народов Югославии. По призыву Коммунистической партии население страны с оружием в руках выступило против оккупантов. Ранее созданные боевые группы послужили ядром для формирования партизанских отрядов. Для руководства их борьбой был создан Главный штаб народно-освободительных партизанских отрядов, который возглавил Генеральный секретарь Центрального Комитета Коммунистической партии Югославии И. Броз Тито.

Несмотря на все усилия фашистского командования, пытавшегося покончить с национально-освободительным движением, в стране то в одном, то в другом районе возникали освобожденные от оккупантов зоны, управляемые антифашистскими властями. На волне всенародной антифашистской борьбы возник общеюгославский политический орган — Антифашистское вече народного освобождения Югославии. На второй сессии этого веча, состоявшейся в ноябре 1943 г. в боснийском городе Яйце, были приняты решения, заложившие фундамент нового демократического государства. В декларации, принятой сессией, говорилось, что в народно-освободительной борьбе под руководством Коммунистической партии объединились все подлинно демократические силы и политические группы Югославии. В ходе этой борьбы сложилось новое соотношение политических сил, потерпели провал попытки разжечь национальную вражду, были созданы условия для образования будущего демократического федеративного содружества народов Югославии, основанного на их равноправии. Антифашистское вече образовало Национальный комитет освобождения Югославии, взявший на себя функции правительства.

Тем временем сложившаяся в ходе войны с оккупантами Народно-освободительная армия Югославии, насчитывавшая уже

¹ См. «Советский Союз и борьба народов Центральной и Юго-Восточной Европы за свободу и независимость. 1941—1945 гг.» М., 1978, с. 75.

30 более 300 тыс. человек, освободила значительную часть территории страны. После вступления на территорию Югославии Советской Армии Народно-освободительная армия, преобразованная в Народную армию Югославии, сражаясь бок о бок с советскими войсками, продолжала наносить сокрушительные удары по фашистским войскам. К 15 мая 1945 г. югославская Народная армия полностью освободила страну, разгромив и взяв в плен те немецко-фашистские части, которые отказались сложить оружие после капитуляции Германии и стремились пробиться на запад, чтобы сдаться англо-американским войскам. Югославские войска изгнали также немецких захватчиков с территории Истрии.

В порабощенной и разорванной на части Чехословацкой Республике коммунисты на протяжении всех лет оккупации в глубоком подполье делали все возможное, чтобы вдохнуть в народ веру в грядущую победу. Коммунистическая партия Чехословакии (КПЧ) сыграла важную роль в формировании на территории СССР чехословацкой воинской части под командованием Л. Свободы, которая стала впоследствии основой возрожденной чехословацкой армии. В сентябре 1941 г. по инициативе Компартии Чехословакии в стране был создан Центральный национально-революционный комитет, в который вошли представители всех основных групп Сопротивления. Добиваясь сплочения вокруг рабочего класса всех антифашистских сил, КПЧ наладила сотрудничество с антифашистски настроенной эмиграцией, группировавшейся вокруг Э. Бенеша.

Осенью 1943 г. в Братиславе был образован нелегальный Словацкий национальный совет, взявший на себя осуществление координации деятельности подпольных антифашистских групп. Активность словацких сил Сопротивления сыграла немалую роль в том, что фашистскому командованию так и не удалось эффективно использовать на советско-германском фронте воинские части, сформированные из жителей Словакии. Оказавшись на территории СССР, многие словацкие военнослужащие примкнули к партизанскому движению.

В начале 1944 г. в связи с приближением Советской Армии к территории Чехословакии в стране возникли благоприятные условия для подъема партизанской борьбы. Важнейшую роль в организации этого подъема сыграли чехословацкие коммунисты. При их активном участии в августе 1944 г. в Словакии вспыхнуло всенародное вооруженное восстание, которое, несмотря на поражение, нанесло серьезный урон боеспособности немецко-фашистской армии¹. Коммунисты были той силой, которая подготовила и успешно провела майское восстание 1945 г. в Праге. Поддержанное

¹ См. «Очерк истории Коммунистической партии Чехословакии». М., 1979, с. 623.

31 Советской Армией, оно стало одним из последних, завершающих ударов, которые были нанесены смертельно раненному фашистскому зверю.

В Греции Коммунистическая партия сыграла важнейшую роль в создании Национально-освободительного фронта (ЭАМ), в который вошли также другие левые партии. Фронт призвал народ к вооруженной борьбе против оккупантов и создал в этих целях Национально-освободительную армию (ЭЛАС). К лету 1943 г. ЭЛАС превратилась в хорошо организованные регулярные вооруженные силы, развернувшие широкомасштабные боевые действия против фашистских захватчиков и освободившие значительную часть страны.

В Албании созданная в ноябре 1941 г. Коммунистическая партия, возглавив стихийно возникшее сопротивление, сумела превратить его в широкое народное движение. Летом 1943 г. на базе активно действовавших партизанских отрядов стала формироваться Национально-освободительная армия. Коммунисты сыграли решающую роль в образовании Антифашистского национально-освободительного комитета, преобразованного в октябре 1944 г. во Временное демократическое правительство. В ноябре 1944 г. Национально-освободительная армия Албании завершила освобождение своей страны.

Во Франции первым призывом к сопротивлению оккупантам стал Манифест 10 июля 1940 г., подписанный руководителями коммунистической партии М. Торезом и Ж. Дюкло. Уже в конце 1940 г. было создано ядро военной организации Французской коммунистической партии (ФКП) для борьбы в подполье. К концу 1943 г. эта организация, принявшая наименование Французские франтиреры и партизаны, насчитывала 200 тыс. человек. В 1944 г. в ней было уже полмиллиона бойцов. Эта армия оказала существенную поддержку англо-американским войскам во время их высадки в Нормандии, на юге Франции и последующего продвижения в глубь страны. Французские коммунисты приняли самое активное участие в восстании, вспыхнувшем в Париже 18 августа 1944 г., и во многом обеспечили его успех. Показательно, что капитуляцию немецкого гарнизона французской столицы наряду с генералом французской армии Леклерком принимал один из руководителей восстания — коммунист полковник Роль-Танги ¹.

В интересах сплочения всех национальных сил ФКП поддержала сформированный генералом де Голлем Национальный комитет «Свободная Франция» и тесно сотрудничала с антигитлеровскими группами Сопротивления, руководимыми сторонниками де Голля.

¹ Подробнее см.: В. П. Смирнов. Движение Сопротивления во Франции в годы второй мировой войны. М., 1974.

32 Коммунисты были застрельщиками и наиболее активными участниками антифашистского подполья и в других оккупированных немцами странах — Бельгии, Голландии, Норвегии, Дании, Люксембурге.

В борьбе за свободу своих народов компартии оккупированных стран Европы понесли большие потери. В ходе освободительной войны югославского народа погибло 50 тыс. коммунистов, более ³/₄ довоенного состава Коммунистической партии Югославии (КПЮ). За свободу польского народа отдали свои жизни 15 тыс. членов Польской рабочей партии.

В Чехословакии за время оккупации было убито 25 тыс. коммунистов (¹/₃ членов КПЧ). Среди них — 7 депутатов парламента, 5 сенаторов, 150 руководящих работников. 60 тыс. коммунистов прошли через гитлеровские тюрьмы и концлагеря ¹.

Во Франции компартия потеряла 75 тыс. членов (25% предвоенной численности), в том числе 8 членов Центрального Комитета. Погибли такие видные политические деятели-коммунисты, как Габриель Пери, Пьер Семар, Анри Ребьер, Жан Соломон, Жорж Полицер, Жан Катала и др. Французские трудящиеся назвали свою партию «партией расстрелянных», и она гордится этим наименованием ².

Тысячи коммунистов погибли в Греции, Албании и других оккупированных странах Европы.

Упорную борьбу вели коммунистические партии стран фашистского блока.

В Болгарии коммунисты возглавили всенародную борьбу против возможного вовлечения страны в войну. По инициативе Компартии было развернуто партизанское движение, вступившее в ожесточенную борьбу с фашистско-монархической властью. По инициативе коммунистов демократические силы страны объединились в Отечественный фронт, бросивший вызов болгарской реакции. Коммунисты были ведущей силой победоносного антифашистского восстания 9 сентября 1944 г., положившего конец режиму болгарских союзников Гитлера ³.

С началом советско-германской войны активизировалась и деятельность Компартии Румынии (КПР). По инициативе КПР в 1943 г. был образован Патриотический антигитлеровский фронт. Все более успешной была работа, которую вели подпольные организации Компартии на фронте и в тылу. Составной частью движе-

¹ См. «Очерк истории Коммунистической партии Чехословакии», с. 238; «Československý časopis historičny», 1958, N 2, s. 191.

³ См. «История Болгарской коммунистической партии». М., 1971, с. 432 и сл.

33 ния Сопротивления стало образование на территории СССР из числа румынских военнопленных добровольческих дивизий, одна из которых с весны 1944 г. включилась в боевые операции. Партия тщательно готовилась к вооруженному восстанию, которое вспыхнуло после вступления на территорию страны советских войск и завершилось победой 23 августа 1944 г.¹

Большой вклад в низвержение фашизма внесла Итальянская коммунистическая партия (ИКП). В марте 1943 г. она руководила крупными стачками в главных промышленных центрах Севера, ставшими предвестниками падения фашизма. Сразу же после свержения Муссолини и оккупации страны немецко-фашистскими войсками руководство партии издало директиву о создании вооруженных отрядов. Половина партийных кадров была направлена на военную работу².

Организованные коммунистами отряды, объединенные затем в бригады имени Гарибальди, послужили в организационном и тактическом отношении образцом для остальных сил Сопротивления. Коммунисты добились создания объединенного командования сил Сопротивления; видный деятель ИКП Л. Лонго стал заместителем командующего.

Деятельность коммунистов «была направлена на создание обстановки, благоприятной для ведения освободительной войны, на осуществление единства итальянского народа в борьбе против гитлеровцев и фашистских предателей, на то, чтобы добиться более широкого участия народа в освободительной войне»³. Благодаря предложению П. Тольятти отложить решение вопроса о государственном устройстве до победы удалось урегулировать острейшие разногласия между антифашистскими партиями и добиться их сотрудничества в Комитетах национального освобождения. По призыву коммунистов партизаны не подчинились приказу английского генерала Александера прекратить на зиму 1944/45 г. боевые действия и разойтись по домам. В апреле 1945 г. по инициативе компартии основная часть Северной Италии, в том числе главные промышленные центры, была освобождена от немецко-фашистских оккупантов в результате народного восстания еще до прихода англо-американских войск⁴.

Свой вклад в антифашистскую борьбу внесли коммунисты Венгрии и Финляндии.

¹ Подробнее см.: Н. И. Лебедев. Крах фашизма в Румынии. М., 1976; «Вклад Румынии в победу над фашизмом». Бухарест, 1966.

⁴ См. Г. С. Филатов. Итальянские коммунисты в движении Сопротивления. М., 1964.

34 Несмотря на жесточайший террор, сопротивление фашистам оказывали и немецкие коммунисты. Свою деятельность активизировали возникшие до войны антифашистские группы, создавались новые. Уже к концу 1942 г. Коммунистической партии Германии удалось образовать центры партийной работы и антифашистской борьбы в масштабе крупных районов. Под влиянием побед, одержанных Советской Армией под Сталинградом, по инициативе коммунистов на территории СССР был создан Национальный комитет «Свободная Германия», ставший политическим и организационным центром для всех немецких патриотов-антифашистов ¹. В самой Германии в ноябре 1943 г. был образован Центр оперативного руководства компартии. К весне 1944 г. под его руководством работало 10 тыс. активных антифашистов ².

Условия антифашистской борьбы внутри Германии были тогда особенно сложными. Однако тот факт, что даже в цитадели фашизма нашлись силы, поднявшиеся, несмотря на все опасности, на решительную борьбу против кровавого господства, говорит о неоспоримой заслуге немецких коммунистов. Это же можно сказать и о коммунистах Австрии.

Героическую борьбу против милитаристского режима внутри страны и его захватнической политики вовне вели коммунисты Японии.

Жертвы, принесенные коммунистами государств фашистского блока, по своим масштабам не уступали тем, которые несли коммунисты в странах, ставших объектом его агрессии. В Германии из 300 тыс. членов КПГ, насчитывавшихся в 1933 г., около 150 тыс. были заключены в тюрьмы и концлагеря. В фашистских застенках погибло 30 тыс. коммунистов, в том числе выдающийся деятель немецкого и международного коммунистического движения Э. Тельман. Фашисты уничтожили 1400 активистов Компартии Австрии, в том числе 13 (из 30) членов ее Центрального Комитета. Свыше 34 тыс. австрийских коммунистов было заключено в тюрьмы и концентрационные лагеря. В Италии погибли 71 тыс. антифашистов, в том числе около 43 тыс. гарибальдийцев. Из них более 42 тыс. были коммунистами. В числе множества казненных коммунистов в Румынии были почти все члены Центрального Комитета КПР ³.

Долгими годами подпольной антифашистской борьбы завоевала себе высокий авторитет Португальская компартия (ПКП). Хотя сама Португалия формально не была членом агрессивного военного блока держав «оси» и юридически сохраняла статус нейт-

¹ «Geschichte der deutschen Arbeiterbewegung», Bd 5. Berlin, 1966, S. 350 ff.

³ См. М. И. Семиряга. Указ. соч., с. 28.

35 ральной страны, господствовавший в ней режим по своим позициям, установкам и жестокости немногим отличался от фашистских режимов Германии, Италии и их союзников, и борьба против фашистских властей в этой стране была не менее опасной, чем в других. Многие из руководителей ПКП — Б. Гонсалвиш, Ф. Соариш, А. Диниз и другие — погибли либо под пулями, либо в фашистских тюрьмах. Другие провели в застенках фашистского диктатора Салазара десятки лет.

Не прекращала борьбы с франкизмом и находившаяся в подполье Компартия Испании (КПИ). Борьба КПИ и сопротивление народа были в числе факторов, помешавших Франко выступить на стороне держав фашистской «оси». Испанские коммунисты, вынужденные эмигрировать, вместе с другими республиканцами воевали на фронтах второй мировой войны. Сотни из них в составе Советской Армии сражались под Москвой и Ленинградом, в Сталинграде. Немало их было и в движении Сопротивления, особенно французском.

Поражения фашистских держав, а затем и их окончательный разгром, придали новые силы борьбе партизан в самой Испании. В одном только 1945 г. в стране было осуществлено около 800 вооруженных антиправительственных операций ¹. Ведущую роль в их организации и проведении сыграли коммунисты, разоблачавшие иллюзорные представления о том, что с поражением фашистских держав автоматически падет и фашистский режим в Испании ².

Выдающаяся роль коммунистов в организации отпора фашистским захватчикам, их самоотверженное участие в этой борьбе, героизм снискали глубокое уважение народных масс. Это нашло выражение и в увеличении числа коммунистических партий, и в количественном росте их рядов, и в расширении объема масс, оказывавших им политическую поддержку. Если в 1939 г. во всем мире насчитывалась 61 коммунистическая партия, то в 1947 г. их было уже 76. В течение 1939—1949 гг. возникли или были воссозданы 18 марксистско-ленинских партий, в том числе в Бирме, Таиланде, Иране, Доминиканской Республике, на Цейлоне, в Марокко, Панаме, Никарагуа, Корее. До войны в коммунистических партиях было около 4 млн. человек, сразу же после нее — 20 млн. ³

Число коммунистов в несоциалистических странах увеличилось с 1,5 млн. примерно до 4,8 млн. человек. Компартии капитали-

¹ См. «Проблемы мира и социализма», 1965, № 2, с. 58.

³ См. «История второй мировой войны. 1939—1945 гг.», т. 12. М., 1982, с. 102.

36 стических стран Европы (без стран, в которых в 40-х годах произошли демократические и социалистические революции) насчитывали до войны 500 тыс. членов, а после войны — 4 млн. Численность компартий капиталистических стран Азии выросла с 20 тыс. до более 350 тыс., а Латинской Америки — с 90 до 450 тыс. человек.

Особо показательным был рост рядов отдельных партий, проявивших себя в борьбе против фашизма. В Италии до войны было 15 тыс. коммунистов; сразу же после войны их стало 2 250 тыс. Во Франции — соответственно 300 и 800 тыс.; в Греции — несколько тысяч и более 400 тыс.; в Австрии — 16 и 132 тыс.; в Бельгии — 9 и 100 тыс.; в Нидерландах — 10 и 60 тыс.; в Дании — 3,5 и 55 тыс. человек и т. д.¹

О росте влияния коммунистических партий в эти годы можно судить, сопоставив их разновременные электоральные позиции. В 30-х годах коммунисты Франции собирали примерно 8%, а на первых послевоенных выборах — более 26% поданных голосов. В Италии, вообще не знавшей выборов в годы фашистского режима, послевоенный избирательный корпус коммунистов составил 19% всего национального электората. В Бельгии доля голосов, поданных за коммунистов, возросла с 2,8 до 12,7%, в Дании — с 1,1 до 12,5, в Норвегии — с 1,7 до 11,9, в Швеции — с 3 до 10,3% и т. д.²

Подъем рабочего движения не ограничился ростом влияния компартий. Существенно окрепли профессиональные организации рабочего класса, возросла их массовость, повысилась боевая активность в борьбе за интересы трудящихся. Стратегия изоляции коммунистов от профсоюзов, не без успеха осуществлявшаяся реформистскими силами в довоенные годы, потеряла прежнюю эффективность.

Еще в ходе войны во многих капиталистических странах были созданы или воссозданы мощные объединенные профсоюзные центры. В феврале 1945 г. в Лондоне состоялась конференция представителей профсоюзных организаций более 40 стран, принявшая ряд деклараций. В них говорилось, что мир не может быть организован без сотрудничества людей труда и без их эффективного участия в тех правительственных органах, которые будут разрабатывать условия мира, и указывалось, что проблемы экономической реконструкции должны решаться в интересах трудящихся. Провозглашая право рабочих «быть свободными от всех форм экономического порабощения», конференция уделила в этой связи большое

¹ См. «Международные отношения после второй мировой войны», т. 1, с. 73—74.

² См. там же, с. 75.

37 внимание обузданию власти монополий и заявила о необходимости обобществления средств производства.

25 сентября 1945 г. в Париже на Международном конгрессе профессиональных союзов было окончательно оформлено создание Всемирной федерации профсоюзов (ВФП). Впервые в истории международного рабочего движения появилась организация, которая объединила абсолютное большинство национальных профсоюзных центров мира. Из крупных, наиболее массовых национальных профсоюзов в состав ВФП не вошла лишь одна Американская федерация труда, правое руководство которой занимало крайне реакционные позиции.

В ноябре 1945 г. были образованы Международная демократическая федерация женщин (МДФЖ) и Всемирная федерация демократической молодежи (ВФДМ), объединившие десятки миллионов человек.

Оценивая ситуацию в мире, сложившуюся к началу послевоенного этапа, можно сказать, что великая победа над фашизмом, сорокалетие которой было отмечено в 1985 г., явилась важнейшим рубежом общеисторического и социального развития. Разгром фашистско-милитаристского агрессивного блока, оказав огромное, всестороннее воздействие на весь ход мировых событий, создал благоприятные условия для борьбы трудящихся масс за свое освобождение.

Существенно укрепились позиции прогрессивных, демократических сил. Возросло влияние коммунистических и рабочих партий. Величайший вклад, который внес в победу над фашизмом Советский Союз, убедительно раскрыл преимущества социализма, его неисчерпаемые экономические, социально-политические и духовные возможности. Этот вклад убедительно подтвердил могучую жизненную силу марксистско-ленинской идеологии, явившейся неиссякаемым источником морально-политической сплоченности советского народа.

Ослабление наиболее крайних, воинствующих сил реакции, ставшее непосредственным результатом разгрома фашистско-милитаристского блока, облегчило осуществление объективно назревших социальных преобразований в современном мире. Разгром фашизма послужил прологом для победы народно-демократических и социалистических революций в ряде стран Центральной и Юго-Восточной Европы, в Азии, а впоследствии в Латинской Америке и Африке. В первые послевоенные годы возникла и начала свое поступательное шествие мировая социалистическая система. Новый, решающий импульс был дан распаду колониальной системы империализма, завершившемуся ее крахом. Возникли благоприятные условия для завоевания рабочим классом промышленно развитых капиталистических стран более прочных экономических, социальных и политических позиций. Идеи социализма и комму-

38 низма, сформулированные и развитые рабочим движением и являвшиеся его знаменем на протяжении полутора столетий, нашли сотни и сотни миллионов новых сторонников во всех частях мира ¹.

* * *

Сорок лет, отделяющие современника от исторического рубежа, положившего конец второй мировой войне, т. е. период, рассматриваемый в томе, образуют один из самых важных, переломных и насыщенных событиями этапов в социальной истории человечества. За эти годы произошел невиданный скачок в развитии производительных сил, вызвавший крупнейшие социальные передвижки и сделавший преобразование общества не просто актуальным, но жизненно необходимым. Реальный социализм, сложившийся в мировую систему, превратился в важнейшую силу общественного развития. Благодаря самоотверженному труду народов под руководством коммунистических и рабочих партий социалистические страны существенно упрочили свой экономический и научно-технический потенциал, осуществили крупные социальные программы, обеспечили рост народного благосостояния, дальнейшее развитие образования, культуры, здравоохранения, социального обеспечения. Опыт и практика социалистических стран убедительно продемонстрировали свойственные социализму коренные преимущества над капитализмом, такие, как социальное и национальное равноправие, планомерное развитие экономики, идейное сплочение общества, уверенность в будущем, коллективная забота о человеке и всестороннее развитие личности. На этой основе обогащается социалистический образ жизни, совершенствуется социалистическая демократия, на деле гарантирующая человеку самые широкие права и свободы.

Разумеется, на сложном пути становления социалистического общества были свои трудности. Движение по новому, еще неизведанному пути не обходилось и без ошибок. Очевидно также, что по ряду экономических показателей социализм еще не реализовал полностью своих возможностей. И тем не менее экономический и социальный прогресс социалистических стран резко контрастирует с положением в капиталистическом мире, все глубже погружающемся в пучину экономических кризисов и острых социально-политических потрясений.

Глубокие социальные преобразования происходили в эти годы и в зоне национального освобождения. Подробно они рассмотрены в седьмом томе. Поэтому в данной связи можно ограничиться констатацией того, что процессы, происходящие в этой зоне, логиче-

¹ См. Постановление ЦК КПСС «О 40-летии Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941—1945 годов».— «Правда», 17 июня 1984 г.

39 ски и органически движутся в русле революционного развития, типичного для современного мира в целом. Они характеризуются возрастающей ролью рабочего класса, ростом авторитета и мощи его организаций и одновременно расширением социальной базы революционной борьбы. Важный этап в развитии революционного процесса в большой группе развивающихся стран — народные революции, произошедшие в 70-х годах.

Решающие международные события истекших четырех десятилетий, так же как и многие позитивные сдвиги в отдельных странах, связаны с деятельностью международного коммунистического движения или же развертывались под его влиянием.

За десятилетия, минувшие после окончания второй мировой войны, международное коммунистическое движение продолжало развиваться. Это нашло отражение не только в увеличении количества коммунистических партий, в росте их численности, в расширении их массового влияния, что само по себе исключительно важно. Не менее важно то, что коммунистическое движение в новых чрезвычайно сложных и разнообразных условиях продемонстрировало вновь свою способность, своевременно выявляя проблемы, важные для народов и всего человеческого общества, делать правильные выводы и добиваться их решения.

На протяжении многих десятилетий в центре внимания мирового коммунистического движения находились вопросы международного характера, и прежде всего глобальной политики, касающиеся проблем войны и мира. Это находило отражение и в практической деятельности отдельных коммунистических партий, и в решениях, принимавшихся компартиями отдельных регионов, и в теоретических дискуссиях, которые происходили на международных Совещаниях, между отдельными партиями и внутри партий. Коммунисты придавали огромное значение проблеме военной угрозы со стороны империализма, опасности всеобщего термоядерного конфликта еще тогда, когда вся ее глубина не была осознана широкой общественностью в несоциалистическом мире. И если сейчас понимание значимости угрозы, нависшей над человечеством в результате активизации агрессивных сил империализма, становится повсеместным, а движение противников войны приобретает беспрецедентные масштабы, объединяя самые различные общественные силы, то в этом заслуга международного коммунистического движения.

Международное коммунистическое движение уже на ранних этапах своей деятельности придавало большое значение освобождению угнетенных колониальных и полуколониальных народов, их экономической и политической эмансипации. Проблему создания такого международного порядка, при котором не будет ни привилегированных, ни угнетенных наций и будет обеспечено приобщение всех народов к благам современной цивилизации и культуры,

40 коммунисты ставили задолго до краха колониальной системы империализма. Но международное коммунистическое движение не только привлекло внимание широкой общественности к этим проблемам, но и показало реальные пути, которые были предложены и испробованы в истекшие десятилетия.

Все большее значение приобретает сейчас постановка международным коммунистическим движением таких глобальных проблем, как экологическая, продовольственная, энергетическая и др. Подход коммунистов к этим проблемам способствует созданию общественного мнения в пользу их конструктивного решения, разоблачению эгоистической политики, проводимой в этой области международными монополиями.

Огромную роль сыграло коммунистическое движение в теоретической разработке и практическом осуществлении путей социалистической организации общества. Но оживленные дискуссии по поводу специфики социалистического строительства ведутся сейчас коммунистами и в странах, где пока господствуют капиталистические производственные отношения. В значительной степени это объясняется тем, что вопрос о социализме стоит в этих странах не как отдаленная перспектива, а как все более актуальная проблема. Сам широкий интерес к формам социалистического переустройства общества свидетельствует о глубокой обоснованности социалистических идей, исторической закономерности их появления и неизбежности их окончательного торжества. И международное коммунистическое движение является той силой, которая в состоянии обеспечить это торжество. Тем более важное значение имеет теоретическая работа, проводимая в этой области, борьба за творческое развитие марксистско-ленинской мысли, против ее любых искажений.

Ознакомившись с результатами исследований, которые нашли отражение в томе, читатель получит представление не только о том, что́ происходило в общественной жизни мира последние четыре десятилетия, но и о том, каковы проблемы, в решении которых ему придется участвовать, и каковы перспективы, которые перед ним открываются.

41

Часть I. ВТОРАЯ ПОЛОВИНА 40-х — 60-е ГОДЫ​

42

Глава первая. РАБОЧИЙ КЛАСС И ДАЛЬНЕЙШЕЕ РАЗВИТИЕ СОЦИАЛИЗМА В СССР​

Одной из первостепенных задач, вставших перед советским народом после разгрома фашизма и установления мира, была ликвидация последствий огромного ущерба, причиненного войной: необходимо было восстановить, иногда буквально возродить тысячи разрушенных предприятий, социальных и культурных учреждений и одновременно обеспечить сносные условия жизни миллионам инвалидов, семьям, потерявшим кормильца, людям, оставшимся без крова, вернуть к домашнему очагу многодетных матерей и в школу — подростков, сменивших в годы войны парту на станок, верстак, лопату, а то и на винтовку. Сравнительно быстрое решение этих исключительно трудных задач было настоящим подвигом рабочего класса, колхозного крестьянства, народной интеллигенции. Этим подвигом были перечеркнуты надежды врагов социализма на то, что СССР длительное время не оправится от нанесенного ему ущерба, от того перенапряжения сил, которое потребовалось для победы в тяжелейшей войне. И напротив, для рабочего и национально-освободительного движения успешная ликвидация советским народом последствий войны явилась убедительным свидетельством созидательной силы социализма.

Восстановление народного хозяйства СССР позволило рабочему классу, всему трудовому народу нашей страны сосредоточить усилия на завершении строительства социализма, т. е. обеспечить такое многократное возрастание производственно-экономического, социально-политического и духовного потенциала советского общества, такой уровень внедрения коллективистских начал во все сферы его жизнедеятельности, когда новый строй все в большей мере развивается на собственной основе. Этот процесс, определяющей тенденцией которого явилось становление развитого социализма, захватил примерно два послевоенных десятилетия. Его важнейшей особенностью было постоянное усиление в стратегии и тактике КПСС внимания к повышению благосостояния народных масс, к проблемам всестороннего свободного развития личности всех членов общества, углубления социалистической демократии, т. е. к решению тех задач, которые составляют смысл и цель революционного переустройства общества на принципах социализма. В результате не только советский народ, руководимый коммунистами, существенно продвинулся по пути к коммунизму, но и процесс революционного обновления во всех странах, вставших после второй мировой войны на путь социалистического развития,

43 получил новые моральные и материальные стимулы, еще больше возросло воздействие реального социализма на ход и характер мирового революционного процесса.

ВОЗРАСТАНИЕ СОЗИДАТЕЛЬНОГО ПОТЕНЦИАЛА СОВЕТСКОГО РАБОЧЕГО КЛАССА​

Ведущей социальной силой послевоенного восстановления народного хозяйства СССР и последующего совершенствования всей сферы общественных отношений, становления развитого социализма был советский рабочий класс. Он смог успешно решить эти сложнейшие задачи, преодолеть немалые трудности прежде всего потому, что еще более упрочились его позиции в социальной структуре советского общества, значительно большей стала его численность, прогрессировала профессионально-отраслевая структура, повышался уровень культуры и благосостояния рабочих. В общем усилилась объективная подготовленность рабочего класса СССР к реализации огромных потенциальных возможностей социализма. Столь же большое значение для расширения масштабов созидательной деятельности рабочего класса, для усиления его воздействия на социальную реальность имели высокий уровень его организованности и политической сознательности, его сплоченность вокруг Коммунистической партии Советского Союза.

При этом, поскольку на протяжении послевоенного периода на первый план выдвигались то одни, то другие задачи, связанные с завершением социалистических преобразований, постольку и в динамике рабочего класса как главной производительной и ведущей социально-политической силы советского общества больший вес приобретали то одни, то другие направления развития.

В первые послевоенные годы наряду с ликвидацией последствий войны в сфере общественного производства огромное значение приобрела задача полного восстановления потенциала рабочего класса как строителя нового общества. Прежде всего речь шла о восполнении его численности, поскольку миллионы рабочих, главным образом мужчин молодых и средних возрастов, были призваны в ряды вооруженных сил и сражались на фронтах против германского фашизма. К тому же многие миллионы юношей и девушек, мужчин и женщин были угнаны на гитлеровскую каторгу. Все это привело к значительному уменьшению численности рабочих, занятых в народном хозяйстве: в 1945 г. в промышленности рабочих было на 19% меньше, чем в 1940 г. (8,1 и 10 млн. соответственно), а во всем общественном производстве — на 14% (28,6 и 33,9 млн.) ¹.

¹ См. «Труд в СССР». Статистический сборник. М., 1968, с. 22, 81, 82.

44 Эти количественные характеристики были бы еще хуже, если бы мужчин, уходивших воевать против фашистских захватчиков, не замещали подростки, ветераны труда и особенно в большом количестве женщины. В результате численность мужчин рабочих и служащих уменьшилась в 1941—1945 гг. более чем на 8 млн. человек, или почти на ²/₅, тогда как численность рабочих и служащих женщин возросла на 2,7 млн. человек, т. е. более чем на ¹/, от уровня 1940 г. В результате доля женщин в государственном секторе народного хозяйства увеличилась с 39 до 56%, в том числе в промышленности — с 38 до 52% ¹. Это позволило, в общем и целом, компенсировать сокращение численности рабочих-мужчин, но в свою очередь привело к ухудшению профессионально-квалификационного состава рабочего класса.

Вместе с тем военные действия, охватившие значительную часть страны, эвакуация многих предприятий в ее восточные районы, перестройка народного хозяйства на военный лад, равно как и разрушение предприятий промышленности и других объектов общественного производства в зонах боевых действий и на территориях, временно оккупированных фашистскими войсками, привели к ощутимым изменениям в отраслевой и территориальной структурах рабочего класса. Так, из данных о среднегодовой численности рабочих и служащих в 1940 и 1945 гг. видно, что наибольшее ее снижение имело место в промышленности, а также в автомобильном транспорте, торговле и общественном питании, жилищно-коммунальном хозяйстве ². Если рассматривать те же данные в территориальном аспекте, то окажется, что сильнее всего сократилась численность рабочих и служащих в Белоруссии (на 46%) и на Украине (на 35%); между тем в Казахстане и Киргизии этот показатель превысил довоенный уровень — на 14 и 7% соответственно (см. табл. 1).

Все эти перемены в численности и составе рабочего класса затрудняли решение им сложнейших задач послевоенного восстановления. Даже на крупнейших предприятиях тяжелой индустрии, находившихся в относительно благоприятном положении, рабочих не хватало. Так, в 1945 г. заводу «Азовсталь» имени Серго Орджоникидзе для выполнения производственной программы надо было увеличить их число на 57% ³.

В первые послевоенные годы ряды рабочих пополнялись прежде всего за счет демобилизованных воинов. За 1945—1948 гг. к мирному труду вернулось более 8 млн. человек ⁴, из них около полови-

¹ См. «Труд в СССР», с. 24—25, 75, 76.

⁴ См. там же, с. 120—121.

45 Таблица 1

Темпы роста среднегодовой численности рабочих и служащих по союзным республикам СССР

(в % к первому году каждого периода, принятому за 100%)

Источники: «Труд в СССР», с. 40—41; «Народное хозяйство СССР в 1972 г.». Статистический ежегодник. М., 1973. с. 507.

ны влилось в ряды рабочего класса. Они трудились на решающих участках народного хозяйства. Так, из 148 тыс. демобилизованных, прибывших в Ленинград к январю 1946 г., 88 тыс. стали работать в промышленности города. В основном это были квалифицированные рабочие ¹.

Одновременно происходило территориальное и межотраслевое перераспределение рабочих кадров, в том числе в результате реэвакуации рабочих и служащих, которая началась в последние годы Великой Отечественной войны и завершилась в первые послевоенные годы ².

Уже в 1947 г. среднегодовая численность рабочих и служащих в народном хозяйстве СССР достигла 99% от уровня 1940 г., а в 1950 г. превысила его на 19% (численность рабочих выросла на

¹ См. Б. И. Гвоздев. Источники и формы пополнения рядов рабочего класса СССР в первые послевоенные годы.— «Актуальные проблемы истории советского рабочего класса». М., 1975, с. 29—30.

² См. Ю. А. Приходько. Восстановление индустрии. 1942—1950. М., 1973, с. 172.

46 21%) ¹. Показательно при этом, что если принять за 100% численность промышленно-производственного персонала в апреле 1945 г. в районах, подвергшихся оккупации или находившихся под ее угрозой, то к 1 октября 1945 г. она составила уже 108,1%, а на 1 апреля 1948 г. — 149,6%. Для остальных районов страны соответствующие показатели равнялись 100, 94,6 и 103,6% ².

Важнейшим направлением и результатом восстановления довоенной численности рабочих и дальнейшего количественного роста рабочего класса СССР в послевоенное пятилетие было относительно более быстрое увеличение рядов промышленных и особенно строительных рабочих. Так, если в 1950 г. всех рабочих стало на 41% больше, чем было в 1945 г., то промышленных рабочих — на 52%, а строительных — на 75% ³. В условиях послевоенного восстановления народного хозяйства и дальнейшего наращивания экономического потенциала страны строительство приобрело первостепенное значение, а слабость его технической базы компенсировалась вовлечением в ряды строителей весьма многочисленных контингентов трудоспособного населения.

Движение отраслевой структуры рабочего класса СССР в первые послевоенные годы отражает преобладание восстановительных процессов его количественного роста. Так, в распределении рабочих по отраслям народного хозяйства в 1950 г. отчетливо просматривается не только принципиальная близость к аналогичным показателям 1940 г., но и увеличение удельного веса рабочих, занятых в индустриальных отраслях материального производства, при существенном снижении и без того невысокого удельного веса рабочих, занятых в отраслях сферы обслуживания (см. табл. 2).

В то же время в промышленности быстрее всего росла численность рабочих, занятых в производстве строительных материалов (в 1950 г. почти в 2 раза больше, чем в 1940 г.), в угольной промышленности (увеличение больше чем на ²/₃), в черной металлургии (почти наполовину). Выше средних были темпы восстановления и последующего увеличения численности рабочих в машиностроении и металлообработке. Однако количество рабочих, занятых в легкой промышленности, так и не достигло к началу 50-х годов довоенного уровня. В результате еще большим стал перевес отраслей тяжелой промышленности (см. табл. 3). Следовательно, развитие промышленного отряда рабочего класса СССР определялось прежде всего потребностями хозяйственного восстановления и про-

¹ См. «Труд в СССР», с. 22, 23.

³ См. «Труд в СССР», с. 22, 82, 122.

47 Таблица 2

Распределение среднегодовой численности рабочих по отраслям народного хозяйства СССР в 1940—1970 гг. (%)

Источник. «Вестник статистики», 1980, № 8, с. 76.

должающейся индустриализации народного хозяйства и в существенно меньшей степени — потребностями населения.

Первое послевоенное пятилетие характеризовалось не только ростом численности рабочего класса, но и значительным улучшением его состава. При этом особенно большое значение имело то обстоятельство, что промышленность пополнялась квалифицированными рабочими, имевшими рабочий стаж еще с довоенных времен. Так, например, из 660 демобилизованных, поступивших на Ленинградский металлический завод, 465 человек имели профессию токаря, фрезеровщика, модельщика и т. д.¹ В целом же по промышленности в 1950 г. доля квалифицированных рабочих составляла 49,6%. Увеличилось число рабочих ведущих профессий: станочников, машинистов, аппаратчиков и т. д.² Правда, еще довольно большим оставался удельный вес неквалифицированного ручного труда.

Для второй половины 40-х годов характерно увеличение доли мужчин в составе практически всех категорий рабочих и служащих. Численность женщин, занятых в государственном секторе народ-

¹ См. А. В. Смирнов. Рабочие кадры тяжелого машиностроения СССР в 1946—1958 гг.— «Исторические записки», т. 71. М., 1962, с. 4.

² См. А. В. Смирнов. Профессиональные изменения в составе рабочего класса СССР.— «Вопросы истории», 1967, № 3, с. 26.

48 Таблица 3

Распределение среднегодовой численности рабочих * по отраслям промышленности СССР в 1940—1970 гг. (%)

* Собственно рабочих (т. е. без учеников, младшего обслуживающего персонала и работников охраны).

Источник. «Народное хозяйство СССР в 1970 г.». Статистический ежегодник. М., 1971, с. 158.

ного хозяйства, продолжала расти (с 15,9 до 19,2 млн. человек), но их доля в общей численности рабочих и служащих снизилась с 56% в 1945 г. до 47% в 1950 г.¹ Однако довоенное соотношение мужчин и женщин в составе работников государственных предприятий и учреждений (61 : 39) так и не было восстановлено, поскольку вовлечение женщин в общественное производство оказалось процессом необратимым (тем более что потери среди мужчин трудоспособных возрастов были особенно большими, так что труд миллионов женщин в различных отраслях народного хозяйства был в то время одним из главнейших факторов их восстановления).

В составе промышленных рабочих пропорции мужчин и женщин в 1950 г. меньше отличались от пропорций довоенного 1940 г. (соответственно 57 : 43 и 54 : 46). Однако доля женщин-работниц в тех отраслях, где прежде их было относительно мало, к 1950 г. существенно выросла: в машиностроении и металлообработке — с 32 до 40%, в цементной промышленности — с 29 до 37%. Сдвиги были меньшими в тех отраслях, где доля женщин среди рабочих была высокой еще в довоенные и даже в дореволюционные годы, главным образом в легкой и пищевой промышленности².

¹ См. «Труд в СССР», с. 75, 76.

² См. там же, с. 120.

49 Следовательно, к концу 40-х годов восстановление численности, а в известной степени и состава рабочего класса СССР было в основном завершено, хотя, конечно, существовали неизбежные отклонения от довоенных пропорций, обусловленные как потерями военных лет, так и дальнейшим углублением индустриализации народного хозяйства, которую приостановила, но не прервала война.

К началу 50-х годов советский рабочий класс располагал такими силами, которые позволили ему форсировать решение важнейшей стратегической задачи — завершить построение социализма. Правда, его культурно-технический уровень не вполне соответствовал предъявляемым в связи с этим требованиям, и потому многие из стоящих задач решались за счет значительного увеличения численности рабочих. Быстрый количественный рост рабочего класса в 50-х и даже в 60-х годах оставался одним из главных направлений его социального развития, возрастания его роли как главной производительной и ведущей социально-политической силы советского общества.

Численность рабочих (включая младший обслуживающий персонал и работников охраны) составляла в 1950 г. 28,7 млн. человек, в 1960 г. — 45,9 млн., а в 1970 г. — 64,3 млн., т. е. за два десятилетия она увеличилась более чем в 2,2 раза. Абсолютный прирост численности рабочих был в 60-х годах даже несколько выше, чем в 50-х (хотя его относительные темпы несколько снизились)¹.

В движении отраслевой структуры рабочего класса в СССР, особенно в 50-х годах, преобладали тенденции, отражающие по преимуществу экстенсивный характер экономических и социальных процессов и обусловленные необходимостью решать многие проблемы строительства материально-технической базы социализма за счет вовлечения в общественное производство многочисленных рабочих рук. Так, прирост численности рабочих-строителей во второй половине 50-х годов составлял 348 тыс. человек в год, что превышало абсолютный прирост строительных рабочих даже в годы первой пятилетки, когда велось огромное новое строительство. В результате если в 1950 г. в строительстве было занято 2,8 млн. рабочих, то в 1960 г. почти вдвое больше — 5,4 млн. Такое резкое увеличение числа строительных рабочих объяснялось сооружением огромных народнохозяйственных комплексов, развертыванием форсированного жилищного строительства, а также недостаточным уровнем механизации строительных работ. В 60-х годах этот процесс немного замедлился, и все же количество строительных рабочих за это десятилетие выросло более чем на 1,7 млн. человек².

¹ См. «Вестник статистики», 1980, № 8, с. 76.

² См. там же.

50 Еще быстрее рос отряд сельскохозяйственных рабочих. Если в 1950 г. в сельском хозяйстве (в совхозах и подсобных сельскохозяйственных предприятиях, машинно-тракторных и ремонтно-технических станциях) было занято 3,1 млн. рабочих и служащих, то в 1955 г.— 5,9 млн. и в 1960 г.— 6,7 млн. Особенно быстро увеличивалась численность рабочих совхозов — с 1,5 млн. человек в 1950 г. до 2 млн. в 1955 г. и 5,2 млн. в 1960 г., т. е. за 10 лет в 3,5 раза ¹. Это было вызвано как образованием сотен новых совхозов, прежде всего в районах освоения целинных и залежных земель, так и преобразованием части колхозов в совхозы. И хотя в результате реорганизации государственных машинно-тракторных станций, предпринятой во второй половине 50-х годов, многие их рабочие стали колхозниками, общая численность рабочих, занятых в сельском, а также в лесном хозяйстве, увеличилась в 50-х годах более чем вдвое, а их удельный вес повысился с 11,3 до 14,7% (см. табл. 2). Важно отметить также резкое уменьшение в этом отряде рабочего класса числа сезонных и временных рабочих: если в 1950 г. постоянные кадры рабочих в совхозах составляли лишь 53% среднегодовой численности, то в 1955 г. уже 65, а в 1962 г.— 82% ².

Правда, с ослаблением процесса преобразования колхозов в совхозы темпы роста сельскохозяйственного отряда рабочего класса существенно замедлились. Характерно, что в первой половине 60-х годов численность совхозных рабочих увеличилась более чем на 2 млн. (почти на 40%), а во второй половине — менее чем на 200 тыс. человек (всего на 2%) ³. В результате и удельный вес рабочих сельского и лесного хозяйства снизился к 1970 г. до 13,5%.

Что касается отряда промышленных рабочих, то он рос медленнее, чем большинство других отрядов рабочего класса, поскольку промышленность была относительно более развита в технико-экономическом отношении, чем другие отрасли народного хозяйства. Но роль этого отряда в реализации исторической миссии рабочего класса СССР оставалась первостепенной и потому, что он был самым крупным (в 1950 г. 46% всех рабочих трудились в промышленности, в 1960 г.— 43, в 1970 г.— более 41%), и еще больше потому, что условия производственной деятельности (концентрация в крупных коллективах, последовательно индустриальная организация их труда, более высокий культурно-технический уровень) объективно способствовали большей вовлеченности промышленных рабочих в активную борьбу за утверждение новых форм человеческого общежития.

¹ См. «Труд в СССР», с. 124—125, 127.

³ См. там же, с. 127; «Народное хозяйство СССР в 1970 г.», с. 397.

51 Вместе с тем опережающими темпами росла численность рабочих в тех отраслях промышленности, которые определяли экономическое развитие страны, — в машиностроении и металлообработке (в 1951—1970 гг. количество рабочих выросло в 2,8 раза), химии и электроэнергетике (в обеих отраслях рост был еще значительнее — в 3,6 раза). Количество рабочих в легкой промышленности в 50-х годах росло теми же темпами, что и общая численность рабочих, но в 60-х годах — несколько медленнее¹.

Изменялся состав рабочих кадров в отстававших прежде отраслях промышленности. Так, практически заново были сформированы постоянные кадры рабочих, занятых в лесной промышленности. В годы Великой Отечественной войны в этой отрасли экономики преобладал сезонный неквалифицированный труд. В 1946 г. здесь на долю постоянных рабочих приходилось лишь 59,7% общего числа занятых, а в 1956 г. их доля составляла 89,9%². С 1957 г. привлечение для работы в лесу неквалифицированных сезонных рабочих было полностью прекращено. По социальному составу рабочие лесной промышленности приблизились к рабочим других отраслей социалистической индустрии. Так же как и в лесной промышленности, создавались постоянные рабочие кадры в торфяной и рыбной промышленности.

В конце 40-х годов началось, а затем существенно ускорилось формирование отрядов рабочих, занятых в новых отраслях индустрии (атомная энергетика, приборостроение и др.), что знаменовало вступление СССР в век научно-технической революции.

Для характеристики процессов социального развития рабочего класса и в целом социально-экономического развития советского общества в первые послевоенные десятилетия интересны также данные о тенденциях роста групп рабочих, занятых в отраслях материально-бытового, социального и культурного обслуживания. Если в 50-х годах численность этих групп росла замедленными темпами, так что их удельный вес в составе рабочего класса СССР уменьшился с 21% в 1950 г. до 18,8% в 1960 г., то в следующее десятилетие этот процесс заметно ускорился, и удельный вес рабочих сферы обслуживания повысился к 1970 г. почти до 23% (см. табл. 2). Более того, если относительные темпы прироста численности рабочих индустриальных отраслей материального производства в 60-х годах были заметно ниже, чем в 50-х (соответственно +34% и +56%), то в отраслях обслуживания численность рабочих росла в 60-х годах быстрее, чем в 50-х (+71% против +43%)³. А это означает, что в производственной

¹ См. «Народное хозяйство СССР в 1970 г.», с. 158.

³ См. «Вестник статистики», 1980, № 8, с. 76.

52 деятельности рабочего класса большее место стало занимать удовлетворение потребностей населения в разнообразных услугах в соответствии с требованиями, которые предъявляет производство, испытывающее воздействие научно-технической революции, и направленностью социалистического общества на повышение благосостояния трудящихся.

Одновременно с изменениями отраслевой структуры рабочего класса менялась его территориальная структура. Если в первые послевоенные годы преобладал рост удельного веса рабочих в европейской части СССР, что было вызвано необходимостью ликвидировать последствия войны, то затем, как и в довоенные годы, возобладала обратная тенденция. Высокие темпы индустриального освоения Сибири, Дальнего Востока, Казахстана обусловили интенсивное перемещение туда трудовых ресурсов.

Региональные различия в темпах роста рабочего класса определялись не только совершенствованием пропорций производительных сил, но и необходимостью ликвидации сохраняющихся различий между республиками, курсом на сближение показателей их социально-экономического развития. При этом в 50-х годах особенно быстрыми темпами росла численность рабочих и служащих в Казахстане, Литве, Белоруссии, Армении, Таджикистане, Киргизии, Узбекистане, Молдавии, а в 60-х — в Молдавии, Армении, Таджикистане, Киргизии, Литве, Узбекистане, Белоруссии и Грузии (см. табл. 1). Более того, темпы количественного роста рабочего класса в ряде союзных республик (Азербайджанская, Армянская, Грузинская, Киргизская, Молдавская, Таджикская и Туркменская) в 60-х годах были выше, чем в 50-х. В результате рабочий класс к концу 60-х — началу 70-х годов стал самой большой общественной группой в населении всех союзных республик, кроме Молдавии, а абсолютно преобладающей — в 10 республиках из 15 (между тем даже десятилетием раньше рабочие вместе с неработающими членами их семей были абсолютным большинством в населении лишь четырех республик, а в девяти численность рабочих была меньше численности колхозного крестьянства) ¹.

Значительные успехи были достигнуты в формировании кадров рабочих коренной национальности союзных республик. В результате их доля в составе почти всех республиканских отрядов рабочего класса более или менее значительно увеличилась (в том числе и там, где рабочие коренной национальности составляли большинство). Так, на Украине с 1939 по 1959 г. их доля увеличилась с 65,8 до 69,5%, в Белоруссии — с 66,7 до 80,1%, в Узбекистане — с 36,5 до 43,1%, в Грузии — с 35,7 до 48,9%, в Азер-

¹ См. «Народное хозяйство СССР. 1922—1982». Юбилейный статистический ежегодник. М., 1982, с. 31—32.

53 байджане — с 29,1 до 47,7 %, в Киргизии — с 18,0 до 21,6 %, в Таджикистане — с 29,6 до 32,5 %, в Армении — с 77,9 до 88,2 %, в Туркмении — с 24,8 до 34,1 % ¹. Как возрастание удельного веса рабочего класса в населении республик, так и увеличение в составе его республиканских отрядов доли рабочих коренных национальностей имело огромное значение для социально-экономического и социально-политического развития всех социалистических наций Союза ССР, для углубления процесса складывания новой интернациональной и социальной общности — советского народа.

Основным источником ускоренного роста рабочего класса являлось колхозное крестьянство. Не случайно за 20 лет доля колхозников в составе занятого населения страны снизилась с 44% в 1950 г. до 16% в 1970 г. ² Тот же в сущности процесс отражают данные и о миграции населения: в 1951—1970 гг. из сельских населенных пунктов в города переселилось 32 млн. человек, преимущественно младшего трудоспособного возраста (16—35 лет).

Расширение рядов рабочего класса произошло также в результате включения в его состав в 50-х годах работников промысловой кооперации. Многие ее предприятия уже не были мелким кустарным производством, имели развитую производственно-техническую базу, по существу ничем не отличавшуюся по уровню техники, организации труда и источникам снабжения от предприятий государственной промышленности. Кооперация выполнила свою основную историческую задачу по кооперированию кустарей и ремесленников и осуществлению социалистической перестройки кустарной промышленности. Возрастающая степень обобществления кооперированной собственности и производства сделала возможным преобразование промышленных предприятий промкооперации в предприятия государственной промышленности с переходом 1,5 млн. членов артелей в ряды рабочего класса.

Что касается вовлечения в общественное производство женщин как источника количественного роста рабочего класса, то его роль была меньшей в первой половине 50-х годов, существенно большей во второй половине и еще большей в 60-х годах: в 1951—1955 гг. на долю женщин приходилось только 39% прироста численности рабочих и служащих, тогда как в 1956—1960 гг.— 53, в 1961—1970 гг. почти 59% ⁴.

¹ См. С. Л. Сенявский, В. Б. Тельпуховский. Рабочий класс СССР (1938—1965 гг.). М., 1971, с. 333.

⁴ См. «Народное хозяйство СССР в 1970 г.», с. 510—511, 516.

54 Конечно, требовалось определенное время, чтобы молодые горожане, а тем более выходцы из сельской местности и женщины, приходящие в общественное производство из домашнего и личного подсобного хозяйства, органически влились в рабочий класс, стали кадровыми рабочими. Нужна была большая, систематическая воспитательная работа, чтобы полностью интегрировать в рабочие коллективы новых, формирующихся рабочих, чтобы они глубоко освоили нормы и традиции пролетарской коллективистской политической культуры, активнее включались в производственную и общественно-политическую деятельность.

В составе производственных коллективов, всего рабочего класса постоянно и достаточно быстро возрастал слой рабочих с длительным (10 лет и больше) производственным стажем. Так, если в 1958 г. рабочие и служащие с общим трудовым стажем более 10 лет составляли меньшинство в совокупности работников общественного производства (менее 42%), то уже в 1967 г. их доля превысила 59% (соответствующие показатели в промышленности повысились с 40 до 59%, а в строительстве — с 30 до 52%) ¹.

Большое значение для упрочения социального единства рабочего класса имело улучшение его профессионального состава. При этом опережающими темпами росла численность рабочих, связанных с механизированным трудом или новой технологией производства. Особенно интенсивным этот процесс был в промышленности. Так, если принять уровень 1948 г. за 100%, то к 1969 г. численность всех промышленных рабочих составила примерно 240%, тогда как численность газосварщиков и электросварщиков — 652, лаборантов-рабочих — 551, машинистов, мотористов и их помощников — 464, наладчиков, настройщиков автоматов и станков — 430, слесарей — 392, станочников по металлу — 309%. В результате если в 1948 г. на долю перечисленных профессиональных групп приходилось 16% всех промышленных рабочих, то в 1969 г. почти 27%.

Одновременно снижались относительные, а иногда и абсолютные показатели численности многих профессиональных групп, связанных с тяжелым физическим трудом. Однако этот процесс сдерживала слабая механизация вспомогательных процессов. В результате, например, с 1948 по 1969 г. доля грузчиков, подсобных рабочих и подносчиков в общей численности промышленных рабочих снизилась с 9 до 6,8%, но их количество увеличилось на 81% (с 947 тыс. до 1 719 тыс.); в то же время число контролеров, браковщиков, сортировщиков в промышленности росло опережаю-

¹ См. «Народное хозяйство СССР в 1958 г.». Статистический ежегодник. М., 1959, с. 667; «Народное хозяйство СССР в 1967 г.». Статистический ежегодник. М., 1968, с. 661.

55 щими темпами (429% по отношению к 1948 г.), так же как и кладовщиков (363%) ¹.

Прогрессивные сдвиги в профессиональном составе рабочего класса СССР были подготовлены и обусловлены как совершенствованием технического уровня производства, так и систематическим повышением производственной и общей культуры рабочих. Прежде всего существенно улучшился образовательный уровень рабочего класса СССР. Так, если в 1939 г. только 8,7% всех рабочих имели неполное среднее и более высокое образование, то в 1959 г. этот показатель превысил 40%, а в 1970 г. достиг 59% ².

Сопоставление образованности рабочих разных возрастов показывает, что этот процесс развивался буквально от поколения к поколению. В поколении рабочих, вступивших в трудовую жизнь в 20-х годах, лишь 5—7% имели образование не ниже неполного среднего; в поколении 30-х годов — 10—20%; среди рабочих, начавших трудиться в 40-х годах и в первую половину 50-х годов, тех, кто получил среднее (полное и неполное) и высшее образование, было уже 35—40%; наконец, в поколении, начавшем работать во второй половине 50-х годов, таких хорошо образованных рабочих было уже более 60% ³.

Вместе с тем в ходе строительства социализма все более сближались показатели уровня общего образования рабочих разных профессий и отраслей народного хозяйства. Особенно резко он возрос у тех групп рабочих, которые в прошлом сильно отставали: у строителей, рабочих лесной промышленности и т. д. Интенсивно шел также процесс сближения образовательного уровня рабочих различных республик страны ⁴.

В послевоенные годы систематически увеличивались масштабы обучения рабочих без отрыва от производства. Те, кто в годы Великой Отечественной войны вынужден был оставить школу, теперь продолжали образование в школах рабочей, сельской молодежи и в школах для взрослых. Обучающихся в этих школах в 1945/46 учебном году было 714 тыс. человек, в 1950/51 г.— 1 438 тыс., в 1960/61 г.— 2 770 тыс., в 1970/71 г.— 3 925 тыс. Причем в контингенте учащихся этих школ постоянно снижалась доля учеников начальных, 1—4-х классов (с 33% в 1945/46 г. до 2% в 1961/62 г.) и увеличивалась доля тех, кто завершал полное среднее образование,— учеников 9—10—11-х классов (в 1945/46 г.

¹ См. «Народное хозяйство СССР в 1969 г.». Статистический ежегодник. М., 1970, с. 542—545.

⁴ См. там же, с. 116, 177—180; «Итоги Всесоюзной переписи населения 1970 года», т. 5. М., 1973, с. 66—85; т. 6. М., 1973, с. 620—627,

56 их было 9%, в 1960/61 г.— 38, в 1970/71 г.— 77%). Всего в порядке совмещения труда в общественном производстве с учебой в вечерних и заочных школах неполное среднее образование получило в 50-х годах 4,2 млн. человек, а в 60-х — лишь 0,5 млн.; соответственно полное среднее (общее) образование — 2 млн. и 5,7 млн. человек ¹.

Рост общего образования подкреплялся расширением масштабов профессионального обучения. Кроме 17 млн. выпускников школ и училищ профессионально-технического обучения, пополнивших ряды рабочего класса СССР в 50—60-х годах, в 1951—1970 гг. более 63 млн. рабочих было обучено новым профессиям и специальностям непосредственно на предприятиях и еще десятки миллионов прошли обучение по повышению квалификации (в школах по изучению передовых методов труда, в порядке обучения вторым профессиям, на курсах целевого назначения, на производственно-технических курсах и т. д.). При этом численность рабочих, повышавших квалификацию, росла от года к году ².

Подавляющее большинство обученных рабочих составляли те, кто овладевал навыками к труду непосредственно на рабочем месте, в формах индивидуального и бригадного ученичества. Например, в 1960 г. только 27% всех рабочих, прошедших профессиональную подготовку на производстве, получили ее, обучаясь на курсах и в постоянно действующих школах. Столь значительное преобладание профессиональной подготовки непосредственно на рабочем месте, оправданное в условиях бурного, форсированного роста промышленности и других индустриальных отраслей материального производства, все меньше отвечало потребностям ускоренного технико-экономического развития народного хозяйства СССР. Разумеется, нельзя не принимать в расчет и то, что и при таких формах обучения значительная масса рабочих переходила от неквалифицированного труда к квалифицированному (или хотя бы к полуквалифицированному).

Значительное повышение культурно-технического уровня рабочего класса способствовало дальнейшему подъему его творческой активности во всех сферах жизни общества, и в первую очередь в области материального производства.

Исключительно большую роль в восстановлении и дальнейшем развитии советской экономики, в усилении творческого потенциала самого рабочего класса играло социалистическое соревнование. С каждым годом оно приобретало все более массовый характер, так что к концу 60-х годов им было охвачено более

¹ См. «Народное образование, наука и культура в СССР». Статистический сборник. М., 1971, с. 121.

² См. «Труд в СССР», с. 305, 320—321, 324; «Народное хозяйство СССР в 1970 г.». с. 527, 529.

57 72 млн. работников общественного производства (68% их среднегодовой численности)¹.

Продолжением стахановских традиций в послевоенные годы было движение за внедрение скоростных методов работы, прежде всего в металлообработку. Рождались и новые инициативы: началось соревнование за экономию сырья, за выпуск продукции только отличного качества; тысячи лучших рабочих переходили в отстающие бригады, чтобы помочь им выйти на передовые рубежи. В конце 50-х годов в среде рабочей молодежи началось и было затем поддержано кадровыми рабочими движение под девизом «Учиться, работать и жить по-коммунистически»; его характерными атрибутами были сочетание борьбы за высокопроизводительный труд с систематическим повышением общей и профессиональной культуры, стремление всегда и во всем руководствоваться принципами коллективистской морали.

Одним из важнейших аспектов развития трудовой активности рабочего класса является техническое творчество рабочих. В послевоенное время была возобновлена практика организации широкого смотра такого творчества. Многие передовые рабочие включились в деятельность научно-технических обществ (НТО). В 1955 г. в их составе насчитывалось 32,2 тыс. рабочих, а в 1958 г. — 81.4 тыс.² В рамках НТО создавались общественные конструкторские и технологические бюро, бюро и группы экономического анализа, общественные бюро технической информации, советы новаторов и т. д. Характерной особенностью их было то, что они объединяли творческий труд рабочих, инженерно-технических работников и ученых. Это помогало решению многих задач технического совершенствования производства.

Большое значение имело массовое движение за добровольный переход на наиболее важные и ответственные участки народного хозяйства. Уже в первые послевоенные годы десятки тысяч добровольцев приехали в освобожденные районы, чтобы оказать помощь восстановлению промышленности и жилищного хозяйства. Особенную массовость эта форма социальной активности приобрела с середины 50-х годов.

Рабочий класс принимал активное участие и в общественно-политической жизни страны. Об этом свидетельствовало систематическое и весьма значительное увеличение численности рабочих-коммунистов, удельного веса рабочей прослойки в КПСС. Если в первой половине 50-х годов рабочих-коммунистов насчитывалось около 2,2 млн. и они составляли 32% всех членов и кандидатов в члены КПСС, то к концу 60-х — началу 70-х годов их числен-

¹ См. «Народное хозяйство СССР за 60 лет». Юбилейный статистический ежегодник. М., 1977, с. 91.

² См. «Рабочий класс СССР (1951—1965 гг.)». М., 1969, с. 457.

58 ность приблизилась к 5,8 млн., а удельный вес превысил 40%. Соответственно партийная прослойка в рабочем классе увеличилась за это время с 6 до 9% ¹.

Весьма значительным был вклад рабочего класса СССР в активизацию деятельности Советов депутатов трудящихся. Важнейшей ее предпосылкой было существенное возрастание удельного веса рабочих в составе депутатов Советов всех уровней. Это имело тем большее значение, что как в 30-х годах, так и в первое послевоенное десятилетие рабочих в Советы избиралось относительно мало (в местных Советах депутатов-рабочих в 1939 г. было 8%, а в 1955 г.— 10,6%, тогда как численность рабочего класса за этот период увеличилась примерно в 2 раза) ². 22 января 1957 г. ЦК КПСС в специальном постановлении наметил программу улучшения деятельности Советов, указав на необходимость более активного участия в них рабочих и колхозников ³. В результате удельный вес рабочих с производства в местных Советах вырос до 18,8% в 1959 г. и 23,8% в 1961 г. Увеличилось число рабочих и в высшем органе государственной власти — Верховном Совете СССР — со 102 человек в 1946 г. до 339 в 1962 г.; аналогичный рост этого контингента депутатов происходил и в Верховных Советах союзных и автономных республик ⁴.

Первостепенное значение для развития и углубления советской социалистической демократии, для вовлечения рабочих, всех трудящихся в активную общественно-политическую деятельность имело усиление их массовых организаций, среди которых особенно важную роль в политической системе общества играют профессиональные союзы. В 1958 г. Советом Министров СССР и ВЦСПС было утверждено Положение о правах фабричного, заводского, местного комитета профессионального союза. Большие права, которыми наделяло это Положение фабричные, заводские, местные комитеты профсоюзов, признание за ними функции представительства от имени рабочих и служащих предприятия, учреждения, организации по всем вопросам труда, быта, культуры поднимали авторитет профессиональных союзов, создавали реальную основу усиления общественно-политической активности рабочего класса, всех трудящихся, служили возрастанию роли профсоюзов как школы воспитания, управления и хозяйствова-

¹ См. «Книжка партийного активиста, 1975». М., 1974, с. 24; «Народное хозяйство СССР в 1970 г.», с. 509.

⁴ См. «Рабочий класс СССР (1951—1965 гг.)», с. 404, 405.

59 ния, школы коммунизма. Таким образом, количественный рост профессиональных союзов СССР (с 28,5 млн. членов в 1949 г. до 68,2 млн. в 1963 г. и 95,2 млн. к началу 1971 г.) ¹ нашел серьезное подкрепление в законодательно зафиксированном упрочении их позиций на том уровне общественно-политической системы советского общества, где происходит непосредственное, реально ощущаемое, действительно массовое вовлечение трудящихся в управление общественными делами.

Одной из самых массовых форм участия трудящихся СССР в управлении общественными делами на уровне предприятия — основной производственной ячейки общества — с конца 50-х годов становятся постоянно действующие производственные совещания (ПДПС) ². Согласно принятому в 1958 г. Положению о постоянно действующем производственном совещании, круг вопросов, отнесенных к компетенции ПДПС, был весьма широким: участие в разработке и обсуждении проектов текущих и перспективных производственных планов, рассмотрение вопросов организации производства, труда, заработной платы и технического нормирования, разработка мероприятий по борьбе с браком, простоями оборудования, его неритмичной работой, обсуждение планов внедрения новой техники, рассмотрение планов промышленного, жилищного и культурно-бытового строительства, мероприятий по улучшению охраны труда и техники безопасности, вопросов, связанных с подготовкой и повышением квалификации кадров, и т. д.

Подъем общественно-политической активности трудящихся СССР рождал и другие формы участия в историческом действии. Большое значение имели, в частности, создание или активизация таких общественных организаций трудящихся, которые были призваны укреплять основы социалистического общежития (товарищеские суды, молодежные бригады содействия милиции, добровольные народные дружины по охране общественного порядка и др.).

Важным аспектом возрастания ведущей роли рабочего класса СССР было расширение масштаба и углубление руководства Коммунистической партии Советского Союза социалистическим строительством. «Весь опыт борьбы за победу социализма и коммунизма, — констатировал XXI съезд КПСС, — показывает, что в процессе строительства коммунистического общества роль партии, как испытанного авангарда народа и высшей формы общественной организации, все более возрастает» ³.

¹ См. «Книжка партийного активиста, 1976». М., 1975, с. 51; «Народное хозяйство СССР за 60 лет», с. 90.

³ «КПСС в резолюциях...», т. 7, с. 396.

60

РЕАЛИЗАЦИЯ КУРСА КПСС НА УПРОЧЕНИЕ ЗАВОЕВАНИЙ СОЦИАЛИЗМА​

Работу по ликвидации ущерба, нанесенного гитлеровским нашествием, возглавила Коммунистическая партия Советского Союза. Основные направления этой работы были намечены в Законе о пятилетнем плане восстановления и развития народного хозяйства СССР на 1946—1950 гг. Его задания были нацелены на то, чтобы возродить пострадавшие от войны районы и отрасли народного хозяйства, достигнуть довоенного уровня экономического развития, а затем значительно превзойти его ¹.

Ключом к возрождению народного хозяйства была тяжелая промышленность. Тем большее значение имело то обстоятельство, что уже в 1947 г. производство средств производства вышло на предвоенный рубеж; в последующие три года оно удвоилось, а в годы следующей (пятой) пятилетки выросло еще почти в 2 раза. Быстро была восстановлена также топливно-энергетическая база страны.

Выходили на довоенный уровень отрасли легкой и пищевой промышленности. Однако производство предметов потребления еще существенно отставало от нужд населения. Рост этих отраслей промышленности, во многом определяющих уровень народного благосостояния, сдерживало тяжелое состояние сельского хозяйства, восстановление которого оказалось задачей необычайной сложности. Его материально-техническая база была подорвана, а поставки новой техники и удобрений росли медленно. К тому же в 1946 г. сельское хозяйство пострадало от сильнейшей засухи. Поэтому оно оправлялось лишь постепенно. Валовая продукция сельского хозяйства достигла довоенных объемов к концу 40-х, но более или менее заметно превысила их только в середине 50-х годов ².

И все же успехи в восстановлении народного хозяйства в первое послевоенное десятилетие позволили осуществить ряд мер, направленных на повышение уровня жизни народа. В частности, в декабре 1947 г. были отменены карточки на продовольственные и промышленные товары.

Исторический опыт показал вместе с тем, что ни восстановление, ни даже некоторое превышение достигнутого в 30-х годах уровня развития производительных сил еще не обеспечивало завершения социалистического строительства в СССР и перехода

¹ Подробнее см.: «История Коммунистической партии Советского Союза». М., 1984, с. 504—512; «История Коммунистической партии Советского Союза». В 6-ти томах, т. 5, кн. 2. М., 1980, с. 129—214.

² См. «Народное хозяйство СССР. 1922—1972 гг.». Юбилейный статистический ежегодник. М., 1972, с. 216, 217, 239, 256.

61 его на такую ступень, когда главным содержанием созидательной деятельности стало бы осуществление постепенного перехода от социализма к коммунизму. Для этого было необходимо значительно продвинуться вперед в экономическом развитии, повысить уровень реального обобществления производства, достичь качественно новых рубежей культуры и благосостояния трудящихся, освоить эти достижения в практике общественных отношений. Не менее важной задачей было преодоление ограничений в развитии социалистической демократии, частично связанных с обстановкой военного времени, а также с теми нарушениями социалистической законности, которые были порождены культом личности И. В. Сталина¹. Речь шла о всемерном усилении практического участия народных масс в управлении государственными и общественными делами — в формах и масштабах, адекватных социализму.

Знаменательной вехой в решении этих задач, в борьбе рабочего класса СССР, всего советского народа за завершение строительства социализма явился XX съезд КПСС (февраль 1956 г.). Успехи хозяйственного строительства, достигнутые во второй половине 40-х — первой половине 50-х годов, позволили съезду ориентировать экономику страны на быстрый рост производства не только средств производства, но и предметов народного потребления, усилить внимание к сельскому хозяйству. Была намечена система мероприятий, призванных обеспечить неуклонное улучшение условий жизни народа, удовлетворение повседневных бытовых нужд населения, повышение уровня культуры трудящихся масс.

XX съезд нацелил советское общество на дальнейшее всемерное развитие демократии, развертывание творческой активности и инициативы трудящихся, усиление участия масс в управлении государством и во всей его деятельности. Огромное значение в этой связи имело принятое съездом постановление о необходимости полностью преодолеть чуждый марксизму-ленинизму и несовместимый с сутью социализма культ личности, ликвидировать его последствия во всех областях партийной, государственной и идеологической работы, строго следовать нормам партийной жизни и принципам коллективности партийного руководства, разработанным В. И. Лениным².

Реализация курса внутренней и внешней политики КПСС, выработанного XX и последующими съездами, мобилизация творческих сил народа на подъем советской экономики, на дальнейшее совершенствование и развитие социалистической государственности и демократии, на повышение материального и куль-

¹ См. «История Коммунистической партии Советского Союза». В 6-ти томах, т. 5, кн. 2, с. 387—426.

² Подробнее см.: «История Коммунистической партии Советского Союза», с. 536—543.

62 турного уровня жизни трудящихся обеспечили завершение строительства социализма в СССР, создание условий для перехода к решению задач следующего этапа движения к коммунизму.

Для экономического развития СССР в 50-х и 60-х годах были характерны сохранение высоких темпов хозяйственного роста, постепенное складывание новых пропорций общественного производства, отразивших и более высокий уровень возможностей экономики, и формирование иной, чем на ранних этапах социалистических преобразований, структуры социально-экономических потребностей советского общества. В основе обеих этих тенденций лежало дальнейшее усиление промышленного потенциала СССР.

Среднегодовые темпы прироста промышленной продукции составляли в 1951—1965 гг. 10,7%, что позволило к середине 60-х годов превзойти предвоенный уровень промышленного производства почти в 8 раз ¹. По-прежнему более высокими темпами росло производство средств производства, что было обусловлено как незавершенностью процессов индустриализации в ряде отраслей народного хозяйства и районов страны, так и необходимостью крепить оборонное могущество СССР и всего социалистического содружества. Вместе с тем тяжелая промышленность нашей страны играла огромную роль в осуществлении программ индустриализации стран, вступивших на социалистический путь развития после второй мировой войны.

Особенно высокими темпами шло развитие энергетики, химической промышленности, машиностроения, т. е. отраслей, стимулирующих рост и модернизацию общественного производства. Темпы роста производства предметов потребления в 50—60-х годах уже не столь существенно уступали темпам увеличения производства средств производства, как это было в предвоенные пятилетки. В середине 60-х годов было произведено товаров массового потребления в 3,6 раза больше, чем в начале 50-х, в том числе товаров культурно-бытового назначения и хозяйственного обихода — в 6,8 раза ².

Характерной чертой этого периода развития советской экономики был также бурный рост капитального строительства и его превращение в строительную индустрию (как по формам организации производства, так и по уровню механизации строительного процесса).

Рост промышленного и строительного производства обеспечивался прежде всего за счет существенного расширения их материальной базы, значительного роста количества занятых ра-

¹ См. «Народное хозяйство СССР в 1965 г.». Статистический ежегодник. М., 1966, с. 92, 122.

² См. там же, с. 122, 124, 170, 175, 177, 186, 193, 238.

63 ботников. Однако, чем дальше шло развитие советской экономики, тем более очевидной становилась необходимость усиления интенсификации, повышения эффективности общественного производства, и прежде всего его индустриальных отраслей.

Для этого необходимо было усовершенствовать механизм управления промышленностью и строительством, который сложился еще на этапе форсированной индустриализации. На новом этапе развития производительных сил советского общества он уже не вполне соответствовал их уровню и характеру решаемых задач. Особенно крупным недостатком в руководстве индустриальными отраслями народного хозяйства, как отмечалось на февральском (1957 г.) Пленуме ЦК КПСС, было отрицательное влияние ведомственной разобщенности, мешавшей широкому осуществлению специализации и кооперирования производства, затруднявшей комплексное развитие экономических районов, республик, краев и областей. Для преодоления разобщенности было признано необходимым базировать управление промышленностью и строительством «на сочетании централизованного государственного руководства с повышением роли местных хозяйственных, партийных и профсоюзных органов в управлении хозяйством» ¹. Принятый в мае того же 1957 г. Закон о дальнейшем совершенствовании организации управления промышленностью и строительством ² сосредоточивал руководство ими в советах народного хозяйства экономических районов. В стране было организовано 105 совнархозов, а большинство общесоюзных и союзно-республиканских промышленных и строительных министерств упразднено.

Практика, однако, показала, что односторонний территориальный подход не может обеспечить эффективного управления народным хозяйством; он привел «к раздробленности и многоступенчатости руководства отраслями промышленности, к потере оперативности в работе» ³.

Новый подход к решению этих проблем обозначился в середине 60-х годов. В этот период началось осуществление реформы хозяйственного механизма, направленной на преодоление такого положения, когда в руководстве промышленностью чрезмерно большое место занимали административные формы и методы, а роль экономических методов была принижена. Сентябрьский

¹ «КПСС в резолюциях...», т. 7, с. 253.

³ «Об улучшении управления промышленностью, совершенствовании планирования и усилении экономического стимулирования промышленного производства». Постановление Пленума ЦК КПСС 29 сентября 1965 года. — «КПСС в резолюциях...», т. 8. М., 1972, с. 518.

64 (1965 г.) Пленум ЦК КПСС признал необходимым осуществление таких мер, которые позволяли бы сочетать «единое государственное планирование с полным хозрасчетом предприятий, централизованное отраслевое управление с широкой республиканской и местной хозяйственной инициативой, принцип единоначалия с повышением роли производственных коллективов» ¹. Эта линия была конкретизирована в постановлении ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 4 октября 1965 г. «О совершенствовании планирования и усилении экономического стимулирования промышленного производства» и в утвержденном тогда же Положении о социалистическом государственном производственном предприятии ². Они предусматривали дальнейшее расширение демократических принципов управления, создание экономических предпосылок для более широкого участия масс в управлении производством и их воздействия на результаты экономической работы предприятий.

Существенно больше внимания, сил и средств, чем когда-либо раньше, в 50—60-х годах стало уделяться сельскому хозяйству — отрасли, призванной обеспечивать потребности населения в продуктах питания, а промышленности в сырье. Капиталовложения в развитие сельскохозяйственного производства в 1961—1965 гг. увеличились в 6,7 раза по сравнению с 1946—1950 гг. Многократно возросли поставки сельскохозяйственной техники и минеральных удобрений. Потребление электроэнергии в сельском хозяйстве увеличилось почти в 14 раз ³. Все это позволило существенно повысить агротехнический уровень сельскохозяйственного производства и расширить площадь земель, включенных в сельскохозяйственный оборот. Огромное значение в этой связи имело освоение по инициативе ЦК КПСС целинных и залежных земель в середине 50-х годов.

Подъем сельскохозяйственного производства был обеспечен также системой мероприятий организационного и экономического характера. Большое значение имело, в частности, укрупнение колхозов и совхозов и преобразование части колхозов (как правило, наиболее слабых экономически) в государственные хозяйства. В результате существенно возросла роль советского рабочего класса как непосредственного производителя сельскохозяйственной продукции. Доля совхозов и других государственных хозяйств в посевной площади увеличилась с 11% в 1950 г. до 47% в 1965 г., в поголовье крупного рогатого скота — с 7 до 29% ⁴.

¹ «КПСС в резолюциях...», т. 8, с. 519.

⁴ См. там же, с. 240, 257.

65 Серьезным фактором развития сельскохозяйственного производства стали также произведенные в соответствии с решениями сентябрьского (1953 г.) и мартовского (1965 г.) Пленумов ЦК КПСС изменения в системах закупок и заготовок сельскохозяйственной продукции. Они поощряли колхозников к более интенсивному труду в общественном хозяйстве, а тех, кто вел личное подсобное хозяйство,— к расширению производства и продажи продуктов питания и сырья для промышленности.

В результате осуществления этого комплекса мероприятий значительно увеличилось сельскохозяйственное производство: его валовая продукция в 1961—1965 гг. превысила уровень 1946—1950 гг. почти в 2 раза; среднегодовые сборы зерна в первой половине 60-х годов превзошли уровень послевоенного пятилетия более чем в 2 раза, производство молока — также в 2 раза, а мяса — в 2,7 раза ¹.

Успехи хозяйственного строительства позволили обеспечить существенное повышение материального и культурного уровня жизни рабочего класса, всех трудящихся. Все большая часть национального дохода СССР, выросшего в 1951—1965 гг. в 3,6 раза, использовалась на потребление. В 1961—1965 гг. с учетом затрат на жилищное и социально-культурное строительство непосредственно на народное благосостояние было направлено более 76% национального дохода, использованного на потребление и накопление. В результате с 1950 по 1965 г. реальные доходы населения в расчете на одного жителя страны повысились на 122%, в том числе реальные доходы рабочих и служащих (в расчете на одного работающего) — на 91%, а колхозников — на 172% ².

Фонд заработной платы рабочих и служащих с конца 50-х до середины 60-х годов вырос почти втрое. В основе этого роста лежали как увеличение численности рабочих и служащих, так и повышение их заработной платы (в среднем с 64,2 руб. в месяц до 96,5 руб., или в 1,5 раза) ³.

Принципиальное значение имело в этой связи постановление Совета Министров СССР, ЦК КПСС и ВЦСПС «О повышении заработной платы низкооплачиваемым рабочим и служащим», принятое 8 сентября 1956 г. ⁴ Были установлены ее низшие размеры: 40—45% от средней заработной платы рабочих и служащих. Подобные мероприятия осуществлялись и впоследствии, поскольку социализм в принципе отрицает чрезмерную дифференциацию доходов трудящихся.

¹ См. «Страна Советов за 50 лет». Сборник статистических материалов. М., 1967, с. 119—120.

⁴ См. «КПСС в резолюциях...», т. 7, с. 222—223.

66 Заметно быстрее фондов оплаты за труд в общественном производстве росли общественные фонды потребления: в 1951—1965 гг. их общая сумма увеличилась в 3,2 раза, в том числе на душу населения — в 2,5 раза (с 72 руб. в год до 182 руб.). Особенно большое значение для улучшения условий жизни населения имело принятие в 1956 г. Закона о государственных пенсиях, согласно которому вводилось пенсионное обеспечение рабочих и служащих, достигших преклонного возраста (мужчин — 60 лет, женщин — 55 лет). Позднее, с середины 60-х годов, система пенсионного обеспечения была распространена и на колхозников.

Быстрое возрастание промышленного и сельскохозяйственного производства, с одной стороны, и систематическое увеличение денежных доходов населения — с другой, обеспечили значительное повышение материального благосостояния советских людей. Так, в 1965 г. товаров народного потребления было продано почти в 4 раза больше, чем в 1950 г. (в сопоставимых ценах), в том числе в расчете на душу населения — в 3,1 раза ¹.

Существенно улучшилось снабжение населения СССР продуктами питания. К тому же изменилась структура питания советских людей. Так, потребление мяса в расчете на одного человека увеличилось с 26 кг в 1950 г. до 40 кг в 1960 г. и 48 кг в 1970 г.; молока и молочных продуктов — со 172 до 307 кг; яиц — с 60 до 159 штук. При этом потребление картофеля снизилось на 85% от уровня 1950 г., а хлебных продуктов — на 15% ².

Произошли также заметные сдвиги в улучшении жилищных условий. Ускорение темпов жилищного строительства, которое прежде отставало от потребностей населения ³, было обеспечено огромным увеличением капиталовложений в эту отрасль народного хозяйства. В 1956—1960 гг. по сравнению с 1946—1950 гг. они возросли в 4,3 раза и составили 23,2% от общей суммы капитальных вложений государственных и кооперативных предприятий и организаций, колхозов и населения ⁴. Это позволило расширить масштабы жилищного строительства до 2,3 млн. квартир в год, а всего с середины 50-х до конца 60-х годов было построено 34,2 млн. квартир с общей (полезной) площадью 1 483 млн. кв. м, или 141 квартира на 1000 жителей страны ⁵.

Особенно большое значение этот процесс имел для горожан, испытывавших немало затруднений от того, что прежде прирост численности городского населения опережал темпы жилищного

¹ См. «Народное хозяйство СССР. 1922—1972 гг.», с. 374.

⁵ См. там же, с. 366.

67 строительства. В 50-х и 60-х годах, наоборот, быстрее рос жилищный фонд в городах. В результате если в 1950 г. на одного горожанина приходилось 7,0 кв. м общей (полезной) площади жилищ (в 1913 и 1940 гг. средняя обеспеченность горожан жильем была немногим меньшей — 6,3 и 6,5 кв. м соответственно), то в 1960 г. уже 8,9 кв. м, а в 1970 г.— 11 кв. м ¹.

Конечно, значительное повышение уровня материального благосостояния советских людей фактически только начиналось. Далеко не все материальные потребности населения удовлетворялись (или удовлетворялись неполностью), в частности медленно развивалась система материально-бытового обслуживания. И все же на этом направлении социального развития были достигнуты определенные успехи, хотя ни тяжелейшие последствия экономической отсталости царской России, ни обусловленные ею издержки форсированной индустриализации, ни урон, причиненный гитлеровским вторжением, не были еще полностью преодолены.

Несмотря на трудности, высокими темпами расширялась база удовлетворения социальных и культурных потребностей — в развитии систем воспитания, образования и профессиональной подготовки подрастающих поколений, в приобщении к культуре все более широких слоев трудящихся, в расширении медицинского обслуживания и повышении уровня физической культуры населения. В результате советское общество могло удовлетворять все более широкий круг таких потребностей, в том числе многие бесплатно.

Существенно улучшилась материальная и кадровая база общеобразовательной школы, что позволило перейти на качественно новую ступень общего образования молодежи. Всеобщее начальное образование детей, введенное еще в конце 20-х — начале 30-х годов, было быстро восстановлено после войны. Переход к всеобщему неполному среднему образованию занял по существу послевоенное 15-летие. В конце 40-х — начале 50-х годов такое образование в дневных общеобразовательных школах получило примерно 55% юношей и девушек, пришедших в свое время в первый класс; в середине 50-х годов этот показатель достиг 80%, а в начале 60-х — 85—90% ².

Одновременно подготавливался переход ко всеобщему среднему образованию молодежи. В конце 40-х — начале 50-х годов полный курс обучения в дневных общеобразовательных средних школах проходило лишь 5—10% первоначального контингента первоклассников, в середине 50-х годов этот показатель прибли-

¹ См. «Народное хозяйство СССР в 1970 г.», с. 7, 68, 546.

² Рассчитано по: «Народное образование, наука и культура в СССР», с. 102; «Итоги Всесоюзной переписи населения 1970 года», т. 2. М., 1972, с. 12—13.

68 зился к 20%, а в конце 50-х — начале 60-х годов превысил 30% ¹. Завершить в основном введение всеобщего среднего образования молодежи предполагалось к началу 70-х годов ². И хотя полностью решить эту задачу в намеченный срок не удалось, основная часть работы была выполнена: около 80% учащихся, оканчивавших в конце 60-х годов неполную среднюю (восьмилетнюю) школу, получали затем полное среднее образование ³.

В результате произошли существенные сдвиги в культурно-образовательном облике советского народа. Характерно, что если в 1939 г. лишь 12% работников общественного производства имели образование не ниже неполного среднего (а многие вообще были неграмотны), то к 1959 г. этот показатель повысился до 43%, а к 1970 г.— до 65%. Причем к началу 70-х годов уже более ¹/₃ занятого населения СССР составляли люди, получившие полное среднее (общее или специальное) образование ⁴. Все это имело тем большее значение, что постоянное и существенное культурное развитие народа является одной из важнейших предпосылок движения к коммунизму.

Важнейшим звеном повышения благосостояния советских людей всегда было усиление заботы о народном здоровье. В 1950 г. из государственного бюджета и других источников финансирования на медицинское обслуживание населения и развитие физической культуры было потрачено 2.8 млрд. руб., а в 1970 г. ассигнования на эти нужды достигли 11,8 млрд. руб. Это позволило построить большое количество новых больниц, подготовить десятки тысяч врачей и среднего медицинского персонала. В частности, численность врачей за эти годы в расчете на 10 тыс. человек населения почти удвоилась ⁵.

Были осуществлены мероприятия, способствующие более полному удовлетворению потребности рабочих во времени, используемом «для свободной деятельности и развития» ⁶. В 1956 г. был начат и в 1960 г. завершен перевод всех рабочих и служащих на сокращенный семи-шестичасовой рабочий день при сохранении заработной платы; в результате продолжительность рабочей недели сократилась на семь часов — с 47,8 до 40,6 часа ⁷. Все работники государственного сектора народного хозяйства пользовались ежегодными оплачиваемыми отпусками: в 1958 г. 42% рабочих и слу-

¹ См. «Народное образование, наука и культура в СССР», с. 78—79, 100, 102; «Народное хозяйство СССР в 1970 г.», с. 628—629.

⁷ См. «Труд в СССР», с. 239.

69 Таблица 4

Распределение занятого населения СССР по секторам народного хозяйства (%)

Источники: «Труд в СССР», с. 20; «Народное хозяйство СССР в 1970 г.», с. 507.

жащих имели отпуска продолжительностью 12 рабочих дней, 13% — 15 дней, 33% — от 18 до 24 дней и 12% — более 24 дней; через 10 лет минимальным был уже отпуск продолжительностью 15 дней, и им пользовалось 40% рабочих и служащих, еще у 46% отпуск продолжался от 18 до 24 дней, а у 14% — более 24 дней¹.

Очень важные перемены в условиях развития и характере жизнедеятельности рабочего класса были связаны с существенными сдвигами в занятости и расселении советских людей. Эти сдвиги, с одной стороны, были следствием выхода экономики СССР на принципиально новый уровень развития, а с другой — стимулировали ее движение к более высокому уровню.

Радикальные изменения происходили в структуре общественного производства и соответственно в распределении занятого населения нашей страны по отраслям народного хозяйства (см. табл. 4). Если на рубеже 40-х и 50-х годов почти половина всех трудящихся была сосредоточена в сельском и лесном хозяйстве, то через десятилетие их удельный вес снизился на 9 процентных пунктов, а к концу 60-х годов — после того, как этот показатель уменьшился еще на 12 пунктов, — в этом секторе народного хозяйства осталось немногим более 1/4 всего экономически активного населения СССР. Соответственно росла доля занятых в несельскохозяйственных отраслях, причем если в 50-х годах быстрее увеличивалась численность работников индустриальных отраслей материального производства и производственной инфраструктуры, то в 60-х годах — в связи с новыми возможностями и потребностями экономики — опережающими темпами развивались уже отрасли социально-культурного и материально-бытового обслуживания.

¹ См. «Народное хозяйство СССР за 60 лет», с. 477.

70 Под воздействием сдвигов в структуре общественного производства развивались процессы урбанизации. Именно в это время СССР превратился в страну с преобладанием городского населения: в 1951—1970 гг. его доля повысилась с 39 до 56% ¹. В основе этого процесса лежало в первую очередь переселение десятков миллионов сельских жителей в города, что обеспечило как быстрый рост индустриальных отраслей материального производства, так и развитие сферы обслуживания.

* * *

Подъем советской экономики, обусловленные им сдвиги в характере занятости и составе населения привели в свою очередь к дальнейшему существенному прогрессу социальной структуры общества как структуры последовательно социалистического типа. Уже в 1939 г. более половины всего населения СССР (50,2%) составляли рабочие, служащие и неработающие члены их семей, т. е. те категории трудящихся, чья жизнедеятельность базируется на общенародной (государственной) собственности; в 1959 г. на их долю приходилось более ²/₃ населения (68,3%), причем рабочий класс охватывал уже половину населения. К концу 60-х — началу 70-х годов удельный вес рабочих и служащих (вместе с членами их семей) повысился до ⁴/₅ (а собственно рабочих — до 57%) населения ².

Эти социально-экономические процессы все сильнее сказывались в социально-политической сфере. Чисто количественные перемены сопровождались и углублялись качественными сдвигами в общественном сознании и социальной деятельности все более широких слоев населения, что способствовало сближению всех классов и социальных слоев советского общества на базе социалистических интересов и коммунистических идеалов рабочего класса, под руководством Коммунистической партии Советского Союза ³. В результате Советское государство, «которое возникло как государство диктатуры пролетариата», превратилось в общенародное государство, «в орган выражения интересов и воли всего народа» ⁴. Соответственно КПСС, партия рабочего класса, «стала партией всего советского народа» ⁵.

В целом неблагоприятные наслоения прошлого все в меньшей степени сказывались на характере и темпах развития советского

¹ См. «Население СССР (численность, состав и движение населения). 1973». Статистический сборник. М., 1975, с. 7.

⁵ «Материалы XXIV съезда КПСС», с. 214. См. также: «История Коммунистической партии Советского Союза», с. 551, 561—567, 616—629.

71 общества, все больше определялись преимуществами политической и социально-экономической системы социализма, его собственными достижениями и проблемами. В развитии СССР всевозрастающий удельный вес приобретали черты, свидетельствовавшие о том, что общество созрело для одновременного решения более широкого, чем прежде, круга проблем, для постановки задач, ориентированных на все более полную реализацию возможностей социализма.

Все эти достижения в социально-экономическом и политическом развитии советского общества свидетельствовали, что план построения социализма, разработанный В. И. Лениным, был в своих главнейших чертах претворен в жизнь. Именно поэтому в третьей Программе партии, принятой на XXII съезде КПСС (октябрь 1961 г.), провозглашалось: «Социализм победил в Советском Союзе полностью и окончательно» ¹. Наша страна вступила в тот новый этап становления коммунистической формации, когда развитие социализма происходит на его собственной основе. Это означало, что перед советским народом открылась возможность дальнейшего, все более полного освоения результатов победы социализма как общественного строя и как уклада жизни трудящихся масс.

¹ «Материалы XXII съезда КПСС», с. 321.

72

Глава вторая. ВОЗНИКНОВЕНИЕ МИРОВОЙ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ​

Развитие мирового революционного процесса в послевоенном мире в значительной степени определялось тем, что во второй половине 40-х годов в группе стран Европы и Азии произошли народно-демократические и социалистические революции. Их победа открыла путь для построения социализма в этих странах и продемонстрировала огромную притягательную силу социалистических идеалов. В результате реальный социализм широко раздвинул свои географические рамки.

БОРЬБА КОММУНИСТИЧЕСКИХ И РАБОЧИХ ПАРТИЙ СТРАН ЦЕНТРАЛЬНОЙ И ЮГО-ВОСТОЧНОЙ ЕВРОПЫ ЗА ПОБЕДУ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕВОЛЮЦИЙ​

В 1944—1945 гг. в большинстве стран Центральной и Юго-Восточной Европы (Албания, Болгария, Венгрия, восточная часть Германии, Польша, Румыния, Чехословакия, Югославия) был установлен народно-демократический строй, который коренным образом отличался от режимов, существовавших в них до войны. От власти были отстранены представители крупного капитала и помещики, дискредитировавшие себя реакционной политикой и открытым сотрудничеством с гитлеровцами. Прочные позиции, а в некоторых странах и абсолютное большинство в органах государственной власти завоевали представители рабочего класса — коммунисты. На первых порах они чаще всего разделяли власть с буржуазными и мелкобуржуазными политическими партиями, заявившими о согласии с осуществлением демократических преобразований. В целом были созданы важнейшие политические предпосылки для решения коренного вопроса социалистической революции — перехода в руки рабочего класса государственной власти.

Вместе с тем дальнейшее развитие революционного процесса в этих странах — при всем его разнообразии — в значительной мере определялось необходимостью существенно расширить и упрочить массовую социальную базу революции. Поэтому коммунистические партии и после установления народно-демократического строя не ставили задачу немедленного «введения» социализма. Они продолжали выступать за последовательное завершение

73 программы политических и социально-экономических преобразований общедемократического характера для более основательной и систематической, по выражению В. И. Ленина, подготовки последующего перехода к социализму. (В некоторых из этих стран, например в Болгарии, осуществлявшиеся новой властью мероприятия носили по сути дела социалистический характер.) Поэтому коммунистические партии ориентировались на сохранение и укрепление широких политических союзов с теми партиями и группировками, которые выражали свое согласие с осуществлением такой программы.

Необходимость и целесообразность этого курса определялись прежде всего тем, что, хотя к моменту возникновения народно-демократического строя абсолютное большинство масс стремилось полностью ликвидировать остатки фашизма и буржуазно-помещичьей реакции, часть трудящихся не отдавала еще себе отчета в том, что непременным условием прочного закрепления антифашистских, демократических завоеваний является последующее продвижение по пути социализма. Они сохраняли иллюзии насчет возможности «третьего пути», сочетающего в себе элементы социализма и капитализма. Только практический опыт масс в борьбе за демократию мог помочь им избавиться от этих иллюзий и сознательно встать на платформу социализма.

Опираясь прежде всего на революционную активность масс, коммунистические и рабочие партии широко использовали такие институты, как всеобщее избирательное право, парламент, гражданские свободы. Опора на традиционные парламентские формы не только способствовала привлечению колеблющихся мелкобуржуазных слоев на сторону пролетариата, но и послужила дополнительным препятствием попыткам зарубежной реакции вмешиваться во внутренние дела этих стран.

Вместе с тем успешно использовались возможности широких политических союзов рабочего класса с демократическими организациями крестьянства, городских слоев мелкой буржуазии, части средней буржуазии. Эти возможности были обусловлены тем, что революции 40-х годов выросли непосредственно из национально-освободительной, антифашистской борьбы, которая была направлена не только против чужеземных поработителей, но и против выступавших в союзе с ними внутренних реакционных сил — представителей крупного капитала, помещиков, коллаборационистов. В этих условиях национально-освободительное, общедемократическое по своему характеру движение Сопротивления приобретало и глубокое социальное содержание. Произошло дальнейшее сближение борьбы за демократию с борьбой за социализм. Практическим выражением этой особенности было создание по инициативе коммунистов широких демократических коалиций — Национальных (Народных, Отечественных) фрон-

74 тов, в которые вошли как политические, так и массовые общественные организации рабочего класса, мелкой, а иногда и средней буржуазии.

Конечно, участие буржуазных и мелкобуржуазных группировок в органах власти, даже там, где оно было ограниченным, создавало немалые трудности в деле дальнейшего развития революции. Буржуазия стремилась использовать участие в органах власти для навязывания своей политической линии, чтобы в конечном счете ликвидировать народную демократию и восстановить старые, довоенные режимы. В результате в одних странах Центральной и Юго-Восточной Европы уже весной 1945 г., в других — летом и осенью того же года произошло обострение политической ситуации. Особенно острая борьба развернулась вокруг таких проблем, как аграрная реформа, национализация промышленности, стабилизация экономики, имевших огромное значение не только для упрочения народно-демократического строя, но и для усиления социалистической направленности народно-демократических революций.

Однако по мере проведения и углубления коренных преобразований в политической и социально-экономической областях, усиления роли рабочего класса и его марксистско-ленинских партий среди буржуазных и мелкобуржуазных группировок, которые в годы войны примкнули к антифашистскому лагерю, происходила дифференциация. Часть их представителей, извлекшая уроки из недавнего прошлого и учитывавшая настроения народных масс, продолжала сотрудничать с революционными силами. Другая часть стала смыкаться с силами контрреволюционного подполья и империалистической реакции. Это в свою очередь усиливало изоляцию реакционных группировок и делало не только необходимой, но и возможной полную ликвидацию их политических и экономических позиций, сосредоточение командных высот в политике и экономике в руках рабочего класса и его союзников.

Процесс этот развивался в соответствии с конкретной исторической обстановкой: в одних странах Центральной и Юго-Восточной Европы быстрее и «прямее», в других — через целый ряд переходных ступеней, характеризовавшихся острой борьбой коммунистов за интересы трудящихся, за умы и сердца народных масс, против псевдодемократических иллюзий непролетарских слоев и попыток контрреволюции использовать эти иллюзии для того, чтобы повернуть вспять ход истории.

Так, в Югославии, где развитие революционного процесса в 40-х годах отличалось большим размахом и глубокой классовой дифференциацией общества, вопрос о завоевании рабочим классом государственной власти был практически решен уже в момент освобождения страны от фашистских захватчиков совместными

75 усилиями Национально-освободительной армии Югославии и советских войск.

В довоенной Югославии рабочие вместе с группами, для которых характерно полупролетарское или предпролетарское положение, составляли только 15—16% всего занятого населения страны (к тому же лишь треть рабочих можно было отнести к промышленному пролетариату) ¹, однако, как известно, влияние рабочего класса значительно больше его доли «в общей сумме населения» ². В Югославии это проявилось особенно ярко в ходе национально-освободительной войны прежде всего потому, что политический авангард рабочего класса — Коммунистическая партия взяла на себя инициативу по организации антифашистской борьбы и выступила как ее организатор и руководитель.

Коммунисты с самого начала были не только наиболее активной, но и единственной политической партией в Сопротивлении. Между тем в рядах югославской буржуазии не нашлось ни одной сколько-нибудь влиятельной политической группировки, которая выступила бы в поддержку активной борьбы за национальное освобождение; более того, фактически все основные буржуазные течения оказались в лагере коллаборационистов. Поэтому борьба за национальное освобождение Югославии приобрела в этих условиях глубокое социальное содержание ³. «Огромное большинство народа Югославии, — говорил позднее Иосип Броз Тито, — еще в ходе войны пришло к убеждению, что старый общественный строй никуда не годен... и что необходимо создать новую, лучшую общественную систему» ⁴.

Уже с самого начала национально-освободительной войны стали складываться ячейки новой государственной власти, а в ноябре 1942 г. по инициативе КПЮ состоялась первая сессия представителей антифашистских политических организаций и групп, на которой высшим политическим представительным органом новой Югославии было провозглашено Антифашистское вече народного освобождения Югославии (АВНОЮ). Через год, в ноябре 1943 г., на второй сессии АВНОЮ была выражена твердая решимость покончить с реакционным наследием прошлого, создать новую Югославию как равноправную демократическую федерацию Сербии, Хорватии, Словении, Македонии, Черногории, Боснии и Герцеговины. Было сформировано временное прави-

¹ См. «Рабочий класс и строительство социализма в странах Центральной и Юго-Восточной Европы». М., 1977, с. 331—333.

⁴ И. Броз Тито. Избранные статьи и речи. М., 1973, с. 190.

76 тельство — Национальный комитет освобождения Югославии (НКОЮ) во главе с Генеральным секретарем ЦК КПЮ И. Броз Тито. НКОЮ опирался в своей деятельности на разветвленную систему народно-освободительных комитетов на местах и на сильную Национально-освободительную армию, в которой к апрелю 1945 г. насчитывалось 800 тыс. человек и абсолютное большинство командиров были коммунистами.

Сразу после освобождения страны КПЮ, не скрывая своих конечных социалистических целей, выдвинула на передний план задачу закрепления и углубления общенациональных, общедемократических завоеваний. Практически речь шла о том, чтобы в борьбе за последовательное осуществление демократии обеспечить поддержку широких масс и, опираясь на нее, пойти дальше по пути к социализму.

Западные державы, которые длительное время ориентировались на восстановление власти реакционного эмигрантского королевского правительства, под влиянием общей обстановки на фронтах мировой войны и положения в самой Югославии начинают менять свою тактику по отношению к Югославии, добиваться хотя бы частичного восстановления политических позиций буржуазных группировок. В свою очередь руководство КПЮ проявило готовность пойти на определенные компромиссы при условии признания западными державами основных завоеваний югославской революции.

На базе достигнутых договоренностей, санкционированных на Крымской конференции великих держав, в 1945 г. возобновили свою деятельность буржуазные и мелкобуржуазные партии, которые не были скомпрометированы открытым сотрудничеством с оккупантами, а НКОЮ в марте 1945 г. был преобразован в коалиционное Временное правительство Демократической Федеративной Югославии. В новом правительстве коммунисты получили 11 мест (включая пост премьер-министра, которым стал И. Броз Тито), примкнувшие (отчасти искренне, отчасти из тактических соображений) деятели некоммунистических партий и беспартийные — 14, представители реакционной эмиграции — 3 места. Хотя формально коммунисты в новом правительстве составляли меньшинство, они по-прежнему определяли направление его деятельности. Об этом свидетельствовала и программная декларация правительства, которая полностью исходила из решений второй сессии АВНОЮ.

В центре деятельности по революционному обновлению югославского общества стоял рабочий класс. Его авторитет был обусловлен во многом тем, что КПЮ была единственной организацией, которая выдвинула перед народом и начала осуществлять развернутую конструктивную программу действий. Реакция же, не решаясь выступить открыто, не имела такой программы. Она огра-

77 ничивалась оппозиционной деструктивной деятельностью, что в конечном счете лишь способствовало ее изоляции.

Одним из центральных вопросов классовой борьбы в этих условиях становился вопрос о закреплении политических завоеваний революции в социально-экономической области. Расстановка политических сил в стране во многом определяла и конкретные формы этой борьбы. Первоначально возникновение социалистического сектора югославской экономики было результатом не официальной национализации, а конфискации собственности, принадлежавшей оккупантам, предателям, лицам, обогатившимся на войне. В результате уже к концу 1945 г. в руках государства или под его контролем оказалось 72% всех промышленных предприятий страны ¹. Фактически еще за год до принятия закона о национализации частных предприятий общегосударственного и республиканского значения была решена такая важнейшая задача социалистической революции, как переход в общественную собственность основных средств производства. Это еще больше усиливало социальный потенциал рабочего класса, его возможность влиять на ход и содержание революционных преобразований.

Принятый летом 1945 г. вопреки буржуазной оппозиции закон об аграрной реформе также во многом фактически закрепил положение, сложившееся в югославской деревне в результате конфискации земель граждан фашистских государств и предателей. В ходе конфискации основная часть земли была безвозмездно передана бедным и средним крестьянам, а часть ее перешла к государственным имениям, положившим начало формированию общенародной собственности в сельском хозяйстве.

Стремясь помешать упрочению демократических завоеваний народов Югославии, реакционная оппозиция пыталась разжигать национальную рознь, выступала против решения национального вопроса на федеративной основе, оспаривала право на государственное самоопределение народов Македонии и Черногории. Оппозиция выступала и против полномочий народных комитетов, против мер по наказанию коллаборационистов и предателей. Однако эти шаги не встретили поддержки даже у большинства некоммунистических деятелей во Временном правительстве, не решившихся открыто порвать с политикой Народного фронта, которая пользовалась явной поддержкой подавляющей части населения.

Потеряв надежду изменить в свою пользу сложившееся со-

¹ См. Г. П. Мурашко. Борьба рабочего класса за национализацию промышленности. Из опыта революций 40-х годов в странах Центральной и Юго-Восточной Европы. М., 1979, с. 154.

78 отношение сил, представители буржуазной оппозиции, поддерживаемые верхушкой католической церкви и будучи в контакте с остатками фашистского подполья, стали делать основную ставку на дестабилизацию экономического и политического положения в стране, рассчитывая создать предлог для открытого вмешательства в ее внутренние дела западных держав.

В свою очередь Великобритания, поддержанная США, обвинила югославское руководство в нарушении достигнутых ранее соглашений. В ход были пущены средства экономического давления. Не обошлось и без прямых военных угроз. Однако твердая позиция руководства обновленной Югославии, получившего поддержку Советского Союза, привела к провалу попыток ликвидировать основные завоевания югославской революции.

Важнейшим рубежом в борьбе за полное утверждение завоеваний югославской революции явились состоявшиеся в ноябре 1945 г. всеобщие выборы в Учредительную скупщину. Несмотря на призыв реакционных сил бойкотировать выборы, в них участвовало 88% избирателей, из которых ⁹/₁₀ отдали голоса за платформу Народного фронта Югославии. На первом же заседании 29 ноября 1945 г. Учредительная скупщина единогласно приняла декларацию о ликвидации монархии и провозглашении Федеративной Народной Республики Югославии (ФНРЮ). В январе 1946 г. была принята Конституция ФНРЮ, которая окончательно закрепила демократические и социалистические завоевания национально-освободительной борьбы и революции.

Национально-освободительное движение народа Албании против итало-фашистской оккупации получило новый импульс после того, как в ноябре 1941 г. была создана Коммунистическая партия Албании (КПА). В своем первом обращении временный ЦК КПА указывал, что основной задачей албанских коммунистов является соединение «борьбы за национальное освобождение с героической борьбой Советского Союза, который находится в авангарде борьбы против фашизма» ¹. По инициативе КПА в 1942 г. началось формирование Фронта национального освобождения (ФНО), призванного объединить все патриотические силы страны независимо от их классовой принадлежности, политических и религиозных убеждений для активной борьбы против захватчиков и предателей, за свободную, независимую, демократическую Албанию. Создание ФНО способствовало значительной активизации партизанских отрядов, развернувшихся летом 1943 г. в Народно-освободительную армию. На освобожденных ею террито-

¹ Цит. по: «Великий Октябрь и революции 40-х годов в странах Центральной и Юго-Восточной Европы. Опыт сравнительного изучения социально-экономических преобразований в революционном процессе». М., 1977, с. 128.

79 риях начали функционировать национально-освободительные советы, взявшие на себя функции органов повстанческой власти ¹.

Первоначально в деятельности ФНО определенное участие принимали ряд националистических и религиозных деятелей. Однако по мере того, как в ходе развития массовой освободительной борьбы все более проявлялась ее антиимпериалистическая, демократическая направленность, эти силы отошли от ФНО. Более того, в противовес возглавляемому коммунистами Фронту национального освобождения была создана организация «Балли комбетар» (Национальный фронт), которая установила секретные контакты с итало-фашистскими властями. Когда же после капитуляции фашистской Италии в страну были введены немецко-фашистские войска, баллисты предоставили свои вооруженные силы в их непосредственное подчинение.

В этой ситуации коммунисты стали не только ведущей, но и единственной организованной политической силой в движении Сопротивления, что во многом предопределило и конкретный ход формирования народно-демократического строя в стране.

Национальная измена помещичье-буржуазной верхушки обусловила резкое усиление социальной направленности революционного движения. Еще в ходе освобождения страны, завершившегося в ноябре 1944 г., новая власть приступила к экспроприации имущества врагов народа. На деле это привело не только к полной ликвидации феодального землевладения, позиций крупного иностранного капитала, но и к коренному подрыву частнособственнического сектора в целом.

По сути дела уже в это время в Албании были решены не только важнейшие политические, но и многие социально-экономические задачи социалистической революции. О широкой поддержке массами нового строя свидетельствовали итоги первых в истории Албании всеобщих выборов, состоявшихся в конце 1945 г., на которых за кандидатов возглавляемого коммунистами демократического блока было подано 93% голосов. Созданное в результате выборов Учредительное собрание 10 января 1946 г. провозгласило Албанию народной республикой и приняло конституцию, закрепившую завоевания революции.

Перед албанским народом открылась перспектива строительства социализма. Конечно, в условиях значительной социально-экономической и культурной отсталости это была трудная задача, но трудности можно было преодолеть с помощью других социалистических стран, прежде всего Советского Союза.

¹ Подробнее см.: Н. Д. Смирнова. Борьба албанского народа за свое национальное и социальное освобождение (1941—1944). — «Советский Союз и борьба народов Центральной и Юго-Восточной Европы за свободу и независимость. 1941—1945». М., 1978.

80 В Болгарии уже восстание 9 сентября 1944 г., которое организовали и возглавили коммунисты, фактически решило вопрос о социалистическом характере последующего развития революции. Тем не менее для окончательного решения этого вопроса от Болгарской рабочей партии (коммунистов), возглавляемой выдающимся деятелем болгарского и международного рабочего движения Г. Димитровым, потребовалось немало усилий, проявления гибкости и твердости, умения выработать свою тактику в соответствии с настроениями и требованиями масс. Такое развитие революционного процесса было обусловлено прежде всего тем, что главной и наиболее последовательной силой оппозиции монархо-фашистскому режиму был рабочий класс, хотя и относительно немногочисленный, но прошедший длительную школу революционной борьбы и пользовавшийся огромным влиянием в политической жизни страны. Его авангард — БРП(к), единственная из оппозиционных партий продолжавшая активную деятельность в условиях жестоких репрессий и сыгравшая в итоге решающую роль в развертывании антифашистской, освободительной борьбы болгарского народа. Вместе с тем для Болгарии было характерно наличие сильных радикальных буржуазно-демократических течений, оказывавших значительное влияние на крестьянство, а также на городские средние слои, интеллигенцию, среди которых были широко распространены традиционные для Болгарии симпатии к русскому народу, к Советскому Союзу.

Новое правительство Болгарии, созданное в результате восстания, немедленно приступило к осуществлению демократических преобразований. Старые органы власти были ликвидированы, фашистские организации распущены. Военные преступники и активные фашисты арестовывались и предавались суду. Был принят ряд мер по демократизации армии, включившейся в боевые действия против немецко-фашистских войск. Основной задачей в области внешней политики новое правительство провозгласило курс на установление дружественных отношений с СССР и его союзниками по антигитлеровской коалиции ¹. «9 сентября 1944 г.,— говорил Г. Димитров,— политическая власть в нашей стране была вырвана из рук капиталистической буржуазии, эксплуататорского монархо-фашистского меньшинства и перешла в руки громадного большинства народа, трудящихся города и деревни при активной и руководящей роли рабочего класса и его коммунистического авангарда. Победив при решающей помощи героической Советской Армии, восстание 9 сентября открыло путь к построению социализма в нашей стране» ².

¹ Подробнее см.: Р. П. Гришина, Л. Б. Валев. Болгарский народ в борьбе против фашизма. М., 1964.

² Г. Димитров. Избранные произведения, т. II. М., 1957, с. 612.

81 Политической основой новой, народной власти стал Отечественный фронт (ОФ), в состав которого были допущены лишь те организации, которые принимали участие в борьбе с фашизмом. Деятельность других партий была запрещена. Ведущую роль в ОФ играли коммунисты, которые к тому времени имели огромное влияние на рабочий класс, в том числе на сельскохозяйственных рабочих.

В упрочении тесной связи с широкими массами рабочего класса, крестьянством, интеллигенцией, другими слоями народа болгарские коммунисты видели важнейшее условие продвижения к социализму. В то же время они стремились к сохранению единства демократических сил. Коммунисты проявляли готовность идти порой на весьма серьезные уступки своим партнерам по Отечественному фронту. Так, располагая после 9 сентября реальными возможностями для того, чтобы сосредоточить в своих руках всю полноту власти, БРП(к) в первом правительстве Отечественного фронта имела лишь четыре министерских поста из 16.

При осуществлении общедемократической программы Отечественного фронта БРП(к) приходилось преодолевать сопротивление как тех буржуазных деятелей, которые примкнули к ОФ лишь из тактических соображений и не собирались всерьез выполнять его программу, так и некоторых сектантских элементов, торопливость которых создавала трудности для укрепления связи революционного авангарда с широкими массами. БРП(к) разработала и систематически проводила линию на оживление экономики, улучшение материального положения трудящихся. Коммунисты стали застрельщиками массового трудового соревнования, во многом способствовавшего тому, что промышленность Болгарии уже в 1946 г. превзошла довоенный уровень. Стремясь привести в действие рычаги экономического роста, БРП(к) выступала и в поддержку развития частной инициативы промышленников и торговцев, лояльно относящихся к народной власти. В то же время по настоянию коммунистов правительство установило твердые цены на основные предметы потребления, приняло ряд мер по ограничению деятельности паразитического и спекулятивного капитала, строгому наказанию саботажников и спекулянтов.

Состоявшиеся 18 ноября 1945 г. выборы в Народное собрание явились свидетельством широкой народной поддержки Отечественного фронта. Вопреки призывам правых уклониться от голосования в них приняли участие более 85% избирателей; из них 88% отдали голоса за единый список ОФ, в который входили БРП(к), Болгарский земледельческий народный союз (БЗНС), Народный союз «Звено», Болгарская социал-демократическая рабочая партия и Радикальная партия ¹.

¹ См. «История Болгарской коммунистической партии». М., 1971, с. 492.

82 На протяжении последующего года политика Отечественного фронта еще дважды успешно прошла проверку всеобщим голосованием. На проведенном по инициативе БРП(к) в сентябре 1946 г. референдуме 92,7% голосовавших высказались за ликвидацию в стране монархии и провозглашение Болгарии народной республикой. В ходе проведенных вслед за этим выборов в Великое народное собрание, которому предстояло принять новую конституцию, за партии ОФ было подано 68,8% голосов, в том числе за коммунистов — 53,16%; за оппозицию, на этот раз участвовавшую в выборах, — 28,3% ¹. В результате выборов было создано новое правительство во главе с Г. Димитровым. В его состав вошло 10 коммунистов, пять представителей БЗНС, по два представителя от социал-демократов и союза «Звено», один беспартийный.

Сложившаяся в стране политическая ситуация облегчила проведение радикальных революционных преобразований в социально-экономической сфере. К концу 1947 г. было закончено проведение аграрной реформы. Особенно большое значение для укрепления экономической смычки между городом и деревней, союза рабочего класса с крестьянством имели такие меры, как сокращение ипотечной задолженности, снижение цен на промышленные товары, введение пенсий и бесплатного медицинского обслуживания крестьян, и другие формы помощи города селу. Особенностью Болгарии, где и в прошлом было широко развито кооперативное движение, стало начавшееся еще до завершения аграрной реформы по инициативе снизу создание производственной кооперации в деревне — трудовых сельскохозяйственных кооперативов.

Процесс национализации промышленности развивался несколько замедленно, что во многом объяснялось невысоким уровнем промышленного развития, с одной стороны, и стремлением проводить меры по обобществлению, опираясь на поддержку абсолютного большинства населения, — с другой. Вслед за конфискацией имущества граждан фашистских государств, военных преступников и активных фашистов национализация в первую очередь затронула представителей спекулятивного капитала, деятельность которых вызывала особое возмущение широких слоев трудящихся. Массовую поддержку получил и Закон о единовременном налоге, приведший к изъятию значительной части имущества крупных собственников. Обобществление крупной собственности завершилось принятием в конце 1947 г. законов о национализации банков, частных промышленных и горнорудных предприятий, а также крупной недвижимой собственности. Национализация стала важным условием успешного перехода к плано-

¹ См. «История Болгарской коммунистической партии», с. 495—496.

83 вым методам хозяйствования, начало которому положил двухлетний план экономического развития страны на 1947—1948 гг.

Постепенный переход от общедемократических преобразований к социалистическим осуществлялся при неизменной поддержке не только рабочего класса, но и большинства непролетарских масс трудящихся. В конце 1947 г. съезд БЗНС единодушно высказался за укрепление рабоче-крестьянского союза, тесное сотрудничество с коммунистами, за развитие Болгарии по социалистическому пути. Весной 1948 г. на базе идейно-политических и организационных принципов марксизма-ленинизма произошло слияние социал-демократической партии, от которой ранее откололись правые элементы, с БРП(к). Собравшийся в конце 1948 г. V съезд БРП(к), подводя итоги проведенных революционных преобразований, смог констатировать, что в стране созданы все важнейшие социально-экономические и политические условия для перехода к решению новой исторической задачи — строительства основ социализма. В принятом съездом Уставе партии было восстановлено ее прежнее название — Болгарская коммунистическая партия ¹.

Сложным путем шло развитие революционного процесса в Польше. В антигитлеровском лагере здесь оказались практически все классы, все основные социальные и политические силы польского общества, включая крайне правые круги и даже течения профашистского толка. Более того, первоначально преобладающим влиянием в движении Сопротивления пользовалось лондонское эмигрантское правительство, т. е. те же реакционные круги, которые привели страну к сентябрьской катастрофе 1939 г.

Левые силы лишь постепенно усиливали свое влияние на освободительное движение. Это было связано прежде всего с тем, что польский рабочий класс, достаточно многочисленный в канун войны и закаленный десятилетиями революционной борьбы, в годы оккупации был фактически распылен, а частично и уничтожен; к тому же в конце 30-х и начале 40-х годов он был лишен политического руководства из-за роспуска Коммунистической партии Польши ². Только после создания в январе 1942 г. Польской рабочей партии (ППР), преемницы Коммунистической партии Польши, стала обретать реальные очертания и набирать силу революционная тенденция в польском Сопротивлении.

1 января 1944 г. в Варшаве в результате соглашения между коммунистами, левыми социалистами, радикальными элементами крестьянской партии Стронництво людове (СЛ), представителями подпольных профсоюзов, а также некоторыми другими демокра-

¹ См. «История Болгарской коммунистической партии», с. 514—522.

² О роспуске КПП см.: «Международное рабочее движение», т. 5. М., 1981, с. 345.

84 тическими организациями и военными группами была создана Крайова Рада Народова (КРН), выступившая в роли высшего политического органа демократических сил страны. Ее создание «ознаменовало коренной перелом в борьбе ППР за Национальный фронт» ¹. Под руководством КРН началось объединение сил демократического Сопротивления в Народную Армию (Армия Людова), развернулось формирование подпольных народных советов (рад народовых).

Летом 1944 г., когда Советская Армия вступила на территорию Польши, был создан Польский комитет национального освобождения (ПКНО), взявший на себя функции временного правительства страны. В опубликованном им 22 июля 1944 г. Манифесте была изложена развернутая программа создания новой, народной Польши. Манифест объявил о переходе власти в руки КРН и ее исполнительного органа — ПКНО, опирающегося на сеть местных рад народовых. Основой деятельности этих органов стали положения буржуазно-демократической конституции 1921 г. Реакционная конституция 1935 г. отменялась, что ликвидировало правовую базу созданного на ее основе эмигрантского правительства. В социально-экономической области Июльский манифест предусматривал проведение аграрной реформы и установление государственного контроля над собственностью, захваченной оккупантами.

Новой власти приходилось действовать в очень трудных условиях. Война причинила стране неслыханные бедствия. В отличие от многих других стран Центральной и Юго-Восточной Европы новая власть в Польше на первых порах не имела прочной всеобщей поддержки. Ее основную опору составляли промышленный пролетариат, сильно ослабленный в результате войны, беднейшие элементы деревни и сравнительно небольшая часть радикально настроенной интеллигенции. Значительная часть промежуточных слоев занимала выжидательную позицию. Положительно воспринимая выдвинутую демократическим блоком программу общественных преобразований, и прежде всего аграрной реформы, они воздерживались от их активной поддержки, не будучи уверены в прочности народной власти.

В стране сохранялось многочисленное реакционное подполье ². К нему примыкали не только активные противники народной власти, но и большое число дезориентированных людей, не сумевших сразу найти свое место в борьбе за возрождение

¹ В. Гомулка. Избранные статьи и речи (1961—1964). М., 1965, с. 47.

² По оценкам историков, вооруженные подпольные группы в первый период после освобождения насчитывали около 150 тыс. человек («Polegli w walce o władze ludowa: Materiały i zestawienia statystyczne». Warszawa, 1972, s. 9).

85 страны. Правые подпольные группы развернули широкую террористическую деятельность против активистов народной власти и тыловых частей Советской Армии, продолжавшей операции по окончательному разгрому фашистской Германии. По существу страна оказалась в состоянии «малой гражданской войны», инициаторы которой стремились любой ценой сорвать процесс демократического обновления Польши, создать условия для более активного вмешательства западных держав в ее внутренние дела. И лишь присутствие советских войск стало тем сдерживающим фактором, который воспрепятствовал превращению «малой» гражданской войны в «большую».

На заключительном этапе второй мировой войны «польский вопрос» стал предметом острой дипломатической борьбы на международной арене. В результате длительных и сложных переговоров, затянувшихся почти на год, к лету 1945 г. было достигнуто соглашение о создании Временного правительства национального единства, в состав которого наряду с представителями демократического крыла вошли и некоторые деятели буржуазной эмиграции, проявившие готовность сотрудничать с революционно-демократическим лагерем. В частности, правые крестьянские деятели получили пост вице-премьера и три министерских портфеля из 17 ¹.

Создание Временного правительства национального единства означало изоляцию наиболее реакционных сил, открыто выступавших против любых демократических преобразований. Вхождение правых крестьянских деятелей в состав правительства перевело основную борьбу за будущее Польши на легальные рельсы. Этому способствовало и объявление всеобщей амнистии для тех, кто выйдет из реакционного подполья. Амнистия помогла найти жизненную перспективу десяткам тысяч запутавшихся людей. В подполье остались лишь крайне правые силы профашистской ориентации, продолжавшие делать ставку на вооруженный террор.

Однако битва за массы далеко еще не была выиграна. Сформирование Временного правительства национального единства означало известное усиление позиций мелкобуржуазных сил. Как отмечают польские историки, факт вхождения в правительство правого крестьянского лидера Ст. Миколайчика «вызвал в значительной части общества, особенно среди крестьян-людовцев, впечатление частичной победы лондонской концепции» ².

¹ См. И. С. Яжборовская. Польская рабочая партия в борьбе за развитие революции (середина 1945 — начало 1947 г.).— «Из истории народно-демократических и социалистических революций в странах Центральной и Юго-Восточной Европы», с. 180.

² W Góra, R. Halaba. O utworzenie i utrwalenie władzy ludowej: 1944—1948. Warszawa, 1968, s. 182.

86 Заявив на словах о поддержке принципов народно-демократического строя, Ст. Миколайчик сразу же после своего возвращения в Польшу включился в активную оппозиционную деятельность. Не сумев полностью прибрать к рукам руководство Крестьянской партии (СЛ), он расколол ее и создал собственную партию Польске стронництво людове (ПСЛ), которая развернула широкую кампанию за немедленную передачу в частные руки находившихся под государственным контролем промышленных предприятий, за пересмотр в пользу зажиточных слоев деревни аграрной реформы, за возврат к конституции 1935 г. Реакционные политики надеялись использовать в своих интересах массовое недовольство тяжелыми условиями жизни, нередко проявлявшееся в стихийных выступлениях на местах, чувство неуверенности у части населения, подогреваемое террористической деятельностью реакционного подполья¹. Амбиции правых были столь велики, что они претендовали на 75% мест в будущем сейме.

Но правые серьезно просчитались. Открытая реакционность выдвигаемых ими требований, с одной стороны, настойчивые усилия возглавляемого коммунистами демократического блока, направленные на стабилизацию положения в стране и упрочение основ народно-демократического строя, — с другой, медленно, но неуклонно вели к изменению соотношения сил на внутриполитической арене в пользу революционной демократии.

В течение первого послевоенного года, несмотря на огромные трудности, прежде всего благодаря энтузиазму сознательной части рабочих удалось добиться оживления экономики, обеспечить минимальные потребности населения в продовольствии и одежде. Проведенные по инициативе коммунистов меры по облегчению положения крестьянства, ограничению, а затем и отмене обязательных поставок, а также юридическому закреплению передаваемой крестьянам помещичьей земли способствовали значительному усилению симпатий к народно-демократическому строю в рядах этого наиболее многочисленного класса страны.

Одним из центральных объектов политической борьбы в этот период стал вопрос о дальнейших судьбах промышленных предприятий, которые перешли после освобождения под контроль государства, осуществляемый при активном участии профсоюзов. Попытки массовой денационализации промышленных предприятий вызвали резкое противодействие рабочих, нередко принимавшее форму забастовок и демонстраций протеста. Широкую поддержку в массах встретил выдвинутый коммунистами в начале

¹ Только в 1946 г. силы реакционного подполья совершили около 10 тыс. террористических и диверсионных акций (J. Borkowski. Walka polityczna w Polsce w latach 1945—1947. — «Z najnowszych dziejów Polski». Warszawa, 1961, s. 425).

87 1946 г. проект национализации крупных и средних промышленных предприятий при одновременном осуществлении мер по развитию мелкого предпринимательства в промышленности, ремесле и торговле. Резонанс, вызванный этими предложениями, вынудил проголосовать за них и представителей ПСЛ вопреки их стремлению всемерно ограничить масштабы национализации.

В этих преобразованиях, как и в восстановлении народного хозяйства, решающую роль играл рабочий класс, руководимый ППР. Большое значение для усиления его воздействия на процессы демократизации польского общества и создания предпосылок последующего перехода к социализму имело объединение профсоюзного движения, которое было осуществлено в конце 1945 г. К этому времени число членов профсоюзов превысило 1 млн. человек, что составляло более половины всех работавших по найму ¹. Профсоюзы заняли активную позицию в борьбе за возрождение Польши. По мере восстановления народного хозяйства быстро увеличивалась численность рабочих. Так, если в конце 1944 г. в промышленности было занято лишь 85 тыс. рабочих, то к июлю 1945 г.— 738 тыс. ²

Выборы в сейм в январе 1947 г., в ходе которых ППР и ее союзники по демократическому блоку получили более 80% голосов, а ПСЛ лишь немногим более 10%, фактически завершили борьбу за развитие Польши по пути закрепления и углубления народно-демократических завоеваний, изоляции и разгрома буржуазной реакции. Новый сейм избрал президентом страны лидера польских коммунистов Б. Берута. На базе партий демократического блока было создано новое правительство, возглавляемое левым социалистом Ю. Циранкевичем. В его состав не вошли представители оппозиции, которые были вытеснены и из местных органов власти, и из государственного аппарата. Сама ПСЛ вскоре распалась, а ее здоровые, демократические силы объединились с Крестьянской партией (СЛ) в Объединенную крестьянскую партию.

В борьбе с реакцией окрепло идейное и политическое единство рабочего класса, что создало условия для объединения ППР и Польской социалистической партии (ППС) на марксистско-ленинских принципах в Польскую объединенную рабочую партию (ПОРП) (декабрь 1948 г.). Политическое объединение польского рабочего класса закрепило его ведущую роль в польском обществе, создав важнейшую предпосылку для продвижения страны по социалистическому пути.

Внешне менее драматичным, на деле же чрезвычайно напряженным было развитие революции в Чехословакии. Здесь ком-

¹ См. «Рабочий класс и строительство социализма в странах Центральной и Юго-Восточной Европы», с. 194.

² См. там же, с. 196.

88 мунистам и шедшим за ними силам также пришлось вести сложную борьбу против идейного и политического влияния буржуазии, за гегемонию рабочего класса в чехословацком обществе, за постепенный переход к социалистическому этапу революции.

Наиболее последовательной силой антифашистского Сопротивления в Чехословакии были коммунисты, опиравшиеся на передовую часть рабочего класса, беднейшего крестьянства, представителей прогрессивной интеллигенции. Деятельность чехословацких коммунистов была подчинена задаче объединения всех патриотических сил страны для решительной борьбы с оккупантами, возрождения Чехословакии на новой, демократической основе.

Важнейшими рубежами в развитии освободительного движения стали Словацкое национальное восстание 1944 г. и Майское восстание чешского народа 1945 г., положившие начало национально-демократической революции в Чехословакии ¹. Как отмечал погибший вскоре представитель руководства КПЧ Я. Шверма, в Словакии развернулась борьба за «народную, демократическую, социально и национально справедливую Чехословацкую республику» ². Власть на освобожденной территории перешла в руки Словацкого национального совета и местных национальных комитетов, ведущую роль в которых играли коммунисты. Сосредоточивая свои усилия на организации борьбы с гитлеровцами, органы народной власти принимали в то же время меры по решительной ликвидации остатков фашизма, проводили демократические преобразования в политической и экономической жизни. И хотя в военном плане восстание потерпело ряд неудач, оно перечеркнуло надежды чехословацкой буржуазии на восстановление в стране довоенных порядков, во многом предопределило развитие событий в Чехословакии после ее освобождения.

Основные принципы будущего народно-демократического строя в Чехословакии были сформулированы в так называемой Кошицкой программе в марте 1945 г. на совещании представителей КПЧ и буржуазного правительства, находившегося в эмиграции в Лондоне. Программа предусматривала последовательную демократизацию политической жизни страны. Запрещалась деятельность не только фашистских, но и других реакционных буржуазно-помещичьих партий, сыгравших предательскую роль в дни Мюнхена. Власть на местах должна была перейти в руки возникших в борьбе с оккупантами национальных комитетов. Особое значение имело проведение последовательно демократической национальной по-

¹ См. Г. Гусак. 40 лет свободной Чехословакии. — «Правда», 8 мая 1985 г.; «Přehled dějin KSČ». Praha, 1976, s. 205—209.

² J. Šverma. V bojoch o budúcnost: výber z článkov, prejavov a listov. Bratislava, 1973, s. 182.

89 литики, исходившей из принципа полного равенства чешского и словацкого народов ¹

Первостепенное значение в программе придавалось революционным социально-экономическим преобразованиям. Предусматривались широкая аграрная реформа, конфискация имущества, принадлежавшего оккупантам и предателям, проведение ряда других социальных мероприятий, направленных на улучшение условий жизни трудящихся.

После того как 9 мая 1945 г. советские войска освободили восставшую Прагу, новое народно-демократическое правительство Чехословакии, опираясь на созданную в ходе освободительной борьбы разветвленную сеть национальных комитетов, установило эффективный контроль над всеми районами страны. После освобождения в стране сложился политический строй, при котором рабочий класс делил власть с частью буржуазии. Сжатая, но очень выразительная характеристика сложившейся ситуации была дана К. Готвальдом весной 1945 г.: «Мы одни править не можем, но и они одни также не могут править. Они не могут править без нас, а мы — без них, при этом они в большей степени не могут без нас, чем мы — без них» ².

К моменту освобождения коммунисты были самой влиятельной политической силой в стране. Но они не считали возможным отрывать вопрос о власти от завоевания на свою сторону большинства народа. В борьбе за последовательное осуществление общедемократических преобразований КПЧ могла уверенно рассчитывать на поддержку основной части не только рабочего класса, но и всех трудящихся. Сложнее обстояло дело с перспективой социалистического развития. Идейный авторитет буржуазии был подорван, но далеко не ликвидирован. Буржуазные деятели, выступавшие с антифашистских позиций, сохранили значительное влияние в народе, особенно в его мелкобуржуазных слоях. Вот почему КПЧ, исходя из ленинского положения о том, что последовательное осуществление демократии неизбежно ведет к социализму, продолжала и после освобождения ориентироваться на дальнейшее углубление национально-демократической революции. Причем политику Национального фронта приходилось отстаивать в борьбе не только с правыми, но и с левацкими элементами, обвинявшими партию в недостатке революционности.

Важным фактором в борьбе за упрочение народно-демократического строя стало возросшее единство рабочего класса, начавшее формироваться еще в период подполья. Революционное

¹ «Program prvni Československé Vlády Národní fronty Čechů a Slovaků (přijatý dne 5 dubna 1945 v Košicich)». Praha, 1955, s. 11—14.

² К. Готвальд. Избранные произведения (1939—1953 годы), т. 2. М., 1957, с. 85.

90 профсоюзное движение в короткий срок объединило большинство рабочих и служащих и стало самой массовой общественной организацией страны. Осенью 1945 г. профсоюзы активно поддержали национализацию банков и ключевых отраслей промышленности. Осуществление этой меры, передавшей в руки государства всю банковскую систему и бо́льшую часть промышленности, означало крупнейший шаг вперед в развитии революционного процесса в стране.

В правительстве и национальных комитетах коммунисты тесно сотрудничали с Социал-демократической партией, где на первых порах преобладающим влиянием пользовались представители левых группировок, извлекшие серьезные уроки из войны и оккупации. Сложнее складывались отношения с буржуазными партиями — Национально-социалистической и Народной (католической) в чешских землях и Демократической в Словакии. Выступая на словах в поддержку проведенных демократических преобразований, лидеры этих партий стремились не допустить дальнейшего углубления народно-демократической революции и, спекулируя на объективных трудностях и мелкобуржуазных иллюзиях части масс, дискредитировать и изолировать ведущую силу революции — Коммунистическую партию.

На прошедших в мае 1946 г. выборах в Национальное собрание коммунисты получили в целом по стране около 38% голосов: их поддержала основная масса рабочего класса страны, а в Чехии — и значительная часть крестьян. В Моравии же и особенно в Словакии, где чрезвычайно велико было влияние католической церкви, позиции коммунистов среди крестьянства оказались менее прочными. Что касается средних городских слоев, то они пока в большинстве своем поддерживали буржуазные партии.

Майские выборы 1946 г. позволили коммунистам укрепить политические позиции, получить в свои руки пост председателя правительства, который занял К. Готвальд. Была принята новая правительственная программа, предусматривавшая конституционное закрепление завоеваний национально-демократической революции, переход к плановому ведению хозяйства, более последовательное проведение аграрной реформы.

Провал надежд лидеров буржуазных партий на укрепление своих позиций в ходе выборов на время ослабил их активность. Однако уже с осени 1946 г. в их политике вновь усилились антикоммунистические тенденции. Стремясь торпедировать результаты национализации, представители правых сил потребовали передачи в частные руки конфискованных и даже находившихся в собственности государства предприятий. Попытка эта была сорвана решительными выступлениями рабочих, включая кратковременные забастовки протеста, организованные по призыву Центрального совета профсоюзов.

91 В результате саботажа буржуазии, сохранявшей в своих руках не только розничную, но и бо́льшую часть оптовой торговли, в 1947 г. резко ухудшилось снабжение населения. Широкий размах спекуляции объяснялся не только стремлением к наживе, но и сознательными попытками усугубить трудности, переживаемые страной, усилить недовольство населения. В ответ коммунисты предложили национализировать часть оптовых торговых фирм и принять суровые меры по отношению к спекулянтам. Но эти предложения удалось осуществить лишь частично, поскольку они встретили сопротивление буржуазных сил в Национальном собрании и ведомствах, находившихся под контролем правых партий.

По мере того как буржуазные партии активизировали свою антикоммунистическую деятельность, становилось все более очевидным, что дальнейшее сохранение их политических позиций чревато подрывом самих основ молодого народно-демократического строя. В этих условиях ЦК КПЧ на январском Пленуме 1947 г. выдвинул лозунг завоевания на свою сторону абсолютного большинства народа и вытеснения буржуазии с занимаемых ею позиций.

Важнейшее значение в борьбе за массы приобретало завоевание деревни. Развивая положения правительственной программы, КПЧ выступила с инициативой дальнейшего углубления аграрной реформы под лозунгом «Земля тем, кто ее обрабатывает». Представители буржуазных партий, поддерживаемые правыми социал-демократами, сумели затормозить прохождение этих предложений в Национальном собрании. Но это существенно ослабило их влияние среди основной массы трудящегося крестьянства, особенно в аграрной Словакии.

В конце 1947 г. существенно обострилась внутриполитическая ситуация в стране. Представители буржуазных партий, поддерживаемые правыми социал-демократами, практически полностью парализовали деятельность правительства и Национального собрания. До бесконечности откладывалось рассмотрение конституции, других законов, предусмотренных правительственной программой, мероприятий по борьбе с подрывной деятельностью и спекуляцией. Руководители антикоммунистического блока явно вели дело к тому, чтобы еще до выборов, намеченных на весну 1948 г., вызвать правительственный кризис и устранить коммунистов из правительства.

В свою очередь КПЧ пришла к выводу, что назрело время нанести удар по самой основе буржуазной реакции. Она выступила с предложением полной национализации внешней и оптовой торговли, а также всех предприятий с числом занятых более 50 человек. Одновременно партия выступила с требованием скорейшего завершения аграрной реформы. Эти требования, получившие под-

92 держку трудящихся, были направлены на подрыв экономических основ реакции.

В сложившейся ситуации лидеры буржуазии попытались форсировать развитие событий. 20 февраля 1948 г. ее представители в правительстве подали в отставку, надеясь тем самым вызвать политический кризис и добиться создания нового правительства без коммунистов. Но заговорщики просчитались. Эта акция вызвала глубокое возмущение самых широких слоев народа. По всей стране прокатились массовые митинги в поддержку требования КПЧ принять отставку реакционных министров и пополнить правительство действительными сторонниками народного строя. 22 февраля в Праге состоялся общегосударственный съезд заводских советов, на котором было представлено подавляющее большинство рабочего класса страны. За требование ухода реакционеров из правительства, проведение дальнейшей национализации и аграрной реформы проголосовало 3000 делегатов, против всего лишь 10. В поддержку этих требований 24 февраля по всей стране была проведена часовая забастовка, принявшая всеобщий характер¹.

На предприятиях, в учреждениях и общественных организациях повсеместно стали создаваться комитеты действия, приступившие к их чистке от реакционеров. Учитывая возможность вооруженного выступления реакции, на базе крупнейших заводов были сформированы отряды рабочей милиции, сыгравшие решающую роль в предотвращении контрреволюционных авантюр. Ввиду полного политического банкротства заговорщиков президент Э. Бенеш, который первоначально обещал им свою поддержку, 25 февраля подписал отставку реакционных министров и дал согласие на создание обновленного правительства под руководством К. Готвальда. Этот акт был вскоре подтвержден решением Национального собрания, где за правительство Готвальда проголосовало подавляющее большинство депутатов. Так февральские дни 1948 г. ознаменовались победой социалистической революции в Чехословакии. Буржуазия потерпела сокрушительное поражение, а перед рабочим классом, всеми трудящимися страны был расчищен путь к строительству социалистического общества.

В Венгрии и Румынии, вовлеченных правящими реакционными силами в фашистский блок, освободительное движение во время войны не приобрело широкого размаха. Массовая база революции формировалась здесь главным образом после изгнания немецко-фашистских армий.

В Румынии судьбу фашистской диктатуры предопределил разгром Советской Армией немецко-фашистских войск в ходе Ясско-

¹ Подробнее о событиях февраля 1948 г. см.: J. Veselý. Kronika únorových dnů 1948. Praha, 1958.

93 Кишиневской операции в августе 1944 г. В результате происшедшего в Бухаресте восстания 23 августа правительство Антонеску было свергнуто. Однако освобождение от фашизма не сразу привело к глубоким демократическим сдвигам. В стране сохранялась монархия, в новом правительстве, в армии, государственном аппарате, органах управления на местах важнейшие позиции удерживали представители буржуазно-помещичьих кругов. Соответственно главной задачей демократических сил оставалась борьба с реакцией.

Вышедшая из подполья Коммунистическая партия Румынии, опираясь прежде всего на промышленный рабочий класс, развернула активную борьбу за искоренение остатков фашизма, наказание военных преступников, демократизацию политической жизни страны, улучшение положения трудящихся масс. В этой борьбе коммунистов поддержало большинство Социал-демократической партии, Фронт земледельцев, Союз патриотов и некоторые другие организации. Исключительно важным событием стало создание единых профсоюзов, объединивших в короткое время основную часть рабочего класса страны.

В своей политике КПР делала основной упор на развертывание массовых действий трудящихся. На многих предприятиях был установлен рабочий контроль над администрацией. Создаваемые на местах комитеты действия, опиравшиеся на боевые патриотические дружины, осуществляли чистку администрации от профашистских элементов и саботажников. К концу 1944 г. более половины префектур перешло в руки демократических сил. Большую работу КПР провела в армии, включившейся в активную борьбу против немецко-фашистских войск.

В конце января 1945 г. коммунисты выступили с требованием реорганизации правительства на демократической основе. В поддержку этого требования во многих городах страны прошли массовые демонстрации. Бурные события развернулись в деревне. Ввиду явного саботажа аграрной реформы со стороны правительства коммунисты и их союзники обратились к крестьянам с призывом самим провести конфискацию всех землевладений площадью свыше 50 га. В течение двух-трех недель движение за раздел помещичьих землевладений охватило большинство районов страны. Для развития революционного процесса в стране с преобладанием крестьянства это имело исключительно важное значение, ибо вело к решительному подрыву влияния реакции в массах ¹.

¹ См. Н. И. Лебедев, Т. А. Покивайлова. Расстановка классовых сил в Румынии и борьба КПР за развитие народно-демократической революции (23 августа 1944—6 марта 1945).— «Из истории народно-демократических и социалистических революций в странах Центральной и Юго-Восточной Европы», с. 230—267.

94 Буржуазно-помещичьи круги ответили ускоренной подготовкой военного переворота. К столице были стянуты военные части, началось формирование вооруженных отрядов из активистов буржуазных партий. Армия и полиция получили директиву применять оружие против демонстрантов. Страна была поставлена на грань гражданской войны. Однако в результате прокатившихся по всей стране широких выступлений протеста, а также позиции Советского правительства, заявившего о недопустимости развязывания гражданской войны в тылу действующей армии ¹, реакции пришлось уступить. Король Михай после ряда проволочек согласился на сформирование 6 марта 1945 г. правительства, возглавляемого лидером крестьянского Фронта земледельцев П. Гроза. Это было первое в истории Румынии подлинно демократическое правительство, в состав которого наряду с коммунистами, социал-демократами, представителями Фронта земледельцев и демократического Союза патриотов вошли четыре представителя группировок либеральной буржуазии.

В стране широко развернулась чистка государственных органов и армии от реакционных и профашистских элементов, вступил в действие закон о наказании военных преступников. В конце марта 1945 г. был принят закон об аграрной реформе, который во многом закреплял положение, сложившееся на местах в результате революционных действий крестьянских масс. Важную роль в развитии народно-демократической революции играли профсоюзы. Через свои фабрично-заводские комитеты они решительно защищали революционные завоевания трудящихся, боролись за их экономические, социальные и профессиональные интересы, за сплочение рабочего класса и осуществление политической линии КПР и демократического правительства.

Однако реакция не складывала оружия. Серьезным импульсом для активизации ее действий был отказ западных держав признать правительство П. Гроза, их требование создать новое правительство под международным контролем. Центром притяжения правых сил стал король Михай, сохранивший определенное влияние в массах, особенно среди крестьянства. 8 ноября 1945 г., в день рождения короля, монархисты организовали в Бухаресте кровавые беспорядки. Участились случаи террористических актов в провинции. Правые силы явно создавали предлог для вмешательства западных держав во внутренние дела Румынии ².

Подготовка всеобщих выборов, намеченных на ноябрь 1946 г., проходила в условиях острой политической борьбы. На одной стороне стоял Блок демократических партий, представлявший интересы рабочего класса и трудового крестьянства и объединявший

¹ См. «Правда», 22 февраля 1945 г.

² См. «История Румынии. 1918—1970». М., 1971, с. 469.

95 наряду с коммунистами Социал-демократическую партию, в которой убедительную победу одержало левое крыло, Фронт земледельцев, небольшие группы, представлявшие интересы либеральной буржуазии; его платформу поддерживал Союз венгерских трудящихся (МАДОС). Демократический блок шел на выборы под лозунгами экономического восстановления, защиты демократических завоеваний и национального суверенитета страны, демократического решения национального вопроса. Платформа блока была поддержана Всеобщей конфедерацией труда, объединявшей 1,5 млн. рабочих и служащих.

Важнейшей предпосылкой успеха сил, ориентирующихся на революционное обновление румынского общества, был рост политического авторитета и организованности Коммунистической партии Румынии, которая уже к октябрю 1945 г. стала массовой партией, насчитывавшей более 220 тыс. членов (основное ядро которых — 54,5% — составляли рабочие) ¹.

Предвидя свое поражение, правые силы развязали в стране волну террористических актов, но это лишь усилило их изоляцию. На выборах 19 ноября 1946 г. Блок демократических партий совместно с союзом МАДОС одержал полную победу: за него было отдано почти 80% голосов, за партии реакции — менее 8% ². Выборы стали убедительным свидетельством решительного изменения соотношения сил в пользу рабочего класса и его союзников. Массовая политическая база буржуазии значительно сузилась.

Обновленное правительство П. Гроза столкнулось со сложными экономическими проблемами. Важнейшим условием их успешного решения было преодоление саботажа буржуазии. Реализуя предвыборную платформу, правительство вслед за национализацией крупнейшего в стране Национального банка приступило к реализации закона об установлении государственного контроля над крупной и средней промышленностью. Была проведена денежная реформа, открывшая путь к нормализации экономического положения. Рабочий класс стал осуществлять систематический контроль за промышленной и коммерческой деятельностью частных предприятий, качеством продукции, использованием капиталовложений и сырья, экспортом и импортом товаров.

Потерпев поражение на выборах, значительная часть лидеров буржуазных партий перешла к активной антигосударственной деятельности. Ответом на их заговорщические действия явился роспуск царанистской партии. Прекратила свою деятельность и национально-либеральная партия. Провалом закончилась попытка выступить против экономических мер правительства, которую

¹ См. «Рабочий класс и строительство социализма в странах Центральной и Юго-Восточной Европы», с. 241.

² См. «История Румынии. 1918—1970», с. 473.

96 предприняли входившие в его состав представители либеральной буржуазии. Последним оплотом реакции в политической системе страны оставалась теперь лишь монархия. Но ее дни были уже сочтены: лишившись какой бы то ни было опоры в стране, король Михай 30 декабря 1947 г. отрекся от престола. Конец 1947 — начало 1948 г. проходили в Румынии под знаком дальнейшей консолидации народно-демократического строя. Важнейшим шагом на этом пути явилось объединение на принципах марксизма-ленинизма Коммунистической и Социал-демократической партий в единую Румынскую рабочую партию (РРП) в феврале 1948 г.

Отношение народных масс к происшедшим переменам убедительно продемонстрировали состоявшиеся 28 марта 1948 г. выборы в Великое национальное собрание Румынии, в результате которых созданный по инициативе РРП Фронт народной демократии получил более 93% всех поданных голосов и 405 депутатских мест из 414. В апреле 1948 г. Великое национальное собрание одобрило новую конституцию, в соответствии с которой Румыния объявлялась народной республикой. В ней закреплялись и основные революционные завоевания румынских трудящихся. В развитие конституционных положений в течение нескольких месяцев были приняты законы о национализации основных промышленных предприятий и финансовых учреждений, остававшихся в частных руках, а также о ликвидации остатков помещичьего землевладения. Практическая реализация этих законов завершила процесс перехода важнейших политических и экономических позиций в стране в руки рабочего класса в союзе с трудовым крестьянством и прогрессивной интеллигенцией.

Мощный импульс развитию революционного процесса в Венгрии дало начавшееся осенью 1944 г. ее освобождение Советской Армией. В освобожденных городах и селах стали возникать органы самоуправления. Политический основой возрождающейся демократической власти стал созданный еще в условиях подполья Венгерский фронт (ВФ), в котором коммунисты оказались единственной партией, способной предложить развернутую политическую платформу деятельности, предусматривавшую активную помощь Советской Армии в войне с нацистской Германией, роспуск фашистских партий, наказание военных преступников, а также ликвидацию крупного помещичьего землевладения, установление рабочего контроля над деятельностью банков и монополистических объединений и ряд других мер общедемократического характера ¹.

В конце 1944 г. на освобожденной территории были проведены выборы во Временное национальное собрание. В сформированное им Временное национальное правительство вошли восемь представителей ВФ (в том числе три коммуниста) и четыре представителя

¹ См. «История Венгрии», т. III. М., 1972, с. 455, 466—468.

97 антигермански ориентированной части хортистской верхушки. Началось проведение ряда демократических преобразований: были приняты декреты о роспуске фашистских партий, жандармерии, чистке государственных органов.

Для Венгрии — страны с большими феодальными пережитками — особое значение имело проведение аграрной реформы. В основу реформы был положен проект, подготовленный Национальной крестьянской партией и поддержанный коммунистами. Руководство Партии мелких сельских хозяев (ПМСХ) попыталось затянуть реализацию реформы, но после ряда острых дискуссий ему пришлось уступить. В марте 1945 г. было опубликовано распоряжение Временного национального правительства «О ликвидации системы помещичьих землевладений», которое в корне подрывало прежнюю систему полуфеодального землевладения ¹. Этот шаг вызвал огромный энтузиазм в рядах крестьянства, немедленно приступившего к разделу земли. В течение нескольких недель было перераспределено более трети всех сельскохозяйственных земель страны.

Таким образом, за считанные месяцы произошли глубокие изменения. Были заложены основы новой, демократической власти, ликвидирован класс крупных землевладельцев, проведены некоторые другие радикальные социально-экономические преобразования. Но вопрос о том, куда дальше пойдет страна, далеко еще не был решен. В условиях быстрого перехода от фашистской диктатуры к демократическим формам власти значительная часть населения не сразу сориентировалась в новой обстановке. К тому же с окончанием войны и проведением ряда важных преобразований общедемократического характера усилились колебания среди мелкобуржуазных масс города и деревни, составлявших большинство населения страны. В этих условиях сильнее стала проявляться дифференциация и в рядах Венгерского фронта, сопровождавшаяся обострением политической борьбы.

Коммунистическая партия Венгрии активно участвовала в Венгерском фронте в целях изоляции реакционных сил, вела борьбу за закрепление аграрной реформы и восстановление экономики страны. Ее руководству приходилось вести полемику с левацкими настроениями против продолжения коалиционной политики, за переход Компартии в оппозицию. Важную роль в преодолении этих настроений сыграла первая Всевенгерская конференция КПВ, состоявшаяся в мае 1945 г.

С коммунистами в целом тесно сотрудничала Социал-демократическая партия, в руководстве которой ведущую роль играли левые. Однако с течением времени в этой партии активизировались

¹ См. «Конституция и основные законодательные акты Венгерской Народной Республики». М., 1954, с. 192—212.

98 представители правых, пытавшиеся сформировать антикоммунистический блок с буржуазными группировками в рамках Венгерского фронта.

Центром притяжения правых сил стала Партия мелких сельских хозяев. В нее хлынул поток представителей запрещенных реакционных партий, ее открыто поддерживал епископат. ПМСХ вела двойственную линию. С одной стороны, ее руководители в официальных выступлениях заявляли о верности программе Венгерского фронта. С другой стороны, в своей повседневной деятельности, выступая под лозунгом «Бог, родина и частная собственность», они вели широкую пропаганду против этой программы. Демагогическая деятельность руководителей ПМСХ позволила ей добиться временного успеха на выборах в ноябре 1945 г.: за нее было подано почти 57% голосов, в то время как коммунисты и социал-демократы получили по 17% ¹.

Однако руководство ПМСХ не решилось открыто порвать с общенациональной коалицией. В созданное после выборов правительство наряду с девятью представителями ПМСХ, получившей также и пост премьер-министра, вошло по четыре представителя коммунистов и социал-демократов и один от Национальной крестьянской партии. ПМСХ пришлось пойти на принятие демократической программы, предусматривавшей осуществление активных мер против деятельности реакции, оздоровление экономики, пресечение спекуляции и инфляции, правовое закрепление результатов аграрной реформы ².

Подписавшись под правительственной программой, правое руководство ПМСХ, однако, не собиралось ее выполнять. Поэтому в начале весны 1946 г. было заключено соглашение между представителями Коммунистической, Социал-демократической и Национальной крестьянской партий, а также профсоюзов о создании Левого блока, выдвинувшего в качестве главных задач активную борьбу против реакции, защиту результатов аграрной реформы, последовательную чистку администрации от скомпрометировавших себя элементов, национализацию горной промышленности и установление государственного контроля над всей банковской системой. Важное значение для политической расстановки сил в стране имело то, что программа Левого блока была поддержана Всевенгерским союзом сельскохозяйственных рабочих и беднейших крестьян (ФЕКОС), а также представителями левого крыла ПМСХ.

Серьезным ударом для венгерской реакции стало разоблаче-

¹ «Tanulmányok a magyar népi demokrácia történetéböl». Budapest, 1973, 311—312 old.

² См. «История венгерского революционного рабочего движения», т. 3. М., 1974, с. 105—107.

99 ние в январе 1947 г. антинародного заговора, в котором приняли участие ряд видных представителей ПМСХ. В партии начался глубокий кризис; ее лидер Ференц Надь, занимавший в то время пост премьер-министра, в ответ на требование правительства дать объяснения о своих отношениях с заговорщиками заявил об отставке и эмигрировал. Из состава ПМСХ вышла правая группа, образовавшая Партию венгерской независимости. В результате в руководстве Партии мелких сельских хозяев усилилась роль левых элементов, стоящих на платформе народной демократии ¹.

Эти события вызвали необходимость роспуска парламента и проведения новых выборов, назначенных на 31 августа 1947 г. Подготовка к ним проходила в накаленной политической атмосфере, в условиях дальнейшей резкой поляризации политических сил. Четырем партиям правительственной коалиции (Коммунистической, Социал-демократической, Национальной крестьянской и Партии мелких сельских хозяев) противостояло шесть оппозиционных партий, среди которых наиболее агрессивно выступала против основ народной демократии Партия венгерской независимости. Выборы закончились серьезным поражением реакции. Партии правительственной коалиции получили около ²/₃ голосов. Хотя в ее рядах не было полного единства, сторонники народной демократии впервые получили в высшем законодательном органе прочное большинство, что имело кардинальное значение для развития всей политической обстановки в стране ².

Оказавшись в меньшинстве, буржуазная оппозиция в парламенте и в местных органах власти перешла к обструкции, стремясь сорвать конструктивную деятельность нового правительства. В ответ на это специальная парламентская комиссия, выявившая грубейшие злоупотребления в деятельности Партии венгерской независимости, ее связи с фашистскими элементами, внесла предложение об аннулировании мандатов депутатов от этой партии, которое было принято парламентом подавляющим большинством голосов, а затем правительство приняло решение о роспуске этой партии.

Ослабление позиций наиболее агрессивной части политического представительства венгерской буржуазии открыло путь к развернутому осуществлению мер по обобществлению крупной капиталистической собственности, значительная часть которых предусматривалась и программами предыдущих правительств, но не смогла быть проведена в жизнь. Осенью 1947 — весной 1948 г.

¹ См. Л. Н. Нежинский. Перерастание демократической революции в Венгрии в социалистическую.— «Из истории народно-демократических и социалистических революций в странах Центральной и Юго-Восточной Европы», с. 123—135.

² См. там же, с. 139—144.

100 были приняты законы о национализации банков, а также контролируемых ими предприятий, а затем и о национализации всех предприятий с числом рабочих свыше 100. В апреле 1948 г. в руках государства было сосредоточено уже около 82% крупной и средней промышленности (по числу занятых).

Важнейшим шагом на пути закрепления в Венгрии политической гегемонии рабочего класса, предпосылкой завершения процесса коренных общественных преобразований стало организационное объединение Коммунистической и Социал-демократической партий. Ему предшествовала острая борьба с правыми в венгерской социал-демократии. Собравшийся в начале марта 1948 г. Чрезвычайный съезд Социал-демократической партии Венгрии заявил о решительном разрыве с реформизмом и о том, что идеологической основой партии является марксизм-ленинизм. Тем самым была создана важнейшая предпосылка для создания в июне 1948 г. единой революционной Венгерской партии трудящихся.

В восточных областях Германии, на территории которых в 1949 г. была образована Германская Демократическая Республика, революционный процесс развивался на базе полного и безоговорочного уничтожения нацизма и всех его материальных, организационных и духовных предпосылок.

Известно, что в Германии демократическим силам, в первую очередь коммунистам, активу профсоюзов и демократических организаций интеллигенции, был нанесен жесточайший урон; после мая 1945 г. при ближайшем участии Советской военной администрации в Германии (СВАГ) они стали постепенно возрождаться и активизироваться. В программном воззвании, опубликованном в июне 1945 г., Коммунистическая партия Германии (КПГ) разъясняла германскому народу причины глубокой национальной катастрофы, в которую вверг его фашизм, ставила задачи ликвидации остатков нацизма, восстановления экономики, строительства демократической республики. КПГ исходила из того, что будущее Германии может обеспечить не возврат к буржуазной демократии Веймарской республики, а лишь глубокая демократизация всего общественного строя страны. В воззвании подчеркивалась необходимость последовательной ликвидации наследия гитлеровского режима, скорейшего хозяйственного возрождения страны, преодоления голода и безработицы, ликвидации власти монополий и проведения демократической аграрной реформы, а также использования частной инициативы для восстановления разрушенной экономики. Важное значение придавалось налаживанию дружественных отношений германского народа со всеми другими народами ¹. Общедемократический характер Программы КПГ, полностью от-

¹ См. «За антифашистскую и демократическую Германию. 1945—1949». Сборник документов. М., 1969, с. 73—75.

101 вечавшей Потсдамским решениям, явился хорошей основой для сотрудничества возрождающихся демократических сил страны.

Восстановила свою деятельность и Социал-демократическая партия Германии (СДПГ), временное руководство которой высказалось за сотрудничество с коммунистами. С разрешения СВАГ начали свою деятельность Христианско-демократический союз и Либерально-демократическая партия Германии, объединявшие преимущественно мелкобуржуазные и буржуазные слои населения. Высказываясь в поддержку демократических преобразований, эти партии (выступавшие первоначально — так же как КПГ и СДПГ — как партии общегерманские) трактовали их преимущественно в буржуазно-демократическом духе.

По предложению КПГ в советской зоне оккупации из этих четырех партий на принципах паритетного представительства был создан Блок антифашистско-демократических партий, ставший своеобразной формой Народного фронта ¹. Тогда же на базе переживших фашизм элементов революционной профсоюзной оппозиции, бывших социал-демократических профсоюзных активистов, деятелей христианских профсоюзов и представителей ряда других профсоюзных организаций в Восточной Германии возникли единые профсоюзы, объединившие к началу 1946 г. более 1,5 млн. человек. Началось формирование единых молодежной и женской организаций, объединения немецкой демократической интеллигенции — Культурбунда.

Возрождение демократических сил страны явилось основой для создания в Восточной Германии немецких антифашистских органов власти. В соответствии с решением СВАГ уже 22 октября 1945 г. образованным на территории советской зоны оккупации земельным и провинциальным правительствам было предоставлено право издавать законы и распоряжения. Тем самым был сделан важнейший шаг на пути передачи судеб немецкого народа в его собственные руки.

Демократические силы активно занялись обеспечением элементарных условий жизни населения, что в обстановке послевоенной разрухи и глубокой деморализации значительной части населения было само по себе весьма непростым делом. Одновременно осуществлялась последовательная денацификация общественной жизни. Из органов администрации, хозяйственных, культурных и других учреждений было устранено 520 тыс. активных нацистов. Денацификация проводилась с учетом необходимости проводить дифференциацию между активными нацистами и так называемыми номинальными членами нацистской партии, для которых сохра-

¹ Подробнее см.: Н. И. Кулинич. Рабочий класс ГДР — ведущая сила в строительстве социалистического общества. Киев, 1982, с. 64.

102 нялась перспектива включения в новую жизнь ¹. Важным шагом в направлении ликвидации социально-экономических корней фашизма было проведение демократической аграрной реформы, с инициативой которой в самом начале осени 1945 г. выступило руководство КПГ ².

Огромное значение для демократического обновления Германии имело возрождение боеспособности рабочего класса как революционного авангарда всех трудящихся, в том числе на почве упрочения единства действий. Дискредитация реформистских идей в сознании многих социал-демократов, ставшая неизбежным следствием осмысления ими тяжелых уроков истории, создавала для этого благоприятную почву. Свою роль сыграло и то, что руководство КПГ вело систематическую борьбу против сектантства, проявлявшегося, в частности, в стремлении искусственно форсировать процесс объединения рабочих партий. В конце 1945 — начале 1946 г. в Восточной Германии прошли две совместные конференции КПГ и СДПГ, на которых были разработаны основы единства действий. В апреле 1946 г. совместный съезд КПГ и СДПГ принял решение об объединении двух немецких рабочих партий и образовании Социалистической единой партии Германии (СЕПГ), а также утвердил программный документ «Принципы и цели Социалистической единой партии Германии» ³. Съезд наметил четкую перспективу борьбы за упрочение демократических завоеваний и дальнейший мирный переход к социализму.

Узловой проблемой антифашистско-демократической революции была ликвидация позиций монополистического капитала, представлявшего собой основную социальную базу германской реакции и милитаризма. Начало этому процессу положили решения Советской военной администрации о секвестре предприятий, принадлежавших активным нацистам, германскому государству и нацистской партии. Затем большинство из них было передано в руки местной немецкой администрации. Летом 1946 г. в отдельных землях Восточной Германии был проведен референдум о дальнейших судьбах секвестрованного имущества, в ходе которого большинство голосовавших высказалось за его национализацию ⁴.

Вместе с последующими законами о национализации шахт и банков эти мероприятия привели к тому, что уже к началу 1948 г. в общественную собственность перешла основная часть крупной промышленности, на долю которой приходилось около ²/₅ всей

¹ См. «История Германской Демократической Республики. 1949—1979». М., 1979, с. 42.

⁴ Подробнее см.: «История Германской Демократической Республики», с. 66.

103 выпускаемой продукции. Еще 22% промышленной продукции выпускали смешанные советско-германские акционерные общества. Только около 30% продукции производилось в частном секторе промышленности ¹. Проведение национализации столкнулось с саботажем, организованным находящимися в западных зонах оккупации правлениями крупнейших фирм, и сопровождалось попытками денационализации ряда предприятий, поддержанными правыми силами Христианско-демократического союза и Либеральной партии.

Осенью 1946 г. в советской зоне оккупации прошли выборы в местные органы власти. СЕПГ, выступившая на них с проектом конституции единой демократической германской республики, получила около половины голосов, остальные в основном разделились между Христианско-демократическим союзом и либералами ².

Дальнейшее развитие обстановки в Германии проходило под знаком форсируемой западными державами подготовки к ее расколу и образованию сепаратного западногерманского государства. Результатом этой политики стало провозглашение 7 сентября 1949 г. западных зон оккупации Федеративной Республикой Германии.

В сложившихся условиях демократические силы в Восточной Германии оказались перед необходимостью принять ответные меры. Состоявшаяся в январе 1949 г. конференция СЕПГ наметила широкую программу мер по укреплению антифашистско-демократического строя, рассматривая его как основу и пример для будущей объединенной демократической Германии. И когда создание западногерманского сепаратного государства стало фактом, Немецкий народный совет, преобразованный во Временную народную палату, 7 октября 1949 г. провозгласил образование Германской Демократической Республики ³. Советская военная администрация передала Временному правительству ГДР принадлежавшие ей функции. Так впервые в истории на немецкой земле возникло государство рабочих и крестьян.

ПОСТРОЕНИЕ ОСНОВ СОЦИАЛИЗМА И РАЗВИТИЕ РАБОЧЕГО КЛАССА В ЕВРОПЕЙСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ СТРАНАХ​

Овладев государственной властью, рабочий класс стран Центральной и Юго-Восточной Европы получил мощное средство осущест-

¹ См. «Великий Октябрь и революции 40-х годов в странах Центральной и Юго-Восточной Европы», с. 317—318.

³ См. там же, с. 105—109.

104 вления перехода от капитализма к социализму. Для этого было необходимо провести социалистическое обобществление основных средств производства, в том числе кооперирование мелких товаропроизводителей, обеспечить перевод экономики на индустриальные рельсы (в экономически более развитых странах — завершить индустриализацию), сделать достоянием широких масс трудящихся достижения современной духовной культуры, вовлечь эти массы в активную созидательную деятельность, в управление государственными и общественными делами. Реализуя под руководством коммунистических и рабочих партий программу социалистических преобразований, рабочий класс этих стран и сам претерпевал существенные изменения. Он обновлял свой социальный облик, наращивал свой потенциал главной производительной и ведущей социально-политической силы общества.

Программные установки, ориентирующие рабочий класс, всех трудящихся стран Центральной и Юго-Восточной Европы на развертывание социалистических преобразований, на построение основ социализма, были сформулированы коммунистическими и рабочими партиями этих стран в конце 40-х — начале 50-х годов. Ими намечалось осуществление мероприятий, призванных внести коренные изменения в социально-экономическую сферу общественной жизни, сформировать политическую систему социалистического общества, облегчить и улучшить условия повседневной жизни трудящихся, сплотить народные массы вокруг рабочего класса.

Программы деятельности в социально-экономической сфере предусматривали как разрушение основ прежнего эксплуататорского строя, так и формирование структурных элементов социалистического общества.

Уже на ранних этапах революционных преобразований в странах Центральной и Юго-Восточной Европы при самой активной роли рабочих масс, нередко по инициативе профсоюзов, других рабочих организаций, коллективов предприятий были в основном ликвидированы капиталистическая частная собственность в промышленности, финансах, торговле в городе, а также помещичья (там, где она сохранилась) и крупная кулацкая собственность на землю и другие средства производства в деревне. Однако завершение процесса национализации в некоторых из этих стран пришлось на первые годы переходного периода (а в отдельных случаях и на более поздние сроки) ¹.

Так, в Венгрии в 1949 г. в собственность государства перешли все предприятия с числом рабочих более 10 человек ². В Поль-

¹ Подробнее см.: «Великий Октябрь и революции 40-х годов в странах Центральной и Юго-Восточной Европы»; Г. П. Мурашко. Указ. соч.

² См. «История Венгрии», т. III, с. 602,

105 ше в 1949 г. на основе закона о принудительном государственном управлении промышленными предприятиями в собственность государства или в его управление перешла вся средняя промышленность ¹.

В Чехословакии второй, завершающий этап национализации осуществлялся после февраля 1948 г.: к концу этого года в руках частных предпринимателей уже не было предприятий с численностью персонала, превышающей 20 человек. В социалистическом секторе промышленности работало теперь 95% рабочих и служащих, в строительстве — 80%; в руках государства наряду с кредитно-денежной системой сосредоточилась вся внешняя и оптовая внутренняя торговля; даже в розничной торговле удельный вес социалистического сектора превысил 30% ².

В восточных землях Германии обобществление остававшихся в частной собственности средних и тем более мелких предприятий в промышленности и строительстве, а также в других отраслях народного хозяйства — в отличие от большинства других социалистических стран Европы — осуществлялось более медленно, захватив не только 50-е, но и 60-е годы и даже начало 70-х. Между тем в 1950 г. в среднем на одно частное предприятие промышленности приходился 31 человек персонала (рабочих и служащих), в том числе в текстильной промышленности — 38 человек, а в промышленности строительных материалов даже 163 человека. В строительстве действовали 3454 частных и 45 877 кустарных предприятий; на них трудилось 64% всех занятых в строительстве. А всего в 1950 г. 40% всех рабочих и служащих было занято в кустарных и других частных предприятиях ³. Отказавшись от экспроприации не только мелких, но и многих средних частных предприятий, социалистическое немецкое государство взяло курс на их временное использование в интересах повышения жизненного уровня народа, придав тем самым всему процессу экспроприации капиталистической собственности черты постепенности, поэтапности.

Характерной чертой процесса национализации при всем его своеобразии в разных странах было осуществление мероприятий по экспроприации буржуазии и остатков других эксплуататорских классов с большей постепенностью, чем в Советской России, сохранение за ними (за исключением военных преступников и коллабо-

¹ См. П. В. Галенко. Социалистическая национализация основных средств производства в Польской Народной Республике. М., 1961, с. 315—326.

³ «Statistisches Jahrbuch der DDR, 1979». Berlin, 1979, S. 148, 149; «Развитие рабочего класса в социалистическом обществе. Интернациональные закономерности и национальные особенности». М., 1982, с. 334, 501.

106 рационистов) некоторых политических прав и возможности при желании, отказавшись от своих прежних классовых позиций, принять участие в процессе созидания нового общественного строя.

Спецификой этого процесса было и то, что он протекал в двух формах: в форме конфискации или выкупа и в форме постепенного преобразования с помощью различных форм государственного капитализма — учреждения смешанных предприятий, введения прогрессивной налоговой системы, государственного регулирования купли-продажи земли, установления рабочего контроля и ограничений в деятельности предпринимателей и т. п. Вместе с тем экспроприация крупной земельной собственности (как помещичьей, так и буржуазной) не сопровождалась национализацией всей земли: значительная часть ее была передана крестьянству в частную собственность.

Национализация промышленности, транспорта, банков явилась серьезным шагом к созданию социалистической экономики. Сосредоточение в руках государства обобществленных средств производства, централизованное управление большинством национализированных предприятий * обеспечивало переход к планомерному развитию общественного производства в интересах трудящихся масс. И все же это было только предпосылкой — хотя и чрезвычайно важной и исторически необходимой — к подлинно социалистической экономике, ибо, чтобы создать экономическую основу социализма, необходимо было, во-первых, овладеть экспроприированными средствами производства, т. е. наладить их эффективное использование, научиться ими управлять в интересах всего общества; во-вторых, обеспечить соответствие новой общественной форме производства ее материально-технической базы, каковой могла быть только крупная машинная индустрия. Решение этих задач обеспечивало победу коллективистских отношений во всех отраслях и секторах общественного производства, в том числе перевод мелкого частнособственнического хозяйства как в городе, так и в деревне на рельсы крупного социалистического производства.

Пути создания материально-технической базы социализма в европейских социалистических странах имели свои особенности. Менее развитые из них в основном повторили путь социалистической индустриализации, пройденный в свое время СССР. В более развитых (ГДР, Чехословакия) на первый план выступали задачи не столько общей индустриализации, сколько преодоления диспропорций, унаследованных от минувших этапов истории, и перестрой-

* В Югославии в соответствии с разработанной в 50-х годах концепцией рабочего и общественного самоуправления промышленные предприятия и другие хозяйственные организации фактически перешли в собственность производственных коллективов.

107 ки народного хозяйства в соответствии с потребностями социалистических преобразований, ликвидации отставания отдельных районов, сотрудничества с другими социалистическими странами.

В Болгарии, где накануне второй мировой войны в промышленности было занято лишь 8% экономически активного населения (причем на долю пищевой промышленности приходилось 50% валовой продукции промышленности, текстильной и швейной — еще около 20%), начало социалистической индустриализации было положено в годы первого пятилетнего плана развития народного хозяйства страны (1949—1953). Главную политико-экономическую задачу пятилетки составляло «построение основ социализма в Болгарии путем индустриализации и электрификации страны, кооперирования и механизации сельского хозяйства» ¹. В центре внимания находилось развитие производства средств производства ².

В Венгрии задача проведения социалистической индустриализации также была выдвинута в связи с разработкой первого пятилетнего плана развития народного хозяйства страны (1950—1954 гг.), после того как были в основном ликвидированы последствия военной разрухи. В ходе выполнения этого плана были сооружены важнейшие промышленные объекты, в значительной мере изменившие венгерскую экономику ³. Вместе с тем вследствие перенапряженности темпов индустриализации в экономической области возникли многие сложные проблемы. Так, потребительские цены в 1951—1955 гг. росли почти такими же темпами, как и заработная плата, в результате рост реальной заработной платы в первой половине 50-х годов не достигал в среднем и 1% в год ⁴.

В Польше слабая развитость индустриального сектора усугублялась разрушениями войны и немецко-фашистской оккупацией: почти ²/₃ предприятий крупной и средней промышленности было выведено из строя ⁵. Только после восстановления народного хозяйства в ходе выполнения трехлетнего плана (1947—1949 гг.) польский рабочий класс приступил к построению материальной базы социализма. В результате выполнения шестилетнего плана (1950—1955 гг.) и первого пятилетнего плана (1956—1960 гг.) были решены основные задачи индустриализации ⁶. Особенно быстро

¹ «БКП в резолюциях и решениях...», т. IV. София, 1955, с. 146.

⁶ См. «Статистический ежегодник стран — членов Совета Экономической Взаимопомощи. 1974» (далее — «Статистический ежегодник стран — членов СЭВ»). М., 1974, с. 31.

108 развивались ключевые отрасли промышленности: энергетика, металлургия, машиностроение, химическая промышленность. При активной помощи СССР, Чехословакии и ГДР по существу заново создавались производства высококачественных сортов стали, сложных станков, тракторов, автомобилей, океанских судов, продуктов химического синтеза. Однако уже в первой половине 50-х годов на экономическом развитии ПНР стал отрицательно сказываться увеличивавшийся разрыв между чрезвычайно высокими темпами накопления в промышленности и замедленным ростом сельскохозяйственного производства и жизненного уровня населения. Конкретные меры по преодолению диспропорций в экономике были разработаны VIII (октябрь 1956 г.) Пленумом ЦК ПОРП ¹.

В Румынии в результате ускоренной индустриализации народного хозяйства объем промышленного производства вырос к 1955 г. более чем вдвое по сравнению с 1950 г., а в 1960 г.— в 3,4 раза ². Глубокие изменения осуществлялись и в территориальном размещении производительных сил.

Югославия до второй мировой войны также являлась экономически слаборазвитой страной: в конце 30-х годов в ее промышленности было произведено менее 27% национального дохода ³. К тому же здесь в годы войны было почти полностью разрушено около ²/₃ промышленных мощностей страны ⁴. После восстановления народного хозяйства, завершенного в 1947 г., в принятом Народной скупщиной ФНРЮ Законе о первом пятилетнем плане (1947—1951 гг.) основное внимание уделялось проблемам индустриализации страны, созданию мощной энергетической базы народного хозяйства, преодолению региональных диспропорций. Эти проблемы оставались в центре экономической политики правительства ФНРЮ и в последующие годы. В результате к 1964 г. производство средств производства превысило уровень довоенного 1938 г. в 25 раз, значительное развитие получило и промышленное производство предметов потребления

В ГДР одной из важнейших народнохозяйственных задач было преодоление диспропорций между обрабатывающей, топливно-энергетической промышленностью и сырьевой базой. В годы первой пятилетки (1951—1955) они были существенно смягчены, хотя и не устранены полностью. Была создана собственная металлур-

¹ Подробнее см. в кн.: «История Польши», дополнительный том «Очерки истории Народной Польши». М., 1965, с. 285—291.

⁵ См. Л. Ф. Гарина, Ю. Ф. Князев, Л. В. Тягуненко. Указ. соч., с. 52.

109 гическая промышленность, быстрыми темпами росли судостроительная промышленность, сельскохозяйственное машиностроение, энергомашиностроение и т. д.¹ К 1960 г. промышленное производство возросло еще больше. В общем объеме его продукции значительно увеличилась доля металлообрабатывающей промышленности, в частности машиностроения, электротехники, точной механики и оптики, что свидетельствовало о значительном прогрессе структуры промышленного производства. На этой основе началось широкое внедрение индустриальных методов производства в другие отрасли экономики (сельское хозяйство, транспорт и др.).

В Чехословакии строительство основ материально-технической базы социализма сопровождалось высокими темпами роста промышленного производства в целом (хотя и его исходный уровень был высоким). Существенно улучшилась отраслевая структура, значительно повысилось техническое оснащение основных отраслей промышленности. Большой объем капитальных вложений позволил построить, расширить и реконструировать в течение 1949—1959 гг. значительную часть промышленных предприятий. Были также созданы новые отрасли: алюминиевая, судостроительная и др., начато строительство первого в стране завода синтетического каучука.

Правда, если в чешских землях речь шла скорее о модернизации индустриальной базы экономики, то в Словакии необходимо было осуществить именно индустриализацию, т. е. форсированное развитие промышленности для ее превращения в ведущую отрасль народного хозяйства. В 1948 г. в Словакии в промышленности было занято лишь 15% экономически активного населения, тогда как в Чехии и Моравии — 35%. Для ликвидации этой диспропорции промышленное производство в Словакии развивалось в 1,5 раза быстрее, чем в чешских землях².

Большая экономическая, научно-техническая и кадровая помощь Советского Союза, становление системы социалистического международного разделения труда позволили европейским странам социализма осуществить решающее преобразование в экономике довольно быстро и со значительно меньшим напряжением сил, чем в свое время в СССР.

Вместе с тем в первые годы социалистического строительства, в том числе в связи с резким свертыванием сложившихся до второй мировой войны экономических связей, а также в обстановке «холодной войны» появилось стремление на базе индустриализации развить все или основные отрасли промышленности (это не всегда

¹ См. «Статистический ежегодник стран — членов СЭВ. 1971». М., 1971, с. 55.

² «Statistická ročenka ČSSR, 1975». Praha, 1975, s. 46.

110 совпадало с объективными требованиями международного социалистического разделения труда, но соответствовало представлению, что в каждой стране нужно обязательно обеспечить приоритет отраслей тяжелой промышленности). В результате произошло перенапряжение ресурсов некоторых стран, осуществлявших индустриализацию. Наряду со значительными успехами их промышленного развития обнаружились и немалые трудности: образовались диспропорции между фондом накопления и фондом потребления. До середины 50-х годов капиталовложения в непроизводительные отрасли, жилищное строительство, транспорт были незначительны, а в ряде случаев даже снижались. Сельское хозяйство, которое являлось для многих стран важным, а для некоторых — ведущим сектором народного хозяйства, также не получало достаточных капиталовложений для модернизации.

В середине 50-х годов наметилась переориентация в распределении капитальных вложений, имевшая целью ликвидировать диспропорции в развитии национальной экономики европейских социалистических стран. На съездах, пленумах Центральных Комитетов коммунистических и рабочих партий этих стран рассматривались меры по увеличению капиталовложений в легкую и пищевую промышленность и сельское хозяйство, укреплению их материально-технической базы, улучшению товарообмена между городом и деревней, повышению уровня жизни трудящихся, хотя принятые меры не всюду оказывались достаточными для полного преодоления диспропорций ¹.

В целом курс на индустриализацию народного хозяйства не только вполне соответствовал национальным интересам стран, вставших на путь строительства социализма, но и заложил под это строительство прочный экономический фундамент. Практически во всех европейских социалистических странах (за исключением Албании) к началу 60-х годов промышленность стала ведущей и определяющей отраслью народного хозяйства, базой всех преобразований в общественной жизни.

О степени продвижения этих стран по пути индустриализации и о сближении их народнохозяйственных структур наглядно свидетельствовали сдвиги в удельном весе экономически активного населения, занятого в индустриальных отраслях материального производства, социально-бытового и социально-культурного обслуживания (см. табл. 1). Особенно значительно увеличилась доля индустриально занятого населения в Болгарии, Румынии и Вен-

¹ См. «История Болгарской коммунистической партии», с. 538—539; «История венгерского революционного рабочего движения», т. 3, с. 224—226, 229—230; «История Германской Демократической Республики. 1944—1979», с. 154—155, 158—159, 166—167; «Очерки истории Народной Польши», с. 262—266; «История Румынии. 1918—1970», с. 528—529.

111 грии — там, где этот показатель был первоначально весьма низким, в меньшей мере — в ГДР, так как и в 1950 г. здесь почти 44% всех занятых трудились в промышленности и строительстве. Заметно возросла доля работников в отраслях производственной и социальной инфраструктуры: в Болгарии — на 12 пунктов, в ГДР и ЧССР — на 7,1 пункта, в Румынии — на 6, в Польше — на 4,8 и в Венгрии — на 3,9 пункта. Соответственно доля занятых в сельском и лесном хозяйстве существенно снизилась: на 34 пункта в Болгарии, на 20—25 пунктов в Польше и Венгрии, на 17—18 пунктов в Румынии и Чехословакии, на 12 пунктов в ГДР. В результате если в начале 50-х годов сельскохозяйственное население преобладало в Болгарии, Румынии, Польше и Венгрии, то к середине 60-х — лишь в Румынии.

Поскольку индустриализация и все сопутствующие ей (и обусловливающие ее) процессы развивались на базе обобществленного сектора народного хозяйства, роль этого сектора, его удельный вес в производстве, его воздействие на все стороны жизни общества постоянно возрастали. Вместе с тем как в городе, так и в деревне происходило постепенное, поэтапное обобществление мелкого частного производства — главным образом через кооперацию. Это было важнейшим направлением упрочения союза рабочего класса и крестьянства на этапе перехода от капитализма к социализму.

Сельскохозяйственное кооперирование в социалистических странах Европы осуществлялось не на национализированной

Таблица 1

Распределение населения европейских стран — членов СЭВ, занятого в народном хозяйстве, по отраслям в 1950 и 1965 гг. (в %)

Источник. «Статистический ежегодник стран — членов СЭВ. 1971», с. 388—391.

112 земле, а на земле, находившейся в частной собственности крестьян. Кооперативы, как правило, формировали свой земельный фонд путем выкупа или аренды земли у крестьян-единоличников. Приобретенная земля поступала в собственность кооператива. Такая форма кооперирования определила и специфику ликвидации сельской буржуазии, осуществлявшейся, как правило, путем экономического вытеснения. В этих условиях прием в кооперативы бывших кулаков не был полностью закрыт. В ГДР им было разрешено вступать в кооперативы при условии передачи в общественное пользование всей земли и средств производства; при этом ренту они получали в отличие от бедняков и середняков не со всей внесенной собственности, а лишь с того количества, которое в среднем приходилось на каждого члена кооператива. В ЧССР зажиточные крестьяне могли вступать в кооператив, сделав более высокий обязательный взнос в натуре и деньгах, чем остальные члены кооператива. В Венгрии кулак после двух лет честной работы мог стать полноценным членом кооператива.

Характерными чертами производственного кооперирования сельского хозяйства в большинстве стран этого региона были его многоступенчатость, применение разнообразных типов кооперации, поиск наиболее приемлемых путей для перехода различных социальных групп крестьянства к коллективному хозяйству, при котором учитывались интересы как бедняцких, так и середняцких слоев деревни.

В начальный период кооперирования им были охвачены преимущественно беднейшие слои деревни: безземельные и малоземельные крестьяне, которым государство предоставляло земли при вступлении в кооператив, а также бывшие батраки, получившие землю в результате аграрной реформы. Для них наиболее приемлемыми были высшие типы производственных кооперативов, где обобществлялись не только земли, но и сельскохозяйственные машины, рабочий скот, часть продуктивного скота, все работы производились коллективно, а доходы распределялись в соответствии с трудовым вкладом.

Однако проблема производственного кооперирования не могла быть решена только путем объединения крестьянской бедноты. Его успех в конечном счете зависел от того, как скоро в производственные кооперативы пойдут середняки. Между тем средние слои деревни первоначально предпочитали низшие, промежуточные типы производственных кооперативов.

В Албании первые шаги кооперирования крестьянских хозяйств были сделаны в годы выполнения двухлетнего плана развития народного хозяйства (1949—1950 гг.). К концу 1955 г. социалистический сектор охватил 18% всех обрабатываемых земель (кооперативы — 13,9%, госхозы — 4,1%). В 1961 г. в сельскохозяйственных производственных кооперативах было объединено

113 более 70% всех крестьянских хозяйств и 86% всех посевных площадей; правда, это были кооперативы низшего типа¹.

В Болгарии кооперирование приобрело массовый характер после V съезда БКП (1948 г.), и уже к концу 1950 г. трудовые кооперативные земледельческие хозяйства (ТКЗХ) охватили 56% крестьянских хозяйств и 51,5% обрабатываемой земли². В 1958 г. кооперирование сельского хозяйства в Болгарии было завершено.

Сложными путями шел процесс кооперирования сельского хозяйства в Венгрии. Он начался в годы трехлетнего плана восстановления народного хозяйства (1947—1949) и получил значительное ускорение в начале 50-х годов. К середине 1953 г. кооперативы обрабатывали около 26% пахотных площадей страны, а вместе с госхозами на долю социалистического сектора приходилось уже почти 42% пахотной земли. Однако в 1953 г. значительное число кооперативов, созданных в результате административного нажима, распалось.

После 1956 г. коммунисты, вскрыв недостатки в коллективизации села, допущенные в первой половине 50-х годов, наметили меры для возобновления процесса кооперирования крестьянства. На село было направлено свыше 2 тыс. членов партии, в агитационную работу включились и активисты общественных организаций. Были продуманы меры, экономически стимулирующие процесс кооперирования. Неуклонно соблюдался принцип добровольности при формировании кооперативов, решительно пресекались попытки администрирования, не допускалось какого-либо соревнования между областями и районами за более высокий процент кооперирования. В итоге к середине 1962 г. социалистический сектор охватывал уже 96,4% пахотных земель страны, из которых 79,6% приходилось на кооперативы. Перевод деревни на рельсы социалистического хозяйствования в Венгрии был завершен³.

В ГДР массовая коллективизация деревни подготавливалась исподволь на протяжении всех 50-х годов, и если в 1952 г. кооперативы обрабатывали лишь 3,8% полезной сельскохозяйственной земли, то в 1960 г. — 84,2%. Характерно, что в 1960 г. менее 33% всех кооперативов было кооперативами третьего, высшего типа, а остальные — кооперативами первого и второго типов, в которых уровень обобществления средств производства был ниже. И лишь постепенно среди коллективных сельскохозяйственных предприятий здесь стали преобладать кооперативы высшего типа: в 1965 г.

¹ См. «Экономическая история социалистических стран». М., 1971, с. 380—384.

³ См. «История Венгрии», т. III, с. 591—596, 625—626, 740—754.

114 они составляли 40,7% всех кооперативов, в 1970 г.— 61,3, в 1975 г.— 93,3% ¹.

В Румынии производственные кооперативы — колсельхозы — стали создаваться в 1949 г. Первоначально их роль в сельскохозяйственном производстве была не очень значительной (к концу 1950 г.— 2,6% всей сельскохозяйственной площади). После преодоления ошибок в осуществлении курса на коллективизацию, допущенных в начале 50-х годов и связанных с попытками форсировать ее темпы, вступление крестьян в кооперативы стало массовым. Основной фигурой в сельскохозяйственных кооперативах стал середняк, а центральную роль первоначально приобрели промежуточные формы кооперирования. В 1959 г. кооперативный сектор охватывал уже 73% крестьянских хозяйств и 60% пахотных земель. Завершающий этап коллективизации румынского крестьянства пришелся на 1959—1962 гг. В это время не только абсолютное большинство крестьян вступило в кооперативы, но и большинство кооперативов низшего типа было преобразовано в колсельхозы ².

В Чехословакии кооперирование сельского хозяйства с самого начала опиралось на развитую промышленную базу. Но вместе с тем на процессе кооперирования сказывалось и то, что длительный путь капиталистического развития чехословацкой деревни способствовал укоренению в крестьянстве, в том числе мелком, частнособственнических ценностей. В этих условиях КПЧ должна была проявить максимальную гибкость при осуществлении курса на социалистическое обобществление крестьянских хозяйств.

В 1950 г. в Чехословакии было более 5 тыс. единых сельскохозяйственных кооперативов (ЕСХК), из них 1809 — высших типов. К августу 1953 г. кооперативов высших типов стало уже 7120 и вместе с госхозами они обрабатывали 44% пахотной земли. Кооперирование чехословацкой деревни было завершено в 1960 г.: на долю кооперативов высших типов приходилось 67,3% сельскохозяйственных угодий, а вместе с госхозами — 87,4% ³.

Только в Польше и Югославии процесс социалистического кооперирования крестьянских хозяйств, также начавшийся в конце 40-х — начале 50-х годов, затем прервался и даже регрессировал. Поэтому центральной фигурой и в польской и в югославской деревне остался единоличный крестьянин.

Процесс социалистического обобществления городского мелкотоварного сектора (торговля, ремесло, услуги) развивался на

¹ См. «Карманный статистический справочник ГДР. 1977 г.». Берлин, 1977, с. 61, 63; «История Германской Демократической Республики. 1944—1979», с. 228—230.

³ Подробнее см.: В. В. Марьина, Г. П. Мурашко. Путь чехословацкого крестьянства к социализму (1948—1960). М., 1972.

115 первых порах с бόльшими сложностями и напряжением, чем кооперирование крестьянства. В конце 40-х — начале 50-х годов у коммунистических партий еще не было четкого представления об эффективных формах и этапах такого обобществления, а также о способах контроля за деятельностью мелких предпринимателей. К тому же у значительной части членов правящих партий и среди рабочих сложилось предубежденное отношение к городскому частнику.

Все это привело сначала к решительному ограничению деятельности этого слоя мелких собственников практически во всех европейских социалистических странах, к форсированию их кооперирования, передаче многих не только средних, но и мелких предприятий в собственность государства. Это отрицательно сказалось на некоторых сторонах социально-экономического развития, привело к сбоям в сфере обслуживания, розничной торговле, производстве многих видов потребительских товаров.

Не менее серьезными оказались идейно-политические последствия ослабления союза рабочего класса с городскими непролетарскими слоями. Многие представители этих слоев, не видя для себя места в новой социальной реальности, проявляли пассивность, а некоторые стали враждебно относиться к народно-демократическому строю, оказывать поддержку контрреволюционным силам.

По мере накопления опыта первоначальные представления о необходимости форсированной ликвидации городского мелкотоварного сектора сменились ориентацией на более избирательное отношение к этому процессу, полнее учитывающее его экономические последствия. Ряд партий (СЕПГ, ПОРП, ВСРП) со временем пришли к выводу, что на отдельных участках, где еще не созрели экономические условия для полного обобществления, ограниченный по масштабам и контролируемый государством частный сектор может с пользой для дела сохраняться длительное время и после решения основных задач социалистической реконструкции общества, хотя его сохранение и влечет за собой ряд сложных экономических и политических проблем.

Интенсивное социально-экономическое развитие стран Центральной и Юго-Восточной Европы, осуществлявших переход от капитализма к социализму, привело к решающим изменениям в системе социально-классовых отношений. Господствующие позиции в экономике этих стран занял социалистический сектор, на долю которого в 1960 г. приходилось: в Болгарии — 99,5% произведенного национального дохода, в Венгрии — 91, в ГДР — около 85, в Польше — 67,5, в Румынии — 83,3, в Чехословакии — 98,5% ¹. Соответственно в населении этих стран абсолютным боль-

¹ См. «Статистический ежегодник стран — членов СЭВ. 1974», с. 43.

116 шинством стали общественные группы, чья жизнедеятельность базируется на государственной (общенародной) и кооперативной собственности.

Прежде всего существенно повысился удельный вес рабочих и служащих (занятых в подавляющем большинстве или исключительно на государственных предприятиях и в государственном аппарате), особенно там, где быстрыми темпами осуществлялась индустриализация. Так, в Болгарии доля этой группы в составе всего населения выросла с 26% в 1946 г. до 59% в 1965 г.; в Польше — с 48% в 1950 г. до 60% в 1960 г.; в Албании — с 21% в 1950 г. до 40% в 1960 г. В Румынии рабочие и служащие вместе с членами их семей в 1956 г. составляли 37% населения, а в 1966 г. — 52%. В занятом населении Венгрии удельный вес этой категории в 1950—1960 гг. повысился с 47 до 67%. Высокой доля рабочих и служащих была уже в начале переходного периода в ГДР и Чехословакии. Она еще более выросла на последующих его этапах: среди занятых в народном хозяйстве ГДР — с 78% в 1955 г. до 83% в 1965 г.; во всем населении Чехословакии — с 73% в 1950 г. до 84% в 1961 г.¹

В результате рабочий класс (составлявший от ²/₃ до ⁴/₅ всех рабочих и служащих) образовал основной, доминирующий элемент социальной структуры общества в европейских социалистических странах не только потому, что этот в прошлом неимущий и эксплуатируемый класс занял господствующие позиции в экономике (присущие ему коллективистские принципы были распространены практически на всю систему социально-экономических отношений), но и потому также, что к концу переходного периода он стал в одних социалистических странах Европы самой многочисленной, а в других — большой группой.

Значительными по численности, да и по экономической роли элементами социальной структуры в большинстве стран Центральной и Юго-Восточной Европы (кроме Польши и Югославии) стали социалистический по своей сути и еще больше по тенденциям развития класс крестьян-кооператоров и родственные ему группы кооперированных ремесленников и других мелких товаропроизводителей. В Болгарии в 1946 г. кооперированные крестьяне составляли лишь 3% всего населения, а в 1956 г. — 36% (тогда как доля единоличных крестьян снизилась с 65 до 16%, а в 1965 г. их фактически не осталось). В населении Чехословакии доля кооперированных крестьян и ремесленников выросла с ничтожно малой величины в 1950 г. до 12% в 1961 г. (тогда как доля мелких собствен-

¹ См. «Статистический ежегодник стран — членов СЭВ. 1971», с. 20; «Статистический ежегодник стран — членов СЭВ. 1974», с. 24; «Развитие рабочего класса в социалистическом обществе», с. 483, 489, 507; К. И. Микульский. Классовая структура общества в странах социализма. М., 1976, с. 90, 109.

117 ников уменьшилась с 24 до 4%). В экономически активном населении Венгрии удельный вес кооперированных крестьян и ремесленников в 1949 г. также был очень мал, а к 1960 г. достиг 12% (тогда как мелкие товаропроизводители составляли в 1949 г. почти 51% всех занятых, в 1960 г. — 21, а в 1965 г. — не более 2—3%) ¹.

Соответственно роль буржуазных и мелкобуржуазных слоев и их удельный вес в населении свелись к весьма малым величинам. Знаменательно, что даже в розничной торговле, которая традиционно была важной сферой деятельности этих слоев, доля социалистического сектора в 1960 г. приближалась к 100% (за исключением ГДР, где даже в 60-х годах до 20% и более розничной торговли находилось в руках частных предпринимателей) ².

И все же к началу 60-х годов процесс формирования в странах этого региона социально-классовой структуры последовательно социалистического типа не получил своего полного завершения. Эта незавершенность определялась прежде всего тем, что развитие рабочего класса и тем более класса кооперированных крестьян как последовательно социалистических классов, преодоление в их рядах настроений индивидуализма, политической апатии, недоверия и даже враждебности к осуществлявшимся преобразованиям — это процесс, требующий более или менее длительного времени для воспитательной работы коммунистических и рабочих партий, для приобретения всеми рабочими и крестьянами собственного опыта, собственной убежденности в закономерности и перспективности нового строя.

Тем большее значение для осуществления социалистических преобразований во всех сферах общественной жизни стран Центральной и Юго-Восточной Европы имели те существенные изменения, которые претерпел рабочий класс этих стран на этапе строительства основ социализма и которые определяются прежде всего тем, что именно на этом этапе рабочий класс из основной социальной силы разрушения эксплуататорского слоя превращается в главную силу созидания цивилизации коммунистического типа.

Способность, подготовленность рабочего класса к социалистическому переустройству общества «не дана сама собой»; она «вырастает исторически» — прежде всего «из материальных условий крупного капиталистического производства» ³. Ей еще более благоприятствуют те условия, которые складываются после победы социалистической революции, в обстановке начавшихся и постоянно углубляющихся преобразований во всех сферах общественной жизни. Уже не только экономическое развитие этих стран, но

¹ См. «Статистический ежегодник стран — членов СЭВ. 1971», с. 20.

³ См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, с. 15—16.

118 и целенаправленная социальная политика правящих коммунистических и рабочих партий способствует нарастанию революционно-преобразующего творческого потенциала рабочего класса, усилению его воздействия на ход и характер процессов строительства социализма. Поэтому период революционного перехода от капитализма к социализму является одновременно важным этапом развития самого рабочего класса как главной, ведущей силы этого процесса, имеет огромное значение для завершения его превращения в класс для себя.

Важнейшими задачами, решение которых определяет успех этого направления в развитии рабочего класса, являются: а) существенное повышение уровня его организованности; б) включение в активную общественно-политическую деятельность все новых и все более широких масс рабочих; в) воспитание новой дисциплины труда.

Одним из центральных звеньев в процессе усиления организованности рабочего класса стран Центральной и Юго-Восточной Европы было развитие его марксистско-ленинских партий, в том числе расширение их рядов, превращение в массовые партии. Эта задача реализовывалась по мере того, как все большее число трудящихся стремилось связать свою судьбу с марксистско-ленинскими партиями не только идейно, но и организационно.

Особенно быстро ряды коммунистических и рабочих партий европейских социалистических стран росли после освобождения этих стран от фашизма: в Болгарии накануне 9 сентября 1944 г. насчитывалось около 25 тыс. коммунистов, а к середине января 1945 г. их численность выросла в 10 раз — до 254 тыс.¹; еще быстрее росла Коммунистическая партия Чехословакии, в которой в мае 1945 г. насчитывалось около 30 тыс. членов, а в марте 1946 г.— 1 081 тыс. (т. е. в 36 раз больше) ². Коммунистическая партия Венгрии, которая в подполье была относительно небольшой организацией, к моменту открытия 20 мая 1945 г. своей конференции насчитывала 150 тыс. членов; делегаты ее III съезда (сентябрь — октябрь 1946 г.) представляли уже 650 тыс. коммунистов, а в конце 1947 г. на учете в КПВ состояло 864 тыс. человек ³.

Этот процесс быстрого, а в известном смысле и чрезмерного (поскольку коммунистами нередко называли себя люди, весьма далекие от коммунизма) роста рядов коммунистических партий во многом объяснялся соперничеством между политическими силами в условиях борьбы за или против социалистической ориентации, когда число членов той или иной партии играло роль одного из факторов победы в этой борьбе.

¹ См. «История Болгарской коммунистической партии», с. 471.

³ См. «История венгерского революционного рабочего движения», т. 3, с. 92, 137, 183.

119 При этом было важно, чтобы не размывались идейно-политические границы, отделяющие даже массовые коммунистические партии от общественных организаций трудящихся, чтобы моральный, идейный, политический облик коммунистов в максимальной степени соответствовал характеру решаемых задач, а состав партий способствовал реализации их роли руководителя и организатора социалистических преобразований. Поэтому в развитии коммунистических и рабочих партий все большее значение приобретали проблемы, с одной стороны, идейной и политической закалки коммунистов, усиления их общественной активности, а с другой — регулирования состава, освобождения от случайных и тем более враждебных людей, пополнения организаций за счет передовых рабочих, а также представителей других слоев трудящихся, воспринявших идеологию, политические установки и коллективистскую психологию рабочего класса.

Каждая из партий прибегала к тем методам регулирования своего состава, которые считала наиболее целесообразными с точки зрения особенностей своей страны и конкретного этапа социалистических преобразований; соответственно различными были и результаты этой работы. Однако практически во всех партиях были периоды более или менее значительного уменьшения их численности в результате чисток или выхода из партийных организаций пассивных членов.

Труднее решалась проблема увеличения рабочей прослойки в составе коммунистических партий, поскольку они оставались массовыми, в том числе в результате значительного притока в них служащих государственного аппарата, а также крестьян, ремесленников и т. д. Например, в 1946 г. в КПЧ рабочие составляли 57% всех коммунистов — очень высокий показатель, соответствующий и высокому удельному весу рабочих в составе занятого населения, и традициям чехословацкого рабочего движения. Однако удержать этот уровень не удалось. Уже в 1947 г. удельный вес рабочих в КПЧ снизился до 49%, в 1948 г. — до 40, в 1950 г. — до 38,4, в 1956 г. — до 36,3% ¹. В первые годы существования ПОРП также уменьшалась не только численность ее членов, но и удельный вес рабочих-коммунистов ².

Большое значение для реализации курса на строительство основ социализма, для вовлечения в него все больших масс трудящихся имела проблема правильного политического руководства этим процессом со стороны коммунистических и рабочих партий, определения ими средств и методов работы, адекватных решаемой

¹ См. Н. А. Шленова. Рабочий класс Чехословакии в годы строительства основ социализма (численность, состав, структура). М., 1977, с. 77.

² W. Góra. Polska zjednoczona partia robotnicza: od I do VII zjazdu (1948—1978). Warszawa, 1978.

120 задаче. На актуальность этой проблемы для коммунистов, возглавивших социалистическое переустройство всей системы общественных отношений, всего уклада жизни народных масс, указывал В. И. Ленин, подчеркивавший, что неправильный учет реально складывающейся обстановки чреват утратой связей с массами и в результате такими политическими ошибками, которые представляют наибольшую опасность для дела социализма ¹.

Между тем коммунистическим и рабочим партиям ряда стран Центральной и Юго-Восточной Европы, руководившим социалистическими преобразованиями, приходилось преодолевать трудности, обусловленные как объективными причинами (послевоенная разруха, отсталость экономической базы, сопротивление свергнутых эксплуататорских классов, неподготовленность значительных масс трудящихся к деятельности принципиально нового типа и т. д.), так и их собственными ошибками, попытками идти к социализму «напрямую», не считаясь ни с объективными трудностями, ни с настроениями масс. Основными источниками такого рода ошибок были представления об относительной легкости достижения поставленных целей, отсутствие опыта работы с массами в новых условиях, а также связанные с этим административные методы воздействия на экономические, социальные и идеологические процессы, стремление отнести все трудности движения по пути к социализму только на счет врагов революции. Ошибки такого рода привели к более или менее значительным трудностям в социалистическом развитии этих стран, в том числе к таким его деформациям, которые были чреваты серьезными опасностями для нового строя.

Особенно большим испытаниям подвергся социализм в Венгрии. Одной из причин этого были сектантско-догматические концепции и ошибочная политическая практика части руководства Венгерской партии трудящихся, и прежде всего М. Ракоши. Так, очень большую опасность представлял отстаиваемый им тезис о том, что в условиях рабочей власти враг пытается прежде всего пробраться в ряды коммунистов. «На этом основании, — как отмечают венгерские историки, — органы государственной безопасности по указанию Ракоши искали врагов в первую очередь в рядах ВПТ» ². Оклеветанными и репрессированными оказались сотни деятелей венгерского коммунистического движения.

Серьезные ошибки были допущены и в социально-политической сфере социалистического строительства. Предпринимались попытки ускоренного решения волевым путем сложных проблем индустриализации и коллективизации. Это привело к серьезным

¹ См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, с. 427; т. 45, с. 112—113.

² «История венгерского революционного рабочего движения», т. 3, с. 214.

121 диспропорциям в народном хозяйстве, отразилось на жизненном уровне трудящихся, затормозило переход крестьян к социалистическим формам хозяйствования. В результате затруднилось и замедлилось сплочение непролетарских слоев трудящихся вокруг рабочего класса, а в его ядре возникли настроения неуверенности и растерянности ¹.

Положение, сложившееся в стране и партии, было рассмотрено в июне 1953 г. на Пленуме ЦК ВПТ. В его постановлении отмечалось, что курс на слишком быструю индустриализацию и коллективизацию был ошибочным, поскольку не учитывал интересов трудящихся и «содержал в себе элементы авантюризма»; что допущенные ошибки явились следствием сектантских взглядов и отсутствия коллективного руководства. Была подчеркнута необходимость укрепления связей с массами, исправления ошибок в экономической политике, восстановления коллективных методов руководства ². В целом Пленум ЦК ВПТ «дал правильный анализ сложившегося тогда положения, вскрывая все существенные недостатки и ошибки и правильно наметив пути и методы их исправления». Однако на практике методы их исправления «оказались неправильными» ³.

В жизни ВПТ начался период беспринципных компромиссов между сектантско-догматическим крылом ее руководства, возглавляемым М. Ракоши, и ревизионистским во главе с И. Надем. В результате вплоть до июля 1956 г. политическая линия ЦК ВПТ претерпевала резкие колебания и зигзаги, исправление допущенных ошибок затягивалось ⁴. Поэтому «бо́льшая часть членов партии и трудящихся страны, естественно, испытывала глубокое и справедливое чувство недовольства» ⁵.

На Пленуме ЦК ВПТ в июле 1956 г. были приняты решения, направленные на преодоление кризиса в руководстве партии и устранение политических ошибок. Этому должны были способствовать и изменения в руководстве ВПТ: М. Ракоши был освобожден от должности первого секретаря и члена Политбюро ЦК. Однако и обновленное руководство не сумело выработать ясной и твердой позиции по основным вопросам практической деятельности. К рулю партии и государства пришли И. Надь и его сторонники. Их дея-

¹ См. «История венгерского революционного рабочего движения», т. 3, с. 217—223; «История Венгрии», т. III, с. 620—622.

⁵ Я. Кадар. Избранные статьи и речи (1957—1960 годы), с. 164.

122 тельность парализовала работу коммунистов и ослабила диктатуру пролетариата: «в строительстве социализма произошел надлом» ¹.

Кульминационным моментом борьбы между силами революции и контрреволюции стали 13 дней в конце октября — начале ноября 1956 г., когда на вооруженный мятеж против социалистического государства поднялись все противники социализма — от ревизионистов до монархистов ². Решающим фактором разгрома мятежа стало сплочение сил социализма вокруг последовательных марксистов-ленинцев, во главе которых встал Я. Кадар. По инициативе нового революционного центра венгерских коммунистов 3 ноября было сформировано Венгерское революционное рабоче-крестьянское правительство, которое на следующий день обратилось с воззванием к венгерскому народу, призвав трудящихся встать на защиту народно-демократического строя и обеспечить «продвижение вперед по пути строительства социализма». Чтобы избежать гражданской войны и предотвратить вооруженное вмешательство империалистов, рабоче-крестьянское правительство обратилось за помощью к Советскому Союзу. Такая помощь была оказана, и в результате совместных действий революционных сил Венгрии и частей Советской Армии контрреволюция была сокрушена.

Консолидации революционных сил Венгрии способствовала реорганизация Венгерской партии трудящихся, ее воссоздание на принципиальной основе марксизма-ленинизма под новым названием — Венгерская социалистическая рабочая партия — в знак решительного отмежевания от ошибок прежнего руководства ВПТ ³. Два года спустя, характеризуя выработанную в 1956—1957 гг. линию ВСРП на социалистическое развитие Венгрии, Я. Кадар отметил, что она не была новой линией. «Верно, что в ходе строительства социализма до 1956 г. были ошибки и искривления, но это нисколько не меняет того факта, что и до 1956 г. в Венгрии под руководством Венгерской партии трудящихся строился социализм. Наша партия,— писал он,— теперь продолжает политику социалистического строительства» ⁴. Новым было то, что в официальных партийных документах и в практической деятельности партии гораздо более последовательно проявлялись подлинно социалистические аспекты этой линии, прежде всего необходимость

¹ Я. Кадар. Избранные статьи и речи (1957—1960 годы), с. 438.

⁴ Я. Кадар. Избранные статьи и речи (1957—1960 годы), с. 439.

123 вести строительство социализма, вовлекая в этот процесс все здоровые силы нации. Уже в начале 1959 г. Я. Кадар имел полное основание заявить: «Дело социализма идет у нас на подъем» ¹.

Определенные корректировки, обусловленные как успехами в деле строительства социализма, так и необходимостью устранить ошибки первого этапа преобразований, в середине 50-х годов были внесены в программные установки и политическую практику также некоторых других коммунистических и рабочих партий европейских социалистических стран.

Преодолевая трудности развития, действуя в принципиально новых условиях, марксистско-ленинские партии европейских социалистических стран сумели не только удержать, но и существенно расширить свое влияние в массах. Важным направлением (и столь же важной предпосылкой) решения этой задачи было все более широкое вовлечение рабочих масс в управление общественными и государственными делами.

Усиление общественной активности рабочих было в большой степени обусловлено качественным скачком в развитии профсоюзного движения в первые же годы переходного периода. Были преодолены как его раскол, так и низкий уровень профессиональной организованности рабочих. Новое положение рабочего класса в обществе изменило характер и роль профессиональных союзов, которые стали непременными и самыми деятельными участниками строительства социализма ².

На этом этапе существенно изменились функции и направленность деятельности профсоюзов: они продолжали защищать интересы трудящихся (хотя и иными средствами, чем прежде, в первую очередь как представители пришедшего к власти рабочего класса), но все большее место занимала их новая функция — налаживания производства и участия в управлении им, включения широких масс рабочих в управление общественными делами — в выборные органы государственной власти в центре и на местах, в органы управления народным хозяйством, культурой, охраны революционных завоеваний и т. д.

Рабочий стал главной, ведущей силой в органах власти в центре и на местах. Так, в Венгрии в состав органов государственной власти на местах в 1950 г. было избрано 23 тыс. промышленных рабочих, 103,6 тыс. трудящихся крестьян, 11,1 тыс. представителей прогрессивной интеллигенции и несколько тысяч мелких ремесленников и торговцев. В Чехословакии в конце 1950 г. в районных национальных комитетах в чешских землях рабочие составляли

¹ Я. Кадар. Избранные статьи и речи (1957—1960 годы), с. 439.

² Подробнее см.: «Коммунисты и профсоюзы. Борьба революционного авангарда за укрепление и единство международного профсоюзного движения». М., 1977, гл. II.

124 52%, в советах (исполкомах) национальных комитетов — 55,4%, а в Словакии — соответственно 45,8 и 55% ¹. Депутатская деятельность стала хорошей школой обучения масс управлению государственными делами.

С первых месяцев освобождения стран Центральной и Юго-Восточной Европы от фашизма рабочий класс принял активное участие в управлении народным хозяйством, в руководстве восстановлением промышленности, транспорта, других отраслей общественного производства. Большую роль в качестве органов рабочего контроля и управления на предприятиях в процессе взятия власти и осуществления национализации крупной и средней промышленности практически во всех европейских странах народной демократии сыграли заводские советы, рабочие комитеты. Вначале они были по существу единственными органами, которые смогли осуществить пуск промышленных предприятий и обеспечить непрерывный рост производства. И хотя рабочий контроль на первых порах не являлся последовательно социалистическим институтом, выполняемые им функции составляли важнейшую часть борьбы за установление и упрочение власти рабочего класса.

Национализация ключевых отраслей промышленности и создание соответствующих министерств и ведомств привели к изменению функций рабочих советов, появлению и развитию новых форм участия рабочих в управлении производством. На важные государственные, партийные и хозяйственные должности с заводов и фабрик выдвигались наиболее способные рабочие, тем более что специалистов, преданных делу рабочего класса, явно не хватало. О массовости этого движения свидетельствуют следующие факты. В Венгрии в 1948 г. выдвиженцев из рабочих было около 60 тыс.; на 21 из 43 предприятий тяжелой промышленности директорами были назначены бывшие рабочие ². В Чехословакии в 1948—1954 гг. на руководящие государственные и общественные посты было направлено свыше 200 тыс. рабочих ³. Только на управленческие должности на уровне предприятий польской промышленности до 1947 г. было выдвинуто более 15 тыс. рабочих ⁴. Поэтому в условиях борьбы за укрепление социалистического характера общественных отношений рабочий класс стран народной демократии получал реальную возможность проводить в жизнь свою политическую линию в решении вопросов государственной значимости,

¹ См. «Рабочий класс и строительство социализма в странах Центральной и Юго-Восточной Европы». М., 1977, с. 94, 305.

⁴ J. Szczepański. Niektóre cechy rozwoju klasy robotniczej w trzy dziestoleciu. — «Nowe drogi», 1974, N 7, s. 60.

125 придать этой линии в руководстве общественным производством, по выражению Ф. Энгельса, характер «пролетарской политики» ¹.

В 40-х годах в ряде стран Центральной и Юго-Восточной Европы были приняты специальные декреты о заводских советах и советах предприятий, в которых определялись права и обязанности этих советов, их взаимоотношения с профсоюзной организацией и администрацией предприятий. При этом профсоюзы наделялись правом определять персональный состав советов, утверждать их бюджет и т. д. Заводским советам предоставлялись широкие права в защите экономических и социальных интересов, а также санитарно-гигиенических и культурных потребностей рабочих и служащих. В процессе укрепления административного руководства рабочие советы передавали хозяйственно-административные функции управления заводской администрации, что, однако, не умаляло их роли как контрольных органов рабочего класса.

К концу 40-х годов в целях координации деятельности основных общественных организаций трудящихся на предприятиях стали создаваться вспомогательные органы профсоюзов, заводских советов и администрации с совещательными функциями — производственные комитеты. Через производственные комитеты рабочий класс участвовал в разработке и конкретизации производственных планов, контролировал их выполнение, организовывал внутризаводское соревнование, движение новаторов производства. Число производственных комитетов быстро увеличивалось. Так, в Чехословакии в 1947 г. их насчитывалось примерно 2 тыс., а к декабрю 1948 г. уже около 5,5 тыс. ²

Одновременная деятельность заводских советов и производственных комитетов первичных профорганизаций создавала ненужный параллелизм. В связи с этим по решению профсоюзных съездов некоторых социалистических стран, в частности II съезда профсоюзов Чехословакии (декабрь 1949 г.), заводские советы стали выполнять функции руководящего органа профсоюзной организации. Производственные комитеты были превращены в производственные комиссии — вспомогательные и совещательные органы профсоюзов на заводах.

Во второй половине 50-х годов в ряде европейских социалистических стран создавались комиссии из специалистов — рабочих и служащих, которые оценивали деятельность соответствующих производственных участков, давали рекомендации по устранению недостатков и улучшению их деятельности. Новой формой участия трудящихся в управлении стали также технико-экономические конференции. На них рабочие-активисты вместе с инженерами, техниками, плановиками рассматривали вопросы, связанные с тех-

¹ См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 17, с. 291.

² См. Н. А. Шленова. Указ. соч., с. 88.

126 нической стороной производства, которые нельзя было решить на производственных совещаниях.

В Польше в середине 50-х годов в связи с отходом от прежних форм управления экономикой, характеризовавшихся высокой централизацией, был создан специальный общественный институт рабочего самоуправления — рабочие советы на предприятиях. В них были представлены все группы работников предприятия. В целях активизации и координации деятельности представительских организаций коллектива, участвовавших в управлении, в 1958 г. в ПНР были созданы конференции рабочего самоуправления (КРС) — высший орган рабочего самоуправления. Органы рабочего самоуправления стали охватывать практически все звенья производственной структуры предприятия, включая администрацию.

Разумеется, к руководству различными областями народного хозяйства приходилось привлекать и выходцев из среды свергнутых классов. Однако более перспективной стала широкая подготовка специалистов из числа рабочих и крестьян в высших и средних специальных учебных заведениях. Культурная революция, развернувшаяся в ходе социалистического строительства в этих странах, создала материальные предпосылки для быстрого повышения образовательного уровня молодежи из рабочей и крестьянской среды. И если в первые годы социалистического строительства, как и до войны, доля студенческой молодежи из числа рабочих и крестьян была незначительна, то затем она быстро росла. Например, в 1947 г. среди студентов Варшавского университета только 4,1% составляли дети рабочих и 11,4% — дети крестьян, но уже в начале 50-х годов среди студентов, принятых на первый курс, было 39,1% детей рабочих и 22,2% детей крестьян ¹. Этому способствовали общая демократизация образования, введение системы материального обеспечения студентов с низким уровнем семейных доходов, а также меры по регулированию социального состава студентов.

Реализации роли рабочего класса как политически и экономически господствующего класса способствовала также его производственная активность. Особенно большое значение имело развернувшееся с первых лет победы народно-демократического строя социалистическое соревнование. Выражением творческой активности рабочего класса стало также рационализаторское и изобретательское движение.

Важным фактором усиления воздействия рабочего класса на все стороны общественной жизни был быстрый рост численности рабочих, вызванный высокими темпами индустриального разви-

¹ См. «Руководящая роль рабочего класса в социалистических странах». М., 1970, с. 192.

127 тия стран этого региона. Особенно быстрым количественный рост рабочего класса был в странах с относительно низким исходным уровнем промышленного развития. Так, если среднегодовые темпы прироста рабочих и служащих в 50-х годах в ГДР не превышали 2%, а в ЧССР — 3,5%, то в Болгарии они составляли 8,2%. В результате за одно это десятилетие численность рабочего класса в Венгрии и Румынии увеличилась более чем в 1,5 раза, а в Болгарии и Албании удвоилась.

Высокие темпы расширения рядов рабочего класса обеспечивались прежде всего за счет крестьянства. Сотни тысяч крестьян переселялись в города, становились рабочими и служащими; работниками предприятий и учреждений государственного сектора народного хозяйства становились и выходцы из крестьянства, оставшиеся сельскими жителями. В 1945—1955 гг. в Польше, например, рабочий класс пополнялся примерно на 50,6% за счет выходцев из рабочих семей, на 36% — за счет крестьян, на 4,1% — выходцев из семей работников умственного труда, на 2,7% — кустарей и на 6,6% — прочих групп населения. Во второй половине 50-х годов в общей численности новых пополнений рабочего класса Польши выходцы из семей рабочих составляли уже менее половины (45,3%), доля крестьян увеличилась до 43%, а интеллигенции — до 5,4%. Одновременно в составе новых пополнений значительно сократился удельный вес выходцев из городских мелкобуржуазных слоев ¹. Еще более значительными были крестьянские пополнения в тех странах, где исходный уровень экономического развития был низким, а темпы индустриализации — весьма бурными.

В результате первоначально наблюдалось снижение в составе рабочего класса удельного веса потомственных и кадровых рабочих. Например, в начале 60-х годов 44,5% промышленных рабочих Польши происходили из рабочей среды, а 28,5% были выходцами из крестьянства (остальные 27% составляли выходцы из других непролетарских групп трудящихся, равно как и из ликвидированных эксплуататорских классов). Среди строительных рабочих доля выходцев из рабочих семей была еще ниже (38,4%), а из крестьянства — выше (37,7%). К тому же 25% рабочих промышленности и 28% строительных рабочих проживали в деревнях ².

В рабочем классе Венгрии доля потомственных рабочих в начале 60-х годов не превышала 45%, тогда как 50% составляли

¹ См. К. Загурский. Изменение социальной структуры и социальная мобильность в Польше. — «Проблемы развития социальной структуры общества в Советском Союзе и Польше». М., 1976, с. 218.

² S. Widerszpil. Skład polskiej klasy robotniczej. Tendencji zmian w okresie industrializacji socjalistycznej. Warszawa, 1965, s. 219—220.

128 выходцы из крестьянских семей ¹. Среди болгарских рабочих в 1967 г. только 26% происходили из рабочей среды; 55% были выходцами из крестьянства, 6% — из ремесленников ².

Более высокой социальной однородностью отличался рабочий класс тех социалистических стран, где его доля в населении была высокой еще в довоенные времена. Так, в ЧССР в 1967 г. у 55,5% рабочих отцы были рабочими, у 8,3% — служащими, у 26,5% — мелкими и средними крестьянами, у 5,5% — ремесленниками и мелкими предпринимателями, у 2,1% — капиталистами. Среди квалифицированных рабочих потомственных было больше (61,8%), а выходцев из крестьянства меньше (17,2%) ³.

50-е годы характеризовались также увеличением рабочего класса в результате вовлечения в общественное производство женщин. В 1960 г. в Болгарии, Венгрии и Польше женщины составляли 1/3 всех рабочих и служащих, в ЧССР их доля возросла до 40%, а в ГДР превысила 44,4%, в Румынии этот показатель был ниже — около 27% ⁴.

Женщины-работницы постепенно осваивали все более широкий диапазон рабочих профессий, в том числе в тех отраслях промышленного производства, которые ранее считались сферами приложения преимущественно мужского труда. Все же в массе женщины-работницы (как, впрочем, и недавние выходцы из непролетарских слоев населения) были заняты менее квалифицированными видами труда; поэтому от кадровых рабочих-мужчин их отличала относительно более слабая включенность в дела трудовых коллективов, меньшая производственная и общественно-политическая активность.

Уменьшение в рабочих коллективах удельного веса пролетарского ядра было обусловлено также переводом части наиболее политически зрелых рабочих на руководящую партийную, государственно-административную и хозяйственную работу. Совокупное влияние этих процессов на некоторое время усилило внутреннюю неоднородность рабочего класса европейских социалистических стран, привело к снижению и его профессионального уровня, и уровня политической зрелости. Это не только затрудняло организацию общественного производства, налаживание новой дисциплины и повышение производительности труда, но и в известной мере сдерживало процесс политической и социальной консолидации рабочего класса.

¹ «Taksadolmi szemle», 1967, N 5, 24 old.

⁴ См. «Статистический ежегодник стран — членов СЭВ. 1974», с. 410—411.

129 Однако одновременно в рабочем классе происходили такие процессы, которые ослабляли действие этих негативных тенденций и способствовали усилению его роли как главной производительной и ведущей социально-политической силы социалистического общества. Важнейшие из них связаны с количественным ростом индустриальных отрядов рабочего класса, которым особенно присущи такие свойства, как организованность, дисциплинированность, способность к целенаправленному коллективному действию, определяющие его социальный облик и авангардную роль в общественных процессах.

Индустриальное ядро рабочего класса росло где быстрее, где медленнее. Так, в Венгрии численность рабочих, занятых в промышленности, увеличивалась быстрее, чем в других отраслях производства (в 1949 г. промышленные рабочие составляли 36—37% всех рабочих, а в 1960 г. — примерно 44—45%)¹. В Чехословакии же численность промышленных рабочих увеличивалась в 1949—1960 гг. несколько медленнее, чем вся совокупность рабочих, занятых в народном хозяйстве². Но повсюду произошло значительное расширение индустриальных отрядов рабочего класса, повысился их удельный вес в общей массе трудящихся и возросло влияние всего рабочего класса на жизнедеятельность общества.

Динамика отраслевой структуры промышленного отряда рабочего класса также была неоднородной, но в большинстве европейских социалистических стран опережающими темпами росла численность рабочих и служащих, занятых в машиностроении и металлообработке. Одновременно развивался процесс концентрации рабочих на средних и крупных промышленных предприятиях. В результате, например, в государственной промышленности Венгрии в среднем на одном предприятии трудилось: в 1938 г. — 91 рабочий, в 1957 г. — 109, а в 1963 г. — 136³. В Югославии с 1953 по 1963 г. доля рабочих, занятых на предприятиях с коллективом от 251 человека и более, увеличилась с 20 до 44,9%, тогда как на мелких предприятиях (не более 60 человек) снизилась с 43,6 до 13,4%⁴. В Польше в 1960 г. на предприятиях с коллективом более 500 человек было занято около 60% промышленных рабочих и служащих. Если же учитывать только предприятия, построенные на протяжении 50-х годов, то этот показатель превышал 88%⁵.

¹ Рассчитано по: «Развитие рабочего класса в социалистическом обществе», с. 489.

⁵ «Rocznik statystyczny przemyslu. 1945—1965». Warszawa, 1967, s. 33; S. Widerszpil. Skład polskiej klasy robotniczej, s. 145.

130 Укрупнение рабочих коллективов способствовало повышению классовой сознательности, ускорению адаптации новых пополнений рабочих к условиям труда и быта.

Совершенствование технологических основ промышленного производства, последовательное внедрение достижений науки и техники требовали быстрого повышения культурно-технического уровня рабочих кадров. Эта задача решалась комплексно, путем совершенствования систем общего и профессионального образования, а также развития различных форм производственного обучения.

Реформы школьного образования, проведенные сразу же после освобождения, открыли перед народными массами путь к систематическому и достаточно высокому образованию, что позволило в короткие сроки резко повысить культурно-образовательный уровень рабочего класса. Так, даже в Чехословакии, где и прежде значительная часть трудящихся получала более или менее основательную общеобразовательную подготовку, теперь молодые рабочие вступали в общественное производство гораздо лучше образованными, чем их отцы, старшие братья и сестры. В поколении 1911—1920 годов рождения более 30% рабочих-мужчин и свыше 35% женщин не получило так называемого основного (6—8-летнего) образования, а в поколении 1931—1940 годов рождения (начавшем трудовую деятельность в конце 40-х — первой половине 50-х годов) таких недостаточно образованных рабочих было менее 10% среди мужчин и 15% среди женщин; в следующей же возрастной когорте (1941—1950 годов рождения) — вообще не более 4% ¹. В Венгрии к середине 60-х годов доля лиц с 8-летним образованием составляла уже 45,3% общей численности рабочего класса, а среди промышленных рабочих — более 50% ². В 1958 г. 56,6% польских рабочих имели образование не ниже 7 классов, а среди промышленных рабочих — 61,5% ³.

Все большее развитие получала и система профессионального образования молодежи. Так, среди тех чехословацких рабочих-мужчин, у кого начало трудовой жизни пришлось на конец 20-х — первую половину 30-х годов, лишь немногим более половины составляли получившие профессиональную подготовку в школах и училищах производственного обучения. В поколении, вступившем в общественное производство в конце 40-х — первой половине 50-х годов, их стало уже ²/₃, а в следующей десятилетней возрастной когорте — почти ³/₄. Правда, среди женщин-работниц, начавших трудиться в первое десятилетие существования социалистиче-

¹ См. «Развитие рабочего класса в социалистическом обществе», с. 511, табл. VI. 7.

³ «Robotnicy na tle przemian struktury społecznej w Polsce», Warszawa, 1971, s. 51.

131 ской Чехословакии, лишь 28% получили систематическую профессиональную подготовку до начала трудовой деятельности (немногим больше, чем в предшествующих поколениях), но уже в следующем поколении (начавшем трудиться в конце 50-х — первой половине 60-х годов) их стало почти 45% ¹.

В Польше в 1950—1960 гг. профессиональные училища, школы и вузы окончило 1,5 млн. человек, в том числе более 1,2 млн. с отрывом от производства; это обеспечило почти половину общего прироста численности рабочих и служащих в указанные годы ².

Особенно высокими темпами росло число работников с основным профессиональным образованием, т. е. квалифицированных рабочих.

В результате в большинстве стран Центральной и Юго-Восточной Европы повысился в больших или меньших пропорциях удельный вес квалифицированных и полуквалифицированных рабочих и соответственно уменьшилась доля неквалифицированных рабочих. Все это способствовало усилению подготовленности рабочего класса к осуществлению тех революционных преобразований, которые составляют сущность переходного периода.

Важным направлением социальной активности рабочего класса на этапе строительства основ социализма являлось упрочение его союза с непролетарскими массами трудящихся, составлявшими почти во всех странах Центральной и Юго-Восточной Европы преобладающую часть населения. Интересы непролетарских слоев и рабочего класса были близкими и даже идентичными на антифашистской, демократической стадии революции. Но и на этапе социалистических преобразований их коренные интересы в конечном счете совпадали именно как интересы людей труда. Однако в силу своего общественного положения (по преимуществу мелкобуржуазного) и обусловленного этим уровня сознания большинство трудящихся, образующих непролетарские слои города и деревни, не были готовы к тому, чтобы сразу же и в полном объеме воспринять и поддержать на практике идеи социализма.

Чтобы привлечь их к делу социалистического строительства, рабочий класс и его партии должны были проявлять максимум чуткости и гибкости, избегать всяких элементов командования, всесторонне учитывать специфические интересы, психологию, а порой даже и предрассудки непролетарских слоев трудящихся. Если же это ленинское положение о союзе рабочего класса и непролетарских слоев недооценивалось или тем более искажалось, возникали порой серьезные трудности в строительстве нового общества. Наоборот, там, где оно последовательно проводилось в жизнь, процесс

¹ См. «Развитие рабочего класса в социалистическом обществе», с. 511.

² S. Widerszpil. Skład polskiej klasy robotniczej, s. 113.

132 социалистической перестройки общества быстро продвигался вперед.

Опыт строительства нового общества в некоторых европейских странах народной демократии показал, что плодотворным методом укрепления союза рабочего класса с непролетарскими слоями трудящихся может быть включение в политическую систему социализма демократических партий и общественных организаций, отражающих специфические интересы этих слоев. Многопартийная система складывалась, как правило, там, где в рядах мелкобуржуазно-демократических, а частично и буржуазно-либеральных партий взяли верх демократические тенденции и силы; так развивались события в Болгарии, ГДР, Польше, Чехословакии. В тех же странах, где в руководстве этих партий возобладали антисоциалистические элементы, предпочитавшие союз с буржуазно-помещичьей реакцией союзу с коммунистами, там (в Албании, Венгрии, Румынии, Югославии) такие партии в конечном счете сошли с исторической сцены, а политическая система социализма стала функционировать как однопартийная.

Среди некоммунистических (союзнических) партий, принявших участие в социалистических преобразованиях в своих странах, важная роль отводилась прежде всего группе крестьянских партий (Болгарский земледельческий народный союз, Объединенная крестьянская партия в Польше, Демократическая крестьянская партия Германии в ГДР). Другая группа — это партии, представлявшие средние слои города — ремесленников, мелких торговцев, некоторую часть интеллигенции (Демократическая партия в Польше, Чехословацкая социалистическая партия и др.). Наконец, некоторые партии опирались на верующие слои населения (Христианско-демократический союз в ГДР, Чехословацкая народная партия). Правда, место и роль этих партий в политической системе социалистического общества определились не сразу.

В конце 40-х годов в них еще происходила борьба между различными течениями — от демократических до контрреволюционных. Потребовалось немало времени, прежде чем этим партиям удалось достичь удачного сочетания прогрессивных традиций прошлого политического опыта с требованиями новой политической реальности. Решающее влияние на исход борьбы, которая велась внутри демократических партий, оказали проявлявшиеся наглядно преимущества социалистических отношений во всех сферах общественной жизни, а также помощь руководству этих партий со стороны коммунистов ¹.

Коммунистические и рабочие партии европейских социалистических стран не сразу смогли установить адекватные тогдашним

¹ Подробнее см.: Л. Ф. Шевцова. Союзнические партии в политической системе стран социализма. М., 1978.

133 социально-политическим условиям взаимоотношения с союзническими партиями. В результате в первой половине 50-х годов в некоторых из этих стран, в особенности на местах, предпринимались попытки административного ограничения деятельности всех некоммунистических партий. Такого рода просчеты, чреватые серьезными осложнениями, исправлялись в процессе социалистических преобразований.

Это способствовало повышению роли союзнических партий в социалистическом обществе, росту их популярности среди непролетарских слоев, массовому притоку в них новых членов. Выступая как партнеры коммунистов, эти партии сохранили широкое представительство в центральных и местных органах власти. Так, в конце 50-х годов на их долю приходилось более 40% депутатов Народной палаты ГДР, около ¹/₃ Сейма ПНР, 25% Народного собрания Болгарии.

Результатом радикальных перемен в общественном положении рабочего класса, всех трудящихся и вместе с тем весьма важным фактором повышения их социальной активности было значительное повышение уровня жизни народных масс. Улучшению материального положения рабочего класса и большинства других групп трудящихся способствовали изменения, произведенные в системе распределения, а также ликвидация значительной части нетрудовых доходов. Именно благодаря этому жизненный уровень трудящихся, например, в Венгрии к декабрю 1949 г. был повышен на 40% по сравнению со средним уровнем 1938 г., хотя национальный доход страны за этот же период увеличился всего на 24% ¹.

Существенным фактором роста жизненного уровня семей рабочих было быстрое увеличение трудовой занятости их членов в результате как полной ликвидации безработицы, так и в еще большей мере включения в общественное производство не работавших прежде женщин. Однако главным источником повышения уровня жизни семей рабочих был рост заработной платы. Несмотря на значительные экономические трудности, народные правительства европейских социалистических стран уже в первые послевоенные годы многое сделали для упорядочения системы заработной платы, ее общего роста, повышения минимальных ставок.

В эти же годы стала быстро возрастать роль общественных фондов потребления в доходах населения. В ГДР расходы государственного бюджета на социальное страхование и выплату пенсий увеличились с 1950 по 1960 г. более чем вдвое. В 1948—1960 гг. в Чехословакии общая сумма выплаченных пенсий выросла в 3,2 раза, при этом средний размер месячной пенсии увеличился не только абсолютно, но и относительно средней заработной платы

¹ «Szabad Nep», 5.XI.1950.

134 рабочих и служащих. Доплаты на детей увеличились с 1948 по 1960 г. в 5,5 раза ¹.

Еще значительнее были достижения в тех областях благосостояния, которые обеспечиваются развитием сферы социально-культурного обслуживания (просвещения, здравоохранения и т. д.). Была проделана огромная работа по расширению и демократизации системы народного образования. Разумеется, в различных странах решаемые в этой связи задачи были неодинаковы как по характеру, так и по масштабам. Так, в Чехословакии и Германии, где в 30-х годах почти не было неграмотных, а средний уровень образования превышал 6 лет школьного обучения, в центре внимания оказалось совершенствование существующей системы образования, вовлечение в ее высшие звенья молодежи из рабочей среды. В других странах этого региона, где в трудовых слоях населения было много неграмотных (в Польше — 23%, в Болгарии — почти 28%, в Румынии — 39%, в Югославии — почти 45%), первоочередной была задача ликвидации массовой неграмотности и всеобщего охвата подрастающих поколений начальным и неполным средним образованием ².

Массовая неграмотность была ликвидирована в большинстве стран этого региона на протяжении 50-х годов; повсеместно абсолютное большинство детей 7—10 (11)-летнего возраста посещало начальную школу, а к концу этого десятилетия обязательный уровень образования был повышен до 7—8 лет обучения.

Не менее существенными были сдвиги в организации здравоохранения: росли ассигнования (например, в ГДР в 1951—1960 гг. более чем в 3 раза) ³, увеличивалась численность врачей, вводились в строй новые или расширялись старые больницы (хотя тогда общество и не могло полностью удовлетворить потребности в медицинском обслуживании населения). Еще важнее, что этот количественный рост происходил в качественно новой ситуации — в условиях демократизации системы здравоохранения (главным элементом которой было введение бесплатной медицинской помощи).

Массовой стала и система общественного дошкольного воспитания детей (которая к тому же развивалась на принципах бесплатного или льготного обслуживания). Процесс этот характеризуют, в частности, следующие данные: в Венгрии число мест в детских

¹ См. «Карманный статистический справочник ГДР. 1977», с. 99; «Statistická ročenka ČSSR. 1980», s. 22.

³ См. «Карманный статистический справочник ГДР. 1977», с. 99.

135 садах увеличилось (на 100 детей в возрасте 3—6 лет) с 20 в 1952 г. до 30 в 1960 г.; в ГДР — с 34 в 1955 г. до 46 в 1960 г.; в Чехословакии — с 20 в 1948 г. до 28 мест в 1960 г.¹ Это в свою очередь помогало активнее вовлекать неработающих женщин в общественное производство.

Конечно, несмотря на бесспорные успехи, преимущества социализма перед капитализмом в повышении уровня жизни рабочего класса, всех трудящихся в течение переходного периода еще не раскрылись — и не могли раскрыться — со всей полнотой. Главные причины этого — объективные трудности, обусловленные низкой исходной базой развития большинства европейских социалистических стран, разрушениями в годы второй мировой войны, сознательными жертвами во имя скорейшего построения материально-технической базы социализма. К тому же в процессе социалистических преобразований трудящимся этих стран приходилось расходовать много сил и большие средства на ликвидацию попыток империалистических кругов всячески затруднить строительство нового общества (разжигая военную истерию в духе пресловутой «холодной войны», дискриминируя социалистические страны в сфере международной торговли и т. д.).

Важнейшими предпосылками и одновременно следствием революционных преобразований, осуществлявшихся в странах Центральной и Юго-Восточной Европы в период перехода от капитализма к социализму, были упрочение политической власти рабочего класса — диктатуры пролетариата, слом буржуазной государственной машины, становление политической системы социалистического общества.

Задача замены буржуазной государственной машины новым, социалистическим аппаратом власти и управления решалась по-разному — в соответствии с тем, каким было политическое положение той или иной страны в годы второй мировой войны. Так, например, в Польше, как отмечал В. Гомулка, у коммунистов «на пути к государственной власти не было необходимости свергать старый государственный аппарат, так как в это время такой аппарат вообще не существовал. Перед нами стояла лишь задача построения нового государственного аппарата, так как старый, довоенный аппарат был разбит и погребен под развалинами немецкой оккупации, а оккупационный аппарат был ликвидирован одновременно с разгромом немецких захватчиков»².

¹ См. «Венгерский статистический справочник. 1973», с. 39; «Карманный статистический справочник ГДР. 1977», с. 111, 127; «Statistická ročenka ČSSR. 1980», s. 38, 94.

² В. Гомулка (Веслав). О деятельности ЦК Польской рабочей партии. — «Информационное Совещание представителей некоторых компартий в Польше в конце сентября 1947 года». М. 1948, с. 98.

136 Основная часть работы по кардинальному обновлению всей государственной системы в странах этого типа была осуществлена еще до установления в них диктатуры пролетариата и даже (как, например, в Югославии и Албании) в ходе освободительной войны против фашизма. В других странах — там, где обострение классовой борьбы произошло уже после их освобождения от фашизма (в Чехословакии, Венгрии, Румынии, Болгарии), — этот процесс продолжался более длительное время, завершившись уже на социалистическом этапе революции.

В одних странах разрушению подвергалась вся система политических учреждений (прежде всего в восточных областях Германии, где никакие «детали» гитлеровской государственной машины не могли быть использованы в интересах демократического и социалистического развития страны); в других некоторые из довоенных политических структур были использованы для сплочения народных масс вокруг рабочего класса и упрочения нового строя.

Основу нового, социалистического государственного аппарата составили возникшие в ходе антифашистской борьбы самодеятельные организации трудящихся — такие, как национальные комитеты и заводские советы в Чехословакии. Эти организации, как говорил видный деятель чехословацкого рабочего движения А. Запотоцкий, были «важнейшим фактором в деле строительства нашего нового государства» ¹. Опираясь на них, коммунистические и рабочие партии совместно с союзническими партиями и массовыми организациями формировали разветвленную сеть учреждений, призванных обеспечивать от имени трудящихся и в их интересах управление административными делами, хозяйственным и культурным строительством.

Особенностью становления политической системы социализма в странах этого региона стало объединение всех политических и общественных организаций трудящихся в рамках Народных фронтов. Такие объединения, возникшие еще в период антифашистской, национально-освободительной войны, были обусловлены и необходимостью, и возможностью широкого включения трудящихся в практику революционного обновления общества. Постепенный переход к социалистическому этапу революции позволил объединить в рамках Народного фронта, функционирующего уже на социалистической платформе, подавляющее большинство населения независимо от социальной и политической принадлежности, отношения к религии и т. п. ²

Официальные названия этих организаций были различными в

¹ Цит. по: «История Чехословакии», т. III, с. 448.

² Подробнее см.: Л. С. Ягодовский. Народный фронт в европейских странах социализма. М., 1968; И. П. Ильинский. Политическая организация социалистического общества. М., 1976.

137 зависимости от исторической традиции: в Болгарии — Отечественный фронт, в Венгрии — Отечественный народный фронт, в ГДР и Чехословакии — Национальные фронты, в Польше — Фронт единства народа, в Румынии — Фронт народной демократии, в Югославии — Социалистический союз трудового народа. Достаточно разнообразными были и организационные структуры Народных фронтов. В Болгарии и Югославии они строились на основе индивидуального членства, а их органы в центре и на местах создавались на базе выборности. В Польше и Чехословакии сложилась практика делегирования представителей общественных организаций и политических партий в органы фронтов. Наконец, в ГДР, Венгрии и Румынии применялись оба этих метода.

Важнейшими функциями Народных фронтов стали организация выборов в органы государственной власти, подбор и согласование выдвигаемых кандидатур, проведение массовых обсуждений важнейших политических решений, контроль за выполнением наказов избирателей, а также местных избирательных программ. Организации Народных фронтов, как правило, принимали активное участие и в решении проблем, связанных с повседневными нуждами населения, — благоустройства населенных пунктов, развития сферы обслуживания, культурной жизни, совершенствования систем образования и здравоохранения.

В тех социалистических странах, где политической системе присуща многопартийность, Народные фронты играли важную роль организационной формы союза и совместных действий коммунистических и некоммунистических партий. Но и там, где действовала только одна коммунистическая (рабочая) партия, Народные фронты также являлись формой политического союза коммунистов с беспартийной массой населения.

О значении этой формы организации и активизации широких масс трудового народа в странах с однопартийной политической системой свидетельствует, в частности, опыт развития социалистической демократии в Венгрии после событий 1956 г. Извлекая уроки из этих событий и принимая меры для консолидации венгерского общества на платформе социализма, для максимальной демократизации общественной и государственной жизни, руководство возрожденной марксистско-ленинской партии рабочего класса — ВСРП многое сделало для реорганизации и оживления Отечественного народного фронта. Оживление деятельности его организаций стало составной частью той политической линии ВСРП на сплочение большинства народа вокруг рабочего класса, которая проводилась под лозунгом «Кто не против нас, те с нами» ¹.

¹ Этот лозунг был сформулирован Я. Кадаром, который вместе с тем подчеркивал, что эта установка «касается не идеологии, а отношений между людьми» (Я. Кадар. Избранные статьи и речи (май 1960 — апрель 1964 г.). М., 1964, с. 320).

138 Дееспособность Народных фронтов во многом определялась тем, что в них активно участвовали профсоюзы, в рядах которых после победы социалистических революций объединилось подавляющее большинство рабочих и служащих. В свою очередь органичное включение профсоюзов в деятельность Народных фронтов конкретизировало их положение и роль в политической системе социализма, самый механизм их участия в ее функционировании.

Важным фактором складывания в этих странах социалистической государственности было принятие новых конституций, соответствующих специфике переходного периода: в 1946 г. в Югославии и Албании, в 1947 г. в Болгарии, в 1948 г. в Румынии и Чехословакии, в 1949 г. в Венгрии и ГДР, в 1952 г. в Польше (в Румынии в 1952 г. был принят новый Основной закон, отразивший значительные успехи в деле построения основ социализма) ¹.

* * *

Успехи в политическом, социально-экономическом и культурном развитии большинства стран Центральной и Юго-Восточной Европы, достигнутые к концу 50-х — началу 60-х годов, свидетельствовали о том, что задачи переходного периода были там в основном решены. На этой базе коммунистические и рабочие партии вырабатывали стратегию дальнейшего движения — от социализма, построенного в основном, к социализму зрелому, развивающемуся на собственной основе. Вместе с тем, как показал опыт истории, некоторые из оценок уровня социально-экономического и политического развития стран этого региона, достигнутого к концу 50-х — началу 60-х годов, оказались чрезмерно оптимистичными, во всяком случае завышенными. Такого рода ошибки в оценке социально-экономической и политической ситуации могут привести — и действительно приводили — к существенным «сбоям» в социалистическом строительстве. Об этом особенно убедительно свидетельствовал политический кризис 1968—1969 гг. в Чехословакии, одной из существенных предпосылок которого было как раз преувеличение успехов, достигнутых в ходе социалистических преобразований ².

Этим воспользовались враждебные социализму силы, составившие, по определению, данному в 1970 г. новым руководством КПЧ, «широкую антикоммунистическую коалицию». Одной из важных

¹ Подробнее см.: И. П. Ильинский. Конституции мира и социализма. Из опыта конституционного строительства в европейских социалистических странах. М., 1967.

² См. «XIV съезд Коммунистической партии Чехословакии». М., 1972; «Уроки кризисного развития в Компартии Чехословакии и обществе после XIII съезда КПЧ. Документ, принятый на Пленуме ЦК КПЧ в декабре 1970 г.». М., 1971.

139 предпосылок выработки политики, направленной на преодоление кризиса и дальнейший прогресс социализма в Чехословакии, была как раз реалистическая оценка как успехов, достигнутых в ходе строительства нового общества, так и недостатков и ошибок, допускавшихся в процессе этого строительства.

Вообще в 60-е годы и даже в последующие десятилетия народам европейских социалистических стран наряду с задачами построения развитого социализма было необходимо решать также задачи, относящиеся по сути дела к переходному периоду и ранним этапам упрочения нового строя. В меньшей степени это было характерно для экономической сферы, в большей — для сфер социальных отношений и особенно массового сознания.

СПЕЦИФИКА ПЕРЕХОДА К СОЦИАЛИЗМУ СТРАН С НИЗКИМ ИСХОДНЫМ УРОВНЕМ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ​

Одним из факторов развития мировой системы социализма было вступление на путь социалистических преобразований группы стран Восточной и Юго-Восточной Азии. А на рубеже 50-х и 60-х годов — после победы социалистической революции на Кубе — этот процесс начался и в Латинской Америке.

То, что народы Монголии, затем Китая, Кореи и Вьетнама, а позднее Кубы, Лаоса, Кампучии, свергнув колониальные или полуколониальные режимы и отстранив от власти эксплуататоров, приступили к строительству социалистического общества, убедительно доказывает огромную притягательную силу идей социализма. В свою очередь практические результаты осуществленных в них преобразований свидетельствуют, что только социалистическая ориентация способна вывести страны с низким уровнем социально-экономического развития на магистральный путь социального прогресса.

Вместе с тем переход таких стран к социализму связан с необходимостью преодолевать чрезвычайно сложные препятствия, обусловленные прежде всего низким уровнем развития производительных сил при доминировании подчас архаических форм производства и неразвитости общественного разделения труда, при господстве или преобладании феодальных и полуфеодальных или даже дофеодальных общественных отношений. В этих странах на досоциалистическом этапе их истории почти отсутствовала фабрично-заводская промышленность (или она была локализована в немногих городах и имела однобокий характер, будучи приспособленной к экономике развитых капиталистических государств). Соответственно там либо отсутствовал, либо был крайне малочисленным современный промышленный пролетариат. Только в Корее

140 и Вьетнаме сложились относительно многочисленные кадры промышленных рабочих. Но и здесь, во-первых, они занимали небольшое место в социальной структуре населения, а, во-вторых, промышленный пролетариат и в Корее, и во Вьетнаме понес столь значительные потери в ходе сопротивления империалистической агрессии, что после победы он начал формироваться практически заново.

В армии наемного труда в этой группе стран преобладали работники, занятые в раздробленном и технически отсталом производстве дофабричного и даже домануфактурного типа, при высоком удельном весе в обществе пауперизированных и люмпен-пролетарских масс. В населении этих стран абсолютно преобладали крестьяне-земледельцы, а в Монголии — араты-скотоводы и кочевники.

Тем не менее развитие этих стран по социалистическому пути стало возможным потому, что в условиях современной эпохи не только «крупная промышленность в мировом масштабе есть» ¹, но и капитализм утратил свою монополию на международной арене, поскольку возникла мировая социалистическая система, на растущую мощь которой опираются многие народы, покончившие с колониальным и полуколониальным прошлым. И это в определенной мере компенсирует неразвитость или слабую развитость объективных предпосылок перехода этих народов к социализму.

В годы второй мировой войны, особенно после поражения германского фашизма и японского милитаризма, революционное движение в странах Востока получило мощный импульс. Борьба за национальную независимость и ликвидацию отсталых форм общественного устройства приобрела всенародный характер, а завоевание политической власти в некоторых из этих стран позволило силам революции, возглавляемым коммунистическими партиями, встать на социалистический путь развития.

По мере продвижения по этому пути, первоначальные этапы которого в рассматриваемой группе стран неизбежно отличаются длительностью и своеобразием решаемых задач, создаются и крепнут новые социально-экономические отношения, все более соответствующие интересам социализма. Самое же главное — постепенно складывается рабочий класс, без которого эта задача вообще не может быть решена. Однако формируется он из социальных слоев, связанных по преимуществу с мелким производством и своей предшествующей социальной практикой не подготовленных к осуществлению социалистических преобразований.

Тем большая ответственность за движение по этому пути, за то, чтобы оно вело к намеченной цели, ложится на революционные, марксистские партии и группы, которые должны, по словам

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, с. 310.

141 В. И. Ленина, «перевести истинное коммунистическое учение, которое предназначено для коммунистов более передовых стран, на язык каждого народа» ¹ и проводить продуманную, осторожную политику, способную предотвратить и преодолеть неизбежные колебания, неуверенность, шатания, экстремизм непролетарских и полупролетарских слоев населения, обеспечить поддержку ими рождающихся социалистических отношений. И хотя не всегда этим партиям и группам удавалось предотвратить воздействие на их деятельность иллюзий, нетерпеливости, национализма непролетарских масс, в целом ленинская концепция перехода к социализму, минуя капиталистическую стадию развития, получила реальное воплощение в Монголии и Корейской Народно-Демократической Республике, во Вьетнаме, на Кубе, в Китае (несмотря на значительные отклонения от принципов научного коммунизма и пролетарского интернационализма в теоретических воззрениях и в политической практике КПК). На путь развития, ведущий к социализму, встали Лаос и Кампучия, ряд других стран Азии, Африки, Латинской Америки.

* * *

В Монголии, после того как к концу 30-х годов были выполнены задачи антифеодальной и антиимпериалистической революции 1921 г., был провозглашен курс на строительство основ социализма, к осуществлению которого Монгольская Народная Республика приступила после поражения фашистской Германии и милитаристской Японии. С конца 40-х годов, когда был разработан первый пятилетний план развития народного хозяйства МНР (1948—1952 гг.), Монгольская народно-революционная партия (МНРП) предприняла решительные усилия по формированию современного рабочего класса.

На этом пути пришлось преодолеть немалые объективные трудности: малочисленность и разреженность населения (которое в 1960 г. не достигало и 1 млн. человек), нехватку трудовых ресурсов (поскольку большинство трудоспособных было занято в малопроизводительных индивидуальных хозяйствах скотоводов-аратов), сильное влияние традиций кочевого образа жизни. Последнее обстоятельство порождало большую текучесть рабочей силы, особенно в современных отраслях народного хозяйства ².

Формирование рабочего класса МНР ускорилось в 50-х годах под влиянием трех основных факторов: во-первых, широкие масш-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, с. 330.

² См. Б. Тудэв. Формирование и развитие рабочего класса МНР. М., 1968, с. 41.

142 табы приняло осуществлявшееся с помощью Советского Союза строительство промышленных предприятий, способствовавшее формированию современного народнохозяйственного комплекса; во-вторых, была проведена коллективизация аратства; в-третьих, принципиально новых рубежей достигло культурное развитие монгольского народа.

Процесс кооперирования в сельском хозяйстве начался сразу же после окончания первой пятилетки и был завершен в 1959 г. В результате была высвобождена часть сельской рабочей силы для использования ее в промышленности. Вместе с тем массовое пополнение рабочего класса в 50—60-х годах отличалось от предшествующих лет. И хотя по-прежнему «приучить вчерашнего скотовода, привыкшего к индивидуальному кочевому хозяйствованию и примитивным орудиям труда, к работе у станка и современной технике было делом нелегким» ¹, все же приходившая в промышленность молодежь была несравнимо более грамотной и более подготовленной в идейно-политическом отношении к труду в индустриально организованном производстве. Поэтому все большая часть тружеников промышленности воспринимала идеологию рабочего класса, работала производительно, дисциплинированно, выполняя и перевыполняя плановые задания, участвовала в социалистическом соревновании, повышала квалификацию. Лишь меньшую их часть составляли люди, временно ставшие рабочими. Численность рабочих и служащих в сфере материального производства возросла с 14,8 тыс. в 1940 г. до 28,2 тыс. в 1950 г. и 66,2 тыс. в 1960 г.

Огромное значение имел тот факт, что с тех пор, как в 1947 г. было принято решение об обязательном начальном образовании в сельской местности и 7-летнем в городах, страна постепенно покрылась сетью общеобразовательных школ. Молодые араты, имевшие начальное образование, став рабочими, продолжали обучение в вечерних школах. В отличие от прошлого привычным явлением стал рабочий, читающий газеты, журналы и книги.

В марте 1958 г. на XIII съезде МНРП было констатировано, что Монголия превратилась из животноводческой страны в аграрно-индустриальную. В 1961 г. XIV съезд поставил новую цель — стать индустриально-аграрной страной. В четвертой Программе МНРП, принятой в 1966 г., главной экономической задачей республики провозглашено завершение создания материально-технической базы социализма и построение социалистического общества.

Об успехах в реализации этой программы свидетельствуют следующие данные: в начале 80-х годов национальный доход более

¹ Б. Тудэв. Указ. соч., с. 117.

143 чем в 2,5 раза превышал его объем в 1960 г., промышленность выпускала продукции в 6,5—7 раз больше, общий объем капитальных вложений в народное хозяйство вырос в 7 с лишним раз. Численность рабочих и служащих выросла более чем вдвое. Доля трудящихся, занятых в сельском и лесном хозяйстве, снизилась с 61% в начале 60-х годов до 38% в начале 80-х, а доля занятых в индустриальных отраслях повысилась с 23 до 30%, в отраслях социально-бытового и социально-культурного обслуживания — с 16 до 32% ¹.

Существенно изменился весь облик страны. В начале 60-х годов удельный вес горожан составлял несколько более 40% населения, а в 1980 г. превысил 51%. Кочевой образ жизни уже в 60-х годах вело менее половины населения республики. Доля рабочих и служащих в населении МНР за эти годы возросла с 46,5 до 61,7%. В обобществленное производство оказалась вовлеченной значительная часть женщин. Так, если в 1960 г. они составляли менее 31% общей численности рабочих и служащих, то в начале 80-х годов этот показатель приблизился к 48% ².

Для развития рабочего класса большое значение имело то обстоятельство, что воспроизводство рабочей силы в промышленности все в большей мере осуществлялось на базе городского населения. Доля рабочих второго поколения составляла в середине 70-х годов ²/₅ всех работников крупных промышленных предприятий. 70% рабочих было моложе 35 лет, более 50% имели образование выше неполного среднего, 67,4% — квалификационные разряды ³.

И хотя в процессе развития рабочего класса МНР приходится решать немало задач (связанных, в частности, со все еще большой текучестью кадров, простоями на производстве, недостаточным качеством производимой продукции, недоиспользованием современного оборудования, несоответствием уровня дисциплины и ответственности рабочего за свою работу требованиям, диктуемым современным производством), все же быстрый рост численности, уровня общего и профессионального образования рабочих, концентрация населения в городах, приобщение сельского населения к городской промышленной цивилизации, равно как и их вовлечение в управление производственными процессами, решение технических и социальных проблем предприятий, означают, что рабочий класс становится ведущей силой социалистического развития Монголии.

¹ См. «Статистический ежегодник стран — членов СЭВ. 1982». М., 1982, с. 20, 380.

³ См. «Роль монгольских профсоюзов в строительстве социализма». М., 1976, с. 5, 8.

144 * * *

Разгром милитаристской Японии при решающей роли Советской Армии положил конец японскому господству в Корее. Освобождение послужило важной предпосылкой развития здесь демократических и социалистических преобразований, приведших к возникновению в 1948 г. Корейской Народно-Демократической Республики.

Уже в конце 1945 г. в северных районах Кореи начали функционировать народные комитеты, создававшиеся на коалиционном принципе из представителей вышедших из подполья демократических групп. Они взяли в свои руки функции управления, а также руководство секвестрованной военной промышленностью. Обеспечивая охрану общественного порядка, снабжение населения, народные комитеты с осени 1945 г. приступили к конфискации земель, принадлежавших японским помещикам и коллаборационистам, безвозмездно передавая их безземельным крестьянам и батракам, начали вводить рабочий контроль на предприятиях и следить за ограничением арендной платы за землю.

В стране быстро развивалась и политическая жизнь. 10 октября 1945 г. в Пхеньяне развернуло деятельность Северокорейское оргбюро Коммунистической партии Кореи. Тогда же возникли близкая по своей платформе к коммунистам Новая народная партия Северной Кореи, опиравшаяся на мелкое крестьянство и прогрессивную интеллигенцию, Социал-демократическая партия Кореи, отражавшая главным образом интересы мелкой и средней буржуазии, а также партия Чхондогё-Чхонудан, придерживавшаяся религиозно-демократической ориентации. Началось формирование единых профсоюзов, Демократического союза молодежи, Демократического союза женщин, Крестьянского союза Северной Кореи, преобладающим влиянием в которых с самого начала пользовались коммунисты. Все эти организации вошли в Единый демократический отечественный фронт Кореи, объединивший к середине 1946 г. более 5 млн. человек.

Мощный революционный подъем после капитуляции милитаристской Японии имел общенациональный характер. Однако развитие революционного процесса в Южной Корее серьезно осложнилось после того, как на ее территории высадились американские войска. В противовес демократическому движению американские оккупационные власти приступили к сплочению контрреволюционных сил и вопреки достигнутым соглашениям взяли курс на раскол Кореи.

В конце 1945 г. в Пхеньяне на базе Единого демократического отечественного фронта Северной Кореи был сформирован Временный народный комитет Северной Кореи (ВНКСК), взявший на себя функции высшего органа власти на севере страны. В основу его деятельности была положена выдвинутая коммунистами про-

145 грамма, предусматривавшая достижение полной национальной независимости, обеспечение гражданских прав и свобод населения, развертывание борьбы с реакцией, конфискацию земель, принадлежавших японцам и коллаборационистам, национализацию крупной промышленности, банков и транспорта.

В феврале 1946 г. ВНКСК принял закон о проведении аграрной реформы. Ее осуществление привело к глубоким социальным сдвигам. Был полностью ликвидирован класс помещиков — наиболее реакционная сила корейского общества, ослаблены экономические позиции кулачества, существенно улучшилось экономическое положение и усилилась политическая активность трудящегося крестьянства.

В основу экономических отношений государства с крестьянством был положен единый натуральный сельскохозяйственный налог, оставлявший в руках крестьян излишки произведенной продукции. Тем самым создавались условия для быстрого решения продовольственного вопроса, укрепления экономической смычки города и деревни, а на этой основе и политического союза рабочего класса и крестьянства¹.

Была осуществлена также серия мероприятий по улучшению положения рабочего класса. Впервые в истории страны на предприятиях и в учреждениях был введен 8-часовой рабочий день, определены законодательные гарантии прав трудящихся. Для страны, освободившейся от колониального ига, первостепенное значение имела реформа образования, и прежде всего введение обучения на родном языке.

В августе 1946 г. был принят закон о национализации недр, ключевых отраслей промышленности и банковской системы. Осуществление этой меры облегчалось тем, что значительная часть крупнокапиталистической собственности принадлежала японским владельцам и еще ранее была секвестрована. В ходе практического осуществления закона в руки государства перешло более тысячи предприятий, на долю которых приходилось около 90% промышленной продукции Северной Кореи. Был создан также государственный центральный банк, введена монополия внешней торговли.

Вместе с тем ВНКСК принял специальное постановление об охране частной собственности и мерах поощрения частной инициативы в промышленности и торговле. Такая политика не только облегчала решение экономических проблем, встававших перед страной, но и открывала наиболее безболезненную перспективу приобщения промежуточных слоев города к новым политическим условиям.

¹ Подробнее см.: Б. В. Щетинин. Демократические преобразования в Северной Корее и образование Корейской Народно-Демократической Республики.— «Корейская Народно-Демократическая Республика». М., 1954, с. 220—257.

146 Проведение коренных социально-экономических преобразований заложило прочную базу народно-демократического строя. В борьбе за их осуществление сложились условия для дальнейшего сплочения революционного авангарда трудящихся. В августе 1946 г. состоялся I Учредительный съезд, на котором Коммунистическая и Новая народная партии объединились на основе принципов марксизма-ленинизма в Трудовую партию Северной Кореи *.

В конце 1946 и начале 1947 г. состоялись всеобщие выборы народных комитетов, приведшие к созданию в Северной Корее системы постоянных органов народной власти. В феврале 1947 г. первый съезд народных комитетов избрал высший законодательный орган Северной Кореи — Народное собрание. Был сформирован и Народный комитет Северной Кореи, начавший выполнять правительственные функции.

Процесс консолидации народной власти в северной части страны проходил на фоне резкого обострения ситуации в Южной Корее. Ответом на наступление американской администрации на демократические силы явились массовые демонстрации и забастовки, крестьянские волнения. В сентябре 1946 г. в Южной Корее была объявлена всеобщая забастовка железнодорожников, поддержанная не только другими отрядами рабочих, но и значительной частью крестьянства и интеллигенции. Забастовщики требовали немедленного прекращения военно-полицейского террора, восстановления власти народных комитетов, реализации международных соглашений об объединении Кореи. Оккупационные власти были вынуждены маневрировать: они удовлетворили некоторые экономические требования трудящихся, дали согласие на формирование национальных органов местной администрации. Одновременно по стране прокатилась волна вооруженного террора ¹. Ответом на него явилась новая всеобщая забастовка южнокорейских рабочих, поддержанная массовыми выступлениями крестьян, учащихся, представителей других слоев населения. Протест против расчленения страны поддержал ряд буржуазных партий и группировок Южной Кореи.

Тем не менее в августе 1948 г. было провозглашено образование сепаратной «Корейской республики». Ее марионеточное правительство поспешило заключить с Соединенными Штатами ряд кабальных соглашений, ставивших Южную Корею под полный контроль американского империализма. В ответ представители политических партий и организаций Северной и Южной Кореи приняли решение провести на всей территории страны всеобщие выборы,

* С 1949 г. Трудовая партия Кореи.

¹ См. Ф. Я. Шабшина. Захватническая политика США в Корее и борьба народных масс Южной Кореи за независимость (август 1945 — июнь 1950 г.). — «Корейская Народно-Демократическая Республика», с. 280.

147 создать единое Верховное народное собрание и центральное правительство из представителей Севера и Юга.

Всеобщие выборы в конце августа 1948 г. продемонстрировали волю трудящихся страны к ее объединению на демократической основе. На севере страны, где выборы осуществлялись путем прямого, равного и тайного голосования, подавляющее большинство избирателей высказалось за кандидатов Единого демократического отечественного фронта. Несмотря на террор, оккупационным властям и их марионеткам не удалось сорвать проведение выборов и в южной части страны. В целом в Верховное народное собрание Кореи было избрано 212 депутатов от Севера и 360 — от Юга, представлявших различные слои населения, за исключением крупных капиталистов и торговцев, помещиков, а также марионеточной военно-бюрократической верхушки. На первом заседании 9 сентября 1948 г. Верховное народное собрание провозгласило создание Корейской Народно-Демократической Республики, приняло ее конституцию, утвердило состав правительства во главе с Ким Ир Сеном.

Дальнейший процесс демократических преобразований в Северной Корее, подготавливавших почву для перехода к социалистическому этапу развития, был нарушен из-за войны, развязанной летом 1950 г. южнокорейской военщиной при поддержке американских интервентов. Несмотря на героическое сопротивление, корейские патриоты не смогли сдержать натиск значительно превосходящих сил врага. К октябрю 1950 г. американские интервенты и их сателлиты заняли бо́льшую часть территории КНДР и вышли на корейско-китайскую границу. Возникла непосредственная опасность для Китайской Народной Республики. В этот момент решающее влияние на ход событий оказала твердая позиция социалистических стран, прежде всего СССР и КНР. Их помощь народу КНДР привела к коренному перелому в ходе войны. Интервенты были отброшены в район 38-й параллели, откуда началась агрессия. И хотя последующие переговоры о перемирии затянулись вплоть до лета 1953 г., крах американской интервенции был предрешен.

В результате военных действий промышленное производство в КНДР, которое в 1949 г. вышло на довоенный уровень, сократилось на ¹/₃, численность рабочих и служащих уменьшилась на ¹/₄ ¹. Соответственно был существенно затруднен процесс формирования и развития рабочего класса. Он осложнялся и тем, что большинство рабочих вступило в ряды Народной армии и ушло на фронт; многие из них погибли во время военных действий, а мно-

¹ «Хэбанху ури нарый инмин кенчже пальчон» («Развитие народного хозяйства нашей страны после освобождения»). Пхеньян, 1960, с. 98; «Кенчже консоль», 1956, N 5, с. 25.

148 гие остались в рядах вооруженных сил. На их места пришли крестьяне и разорившиеся городские мелкие собственники.

Важной вехой в развитии страны стал VI Пленум ЦК ТПК, состоявшийся в августе 1953 г. Он выработал основные направления послевоенного развития страны, поставил цель сначала достигнуть и превзойти довоенный уровень производства, а затем заложить основы социалистической индустриализации.

В решениях Пленума особая роль отводилась сельскому хозяйству. Разрушенное войной хозяйство крестьян не было в состоянии обеспечить даже простое воспроизводство. ТПК выдвинула курс на социалистическое преобразование деревни — кооперирование крестьянских хозяйств. К концу 1954 г. в КНДР насчитывалось более 10 тыс. кооперативов, которые объединяли почти треть всех крестьянских хозяйств. В том же году на основе обобщения опыта первого этапа кооперирования принимается решение о массовой коллективизации. Одновременно был осуществлен ряд мер по повышению производительности труда в кооперированной деревне. К концу 1956 г. в кооперативы вошло более ⁴/₅ всех крестьянских дворов, выросло количество госхозов, была расширена сеть машинопрокатных станций, начато в больших масштабах ирригационное строительство.

В ходе восстановления и развития экономики росла численность рабочих. Почти весь рабочий класс оказался сосредоточенным в государственном секторе, так как подавляющее большинство не только крупных и средних, но и мелких частных предприятий из-за разорения их владельцев в ходе войны перестало существовать. Рост промышленности в 50-х годах происходил главным образом за счет мелких государственных и кооперативных предприятий в основном легкой промышленности ¹. На этих предприятиях, количество которых быстро росло, работали по преимуществу вчерашние крестьяне.

Конкретный анализ экономического положения в стране позволил ТПК провозгласить курс на социалистическую индустриализацию и техническую реконструкцию народного хозяйства. В ходе осуществления первой пятилетки КНДР превратилась в индустриально-аграрное социалистическое государство. Удельный вес городского населения в 1960 г. составил 40,6%, на долю рабочих и служащих приходилось 52% всех занятых ². Уровень жизни рабочих превысил уровень жизни крестьян. С 1967 г. было

¹ «Чосон минчжучжуый инмин конхвагук инмин кенчже пальчон тхонкечжил. 1946—1960» («Статистический справочник по развитию народного хозяйства КНДР. 1946—1960»). Пхеньян, 1961, с. 37.

² «Чосон Чунан енгам 1961» («Центральный ежегодник Кореи»). Пхеньян, 1962, с. 322.

149 введено обязательное 9-летнее обучение, сочетающее общее образование с политехническим.

К началу 70-х годов страна превратилась в социалистическое индустриальное государство, а ее рабочий класс окончательно стал основной производительной силой общества.

Значение этих рубежей тем более велико, что их достижение требовало решения ряда специфических проблем, связанных с последствиями опустошительной войны и постоянной угрозой новой интервенции. Трудности усугублялись недостаточным развитием экономического сотрудничества со странами социалистического содружества.

В 70-х годах в КНДР было развернуто движение «за завоевание красного знамени трех революций»: идеологической, технической и культурной. Идеологическая революция должна была закрепить идею национальной самобытности. Техническая — призвана преобразовать профессиональный облик рабочего класса. Для этого на новый, более высокий уровень намечалось поднять социалистическое соревнование. Речь шла о необходимости повсеместного повышения квалификации, освоении смежных профессий, достижении взаимозаменяемости на рабочих местах, обмене опытом на индивидуальном и бригадном уровнях. В стране расширялось индивидуальное и коллективное техническое творчество. Передовые рабочие переходили в отстающие коллективы. Для обеспечения технической революции в деревне было увеличено производство сельскохозяйственной техники.

Ввиду достижения поголовной грамотности, а среди молодежи — всеобщего среднего образования в ходе культурной революции была поставлена задача расширить масштабы коллективного досуга и отдыха трудящихся. Повсеместно стали практиковаться коллективные посещения музеев, театральных постановок, выставок, кинофильмов с обязательным последующим обсуждением увиденного. О результатах, полученных в ходе трех революций, рабочие отчитывались на еженедельных собраниях.

Основываясь на оценке достижений предшествующих десятилетий, и прежде всего 70-х годов, VI съезд ТПК (октябрь 1980 г.) поставил в качестве генеральной задачи на 80-е годы создание бесклассового общества на материально-технической базе социализма, обеспечивающей повышение материального и культурного уровня народа.

* * *

Коренной поворот в ходе второй мировой войны, близившееся поражение держав «оси» способствовали активизации революционных сил в странах Индокитайского полуострова — во Вьетнаме, Лаосе, Камбодже (Кампучии).

150 На всей территории Вьетнама в 1945 г. развернулась активная деятельность по созданию комитетов освобождения, призванных стать основой революционной власти. Состоявшаяся в августе 1945 г. всевьетнамская конференция народных представителей приняла решение о начале всеобщего вооруженного восстания, чтобы установить эффективный контроль над страной еще до высадки там англо-американских и французских войск¹. В течение нескольких дней эта задача была успешно решена: 19 августа власть перешла в руки революционных органов в Ханое, 25 августа — в Сайгоне. Избранный конгрессом народных представителей Комитет национального освобождения взял на себя функции Временного правительства. 2 сентября на массовом митинге в Ханое Хо Ши Мин от имени правительства провозгласил создание Демократической Республики Вьетнам (ДРВ) и зачитал Декларацию независимости.

В республике была установлена народная власть, опиравшаяся на систему национальных комитетов. Впервые в истории страны вводилось всеобщее избирательное право, провозглашались свобода печати, слова, собраний, религиозных верований, начал проводиться в жизнь принцип равенства всех национальностей Вьетнама. Для колониальной в прошлом страны исключительно важное значение имела перестройка всей системы образования и культурной жизни на основе вьетнамского языка. Народная власть улучшила положение рабочих, крестьян, трудовой интеллигенции. Демократическое устройство ДРВ в 1946 г. было закреплено первой конституцией республики². Однако вьетнамскому народу предстояло еще вести долгую и упорную борьбу в защиту завоеваний Августовской революции.

В сентябре 1945 г. на юге страны высадились английские войска, а вслед за ними и французский экспедиционный корпус, захвативший Сайгон и ряд других городов Южного Вьетнама. Колонизаторы пытались ликвидировать народные органы власти и возродить с помощью профранцузски ориентированных коллаборационистов оккупационный режим.

Столкнувшись с массовым сопротивлением, французская администрация пошла на заключение в марте 1946 г. временного франко-вьетнамского соглашения. Его условия были исключительно тяжелыми для Вьетнама, но они позволили сохранить важ-

¹ См. «50 лет деятельности Компартии Вьетнама». Ханой, 1980, с. 76—78.

² См. «Демократическая Республика Вьетнам. Конституция, законодательные акты, документы». М., 1955, с. 17—18. Подробнее о демократических преобразованиях, осуществленных после образования ДРВ, см.: «История Вьетнама в новейшее время (1917—1965)». М., 1970, с. 219—224.

151 нейшие завоевания революции и выиграть время для мобилизации сил сопротивления.

Важнейшей задачей, вставшей перед коммунистами, явилось дальнейшее укрепление единого национального фронта всех антиимпериалистических сил. Стремясь сорвать спекуляцию на антикоммунистических предрассудках, в ноябре 1945 г. Компартия Индокитая пошла на тактический шаг — обнародовала заявление о своем самороспуске и ушла в подполье, продолжая оттуда осуществлять руководство движением Сопротивления. Легально действовала лишь Группа по изучению марксизма ¹.

Массовой базой революционных сил служила созданная еще в 1941 г. Лига борьбы за независимость Вьетнама (Вьетминь), опиравшаяся на разветвленную систему местных обществ спасения родины. Стремясь к дальнейшему расширению фронта освободительных сил, Компартия в мае 1946 г. выступила с инициативой образования Национального союза Вьетнама (Лиенвьет), в который вошли представители многих не состоящих во Вьетмине политических, религиозных, общественных организаций, а также отдельные политические деятели. Вьетминь и Лиенвьет под руководством коммунистов за сравнительно короткий срок сумели добиться единства вьетнамского народа, без чего невозможно было отразить иностранную агрессию.

В январе 1946 г. в стране состоялись первые всеобщие выборы; в них приняло участие 90% избирателей, большинство которых высказалось за кандидатов, поддерживающих Вьетминь. Созданное в результате выборов Национальное собрание ДРВ сформировало коалиционное правительство Сопротивления, его председателем стал руководитель вьетнамских коммунистов Хо Ши Мин. Одновременно развернулся процесс создания единой системы демократических органов власти на местах — народных советов. Важным шагом на пути укрепления политической основы народной власти явилось образование в 1946 г. Всеобщей конфедерации труда Вьетнама, объединявшей к концу года 220 тыс. членов ².

Органы народной власти уделили большое внимание улучшению положения трудящихся. Были аннулированы крестьянские долги, существенно сокращена арендная плата за землю, в городах введен 8-часовой рабочий день для рабочих и служащих. Проводя активную социально-экономическую политику в интересах трудящихся, Компартия стремилась вместе с тем не отталкивать национальную буржуазию и даже часть помещиков от движения Сопротивления, привлекать их к делу экономического восстановления.

Осенью 1946 г. французская военщина, спровоцировав воору-

¹ См. «50 лет деятельности Компартии Вьетнама», с. 93.

² См. «Рабочий класс Вьетнама в национально-освободительной и социалистической революциях». М., 1982, с. 94.

152 женный инцидент в Ханое, развернула активные боевые операции против вьетнамской Народной армии. В ответ правительство ДРВ, решительно отклонив требование о капитуляции, призвало народ к общенародной войне Сопротивления ¹.

Существенную помощь борьбе вьетнамского народа оказало широкое антивоенное движение, организованное французскими коммунистами. Благотворное влияние на развитие освободительной борьбы имело образование в 1949 г. Китайской Народной Республики. Установление в 1950 г. дипломатических отношений с СССР, КНР и другими социалистическими странами значительно упрочило международное положение ДРВ, позволило ей получать необходимую экономическую и военную помощь, моральную поддержку.

К концу 1950 г. наметился перелом в ходе войны. Была освобождена бо́льшая часть территории пяти северовьетнамских провинций. Вместе с военными успехами укреплялась и политическая база новой власти, ее главная основа — союз рабочего класса и крестьянства ². Вместе с тем усилились колебания среди временных попутчиков революции, их стремления найти выход на путях компромиссов с империализмом. В этой ситуации сильнее стала проявляться и социальная направленность освободительной борьбы.

Важным рубежом в развитии освободительной войны вьетнамского народа стал собравшийся в феврале 1951 г. II съезд Коммунистической партии Индокитая, принявший решение о переходе партии на легальное положение и об образовании самостоятельных коммунистических организаций Вьетнама, Лаоса и Кампучии. Была образована Партия трудящихся Вьетнама ³. Программа ПТВ, принятая съездом, ставила задачу укрепления народной власти, дальнейшего сплочения всех патриотических сил — рабочих, крестьян, мелкой буржуазии, национальной буржуазии, а также патриотически и прогрессивно настроенной части землевладельцев. Вместе с тем обращалось внимание и на необходимость более тесной увязки борьбы за национальное и социальное освобождение. В частности, была отмечена необходимость активизировать искоренение остатков феодализма, развивать народную демократию и переходить к созданию основ социализма. Вскоре на Всевьетнамском конгрессе народных представителей было осуществлено слияние Вьетминя и Лиенвьета в единый национальный

¹ Подробнее см.: «Вьетнам в борьбе». М., 1981, с. 78—79.

³ См. «50 лет деятельности Компартии Вьетнама», с. 116—118.

153 фронт Вьетнама, принявший название Лиенвьет и представлявший более 10 млн. человек.

В социальной политике партии наметился поворот от курса на ограничение помещичьего землевладения к его постепенной ликвидации. Аграрная реформа осуществлялась поэтапно, с учетом особенностей отдельных районов и, начавшись в 1953 г., была завершена в 1957 г. В результате ее проведения усилились позиции ПТВ в деревне.

Усиление внутреннего единства сил Сопротивления стало основой их военных успехов в борьбе с оккупантами. Весной 1954 г. в ходе боев за Дьенбьенфу вьетнамская Народная армия добилась крупной победы над войсками колонизаторов. В правящих кругах Франции стало расти понимание бесперспективности военного вмешательства во Вьетнаме. Свою роль в этом сыграло и дальнейшее усиление массового движения французских трудящихся против «грязной войны» во Вьетнаме, организованного Французской коммунистической партией. Очень велико было значение усилий СССР и других социалистических стран, направленных на прекращение агрессии. Под влиянием этих факторов летом 1954 г. были подписаны Женевские соглашения, обеспечившие восстановление мира в Индокитае. Объединение страны, которая разделялась на две части временной демаркационной линией, предполагалось осуществить путем проведения в июле 1956 г. всеобщих свободных выборов под международным контролем ¹. Однако вмешательство империалистических кругов США привело к образованию на юге страны марионеточной «Республики Вьетнам» и срыву Женевских соглашений о мирном объединении Вьетнама.

После прекращения колониальной войны во Вьетнаме на полностью освобожденном севере страны продолжалось решение задач народно-демократической революции. При помощи Советского Союза, других социалистических стран уже к концу 1957 г. в ДРВ было в основном восстановлено народное хозяйство; объем промышленного и сельскохозяйственного производства в целом достиг уровня довоенного 1939 г. Утвердилось государство народной демократии, выполнявшее историческую миссию диктатуры пролетариата.

В 1958—1960 гг. был успешно выполнен трехлетний план развития экономики и культуры республики. В эти годы широким фронтом происходили социалистические преобразования в различных отраслях, началась коренная перестройка социальной структуры общества. В результате утратили прежние позиции эксплуататорские классы, значительно окреп рабочий класс, начали складываться новые классы и социальные слои — кооперированное крестьянство и народная интеллигенция. Происшедшие

¹ См. «История Вьетнама в новейшее время», с. 262—266.

154 в обществе изменения получили законодательное закрепление в Конституции ДРВ 1959 г.

Курс ПТВ на переход Вьетнама — экономически отсталой аграрной страны — к социализму, минуя капиталистическую стадию, нашел конкретное воплощение в первом пятилетнем плане (1961—1965 гг.). Одновременно с укреплением и развитием кооперирования в деревне, дальнейшим обобществлением и реорганизацией городского мелкого производства началось осуществление программы индустриализации. Широкий размах получило культурное строительство, на службу народа были поставлены достижения науки и техники. Повысилось благосостояние трудящихся масс, быстрыми темпами развивались здравоохранение, образование, система социального обеспечения. В целом за 20 лет существования республики (1955—1975 гг.) в ДРВ удалось положить начало строительству социалистического общества ¹.

Однако этот процесс был серьезно осложнен агрессией американского империализма против Вьетнама. Благодаря самоотверженной борьбе вьетнамскому народу удалось отстоять свою свободу и независимость, защитить завоевания социалистической революции на Севере, завершить дело национального и социального освобождения на Юге. Ввиду ожесточенного характера и большой продолжительности (1960—1975 гг.) война имела крайне тяжелые последствия для всей страны. Она оказала разрушительное воздействие на экономику и общество, повлекла за собой огромные людские жертвы и большой материальный урон. Согласно оценкам, содержащимся в документах КПВ *, война задержала развитие ДРВ, ее продвижение к социализму на две-три пятилетки ². На Юге боевые действия и присутствие полумиллионного экспедиционного корпуса США усилили зависимый и неустойчивый характер экономики, породили глубокий кризис во всех областях жизни общества.

После освобождения Юга весной 1975 г. там развернулась большая работа по нормализации экономического и политического положения. Состоявшиеся в апреле 1976 г. выборы в Национальное собрание единого Вьетнама продемонстрировали общую волю вьетнамского народа к воссоединению страны на основе национальной независимости и социализма. На первой сессии Национального собрания 2 июля 1976 г. воссоединенной стране было дано название Социалистическая Республика Вьетнам.

IV съезд Компартии Вьетнама, состоявшийся в декабре 1976 г.,

¹ См. «IV съезд Компартии Вьетнама. Ханой, 14—20 декабря 1976 г.». М., 1977, с. 24. Подробно об этом периоде см.: «Вьетнам на пути строительства социализма». М., 1979, с. 34—64.

² См. «IV съезд Компартии Вьетнама», с. 28, 34.

155 обобщив опыт и уроки народно-демократической революции, войны Сопротивления и социалистического строительства на Севере, пришел к выводу, что вьетнамская революция вступила в новый этап, когда вся страна выполняет единую стратегическую задачу строительства социализма, укрепления диктатуры пролетариата, дальнейшей перестройки производственных отношений, создания материально-технической базы социализма.

В ходе осуществления этого курса на Юге были ликвидированы основные эксплуататорские классы — крупные землевладельцы и буржуазия, во всей стране укреплялись позиции государственного сектора экономики, стало набирать силу кооперативное движение в городе и деревне. В начале 80-х годов был осуществлен комплекс мер по перестройке хозяйственного механизма на основе научных принципов управления экономикой. Наметился существенный рост сельскохозяйственного и промышленного производства, оживились товарно-денежные отношения. Получили дальнейшее развитие демократические институты и система народовластия, повысилась эффективность работы партийного и государственного аппарата ¹.

Важнейшим шагом в этом направлении явилось принятие Конституции Социалистической Республики Вьетнам — «конституции периода перехода к социализму в масштабах всей страны», которая закрепила ведущую роль партии рабочего класса в руководстве социалистическим переустройством общества, определила господствующее положение в нем марксистско-ленинской идеологии, социалистических форм собственности в системе экономических отношений ².

Образование СРВ и переход к строительству основ социализма в масштабах всей страны положили начало принципиально новому этапу развития вьетнамского рабочего класса. Большие масштабы хозяйственного строительства, восстановление и расширение производства сопровождались увеличением занятости в различных отраслях, быстрым ростом численности рабочих и служащих. С середины 70-х до начала 80-х годов их ряды выросли почти на одну треть, причем в сфере материального производства темпы были еще выше. Доля рабочих в экономически активном населении увеличилась с 9,7 до 11,1 %. Систематическое внимание уделяется повышению общекультурного и культурно-технического уровня рабочего класса, в результате быстро возрастает прослойка квалифицированных рабочих и работников со средним специальным образованием, а доля неквалифицированных рабочих в государст-

¹ Подробнее см.: «Новейшая история Вьетнама». М., 1984; В. М. Мазырин. Вьетнамское общество и рабочий класс на рубеже 70—80-х годов. М., 1984.

² См. «Конституция Социалистической Республики Вьетнам». М., 1981.

156 венном секторе сокращается (примерно до половины всех рабочих и служащих в начале 80-х годов). Правда, абсолютная численность мало- и неквалифицированных рабочих продолжала расти, что объяснялось прежде всего быстрыми темпами увеличения рабочих мест в мелкой и кустарной промышленности.

Благодаря освоению и развитию новых экономических центров наметились изменения и в географическом размещении вьетнамского рабочего класса, хотя подавляющее его большинство по-прежнему сосредоточено в нескольких крупнейших городах и традиционно промышленных районах ¹.

Для современного рабочего класса Вьетнама характерна структурная многослойность, обусловленная сочетанием современных, передовых и отсталых, неразвитых форм производства и обмена. Фабрично-заводские рабочие составляли в конце 70-х годов лишь около 15% занятых в промышленном производстве, рабочие предприятий мануфактурного типа (большинство предприятий местного подчинения и кооперативов высшего типа) — 35% и рабочие домануфактурного производства (в основном кустари, ремесленники) — 45% ².

Мелкие предприятия и мастерские с примитивной техникой и технологией, преобладанием ручного труда расположены главным образом в деревнях и малых городах, что, безусловно, накладывает отпечаток на весь уклад жизни рабочих и их образ мышления. Выработку рабочим классом тех качеств, которые определяют его ведущую роль в общественных преобразованиях, затрудняет также массовый приток в его ряды на Юге выходцев из полупролетарских, люмпен-пролетарских и непролетарских слоев. В северных провинциях основным источником рабочих пополнений стали выросшие уже при народном строе работники сельскохозяйственных и промысловых кооперативов, государственные служащие и т. д.

Усилия КПВ и правительства СРВ направлены на повышение как экономической, так и общественно-политической роли рабочего класса. Расширяется участие рабочих в управлении предприятиями: повсеместно введен рабочий контроль за деятельностью администрации, распределением продуктов и потребительских товаров, за использованием общественных фондов, функционированием службы быта и т. п. Возрастает экономическая самостоятельность предприятий. С начала 80-х годов все активнее применяются сдельная и другие поощрительные формы оплаты труда. Большое внимание уделяется дальнейшему развитию и совершен-

¹ См. «Тонг кук тонг ке кинь те ва ван хоа Вьетнам. 1930—1980» («Экономика и культура Вьетнама»). Статистический сборник. Ханой, 1980, с. 183—187.

² Рассчитано по: «Со лиеу тхонг ке Вьетнам» («Статистические данные СРВ»). 1979. Ханой, 1980, с. 26, 28; «Нян зан», 18.VIII. 1980.

157 ствованию системы социального обеспечения, медицинского обслуживания, охраны труда.

Коренным образом изменилось общественно-политическое положение рабочего класса в южных провинциях. Как и на Севере, его представители получили широкий доступ в органы власти, в том числе в народные советы, Национальное собрание. Защиту прав и интересов трудящихся осуществляет единая Федерация профсоюзов Вьетнама. В ее рядах в 1980 г. насчитывалось свыше 3 млн. членов, т. е. подавляющее большинство рабочих и служащих государственного и государственно-частного секторов ¹.

Превращение рабочего класса в руководящую силу общества потребовало дальнейшего совершенствования деятельности его партии, объединяющей более 1,7 млн. коммунистов. Развернута работа по укреплению пролетарского ядра партии, ее организационному совершенствованию, упрочению единства, повышению боевитости рядов и доверия к партии со стороны трудящихся ².

Для преодоления серьезных трудностей, которые стоят на пути развития крупного производства, расширения воздействия рабочего класса на общество, для достижения успехов в деле строительства социализма нужно время. Формирование фабрично-заводского пролетариата, способного в условиях преобладания простейших форм производства, сохранения несоциалистических хозяйственных укладов противостоять этим трудностям и вести за собой трудящиеся массы, требует упорной созидательной деятельности. Именно такую деятельность осуществляет Коммунистическая партия Вьетнама.

* * *

Лаос, который также был французской колонией, а в годы второй мировой войны подвергся японской оккупации, в 1945 г. был провозглашен независимым государством. Однако потребовалось почти три десятилетия борьбы прогрессивных сил против внутренней реакции, французских колонизаторов, американских империалистов, прежде чем здесь сложились благоприятные условия для победы революции. В апреле 1975 г. — после крушения проимпериалистических режимов в Южном Вьетнаме и Камбодже — в стране возникла революционная ситуация, и в этих условиях ЦК Народно-революционной партии Лаоса (НРПЛ), созданной в 1955 г. партии лаосских коммунистов, принял решение: «немедленно поднять народные массы и коротким решительным ударом, без кровопролития захватить власть» ³.

¹ «Лао донг», 19.II.1981; «Нян зан», 19.III.1982.

³ «Правда», 17 апреля 1976 г.

158 Для завершения революции было необходимо создать и укрепить новые органы власти и ликвидировать старые, изолировать правые, проимпериалистические силы, провести демократические преобразования. Решая эту задачу, революционные комитеты, созданные на уровне общин, округов и провинций, поставили под контроль имущество бежавших из страны реакционеров.

Были национализированы все пять частных банков.

В октябре 1975 г. легализовалась НРПЛ. Начали открыто действовать также Союз трудящихся Лаоса, Союз патриотической молодежи и Союз патриотических женщин, которые составляли основу Единого национального фронта и внесли большой вклад в победу лаосской революции. На протяжении октября — ноября того же года в стране прошли выборы в народные советы — постоянные органы местной власти. Вслед за этим была упразднена верховная монархическая власть с ее архаичными, консервативными законами, порядками и системой феодальной зависимости и эксплуатации. В декабре 1975 г. Национальный конгресс народных представителей провозгласил образование Лаосской Народно-Демократической Республики, принял решение о создании Верховного народного собрания и правительства республики во главе с премьер-министром, Генеральным секретарем ЦК НРПЛ Кейсоном Фомвиханом.

С провозглашением республики, по оценке партии лаосских коммунистов, окончился национально-демократический этап революции и началось ее перерастание в социалистическую. На этом этапе совершенствуется строй народной демократии, завершается выполнение задач предыдущего этапа. Руководство НРПЛ учитывает конкретные условия страны — крайне низкий уровень ее развития, технико экономическую отсталость. «У нас почти нет никаких материальных предпосылок для строительства социализма,— отмечал Кейсон Фомвихан.— Прежде чем мы придем к социализму, нам предстоит пройти долгий путь борьбы и преодолеть многие трудности и испытания»¹.

Отсталость экономики Лаоса усугублена 30 годами опустошительной войны. Главной ее отраслью продолжает оставаться сельское хозяйство, базирующееся на мелких, в основном натуральных или полунатуральных единоличных хозяйствах и с большим трудом обеспечивающее население продовольствием. Крестьяне, составляющие большинство населения (около 90%), жили в нищете и невежестве. Разделение труда ограничивалось рамками деревни или даже семьи. Совершенно неразвитой была промышленность; в ней преобладали мелкие и мельчайшие кустарные предприятия. Практически отсутствовала современная инфра-

¹ К. Фомвихан. Революция в Лаосе: некоторые основные уроки и главные задачи. М., 1980, с. 184.

159 структура. Обмен и распределение товарной продукции осуществлялись только в равнинных районах и городах и были весьма примитивными. Экономика целиком зависела от иностранной помощи, за счет которой десятилетиями покрывался дефицит бюджета и внешней торговли.

Первым шагом на пути решения стоящих перед страной задач, связанных со строительством социалистического общества, стал трехлетний план развития народного хозяйства (1978—1980 гг.). Затем республика приступила к выполнению первого пятилетнего плана (1981—1985 гг.). Большое внимание в них уделено созданию материально-технической базы социалистических преобразований, подготовке кадров для народного хозяйства. Значительные усилия направлены на развитие и укрепление государственного сектора. Созданы экспериментальные сельскохозяйственные центры, начался переход крестьян к коллективному ведению хозяйства.

Выдвигая на перспективу задачу социалистической индустриализации, правительство наряду со строительством новых предприятий стремится использовать возможности мелкого кустарного производства, поощряет создание смешанных, государственно-частных предприятий. Решение этой задачи в Лаосе должно способствовать ускоренному формированию и расширению собственного рабочего класса. Усилению организационной и воспитательной работы в его среде в значительной мере способствует образование профсоюзов, первый съезд которых состоялся в конце 1983 г.

Глубокие социально-экономические преобразования, происходящие в Лаосе, имеют решающее значение для продвижения страны по пути общественного прогресса и строительства основ социализма.

* * *

Еще больше препятствий пришлось преодолеть кхмерам — народу Кампучии, прежде чем он стал на путь, ведущий к социализму. Как и другие братские народы Индокитая, Кампучия унаследовала от феодального и колониального прошлого отсталую, архаическую экономику и неразвитую систему общественных отношений. Трудящиеся этой страны также вели длительную вооруженную борьбу за национальное освобождение и социальный прогресс, против японских оккупантов и французских колонизаторов, американских империалистов и сил внутренней реакции. Но особенно тяжелым испытанием стало почти 4-летнее правление в стране клики Пол Пота — Иенг Сари, захватившей обманным путем руководство Народно-революционной партии Кампучии *. После того как в

* НРПК была создана в 1951 г. на базе кхмерской секции Компартии Индокитая.

160 апреле 1975 г. антиимпериалистические освободительные силы и народ Кампучии окончательно изгнали ставленников империализма и местной реакции, полпотовцы начали осуществление «радикальной социальной революции», превратив свою страну в полигон для экспериментов в духе «казарменного коммунизма».

Спекулируя на лозунгах социального равенства и социальной справедливости, они довели до крайностей извращения псевдореволюционной политики: страна стала фактически огромным концлагерем; невиданные масштабы принял геноцид, направленный против собственного народа; религия, культура и искусство были запрещены; горожане изгонялись в глухие деревни и горные районы, жители одних районов переселялись в другие; фактически были разрушены все общественные связи. За годы правления полпотовцев варварскому разрушению подверглись производительные силы, в стране начался жестокий голод. Революционная в прошлом партия кхмерских коммунистов, попавшая под контроль авантюристической клики, переродилась в антинародную организацию, бесконтрольную власть в ней приобрела тайная верховная организация «Ангка» ¹.

И все же дело освобождения, дело социалистической революции не погибло в Кампучии. Члены НРПК, честные люди все шире включались в сопротивление полпотовскому режиму. Его противники объединились в Единый фронт национального спасения Кампучии (ЕФНСК), созданный в декабре 1978 г. А в январе следующего 1979 г. вооруженные силы ЕФНСК, взаимодействуя с частями вьетнамских добровольцев, освободили столицу Кампучии Пномпень. 11 января была провозглашена Народная Республика Кампучия.

В ходе борьбы с кликой Пол Пота шло и восстановление Народно-революционной партии Кампучии. На ее III съезде (январь 1979 г.) была одобрена политическая программа НРПК, которая четко определила основные противоречия и трудности развития кампучийского общества, объект борьбы и движущие силы революции. Главной целью деятельности НРПК провозглашалась защита революционных завоеваний и движение к социализму. На IV съезде партии (май 1981 г.) подчеркивалось, что, решая задачи по построению основ социализма, необходимо использовать опыт начального периода социалистических преобразований в других странах и учитывать при этом как национальные особенности Кампучии, так и ее реальные возможности ².

Большое значение для возрождения Кампучии, восстановления ее экономики и общественно-политической жизни имели состо-

¹ См. С. Бутхонг. Верность избранному пути.— «Проблемы мира и социализма», 1985, № 2.

² См. Хенг Самрин. Три года по пути возрождения.— «Проблемы мира и социализма», 1982, № 8.

161 явившиеся в 1981 г. выборы сначала в местные органы власти, а затем в Национальное собрание. На первой сессии Национального собрания в июне 1981 г. была принята Конституция НРК, которая отражает народно-демократический характер общественного строя, утвердившегося в Кампучии, указывает, что путь, которым идет молодая республика,— это путь строительства основ социализма. Постоянно действующим органом Национального собрания, выполняющим функции коллективного президента страны, стал Государственный совет, председателем которого был избран Хенг Самрин (в декабре того же года он был избран также Генеральным секретарем ЦК НРПК).

Чтобы успешно идти избранным путем, народ Кампучии во главе с НРПК прилагает огромные усилия для ликвидации всех последствий полпотовского правления. В родные места вернулись сотни тысяч людей. Успешно возрождается хозяйственная жизнь страны, и прежде всего ее сельское хозяйство. Несмотря на огромные трудности и стихийные бедствия, при помощи братских народов стран социалистического содружества удалось ликвидировать угрозу голода. Принимаются меры для развития промышленности, в том числе мелкого ремесленного производства. Восстановлены и получили дальнейшее развитие здравоохранение и просвещение. В 1985 г. школы посещало более 1,7 млн. человек, или каждый четвертый житель страны. Много внимания уделяется подготовке кадров специалистов, от которых в большой степени зависит будущее страны. В целом Народная Республика Кампучия находится на подъеме, и все более реальными становятся предпосылки ее движения к социализму.

* * *

Характер и масштабы тех проблем и трудностей, с которыми сталкиваются силы революции в странах с низким исходным уровнем социально-экономического развития, рельефно выявились в процессе общественных преобразований в Китае. Объективные предпосылки этих трудностей коренятся в преобладании в дореволюционном китайском обществе архаических форм производства и общественных отношений; субъективные — в уступках КПК идейно-политическому и социально-психологическому давлению непролетарского большинства китайского общества.

Основное противоречие — между отсталой социально-экономической структурой и объективными потребностями общественного прогресса — в Китае по сути ничем не отличалось от других экономически слаборазвитых колониальных и полуколониальных стран Азии. Оно углублялось, однако, своеобразным симбиозом

162 архаики и патриархальщины с первоначальными товарно-хозяйственными формами капитализма, а также многими особенностями китайской государственности и рядом других объективных и субъективных факторов, характерных для этой огромной и имеющей давнюю историю страны.

Агрессия милитаристской Японии, начавшей в 1937 г. войну за превращение Китая в свою колонию, и развернувшаяся в ответ борьба за национальное освобождение встряхнули и объединили массу прежде политически индифферентного населения, втянули ее в политическую жизнь, подвели страну вплотную к осуществлению задач буржуазно-демократической революции. Ее характер и соотношение движущих сил определялись тем, что завоевание национальной независимости и уничтожение феодально-патриархальных пережитков неизбежно должны были сочетаться с борьбой за преобразование политической организации общества, поскольку гоминьдановское государство продемонстрировало, с одной стороны, полную неспособность к завоеванию национальной независимости, а с другой — свою неразрывную связь с феодально-патриархальными отношениями и незаинтересованность в борьбе с голодом и обнищанием многомиллионных масс населения.

Вторая мировая война, в которой милитаристская Япония выступала в союзе с нацистской Германией, еще раз показала, что китайская революция — часть глобального противостояния сил демократии и реакции. Именно поэтому разгром Советской Армией войск фашистской Германии и японской Квантунской армии, дислоцировавшейся в Маньчжурии (Северо-Восточный Китай), стал решающим фактором перелома в развитии народной революции.

При содействии СССР в Маньчжурии была создана крупная военно-территориальная база революционных сил Китая. Центр тяжести в деятельности КПК переместился из сельского захолустья в промышленные районы. В этих условиях началось восстановление связей КПК с рабочим движением, способствовавшее укреплению интернационалистских сил в партии.

10 октября 1947 г. была обнародована декларация руководимой коммунистами Народно-освободительной армии Китая (НОАК), провозгласившая цели борьбы КПК и НОАК: свергнуть диктатуру Чан Кайши, создать демократическое правительство, наказать военных преступников, гарантировать демократические свободы, искоренить казнокрадство, конфисковать бюрократический капитал, содействовать развитию национальной экономики, улучшить жизнь трудящихся, ликвидировать феодальную эксплуатацию и осуществить принцип «каждому пахарю — свое поле», признать равноправие национальных меньшинств и их право на автономию, аннулировать все предательские договоры, добиться вывода из Китая войск США, объединиться со всеми странами,

163 относящимися к Китаю как к равному партнеру. Это была программа завершения национально-демократической революции ¹.

Одновременно были опубликованы Основные положения земельного закона Китая, принятые Всекитайской земельной конференцией, созванной КПК в сентябре 1947 г. Целью земельной реформы провозглашалась ликвидация феодального землевладения и осуществление землепользования на основе уравнительного передела земли по едокам. Земельный закон 1947 г. положил начало широкой аграрной реформе, сыграв важную роль в вовлечении крестьянства в борьбу против гоминьдановского режима, за установление в стране народно-демократической власти. Однако проведение уравнительного передела земли затронуло интересы не только крупных, но и средних и мелких землевладельцев, изолировало от них партию, нанесло ущерб отношениям с национальной буржуазией. Поэтому весной 1948 г. ЦК КПК дал указание отложить проведение аграрной реформы на вновь освобожденных территориях до полной победы революции ².

Программа преобразований, провозглашенная КПК, и частичная ее реализация в освобожденных районах, решительная борьба за национальную независимость привели к росту симпатий народа к коммунистам. Политические выступления трудящихся в крупнейших городах ослабляли гоминьдановский режим. В 1948 г. была возрождена Всекитайская федерация профсоюзов, разогнанная после поражения революции 1925—1927 гг. В этом же году о своей поддержке программы КПК заявили Демократическая лига, Революционный комитет Гоминьдана и ряд других организаций национальной буржуазии, городской мелкой буржуазии и интеллигенции.

В середине 1947 г. произошел перелом в боевых действиях на фронтах гражданской войны: НОАК нанесла сокрушительное поражение гоминьдановским войскам. Переход войны в завершающую стадию позволил созвать Народную политическую консультативную конференцию с участием делегатов от различных партий и организаций, НОАК, населения освобожденных районов, национальных меньшинств, китайцев, проживающих за рубежом, известных общественных деятелей. 1 октября 1949 г. конференция провозгласила образование Китайской Народной Республики. Таким образом, после почти полувекового периода раздробленности и войн в Китае возникло единое независимое государство.

Победа революции и установление революционно-демократической диктатуры ознаменовали начало глубокой перестройки системы производственных отношений. Главными ее компонентами

¹ См. В. И. Глунин. Третья гражданская революционная война в Китае (1946—1949). Очерк политической истории. М., 1958, с. 123—125.

² См. там же, с. 125—132.

164 стали аграрная реформа в деревне и демократические преобразования в городах, нацеленные на ликвидацию феодально-патриархальных пережитков во всех областях общественной жизни.

В руки государства перешли практически вся крупная и значительная часть средней промышленности, финансовая система, современные средства транспорта и связи, оптовая торговля. Оно приступило также к регулированию деятельности частнокапиталистической промышленности и торговли, направив усилия на ограничение конкуренции и накопления капитала в руках отдельных лиц, на налаживание экономической смычки государственного сектора с частнокапиталистическим, мелкотоварным и натуральным секторами.

Аграрная реформа, проведенная на большей части территории страны в 1949—1952 гг., явилась революционным актом огромного исторического значения. В ходе ее была ликвидирована родовая, клановая, общинная, храмовая собственность на землю и другие средства производства, исчез многоликий слой деревенских эксплуататоров. Подверглись разрушению традиционные производственные и общественные отношения, формы личной зависимости крестьян. Вместе с тем КПК не удалось соблюсти выработанные ею принципы определения классовой принадлежности отдельных слоев населения, гарантировать интересы зажиточных и даже просто более или менее экономически устойчивых крестьянских дворов. Напор бедняцко-пауперской стихии с ее требованиями уравнительности оказался настолько значительным, что в ходе реформы был нанесен удар по всей зажиточной части сельского населения, несмотря на то, что КПК пришлось неоднократно принимать меры для исправления недостатков и перегибов в ходе ее проведения¹.

В 1953 г. ЦК КПК объявил о вступлении китайского общества на путь строительства социализма. Эта цель была закреплена в Конституции КНР, принятой в 1954 г. Страна перешла к плановому экономическому строительству.

Осуществление аграрной реформы обострило проблемы ликвидации многоукладности экономики — одной из главных задач переходного периода. В конце 40-х — начале 50-х годов в КНР существовали патриархальное, т. е. в значительной степени натуральное, крестьянское хозяйство, мелкотоварное производство, частнохозяйственный капитал, представленный главным образом его первоначальными товарно-хозяйственными формами, государственный капитализм, государственный сектор. 120 млн. крестьянских дворов, располагавших лишь архаичными, по преимуществу ручными орудиями труда, которые вели натуральное или полунатуральное хозяйство, определяли по сути всю жизнь огромного государства.

¹ Подробнее см.: Л. П. Делюсин. Борьба Компартии Китая за решение аграрного вопроса. М., 1964, с. 177—180.

165 В ходе преодоления многоукладности предстояла капитальная трансформация социально-классовой структуры общества. Из всех классов и слоев только фабрично-заводские рабочие, ядро промышленного пролетариата, могли стать последовательной революционной силой социалистического строительства. Сложность ситуации состояла, однако, в том, что на протяжении многих лет КПК была слабо связана с фабрично-заводскими рабочими.

В этой обстановке установление братских отношений КНР с СССР, с европейскими социалистическими странами, политическая, идеологическая, экономическая и моральная поддержка молодой народной республики со стороны сил мирового социализма, гарантировавших суверенитет КНР, сыграли поистине историческую роль. Вместе с тем, как бы ни была велика и всеохватывающа эта помощь, она оставалась только помощью и поддержкой. Успех общественно-политических преобразований Китая зависел от КПК, государства, тех общественных сил, которые являлись опорой строительства основ нового общества.

Политические и экономические успехи КНР в начале 50-х годов неразрывно связаны с укреплением широкой классовой основы революционно-демократической диктатуры. Расширение связей КПК и государства с рабочим классом, создание партийных и профсоюзных ячеек на промышленных, транспортных и строительных предприятиях; учреждение органов участия рабочих в управлении производством на государственных и органов рабочего контроля на частнокапиталистических предприятиях позволили укрепить государственный строй и ограничить воздействие на экономику страны мелкотоварной и частнокапиталистической стихии.

Важную роль в укреплении государственной власти сыграли сельскохозяйственный налог, монопольные закупки сельскохозяйственной продукции и нормированное снабжение продовольственным зерном, введенные в 1953 г. и являвшиеся одним из серьезнейших рычагов воздействия исполнительной власти на общество. Благодаря этим мерам государство получило возможность распоряжаться почти пятой частью всего произведенного зерна и обеспечить накопления для индустриализации страны. Вместе с тем, несмотря на возросшие возможности государства в концентрации и перераспределении продовольственного зерна между районами, ограниченность государственного зернового фонда сказывалась на всей социально-экономической деятельности КПК и государства.

Беднейшее крестьянство довольно быстро поняло, что борьба за землю не решила главных проблем его жизни. Из-за незначительных площадей пахотных земель по сравнению с численностью населения бедному и беднейшему крестьянству не удалось выбиться из нищеты и после проведения аграрной реформы. У крестьянства не было сил и для перехода на интенсивный путь развития сельского хозяйства. Поэтому в основе колебаний, подъемов и спа-

166 дов мелкокрестьянской стихии продолжало оставаться стремление к уравнительности, борьба за создание материальных гарантий от голода. Это давление объективно способствовало сосредоточению в руках государства огромной власти по отношению к обществу, создавало прямые и косвенные стимулы для появления в КПК самых невероятных проектов всеобщего уравнивания и скачкообразного избавления от оков нищеты.

Крупная промышленность уже в восстановительный период (1949—1952 гг.) при первых же попытках своего возрождения и ускорения темпов развития столкнулась с серьезнейшими препятствиями — архаичной техникой, традиционными укладами хозяйства, неразвитостью экономических связей и форм общения, незначительностью товарных фондов сельскохозяйственного сырья и продуктов питания, дезорганизованностью системы финансов и обращения. С середины 50-х годов в деятельности КПК и правительства КНР стали приобретать все больший вес меры по политическому подчинению натурального, мелкотоварного и частнокапиталистического укладов, по насильственному отчуждению в пользу государства существенной части их продукции.

Огромную роль в общественном развитии Китая на этом этапе имели дружеские отношения с Советским Союзом, другими социалистическими странами, их братская политическая, экономическая, культурная и идеологическая помощь. За первые 10 лет после образования КНР доля продукции, произведенной на оборудовании, поставленном из СССР, в общем объеме промышленной продукции страны составила по чугуну, стали и прокату 35—40%, по алюминию — 100, по грузовикам и тракторам — 85, по электроэнергии — 40, по электрооборудованию — 45, по тяжелому машиностроению — 31%. Помощь СССР и других социалистических стран сыграла важную роль в обеспечении более чем пятикратного роста объема промышленного производства за период с 1949 по 1957 г. Эта помощь сыграла и косвенную роль: способствуя применению экономических методов хозяйствования, она давала возможность КПК и правительству разрабатывать рассчитанную на длительный срок политику постепенного подъема производительных сил и развития на этой основе новых производственных отношений. И все же действия части руководства КПК и государства в большей мере направлялись на всемерное форсирование темпов промышленного производства, на скоропалительное разрушение традиционных хозяйственных структур, а одновременно и на формирование всеобъемлющей системы внеэкономического принуждения.

Беднейшая часть крестьянства откликнулась на призыв КПК к кооперированию, усмотрев в нем возможность спасения от голодного или полуголодного существования. Однако форсированное создание сельскохозяйственных производственных кооперативов,

167 проведенное без учета уровня экономического развития отдельных районов, существенно не улучшило положения крестьянства. Действовавшая система налогообложения и политика низких закупочных цен в условиях монопольных закупок и нормированного снабжения населения стали наносить ущерб уже не отдельным хозяйствам, а всей массе крестьянства, еще слабым кооперативам, углублять противоречия между промышленностью, городом, рабочим классом, с одной стороны, и сельскохозяйственным производством, деревней, крестьянством— с другой.

Серьезные последствия для дальнейшего социального и политического развития общества имело создание юридических и социальных барьеров между городским и сельским населением. Государство взяло на себя функции регулирования и управления индивидуальными жизненными путями не только молодежи, но и взрослого населения. Принятые в конце 1957 — начале 1958 г. законы и постановления о пресечении стихийного притока крестьян в города, о порядке набора в деревнях временных рабочих ¹ закрепляли население города и деревни на местах постоянного жительства, лишали граждан права свободного выбора места проживания, работы, условий труда, профессии. Изменилась сама суть трудовых отношений: рабочие, служащие, члены кооперативов были практически превращены в работников, находящихся в личной зависимости от предприятия, организации, кооператива, государства и вынужденных отправлять и отбывать разного рода трудовые повинности.

Общий и главный итог периода 1949—1957 гг. заключался в том, что в стране были ликвидированы все эксплуататорские группы и слои населения, традиционная, архаичная структура хозяйства оказалась в оболочке новых отношений собственности. VIII съезд Компартии Китая (1956 г.), учитывая эти важнейшие перемены в жизни общества, заявил, что в стране «в основном разрешено противоречие между пролетариатом и буржуазией, положен конец системе классовой эксплуатации, существовавшей в течение нескольких тысячелетий, создан социалистический общественный строй» ². В резолюции съезда отмечалось также: «Для того чтобы превратить нашу страну из отсталой аграрной в передовую социалистическую индустриальную, мы должны в течение трех пятилеток или несколько большего периода времени создать

¹ «Чжунхуа жэньминь гунхэго фагуань хуэйпянь. 1957 нянь циюэ шиерюэ» («Сборник законов и постановлений Китайской Народной Республики. 1957 г., июль — декабрь»), т. 6. Бэйцзин, 1957, с. 223—232, 243—244, 481—484; «Чжунхуа жэньминь гунхэго фагуань хуэйпянь. 1958 нянь июэ лююэ» (то же, 1958 г., январь — июнь), т. 7. Бэйцзин, 1958, с. 194—199.

² «Материалы VIII Всекитайского съезда Коммунистической партии Китая». М., 1956, с. 471.

168 в основном целостную промышленную систему...» ¹ VIII съезд КПК выработал основы стратегии и тактики деятельности партии на длительную перспективу.

Однако после VIII съезда в политике КПК произошел поворот. «Большой скачок», насаждение коммун, так называемая «культурная революция», а также разрыв в начале 60-х годов дружеских связей КНР с СССР и другими социалистическими странами — все это создало новую обстановку. Ее существенным элементом стало пренебрежение международным опытом строительства социализма. Ход экономического и социально-политического развития был заторможен.

Главной чертой общественных отношений в эти годы стало внеэкономическое принуждение. Натуральные налоги и повинности населения заняли господствующее положение по сравнению с товарно-денежными отношениями. В КНР возникли, а затем и развились формы личной зависимости трудящихся, когда государство перешло к активному регулированию не только производственной деятельности населения, но и семейных отношений, создав системы контроля за рождаемостью и семейными бюджетами. Общим правилом стало административно-принудительное трудоустройство. Была ликвидирована практика заключения коллективных договоров на предприятиях. Предприятия, хозяйственные организации, трудящиеся лишились стимулов к развитию техники и технологии производства, повышению его эффективности. Наконец, трудящиеся были лишены элементарных политических прав: в годы «культурной революции» были распущены профсоюзы, комсомол и другие массовые организации.

Экономическое развитие КНР в 60—70-х годах проходило неравномерно. Периоды роста производства сменялись фазами его резкого сокращения. После краха «большого скачка» страна пережила серьезный спад, сопровождавшийся массовым голодом. Во второй половине 60-х годов развитие промышленности было парализовано «культурной революцией».

Система внеэкономического принуждения обеспечила крупные источники накоплений для развития промышленности. Однако она же явилась одним из важнейших факторов появления серьезных экономических, социальных и политических противоречий в развитии страны. В 70-х годах, в частности, происходил рост промышленного производства, но львиную долю его поглощала милитаризация страны; абсолютное большинство промышленных предприятий были мелкими и выпускали низкокачественную и чрезвычайно дорогую продукцию; возникла крупная промышленность, но она стала работать на свое собственное расширенное

¹ «Материалы VIII Всекитайского съезда Коммунистической партии Китая», с. 472.

169 воспроизводство, а не на техническую реконструкцию сельского хозяйства, легкой промышленности и повышение уровня жизни населения.

«Культурная революция» (1966—1969 гг.) и последовавший за нею период ожесточенных политических схваток, кампаний, массовых репрессий (1970—1976 гг.), характеризуемые ныне в КНР как «десятилетие хаоса» ¹, породили острые социально-политический и социально-экономический кризисы, создали в стране настолько напряженную морально-политическую обстановку, что нормальная жизнь общества сделалась невозможной. К середине 70-х годов влиятельные силы в КПК и обществе осознали полное банкротство форм и методов руководства страной, осуществлявшихся Мао Цзэдуном. Поэтому его кончина придала новый импульс политическим столкновениям, важным результатом которых явилось удаление с политической арены «банды четырех» — ближайших помощников Мао Цзэдуна, а позже — разгром контролируемой ею «контрреволюционной системы сект и группировок» ².

Для нормализации обстановки в стране потребовались решительные меры. Была проведена реабилитация большого числа репрессированных в предшествующие годы авторитетных деятелей партии и общества, целых социальных групп и слоев населения — высококвалифицированных рабочих и передовиков производства, специалистов, интеллигенции, зажиточных крестьян и крестьян, квалифицированных как «кулаки» и «помещики», представителей национальной буржуазии, хуацяо, вернувшихся в Китай в 50—60-х годах, проживающих в Китае родственников хуацяо. В стране развернулась борьба с коррупцией, воровством и другими наиболее вопиющими злоупотреблениями должностных лиц. Были приняты меры по восстановлению экономики, возрождению общегосударственных систем просвещения, здравоохранения и т. д.

Деятельность ЦК КПК и правительства КНР в этих направлениях в свою очередь вызвала новые сдвиги в соотношении сил внутри партии и общества, приведшие, в частности, к двукратному пересмотру конституции, кардинальным изменениям в политике и деятельности партии и государства во всех областях общественной жизни. Период, начавшийся с декабря 1978 г., в Китае именуется «новым историческим периодом» ³. Он действительно но-

¹ Ху Яобан. Цяньмянь кайчуан шэхойчжуи сяндайхуа цзяньшэ ды синьцзюймянь. Цзай чжунго гунчаньдан ди шиэр ци цюаньго дайбяо дахой шанды баогао (Новая обстановка всестороннего развертывания социалистической модернизации. Доклад на XII съезде КПК). Пекин, 1982, с. 2.

³ «Чжунго гунчаньдан чжунъян вэйюаньхой гуаньюй цзяньго илай дан ды жогань лиши вэньти ды цзюеи» («Реше-

170 вый, однако из-за противоречивости происходящих в стране процессов, их сложности и многоплановости, из-за неустоявшихся политических установок в целом ряде важнейших областей общественной жизни, прежде всего в экономике, из-за неизмеримо возросших связей КНР с империалистическими государствами и мировым капиталистическим рынком его сущность однозначно охарактеризовать невозможно.

Перемены в экономическом строе общества проявляются прежде всего в развитии экономических, товарно-денежных отношений. С архаичных форм производства, обмена, распределения в Китае сбрасываются покровы государственной и псевдокооперативной собственности. В частности, сельские коммуны лишаются функций органов власти и превращаются в хозяйственные организации; производственные задания закрепляются за отдельными крестьянскими дворами, получившими право вступать в свободные экономические отношения с государственными, кооперативными организациями, друг с другом и продавать на рынке излишки производимой продукции. В городе и деревне возникают единоличные хозяйства мелких производителей и торговцев. Возрождается и развивается государственный капитализм. Государство объявляет законными не только трудовые доходы (что декларировалось неизменно со времени принятия Конституции КНР в 1954 г.), но также некоторые нетрудовые доходы (что полностью запрещалось начиная с 1966 г.).

Государственный сектор по-прежнему занимает господствующие высоты в экономике страны. В его руках находятся преобладающая масса современных средств транспорта и связи, вся финансовая система, основная часть промышленных предприятий. Вместе с тем с конца 70-х годов в стране получили распространение разного рода полугосударственные и кооперативные формы собственности, смешанные предприятия и хозяйственные организации, создаваемые на паях несколькими государственными заводами или организациями, сельскими коммунами, бригадами и т. д.

Крупные изменения начались в кооперативном секторе, в котором занята значительная часть трудящихся города и абсолютное большинство сельских тружеников и к которому в городах относятся промышленные предприятия и организации так называемой коллективной собственности, а также небольшое количество предприятий и хозяйственных организаций кустарно-промысловой кооперации, торговли и сферы обслуживания. В 1979 г. была декларирована полная отмена политической и экономической дискриминации как самих предприятий и организаций «коллективной собственности», так и их рабочих и служащих; начали также

ние ЦК КПК о некоторых вопросах истории партии со времени создания КНР»). Пекин, 1981, с. 52.

171 приниматься меры по ускорению темпов развития городской «коллективной собственности».

Еще более сложные процессы произошли в китайской деревне. Кооперативная собственность в сельском хозяйстве остается по-прежнему господствующей. Вместе с тем в коммунах и бригадах начинают внедряться разнообразные системы так называемой производственной ответственности. Наиболее радикальной и одновременно одной из наиболее распространенных среди них становится «подворный подряд», когда двор получает от бригады задания по объему поставок продукции государству и размерам отчислений в коллективные фонды, а вся остальная продукция поступает в полное его распоряжение. Крестьянство получило право заниматься несельскохозяйственной деятельностью и реализовывать излишки продукции на рынке, т. е. заниматься товарным производством и торговлей. Ему разрешено приобретать крупные средства производства (тракторы, автомашины, оборудование по переработке сельскохозяйственной продукции и т. д.). В результате сельское хозяйство вышло из застойного положения, значительно возросло производство ряда важнейших видов продукции, произошло заметное оживление на продовольственном рынке.

Однако в стране начали возникать новые общественные противоречия. Так, семейный подряд, основанный на уравнительном распределении важнейшего средства производства — земли, в условиях ограниченности пахотного клина (7% мировой пашни) при большой численности населения (почти 23% населения мира), сложности трудоустройства вне сельского хозяйства вызвал дробление пахотных площадей и создал новые проблемы в социально-экономическом развитии деревни.

Заметным фактором общественной жизни страны стали «специализированные» и «опорные» дворы, полностью или в значительной мере ведущие товарное производство. В 1984 г. они составили 14% крестьянских дворов. Государство объявило о всемерной поддержке этой части крестьянства, рассчитывая, что быстрое развитие ее хозяйства позволит значительно повысить производительность труда и товарность сельскохозяйственного производства, особенно зернового ¹. Этим дворам разрешено брать в подряд более крупные земельные наделы, чем другим группам крестьян. Появление и развитие «специализированных» и «опорных» дворов резко усилили рост имущественного неравенства в крестьянской среде. Однако этот рост сдерживается неразвитостью товарного хозяйства, ограниченностью природных ресурсов и возможностей увеличения поставок в деревню всех видов энергии, а также другими факторами.

В связи со снятием запретов на несельскохозяйственную дея-

¹ «Жэньминь жибао», 25.III.1983.

172 тельность крестьянства в деревнях начало быстро увеличиваться количество единоличных «промышленно-торговых» дворов. Развернулся процесс их объединения в собственную ассоциацию, что заметно повысило роль этой категории крестьян в жизни деревни ¹.

Практически произошло возрождение мелкотоварного сектора и в городах, хотя, как и в деревне, его масштабы в первой половине 80-х годов оставались незначительными.

Государственный капитализм также еще не получил значительного развития. Он возник и расширяется в большой мере за счет капиталов, поступающих из капиталистических стран, по преимуществу от китайской буржуазии в Гонконге, Сингапуре и т. д. Подавляющая масса государственно-капиталистических предприятий, основанных на привлечении иностранного капитала, относится к средним и мелким. В итоге государственный и кооперативный (коллективный) секторы продолжают занимать доминирующее положение в экономике — на их долю в 1983 г. приходилось 99 % валовой продукции промышленности, 76 % — сельского хозяйства, почти 89 % — розничного товарооборота ².

Вместе с тем если значительная часть элементов внеэкономического принуждения ликвидирована или находится в процессе ломки, то другая их часть сохраняется. Рабочие, служащие, крестьяне получили некоторую свободу в выборе места жительства и работы. Однако сохраняются и развиваются нормы и порядки, определяющие вмешательство государства в личную жизнь граждан. При всем этом в положении рабочих, служащих, крестьян, интеллигенции произошли заметные изменения. Провозглашено равноправие всех классов и слоев, началась ломка юридических перегородок между ними. Прекращена официальная линия на морально-политическое противопоставление друг другу отдельных групп трудящихся. Принимаются меры по ликвидации массовой безработицы, оставшейся от 60—70-х годов. Повышены доходы рабочих, служащих, крестьян. Начало развертываться жилищное строительство.

Заметные перемены произошли в общественно-политической жизни. Возрождены общенациональные организации профсоюзов, комсомола, женская организация. Восстановлены все буржуазно-демократические партии и организации, включая ассоциацию промышленников и торговцев, которые приступили к формированию низовых ячеек и приему новых членов. КПК вновь заявила о своей приверженности политике единого фронта. Буржуазно-демократические партии и организации, беспартийные деятели стали активно привлекаться к делам общества и государства. Воссозданы также массовые творческие союзы и объединения. В то же время

¹ «Бань юэ тань», 1983, № 8 (72), с. 50—52.

² «Хунци», 1984, № 21, с. 43.

173 полностью свернута деятельность союзов бедняков и низших середняков.

По инициативе ЦК КПК развернулась кампания по упорядочению и улучшению стиля деятельности партии. В связи с тем, что в предыдущие годы ослабли связи КПК с рабочими коллективами, объявлено о необходимости увеличения приема в партию рабочих, особенно молодых, создания на заводах и фабриках жизнедеятельных партячеек.

На развитии рабочего класса с большей или меньшей силой сказались все процессы, характерные для китайского общества после образования КНР,— как прогрессивные, так и стагнационные и регрессивные. На первом этапе социалистических преобразований, в 50-х годах, решающее значение имели ликвидация безработицы и неуклонное повышение уровня жизни трудящихся. Рабочий класс смог организоваться как класс, КПК и профсоюзы выступили в качестве выразителей его интересов и чаяний. Рабочие, пришедшие в эти годы в промышленность, на строительные предприятия, современные предприятия транспорта и связи, в количественном отношении стали заметной силой. К концу 1957 г. практически каждый второй рабочий и служащий начал свою производственную деятельность на протяжении предыдущих пяти лет. Они были выходцами из самых разных слоев общества: 31 % — из рабочих, примерно 23% — из крестьян, 15% — из городских мелкобуржуазных и непролетарских слоев, в том числе более 4% — из эксплуататорских классов¹.

Часть рабочих этого набора были неграмотны или малограмотны, и до конца трудовой биографии не все из них смогли существенно повысить образовательный уровень. Однако трудовую жизнь они начинали в обстановке всеобщего энтузиазма, крупных революционных преобразований, ликвидации неграмотности, увлечения освоением техники, повышением квалификации и мастерства, овладением производственным опытом, накопленным в СССР и других социалистических странах. На предприятиях налаживалось управление производством, совершенствовались нормирование и формы оплаты труда, была создана система трудового страхования и т. п. В сложных столкновениях с цеховыми и местническими пережитками проходило становление трудовых коллективов. В последующие годы многие рабочие и служащие этого набора, ставшие высококвалифицированными мастерами и передовиками производства, подверглись гонениям, в том числе за то, что протестовали против нарушений технологии производства, приводивших к порче дорогого оборудования, к которым их принуждали во время «большого скачка».

¹ См. «Рабочий класс Китая. 1949—1974 гг.». М., 1976, с. 43—44.

174 Рабочие и служащие, пришедшие на производство после 1958 и вплоть до 1965 г., формировались в иной обстановке. По численности они намного превосходили наборы предшествующих лет: в 1965 г. в городах находилось почти 50 млн. рабочих и служащих, или в 3 раза больше, чем в 1957 г.¹ Это значит, что к началу «культурной революции» данное поколение составляло большинство городских трудящихся. Начало их деятельности совпало с «большим скачком», трудовыми штурмами, травлей квалифицированных рабочих, техников и инженеров. Удержавшись на работе в годы голода и принудительной депортации части трудящихся в деревню, они оставались одной из самых низкооплачиваемых групп. На предприятиях были созданы неравноправные группы трудящихся: «официальные», «временные», «контрактные» рабочие, служащие и ученики. При этом самые бесправные и низкооплачиваемые в канун «культурной революции» были объявлены теми, чье положение, условия труда и быта якобы больше всего соответствуют условиям социализма.

Во время «культурной революции» в рабочих коллективах произошел раскол; в их среде начались ожесточенные столкновения, доходившие до вооруженных схваток. Несмотря на попытки нормализовать обстановку, сторонникам «ультралевой» политики до середины 70-х годов удавалось раздувать противоборство на предприятиях.

В конце 60-х — первой половине 70-х годов в общественное производство вступило еще одно поколение рабочих, по численности сопоставимое с двумя предшествующими. В своем большинстве это были выпускники городских общеобразовательных школ, выдержавшие конкуренцию за место работы в городе. В прошлом многие из них являлись активными участниками хунвейбиновских погромов и массовых репрессий. Это поколение формировалось в обстановке угара «культурной революции», оголтелого шовинизма и антисоветизма, демонстративного презрения к знаниям, национальной и зарубежной культуре. Развращенное лестью и безнаказанностью, оно образовало особую часть коллективов, малограмотную, неквалифицированную и одновременно разболтанную, зараженную люмпен-пролетарским духом.

В конце 70-х — начале 80-х годов на предприятиях, в учреждениях и хозяйственных организациях произошла крупномасштабная замена пожилых рабочих и служащих молодежью. Численность работников моложе 35 лет превысила на конец 1981 г. 60 млн. человек и составила примерно 60% общего количества рабочих и служащих². Сложный процесс смены поколений совпал с существенными изменениями в политике КПК и государства.

¹ «Чжунго тунцзи няньцзянь. 1981» («Китайский статистический ежегодник»), с. 107.

² «Хунци», 1982, № 17, с. 27.

175 Характерно, что если в пополнениях рабочего класса 50-х годов выходцев из горожан — рабочих, служащих, интеллигенции — было примерно 30%, то в 70—80-х годах — 80%. Заметно повысился и уровень грамотности молодых рабочих: если в 50-х годах 15% молодых рабочих были неграмотными, а среди остальных преобладали малограмотные, то среди рабочих наборов 70—80-х годов свыше 90% имеют образование в объеме начальной и неполной средней школы, хотя, как это официально признано в Китае, «фактический культурный уровень немалого числа людей не соответствует годам их учебы» ¹.

Увеличение численности рабочих на протяжении 60—70-х и начала 80-х годов проходило в условиях экстенсивного расширения промышленности. Технико-технологический же уровень фабрично-заводской промышленности в целом остался без существенных перемен: рядом с современными предприятиями по-прежнему действует множество ремесленных и мануфактурных производств. В 1982 г. в промышленности на предприятиях государственного сектора трудилось более 49% работников (на одно предприятие приходилось в среднем 407 человек), на предприятиях городской «коллективной собственности» — почти 22% (на одном предприятии — 132 человека), в «промышленности коммун» — более 12% (48 человек) и на предприятиях бригад — почти 17% (21 человек) ². Следовательно, почти каждый пятый работник, более или менее постоянно занятый в примитивном промышленном производстве, является по условиям своего быта крестьянином. Свободного перелива работников между городскими и сельскими предприятиями, между городскими предприятиями разных форм собственности, между районами страны не существует. Это одна из важнейших особенностей современного китайского общества. Однако не менее важно и то, что рабочие и служащие государственных и городских «коллективных» предприятий теперь уравнены в правах.

Одна из существенных особенностей КНР — сохраняющийся «очаговый» характер развития промышленности. Отдельные регионы КНР существенно отличаются друг от друга уровнем экономического развития. Наиболее развитыми в промышленном отношении остаются районы, где промышленность существовала еще до победы революции 1949 г. Такие районы располагают самыми опытными и квалифицированными рабочими кадрами и самым крупным отрядом научно-технической интеллигенции. Это, как и другие обстоятельства, свидетельствует, что КНР находится пока на этапе, когда индустриализация страны сопровождается не сближением условий труда по отраслям и регионам, а их дифферен-

¹ «Хунци», 1982, № 17, с. 28.

² «Чжунго тунцзи няньцзянь 1983» («Китайский статистический ежегодник»), с. 120, 122, 125, 126, 134, 206, 220.

176 циацией, когда различия в уровне культуры и квалификации коллективов предприятий существенно влияют на эффективность производства и уровень производительности труда.

В целом, несмотря на противоречивость, непоследовательность, незавершенность процессов, происходивших в КНР, ясно, что в стране к активным действиям на политической арене в конце 70-х и начале 80-х годов приступили общественные силы, добивающиеся подъема экономики, демократизации и общественно-политического прогресса.

* * *

В западном полушарии первой страной, где победила социалистическая революция, была Куба. В начале 1959 г. в стране, которая, как и большинство других латиноамериканских государств, длительное время была полуколониальным придатком США, свершилась народная революция. Стали осуществляться глубокие демократические преобразования, подготовившие предпосылки для последующего перехода от народно-демократического, антиимпериалистического и аграрного этапа революционных преобразований к социалистическому. Этот переход был осуществлен быстро — он стал очевиден уже с 1961 г.

Революционное движение на Кубе возглавил блок революционных организаций, переросший позднее в единую марксистско-ленинскую партию. Этапами партийного строительства на Кубе стали: объединение в июне 1961 г. трех ранее самостоятельных революционных организаций — «Движения 26 июля», Народно-социалистической (до января 1944 г.— Коммунистической) партии и «Революционного директората имени 13 марта» — в Объединенные революционные организации (ОРО); преобразование ОРО 1962 г. в Единую партию социалистической революции Кубы; упрочение единства революционного авангарда, принявшего в октябре 1965 г. название Коммунистическая партия Кубы.

В ходе революции была полностью сломана буржуазная государственная машина, началось создание новой политической организации общества, и в первую очередь формирование органов государственного управления. Было образовано Революционное правительство Кубы, созданы местные органы власти — советы по координации, исполнению и контролю — «хусеи», в состав которых входили представители революционных организаций, профсоюзов и других массовых организаций, а также делегаты центральных органов в провинциях и муниципалитетах. В 1967 г. «хусеи» были преобразованы в «местные управления». В результате проведенных по всей стране выборов в их состав вошли главным образом рабочие (58%) и крестьяне (26%). Большую роль в развитии Кубинской революции и упрочении ее завоеваний играли

177 комитеты защиты революции, которые постепенно превратились в самую массовую организацию страны, имеющую немало общих черт с объединениями типа Народного фронта в европейских социалистических странах. Революционное руководство Кубы опиралось в своей деятельности и на такие массовые организации, как Профцентр трудящихся Кубы, Федерация кубинских женщин и др.

На первом (национально-освободительном) этапе революции был установлен государственный контроль над экономической и финансовой деятельностью предприятий, принадлежавших как иностранным монополиям, так и крупной национальной буржуазии. Было запрещено предоставление иностранным компаниям концессий на разработку новых месторождений полезных ископаемых, установлен контроль над размерами добычи и обработки сырья, а также над ценами, введен рабочий контроль на сахарных заводах, табачных фабриках и других предприятиях, повышены налоги на прибыли частных компаний. Одновременно было конфисковано имущество диктатора Батисты и его клики.

Следующим шагом, ускоренным экономическим, политическим и военным давлением на Кубу со стороны американского империализма, явилась экспроприация собственности контрреволюционеров и части иностранной собственности. В 1960 г. была установлена монополия внешней торговли. В 1961—1962 гг. завершается национализация предприятий, принадлежавших иностранному капиталу, а также крупных и средних предприятий, принадлежавших кубинской буржуазии. В этот же период осуществлена национализация банков, морского, воздушного и железнодорожного транспорта, значительной части автомобильного транспорта, вся оптовая и бо́льшая часть розничной торговли.

В результате первой и второй аграрных реформ (1959 и 1963 гг.) были ликвидированы латифундии, ограничена частная собственность на землю. Государственная форма собственности стала господствующей не только в промышленности, но и в сельском хозяйстве. Уже к августу 1961 г. 75% всей промышленности и 41% обрабатываемых земель находились в государственной собственности. Таким образом, в стране сложились условия для целенаправленного социалистического строительства под руководством авангарда рабочего класса Кубы.

На начальных этапах социалистических преобразований были допущены и определенные просчеты в разработке экономической стратегии. Справедливо полагая, что монокультурный характер экономики Кубы, навязанный ей американскими монополиями, являлся деформирующим фактором хозяйственного развития, кубинское руководство взяло курс на форсированное проведение индустриализации. Однако правильное в своей основе стремление к преодолению монокультурного характера народного хозяйства

178 не учитывало ни реальных возможностей страны, ни нового соотношения сил на мировой арене. Попытки ускоренного создания большого количества промышленных предприятий предпринимались без учета сырьевых и финансовых ресурсов, а также уровня квалификации национальных кадров.

Кубинское руководство довольно скоро отказалось от подобной политики. Но и последующие планы, в определенной мере обусловленные революционным нетерпением масс, их стремлением быстрее решить все проблемы строительства нового общества, разрабатывались без учета основных закономерностей социалистического строительства, что привело к «фактической отмене системы товарно-денежных отношений» ¹, упразднению экономического учета и контроля, полному отрицанию материальных стимулов к производству, отказу от социалистического принципа оплаты по труду, нормирования и т. д. Государство фактически утратило контроль над ходом экономического развития страны, в результате чего кубинская экономика оказалась в трудном положении.

Показателем политической зрелости Компартии Кубы, прошедшей в этот период пору своего становления, а также ее лидеров явилась их спсобность на переломном рубеже, когда Кубинская революция подошла к критическому моменту своего развития, по-ленински отнестись к совершенным ошибкам и найти правильный курс, направленный на их преодоление. Выступления Ф. Кастро 19 апреля и 26 июля 1970 г. указали партии и народу тот путь, следуя по которому Куба смогла, преодолев ошибки предыдущего этапа, приступить к социалистическому строительству, учитывая опыт других социалистических стран, и прежде всего Советского Союза.

С начала 70-х годов в стране начинается подготовка к развернутому строительству социализма, проявившаяся в преодолении ошибок роста, в расширении социалистической демократии, в совершенствовании партийного и государственного строительства и в усилении связи партии с массовыми организациями трудящихся.

Коммунистическая партия Кубы на своем I съезде (декабрь 1975 г.) провозгласила вступление страны в этап развернутого строительства материально-технической базы социализма ². На съезде были одобрены директивы по первому пятилетнему плану (1976—1980 гг.), разработан долгосрочный план хозяйственного развития страны, обсужден проект новой конституции республики и принят ряд других важных решений по вопросам внутренней и внешней политики.

¹ «I съезд Коммунистической партии Кубы. Гавана, 17—22 декабря 1975 г.». М., 1976, с. 108.

² См. «Великий Октябрь и Кубинская революция». М., 1977, с. 179.

179 В декабре 1980 г. на II съезде партии был принят план экономического развития на 1981—1985 гг. и очерчены реальные перспективы индустриализации народного хозяйства, подъема благосостояния народа, роста его общеобразовательного и профессионального уровня.

Структуру занятого населения Кубы первоначально определял характер экономики, навязанный стране американским империализмом. Основная масса работоспособных граждан (накануне революции — 42% всех трудящихся) была занята в сельскохозяйственном производстве. Пятую часть занятого населения составляли промышленные рабочие — достаточно высокий показатель для аграрной, слаборазвитой страны. Но распределение промышленного пролетариата по отраслям отражало специфическое положение Кубы как полуколонии: и по количеству занятых рабочих, и по сумме капиталовложений первое место в промышленности занимали отрасли, связанные с производством сахара и побочных продуктов сахарного производства; второе место — табачная промышленность. В то же время в стране практически отсутствовали металлургическая и химическая промышленность, машиностроение. К тому же преобладали небольшие предприятия полукустарного типа, что способствовало дроблению промышленного пролетариата. В тех отраслях, где господствующие позиции занимал иностранный, главным образом американский, капитал, его концентрация была сравнительно высока.

Положение рабочего класса было характерным для капиталистического общества. В стране насчитывалось 700 тыс. безработных, т. е. около трети всего трудоспособного населения ¹. Колоссальный резерв рабочей силы составляла огромная армия сезонных сельскохозяйственных рабочих. 80% их доходов составляла заработная плата, получаемая в течение 3—6 месяцев (главным образом на уборке сахарного тростника). При этом удельный вес неиспользуемых в хозяйстве страны трудовых ресурсов неуклонно возрастал. Большое количество свободных рабочих рук давало возможность эксплуататорским классам удерживать заработную плату на низком уровне.

В 50-х годах, когда страну охватило народное антиимпериалистическое движение, борьба рабочего класса стала одним из важнейших его звеньев. Проведенная в 1955 г. рабочими сахарной промышленности крупнейшая забастовка явилась серьезным фактором расшатывания устоев проимпериалистической диктатуры Батисты. Особенно большую роль сыграл рабочий класс в кульминационный момент революции, организовав 2 января 1959 г. всеобщую забастовку, чем окончательно обеспечил победу революции.

¹ См. «I съезд Коммунистической партии Кубы», с. 146.

180 Победа революции в корне изменила положение рабочего класса в обществе. С одной стороны, национализация основных средств производства, создание общественной социалистической собственности во всех отраслях экономики, ликвидация безработицы, осуществление принципа «за равный труд — равную оплату» создали принципиально новые условия жизнедеятельности рабочего класса. С другой стороны, с первых же дней революции он начинает играть активную роль в осуществлении коренных преобразований, превращаясь в ведущую силу созидательного процесса.

Успешное развитие народного хозяйства Кубы на основе социалистического планирования сопровождалось последовательным претворением программы увеличения занятости трудоспособного населения. В первые 10 лет после революции почти на миллион человек расширились ряды трудящихся, что на 58,5% увеличило численность рабочих и служащих и обеспечило полную занятость мужской рабочей силы. Был также взят курс на активное вовлечение в процесс социалистического строительства женщин. В течение 1966—1975 гг. число работающих женщин увеличилось в 3,4 раза, а их удельный вес в общей занятости составил 21,4% ¹.

Произошли также качественные изменения в распределении рабочей силы по отраслям народного хозяйства. Промышленный пролетариат, сформированный на Кубе за более чем вековую историю становления и развития капитализма, увеличился за 15 послереволюционных лет более чем на треть. Кроме того, значительно возросла доля работающих в строительстве и на транспорте ². Высокими темпами росла занятость в сельском хозяйстве, в первую очередь за счет рабочих государственных сельскохозяйственных предприятий (госхозов), созданных на месте латифундий. Уже к 1970 г. рабочие госхозов составляли в общей массе экономически активного населения 56,4%.

Рост рядов рабочего класса происходил за счет самых различных социальных групп, что не могло не сказаться на уровне его классового сознания. Тем не менее под влиянием развития социалистической революции, а также целенаправленной деятельности Коммунистической партии кубинский рабочий класс все более осознавал себя авангардной силой в строительстве нового общества. Это проявлялось как в конкретной созидательной деятельности, в выполнении задач, вставших перед революцией, так и в ведущей роли организованного рабочего движения в решении кардинальных проблем социалистического строительства.

Коммунистическая партия и правительство Кубы многое сде-

¹ «Aspectos sociales de la formación de los recursos Laborales y de la Utilización Racional». La Habana, 1975, p. 67.

² Ibid., p. 64.

181 лали для того, чтобы повысить общеобразовательный, профессиональный и культурный уровень трудящихся. Об остроте этой проблемы говорит то обстоятельство, что до революции на Кубе насчитывался 1 млн. неграмотных на 7 млн. населения. В 1958/59 учебном году в начальных и средних школах обучалось 811 тыс. человек, а в 1975/76 учебном году — 3 051 тыс. человек. Сотни тысяч школьников были взяты на полное государственное обеспечение. Была создана единая общегосударственная система повышения общеобразовательного уровня взрослого населения. По всей стране развернута широкая сеть учебных центров, дававших рабочим возможность получить начальное образование. Всего в 1959—1980 гг. почти 1,4 млн. трудящихся, занятых в народном хозяйстве, получили 6-летнее образование. Как отмечалось на XIV съезде Профцентра трудящихся Кубы (1978 г.), великая битва за всеобщее 6-летнее образование была выиграна и была поставлена задача получения 9-летнего образования 700 тыс. трудящихся ¹.

Были также осуществлены радикальные мероприятия по созданию принципиально новой системы социального обеспечения. В этом отношении Куба уже в первые годы народной власти оставила далеко позади все другие страны Латинской Америки. Революция поставила и кардинально решила задачу материального обеспечения всех без исключения граждан, которые прекращали трудовую деятельность в связи с достижением пенсионного возраста или утратой трудоспособности. Одновременно осуществлена широкая система мер по охране и гигиене труда, предоставлению льгот и пособий низкооплачиваемым категориям рабочих и служащих. Женщинам запрещены тяжелые и опасные работы. Все трудящиеся женщины имеют гарантированные права на 12-недельный оплачиваемый отпуск по беременности.

Политические и экономические завоевания Кубинской революции, выход рабочего класса и всех трудящихся Кубы на авансцену исторического творчества, существенное ускорение культурного развития страны явились еще одним убедительным подтверждением огромных возможностей социализма, его способности существенно ускорить социальный прогресс тех стран и народов, которые, оставаясь в капиталистической системе, обречены на все большее отставание во всех областях общественной жизни. Социалистическое обновление Кубы служит вдохновляющим примером прежде всего для всех других народов латиноамериканских стран, указывает им выход из тех тупиков истории, куда пытается загнать их американский империализм.

¹ См. «Куба: строительство социализма. Экономические и социально-политические аспекты». М., 1983, с. 186—187.

182

РАЗВИТИЕ И УПРОЧЕНИЕ МИРОВОЙ СИСТЕМЫ СОЦИАЛИЗМА​

Победа социалистических революций в группе стран Европы и Азии, открывшая путь к радикальному переустройству общественных отношений и всего уклада жизни народов этих стран, означала вместе с тем, что социализм вышел за рамки одной страны — СССР, что стала формироваться мировая социалистическая система — сообщество стран, вступивших на путь социалистического развития. С этого времени движение к коммунизму осуществляется как в результате упрочения и прогресса социалистического строя в каждой из стран, вставших на этот путь развития, так и в процессе формирования и совершенствования нового, социалистического типа межгосударственных отношений. При этом мировая система социализма характеризуется своими особыми взаимосвязями и взаимозависимостями, а ее развитие подчиняется закономерностям хотя и однотипным с закономерностями развития социалистического строя в национально-государственных рамках, но не тождественным им ¹.

К числу закономерностей развития мировой системы социализма, в частности, относятся:

— интернационализация производства и всей общественной жизни, которая начинается еще при капитализме и находит свое полное завершение в условиях социализма;

— укрепление суверенитета, быстрый рост экономики, расцвет национальной культуры социалистических стран, с одной стороны, и углубление их взаимосвязей, сотрудничества, сплоченности — с другой;

— выравнивание уровней социально-экономического развития социалистических стран;

— постепенное сближение стран социализма, которое наиболее ярко проявляется в рамках социалистического содружества и выражается в умножении сходных черт в политической и социально-экономической жизни социалистических государств, в путях и методах решения стоящих перед ними задач, которые в свою очередь становятся все более сходными и однотипными, в активизации сотрудничества между социалистическими странами, которое охватывает практически все сферы общественной жизни, способствует возрастанию коллективного единения братских стран, превращению их в нерасторжимую международную целостность.

Закономерности развития социалистического содружества, социальные связи, объединяющие социалистические страны в ми-

¹ Подробнее см.: А. П. Бутенко. Социализм как мировая система. М., 1984.

183 ровую систему, имеют объективный характер. Они обусловлены в конечном счете интернационализацией производства и всей общественной жизни современного человечества, которая приобретает в этой группе стран социалистическую направленность. Эти связи объективно скрепляют все социалистические страны в единое целое — в определенном смысле независимо от того, как субъективно осознаются ими фактическая взаимозависимость и объективная общность фундаментальных целей и интересов их народов. Идеологическим и политическим отражением этого процесса являются принципы социалистического интернационализма, которые предполагают (и означают), что в отношениях между странами социализма на первый план выдвигаются их всестороннее сотрудничество и взаимопомощь в ходе построения социализма и коммунизма, солидарность в защите революционных завоеваний, в борьбе за мирное будущее человечества при полном их равноправии, взаимном уважении независимости и суверенитета, невмешательстве в дела друг друга. Реализация принципов социалистического интернационализма в практической деятельности правящих марксистско-ленинских партий и государств социалистического содружества способствует упрочению внутрисистемных связей, укреплению единства мировой системы социализма в целом.

Вместе с тем исторический опыт показал, что становление и упрочение мировой социалистической системы не происходит просто и быстро. Напротив, это сложный и длительный процесс, развивающийся через преодоление немалых трудностей и противоречий, и прежде всего различий в уровне экономического развития, в социальных структурах, национально-культурных особенностях различных стран, в их географическом и международном положении. Такого рода различия могут послужить источником расхождений между национально-государственными интересами социалистических стран или между интересами отдельных стран и интернациональными интересами всего мира социализма, всего международного рабочего движения. Сказываются и различия в «путях и методах решения задач социалистического развития» ¹, в понимании диалектики общего и специфического, в преувеличении элементов сходства (единообразия) или различий (многообразия) в этом развитии, неумение, а иногда и нежелание терпеливо согласовывать национально-государственные интересы в случае их расхождения. И хотя в силу единой общественной основы всех этих стран, тождественности их коренных перспективных интересов противоречия между ними не носят антагонистического характера («В конце концов то, что нас может разделять, —

¹ «Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС, 14—15 июня 1983 года». М., 1983, с. 21.

184 отмечалось на июньском (1983 г.) Пленуме ЦК КПСС,— неизмеримо меньше того, что есть у нас общего как у строителей нового общества» ¹), все же для их преодоления требуются немалые, а нередко и весьма длительные усилия со стороны прежде всего руководящих социалистическим строительством коммунистических и рабочих партий.

Между тем, как подчеркивалось на Экономическом совещании стран—членов Совета Экономической Взаимопомощи на высшем уровне (июнь 1984 г.), на исходных рубежах существования и развития мировой социалистической системы у коммунистических и рабочих партий не было, да и не могло быть готовых рецептов для выработки взвешенных решений, адекватных принципам социализма и отвечающих интересам всех взаимодействующих стран, и для проведения соответствующей политики. Как в строительстве нового общества, так и в налаживании братского взаимодействия «мы шли и продолжаем идти непроторенными дорогами, по которым до нас никто не шел». Отсюда «и недостатки, и сбои», которые были на этом большом историческом пути ².

На начальном этапе развития мировой системы социализма, когда в большинстве образовавших ее стран лишь постепенно утверждались и занимали ведущие позиции социалистический уклад в экономике, социалистические формы управления обществом, ценности социалистической культуры и коллективистской морали, выработанные в этих странах программы строительства нового общества отличались высокой степенью сходства в постановке основных задач и подходе к их решению. Более того, в стратегических установках и политической практике братских партий на первом этапе строительства социализма иногда воспроизводились не только общезначимые стороны опыта КПСС, но и некоторые его специфические черты.

Наличие подобной тенденции во многом объяснялось тем, что у коммунистических и рабочих партий народно-демократических государств не было собственного опыта решения задач социалистического строительства и формирования межгосударственных отношений нового типа. Поэтому их обращение к опыту первого в мире социалистического государства, опыту формирования и развития межнациональных отношений в рамках Союза ССР было на том историческом этапе совершенно естественным. Руководители и теоретики этих партий, конечно, сознавали, что революции в их странах осуществлялись в иных исторических условиях, чем в Советской России, и поэтому были неизбежны и определенные отличия от советского пути социалистического строительства.

¹ «Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС, 14—15 июня 1983 года», с. 21.

² «Правда», 15 июня 1984 г.

185 Но вместе с тем многие из них были совершенно искренне убеждены в том, что различия в формах строительства нового общества в СССР и других странах, вставших на путь социализма, являются временными и преходящими.

Жизнь, однако, убедительно показала, что как в процессе созидания социалистического общества, так и в формировании международных отношений нового типа необходимо не только исходить из общих закономерностей движения к социализму и коммунизму, но и всемерно учитывать при этом национальные особенности каждой страны, гармонически сочетая интернациональные интересы мировой системы социализма и национально-государственные интересы отдельных стран. Но для того чтобы в должной мере учесть особенности новой исторической обстановки, своеобразие условий строительства социализма в разных странах, отделить общезначимое от специфического, должно было пройти определенное время.

И действительно, когда практика социалистического строительства показала необходимость в большей степени принимать во внимание и особенности каждой из стран, ставших на путь социалистических преобразований, и своеобразие нового этапа мирового революционного процесса, большинство коммунистических партий этих стран признало необходимым модифицировать как свои стратегические, программные установки, так и всю совокупность методов и путей созидания нового общества. И хотя в некоторых странах эта модификация приняла форму принижения международной значимости опыта КПСС и СССР, все же большинство коммунистических и рабочих партий социалистических стран пошло иным путем: коррективы в стратегию и тактику строительства нового общества вносились в соответствии со специфическими условиями каждой страны, но при этом не отрицались ценности международного, в том числе советского, опыта.

Расширение географических рамок реального социализма, с одной стороны, существенно разнообразило практику строительства нового общества, а с другой — обусловило такие перемены в расстановке классовых сил на мировой арене, которые способствовали и более объективному выявлению общих закономерностей движения к социализму и коммунизму, и более последовательной, более адекватной новому строю их реализации.

Сотрудничество с СССР и другими братскими государствами избавляло страны, вступившие на путь социалистических преобразований после второй мировой войны, от необходимости создания всеобъемлющего промышленного комплекса, что для большинства из них было бы просто непосильной задачей. Проявлявшаяся на первых порах недооценка такой возможности создавала дополнительные трудности; наоборот, ее сознательное использование, решение национальных хозяйственных проблем на осно-

186 ве сотрудничества стран социализма стало мощным фактором экономического прогресса каждой из них.

Во многом по-новому решался и вопрос об изыскании средств для создания материально-технической базы социализма. Их основным источником по-прежнему оставались собственные ресурсы каждой страны; вместе с тем важным источником накоплений, особенно для менее развитых государств, стала помощь других стран, прежде всего Советского Союза. К тому же помощь СССР в деле обеспечения обороноспособности социалистического содружества позволяла решать задачи социалистических преобразований, избегая чрезмерной напряженности в народном хозяйстве и выделяя больше средств на подъем жизненного уровня населения, решать их не только быстрее, но и более гармонично.

Конечно, реализация новых возможностей перехода от капитализма к социализму в огромной мере зависела от опытности и зрелости коммунистических и рабочих партий, руководящих социалистическими преобразованиями, их умения сочетать в своей политике верность революционным принципам с максимальной гибкостью, от их способности выступать одновременно как национальная и интернациональная сила.

Основы политического сотрудничества и взаимодействия социалистических стран были заложены еще в годы совместной борьбы Советского Союза и народов, порабощенных фашизмом, за их национальное и социальное освобождение. Тогда же стала складываться и система договоров о дружбе, взаимной помощи и послевоенном сотрудничестве между СССР и будущими социалистическими странами. Первыми договорами, подписанными еще в период второй мировой войны, стали договоры между СССР и Чехословакией от 12 декабря 1943 г., между СССР и Югославией от 11 апреля 1945 г., между СССР и Польшей от 21 апреля 1945 г.

Дальнейшее развитие эта система получала по мере упрочения революционных завоеваний народов, ставших на путь перехода к социализму. В этот процесс прежде всего включились те страны восточноевропейского региона, союзные отношения которых фактически сформировались еще в ходе борьбы против гитлеровского фашизма и его сателлитов. Так, в 1946 г. в дополнение к заключенным ранее советско-чехословацкому, советско-югославскому и советско-польскому договорам добавились польско-югославский, чехословацко-югославский и югославско-албанский договоры. В 1947 г. был подписан Договор о дружбе и взаимной помощи между Польшей и Чехословакией. А к концу 40-х годов Албанию, Болгарию, Венгрию, Польшу, Румынию, СССР, Чехословакию и Югославию связали 35 двусторонних союзных договоров ¹. Все

¹ См. «История дипломатии», т. 5, кн. первая. М., 1974, с. 129—133; «Великий Октябрь и революции 40-х годов в

187 эти договоры были основаны на принципах равноправия заключивших их государств, невмешательства во внутренние дела друг друга; они были направлены на обеспечение всеобщего мира и безопасности народов.

В 1950 г. был подписан Договор о дружбе, союзе и взаимной помощи между СССР и Китайской Народной Республикой. Большое значение для упрочения и развития дружественных советско-китайских отношений имели также заключенные в первой половине 50-х годов и тогда же реализованные соглашения о передаче Советским Союзом Китаю всех сооружений военно-морской базы Порт-Артур и порта Дальний и своих прав по совместному управлению Китайской Чанчуньской железной дорогой. Сложившиеся на том этапе советско-китайские отношения были влиятельным фактором формирования мировой системы социализма и усиления социалистической ориентации национально-освободительных движений народов, боровшихся против колониальной и полуколониальной зависимости от империалистических держав.

Органическим дополнением и развитием системы заключенных между социалистическими государствами договоров были другие их соглашения и договоренности (по вопросам экономического и культурного сотрудничества, уточнения границ и т. д.), встречи и переговоры руководителей этих стран, представителей их общественности. Одновременно начала складываться и система многостороннего политического сотрудничества социалистических стран: обмен информацией о положении в братских странах, их внутренней и внешней политике, обсуждение вопросов стратегии и тактики строительства нового общества, согласование и координация совместных действий на международной арене. Этого требовали и этому способствовали как общность целей, стоявших перед социалистическими странами, так и общность задач по защите революционных завоеваний народов от угроз и посягательств со стороны сил империалистической реакции.

Эта объективная потребность реализовывалась прежде всего в форме совещаний представителей коммунистических и рабочих партий социалистических стран. Первое такое совещание состоялось в конце сентября 1947 г. в Польше. В нем участвовали представители девяти коммунистических партий европейских стран, в том числе семи социалистических (Болгария, Венгрия, Польша, Румыния, СССР, Чехословакия и Югославия). И хотя участниками этого Совещания были также представители Французской и Итальянской компартий, а в принятой совещанием декларации рассматривались исключительно проблемы международной обстановки, все же доклады, представленные от Центральных Комите-

странах Центральной и Юго-Восточной Европы», с. 469—487.

188 тов коммунистических и рабочих партий Болгарии, Венгрии, Польши, Румынии, СССР, Чехословакии и Югославии, были посвящены преимущественно деятельности этих партий на поприще борьбы за социализм ¹.

Совещание постановило создать Информационное бюро из представителей участвовавших в нем партий. На бюро возлагалась задача «организации обмена опытом и, в случае необходимости, координации деятельности компартий на основах взаимного согласия» ². При Информбюро был создан печатный орган — газета «За прочный мир, за народную демократию!».

И хотя в тот период в межгосударственных и межпартийных отношениях допускались серьезные ошибки, порожденные бытовавшими тогда представлениями о принципах и нормах этих отношений, игнорированием различий в экономике и социальных сферах общественной жизни социалистических стран, преувеличениями как тенденции к сближению этих стран, так и потребности в жестких формах единства, в целом практика международного коммунистического движения и развития мировой системы социализма подтвердила необходимость и плодотворность совещаний представителей коммунистических и рабочих партий и правительств социалистических стран как формы их многостороннего политического сотрудничества. Проведению таких совещаний благоприятствовало преодоление ошибок и нарушений, порожденных культом личности И. В. Сталина и умалявших принципы равноправия в отношениях между этими странами. Было решено, что «все вопросы взаимоотношений между социалистическими странами могут полностью разрешаться путем товарищеского обсуждения на основе неукоснительного соблюдения принципов социалистического интернационализма» ³.

Особенно большое значение для выработки совместной стратегии строительства социализма и внешнеполитической деятельности коммунистических и рабочих партий стран социалистической системы имело Совещание представителей этих партий в Москве в ноябре 1957 г.

В нем участвовали делегации Албанской партии труда, Болгарской коммунистической партии, Венгерской социалистической рабочей партии, Партии трудящихся Вьетнама, Социалистической

¹ См. «Информационное Совещание представителей некоторых компартий в Польше в конце сентября 1947 года». М., 1948.

³ «Программные документы борьбы за мир, демократию и социализм. Документы Совещаний представителей коммунистических и рабочих партий, состоявшихся в Москве в ноябре 1957 г., в Бухаресте в июне 1960 г., в Москве в ноябре 1960 г.». М., 1961, с. 11—12.

189 единой партии Германии, Коммунистической партии Китая, Трудовой партии Кореи, Монгольской народно-революционной партии, Польской объединенной рабочей партии, Румынской рабочей партии, Коммунистической партии Советского Союза, Коммунистической партии Чехословакии.

В единогласно принятой Декларации была охарактеризована роль социализма как фактора мирового развития, а империализма — как источника социальной и политической напряженности в мире, сформулирован тезис о том, что изменившееся в пользу социализма соотношение этих противоборствующих сил служит объективной предпосылкой предотвращения новой мировой войны, и провозглашено, что «ленинский принцип мирного сосуществования двух систем... является незыблемой основой внешней политики социалистических стран и надежной основой мира и дружбы между народами». В Декларации нашли отражение согласованные представления о диалектике общих закономерностей и национально-специфических форм перехода к социализму и коммунизму, о принципах и объективных основах взаимоотношений социалистических стран и их политического авангарда — марксистско-ленинских партий рабочего класса ¹.

Обострение международной обстановки в середине 50-х годов, прежде всего в результате деятельности агрессивного Североатлантического блока (НАТО), созданного в апреле 1949 г., побудило большинство европейских социалистических стран не просто усилить сотрудничество во внешнеполитической области, но и создать оборонительную международную организацию — специально для обеспечения безопасности и поддержания мира в Европе.

Изменения в международной обстановке были обсуждены на состоявшемся в Варшаве 11—14 мая 1955 г. Совещании европейских государств по обеспечению мира и безопасности в Европе, в котором приняли участие Албания, Болгария, Венгрия, ГДР, Польша, Румыния, СССР и Чехословакия; в качестве наблюдателя присутствовал представитель КНР. Поскольку эти изменения усиливали опасность новой войны и создавали угрозу безопасности миролюбивых государств, участники Совещания заключили 14 мая 1955 г. Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи.

Подписавшие Варшавский Договор государства * заявили о своей готовности «участвовать в духе искреннего сотрудничества во всех международных действиях, имеющих целью обеспечение международного мира и безопасности» и «полностью отдавать свои силы осуществлению этих целей». Они договорились «безотлага-

¹ См. «Программные документы борьбы за мир, демократию и социализм», с. 4—21.

* Албания с 1962 г. не участвовала в Организации Варшавского Договора, а в 1968 г. вышла из нее.

190 тельно консультироваться между собой... в интересах обеспечения совместной обороны и поддержания мира и безопасности». Был создан Политический консультативный комитет, который периодически собирается и принимает согласованные решения по важнейшим вопросам, касающимся дальнейшего развития и укрепления сотрудничества стран — участниц Договора и международной обстановки в целом. Эти страны обязались в случае вооруженного нападения в Европе на одну или несколько из них оказать немедленную помощь всеми средствами, какие представляются необходимыми государству, подвергшемуся нападению, «включая применение вооруженной силы» ¹. Страны, подписавшие Варшавский Договор, создали Объединенное командование вооруженными силами, выделенными в ведение этого командования.

Организация Варшавского Договора (ОВД) по своим целям, задачам, характеру деятельности принципиально отличается от агрессивного Североатлантического блока. Она была создана через 6 с лишним лет после образования НАТО в обстановке, когда западные державы отказались принять предложения социалистических стран о создании системы коллективной безопасности в Европе, когда вопреки Ялтинским и Потсдамским решениям о послевоенном устройстве мира была начата ремилитаризация Западной Германии, а ФРГ была принята в НАТО. Создание ОВД, следовательно, стало ответной мерой социалистических стран на агрессивную политику Запада по отношению к социалистическому содружеству. В тексте Варшавского Договора прямо указывается, что он прекратит свое существование в случае создания системы коллективной безопасности в Европе.

И если агрессивная политика НАТО, развязанные им гонка вооружений и эскалация военных приготовлений в настоящее время являются главными источниками напряженности в международных отношениях и усиления военной угрозы, то «военно-политический оборонительный союз стран социализма верно служит миру». Его главная задача — «надежно защитить социалистические завоевания народов» ².

Организация Варшавского Договора была создана не только как военная организация, но и в целях координации внешнеполитической деятельности европейских стран социалистического содружества. Главные инструменты такой координации — это Политический консультативный комитет (ПКК) и созданный в 1976 г. Комитет министров иностранных дел (КМИД) ОВД. Деятельность этих и других органов ОВД позволяет братским стра-

¹ «Организация Варшавского Договора. Документы и материалы. 1955—1980». М., 1980, с. 7, 8.

² «Материалы XXVI съезда КПСС». М., 1981, с. 6.

191 нам четко определять свою стратегическую линию в международных делах, оперативно реагировать на изменения в мировой политике, согласовывать свой внешнеполитический курс на международной арене, который, как подчеркивалось на июньском (1983 г.) Пленуме ЦК КПСС, должен все в большей степени становиться сплавом «мнений и позиций братских стран» ¹.

Одновременно продолжала развиваться система двусторонних связей. Так, 20 сентября 1955 г. был заключен договор об отношениях между СССР и ГДР, который фактически завершил достаточно длительный период постепенного включения ГДР в систему межгосударственных интернационалистических отношений в социалистическом содружестве.

Большое значение для дальнейшего укрепления единства и политического сотрудничества социалистических стран имели взаимные, приобретшие систематический характер визиты как руководителей партий и правительств этих стран, так и делегаций трудовых коллективов и общественных организаций. Они способствовали не только согласованию тех или иных практических мероприятий, уточнению позиций в различных областях двусторонних отношений и международной жизни и т. п., но и ознакомлению с практикой социалистических преобразований в разных странах мировой системы социализма, заимствованию передового опыта, укреплению взаимного доверия не только между руководителями партий и государств, но и между все более широкими слоями трудящихся.

Содержание экономического сотрудничества в рамках социалистического сообщества первоначально определялось тем, что практически все страны, ставшие на путь социалистического развития, испытали тяжелейшие последствия войны. В этих условиях огромную роль в налаживании братских, интернационалистических связей между социалистическими странами сыграла помощь Советского Союза освободившимся народам.

Советская экономическая помощь странам Центральной и Юго-Восточной Европы стала поступать уже в процессе их освобождения от фашистских захватчиков и приобрела еще больший размах после завершения войны, когда началось послевоенное восстановление хозяйственной жизни. Эта помощь — как безвозмездная, так и в рамках торговых соглашений — способствовала преодолению послевоенных трудностей и имела большое значение для защиты экономической независимости этих стран от империалистических посягательств.

Хозяйственные связи между СССР и другими социалистическими странами в то время развивались преимущественно на осно-

¹ «Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС, 14—15 июня 1983 года», с. 22.

192 ве двусторонних соглашений, имевших краткосрочный характер. Постепенно стали налаживаться также экономические связи между социалистическими странами Центральной и Юго-Восточной Европы. Уже в 1945—1946 гг. были заключены первые соглашения о товарообороте и платежах между Польшей и Венгрией, Болгарией и Чехословакией, Польшей и восточной частью Германии и т. д. Большую активность в области налаживания взаимной торговли и сотрудничества проявили Балканские страны — Албания, Болгария, Румыния и Югославия. В результате произошло многократное повышение доли взаимной торговли. Доля социалистических стран в товарообороте Албании выросла с 4,8% в 1938 г. до 38,3% в 1948 г., Болгарии — с 9,6 до 74,5%, Венгрии — с 13,3 до 34,1%, Польши — с 7,1 до 34,4%, Румынии — с 17,7 до 70,6%, Чехословакии — с 11,2 до 30,2% ¹.

Успешное восстановление народного хозяйства, равно как и последующий переход большинства социалистических стран к созданию материально-технической базы социализма на основе долгосрочного планирования, способствовало переходу к долгосрочным же экономическим соглашениям между этими странами. В 1947 г. были заключены договоры о торговле между СССР и Румынией, СССР и Венгрией, СССР и Чехословакией, Болгарией и Чехословакией, Польшей и Чехословакией, в 1948 г. — между СССР и Болгарией, СССР и Польшей, Болгарией и Польшей, Венгрией и Чехословакией и т. д. Это способствовало как быстрому росту объемов их внешней торговли, так и дальнейшему упрочению взаимных экономических связей.

Проблемы экономических взаимоотношений европейских социалистических стран были обсуждены в январе 1949 г. на Экономическом совещании представителей Болгарии, Венгрии, Польши, Румынии, СССР и Чехословакии. Совещание признало возможным расширить сотрудничество и образовало для этого Совет Экономической Взаимопомощи. В феврале того же 1949 г. в СЭВ вступила Албания (впоследствии самоустранилась), в 1950 г. — ГДР. На первой сессии СЭВ (апрель 1949 г.) было создано постоянно действующее Бюро, в состав которого вошли по одному представителю от каждой страны, и создан его технический аппарат во главе с секретарем.

Создание СЭВ было, с одной стороны, политическим ответом СССР и стран народной демократии на попытку Запада организовать экономическую блокаду социалистических государств после их отказа присоединиться к «плану Маршалла», имевшему цель экономически подчинить эти страны США, не допустить проведения в них социалистических преобразований. Но с другой стороны,

¹ См. «Мировая социалистическая система. Некоторые проблемы развития на современном этапе». М., 1971, с. 153.

193 и это главное, создание СЭВ диктовалось действием закономерностей развития мировой социалистической системы, потребностью братских стран в организации и углублении своего сотрудничества в области экономики, науки и техники на принципах социалистического интернационализма, уважения суверенитета, независимости и национальных интересов, полного равноправия, взаимной выгоды и товарищеской взаимопомощи. С созданием СЭВ началось формирование основ международных экономических отношений нового типа.

Демократическая договорная основа, добровольное сочетание общих и национальных интересов стали постоянным фундаментом взаимоотношений стран — членов СЭВ. Опыт взаимодействия этих стран, говорилось в Заявлении Экономического совещания стран — членов СЭВ на высшем уровне 1984 г., убедительно демонстрирует «свойственные социализму коренные преимущества над капитализмом, такие, как социальное и национальное равноправие, планомерное развитие экономики, идейное сплочение общества, уверенность в будущем, постоянная забота о человеке и всестороннее развитие личности. На этой основе обогащается социалистический образ жизни, развивается политическая система социализма, совершенствуется социалистическая демократия, на деле гарантирующая человеку самые широкие права и свободы»¹.

Конечно, огромные резервы совместного экономического развития, связанные с возможностью согласовывать и координировать хозяйственную деятельность социалистических стран, реализовывались постепенно, по мере повышения и сближения уровней их экономики. В свою очередь практика выявляла новые способы и пути усиления процессов интернационализации хозяйственной жизни стран, образовавших мировую систему социализма. Так, сначала центральное место в деятельности СЭВ занимали вопросы взаимных поставок продукции, выходивших за рамки собственно торговли и относившихся скорее к категории помощи (что имело большое значение для стран, приступивших к социалистической индустриализации, но испытывавших дефицит во многих видах материальных ресурсов). Следующей, более высокой ступенью экономического сотрудничества социалистических стран стала межгосударственная координация народнохозяйственных планов, осуществление которой было начато по решению IV сессии СЭВ в 1954 г. Согласование планов развития ведущих отраслей экономики стран — членов СЭВ на 1956—1960 гг. стало их первой совместной работой в этой области.

Пути дальнейшего совершенствования форм экономического сотрудничества между братскими странами и наилучшего исполь-

¹ «Правда», 16 июня 1984 г.

194 зования преимуществ, заложенных в мировой социалистической системе хозяйства, были обсуждены на состоявшемся в мае 1958 г. Совещании представителей коммунистических и рабочих партий стран — членов СЭВ (в работе которого приняли участие также представители Компартии Китая, Партии трудящихся Вьетнама, Народно-революционной партии Монголии, Трудовой партии Кореи). На Совещании было отмечено, что особо важное значение приобрели «более глубокая специализация и кооперирование производства взаимосвязанных отраслей народного хозяйства стран социалистического лагеря» ¹. Цели, характер и основные направления этой деятельности были сформулированы в документе «Основные принципы международного социалистического разделения труда», одобренном в 1962 г. на очередном Совещании представителей коммунистических и рабочих партий стран — членов СЭВ ².

Переход на эту ступень экономического сотрудничества был возможен не только потому, что для этого созрели объективные условия (успехи индустриализации, повышение уровня планомерности хозяйственной жизни и т. д.), но и потому, что к тому времени уже достаточно эффективно действовал сам Совет Экономической Взаимопомощи. В свою очередь, чтобы осуществить такой переход, необходимо было повысить роль СЭВ как координирующей организации. Для решения этой задачи большое значение имело принятие в 1959 г. Устава Совета Экономической Взаимопомощи, в котором были закреплены сложившиеся принципы его деятельности как международной организации, действующей на началах суверенного равенства всех ее членов, уважения национальных интересов, взаимной выгоды и товарищеской взаимопомощи ³.

В ходе координации планов экономического развития стран — членов СЭВ в 60-х годах был успешно решен ряд важных народнохозяйственных проблем. Так, для обеспечения возрастающих объемов поставок советской нефти в социалистические страны Центральной и Юго-Восточной Европы в 1961—1964 гг. было осуществлено совместное строительство нефтепровода «Дружба» общей протяженностью более 4,5 тыс. км. Заинтересованные страны этого региона принимали участие в развитии железорудной базы в СССР, в увеличении объемов добычи бурого угля в ПНР, в сооружении других производственных объектов. Были сделаны первые шаги по объединению энергосистем и совместному использованию железнодорожного транспорта. Углубление работы по коор-

¹ «Правда», 25 мая 1958 г.

³ См. «Основные документы Совета Экономической Взаимопомощи», т. 1. М., 1981, с. 9—21.

195 динации планов, специализации и кооперированию производства способствовало быстрому росту взаимного товарооборота (с 1950 по 1965 г.— в 5 раз) ¹.

Таким образом, в 50—60-х годах все более систематический характер приобретало политическое и экономическое взаимодействие социалистических стран, что существенно улучшало условия революционно-преобразующей деятельности трудящихся в каждой из этих стран и во всей их совокупности, позволяло добиваться значительных успехов в развитии общественного производства, повышении культуры и благосостояния народных масс, развертывании социалистической демократии. В результате многократно возросли экономический потенциал и политический авторитет мировой социалистической системы. Как подчеркивалось в Итоговом документе международного Совещания коммунистических и рабочих партий 1969 г., социалистический мир вступил «в такую полосу развития, когда появляется возможность значительно полнее использовать могучие резервы, заложенные в новом строе» ².

Вместе с тем эти же десятилетия показали, что развитие мировой системы социализма — сложный, не лишенный серьезных противоречий процесс. Особенно большие трудности для него создал отход маоистского руководства Китая от принципов социалистического интернационализма. Происходившие в КНР деформации социализма не только ослабляли ее связи с другими социалистическими странами, но и противопоставляли ее большинству этих стран, доводили дело даже до вооруженных приграничных конфликтов. По пути противопоставления своей страны мировому социалистическому содружеству, а затем и полной изоляции от него пошло и руководство Албанской партии труда.

Однако не эти негативные моменты определяли характер и результаты развития мировой системы социализма в 50—60-х годах. Его основной тенденцией было все большее интернационалистское сплочение большинства социалистических стран, в результате чего сформировалось и окрепло ядро системы — социалистическое содружество. Его составили страны, объединенные общностью идейно-политических позиций на базе марксизма-ленинизма и социалистического интернационализма, общими целями построения социализма и коммунизма, совместно проводимым внешнеполитическим курсом на международной арене.

¹ Б. Н. Ладыгин, В. И. Седов, Р. Р. Ултанбаев. Исторический опыт сотрудничества стран СЭВ. М., 1980, с. 156—159.

² «Международное Совещание коммунистических и рабочих партий. Документы и материалы. Москва, 5—17 июня 1969 г.». М., 1969, с. 302.

196 * * *

Выход социализма за рамки одной страны, образование мировой социалистической системы открыли перед человечеством новые горизонты, явились материальной основой социального прогресса во всемирном масштабе. В результате материального воплощения идей социализма сначала в Советском Союзе, а затем и во многих других странах появились реальные возможности решать важнейшие проблемы современности по-новому, в интересах мира, демократии и социализма ¹. Эти возможности были связаны с тем, что мировая социалистическая система не только идейно вдохновляла участников борьбы за социальное и национальное освобождение, но и оказывала материальную помощь народам, ставшим на путь независимого национального развития, а в особенности тем, которые избрали социалистическую ориентацию развития. Возможности по-новому решать глобальные проблемы современности были обусловлены и тем, наконец, что страны социализма с самого начала стали прочной опорой борьбы против военной опасности, агрессивной политики империализма, за мирное сосуществование и взаимовыгодное сотрудничество государств с различным социальным строем.

¹ См. «Заявление Совещания представителей коммунистических и рабочих партий, состоявшегося в Москве в ноябре 1960 года».— «Программные документы борьбы за мир, демократию и социализм», с. 54.

197

Глава третья. АВАНГАРДНАЯ РОЛЬ КОММУНИСТОВ В НЕСОЦИАЛИСТИЧЕСКОМ МИРЕ​

Коммунистические партии с честью выдержали серьезные испытания периода войны. Международное коммунистическое движение выросло вширь и вглубь, укрепились зрелость и самостоятельность отдельных партий. Разнообразнее стали условия, в которых им приходилось действовать. Нередко условия эти менялись с большой быстротой, требуя от коммунистов особой гибкости, трезвости оценки, тактического умения.

Международная и внутриполитическая обстановка первых послевоенных лет благоприятствовала развитию борьбы масс за свои права. Трудящиеся стран капитала были охвачены порывом к лучшей жизни, верили, что бедствия кризиса, войны, тяжелые лишения и бесчеловечная эксплуатация не повторятся, что социальной несправедливости будет положен конец. Народы колоний, особенно так или иначе затронутых войной, не желали сохранения чужеземного ига, поднимались на борьбу за национальное освобождение.

Но послевоенная обстановка определялась отнюдь не одними благоприятными условиями, отличаясь большой противоречивостью как во внутриполитическом, так и в международном плане.

При общем ослаблении капитализма как системы американский империализм в результате войны значительно укрепился и стал все активнее выступать в качестве центра мировой реакции. Надеждам, с которыми трудящиеся массы встретили освобождение от фашизма, противостояли и экономическая разруха, и сопротивление сохранившей свои позиции буржуазии. Англо-американская оккупация ряда стран Западной Европы стала мощным тормозом прогрессивных преобразований. В антифашистском лагере, включавшем и часть буржуазии, обострились разногласия относительно задач послевоенной политики.

Демократический подъем в странах, вышедших из войны, породил в массах как реформистские, так и левацкие иллюзии, игнорировавшие сложность и противоречивость ситуации. Необходимо было противостоять двум крайностям: с одной стороны, наивному благодушию, выливавшемуся в политическое капитулянтство перед буржуазными силами, поддерживаемыми прежде всего Соединенными Штатами; с другой — левацкому авантюризму, игнорировавшему объективные трудности, специфические осо-

198 бенности послевоенной обстановки. Нельзя было не считаться с тем, что, хотя итоги второй мировой войны означали серьезнейший удар по капиталистической системе, на первом плане, в отличие от революционного подъема 1918—1923 гг., в большинстве капиталистических стран стояли не непосредственно революционные, а общедемократические задачи.

Насущной целью авангарда революционных сил становилось четкое определение задач борьбы, соответствующих таким разным условиям, как условия Западной Европы, различных стран Азии, Африки, Латинской Америки.

БОРЬБА ЗА ОПРЕДЕЛЕНИЕ ПУТЕЙ ПОСЛЕВОЕННОГО РАЗВИТИЯ​

Авторитет несгибаемой антифашистской, патриотической силы, завоеванный коммунистами в годы второй мировой войны, как уже отмечалось, повсеместно способствовал расширению их влияния в массах. Особенно быстро росли ряды партий, вышедших из подполья. К концу 1944 г. в Итальянской коммунистической партии насчитывалось свыше 400 тыс. членов, а осенью 1945 г. уже более 1,7 млн.¹ Численность КПГ в западной части Германии составила, несмотря на тяжелейшие потери, на начало 1946 г. свыше 200 тыс. членов² (в 1933 г. во всей Германии их было около 300 тыс.); в Компартии Австрии в 1948 г. насчитывалось более 150 тыс. человек — почти в 10 раз больше, чем до ее перехода на нелегальное положение в 1934 г.³ Коммунистическая партия Японии только за три месяца (декабрь 1945 — февраль 1946 г.) выросла в 6 раз — с 1083 до 6430 человек. В 1949 г. в КПЯ было уже более 100 тыс. членов⁴. В маленьком Люксембурге, где до войны было всего 350 коммунистов, после освобождения в Коммунистической партии насчитывалось 5 тыс. членов⁵.

Общая численность коммунистических партий развитых капиталистических стран в 1947 г. более чем удвоилась (3,5 млн.) по сравнению с 1939 годом — годом начала второй мировой войны.

Успешно прошли для подавляющего большинства компартий первые послевоенные выборы. В Великобритании коммунисты

¹ См. «Тридцать лет жизни и борьбы Итальянской коммунистической партии». М., 1953, с. 563; П. Тольятти. Избранные статьи и речи, т. 1. М., 1965, с. 456.

⁵ «1921—1981. Beiträge zur Geschichte der Kommunistischen Partei Luxemburgs». Luxemburg, 1981, S. 168.

199 впервые провели в парламент двух депутатов. Весьма значительны были парламентские успехи массовых партий. Французская коммунистическая партия на выборах в Учредительное собрание в октябре 1945 г. получила более 5 млн. голосов (26%), завоевав 152 из 545 депутатских мест, и стала тем самым первой партией страны. Выборы в Национальное собрание в ноябре 1946 г. принесли новый успех ФКП, получившей 5,5 млн. голосов и 182 мандата из 622. За итальянских коммунистов на выборах в Учредительное собрание (июнь 1946 г.) было отдано 19% голосов. Большое влияние приобрел созданный в 1944 г. финскими коммунистами и левыми социал-демократии Демократический союз народа Финляндии (ДСНФ). В марте 1945 г. ДСНФ завоевал в парламенте 49 мест из 200. В Нидерландах на первых послевоенных выборах Коммунистическая партия приобрела 10 парламентских мандатов вместо трех, которые она имела до войны.

В Западной Германии первым обер-бургомистром крупнейшего города Рура — Эссена стал коммунист Х. Реннер. На выборах в производственные советы рурских предприятий коммунисты получили 44% голосов ¹. В начале 1947 г. они возглавляли 38,6% производственных советов Рура ². Представители КПГ входили в 10 из 11 земельных правительств и в ландтаги большинства земель.

Во многих странах Европейского континента коммунистические партии завоевали положение крупной национальной силы либо находились на пути к этому. Отражением такого успеха стал факт участия компартий в послевоенных национальных правительствах. Для европейских стран, освобожденных от фашистского ига, это было общим правилом, за немногими исключениями (Западная Германия, Нидерланды, Люксембург, Греция). В австрийском правительстве коммунисты имели трех представителей, в норвежском — двух, в бельгийском — четырех. Во Франции представитель коммунистической партии занимал одно время пост министра национальной обороны, в Италии, Франции и Австрии — пост заместителя премьер-министра. В Финляндии ДСНФ в 1946—1948 гг. принадлежал пост премьер-министра.

Достигнутые коммунистическими партиями успехи возлагали на них огромную ответственность, ставили перед ними новые сложные задачи. Предстояло решить, имеет ли политическая нестабильность и демократический подъем, охвативший весь капиталистический мир, социалистическую перспективу, от каких

¹ «Geschichte der deutschen Arbeiterbewegung». Chronik. Bd III. Berlin, 1967, S. 50.

² См. «Коммунистическая партия Германии. 1945—1965». М., 1968, с. 28.

200 конкретных, в том числе международных, условий зависит ответ на этот вопрос, будут ли пути борьбы за социалистическое преобразование общества сходными с теми, по которым коммунисты шли после первой мировой войны, или нет. Высокий авторитет компартий был завоеван в борьбе с фашизмом, но с победой в войне многим трудящимся антифашистские цели казались достигнутыми. Необходимо было найти органичный переход от прежних задач и лозунгов к новым, не утратив поддержки масс и не оборвав те завязавшиеся во время войны союзнические связи, которые имели непреходящее значение.

В колониальных и зависимых странах необходимо было решить вопрос об отношениях с национальной буржуазией, которой в большинстве случаев принадлежала руководящая роль в движении за независимость. Ситуация отличалась здесь большим своеобразием и многообразием.

Определенные трудности для работы многих компартий создавала резкая перемена условий борьбы, связанная с выходом ряда партий из подполья, необходимостью быстро осваивать легальные формы работы. Ломка укоренившихся навыков, нехватка кадров, имеющих опыт широкой агитации и организации масс,— все это имело особенное значение для таких партий, как ИКП, КПГ, КПА, долгие годы находившихся в подполье. Быстрое расширение членского состава партий — иногда в десятки раз — ставило перед ними много проблем, грозило растворить твердое, испытанное ядро в массе «новобранцев», недостаточно знакомых с марксизмом-ленинизмом, не имевших должного политического опыта.

Главной задачей, стоявшей в этих условиях перед компартиями, было, таким образом, своевременное занятие принципиальных позиций, отвечающих новой и отнюдь не однозначной послевоенной обстановке.

Трудность выбора подчеркивалась серьезными испытаниями, выпавшими, например, на долю Коммунистической партии Греции и некоторых других партий. Греческие коммунисты, объединившие вокруг себя во время войны патриотические силы ЭАМ — ЭЛАС * и добившиеся значительных успехов в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками, после высадки в стране английских войск оказались перед лицом союза внутренней реакции с силами международного империализма. Колебания руководства ЭАМ — ЭЛАС между ставкой на вооруженное завершение освободительной борьбы и заключением компромисса с командованием союзников привели к кровопролитному подавлению повстанческих войск английским экспедиционным корпусом (декабрь 1944 г.). В на-

* ЭАМ — Национально-освободительный фронт, ЭЛАС — Народно-освободительная армия.

201 чавшейся затем гражданской войне (1946—1949 гг.) ослабленные силы патриотов потерпели поражение. Свыше 60 тыс. коммунистов и других борцов за свободу Греции оказались в эмиграции ¹.

Под влиянием победы над фашизмом во второй мировой войне группа португальских коммунистов, находившихся в концлагере Таррафал, пыталась навязать Португальской коммунистической партии (ПКП) так называемую переходную политику, под флагом которой предлагалось ценой серьезных уступок правым силам оппозиции начать переход от фашизма к демократии. Во имя союза с либеральной буржуазией, монархистами и другими силами, находившимися в оппозиции, эта группа была готова свернуть подпольную работу, отказаться от критики буржуазии, убрать из газеты «Аванте!» эмблему серпа и молота и лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!». «Переходная политика» была подвергнута критике на IV съезде ПКП в 1946 г., который взял курс на вооруженную борьбу.

Глубоко ошибочную, ревизионистскую линию заняло еще в период войны руководство Компартии США, возглавлявшееся Э. Браудером. Установление на международной арене антифашистского союза оно истолковало в духе классового сотрудничества, сделав отсюда ложный вывод о возможности длительного «национального единства» в США и в послевоенных условиях. Трактуя особенности ситуации в стране в духе пресловутой американской «исключительности», Браудер проповедовал «прогрессивность» капитализма США, ненужность такой четкой формы организации коммунистов, как партия. По его настоянию на XII съезде Компартии США (1944 г.) она была распущена и заменена расплывчатой Американской коммунистической политической ассоциацией. Предпринимались попытки «экспорта» браудеровского ревизионизма и в другие страны. Лишь в июле 1945 г. на XIII Чрезвычайном съезде в значительной мере благодаря усилиям виднейшего американского марксиста У. Фостера и его соратника Ю. Денниса Компартия была восстановлена. Однако браудеризм дорого обошелся партии. Если в начале 40-х годов она насчитывала около 100 тыс. членов, то в 1946 г. — 53 тыс. ² Ослабли и связи коммунистов с профсоюзами.

Подавляющее большинство коммунистических партий не только с честью выдержало испытания войны, но и успешно преодолевало трудности разработки послевоенной стратегии и так-

¹ См. «Коммунисты и демократия. Материалы обмена мнениями, состоявшегося в редакции журнала «Проблемы мира и социализма». Прага, январь 1963 г.». Под общей редакцией А. М. Румянцева. Прага, 1964, с. 64.

² См. А. А. Гречухин. Борьба Коммунистической партии США за единство своих рядов. М., 1975, с. 76; Н. В. Сивачев, Е. Ф. Язьков. Новейшая история США. М., 1980, с. 170.

202 тики. Этим во многом они были обязаны непреходящим урокам VII конгресса Коминтерна, все более выявлявшего свое значение верного ориентира в борьбе компартий развитых капиталистических стран за превращение в подлинно массовую национальную силу, последовательное выполнение своего интернационального долга.

Послевоенная стратегия коммунистических партий была непосредственным продолжением линии, проводившейся ими во время войны. «Единство в бою и в труде!», «Возрождение, демократия, единство!» — в этих лозунгах Французской коммунистической партии четко выражалась такая преемственность. В то же время коммунистическое движение стремилось учесть послевоенные реалии, дать ответ на возникшие новые вопросы. Констатировав отсутствие в странах Западной Европы — и не в последнюю очередь в результате англо-американской оккупации — предпосылок для непосредственной борьбы за социалистическую революцию, коммунисты ставили своей задачей завершение борьбы с фашизмом путем выкорчевывания его классовых корней, нанесения удара по тем силам, которые вскормили его. Тем самым послевоенная стратегическая линия увязывалась с той, которая существовала перед войной и во время войны. Такая постановка вопроса давала также возможность избежать «греческой перспективы», бороться за сохранение выкованного в огне войны народного единства, включавшего наряду с рабочим классом значительную часть непролетарских слоев.

В то же время стратегия коммунистов предполагала глубокие демократические преобразования и тем самым шла навстречу тем чаяниям социальной справедливости, с которыми встретили военный разгром фашизма трудящиеся массы. «Мы не могли, — говорил П. Тольятти, — ограничиться пропагандой, не могли ограничиваться только агитацией против реакционной буржуазии, которая с иностранной помощью стремилась реорганизовать свою власть. Мы не могли также предложить такое решение, которое было бы оторванным от нашей действительности и не соответствовало бы ей, не соответствовало бы тому стремлению к широкому национальному единству, которое возникло во время войны во всех слоях общества. Мы не могли предложить такое решение, как установление диктатуры пролетариата. Отсюда и наша политика, которая исходила из утверждения необходимости глубокого преобразования экономической и политической структуры, но в то же время выдвинула необходимость осуществления этого преобразования путем широкого сотрудничества различных социальных групп, идеологических течений и партий» ¹. П. Тольятти считал, что для того, чтобы выполнить руководящую роль во всех облас-

¹ П. Тольятти. Избранные статьи и речи, т. 1, с. 695.

203 тях социальной и политической жизни, партия должна стать массовой.

В документах коммунистических партий первых послевоенных лет получают хождение термины «прогрессивная демократия», «новая демократия», «передовая демократия», «демократия, освобожденная от трестов», «подлинно демократический режим» и т. п. Тем самым в качестве цели последовательных демократических и антифашистских преобразований, за которые борются коммунисты, выдвигалось создание своеобразного переходного строя, выходящего за рамки буржуазной демократии и открывающего путь для дальнейшего продвижения к социализму ¹. Этот революционный процесс мыслился как относительно мирный, без гражданской войны ². Так творческая мысль коммунистов сделала на основе накопленного опыта новый вклад в теорию социалистической революции.

В некоторых высказываниях деятелей коммунистических партий в первые послевоенные годы уже содержится — пока еще в сравнительно неразработанном виде — мысль о своеобразии хода борьбы за социалистическую революцию на Западе. М. Торез в ноябре 1946 г. в интервью газете «Таймс» заявил, что ситуация в мире «позволяет рассматривать переход к социализму иными путями, чем тот, по которому идут русские коммунисты. Во всяком случае, путь каждой страны непременно имеет свои отличия. Мы всегда считали и заявляли, что народ Франции, богатый славными традициями, сам найдет свой путь к большей демократии, прогрессу и социальной справедливости» ³. В то же время коммунисты подчеркивали, что своеобразие форм революции отнюдь не отменяет общих закономерностей классовой борьбы.

Коммунистические партии стремились придать максимальную конкретность тем своим предложениям, которые были направлены на осуществление коренных преобразований. Компартия Германии буквально на следующий день после легализации опубликовала программный документ, в котором требовала полного очищения всех общественных учреждений от активных нацистов, строгого наказания военных преступников, отчуждения их имущества с передачей его в руки народа через органы самоуправления, ликвидации крупной земельной собственности с разделом земли и инвентаря между крестьянами, пострадавшими во время войны, передачи предприятий, брошенных владельцами, а также транспорта, энергетики, водоснабжения органам самоуправления, перестройки судов, учебных заведений, местных органов власти

¹ См., например: В. Песси. Избранные статьи и речи. М., 1978, с. 52.

³ М. Торез. Избранные статьи и речи. М., 1966, с. 264.

204 на началах подлинной демократии и т. п.¹ Фракции коммунистов в ландтагах внесли ряд прогрессивных законопроектов — о национализации рурских угольных шахт, о праве рабочих на участие в управлении предприятиями, об ограничении крупного землевладения. Многие из них получили поддержку масс и были в том или ином виде приняты, однако в западных зонах оккупации, как правило, не осуществлены на практике.

«Программа неотложных мер», обнародованная в августе 1945 г. Компартией Австрии, выдвигала на первый план денацификацию и национализацию промышленных предприятий и банков².

Коммунистическая партия Бельгии (КПБ) обусловила свое вхождение в правительство принятием таких требований, как немедленное наказание изменников с конфискацией их имущества, демократизация армии путем включения в нее сил Сопротивления и др. КПБ потребовала национализации монополий в ключевых отраслях экономики, предоставления широких прав создаваемым рабочими производственным советам. Ее депутаты разработали законопроект о национализации угольных шахт³.

Компартия Японии на своем первом легальном съезде (декабрь 1945 г.) приняла программу действий, включавшую борьбу за ликвидацию монархии, роспуск всех антидемократических организаций, принятие конституции самим народом, отмену полуфеодальной системы найма, организацию социального страхования за счет капиталистов, народный контроль за распределением продуктов и т. д. На следующем, V съезде (февраль 1946 г.) были выдвинуты требования ликвидации паразитического помещичьего землевладения и передачи земли крестьянам, конфискации военных прибылей.

Своеобразием момента для ряда компартий Западной Европы была возможность бороться за осуществление преобразований как «снизу», так и «сверху», путем участия в правительстве. Это был первый опыт такого участия в условиях отсутствия революционной ситуации. В специфической послевоенной обстановке отказ от правительственной ответственности был бы непростительным сектантством, серьезно затруднил бы сохранение широких союзов и развертывание борьбы за прогрессивные преобразования. «Мы решили, — говорил Генеральный секретарь Коммунистической партии Финляндии В. Песси, — что было бы неверно и губительно, если бы коммунисты, представляющие авангардную силу

¹ «Dokumente der Kommunistischen Partei Deutschlands (далее — Dokumente der KPD). 1956». Berlin, 1965, S. 5—7.

³ См. Ю. Н. Панков. Рабочее движение в Бельгии. М., 1966, с. 51, 137.

205 новой, демократической Финляндии, отказались войти в правительство и оставили поле борьбы, находясь в оппозиции... Теперь перед нами открылась возможность на практике принимать участие в решении правительственных дел и значительно влиять на решение вопросов в интересах широких народных масс» ¹. Разумеется, участие в правительстве вместе с буржуазными партиями не во всем было выгодно коммунистам, нередко их сковывало, но, опираясь на широкий демократический подъем в стране и мире, они добились ряда важных завоеваний. В значительной мере благодаря участию коммунистов в правительстве Франции были осуществлены широкие программы национализации, расширены права комитетов предприятий, повышена заработная плата рабочим и служащим, создана самая развитая в капиталистических странах система социальных пособий. «Опыт показал, — пишет советский исследователь, — что периоды, когда представители ФКП входили в состав правительственного большинства и тем более в состав министерских кабинетов (1936—1938, 1944—1947 гг., лето 1954 и весна 1956 г.), совпадают с моментами наибольшей эффективности парламентского режима» ².

Серьезные социальные и политические завоевания во многом благодаря деятельности коммунистов в правительственной коалиции были достигнуты рабочим классом и трудящимися в первые послевоенные годы в Италии, Австрии, Финляндии, Бельгии и других странах ³.

Наряду с отстаиванием классовых требований министры-коммунисты уделяли много внимания общенациональным интересам. Огромна роль, которую сыграли французские, итальянские, австрийские, финские коммунисты в борьбе за подъем производства, преодоление экономической разрухи, больно ударявшей по всем трудящимся. Перестройка экономики, ликвидация архаичных структур заложили основы для последующего ускорения экономического роста. «Битва за уголь», которую возглавил министр-коммунист М. Поль, помогла обеспечить энергетическую базу для возрождающейся французской промышленности. Коммунисты разъясняли массам, что повышение заработной платы без роста производительности труда лишь приведет к новому ускорению роста инфляции. Конструктивный подход к социально-экономическим вопросам проявляли и те компартии, представители которых не входили в правительство. Так, Коммунистическая партия Швеции, поддержав социальную программу правительства социал-демократов, выдвинула ряд предложений в ее развитие. Коммунисты

¹ В. Песси. Указ. соч., с. 18.

³ См. «Международное рабочее движение. Вопросы истории и теории», т. 6. М., 1981, с. 47—52.

206 сыграли большую роль в расширении прав рабочих на предприятиях.

Велик был вклад компартий в определение послевоенного политического устройства ряда стран. Компартия Австрии — единственная из партий своей страны — последовательно отстаивала ее государственный суверенитет, доказывая, что речь идет о сложившейся отдельной нации. Такая концепция лишь позднее была принята другими партиями Австрии. Итальянские коммунисты, выступив против поверхностного антиклерикализма остальных левых сил, воспрепятствовали религиозным распрям в среде трудящихся. ИКП оказала большое влияние на содержание республиканской Конституции Италии. Хотя ее предложение объявить страну «демократической республикой трудящихся» не было принято, многие статьи конституции — о праве государства осуществлять аграрную реформу, координировать экономическую деятельность, проводить экспроприации, обеспечивать право на труд, социальное обеспечение, образование и т. п. — появились во многом благодаря настойчивости коммунистов.

Деятельность коммунистов в послевоенных коалициях была тем эффективнее, чем успешнее она могла опереться на массовое движение трудящихся. Это условие удавалось осуществить далеко не всегда. Нередко правительственное сотрудничество с буржуазными и социал-реформистскими партиями, требовавшее от коммунистов большой гибкости и напряжения, заостряло все их внимание на событиях в сфере власти, отвлекало лучшие силы от организации массовой борьбы. Забота о сохранении союзнических связей заставляла их с большой осторожностью прибегать к мобилизации масс, вызывавшей нервную реакцию партнеров по коалиции. Проблема успешного сочетания действий «сверху» и «снизу» выдвинулась в число серьезных проблем коммунистического движения, каждый раз решаясь по-разному в зависимости от конкретных условий, степени гибкости и последовательности политики партии. Так, бельгийским коммунистам не удалось мобилизовать широкие народные массы на борьбу за осуществление своей программы, выработанной в 1944—1945 гг. КПБ увлеклась парламентскими методами борьбы, ослабив внимание к организации массового движения. Стремясь сохранить единство с социалистами, она почти прекратила их критику ¹. Недостаточную опору на массовое движение, недостаточную решительность в отстаивании своих требований в послевоенные годы отмечали впоследствии и некоторые другие компартии ².

¹ См. Ю. Н. Панков. Указ. соч., с. 52, 137.

² См., например: «Тридцать лет жизни и борьбы Итальянской коммунистической партии», с. 514—515; М. Торез. Указ. соч., с. 305—306; В. Песси. Указ. соч., с. 48, и др.

207 В значительной степени успехи и неудачи коммунистов определялись прочностью того единства действий рабочего класса, которое сложилось в годы войны. Помня указание В. И. Ленина: «Без единства рабочего класса невозможен успех его борьбы» ¹, компартии прилагали большие усилия для поддержания сотрудничества с социал-демократией и другими течениями в рабочем движении. Сплоченность рабочего класса они рассматривали как стержень того широкого народного единства, которое они считали необходимым для осуществления демократических преобразований. Непосредственно после войны казалось, что опыт борьбы с фашизмом сблизил коммунистов и социалистов настолько, что не только в странах Центральной и Юго-Восточной Европы, но и в Западной Германии, Австрии, Франции, Италии, Дании, Норвегии встал вопрос об объединении рабочих партий. Еще во время войны (1944 г.) в результате объединения Коммунистической партии Швейцарии и Социалистической федерации Швейцарии была создана Швейцарская партия труда (ШПТ), стоящая на позициях марксизма-ленинизма. В Финляндии, как было сказано выше, коммунисты и левые социал-демократы сотрудничали в рамках ДСНФ.

В Западной Германии развертыванию движения комитетов единства действий коммунистов и социал-демократов оказывали сопротивление оккупационные власти. Тем не менее коммунисты и социал-демократы действовали сообща, восстанавливая профсоюзы, участвуя в создании коммунальных и земельных органов управления. В ряде земель совместными усилиями они добились принятия прогрессивных конституций. В Баден-Вюртемберге в конституцию этой земли были внесены положения об обобществлении ключевых отраслей промышленности и праве рабочих на участие в управлении. В земле Северный Рейн-Вестфалия был принят закон об обобществлении шахт. В земле Гессен коммунисты и социал-демократы единодушно выступали за экспроприацию крупных монополий.

Поддерживая идею создания единой рабочей партии, коммунисты стремились придать ей четкие идеологические, политические и организационные контуры, не допустить беспринципного компромисса, который бы не укрепил, а ослабил рабочее движение. Этой цели отвечала Хартия единства, разработанная летом 1945 г. Французской компартией. Австрийские коммунисты подчеркивали, что единство рабочего класса должно органично родиться в самих массах в процессе совместной борьбы трудящихся. Однако подкрепить действиями масс соглашения между руководством Коммунистической партии и Социалистической (СПА) не удалось ².

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 23, с. 205.

² См. Э. Цуккер-Шиллинг. Австрия: съезд коммунистов. — «Проблемы мира и социализма», 1965, № 7, с. 70.

208 Слияние рабочих партий оказалось осуществимым лишь в условиях неуклонно развивавшегося революционного процесса в странах Центральной и Юго-Восточной Европы. Правые лидеры, сохранившие свое влияние на социал-демократию Западной Европы, либо поддерживали эту идею лишь на словах (как лидеры СФИО, считавшие, что слияние с ФКП «было бы катастрофой» ¹), либо стремились добиться, чтобы слияние привело к растворению компартий в расплывчатом социал-реформистском блоке. Жизненной оказалась там концепция единства действий двух партий, благодаря которому рабочий класс добился многих послевоенных завоеваний. Однако и это единство в большинстве стран (кроме Италии и отчасти Японии) не выдержало испытаний начавшейся «холодной войны». Основную вину за это несут, несомненно, лидеры социал-демократии. В то же время коммунистические партии, самокритично оценивая свой опыт, в ряде случаев отметили и собственные ошибки, которые помогали врагам единства в рабочем движении срывать налаженное во время борьбы с фашизмом сотрудничество. Нередко в практической работе имели место уклоны, которые, как указывал М. Торез, носили либо оппортунистический, либо сектантский характер ². По свидетельству Генерального секретаря Компартии Финляндии, проводившаяся КПФ «принципиальная критика правых социал-демократов была недостаточной» ³. С другой стороны, КПГ, ведя в принципе правильную политику по отношению к социал-демократии, не всегда придерживалась в ней верного тона. «Разнузданная антикоммунистическая пропаганда руководителей СДПГ и их приверженцев на местах уводила подчас коммунистов в сторону от генеральной линии партии, заставляла их вместо терпеливого поиска сближающих моментов вести с социал-демократами бескомпромиссные споры. Они приводили, как правило, к ожесточению сторон: у социал-демократов усиливались антикоммунистические настроения... а коммунисты впадали в сектантские настроения и отказывались даже от такого сотрудничества с социал-демократами, которое отвечало программным установкам обеих партий и не требовало их идеологического примирения» ⁴. Выдвигая на первое место проблему единства, коммунистические партии в этот период, как правило, теоретически не ставили тесно связанную с этим проблему компромиссов, их значения, характера и границ в соответствии с известными ленинскими установками.

Единство действий рабочих партий и существование антифашистских коалиций во многом стимулировались сотрудничеством

¹ См. М. М. Наринский. Борьба классов и партий во Франции 1944—1958 гг. М., 1983, с. 48.

⁴ В. Д. Ежов. Классовые бои на Рейне. М., 1973, с. 60—61.

209 держав антигитлеровской коалиции на международной арене. Но такая тесная связь с международными условиями имела и свою оборотную сторону. По мере ослабления союзнических связей и постепенного перехода империалистических кругов к развязыванию «холодной войны» между партнерами по антифашистским коалициям возникало все большее напряжение, которое в конце концов приводило к разрыву сотрудничества даже там, где он, казалось, не был неизбежен. Вехами на этом пути стало удаление коммунистов из правительства: сначала (1945 г.) в Дании и Норвегии, в 1947 г. — во Франции, Италии, Бельгии, Австрии, в 1948 г. — в Финляндии. Лишь в Сан-Марино участие коммунистов в правительстве продолжалось до 1957 г. Даже такие массовые партии, как ФКП и ИКП, проявили неуверенность, не сразу развернув массовые оппозиционные действия после исключения своих представителей из правительств ¹. Между тем этот акт практически полностью завершал реставрацию власти монополистического капитала в соответствующих странах. Несмотря на это, следы антифашистского единства сохранились надолго в виде достигнутых совместно завоеваний, ценного опыта, воспоминаний и традиций в партийной массе. В некоторых странах — таких, как Италия, — антифашистское единство стало одним из элементов, образующих политическую культуру масс.

Большим своеобразием отличалась линия коммунистических партий, действовавших в нелегальных условиях. Международная обстановка, создавшаяся после разгрома фашизма, и здесь повлияла на активизацию действий компартий, поиск более эффективной стратегии и тактики. Не случайно начиная с 1945 г. Португальская коммунистическая партия добивается первых крупных успехов: работает внутри фашистских профсоюзов (в десятках профсоюзов было избрано руководство, заслужившее доверие трудящихся), расширяет связи с массами, организует забастовки ². Огромное внимание уделяется достижению и сохранению единства демократических сил — представителей республиканских, социалистических, либеральных групп, оппозиционных офицеров, отстаиванию созданной с этой целью легальной организации Движение демократического единства, в которой приняли участие десятки тысяч демократов из различных слоев общества. ПКП, преодолевая пережитки сектантства в своей среде, борется на два фронта — против «путчизма», отрывающего вопросы подготовки восстания от массовой борьбы, и против «легализма», допускаю-

¹ См. «Информационное Совещание представителей некоторых компартий в Польше в конце сентября 1947 года». М., 1948, с. 173, 302; «Итальянская коммунистическая партия. Краткий исторический очерк». М., 1951, с. 105.

² См. А. Куньял. Страницы борьбы. М., 1977, с. 60.

210 щего возможность компромиссного пути восстановления демократических свобод без крупных социальных преобразований.

Поиск новых тактических решений ведет в эти годы находящаяся в глубоком подполье Коммунистическая партия Испании (КПИ). Поскольку франкизм при поддержке англо-американского империализма удержался у власти, линия на развертывание героической партизанской борьбы не приносила значительного успеха, ведя к изоляции от основных масс народа. Между тем главной заботой Компартии было широкое антифашистское единство, опирающееся на ядро рабочего класса. КПИ констатировала окончание периода лобовых атак, необходимость новых форм сопротивления. «Компартия стала сочетать нелегальную работу с использованием легальных возможностей не только внутри вертикальных профсоюзов (официальные профсоюзные организации, существовавшие при франкизме.— Авт.), но и во всех массовых организациях, существующих при диктатуре» ¹. На этом пути были достигнуты первые успехи в борьбе с диктатурой.

* * *

Период 1945—1947 гг., несмотря на его кратковременность, был чрезвычайно важным в истории коммунистического движения. К его опыту постоянно обращаются марксисты-ленинцы всего мира. Он был не только периодом быстрого взлета движения, добившегося беспрецедентного — а в некоторых странах оставшегося непревзойденным — успеха. Он явился, кроме того, этапом в развитии стратегии и тактики рабочего класса, приспособленной к условиям развитых капиталистических стран, к условиям современной эпохи. Выдвинутые компартиями новые подходы и теоретические положения еще не обрели законченности, не достигли уровня четкой концепции, но при всем этом явились отправным моментом для тех широкомасштабных поисков, время для которых наступило несколько позднее. Наконец, 1945—1947 годы были временем, когда коммунистические партии ряда стран, участвуя в правительственных коалициях, овладевали трудным искусством управления, конструктивного решения проблем, правильных взаимоотношений с союзниками. На этом пути их ожидали не только успехи — прежде всего там, где прогрессивным силам удалось, участвуя в правительстве, создать плацдарм для развития народно-демократической революции,— но и определенные, иногда весьма серьезные срывы и неудачи. Но и негативный опыт наряду с положительным обогатил арсенал коммунистических партий, дал толчок для ряда новых теоретических и практических выводов. Развивая опыт Народных фронтов и антифашистских коалиций вре-

¹ «История Коммунистической партии Испании. Краткий курс». М., 1961, с. 235.

211 мен войны, коммунистические партии реально проявили себя в политической жизни, приняли конкретное — хотя и очень разное по своему практическому значению и результату — участие в политических судьбах своих стран. Во многом благодаря их усилиям народы смогли добиться важных демократических завоеваний — национальной независимости, принятия прогрессивных конституций, национализации некоторых отраслей экономики, нового социального законодательства.

КОММУНИСТИЧЕСКИЕ ПАРТИИ В ГОДЫ «ХОЛОДНОЙ ВОЙНЫ»​

В 1947—1948 гг. послевоенный демократический подъем сменился новым, гораздо более трудным для коммунистов и всех сил демократии и социального прогресса периодом. Не в силах остановить наступление международного рабочего класса иными средствами, империализм прибег к «холодной войне» против стран социализма и соответственно к открытому контрнаступлению на демократические силы в капиталистических странах.

Идеологическим знаменем для перехода к «холодной войне» явилась речь У. Черчилля в Фултоне 5 марта 1946 г. Политической основой контрнаступления международной реакции стала «доктрина Трумэна» (1947 г.), по существу провозгласившая «право» США действовать в качестве мирового жандарма, по своему усмотрению вмешиваться в дела других государств, которым «угрожает коммунизм». Экономической базой реставрации сил западноевропейского капитализма и консолидации империалистической реакции явился почти одновременно объявленный «план Маршалла». Восстановление экономики Западной Европы на капиталистической основе дополнялось заключением военно-политических союзов, прежде всего Североатлантического пакта (НАТО), ставшего центральным звеном в цепи других империалистических блоков. Растущее вмешательство империализма, главным образом американского, в дела других стран и народов поддерживалось откровенной гонкой вооружений в расчете на монополию, а затем первенство США в области атомного оружия. Над человечеством нависла угроза ядерной войны.

«Холодная война» не смогла ликвидировать результаты послевоенного демократического подъема, перечеркнуть серьезные завоевания трудящихся, отбросить коммунистическое движение на позиции десяти-пятнадцатилетней давности. Но она серьезно усложнила условия борьбы всех прогрессивных сил, в некоторых случаях определила их временное поражение, отступление от ряда рубежей, занятых в первые послевоенные годы. Улучшение экономической конъюнктуры на рубеже 40—50-х годов в сочетании с напряженной международной обстановкой способствовало

212 политической пассивности части масс, нередко изолировало боевой авангард. Позитивные сдвиги в международном соотношении сил, определяемые постепенным складыванием мировой системы социализма, вдохновляя революционный авангард в капиталистической части мира, еще не оказали в полной мере своего воздействия на широкие массы, а иногда из-за влияния буржуазной пропаганды представали перед ними в ложном свете.

Развязывание сначала осторожной, а затем все более оголтелой антисоветской и антикоммунистической кампании не могло остаться без последствий для общественного мнения, создавая у значительных слоев населения представление об «опасности с Востока», о неизбежности новой мировой войны. Реакция не жалела усилий, чтобы изобразить коммунистические партии «антинациональными партиями», «продленной рукой Москвы». Коммунистов, ставших или становившихся в предыдущий период серьезной национальной силой, стремились отсечь от реальной политики, лишить их доступа к широким массам. Раздавались призывы к их физическому уничтожению. Это были не пустые угрозы, что показали покушения на П. Тольятти (1948 г.), во время которого он был тяжело ранен, и на лидера КПЯ К. Токуда (1949 г.), убийство Председателя Компартии Бельгии Ж. Ляо (1950 г.). На здание ЦК КПБ, помещения федераций бельгийской, Итальянской и других компартий совершались вооруженные нападения.

Организуя преследования активистов коммунистических партий, запрещая или конфискуя издаваемые ими газеты, проводя «чистки» профсоюзов от «красных», власти стран, народы которых только что отстояли демократические свободы в борьбе с фашизмом, вели дело к объявлению вне закона партий, внесших в эту борьбу решающий вклад. Требование о запрете ФКП было официально выдвинуто в 1949 г. на заседании Национального собрания¹. В Нидерландах после создания НАТО реакцией выдвигались планы запрета прогрессивной печати, удаления коммунистов из парламента. В немецкоязычной части Швейцарии коммунисты находились фактически на полулегальном положении. Итальянские и французские парламентарии-коммунисты в годы «холодной войны» не раз подвергались незаконным арестам. После успеха японских коммунистов на парламентских выборах 1949 г., когда они получили 35 мандатов в нижней палате, было сфабриковано так называемое дело Мацукава, призванное доказать террористическую деятельность Компартии. В июне 1950 г. по указанию американских оккупационных властей японское правитель-

¹ См. Р. С. Варфоломеева. Борьба Французской коммунистической партии за мир, демократию, социализм. 1945—1970 гг. М., 1972, с. 35.

213 ство запретило 24 членам ЦК КПЯ заниматься политической деятельностью. Орган Компартии газета «Акахата» была закрыта, более 12 тыс. коммунистов и других прогрессивно настроенных лиц уволены с предприятий и из учреждений. Компартия перешла на полулегальное положение.

Попытка запретить Компартию была предпринята в Австралии. Соответствующий законопроект, разработанный правительством (1950 г.), Верховный суд признал неконституционным, а поправка к конституции, которая сделала бы возможным объявление Компартии вне закона, была отвергнута избирателями на референдуме.

Преследование коммунистов, как всегда, открывало дорогу для репрессий против всех левых, прогрессивных деятелей, сторонников мира, противников колониальных войн. «На любые оппозиционные течения и группировки, выступавшие за прекращение войны или разоблачавшие зверства карательных войск, немедленно наклеивались ярлыки «предательских», «тайно коммунистических», «прогрессистских» и т. п.» ¹.

Особенно свирепая травля демократических, прогрессивных сил была развернута в США (так называемый маккартизм, по имени его вдохновителя, председателя «комиссии по расследованию антиамериканской деятельности» сенатора Маккарти). Удары «маккартизма» обрушились на выдающихся деятелей культуры, левых профсоюзных лидеров, борцов за мир. В США, так же как в Канаде, из профцентров были исключены профсоюзы, в руководстве которых находились коммунисты и другие прогрессивные деятели. «Антикоммунизм был использован в качестве главного инструмента подавления боевого, пронизанного духом классовой борьбы профсоюзного движения...» ² — писал Гэс Холл. «Агентов коммунизма» видели даже в правительстве США ³. «Венцом» кампании стал арест и процесс 11 лидеров Компартии США, которые почти все были приговорены к пяти годам тюремного заключения. Было проведено более 20 судебных процессов против американских коммунистов ⁴. 108 деятелей Компартии были осуждены к лишению свободы ⁵. В первой половине 50-х годов она практически оказалась на нелегальном положении. Коммунистам запрещалось работать в государственном аппарате, в ряде отраслей промышленности, в школах, служить в армии.

¹ Ю. И. Рубинский. Указ. соч., с. 21.

⁵ См. «История рабочего движения США в новейшее время», т. 2. М., 1971, с. 286.

214 В те же годы усилились репрессии против компартий, долгое время работавших в подполье. В 1949—1952 гг. были арестованы 14 членов ЦК Португальской коммунистической партии, в том числе ее фактический руководитель А. Куньял. Разгул антикоммунистического террора царил в Греции. В 1947—1948 гг. франкистский режим нанес серьезный удар по партизанскому движению в Испании. Расширенное заседание руководства КПИ в 1948 г. пересмотрело в этой связи тактическую линию партии. Было принято решение о свертывании действий партизанских отрядов и перенесении центра тяжести на организацию массового антифашистского движения. Подверглась критике недооценка использования легальных возможностей в массовых организациях диктатуры, в особенности в «вертикальных» профсоюзах.

Годы «холодной войны» были одним из таких периодов, когда антикоммунистическая кампания в капиталистических странах достигала наибольшего размаха и накала. В то же время ни в одной из главных стран капитализма, кроме ФРГ, реакции не удалось добиться прямого запрета компартий. Подготовка к этому акту, включавшая ряд дискриминационных мер и репрессий, тянулась в Западной Германии несколько лет. В августе 1950 г. было приостановлено на три месяца издание целого ряда газет КПГ, включая ее центральный орган «Фрайес фольк». В сентябре того же года распоряжением правительства служащим государственного аппарата было запрещено вступать в КПГ и Союз свободной немецкой молодежи. В июле 1951 г. бундестагом был принят так называемый блицзакон, дававший властям право преследования граждан за политические убеждения. На основе этого закона члены ЦК КПГ И. Ледвон, Ф. Рише и В. Фиш были приговорены к трем с половиной годам тюремного заключения ¹.

22 ноября 1951 г. правительство ФРГ обратилось в конституционный суд с ходатайством о запрещении КПГ. Судебное разбирательство началось в ноябре 1954 г. Западногерманские коммунисты, так же как американские, сумели превратить судебные заседания в трибуну, стать из обвиняемых обвинителями. Тем не менее в августе 1956 г. решением суда в Карлсруэ Компартия была объявлена антиконституционной организацией, а ее имущество конфисковано. Многие активисты КПГ были брошены в тюрьмы. В 1951—1961 гг. политическая уголовная полиция ФРГ провела 150—200 тыс. процессов ². Таким образом, и здесь преследование коммунистов привело к репрессиям против демократических, прогрессивных сил вообще. КПГ продолжала борьбу в подполье.

Так за короткий срок — всего несколько лет — условия деятельности коммунистов изменились уже в третий раз, что предъ-

¹ См. «Коммунистическая партия Германии», с. 70.

² См. «Коммунисты и демократия», с. 92.

215 являло большие требования и к организационной, и к идейно-политической работе партий. Некоторые установки, достаточно широко распространенные в международном коммунистическом движении в первые послевоенные годы, — на мирное сотрудничество СССР и капиталистических держав, на длительность демократического подъема, на благоприятные условия борьбы — оказались перечеркнутыми ходом событий. В обстановке, когда немало колеблющихся и нестойких попутчиков отшатнулись от коммунистов, боясь навлечь на себя подозрения и преследования, а монополистической буржуазии удалось создать блок сил, выступавших за сохранение существующего строя, за частную собственность и буржуазную демократию, было важно не утратить связей с массами, установленных в предшествующие годы, найти такие формы организации, такие лозунги, которые способствовали бы максимальному расширению фронта борьбы. Необходимо было не дать себя спровоцировать на непродуманные и авантюристические акции, которые позволили бы противнику использовать их для новой клеветы и дальнейших репрессий, и в то же время стояла задача не ограничиваться пассивной обороной, не уходить от ответственности. От коммунистов требовались ясная ориентация и решительная инициатива.

Коммунистические партии энергично разоблачали все попытки представить их как «ненациональные» партии: напоминали уроки прошлого, когда именно они оказывались наиболее непоколебимыми и стойкими защитниками коренных национальных интересов в борьбе с фашизмом; в то же время они гордо и недвусмысленно заявляли, что в развертывающемся всемирно-историческом противоборстве их симпатии на стороне первой страны социализма, формирующейся мировой социалистической системы. Перед лицом раскола мира на два лагеря коммунисты тесно сплачивали свои ряды, укрепляли единство, на второй план отодвигался вопрос о национальных особенностях борьбы, о своеобразии путей вперед, к социализму.

Компартия Германии на конференции в Херне, где произошло ее конституирование в пределах Западной Германии (апрель 1948 г.), заявила: «Немецкий трудовой народ и немецкий рабочий класс должны понять... что антисоветская истерия, раздуваемая реакцией, направлена против их интересов. Они должны осознать, что в Германии, как и в других странах, революционное и прогрессивное движение может победить лишь в теснейшем союзе с СССР, первой страной социализма и прочным оплотом мира» ¹.

В обстановке, когда над миром нависла угроза третьей мировой войны, руководитель Французской компартии М. Торез зая-

¹ «Dokumente der KPD. 1945—1956». Berlin, 1965, S. 139.

216 вил: «...народ Франции не будет, никогда не будет воевать против Советского Союза» ¹. Такую же позицию занял П. Тольятти ².

Именно в борьбе против грозящей войны, за мир нашли коммунисты в эти годы то главное звено, которое позволяло объединить все направления их деятельности, решать в новых условиях проблемы связей с массами, поиска союзников, определять ближайшие и долгосрочные цели. В антивоенной борьбе, как до того в борьбе антифашистской, коммунистические партии утверждали себя в качестве авангардной силы и на новом этапе.

Еще в 1947 г. на информационном Совещании представители девяти компартий, в том числе ФКП и ИКП, пришли к выводу: «Коммунистические партии должны возглавить сопротивление планам империалистической экспансии и агрессии по всем линиям...» ³ XII съезд ФКП (1950 г.) заявил, что важнейшей задачей рабочего класса и компартии является борьба за мир и национальную независимость. На XV национальном съезде Компартии США главное внимание было уделено борьбе за мир и прекращение американской интервенции в Корее ⁴. «Вопрос о мире,— говорил П. Тольятти на VII съезде ИКП (1951 г.),— то есть вопрос об активном сопротивлении политике господствующих групп империализма для спасения (пока для этого еще есть время) мира на земле путем действий народов, становится важнейшей из проблем, от которой зависит решение всех других» ⁵.

Еще В. И. Ленин предвидел, что в силу прогресса военной техники мировая война может повести «к подрыву самих условий существования человеческого общества» ⁶. С созданием ядерного оружия эта угроза стала реальной. Понимая, что капитализм «чреват войной, как туча грозой», коммунистическое движение тем не менее отказывалось признать неизбежность мировых войн. Коммунисты неоднократно подчеркивали, что войну можно предотвратить ⁷. Иногда, правда, оставалось неясным, идет ли речь о предотвращении войны или только об ее отсрочке.

Как антифашистская борьба была тесно связана с борьбой против монополий, взрастивших фашизм, против всей империалистической реакции, так и движение за мир, инициаторами которого выступили коммунисты, переплеталось с борьбой против империализма, его агрессивных планов, создаваемой им инфраструктуры военных договоров, блоков и баз. Между антивоенным дви-

¹ М. Торез. Избранные произведения, т. II. М., 1959, с. 165.

⁷ См., например, М. Торез. Избранные статьи и речи, с. 345.

217 жением и классовой борьбой пролетариата в этом смысле не только не было противоречия, но одно являлось во многом непосредственным продолжением другого. Вместе с тем коммунисты не ставили знака равенства между задачами движения за мир и борьбой за уничтожение капиталистического строя, порождающего войны. Поступать так значило бы сознательно сужать фронт антивоенного движения, в то время как коммунисты стремились объединить всех людей доброй воли для решения общей для всех задачи — сорвать империалистические планы подготовки и развязывания третьей мировой войны.

Коммунистическим партиям принадлежит огромная заслуга в разоблачении перед лицом общественности агрессивного характера стратегических шагов империалистических держав во главе с США — от «плана Маршалла» и создания НАТО до перевооружения Западной Германии. В то время, когда общественное мнение Франции еще во многом было во власти иллюзий по поводу «плана Маршалла», М. Торез разъяснял его связь с империалистическими замыслами США¹. Французская и Итальянская компартии превратили ратификацию Североатлантического пакта (1949 г.) в настоящую битву между парламентариями-коммунистами, прибегнувшими к обструкции и поддержанными выступлениями прогрессивной общественности, забастовками, манифестациями передовых отрядов рабочего класса, с одной стороны, и объединенными силами буржуазии и социал-реформистов, опиравшимися на активную помощь правящих кругов США — с другой.

Коммунисты разных стран объединяли свои усилия, чтобы воспрепятствовать перевооружению и подготовке третьей мировой войны. КПГ, СЕПГ и ФКП выступили в 1953 г. с совместным воззванием к народам, призывая не допустить ратификации военных договоров (о создании Европейского оборонительного сообщества — ЕОС и перевооружении Западной Германии). Коммунисты Франции и ФРГ провели совместные митинги в Париже и Дортмунде против соглашений, предусматривавших ремилитаризацию Западной Германии. Усилия коммунистов по мобилизации общественного мнения сыграли немалую роль в провале планов создания ЕОС.

Коммунисты стали инициаторами создания Всемирного движения сторонников мира, самого массового движения за справедливое решение международных проблем, воплотившего в себе широкую антивоенную коалицию, включавшего наряду с передовыми силами рабочего класса выдающихся представителей научной и творческой интеллигенции. Участие таких всемирно известных деятелей культуры, как Ф. Жолио-Кюри, П. Пикассо, Дж. Бер-

¹ См. М. Торез. Сын народа. М., 1960, с. 212.

218 нал, Р. Гуттузо, Т. Манн, П. Неруда, Н. Хикмет, П. Робсон, наряду с виднейшими учеными, писателями, художниками стран социализма, придавало высокий авторитет созданному движением сторонников мира Всемирному Совету Мира (ВСМ), превращало его в выразителя миролюбивых чаяний всего передового человечества. Организованные движением всемирные конгрессы, в которых участвовали представители самых разных наций, классов и общественных слоев, политических и религиозных убеждений, сбор подписей под воззваниями Всемирного Совета Мира превратились в мощную демонстрацию воли народов к предотвращению войны. При всем желании власти империалистических держав не могли игнорировать деятельность ВСМ.

Под Стокгольмским воззванием о запрещении атомного оружия подписались: во Франции — 14 млн. человек, в Италии — 17 млн., в Бельгии — 375 тыс., в Швеции — 312 тыс., в Швейцарии — 250 тыс., в Финляндии — около 1 млн., в Канаде — полмиллиона. Под обращением с призывом заключить Пакт Мира между великими державами во Франции было собрано 12 млн. подписей, в Бельгии — 430 тыс.¹ и т. д. В проведенной органом Коммунистической партии Великобритании газетой «Дейли уоркер» и Национальным советом мира Конференции за мир (1948 г.) участвовали делегаты, представлявшие 3,5 млн. человек ². Даже в салазаровской Португалии, где компартия была запрещена, она сумела развернуть антивоенную кампанию. Под двумя обращениями — о запрещении атомной бомбы и о заключении Пакта Мира — было собрано соответственно 20 тыс. и 43 тыс. подписей. В стране было распространено свыше 300 тыс. экземпляров антивоенных воззваний и листовок ³.

Формы и направления борьбы за мир, проводившейся коммунистами, учитывали конкретные условия, существовавшие в той или иной стране. Компартия Германии сосредоточила основные усилия на борьбе против ремилитаризации ФРГ, втягивания ее в НАТО. Еще в 1951 г. она предупреждала западногерманскую общественность об опасности превращения ФРГ в главный очаг войны в Европе. Коммунисты понимали, что недопущение ремилитаризации, а следовательно, и мирное воссоединение страны на

¹ См. В. П. Смирнов. Новейшая история Франции. 1918—1925. М., 1979, с. 272; «Итальянская коммунистическая партия», с. 115; Ю. Н. Панков. Указ. соч., с. 156; «Socialisme», 1952, N 90, p. 217; А. Р. Паананен. Борьба Коммунистической партии Финляндии за прогрессивный внешнеполитический курс (1944—1956 гг.). М., 1980, с. 18; Т. Бак. Избранные произведения. М., 1972, с. 365.

³ См. Г. Н. Коломиец. Очерки новейшей истории Португалии. М., 1965, с. 113.

219 демократической основе будут зависеть от силы внепарламентского массового движения. Поэтому они начиная с осени 1950 г. принимали самое активное участие в антимилитаристском движении, развернувшемся под лозунгом «Без меня!». Несмотря на официальный запрет референдума по вопросам ремилитаризации, КПГ создала комитеты по проведению опроса и, невзирая на преследования, сумела собрать 14 млн. голосов против перевооружения ¹. Коммунисты были активными участниками таких массовых выступлений трудящихся против ремилитаризации, как забастовка докеров Бремена и Гамбурга осенью 1951 г., массовые митинги в Дортмунде и Дюссельдорфе, демонстрация в Гамбурге 16 мая 1952 г., в которой участвовало 150 тыс. человек. В качестве альтернативы возрождению милитаризма КПГ выдвигала создание единой миролюбивой демократической Германии, которая установит добрососедские отношения с другими странами.

В Бельгии коммунисты главное внимание уделили задаче добиться выхода из НАТО, отстоять национальную независимость. Компартия Австрии боролась за полный внешнеполитический суверенитет страны, ее нейтралитет. Она резко высказалась против планов так называемого сокращенного государственного договора, открывавшего лазейку для присоединения страны к НАТО.

Коммунисты Франции сочетали борьбу против ремилитаризации Западной Германии с призывом к выходу из НАТО, с выступлениями за прекращение развязанной французскими колонизаторами войны во Вьетнаме. Важную роль в этой кампании играла борьба против военных перевозок, которую коммунисты вели, не считаясь с риском серьезных репрессий. Юная Раймонда Дьен легла на рельсы, чтобы предотвратить отправление поезда с военными материалами. Коммунист Анри Мартэн, служивший во французском флоте, отказался участвовать в «грязной войне» во Вьетнаме и был брошен в тюрьму. Отказ докеров, железнодорожников, моряков по призыву коммунистов перевозить или разгружать военные грузы, забастовки в поддержку этих решений при сочувствии и поддержке местного населения стали во Франции конца 40-х — начала 50-х годов заметным явлением. Сочетание борьбы за мир и антиколониального движения было характерно и для коммунистов Португалии.

Компартия Финляндии прилагала все усилия для того, чтобы отстоять курс на добрососедские отношения с Советским Союзом, наметившийся в первые послевоенные годы. Во многом благодаря ее деятельности были сорваны происки сил, стремившихся после 1948 г. взять курс на осложнение отношений с СССР.

Швейцарская партия труда активно противодействовала под-

¹ См. В. Д. Ежов. Указ. соч., с. 170.

220 мене традиционного нейтралитета страны политикой ориентации на НАТО.

Коммунистическая партия США, подвергавшаяся как раз в это время жестоким ударам судебных и полицейских властей, делала все возможное для борьбы против войны в Корее, организовала немало манифестаций с требованием вывода оттуда американских войск.

Компартия Японии, находившаяся в не менее трудном положении, призывала к отказу от американо-японского «договора безопасности» (1951 г.), вела борьбу против втягивания страны в военные блоки, за ее нейтралитет.

Коммунисты Канады организовали широкую кампанию протеста против вступления страны в НАТО.

Коммунистические партии сделали очень многое, чтобы показать неразрывную связь колониальных войн с общими агрессивными замыслами империализма, оказать действенную помощь национально-освободительному движению. Кампания протеста в метрополиях против расправ с борцами за свободу колоний наглядно продемонстрировала интернациональную солидарность авангарда рабочего класса и демократических сил, способствовала краху старой колониалистской политики. Развернувшиеся по инициативе коммунистов выступления масс против вооруженной интервенции в Корее, Индокитае, Египте, Алжире, странах Латинской Америки сильно затруднили «экспорт контрреволюции» империализмом.

В антиимпериалистической и антивоенной борьбе компартии не отказывались от компромиссов, от промежуточных целей, стремясь оказать действенное влияние на реальный ход событий. На своем VII съезде Итальянская компартия объявила, например, что она готова не выступать против правительства при условии радикального изменения его внешней политики, отказа от обязательств, ведущих к войне ¹. Компартия Германии внесла в 1957 г. конкретные предложения о характере, который должны иметь вооруженные силы ФРГ ².

В то же время коммунистические партии вместе со странами социализма являлись носителями подлинной альтернативы политике войны, инициаторами требований запрещения пропаганды войны, безусловного запрета ядерного оружия и другого оружия массового уничтожения, объявления военным преступником правительства, которое первым применит ядерное оружие, прекращения его производства и испытания, уничтожения его запасов, всестороннего и полного разоружения. Массовое движение, в аван-

¹ См. П. Тольятти. Избранные статьи и речи, т. 1, с. 930.

² См. «Программные документы коммунистических и рабочих партий капиталистических стран Европы». М., 1960, с. 80.

221 гарде которого шли коммунисты, значительно затруднило подготовку империализмом новой мировой войны. Несмотря на ряд разбойничьих акций против народов, борющихся за свое освобождение, мировой пожар удалось предотвратить, и в этом велика заслуга международного коммунистического движения.

Впечатляющими были успехи движения за мир и в отдельных странах. Так, в Австрии это движение оказалось той формой внепарламентского давления на правительство, которая способствовала эволюции правящих кругов страны к нейтралитету, принятию концепции Государственного договора в том виде, в котором она выдвигалась демократической общественностью. Это в свою очередь облегчило решение «австрийского вопроса», и в 1955 г. Государственный договор, определивший нейтралитет Австрии, был подписан. Коммунисты многих стран могли бы сказать словами П. Тольятти: «Именно на почве борьбы против войны и за мир мы одержали замечательные политические успехи» ¹.

Вместе с тем острота международного положения, важность сохранения мира требовали дальнейшего расширения антивоенного движения. Однако далеко не все отряды рабочего класса активно участвовали в нем. Проблема преодоления этой пассивности упиралась в проблему отношений между двумя основными политическими силами рабочего движения — коммунистами и социал-демократами. Попытавшись какое-то время удержаться в позиции «третьей силы», нейтральной по отношению к двум лагерям, основная часть социал-демократии в дальнейшем полностью перешла на «атлантические» позиции и своим воинствующим антикоммунизмом закрыла себе и шедшим за ней трудящимся путь к участию в антивоенной борьбе. Основной политической силой движения за мир оставались коммунисты и близкие им представители прогрессивной интеллигенции.

Несмотря на концентрацию всех усилий на предотвращении войны, в конце 40-х — 50-х годах деятельность коммунистических партий этим отнюдь не ограничивалась. Твердо держа в своих руках знамя национальной независимости, национальных интересов, коммунисты давали отпор всем попыткам принести их в жертву на алтарь империалистической политики, политики равнения на международного жандарма и оплот мировой реакции — правящие круги США. Разоблачая сервилизм правящих кругов, выступая против неравноправных отношений в экономической сфере, против американского диктата в военно-политической области, французские, итальянские, японские коммунисты и их союзники смогли поднять на борьбу достаточно широкие круги общественности, воспрепятствовать политическому и идеологическому засилью проамериканских сил. Но и там, где компартии

¹ П. Тольятти. Избранные статьи и речи, т. 1, с. 930.

222 в силу своей малочисленности или из-за преследований реакции не могли придать этим выступлениям массового характера, они смело шли против течения, став предтечей движения за высвобождение своих стран из-под опеки США, властно заявившего о себе в 60—70-х годах. Канадские коммунисты твердо выступили против так называемого плана Эббота, направленного на превращение страны в сырьевой придаток США. Впоследствии противодействие американо-канадской «интеграции» стало одним из важнейших направлений внутриполитической борьбы в Канаде.

Особенно большое значение борьба за национальную независимость имела, естественно, в деятельности компартий стран Латинской Америки, Африки и Азии *.

В трудных условиях «холодной войны» коммунистам приходилось быть не только знаменосцами национальной независимости, но и защитниками политической демократии, которой угрожала активизация реакции в капиталистических странах. Повсюду в своей борьбе против «красных» правящие круги замахивались на права и свободы трудящихся, вступали на путь репрессий и «чрезвычайного» законодательства. От компартий требовалась большая гибкость, чтобы противодействовать этим планам. Разоблачая классовую ограниченность парламентской демократии, они не отрицали ценности демократических завоеваний.

Западногерманские коммунисты, критикуя разработанную буржуазными парламентариями Конституцию ФРГ за формальный подход к провозглашенным свободам, выдвинули требования сохранения и расширения содержащихся в ней демократических прав¹. Итальянские коммунисты в 1948 г. на своем VI съезде провозгласили: «Коммунистическая партия действует на почве демократии и свободы, санкционированных республиканской конституцией» ². Принципы конституции, провозгласившей не только гражданские свободы трудящихся, но и возможность осуществления широких демократических социальных реформ, компартия превратила в боевую платформу, эффективную политическую силу, дававшую законные основания требованиям рабочего класса и его союзников. В годы «холодной войны», когда конституция не только не выполнялась в своей социальной части, но под угрозой находились и записанные в ней права собраний, объединений, манифестаций, ИКП взяла под защиту как демократические права трудящихся, так и «либеральные» свободы ³.

Твердо стояла на страже демократических прав и парламент-

* См. раздел «Коммунистическое движение в странах Азии, Африки и Латинской Америки».

³ См. «Коммунисты и демократия», с. 197.

223 ских свобод Французская компартия, неустанно предупреждая о кознях реакционных сил, стремившихся покончить с конституцией, принятой после освобождения страны. За несколько недель до мятежа генералов в Алжире, приведшего к падению Четвертой Республики, М. Торез заявил на Пленуме ЦК ФКП: «Национальное собрание хотят превратить в палату, роль которой была бы сведена к регистрации воли исполнительной власти... Ведется усиленная кампания за призвание верховного спасителя, за установление режима личной власти... Коммунисты являются самыми решительными противниками как открытого фашистского террора, так и личной власти и президентского режима»¹. ФКП стремилась объединить возможно более широкие слои народа для отпора заговорщикам. При первых же сообщениях о начавшемся мятеже компартия решительно выступила в защиту конституции и законности, призвав трудящихся к забастовкам и демонстрациям. В целях обеспечения единства она изъявила готовность поддержать правительство, если оно примет действенные меры против мятежников. Однако отказ других левых партий от единства действий с коммунистами, дезориентация части трудящихся сорвали сопротивление и предопределили установление режима личной власти.

Повседневным явлением стала борьба коммунистов против преследований и террора в странах с диктаторскими режимами. В эту борьбу они сумели вовлечь широкие общественные круги. Организованная Португальской компартией кампания против преступлений, совершаемых в тюрьмах, привела к закрытию одного из самых страшных салазаровских концлагерей.

В годы «холодной войны» политические задачи текущего момента решительно преобладали в деятельности коммунистов. Это далеко не всегда означало, что борьба за социально-экономические права масс отходила на задний план. Правда, разрыв между экономической борьбой широких масс и политической борьбой авангарда трудящихся был в эти годы нередким явлением. Однако в целом коммунисты выступали как наиболее последовательные защитники классовых интересов трудящихся. Нередко коммунистические партии находили удачные методы сочетания обоих направлений в своей деятельности.

Борьба против «военных бюджетов», гонки вооружений, расточавшей народные средства, придавала особую убедительность требованиям коммунистов, направленным на использование этих средств в интересах трудящихся — на обеспечение занятости, строительство жилья и т. п. Линия итальянских коммунистов на использование конституционных прав и законоположений облег-

¹ «Программные документы коммунистических и рабочих партий капиталистических стран Европы», с. 389.

224 чила им развертывание массовой борьбы крестьян за аграрную реформу, выдвижение «Плана труда», представлявшего собой программу развития экономики в интересах трудящихся и мобилизовавшего широкие массы рабочих вокруг лозунгов компартии и профсоюзов Всеобщей итальянской конфедерации труда (ВИКТ). Западногерманским коммунистам удалось в рамках всеобщей забастовки металлистов и горняков Рура (1955 г.) объединить антимилитаристские требования и требования участия в управлении предприятиями. В тех случаях, когда, как в Швеции, социал-реформистские профсоюзы фактически отказывались от применения стачек, это оружие подхватывали коммунисты. Компартия Швеции возглавила забастовку портовых рабочих Стокгольма и Гётеборга (1951 г.) и некоторые другие выступления рабочих. Активное участие в стачечной борьбе, которая в начале 50-х годов приобрела наступательный характер, приняли коммунисты Норвегии. Датские коммунисты сыграли большую роль в организации массовых выступлений, сорвавших попытки правительства отменить систему автоматической компенсации роста дороговизны. Португальская компартия благодаря своей последовательной линии на защиту простых тружеников уже в конце 40-х годов имела значительное влияние среди сельскохозяйственных рабочих юга страны.

Разумеется, ухудшение отношений между коммунистами и другими течениями в рабочем движении, характерное для периода «холодной войны», сильно затрудняло отстаивание повседневных интересов широких масс трудящихся. Именно поэтому так важны были любые успехи коммунистов в поддержании единства действий рабочего класса, установлении союзнических связей с непролетарскими слоями.

Высокая боеспособность итальянского рабочего класса в годы «холодной войны», укрепление его союза с крестьянством юга страны, вырванные им в тяжелой борьбе новые завоевания (аграрная реформа, срыв «мошеннического» избирательного закона) — все это в немалой степени зависело от сохранения вплоть до 1956 г. единства действий коммунистов и социалистов, продолжения и в последующие годы их сотрудничества в местных органах власти и массовых организациях (профсоюзы, Союз итальянских женщин, Национальная лига кооперативов и т. д.). Напротив, тяжелые испытания, выпавшие на долю японских коммунистов в первой половине 50-х годов, усугублялись отказом Социалистической партии от сотрудничества с КПЯ, расколом Всеяпонского конгресса производственных союзов, созданного по инициативе коммунистов и левых профсоюзных деятелей.

В некоторых случаях коммунистам удавалось вопреки правым лидерам социал-демократии сохранить связи с представителями ее левого крыла. В Австрии в 1948 г. большая группа левых во-

225 главе с Э. Шарфом была исключена из Социалистической партии и в 1956 г. влилась в Коммунистическую партию.

Для коммунистов, работавших в подполье, крайне важно было получить поддержку от не входящих в партию деятелей прогрессивной общественности, чтобы иметь легальные возможности для своей работы. В Греции в 1951 г. с участием коммунистов, левых социалистов и беспартийных представителей демократической интеллигенции была основана политическая коалиция — Единая демократическая левая (ЭДА), ставшая влиятельной оппозиционной силой. Программа действий ЭДА совпадала с программой-минимум Компартии ¹. В 1958 г. ЭДА получила 25% голосов на парламентских выборах ². С целью объединения всех сил сопротивления режиму военной диктатуры ЭДА стремилась к сотрудничеству с буржуазно-либеральной партией Союз центра, одновременно подвергая обоснованной критике ее антикоммунистические предрассудки и оппортунистическую тактику.

В Португалии после отхода непоследовательных демократов от антифашистского сотрудничества легальной организацией народного единства стало Национально-демократическое движение (НДД), возглавляемое видными представителями интеллигенции. Отстояв с помощью солидарности широкой общественности в стране и за ее пределами легальное существование НДД, коммунисты получили возможность бороться за новое расширение антифашистского единства. Кампания по выборам президента в 1958 г. была использована для налаживания контактов с различными силами оппозиции.

Значительную роль сыграли американские коммунисты в движении за создание в США Прогрессивной партии, которая пыталась объединить разрозненные силы левых и бросить вызов двухпартийной системе, обеспечивавшей постоянное сохранение власти в руках ставленников монополистического капитала. Созданная в 1948 г. в результате широкого движения в низах профсоюзов, среди интеллигенции, ветеранов войны Прогрессивная партия требовала заключения соглашения с СССР в целях обеспечения мира, отказа от «доктрины Трумэна» и «плана Маршалла», отмены антипрофсоюзных законов, защиты гражданских прав, борьбы против расовой дискриминации, прекращения преследования коммунистов, обобществления крупнейших банков, железных дорог, авиатранспорта и ряда предприятий ³. Собрав свыше 1,1 млн. голосов на президентских выборах, Прогрессивная партия не смог-

¹ См. Л. А. Величанская. Проблема единства демократических сил Греции (1963—1967 гг.).— «Актуальные проблемы международного рабочего движения». М., 1974, с. 174.

³ См. Т. Т. Тимофеев. Пролетариат против монополий. М., 1967, с. 258.

226 ла, однако, закрепиться в американской политической жизни и в середине 50-х годов фактически прекратила свое существование.

Единство действий рабочего класса, более широкое сотрудничество всех демократов, сторонников мира и социального прогресса явилось самым больным вопросом периода «холодной войны». В политической резолюции XIII съезда (1954 г.) Французская компартия заявила: «На современном этапе проблема укрепления единства действий рабочего класса является основной проблемой. Создание единого пролетарского фронта обусловливает объединение всех национальных и демократических сил, что является решающим вопросом данного момента» ¹.

Чтобы облегчить установление пролетарского единства, ФКП после выборов 1956 г., приведших к созданию в парламенте левого большинства, выдвинула предложение о сформировании правительства коммунистов, социалистов и радикалов. После того как это предложение было отвергнуто, компартия изъявила готовность поддержать правительство, сформированное социалистами. Благодаря активной позиции коммунистов был увеличен отпуск для трудящихся, повышены пенсии, одобрены договоры о предоставлении независимости Тунису и Марокко ². Несколько улучшились отношения с СССР.

Парламентское сотрудничество коммунистов и социалистов могло бы создать во Франции новую политическую атмосферу, воспрепятствовать планам ликвидации Четвертой республики. Однако оно было сорвано по вине СФИО, которая затем в решающие дни алжирского мятежа заняла капитулянтскую позицию, способствуя тем самым срыву народного единства и установлению режима личной власти.

Точно так же и руководство СДПГ отвергло все предложения коммунистов восстановить нарушенное единство действий. В подавляющем большинстве случаев сотрудничество коммунистов и социал-демократов в годы обострения «холодной войны» удавалось поддерживать лишь на уровне тех или иных местных организаций или даже отдельных их представителей. Острая полемика, взаимное недоверие — таково было состояние отношений между двумя рабочими партиями.

Трудная ситуация времен разгара «холодной войны» в ряде случаев усугублялась ошибками, которые допускали коммунистические партии, влиянием оппортунизма и сектантства в отдельных звеньях коммунистического движения. Эти ошибки и недостатки становились предметом самокритики на представительных форумах коммунистов — их съездах и пленумах ЦК. Коммунисты помнили

¹ «Thése sur la situation politique et les taches du Parti communiste français». Paris, 1954, p. 21.

² См. Р. С. Варфоломеева. Указ. соч., с. 59.

227 указание В. И. Ленина, что критерием серьезности партии является ее отношение к собственным ошибкам ¹. Так, обстоятельный анализ упущений в работе партии был дан на XII (1950 г.) и XIII (1954 г.) съездах ФКП, на VI (1948 г.) и VIII (1956 г.) съездах ИКП, на VI (1955 г.) конференции КПЯ, на XXIII (1956 г.) Пленуме ЦК КПГ. Учет не только положительного, но и негативного опыта был чрезвычайно важен для дальнейшей работы партий, предохраняя от повторения ошибок, обогащая тактический арсенал коммунистов.

Не все итальянские коммунисты, указывал П. Тольятти, оказались готовыми к крутому изменению обстановки после удаления левых сил из правительства и развязывания «холодной войны». Наряду с капитулянтскими настроениями возникли наивные представления, что без участия в правительстве ничего нельзя сделать, и убеждения, что не остается ничего другого, кроме как готовиться к вооруженному восстанию ². Не сразу оценила новизну ситуации, сложившейся к началу 50-х годов, Компартия Германии ³. При оценке глубины происшедших изменений нелегко было удержаться и от определенных преувеличений, искажения перспективы. Так, Коммунистическая партия США в условиях борьбы с «маккартизмом» переоценила угрозу фашизма в стране ⁴. КПГ в 1952 г. выдвинула лозунг свержения правительства Аденауэра, который был использован против нее при судебном преследовании ⁵.

Не всегда коммунистам удавалось органично сочетать политические лозунги, в том числе антивоенные, с непосредственными экономическими нуждами трудящихся, и прежде всего рабочего класса ⁶. Это послужило причиной того, что в некоторых странах, например в Бельгии, в движение за мир не удалось вовлечь широкие массы ⁷. Итальянская компартия с опозданием обратила должное внимание на социально-экономические сдвиги, вызванные технологическими изменениями, что привело к неудачам левых сил в промышленных центрах страны ⁸.

В условиях острой классовой борьбы особенно важно было не допустить оппортунистических ошибок и колебаний. Поэтому так непримиримо критиковали компартии ревизионистские иллюзии, чрезмерное увлечение парламентской работой в ущерб

¹ См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, с. 40—41.

⁸ См. «40 лет Итальянской коммунистической партии». М., 1961, с. 93—94.

228 мобилизации масс ¹. Серьезный вред правый ревизионизм причинил Компартии Дании. Коммунисты США отмечали ошибочную переоценку значения Прогрессивной партии ². В то же время большую опасность представляли и сектантские, левацкие ошибки (например, недооценка негритянского движения в США) ³. Сектантство нередко проявлялось в недостаточной гибкости по отношению к социал-демократам, в недооценке важности сотрудничества с ними, иногда в стремлении наносить по ним главный удар ⁴. Во взаимоотношениях с социал-демократами резкая критика, разоблачение преобладали над усилиями установить контакты и взаимопонимание. Нередко упрощенно трактовался тезис о руководящей роли пролетарского авангарда: от союзников требовали сотрудничества на платформе, разработанной коммунистами.

Неудачными были и некоторые организационные решения компартий: роспуск на предприятиях ячеек Компартии Великобритании, которые были впоследствии восстановлены ⁵; чрезмерно строгие условия приема в Компартию США, затруднявшие ее связь с массами ⁶; введение в ячейках ФКП института «политических инструкторов», принижавшее роль партийной организации ⁷; вынесение Компартией Австрии решений на повестку дня партийных форумов еще до обсуждения их в массе коммунистов ⁸.

Самоотверженная борьба коммунистов за мир, демократию и социальный прогресс в годы «холодной войны» сочеталась подчас с сохранением устаревших представлений и методов деятельности. Не всегда учитывались конкретные национальные условия.

Период «холодной войны» был нелегким временем для коммунистического движения в капиталистических странах. Оно потерпело ряд неудач, таких, как поражение в 1948 г. на выборах коммунистов Швеции, ДСНФ в Финляндии и Народно-демократического фронта (блок коммунистов и социалистов) в Италии. Сокра-

¹ См., например, «Histoire du Parti communiste français (Manuel)». Paris, 1964, p. 556—557.

⁸ См. «XVII съезд и конференция 1958 года Коммунистической партии Австрии». М., 1958, с. 89—91.

229 щалась численность компартий. Так, например, численность ФКП уменьшилась с 900 тыс. в 1945 г. до менее 500 тыс. к началу 50-х годов ¹. В большинстве стран влияние коммунистов упало. Даже наиболее боевые и закаленные партии, такие, например, как Португальская, в первой половине 50-х годов потеряли часть завоеванных позиций ². Характерна и оценка ситуации, сложившейся в годы «холодной войны», которую дали канадские коммунисты: «Ряды партии не росли, тираж прессы и литературы оставался на низком уровне; средний возраст членов партии составлял 50 лет; все свидетельствовало о том, что в результате «холодной войны» партия «потеряла» целое поколение... Атмосфера антикоммунизма способствовала в определенной степени развитию сектантства в партии, самоизоляции, которая вела к отказу от открытой борьбы за программу и политику партии в массовых движениях» ³. Несмотря на все трудности, партия отстаивала принципиальную позицию в отношении внутренней и внешней политики правящих кругов, оценивая ее как политику антинациональную, империалистическую, несла правду о социализме, о Советском Союзе.

В целом к концу 50-х годов общая численность компартий капиталистических стран Европы несколько сократилась и составила 2,3 млн. человек. Тем не менее коммунистические партии выстояли в трудной борьбе, закалились под градом преследований, с честью пронесли через годы «холодной войны» знамя авангарда рабочего класса, последовательного защитника интересов трудящихся и угнетенных. Их вклад в сохранение мира на Земле, в расширение за эти годы социальных и политических завоеваний пролетариата и его союзников не может быть переоценен.

К опыту конца 40-х годов постоянно обращаются левые силы всех стран. Благодаря самоотверженной деятельности коммунистов в эти трудные годы были консолидированы союзнические связи авангарда рабочего класса, воплощавшиеся, в частности, в таких организациях, как Всемирная федерация профсоюзов, Всемирное движение сторонников мира, Всемирная федерация молодежи, Международная демократическая федерация женщин, Международная организация журналистов, Международная ассоциация юристов-демократов и т. д.

Успешной деятельности коммунистов в значительной мере способствовало международное сотрудничество братских партий, являвшееся последовательным воплощением принципов пролетарского интернационализма. Как говорилось выше, особенно активно и действенно оно проявлялось в борьбе против планов подготовки новой мировой войны, против агрессивных военных блоков.

¹ См. В. П. Смирнов. Указ. соч., с. 230, 272.

³ «Canada's Party of Socialism: History of the Communist Party of Canada, 1921—1976». Toronto, 1982, p. 205.

230 Роспуск в 1943 г. Коминтерна означал полное признание самостоятельности партий. Каждая компартия уже располагала опытными, закаленными кадрами, способными своими силами вести марксистско-ленинский анализ обстановки, разрабатывать и осуществлять стратегическую и тактическую линии применительно к конкретным национальным условиям. Все это, однако, не уменьшало необходимости контактов между компартиями, сплоченности коммунистического движения на основе принципов марксизма-ленинизма и пролетарского интернационализма. Обострение международной обстановки, активизация и координация сил империализма, проявлявшиеся в осуществлении «доктрины Трумэна» и «плана Маршалла», в создании НАТО и других агрессивных блоков, увеличивали необходимость единства и сплоченности сил социализма как на государственном, так и на партийном уровне. Особенно велика была потребность в обмене опытом, имевшимся у каждой партии. «Мы уверены, — говорил М. Торез, — что единственно правильным методом в отношениях между коммунистическими и рабочими партиями является метод сопоставления опыта партий и обмена мнениями» ¹.

В конце 40-х — в 50-х годах шел интенсивный поиск новых, отвечающих создавшимся условиям форм международного сотрудничества коммунистов. Первый этап этих поисков был связан с созданием в сентябре 1947 г. Информационного бюро некоторых партий, действовавшего до апреля 1956 г. Создание Информбюро отнюдь не было возрождением Коминтерна, как утверждала буржуазная пропаганда, распространявшая клевету о «приказах Коминформа» отдельным партиям, о его всесильных «агентах» и т. п. Информбюро объединяло лишь группу партий, а не все международное коммунистическое движение. Оно не имело той разветвленной структуры и большого аппарата, которые были характерны для Коминтерна. У Информбюро не было ни исполнительных органов, ни представителей при отдельных компартиях. Помимо периодически созывавшихся совещаний его единственной «структурой» была газета «За прочный мир, за народную демократию!». Самостоятельность отдельных партий ничем не ограничивалась.

Выводы совещаний Информбюро об образовании двух международных лагерей — лагеря империалистического, антидемократического и лагеря антиимпериалистического, демократического; о прогрессирующем ослаблении позиций мирового капитализма, об укреплении Советского Союза и росте его международного авторитета, роли в борьбе за мир, об ответственности Соединенных Штатов за подготовку новой мировой войны, о значении создания в ряде стран народно-демократических режимов и их сущ-

¹ М. Торез. Избранные статьи и речи, с. 383.

231 ности, о перспективах развития освободительной борьбы во всем мире помогли разработке основных направлений стратегического курса коммунистических партий капиталистических стран, содействовали занятию ими правильных и четких позиций. Коллективная мысль партий, входивших в Информбюро, ориентировала на сопротивление планам империалистической экспансии и агрессии, объединение усилий на основе общей антиимпериалистической и демократической платформы, собирание вокруг нее всех демократических и патриотических сил.

В то же время условия периода «холодной войны» с характерным для него резким противостоянием двух лагерей, ожесточением идеологической и политической борьбы, оголтелыми антикоммунистическими кампаниями в капиталистическом мире наложили свой отпечаток на деятельность Информбюро, обусловив жесткость некоторых оценок, недостаточную гибкость в отношении возможных союзников, определенные ошибки, осложнявшиеся влиянием культа личности Сталина на теорию и практику коммунистического движения. Принимая в 1956 г. решение о роспуске Информбюро, компартии, участвовавшие в его работе, выразили уверенность, что будут найдены «новые полезные формы для установления связей и контактов» между коммунистическими партиями всех стран ¹.

В 1958 г. в Праге было проведено Совещание представителей 20 коммунистических и рабочих партий, на котором было решено на коллективных началах и межпартийной основе издавать для обмена опытом и обсуждения актуальных вопросов коммунистического движения ежемесячный журнал «Проблемы мира и социализма». Рождение этого издания было вызвано назревшей потребностью международного коммунистического движения в расширении интернационального сотрудничества коммунистов в области теоретической работы, в обмене опытом, информацией и взглядами по вопросам борьбы за мир и социальный прогресс. Журнал стал важной формой идейно-теоретического сотрудничества коммунистов. В нем сотрудничают виднейшие деятели международного коммунистического, рабочего и национально-освободительного движения. На страницах журнала, на организованных им дискуссиях поднимаются важнейшие вопросы современности, марксистско-ленинской теории — о структуре и границах рабочего класса, о государственно-монополистическом капитализме, о значении борьбы за демократию, о соотношении реформ и революции и т. п. Теоретические проблемы рассматриваются здесь в тесной связи с повседневной практикой коммунистического движения.

КПСС, одна из партий — основательниц журнала, активно сотрудничает в нем, оказывает ему вместе с другими братскими

¹ См. «Правда», 18 апреля 1956 г.

232 партиями всемерную поддержку. Руководители КПСС, советские государственные и общественные деятели, ученые регулярно выступают в журнале с анализом проблем социалистического общества, актуальных вопросов мирового развития. Как и другие партии, издающие журнал, КПСС участвует в его работе на основе неуклонного соблюдения принципов равноправия, коллективизма, товарищеского сотрудничества.

Все чаще созывавшиеся межпартийные научные конференции стали заметным явлением в жизни коммунистического движения. Обозначился новый заметный шаг вперед в развитии марксистско-ленинской теории, обновлении стратегии и тактики коммунистических партий.

КОММУНИСТИЧЕСКОЕ ДВИЖЕНИЕ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ 50-Х ГОДОВ: НОВЫЕ ПЕРСПЕКТИВЫ​

К концу 50-х годов контрнаступление реакции против коммунистического и рабочего движения, предпринятое в развитых капиталистических странах, начало выдыхаться. Сказывалось прежде всего общее соотношение сил в мире, продолжавшее меняться в пользу социализма. Восстановление и развитие экономики Советского Союза, его научно-технические достижения, выразившиеся в запуске первого в мире искусственного спутника Земли, успешное строительство социализма в ряде стран Европы и Азии, победа Кубинской революции, новый подъем национально-освободительного движения, в результате которого начала разваливаться колониальная система,— все это предопределило провал попыток империализма вернуться к методам «лобовой атаки» против авангарда рабочего и демократического движения.

Оказавшись перед лицом крушения традиционного колониализма, монополистический капитал вырабатывал неоколониалистские методы эксплуатации развивающихся стран. Появившиеся в мировой политике после провала попыток ядерного шантажа социалистических стран первые проблески разрядки международной напряженности империализм пытался использовать в своих целях: подорвать социализм изнутри, организовать против него идеологические диверсии. В условиях нового обострения внутренних противоречий капитализма правящей верхушке приходилось в своей стратегии и тактике все шире прибегать к маневрированию, к завуалированным реформистским методам господства. В экономической политике кейнсианство, государственное вмешательство все более явно выходили на первый план в попытках ограничить стихию капиталистического рынка и предотвратить или хотя бы смягчить циклические кризисы. Монополистический капитализм окончательно перерос в государственно-монополисти-

233 ческий, все более соединявший в единый механизм силы частных монополий и государства. Власть капитала становилась всепроникающей и безличной, воплощаясь уже не в отдельных крупных буржуа, а в разветвленной и анонимной системе классового господства.

Государственное предпринимательство и регулирование смогли в 50—60-х годах на какое-то время заметно повысить темпы экономического развития, смягчить социально-экономические последствия кризисов, создать материальные резервы для сокращения зон бедности и безработицы, системы социальных выплат и пособий, повышения заработной платы.

Правящие круги, вынужденные пойти на определенные материальные уступки трудящимся, стремились использовать их для развертывания идеологической кампании, призванной убедить массы в возникновении «общества потребления» и «социального мира», интегрировать рабочее движение в капиталистическую систему. На этом пути правящим кругам нередко удавалось добиваться тех или иных временных успехов.

Развитие государственно-монополистического капитализма (ГМК), начало научно-технической революции (НТР) несли с собой не только усложнение условий классовой борьбы, но и новые возможности для ее развертывания. ГМК означал, что в развитых капиталистических странах материальные и организационные предпосылки социализма становятся все более зрелыми. Не только не устранялись коренные противоречия капитализма, но и возникало новое — между объективно общественным характером государственно-монополистического механизма управления и использованием его в интересах господствующей верхушки. Увеличивалось несоответствие между ролью рабочего класса в экономическом развитии и фактически бесправным его положением в сфере производства. В самом рабочем классе происходили глубинные процессы, непосредственно не всегда способствовавшие его революционизированию, но исподволь подготовлявшие его острый конфликт со всей системой ГМК. Сокращалась доля физического труда в производственной деятельности, увеличивался удельный вес умственного и вообще сложного труда. Рост образованности рабочего класса обострял противоречие между возросшим интеллектуальным потенциалом пролетариата и его использованием при капитализме. Пополнение рабочего класса за счет выросшей сферы услуг, пролетаризация служащих привносили в его среду многие чуждые взгляды, но одновременно расширяли сферу воздействия передовых рабочих. Рост противоречий между монополиями и всеми трудящимися закладывал объективную основу для широких союзов пролетариата.

От коммунистических партий требовался трезвый учет новых условий, во многом отдалявших перспективы возникновения ре-

234 волюционной ситуации, и в то же время новых возможностей, порождаемых углублением общего кризиса капитализма, объективных предпосылок для дальнейшего расширения фронта борьбы за мир, демократию и социальный прогресс. Требовалось преодолеть некоторое запоздание теории перед лицом меняющейся практики. В соответствии с этими задачами начиная с 50-х годов коммунистическое движение развитых капиталистических стран внесло немало корректив в теорию и практику борьбы рабочего движения с монополистическим капиталом. Опыт послевоенных классовых битв был подвергнут творческому осмыслению.

Так, учет национальной специфики в сочетании с международными условиями привел английских коммунистов еще в 1951 г. к выводу о том, что парламент может быть использован в Великобритании для относительно мирного продвижения к социализму ¹. Аналогичные выводы были сделаны впоследствии коммунистическими партиями других стран. Например, в Программе, принятой VIII съездом Компартии Норвегии (1953 г.), мирное продвижение к социализму связывалось с использованием традиционных демократических институтов страны ².

Значительное влияние на формирование новых подходов к задачам компартий в условиях государственно-монополистического капитализма оказал XX съезд КПСС, по-новому поставивший и решивший ряд вопросов марксистско-ленинской теории. «Исторические решения XX съезда КПСС,— заявило Совещание представителей коммунистических и рабочих партий социалистических стран в ноябре 1957 г.,— имеют не только великое значение для КПСС и коммунистического строительства в СССР, но и положили начало новому этапу в международном коммунистическом движении, способствовали его дальнейшему развитию на основе марксизма-ленинизма» ³.

Коммунисты развитых капиталистических стран отмечали большое значение XX съезда КПСС для деятельности их партий. XXVI Национальный съезд Компартии Великобритании заявил, что XX съезд КПСС составил эпоху в истории международного коммунистического движения ⁴. По словам Председателя Компартии Бельгии Э. Бюрнеля, «решающим событием, способствовав-

¹ «The British Road to Socialism». London, 1952, p. 12.

⁴ См. «XXVI Национальный съезд Коммунистической партии Великобритании». М., 1959, с. 33.

235 шим последовательному уточнению политической линии партии, несомненно, явился XX съезд Коммунистической партии Советского Союза». Благодаря мощному воздействию идей XX съезда КПСС в борьбе с сектантством, начатой еще на XI съезде Компартии Бельгии (1954 г.), были достигнуты решающие успехи ¹. Столь же высоко оценили выводы XX съезда австрийские коммунисты ².

Однако не везде и не сразу решения XX съезда КПСС встретили правильное понимание и должную оценку. Выход международного коммунистического движения в середине 50-х годов на новые теоретические рубежи вызвал оживление различных течений, ложно истолковывавших происходящее. Нередко признание стратегических положений и перспектив, развивающих марксистско-ленинскую теорию, оказывалось запоздалым или формальным, не влекло за собой подлинно новаторского осмысления практики революционной борьбы.

Новое в коммунистическом движении утверждалось в решительной борьбе против всех видов оппортунизма, и прежде всего против ревизионистских и догматических извращений политической линии и идеологии компартий. Догматические наслоения, сохранению которых способствовала обстановка «холодной войны», препятствовали своевременной оценке коммунистическими партиями новых явлений, учету потребностей, интересов и настроений масс, вели к отрыву от жизни, сектантству в политике. По словам В. И. Ленина, догматик «хватается за цитаты из книг, как ученый, у которого в голове как бы ящик с цитатами, и он высовывает их, а случись новая комбинация, которая в книжке не описана, он растерялся и выхватывает из ящика как раз не ту цитату, которую следует» ³. Преодоление догматизма было совершенно необходимо для выполнения заветов В. И. Ленина о дальнейшем развитии марксизма-ленинизма. Догматизм и сектантство, говорилось в Заявлении Совещания представителей коммунистических и рабочих партий, состоявшегося в Москве в 1960 г., «лишают революционные партии способности развивать марксизм-ленинизм на основе научного анализа и творчески применять его в соответствии с конкретными условиями, изолируют коммунистов от широких слоев трудящихся, обрекают их на пассивное выжидание или леваческие, авантюрные действия в революционной борьбе, не позволяют своевременно и правильно оценивать меняющуюся обстановку и новый опыт, использовать все возможности в интересах победы рабочего класса и всех демократических сил в борь-

¹ См. «Вопросы истории КПСС», 1964, № 4, с. 31—35.

³ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 38, с. 359.

236 бе против империализма, реакции и военной опасности, и тем самым мешают народам одержать победу в их справедливой борьбе» ¹.

Большой вред сектантство и левачество нанесли Коммунистической партии Японии. На VI конференции КПЯ (1955 г.) крайне левый авантюризм и сектантство были подвергнуты открытой критике. Это способствовало восстановлению единства партии, улучшению работы с массами, прежде всего в профсоюзах. Партия стала выходить из тяжелого кризиса. Открытый разрыв Компартии Швеции с сектантством на ее XVI съезде (1953 г.) привел к росту влияния партии, улучшению ее отношений с социал-демократами. Критике левосектантского уклона в партии был посвящен VI расширенный Пленум ЦК Португальской компартии (1955 г.).

Осудили сектантские тенденции в партии XIV (1956 г.) и XV (1959 г.) съезды ФКП. «Сектантство, — говорилось в принятых на XV съезде тезисах, — проявляется в стремлении принимать желаемое за действительное, в отказе от массовости движения и от единства действий, в замкнутости и в застывающем на занятых позициях догматизме, жертвы которого обрекаются на неспособность видеть изменения, ежедневно свершающиеся у них на глазах» ². Не менее четко отмежевался от догматизма VII съезд Швейцарской партии труда (1959 г.). В принятой съездом Программе говорилось: «Так как партия действительно хочет привести швейцарский народ к социализму, она решительно борется против догматизма, т. е. против схематического повторения марксистских принципов вне связи с жизненным опытом, против механического копирования решений и лозунгов, не соответствующих конкретному положению рабочего класса и других социальных слоев в сегодняшней Швейцарии, что в конечном счете является лишь псевдореволюционной фразеологией» ³.

Борьба против догматизма, развернутая коммунистическими партиями, отнюдь не носила кампанейского характера. Ее ни в коей мере нельзя было считать законченной и после принятия решений, осудивших догматические и сектантские ошибки. Так, немалая часть итальянских коммунистов, формально одобряя обновление политической линии партии, происшедшее на VIII съезде (1956 г.), полагала, что речь идет о временной платформе чисто тактического характера, которая будет вскоре отброшена, что в ожидании большого кризиса буржуазной системы можно лишь накапливать силы ⁴.

¹ «Программные документы борьбы за мир, демократию и социализм», с. 82.

⁴ См. «40 лет Итальянской коммунистической партии», с. 95.

237 Однако главной опасностью во второй половине 50-х годов стал правый оппортунизм и ревизионизм. Если догматики фактически отрицали необходимость обновления политической линии партий, то ревизионисты истолковывали его в духе отказа от революционной сущности научного социализма. «Извращая марксизм-ленинизм, вытравляя его революционную душу, ревизионизм, правый оппортунизм отражает буржуазную идеологию в теории и практике, парализует революционную волю рабочего класса, разоружает и демобилизует рабочих, массы трудящихся в их борьбе против гнета империалистов и эксплуататоров, за мир, демократию, национальное освобождение, за торжество социализма» ¹. Ревизионизм означал сползание на соглашательские, социал-реформистские позиции. «Оппортунизм, — по определению В. И. Ленина, — состоит в том, чтобы жертвовать коренными интересами, выгадывая временные частичные выгоды» ². Ленин указывал, что те или иные разновидности оппортунизма возникают обычно в рядах рабочего движения на каждом новом этапе, при каждом крутом повороте событий ³.

Во второй половине 50-х годов ревизионизм использовал известную дезориентацию, которую вызвали у некоторой неустойчивой части коммунистов разоблачения последствий культа личности Сталина, а затем события в Венгрии. В связи с этим в некоторых партиях наблюдался заметный отлив членской массы. Численность Итальянской коммунистической партии в 1956—1957 гг. сократилась на 210 тыс. человек ⁴. Видные деятели ИКП А. Джолитти, Э. Реале, Ф. Онофри выступили с правооппортунистических позиций против руководства, возглавлявшегося П. Тольятти, и тем самым поставили себя вне партии.

К ликвидаторским позициям пришел в эти годы Председатель Коммунистической партии Дании А. Ларсен. Призывая отказаться от принципов демократического централизма и пролетарского интернационализма, он ратовал за «национальный коммунизм». В 1958 г. он вышел из КПД и основал на расплывчатых идейных и организационных основах Народно-социалистическую партию. Ревизионистская деятельность Ларсена нанесла тяжелый удар Компартии Дании. В октябре — ноябре 1958 г. XX съезд КПД принял меры для преодоления кризиса в партии. Указав, что КПД — партия интернационалистов, что «ревизионизм... представляет собой главную идеологическую опасность» для нее, он одновременно уделил серьезное внимание необходимости

¹ «Программные документы борьбы за мир, демократию и социализм», с. 81.

⁴ «Critica marxista», 1963, N 5—6, p. 196.

238 преодолеть догматизм, провести более основательный марксистский анализ проблем, стоящих перед датским рабочим классом ¹.

Особенно серьезный и длительный характер приобрела борьба с ревизионизмом в Компартии США, уже ослабленной браудеризмом и преследованиями властей. Платформа новой ревизионистской группы, возглавляемой Дж. Гейтсом, во многом повторяла, хотя и в более скрытом виде, идеи Браудера. Гейтс считал, что мирное сосуществование видоизменяет не только условия и формы, но и сам характер классовой борьбы: смягчает классовые антагонизмы, приводит к их постепенному затуханию. Сторонники Гейтса требовали преобразования партии на ревизионистских основах — отказа от ряда коренных положений марксизма-ленинизма (о классовом характере государства, о неизбежности пролетарской революции и т. п.), от демократического централизма, от изучения опыта Советского Союза и других стран социализма. Ревизионисты ориентировались на постепенную «трансформацию» капитализма. Правооппортунистические элементы сумели взять в свои руки орган партии газету «Дейли уоркер».

На XVI съезде коммунистов США (1957 г.) Гейтс и его сторонники выступили с ликвидаторских позиций. По словам Г. Холла, «партия переживала глубокий кризис и усиленно дебатировался вопрос о жизни или смерти партии. Тогда происходило накопление сил правых оппортунистов и ликвидаторов для наступления на нашу партию, для наступления, в котором отражалось оживление ревизионизма в мировом масштабе как под давлением буржуазной идеологии, так и в качестве реакции на «левацкую», сектантскую, догматическую практику в прошлом» ².

Съезд отверг тезисы Гейтса, но его сторонники все же получили примерно треть голосов и не прекратили борьбы. Лишь в 1958 г. ревизионисты были окончательно разгромлены, газета «Дейли уоркер» прекратила свое издание, а Гейтс вышел из партии. В новый состав Исполкома партии были избраны сподвижники У. Фостера и Ю. Денниса, энергично боровшихся с ревизионизмом. В 1959 г. на XVII съезде новым Генеральным секретарем был избран Г. Холл.

Атакам ликвидаторов и ревизионистов подверглась Рабочая прогрессивная партия Канады *. Лидеры ревизионистской груп-

¹ «XX съезд Коммунистической партии Дании». М., 1959, с. 64—65.

* Рабочая прогрессивная партия Канады (РПП) — официальное название Компартии Канады с 1943 по 1959 г.

239 пировки требовали покончить с пролетарским интернационализмом, демократическим централизмом и другими основополагающими принципами марксизма-ленинизма. На состоявшемся в апреле 1957 г. VI съезде РПП ликвидаторы были разоблачены и изгнаны из партии. Однако идеологический кризис нанес партии тяжелый урон: ослабла партийная организация в провинции Квебек, сократился тираж газеты «Кэнэдиен трибюн».

Серьезный ущерб ликвидаторы нанесли и Коммунистической партии Великобритании. На ее XXV съезде (1957 г.) марксистско-ленинское большинство отвергло идеи ревизионистов о том, что в Англии для победы социализма достаточно одной лейбористской партии, а также их попытки подорвать демократический централизм и изолировать КПВ от мирового коммунистического движения. Однако вызванный ревизионистами разброд в партии привел к ослаблению эффективности работы английских коммунистов в массах ¹.

В. И. Ленин подчеркивал, что для революционной партии мало называть себя авангардом, надо и действовать как авангард, вести за собой массы, убедить их, что «мы идем впереди» ². Первейшей предпосылкой для этого является точная и диалектическая оценка всей совокупности конкретных условий борьбы, чему препятствовал не только абстрактно-цитатнический метод догматиков, но и конъюнктурное выпячивание тех или иных отдельных сторон действительности, типичное для ревизионистов. «Тактика,— учил В. И. Ленин,— должна быть построена на трезвом, строго объективном учете всех классовых сил данного государства (и окружающих его государств, и всех государств, в мировом масштабе)...» ³ В обстановке возрастающего разнообразия условий и задач классовой и освободительной борьбы правильное соотношение общего и особенного стало одним из важнейших требований к программе и деятельности компартий.

Углубление конкретного изучения условий своей страны, их учет при выработке политической платформы и определении перспектив, растущее внимание к диалектике общего и особенного — знаменательная черта деятельности коммунистического движения на рубеже 50—60-х годов, чему способствовали также и международные Совещания представителей коммунистических и рабочих партий.

Проведение таких Совещаний стало в этот период одной из важнейших форм международного сотрудничества коммунистов.

Широкий обмен мнениями служил обогащению революционной

¹ См. «XXVI Национальный съезд Коммунистической партии Великобритании», с. 35.

³ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, с. 47.

240 теории. Совещания отвечали задаче сплочения международного коммунистического движения на основе марксизма-ленинизма и пролетарского интернационализма, вырабатывали нормы взаимоотношений между компартиями, отвечающие потребностям нового этапа в развитии движения. Эти нормы предусматривали полную независимость и равноправие всех коммунистических партий, анализ конкретного вклада отдельных партий как составной части общего исторического опыта коммунистического движения.

Участники Совещаний считали своим долгом прежде всего дать ответы на коренные вопросы мирового развития и тем самым стимулировать активную, творческую практическую деятельность партий. Во многом именно благодаря работе Совещаний, принятым ими документам новые стратегические и тактические положения вошли в плоть и кровь современного коммунистического движения.

Уже Декларация и Манифест мира, принятые Совещаниями представителей коммунистических и рабочих партий в Москве в ноябре 1957 г., представляли собой документы, в которых давались ответы на главные вопросы современного развития, развертывавшие целостную концепцию борьбы международного рабочего класса в условиях изменившегося соотношения сил между мировым социализмом и послевоенным капитализмом. Это относится прежде всего к выраженной в Манифесте мира твердой уверенности в возможности предотвратить мировую войну и обеспечить мирное сосуществование, прозвучавшему в нем призыву к объединению для этой цели всех миролюбивых сил. «Война не является неизбежной,— заявили подписавшие Манифест представители 64 компартий,— войны можно не допустить, мир можно защитить и упрочить» ¹.

Новая постановка этой стратегической задачи как бы фокусировала в себе все те качественные изменения, которые произошли на мировой арене.

Московские Совещания 1957 г. интенсифицировали обмен мнениями и сотрудничество между партиями. Необходимость развить, сделать общим достоянием новые теоретические положения, отбить попытки ревизовать их привели коммунистические партии к выводу о целесообразности созыва уже в 1960 г. нового международного Совещания. Такое решение было принято на встрече представителей компартий в Бухаресте в июне 1960 г. После серьезной подготовки в Москве в ноябре 1960 г. состоялось международное Совещание. Оно обобщило новый опыт коммунистического движения, наметило перспективы и главные направления его

¹ «Программные документы борьбы за мир, демократию и социализм», с. 26.

241 деятельности в 60-х годах, а также помогло движению «сверить часы» в условиях уже начавшихся атак на его позиции со стороны маоистского руководства КПК.

Заявление Совещания четко охарактеризовало общие позиции его участников по всем важнейшим проблемам. Огромное значение для идеологической борьбы, в том числе для борьбы с ревизионистами всех мастей, приобрело данное в Заявлении определение основных черт современной эпохи, отражавшее сдвиги, происшедшие на международной арене. Изменение общего соотношения сил в пользу социализма, складывание и укрепление мировой социалистической системы, ликвидация колониализма, дальнейшее обострение противоречий капитализма, рост сил мира, демократии и социального прогресса — все эти важнейшие сдвиги были оценены в Заявлении Совещания представителей коммунистических и рабочих партий в Москве как составная часть великого исторического движения человечества к социализму. В концентрированной форме были сформулированы главные направления революционного процесса, характеризующие современную эпоху. Определение сущности нынешней эпохи — борьбы двух общественных систем — социализма и капитализма — как основного ее противоречия стало исходной позицией для деятельности международного коммунистического движения, для ориентировки в сложных и противоречивых явлениях современности.

Совещание представителей коммунистических и рабочих партий подвергло глубокому анализу экономические, социальные и политические сдвиги в капиталистических странах, дало оценку расстановке классовых сил и политике правящих кругов в новых условиях, своеобразию обстановки, сложившейся в каждом из трех основных регионов мира. Заявление московского Совещания 1960 г. указывало на важные новые особенности борьбы рабочего класса, накладывавшие существенный отпечаток на его стратегию и тактику. Совещание дало решительный отпор ревизионистским и левацким искажениям идеи мирного сосуществования, проблемы его связи с классовой борьбой.

Исходя из анализа сущности современной эпохи и особенностей ситуации в мире, Совещание охарактеризовало три основных направления деятельности международного коммунистического движения.

Развитие мировой системы социализма, указывалось в Заявлении, вступило в новый этап. Объединенные силы мировой социалистической системы надежно гарантируют каждую социалистическую страну от посягательств империалистической реакции. Сплочение социалистических государств в единый лагерь, непрерывно растущая мощь этого лагеря обеспечивают в рамках всей системы в целом полную победу социализма. Для коммунистических партий социалистических стран важнейшее значение

242 имеют вопросы хозяйственного строительства и дальнейшего продвижения их по пути социализма и коммунизма.

«Общие интересы народов социалистических стран,— указывалось в Заявлении,— интересы дела социализма и мира требуют правильного сочетания в политике принципов социалистического интернационализма и социалистического патриотизма» ¹.

Вторым по историческому значению явлением после образования мировой системы социализма Совещание назвало крушение колониализма под натиском национально-освободительного движения. В новых условиях, создавшихся после краха старого колониализма, центральной проблемой для коммунистических партий стран Азии, Африки и Латинской Америки стала борьба за полную национальную независимость, против империализма и неоколониализма, за развитие этих стран по пути социального прогресса. В Заявлении был выдвинут важный тезис о том, что «наилучший путь ликвидации вековой отсталости и улучшения условий их жизни — путь некапиталистического развития» ². Одновременно была сформулирована идея создания государств национальной демократии, отвечающих задачам сплочения широкого национального фронта для отпора империализму, ликвидации тяжелых последствий господства иностранного капитала и движения по пути социального прогресса. При этом подчеркивалась действенная солидарность социалистических государств, коммунистов всех стран с национально-освободительным движением.

Говоря о задачах коммунистических партий развитых капиталистических стран, Совещание дало ясный ответ на важнейший стратегический вопрос — о главном враге, главном направлении удара. «Главный удар в современных условиях,— указывалось в Заявлении,— все решительнее направляется против капиталистических монополий как основных виновников гонки вооружений, оплота реакции и агрессии, против всей стоящей на страже их интересов системы государственно-монополистического капитализма» ³. Совещание четко определило основы стратегии борьбы за социализм через общедемократические требования: сплочение вокруг рабочего класса широких слоев народа, осуществление коренных социальных и политических преобразований, ограничение, а затем и ликвидацию власти монополий. Выводы Совещания помогли направить усилия компартий развитых капиталистических стран на разработку проблем антимонополистической борьбы в соответствии с условиями своих государств.

¹ «Программные документы борьбы за мир, демократию и социализм», с. 52.

³ Там же, с. 70.

243 В Заявлении Совещания было снова подчеркнуто, что самой жгучей проблемой современности продолжает оставаться проблема войны и мира. Борьба за предотвращение мировой войны, за мирное сосуществование государств с различным социальным строем является общим делом всех коммунистов.

Совещание 1960 г. напомнило, что интересы борьбы за дело рабочего класса требуют максимальной сплоченности международного коммунистического движения. «Все марксистско-ленинские партии независимы, равноправны, вырабатывают политику, исходя из конкретных условий своих стран, руководствуясь принципами марксизма-ленинизма, и оказывают друг другу взаимную поддержку. Успех дела рабочего класса в каждой стране требует интернациональной солидарности всех марксистско-ленинских партий» ¹.

Международное коммунистическое движение было единственной силой, чей анализ и теоретические оценки выдержали испытание практикой. Историческое развитие опровергло как реформистские прогнозы затухания классовой борьбы, так и надежды догматиков на внезапный революционный взрыв, вызываемый какими-то особыми, чрезвычайными обстоятельствами. Целиком подтвердился вывод Совещания о неизбежности обострения социальных противоречий капитализма, о развитии этого процесса по пути все большего расширения социальной базы антимонополистической борьбы, возглавляемой рабочим классом, о ее перерастании в выступления против власти монополистической олигархии. В то же время исторический опыт показал научную истинность творческих выводов марксистско-ленинской мысли об углублении общего кризиса капитализма без новых мировых войн.

Ленинская мысль о разнообразии форм и путей воплощения общих закономерностей развития социалистической революции, со всей силой прозвучавшая в документах Совещаний 1957 и 1960 гг., была положена в основу деятельности отдельных компартий ².

«Естественно,— писал Генеральный секретарь Коммунистической партии Финляндии В. Песси,— что подлинно революционной может быть только такая политическая сила, которая правильно выражает национальные интересы, всеми корнями уходит в свой народ, знает его нужды, понимает его особенности, глубоко осознает все происходящие в жизни страны изменения. Только партия рабочего класса может в наше время быть такой

¹ «Программные документы борьбы за мир, демократию и социализм», с. 83.

² См., например, «Cahiers du communisme». Numero special, juillet — août 1956, p. 47.

244 национальной революционной силой в развитых капиталистических странах» ¹.

Из исторически сложившихся условий и традиций предлагала исходить в поисках путей завоевания власти Программа КПВ «Путь Британии к социализму» ². «При осуществлении общих принципов социализма, — говорилось в тезисах программного документа «Путь Австрии к социализму», принятого на конференции КПА в 1958 г., — необходимо одновременно учитывать исторические, экономические и политические особенности данной страны. Следовательно, каждая страна должна идти по пути к социализму, учитывая эти общие принципы и международный опыт, а также свои специфические условия» ³. Документ конкретно формулировал эти условия: уже достигнутую в Австрии национализацию значительной части промышленности, высокое индустриальное развитие страны, делающее ненужными большие жертвы для ускорения темпов экономического роста, значительную роль мелких предприятий, требующих их поддержки государством, высокую механизацию сельского хозяйства и развитую кооперативную систему, большую роль внешней торговли, значительные социальные завоевания, которых достиг рабочий класс ⁴.

Серьезное внимание конкретизации программы и политики с учетом своеобразия национальных условий уделяла Итальянская компартия. Еще А. Грамши стремился к тому, чтобы творчески применить уроки Октябрьской революции к итальянской действительности. Он глубоко проанализировал структуру итальянского общества и пришел к выводу о том, что проблема союза между рабочими и крестьянами может быть решена здесь только при учете южного и католического вопросов. Исходя из предположений Грамши, что будущие революции на Западе в силу сложности общественных структур и большой укорененности капитализма в этих странах будут напоминать не маневренную, а позиционную войну, с затяжной осадой вражеских крепостей, подготавливающей решительный разгром врага ⁵, VIII съезд ИКП (1956 г.) выдвинул концепцию «итальянского пути к социализму». «Итальянский путь к социализму, — пояснял П. Тольятти, — означает не что иное, как продвижение к социализму и борьбу за социализм с точным учетом положения внутри страны, находящейся в то же время в рамках определенной международной обстановки;

¹ В. Песси. Указ. соч., с. 203.

⁵ См. А. Грамши. Избранные произведения, т. 3. М., 1957, с. 99.

245 итальянский путь означает, следовательно, отказ от тех элементов опыта других стран, которые не соответствуют условиям Италии» ¹. Опыт, накопленный советскими коммунистами, подчеркивал П. Тольятти, остается основным, остается руководством для всех тех, кто хочет продвигаться к социализму. Однако наряду с ним существует и опыт других партий и народов ².

«Итальянский путь» включал в себя в качестве одного из важнейших элементов борьбу на почве конституции, использование парламента. Но ИКП решительно возражала против отождествления «итальянского пути» с «парламентским» путем. Возможность использования парламента, подчеркивали ее руководители, будет зависеть от конкретной обстановки, от развития движения в целом, прежде всего массового движения ³.

Возражая ревизионистам, игнорировавшим связь новой политической линии с изменением соотношения сил в мире, ее конкретную обусловленность сложившейся обстановкой, растущей силой мировой социалистической системы, П. Тольятти заявлял: «Прежде всего нам всегда следует помнить, что если теперь мы можем по-новому ставить вопрос о путях перехода к социализму и учитывать возможность разнообразных путей, различных в той или иной стране, если мы можем говорить о возможностях широкого использования легальных путей, в том числе и парламента, для осуществления серьезных социальных преобразований, если ныне мы можем говорить и делать все это, то только потому, что мы имеем за собой 20 или 30 лет борьбы и завоеваний, преобразовавших лицо и структуру мира. То, что мы делаем сегодня, было бы невозможным и неправильным 30 лет назад, явилось бы чистым оппортунизмом, как тогда мы это и называли» ⁴. Итальянские коммунисты подчеркивали, что возможность «итальянского пути к социализму» тесно связана с влиянием, которое оказывает на ход международных событий растущая сила мировой социалистической системы ⁵.

Увеличивающееся многообразие путей продвижения к социализму с огромной наглядностью продемонстрировала революция на Кубе, совершившаяся в 1959 г. и осенью 1960 — весной 1961 г. переросшая в социалистическую. В то же время опыт Кубы еще раз подчеркнул значение СССР и всего социалистического содружества в обеспечении международных условий развития революционного процесса.

¹ П. Тольятти. Избранные статьи и речи, т. 1, с. 926.

⁵ См. «40 лет Итальянской коммунистической партии», с. 104.

246 Коммунистические партии не допускали, чтобы национальная специфика и постановка вопроса о разнообразии путей к социализму заслоняли общие закономерности революционного развития. Так, Программа КПВ «Путь Британии к социализму» заявляла, что, «какими бы ни были конкретные условия в той или иной стране, имеются определенные важные условия для перехода к социализму, общие для всех стран, в том числе и для Британии. Такими условиями являются: завоевание власти рабочим классом при поддержке прогрессивных слоев народа; наличие партии, основывающейся на марксистском учении, на принципах демократического централизма, способной осуществить руководство в борьбе против капитализма и в построении социализма. Социалистическое правительство, поддерживаемое рабочим классом и народом, должно взять в свои руки основные средства производства, провести мероприятия, необходимые для того, чтобы положить конец эксплуатации, развить плановую, социалистическую экономику, повысить жизненный уровень, не допустить обструкций и саботажа со стороны капиталистов и помещиков, покончить с национальным угнетением и последовательно проводить принципы пролетарского интернационализма» ¹.

В конце 50-х годов коммунистические партии сделали большой шаг вперед в освоении мысли В. И. Ленина о том, что сил одного авангарда недостаточно для совершения революционных преобразований, что для этого коммунистическая партия должна «связаться, сблизиться, до известной степени, если хотите, слиться с самой широкой массой трудящихся, в первую голову пролетарской, но также и с непролетарской трудящейся массой» ².

Коммунисты стали значительно больше внимания уделять работе с широкими пролетарскими и непролетарскими массами, поискам союзников. Принципиальное значение для их повседневной практики имел вывод, сделанный мировым коммунистическим движением, о возможности расширения системы союзов за пределы традиционного блока рабочего класса и беднейшего крестьянства (тем более что удельный вес последнего в капиталистических странах неумолимо сокращался). Тезис о росте противоречий между монополиями и всем народом, о возможности привлечь средние слои на сторону рабочего класса, опиравшийся на известный опыт, накопленный в ходе антифашистского движения и борьбы первых послевоенных лет, именно со второй половины 50-х годов широко вошел в арсенал коммунистических партий.

Так, на VIII съезде ИКП было сформулировано положение,

¹ «Программные документы коммунистических и рабочих партий капиталистических стран Европы», с. 34.

² В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, с. 7.

247 что в современных условиях, когда экономика все более подпадает под власть монополий, основная часть средних слоев объективно заинтересована в социалистическом преобразовании общества и может быть привлечена к постоянному союзу с рабочим классом ¹. Коммунистические партии четко указали на те преимущества, которые дает этим слоям социализм. «Средние слои в городе (ремесленники, владельцы мелких предприятий, мелкие торговцы) при капитализме зависят в большинстве случаев от крупных монополистических фирм, — говорилось в программном документе коммунистов Австрии. — При социализме им не придется жить в постоянном страхе перед кризисом и бояться конкуренции со стороны крупных капиталистов. Поскольку они играют полезную роль в социалистической экономике, они будут иметь обеспеченный доход. Государство окажет им поддержку при объединении в кооперативы» ².

Подчеркивая, что после победы социалистической революции мелкие производители в течение длительного времени смогут участвовать в строительстве социализма и лишь постепенно, на основе полной добровольности преобразовывать свои хозяйства в социалистическом духе, многие компартии ставили вопрос и об их политическом представительстве, их участии в управлении страной в этот период. Отсюда выдвинутый, например, английскими коммунистами тезис, что в условиях Великобритании, с ее прочными парламентскими традициями, возможно сохранение многопартийности и в период построения социализма ³.

В то же время компартии сознавали, что у мелкой буржуазии города и деревни по-прежнему «две души»: душа труженика и душа собственника, что между рабочим классом и средними слоями продолжают сохраняться серьезные противоречия. Все средние слои, так же как и значительная часть мелких предпринимателей, указывал М. Торез, безусловно, заинтересованы в борьбе против господства монополий. «Вопрос о том, кто в конечном счете завоюет их на свою сторону — пролетариат или крупный монополистический капитал, является для нас, — подчеркивал он, — одним из наиболее важных вопросов с точки зрения как ближайшего, так и более отдаленного будущего» ⁴.

Коммунистические партии добивались сотрудничества с мелкой буржуазией, интеллигенцией, служащими не только в борьбе за защиту жизненного уровня, но и в борьбе за демократию, за сохранение мира. Так, Компартия Финляндии приложила немало

¹ См. «Материалы VIII съезда Итальянской коммунистической партии (Рим — 8—14 декабря 1956 года)». М., 1957, с. 175.

⁴ М. Торез. Избранные статьи и речи, с. 412.

248 усилий, чтобы создать в своей стране широкий фронт против попыток крайне правых прорваться к руководству страной, подорвать внешнеполитический курс Паасикиви — Кекконена. Итальянские коммунисты сотрудничали с представителями партий, опиравшихся на средние слои, при отражении авантюристической попытки премьера Тамброни, используя поддержку фашистов, осуществить широкие полицейские репрессии в стране. За создание национального антифранкистского фронта боролась Компартия Испании. Компартия США провозгласила своей задачей «борьбу за создание народной антимонополистической коалиции» ¹. Ее XVII съезд (1959 г.) выступил за объединение рабочего класса, негров, мелких фермеров, студентов, интеллигенции, мелких предпринимателей и других демократических элементов вокруг программы действий, направленной на обеспечение экономического благосостояния, на защиту демократических прав и сохранение мира, имея в виду тем самым подготовить союз народа против монополистического капитала ². К широкому союзу сил против американо-японского «договора безопасности», за независимую внешнюю политику призывала Компартия Японии.

Особенно благоприятные возможности для широкого объединения сил существовали в странах, где развертывалась борьба против антидемократического, диктаторского режима. К созданию широкого Национального фронта действия призывала Португальская коммунистическая партия, находившаяся в авангарде борьбы против салазаровского фашизма ³. Компартия Греции, чтобы облегчить сплочение патриотических сил, выражала готовность к сотрудничеству с ними на базе программы-минимум, включавшей восстановление демократии и отмену всех антидемократических законов ⁴.

В целях объединения сил рабочего класса коммунистические партии продолжали прилагать усилия для достижения взаимопонимания с социал-демократами. В отличие от предыдущего периода коммунисты стремились налаживать такое взаимопонимание как «снизу», так и «сверху». XIV съезд Французской коммунистической партии (1956 г.) принял обращение к социалистам, в котором говорилось: «Мы хорошо знаем, что нас еще многое разделяет. Однако значительно больше то, что нас объединяет. Необходимость и возможность союза вытекает из самой цели построения социализма, которую как мы, так и вы поставили перед собой.

¹ «Proceedings 16-th National Convention of the Communist Party, USA». New York, 1957, February 9—12, p. 270.

⁴ См. там же, с. 158.

249 Необходимость и возможность нашего союза постепенно возникают в ходе непрерывной борьбы, которую нам приходится вести против реакционных сил»¹. Более дифференцированный, чем раньше, подход к социал-демократам проявляла и КПГ. Руководитель КПГ М. Рейман обратился с личным письмом к лидеру СДПГ Э. Олленхауэру, предлагая встретиться и обменяться мнениями по вопросам борьбы за мир, против милитаризма.

В подавляющем большинстве случаев эти призывы компартий не находили ответа. Однако в рядах социал-демократии появлялись и первые признаки отхода от воинствующего антикоммунизма. Возникли некоторые, правда еще весьма ограниченные, возможности диалога между двумя основными политическими течениями в рабочем классе. Коммунистам Бельгии удалось наладить сотрудничество с левыми социалистами. Компартия Японии, не будучи официально принятой в созданный социалистами Народный совет борьбы против задуманного реакционным правительством антидемократического пересмотра закона о полицейской службе, тем не менее была представлена почти во всех местных советах этого объединения. В созданный в 1959 г. Национальный совет борьбы против пересмотра американо-японского «договора о безопасности» представители Коммунистической партии вошли уже официально наряду с другими демократическими организациями.

Коммунистические партии разъясняли, что их призыв к единству — не маневр, не тактическая уловка, что они честно относятся к своим союзническим обязательствам. «Коммунистическая партия Бельгии, — указывалось в решениях ее XIII съезда (1960 г.), — всеми силами стремится к заключению честного союза с целью установления и построения социализма, к прочному союзу, внутри которого ни одна партия, ни одна организация не сможет претендовать на монополию, не сможет навязывать своих взглядов ни маневрированием, ни применением силы в отношении своих союзников»².

В то же время коммунисты подчеркивали, что союз, которого они добиваются, может быть создан только на принципиальных основах. «Единство действий, — писал Генеральный секретарь КПФ В. Песси, — не требует от нас отказа от коммунистических идей, так же как не требует от социал-демократов пересмотра их взглядов... В данном случае нужно лишь уметь высказывать свои мнения в такой форме, чтобы раскольники не смогли использовать

¹ «Cahiers du communisme». Numero special, juillet—août 1956, p. 328.

² «Thèses adoptées par le XIIIᵉ congrès du Parti communiste de Belgique. Liege, 16, 17 et 18 avril 1960». Bruxelles, 1961, p. 3.

250 их для создания распрей... Но если кто-то из них своим поведением ущемляет интересы рабочего класса, мы не должны, естественно, обходить это молчанием» ¹.

С призывом к единству коммунисты обращались не только к социал-демократии, но и к верующим трудящимся. «Рабочие-коммунисты, — говорил М. Торез, — всегда протягивали руку трудящимся-христианам, своим братьям по несчастью» ². Особенно важен был такой диалог в странах, подобных Италии или Испании. П. Тольятти еще в 1954 г. выступил с предложением «установить контакт между коммунистическим и католическим мирами» во имя спасения человечества от атомной катастрофы ³. В дальнейшем политика «диалога с католическим миром» приобрела и антикапиталистическую направленность, стала одним из аспектов «итальянского пути к социализму» как длительная перспектива единой борьбы и союзов не только с католическими народными массами, но и с их организациями ⁴.

Уже к концу 50-х годов коммунистические партии выработали, таким образом, четкую установку, которую одна из них, Швейцарская партия труда, выразила в виде следующей краткой формулировки: «В борьбе против крупного капитала, за мир, демократию и социализм рабочий класс должен объединиться со всеми другими группами трудящихся, чтобы создать против крупного капитала и реакции как можно более широкий фронт» ⁵.

Именно с возможностью создания такого широкого фронта, вовлечения в борьбу против монополистического капитала большинства народа связывалась коммунистическими партиями перспектива мирного развития демократической и социалистической революции. Положения о возможности установления народной власти без вооруженного восстания и гражданской войны, опиравшиеся на ленинские идеи о необходимости использовать малейшую возможность мирного развития революции, содержались, например, в документах XIV съезда ФКП, VIII съезда ИКП и других национальных форумов компартий. Стремясь избежать мучительного для трудящихся пути гражданской войны, повторения того, что произошло в Испании и Греции, коммунисты искали возможности восстановления национального единства. Коммунистическая партия Греции заявила в 1957 г.: «Молодое поколение, которое не участвовало в гражданской войне и не было отравлено ненавистью и страстями раскола, является значительным фактором

¹ В. Песси. Указ. соч., с. 85.

⁵ «Программные документы коммунистических и рабочих партий капиталистических стран Европы», с. 424.

251 в деле наведения моста над пропастью, возникшей в годы гражданской войны» ¹. ЦК Компартии Испании в 1956 г. в своем заявлении предложил политику «национального согласия», направленную на то, чтобы положить конец расколу испанского народа, существовавшему со времен гражданской войны, объединить против диктатуры возможно более широкие силы, использовать разногласия среди сторонников франкизма, обеспечить переход к демократии возможно более мирным путем ². На VI съезде КПИ в 1960 г. была принята Программа, предусматривавшая, что и второй, социалистический этап в развитии революции в Испании может совершиться мирным путем, без болезненных для народных масс коллизий ³. Однако в условиях авторитарного режима лозунг «национального согласия» получил лишь ограниченное распространение в массах ⁴.

Положения об использовании более благоприятных предпосылок для мирного развития революции, создавшихся благодаря новому соотношению сил в мире, возможности объединить под руководством рабочего класса широкие слои народа появились в программах многих компартий. В некоторых случаях имела место и переоценка такого рода перспектив. Так, V съезд Португальской коммунистической партии (1957 г.) дал ориентацию на устранение фашистского правительства и установление демократии мирным путем, которая была критически пересмотрена на Пленуме ЦК ПКП в 1961 г. Возникновение такого рода иллюзий, не отвечавших условиям Португалии, объяснялось правым уклоном в партии, который в 1956—1959 гг. влиял на ее политическую и тактическую линию ⁵. Нанеся поражение правому оппортунизму, партия смогла выправить свою политику, снова переориентировавшись на вооруженный путь борьбы ⁶. Одновременно ПКП выступала против путчистских поползновений своих отдельных групп.

Высказываясь за мирное развитие революции, коммунистические партии, как правило, сознавали, что выбор пути зависит не только от них, но прежде всего от того, сможет ли реакция прибегнуть к вооруженному подавлению масс. «Вопрос о выборе между мирными и насильственными средствами борьбы для ликви-

¹ «Программные документы коммунистических и рабочих партий капиталистических стран Европы», с. 163.

⁶ См. Ю. М. Кукушкин. Борьба португальских коммунистов за объединение демократических сил для свержения фашизма. — «Новая и новейшая история», 1975, № 1, с. 52.

252 дации диктатуры капитала, для создания лучшего общества будет, следовательно, решен рабочим классом Франции в зависимости от того, в какой форме буржуазия станет оказывать ему сопротивление» ¹, — указывалось в тезисах XIV съезда ФКП. Концепция мирного пути, выдвинутая некоторыми компартиями еще в первые послевоенные годы и широко развитая во второй половине 50-х годов, предусматривала и возможность использования немирных форм борьбы в ответ на насильственные действия эксплуататорских классов. Да и само мирное развитие революции мыслилось как ожесточенная массовая борьба, а отнюдь не как реформистское классовое сотрудничество. «Мы, коммунисты, — писал в 1956 г. П. Тольятти, — не сторонники насилия ради насилия, мы всегда ищем менее болезненный путь социалистического развития. Мы знаем, что сегодня, когда социализм одержал в мире столько побед, возможностей менее болезненного развития гораздо больше, чем их было вчера. Но все это ни в коем случае не означает, что мы можем исключить возможность ожесточенных классовых столкновений, ибо перед нами упорный и коварный враг, который готов на все, который не даст себя ни обмануть, ни усыпить... Поэтому глупой была бы уверенность в том, что в Италии можно прийти к социализму обязательно без ожесточенных классовых столкновений. Мы можем лишь сказать, что своей деятельностью в стране и в международном плане мы обеспечили возникновение некоторых важных условий такого мирного развития, но не больше. Можно добавить, что наши новые успехи и новые успехи международного коммунистического движения будут способствовать укреплению и расширению этих условий, но, если мы не хотим обмануть рабочий класс и членов нашей партии, мы никогда не скажем, что мирное развитие полностью обеспечено» ².

Точно так же Программа Коммунистической партии Финляндии, принятая в 1957 г., провозглашала: «Коммунистическая партия хочет осуществления победы социализма мирным путем. Однако насильственные действия контрреволюционных сил могут сделать необходимым отражение их силой трудящихся масс» ³. «Перейти от капитализма к социализму можно мирным или насильственным путем», — заявляла Компартия Дании ⁴. Даже заявляя, как, например, Компартия Бельгии, что мирный путь в условиях их страны — наиболее вероятный, коммунисты выступали против абсолютизации этого пути. Постановка компар-

¹ «Cahiers du communisme». Numero special, juillet — août 1956, p. 377.

⁴ Там же, с. 173.

253 тиями вопроса о формах и путях развития революции отвечала требованию В. И. Ленина к коммунистическим партиям быть готовыми «к самой быстрой и неожиданной смене одной формы другою» ¹, не связывать себе «рук насчет форм, приемов, способов переворота» ².

Совещание коммунистических и рабочих партий 1960 г., подтвердив в своем Заявлении вывод о возможности осуществить революцию мирным путем, вместе с тем отмечало: «В условиях, когда эксплуататорские классы прибегают к насилию над народом, необходимо иметь в виду другую возможность — немирного перехода к социализму. Ленинизм учит и исторический опыт подтверждает, что господствующие классы добровольно власти не уступают. Степень ожесточенности и формы классовой борьбы в этих условиях будут зависеть не столько от пролетариата, сколько от силы сопротивления реакционных кругов воле подавляющего большинства народа, от применения насилия этими кругами на том или ином этапе борьбы за социализм» ³.

В то же время коммунистические партии заявляли, что и мирный переход власти в руки рабочего класса будет обязательно означать революционные изменения. «Вопреки утверждениям реформистов и ревизионистов переход от капитализма к социализму не может произойти незаметно. Этот переход всегда представляет собой революционный скачок» ⁴. «Социализм нельзя построить при капитализме. Для построения социализма рабочий класс должен взять в свои руки государственную власть» ⁵.

Коммунистические партии все более успешно преодолевали догматические представления о том, что для мобилизации масс на борьбу за социалистическую революцию достаточно разоблачения язв капитализма и пропаганды социализма. Осознавая бесплодность такого чисто «пропагандистского» подхода к массам, они взяли на вооружение ленинские заветы о необходимости подводить трудящихся к важным политическим выводам на основе их собственного конкретного практического опыта. Так, ИКП заявляла, что «не собирается ограничиваться ролью союза пропагандистов, «проклинающих прошлое и мечтающих о далеком будущем», голой агитацией и простым разоблачением последствий реакционной политики буржуазии; напротив, сознавая себя представителем нового руководящего класса, она в каждом данном случае предлагает свое решение реальных проблем итальянского

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, с. 81.

⁵ В. Песси. Указ. соч., с. 132.

254 общества, борется за это решение и зовет на борьбу широкие массы» ¹.

Главные усилия компартии направили на то, чтобы связать борьбу за повседневные требования масс с борьбой за социализм. Этого нельзя было добиться прямолинейным путем, выдвинув программу непосредственных социалистических преобразований: то, что такие преобразования назрели в жизни, еще не означало, что их необходимость осознали массы. Отсюда та роль, которую стали играть в программах компартий требования «переходного» характера — глубокие демократические преобразования. В них конкретно воплощалось то переплетение демократических и социалистических задач, которое стало характернейшей чертой борьбы рабочего класса в послевоенные десятилетия. Теория и практика коммунистического движения все более опиралась здесь на важнейшие указания В. И. Ленина, говорившего, что между демократией и социализмом в эпоху империализма нет китайской стены. «Развитие демократии до конца,— писал он,— изыскание форм такого развития, испытание их практикой и т. д., все это есть одна из составных задач борьбы за социальную революцию. Отдельно взятый, никакой демократизм не даст социализма, но в жизни демократизм никогда не будет «взят отдельно», а будет «взят вместе», оказывать свое влияние и на экономику, подталкивать ее преобразование, подвергаться влиянию экономического развития и т. д.» ².

Связь борьбы за демократию и борьбы за социализм проявлялась прежде всего в том, что знаменосцем той и другой, объединителем широких народных масс в движении за переходные цели выступал рабочий класс. Развитие широкой массовой борьбы за демократические преобразования, ее успех подрывают позиции монополий. «В нашу эпоху,— говорил на XV съезде ФКП (1959 г.) М. Торез,— демократические преобразования уже не отделены от социалистических преобразований большим историческим интервалом. Руководство со стороны рабочего класса политической борьбой народа, столь очевидное в наши дни, сближает и смыкает эти два этапа. Процесс созидания демократии завершится при социализме» ³. Тем самым борьба за социализм ставилась на конкретную почву, обретала повседневное содержание. В программном заявлении VIII съезда ИКП подчеркивалось, что «разрушение самых отсталых и гнетущих порядков итальянского общества и начало их преобразования в демократическом и социалистическом духе ни в коем случае нельзя и не следует откладывать до завое-

¹ «Documenti politici e direttive del Partito Comunista italiano dall'VIII al IX Congresso». Roma, 1960, p. 69—70.

³ М. Торез. Избранные статьи и речи, с. 440.

255 вания власти рабочим классом и его союзниками. За это можно и должно бороться как за конкретные цели, вполне достижимые в ходе экономической и политической борьбы трудящихся» ¹.

Выдвигая требования коренных преобразований, коммунистические партии исходили из необходимости «революционной борьбы за реформы», из ленинских идей о том, что противоположность между реформой и революцией не абсолютна, что самостоятельная экономическая и политическая борьба рабочего класса способна «превратить половинчатые и лицемерные «реформы» на почве данного порядка в опорные пункты поступательного рабочего движения на пути к полной эмансипации пролетариата» ². Не откладывая борьбы за изменение общественных структур до завоевания власти рабочим классом, коммунисты одновременно ставили вопрос о связи этой борьбы с борьбой за власть. «Эти изменения структуры,— говорил П. Тольятти,— не могут не сопровождаться изменением руководящих групп общества, т. е. приходом новых сил, прогрессивных сил, представителей широких трудящихся масс и рабочего класса, к руководству экономической жизнью стран, которые еще являются капиталистическими странами. Поэтому борьба за изменение структуры является всегда также борьбой за власть... Эта борьба направлена против власти тех групп, которые в настоящее время являются самыми реакционными группами буржуазии, и разрушает эту власть» ³. Ограничение экономического господства и политической власти монополий, все более значительное изменение соотношения сил в пользу трудящихся должно завершиться полным переходом власти в руки рабочего класса и его союзников.

Таким образом, в отличие от социал-демократии коммунистическое движение тесно увязывало требование защиты, расширения и обновления демократии с требованием коренных преобразований, выходящих за рамки традиционных реформ, с опорой на массовое движение, с борьбой за власть трудящихся, за социализм. Постановка вопросов о требованиях переходного характера, об относительно мирном развитии революции, о связи борьбы за демократию с борьбой за социализм покончила с бытовавшим в среде коммунистов представлением о том, что победа социалистической революции может быть только результатом катастрофических событий (войны, экономического кризиса большой силы и т. п.),— представлением, которое сковывало их активность, порождало настроения выжидания, ограничивало задачи «спокойного» периода почти исключительно пропагандой и накоплением сил.

¹ «Материалы VIII съезда Итальянской коммунистической партии», с. 177.

³ «L’Unità», 6.XI.1959.

256 В 50-х годах коммунистические партии сделали шаг вперед и в деле конкретной разработки программы демократических требований, служащих мостом между борьбой за непосредственные интересы масс и борьбой за социализм. Одной из первых на конкретные переходные меры по ограничению власти крупных монополий указала Программа КПД «Путь датского народа» (1952 г.). При всем сходстве общих подходов в программах демократических преобразований наибольшее отражение нашло различие конкретных условий, существовавших в развитых капиталистических странах. Буржуазная демократия, режим личной власти или реакционная диктатура, наличие или отсутствие пережитков более ранних общественных укладов, выдвижение на первый план политической жизни того или иного общенационального вопроса — все эти особенности сказывались на конкретном содержании программ предлагаемых компартиями коренных преобразований.

Так, коммунисты Греции в своей Программе выдвигали на первый план национальные, антиимпериалистические, демократические преобразования — обеспечение национальной, политической и экономической независимости, восстановление демократического порядка и законности, выход из НАТО, проведение политики мира и дружбы в отношении всех стран, экономическую реконструкцию, индустриализацию страны и повышение жизненного уровня народа. В рамках этого курса предусматривались такие социально-экономические преобразования, как национализация банков и электроэнергетики, экспроприация поместий, обеспечение крестьян землей, кредитами, удобрениями, страхование по безработице и т. п.¹ Сходные по своему содержанию программы разрабатывали коммунистические партии стран Пиренейского полуострова, где сохранялись авторитарные режимы, а в социально-экономической структуре все еще сильны были пережитки докапиталистического уклада.

В принятой на XVI съезде КПК (1959 г.) Программе «Путь к социализму в Канаде» в качестве основных задач партии были определены борьба за мир и сотрудничество между народами, за национальную независимость, за интересы трудящихся, за демократию и социализм.

Французская коммунистическая партия на своем XV съезде (1959 г.) подчинила все конкретные программные предложения единой цели борьбы против режима личной власти, за восстановление и обновление демократии. Эта цель, для достижения которой, по мысли ФКП, должен был сложиться союз рабочих и демократических сил, означала не только отмену Конституции

¹ См. «Программные документы коммунистических и рабочих партий капиталистических стран Европы», с. 146—155.

257 Пятой республики. Предусматривались и демократизация государственного аппарата, национализация «фактически существующих монополий» (т. е. атомной, нефтяной, газовой промышленности, крупных химических и металлургических предприятий, банков, страховых и крупных пароходных компаний), поощрение сельскохозяйственной кооперации, демократическая налоговая реформа и т. п.¹ Стержнем программных требований Компартии Японии была борьба против «двух врагов» — американского империализма и японского монополистического капитала, для которой необходим широкий национально-демократический единый фронт².

Коммунисты Финляндии в своей Программе, принятой на XI съезде (1957 г.), наряду с непосредственными целями и требованиями, среди которых выделялись повышение заработной платы, реформа налогообложения, совершенствование социального страхования, проведение внешней политики в духе взаимного доверия между народами Финляндии и СССР, наметили важнейшие моменты переходного периода от капитализма к социализму: национализацию монополий, коренную земельную реформу, развитие промышленности на основе социалистического планового хозяйства, содействие развитию кооперации, законодательное обеспечение прав профсоюзов, их участие в руководстве производственной жизнью³. Программа «Путь Австралии к социализму», принятая XVIII съездом Компартии Австралии в 1958 г., предусматривала национализацию крупных предприятий, банков и сельскохозяйственных владений, ликвидацию засилья иностранного капитала, освобождение средств массовой информации от подчинения монополиям, предоставление независимости колониям и т. д.⁴

В практике некоторых партий коренные демократические преобразования получили наименование «структурных реформ». Программа «структурных реформ», выдвинутая на VIII съезде ИКП (1956 г.) и уточненная на ее IX съезде (1960 г.), включала частичную национализацию промышленности, демократический контроль над монополиями, аграрную реформу с передачей земли тем, кто ее обрабатывает, обеспечение крестьян кредитами, семенами, инвентарем и поддержку кооперативного движения, демократическую налоговую реформу, реформы народного образования, здравоохранения и социального обеспечения, развитие форм

¹ См. «Программные документы коммунистических и рабочих партий капиталистических стран Европы», с. 396—400.

⁴ См. «Современная Австралия». Справочник. М., 1976, с. 155.

258 непосредственного участия в управлении. Особое значение придавалось социально-экономическому возрождению отсталого Юга, осуществлению провозглашенной в конституции областной автономии ¹.

Отталкиваясь в каждом случае от «злобы дня», от тех или иных наиболее наболевших вопросов, выдвигаемых конкретной ситуацией (как политическая резолюция XXVI съезда КПВ — от борьбы с последствиями экономического кризиса 1957—1958 гг. ²), программы коммунистических партий выходили на общие проблемы коренных преобразований, подрывающих и ограничивающих власть монополий. При всем различии отправных пунктов, конкретной направленности программ, отдельных положений (так, аграрная реформа трактовалась по-разному в высокоиндустриализованных странах и в странах с сохранением феодальных пережитков) в них было много общего, что диктовалось закономерностями развития революции, необходимостью вести преобразования по широкому фронту, сочетать в них экономические, социальные и политические аспекты, вести дело не к частным исправлениям существующей системы, а в конечном счете к ее ликвидации. Это объясняет, в частности, то внимание, которое уделялось во всех программах проблеме национализации командных высот экономики, хотя конкретные предложения относительно национализации, выдвигаемые разными партиями, не были одинаковы.

Добиваясь национализации монополий, компартии считали, что трудящиеся, опираясь на мощь своих организаций и силу массового движения, могут изменить курс развития государственного сектора, добиться поворота его в сторону неотложных нужд общества. Конечно, достигнуть этого невозможно при сохранении существующей экономической и политической власти монополистического капитала. «Национализация,— писал М. Торез,— не уничтожает капиталистического режима, но в сочетании с демократической властью она может облегчить движение на пути к социализму» ³. В этом — тесная связь социально-экономических и политических требований антимонополистических программ компартий. Поясняя ее, П. Тольятти говорил на IX съезде ИКП: «Мы прекрасно знаем, что национализация, или то или иное вмешательство государства в экономику для ее рационального развития, или расширение политической автономии, или большее благосостояние для трудящихся еще не меняют природы режима и

¹ См. «Программные документы коммунистических и рабочих партий капиталистических стран Европы», с. 281—298.

³ М. Торез. Избранные статьи и речи, с. 585.

259 общества, в котором мы живем. Но они все-таки что-то меняют и даже могут изменить многое в зависимости от того, как развивается борьба трудящихся за повышение уровня жизни, за новую достойную роль народных и рабочих масс в руководстве будущей жизнью и, следовательно, за изменение соотношения сил между рабочими и народными массами и эксплуататорскими классами. Такое движение вперед, успехи, достигнутые в этом направлении, мы называем, и это так и есть, продвижением к социализму. Характер же строя изменится коренным образом только тогда, когда мы сумеем изменить руководящие классы общества и государства» ¹.

Переосмысление некоторых сторон стратегии и тактики, начатое коммунистическим движением под влиянием нового опыта, не всегда развивалось достаточно успешно. «Есть немало причин,— писал член Политбюро ЦК Компартии Австрии Э. Виммер,— почему компартии, стремившейся к основательному переосмыслению своей стратегии, не удалось тогда, несмотря на некоторые важные исследования, правильно учесть существенные моменты нового положения. Дальнейшая разработка теории государственно-монополистического капитализма еще только начиналась в партии, почти не было возможности опереться на международный опыт» ². Сложность поднятых проблем, недостаток сил для теоретических исследований, непреодоленное в ряде случаев влияние ревизионизма и догматизма — все это тормозило творческий поиск компартий.

В то же время уже первый опыт практического применения новых теоретических выводов принес компартиям определенные успехи. В ряде стран влияние коммунистов стало вновь расти, активизировались их связи с широкими массами населения. После периода неудач улучшили свои результаты на выборах коммунисты Японии. В Финляндии в 1958 г. ДСНФ получил на выборах 450 тыс. голосов — больше, чем какая-либо другая политическая группировка. Его фракция стала крупнейшей в парламенте. Выросла сеть организаций ДСНФ, увеличился тираж коммунистических газет. Несколько расширилось влияние и шведских коммунистов. После спада, вызванного действиями ревизионистов, восстановилась в прежнем объеме численность Компартии Великобритании. Бельгийские коммунисты сыграли видную роль в подъеме стачечного движения. Во время знаменитой забастовки в шахтерском районе Боринаж (1959 г.) по инициативе компартии там был создан Комитет защиты угольных шахт, куда вошли социалисты, коммунисты, католики и либералы.

¹ П. Тольятти. Избранные статьи и речи, т. 2, с. 343—344.

² Э. Виммер. Значение опыта для политики.— «Проблемы мира и социализма», 1982, № 4, с. 40.

260 Коммунистическая партия Испании провела в мае 1958 г. День национального согласия, в котором участвовали многие социалисты, анархо-синдикалисты, республиканцы, католики. Забастовки, бойкот транспорта, распространение листовок показали непрочность франкизма. ««День национального согласия» ускорил рост унитарных течений в антифранкистском лагере и помог народным массам, возглавляемым коммунистической партией, перейти в политическое наступление против франкистской диктатуры» ¹. Португальские коммунисты успешно использовали легальные возможности, предоставленные президентскими выборами 1958 г., и добились широкого объединения на них оппозиционных сил. Сотни тысяч португальцев участвовали в антиправительственных манифестациях, несмотря на официальный запрет.

Коммунистическим партиям принадлежала ведущая роль в крупнейших массовых движениях, ознаменовавших рубеж 50—60-х годов в Италии, Японии, Бельгии. Итальянские коммунисты не только возглавляли выступления против опиравшегося на союз с фашистами правительства Тамброни, но и сумели придать им организованный, дисциплинированный характер, сорвать провокации реакции, добиться конкретных политических результатов. Бельгийские коммунисты вместе с левыми социалистами были застрельщиками массовой борьбы против реакционной социальной политики правительства Эйскенса. Они шли в первых рядах участников «великой забастовки» (декабрь 1960—январь 1961 г.), активно участвовали в работе стачечных комитетов, мобилизовывали общественное мнение на поддержку борющихся рабочих. Коммунисты Японии были среди организаторов мощного движения против американо-японского «договора безопасности», сорвавшего визит в страну президента США Д. Эйзенхауэра и вызвавшего отставку правительства Н. Киси.

Одновременно с успехами коммунистическому движению развитых капиталистических стран пришлось пережить во второй половине 50-х годов и ряд неудач. Здесь и потеря части своих сторонников Французской компартией после установления режима личной власти, и сокращение численности Компартии США, вызванное действиями ревизионистов, и трудности, переживаемые западногерманскими коммунистами в связи с вынужденным уходом в подполье, и тяжелые потери, понесенные Португальской компартией в связи с массовыми арестами в 1959—1960 гг. В одном только 1960 году 196 португальских коммунистов и 92 других антифашиста были осуждены в общей сложности на 732 года тюрьмы и 1900 лет лишения политических и профессиональных прав ².

¹ «История Коммунистической партии Испании», с. 268.

² См. Г. Н. Коломиец. Указ. соч., с. 143.

261 Несмотря на значительные трудности, связанные с антикоммунистическими кампаниями, противостоянием ревизионистским и сектантским уклонам, издержками происходившей переориентации в области стратегии и тактики, мужественная и упорная борьба коммунистов во второй половине 50-х годов подготовила их к дальнейшей борьбе.

БОРЬБА КОММУНИСТИЧЕСКИХ ПАРТИЙ ЗА АНТИМОНОПОЛИСТИЧЕСКУЮ КОАЛИЦИЮ​

60-е годы в жизни капиталистических стран стали временем нарастающего раскрытия противоречий государственно-монополистического капитализма, заметного обострения классовой борьбы, перехода рабочего движения все новых стран от обороны к наступлению, первых в послевоенный период острых социально-политических кризисов. Эти процессы развертывались на фоне новых социально-экономических, научно-технических и культурных достижений социализма, символом которых стал первый полет человека в космос, неуклонного роста сил социалистического содружества, благодаря которому к концу десятилетия был достигнут примерный стратегический паритет между СССР и США в ракетно-ядерных вооружениях. Попытки империализма навязать «пробу сил» мировой социалистической системе, предпринятые во второй половине 60-х годов, терпели явный провал. В этой обстановке заметно выросли силы мира, укрепилась тенденция к мирному сосуществованию двух противоположных систем, к выходу из «холодной войны» и переходу к разрядке. Позитивному сдвигу в международных отношениях способствовала и растущая активность на мировой арене молодых государств, сбросивших колониальное иго, развитие движения неприсоединения как важного фактора антиимпериалистической политики.

В новой международной обстановке значительно полнее выявились внутренние противоречия империализма. Материальные проблемы, политическое неравноправие, однобокость и уродливость капиталистического «прогресса» — все эти источники социальных конфликтов приобрели новый вид и особую значимость. «Закрыть» классовую борьбу, интегрировать рабочее движение в капиталистическую систему, установить «социальный мир» явно не удавалось. Вырванное с боями повышение заработной платы не ликвидировало отношений эксплуатации в процессе производства — самое большее, оно делало их менее грубыми. С ростом издержек на воспроизводство рабочей силы (повышение образовательного минимума, необходимое современному производству, интенсификация труда, изменение его характера, требующего меньших физических усилий и большего нервного напряжения) даже

262 более высокая заработная плата нередко меньше удовлетворяла рабочего, нежели в прошлом.

В то же время, чем полнее удовлетворялись наиболее насущные материальные нужды (в питании, одежде), тем отчетливее в сознании многих трудящихся центр тяжести переносился на потребности более высокого плана, на пути удовлетворения которых вставали различного рода социальные барьеры. Обеспеченное будущее, приобщение к благам культуры, физическое и духовное здоровье, преодоление неравноправия и приниженности, развитие личности — все эти цели приобретали права гражданства в сознании многих трудящихся. Борьба за повышение заработной платы и занятость дополнялась борьбой за удовлетворение возросших общественных потребностей в области здравоохранения, охраны природной среды, образования, культуры, информации, гуманных условий труда и внетрудовой сферы, за преодоление хаоса экономической и социальной жизни. Внимание трудящихся все чаще смещалось в плоскость проблем образа жизни, положения трудящегося человека в обществе, принципов и ценностей, которым подчинено его бытие.

Бурные события 1960—1961 гг. в Италии, Японии, Бельгии, Франции еще раз продемонстрировали иллюзорность «социального мира». При всем различии внешних поводов (заигрывание правительства с фашистами в Италии, заключение неравноправного «договора безопасности» с США в Японии, перекладывание на трудящихся издержек «деколонизации» в Бельгии, мятеж и террор ультраправых во Франции) эти события сближал взрывной характер выступлений народных масс, ярко выделявшихся на фоне известного спада классовой борьбы в предыдущий период. Еще более крупными оказались массовые движения конца 60-х годов: «майские события» 1968 г. во Франции и «жаркая осень» 1969 г. в Италии. Они выявили подлинный социально-политический кризис в этих странах. Помимо рабочего класса в движении приняли участие широкие непролетарские слои. Высокий боевой потенциал проявило студенчество, зачастую выступавшее, правда, с левацких, авантюристических позиций.

В условиях значительного изменения внутренних и внешних условий борьбы, растущего разнообразия источников социальных конфликтов, все более выявлявших необоснованность самоуверенных прогнозов пропагандистов «неокапитализма» о смягчении классовых противоречий, развитии «общества потребления», установлении «социального мира», росла ответственность коммунистов за быструю и верную ориентацию активизировавшегося рабочего движения, за достойное выполнение ими роли боевого авангарда трудящихся масс, все меньше мирившихся с засильем монополий. Выявление глубинных источников конфликтов, четкое указание на взаимосвязь проблем, умение довести этот анализ до борющих-

263 ся масс — все это было необходимым условием не только адекватности требований и лозунгов той ситуации, в которой они выдвигались, но и роста классового сознания трудящихся, выхода его за узкокорпоративные рамки, постановки действительно крупных задач, связывающих повседневную борьбу с историческими магистральными целями рабочего класса. Так, расширяющееся вмешательство буржуазного государства в социальные отношения, его попытки проводить «политику доходов», рост значения сферы социального обслуживания — все это не только требовало повседневной политической борьбы, но и диктовало необходимость разработки альтернативной социально-экономической программы. Растущая интернационализация борьбы в связи с развитием транснациональных корпораций (ТНК), Европейского экономического сообщества (ЕЭС), усилением миграции рабочей силы требовала международной координации выступлений рабочего класса.

Первостепенной задачей коммунистического и рабочего движения и на данном этапе оставалось обеспечение международных условий борьбы за демократию и социальный прогресс, предотвращение разрушительной ядерной войны, проведение в жизнь принципов мирного сосуществования. «Важнейшая проблема, стоящая перед народами всего мира,— говорилось, например, в политической резолюции XXVII съезда Компартии Великобритании,— состоит сегодня в спасении человечества от глобальной термоядерной катастрофы, в достижении мира и разоружения» ¹. Компартии подчеркивали, что единственной альтернативой такой катастрофе является мирное сосуществование, реализация которого необходима не только для создания наиболее благоприятных условий перехода к социализму и его развития, но прежде всего для спасения от гибели сотен миллионов людей, созданных человечеством производительных сил, мировой культуры.

Видя основную силу, противостоящую разрушительным планам империализма, в мировой социалистической системе и придавая огромное значение ее укреплению, солидарности с ней, коммунисты призывали к сплочению всех сил, выступающих против гонки вооружений, за предотвращение новых войн. Они терпеливо разъясняли массам непосредственную связь между их насущными нуждами и антивоенными целями. «Каждый человек должен знать, что гонка вооружений уже сегодня, сейчас отнимает у него самого, у его родных и близких, у его детей хлеб, здоровье, жизнь. Каждый человек должен найти свое место в борьбе за мир» ². Компартии указывали на возможность и необходимость

¹ «XXVII Национальный съезд Коммунистической партии Великобритании». М., 1961, с. 77.

² В. Песси. Указ. соч., с. 140.

264 мер по разоружению, убеждали трудящихся, что накопление современных вооружений отвлекает все больше ресурсов, необходимых для удовлетворения насущных нужд людей.

Желая сделать мысль об этом предельно ясной для каждого труженика, Компартия США предложила в 1964 г. пополнить фонды для борьбы с бедностью за счет резкого сокращения военных расходов и в качестве первого шага сократить их на 20 млрд. долл. за два года ¹. Компартия Канады приняла активное участие в кампании за «Канаду, свободную от атомного оружия», которая к началу 60-х годов приобрела широкий размах. В политике НАТО и других агрессивных блоков компартии видели основное препятствие разрядке международной напряженности. Отсюда — настойчивая борьба коммунистов Франции, Бельгии, Греции и других стран за выход из НАТО. Решение правительства Франции о выходе из военной организации НАТО, несомненно, учитывало и популярность этого лозунга в стране, успех проводившихся коммунистами кампаний против агрессивной «атлантической» политики.

Коммунисты указывали, что усиливавшаяся интернационализация политики, взаимодействие процессов, происходящих в различных частях мира, требуют пресечения всякого рода «локальных» авантюр империализма и «малых» войн, грозящих перерастанием в мировой пожар. Они единодушно выступили против американской интервенции во Вьетнаме, поставившей под угрозу и завоевания социализма, и недавно обретенную независимость бывших колониальных народов, и мир во всем мире. В значительной мере благодаря усилиям коммунистов, а также других левых сил кампания солидарности с Вьетнамом стала одним из самых массовых и эффективных народных движений во всем мире. Так, во Франции в июне 1967 г. по призыву Генеральных штатов за мир во Вьетнаме только в течение трех дней состоялось более ста массовых манифестаций, представлявших самые различные общественные круги. В ноябре того же года в Париже по призыву Движения коммунистической молодежи 70 тыс. юношей и девушек потребовали прекращения войны во Вьетнаме ².

Компартия Бельгии призвала все демократические организации помешать интервенции в Конго. На ряде промышленных предприятий были приняты резолюции с требованиями вывода бельгийских войск с конголезской земли, проведены стачки протеста. Португальская компартия с первых же дней вооруженной борьбы ангольского народа за независимость объявила о полной солидарности с нею, провела большую разъяснительную работу

¹ См. А. А. Мкртчян. Рабочее движение в США: современные проблемы и тенденции. М., 1970, с. 199.

² См. Р. С. Варфоломеева. Указ. соч., с. 137.

265 в массах, в результате которой возникло настоящее движение Сопротивления участию в колониальной войне ¹. Солидарность народов капиталистических стран, в авангарде которой находились коммунисты, послужила одной из важнейших причин поражения попыток остановить дальнейшее развитие национально-освободительной борьбы, явилась одним из зримых примеров слияния различных потоков революционного процесса.

Наиболее ответственным звеном в борьбе за мирное сосуществование оставалось ослабление напряженности в Европе. Поэтому содействие укреплению мира в Европе находилось в центре обсуждения на Совещаниях компартий европейских стран. Конференция 24 коммунистических и рабочих партий в Карловых Варах (апрель 1967 г.) приняла конкретную Программу, в которой определялись задачи деятельности прогрессивных сил в интересах создания в Европе системы коллективной безопасности ². Программа предусматривала признание нерушимости существующих границ, суверенитета и равноправия ГДР и ФРГ, исключение доступа ФРГ к ядерному оружию, взаимный отказ всех государств от угроз и вмешательства в дела друг друга, соглашение о мирном решении всех спорных проблем, нормализацию отношений всех стран с ГДР и признание Западного Берлина самостоятельной политической единицей.

Компартии выдвинули в программе также предложения заключить договор о нераспространении ядерного оружия, обеспечить беспрепятственное развитие экономических отношений между всеми европейскими государствами, ликвидировать иностранные военные базы, находящиеся на их территории, создать ряд безъядерных зон и зон ограничения вооружений. Была поддержана идея о созыве конференции всех европейских государств по вопросу о безопасности и мирном сотрудничестве в Европе. Осуществление мер по обеспечению взаимной безопасности должно было подготовить условия для одновременного роспуска НАТО и Организации Варшавского Договора. Что речь шла не о политической декларации намерений, а о конкретной и деловой программе мер, видно из того, что ряд предложений, выдвинутых в Карловых Варах, были впоследствии действительно осуществлены или, как, например, предложение о безъядерных зонах, стали знаменем широких общественных и государственных сил, далеко выходящих за рамки рабочего движения.

На рубеже 60-х годов коммунистические партии определили сосуществование государств с различным общественным строем

¹ См. А. Куньял. Страницы борьбы, с. 63.

² См. «Конференция европейских коммунистических и рабочих партий по вопросам безопасности в Европе. Карловы Вары, 24—26 апреля 1967 г.». М., 1967.

266 как форму классовой борьбы между социализмом и капитализмом ¹. Тем самым был дан отпор тем, кто пытался истолковать мирное сосуществование как отказ от классовой борьбы, как путь к конвергенции социализма и капитализма, как отказ от интернациональной помощи освободительному движению. Характеризуя соотношение между мирным сосуществованием и классовой борьбой, М. Рейман говорил на съезде КПГ в 1963 г.: «Когда мы ведем массы западногерманского населения во главе с рабочим классом на борьбу за мир, у них пробуждается политический интерес и общественная активность, повышается сознание своей ответственности. Сплочение рабочего класса и широких масс — вот источник их непреодолимой силы. При этом борьба за мир сочетается с борьбой за широкие демократические и социалистические цели, поскольку оба указанных движения направлены против одного врага — империализма...» ²

Коммунистические партии убедительно доказывали, что мирное сосуществование между угнетателями и угнетенными невозможно, как невозможно оно в мире идей. Понятие это относится не к сфере отношений между классами, а к сфере межгосударственных отношений. Вместе с тем, утвердившись в этой сфере, оно обеспечивает более благоприятные условия для развития борьбы за интересы трудящихся, за демократию и социализм, препятствует экспорту контрреволюции. «Буржуазии несравненно труднее прибегать к насилию и обману для того, чтобы подавить борьбу трудящихся за свои жизненные требования. Она теряет тот предлог, с помощью которого ей удается отвлекать внимание народа от решения назревших внутренних социальных вопросов,— ссылку на мифическую «внешнюю опасность»» ³. Одновременно мирное сосуществование не исключает, а предполагает оказание социалистическими странами помощи освободительным движениям, не имеющей ничего общего с экспортом революции.

«Мирное сосуществование,— писал Гэс Холл,— не означает отказа от борьбы против империализма. Не существует противоречия, которое приводило бы к необходимости вести одну борьбу за счет другой. Правильно совершенно обратное» ⁴.

Отход от этой коллективно сформулированной идеи, основанной на ленинском понимании мирного сосуществования, стал в 60-х годах первым шагом руководства Коммунистической партии Китая во главе с Мао Цзэдуном к занятию особой позиции,

¹ См. «Программные документы борьбы за мир, демократию и социализм», с. 61.

⁴ «Political Affairs», December 1963, p. 6—7.

267 которую оно стремилось навязать всем коммунистическим и рабочим партиям.

Лидеры КПК выдвинули тезис о том, что в центре современной эпохи стоит не международный рабочий класс и мировая система социализма, а национально-освободительная борьба; главным противоречием является противоречие между «мировым городом» и «мировой деревней», т. е. между развитыми и развивающимися странами, без различия существующих там режимов. Игнорируя разрушительный характер, который неминуемо примет новая мировая война, они объявляли ее магистральным путем развития революции, проявляя тем самым готовность пожертвовать сотнями миллионов людей, обречь целые нации на тотальное уничтожение. Вместе с тем словесный антиимпериализм прикрывал все более откровенное сползание политики маоистов к антисоветизму. Живое, творческое учение марксизма-ленинизма Мао Цзэдун и другие лидеры КПК подменяли сводом догматически застывших формул и положений, годных на все случаи, мертвым собранием цитат. В то же время в своей практике они проявляли явную беспринципность, произвольно меняя позиции и лозунги, стремясь извлечь из них сиюминутную выгоду.

С помощью «левой» фразы маоисты пытались завербовать сторонников в коммунистических партиях и среди борцов за национальное освобождение, добиться гегемонии в международном коммунистическом и революционном движении. Это стало очевидным, когда после отказа подавляющего большинства компартий следовать линии КПК начиная с 1962 г. ее руководство встало на путь прямого раскола коммунистического движения и отдельных компартий. Оно разорвало тогда отношения почти со всеми компартиями, обвинив их в «ревизионизме», «измене интересам пролетариата», и взяло курс на создание везде организаций своих сторонников, а также их международного объединения, которое должно было противостоять международному коммунистическому движению. Обращая острие своей полемики против КПСС, маоистские лидеры КПК перенесли разногласия в межгосударственную сферу, обострили отношения с СССР вплоть до организации вооруженных пограничных провокаций.

Действия лидеров КПК значительно усложнили положение коммунистических партий в капиталистических странах, хотя там маоистам и не удалось получить сколько-нибудь массовой поддержки. Линия руководства КПК оказывала в середине 60-х годов некоторое влияние на позицию Компартии Японии. Под воздействием лидеров КПК часть руководителей КПЯ отошла от линии антиимпериалистического, антимонополистического фронта, изложенной в Программе партии, заменив ее установкой на создание «антиамериканского патриотического фронта». Эта ошибка «сильно подорвала позиции партии в профсоюзах, нанесла

268 урон доверию рабочих к партии» ¹. VI Пленум ЦК КПЯ (в марте 1968 г.) осудил это отступление от Программы партии.

Тяжелая ситуация сложилась на рубеже 50—60-х годов в Новозеландской коммунистической партии, к руководству которой пришли маоисты. Кадры, верные марксизму-ленинизму, порвав с маоистами, основали в 1966 г. Партию социалистического единства Новой Зеландии (ПСЕ). Численность маоистской партии сильно сократилась ². Левацко-маоистские тенденции, получившие распространение в Коммунистическом союзе молодежи Норвегии, привели в 1969 г. к его роспуску.

Маоистские организации, осуществлявшие раскольническую политику, были созданы в Италии, Франции, Бельгии, США, Великобритании и в некоторых других развитых капиталистических странах. Как правило, речь шла о ничтожных по величине и влиянию группках, все более изолировавших себя от широких масс трудящихся.

Опасность, которую представлял собой маоизм, не сводилась к подрывным действиям этих малочисленных группировок. Коммунистические партии стояли перед задачей извлечь уроки из борьбы с этой идеологией. Все большее значение приобретало разоблачение национализма и питающих его мелкобуржуазных корней как одной из величайших опасностей для коммунистического движения, защита и развитие пролетарского интернационализма как одного из основополагающих его принципов. Связь между оппортунизмом и национализмом была раскрыта еще В. И. Лениным. «Идейно-политическое родство, связь, даже тождество оппортунизма и социал-национализма, — указывал он, — не подлежит никакому сомнению» ³. «Коммунисты различных стран ведут свою определенную тактику борьбы, — писал один из крупнейших деятелей западноевропейского коммунистического движения, — но у них нет и быть не может ни русского, ни китайского, ни английского, ни финского марксизма-ленинизма» ⁴.

Ревизионистские течения, появившиеся в 60-х годах в некоторых компартиях, фактически подменяли единое интернациональное учение марксизма-ленинизма различными вариантами «национального коммунизма». Под флагом учета конкретных национальных особенностей они вели дело к отказу от общих закономерностей социалистической революции. Проявляя тенденцию к отходу от классовых позиций и приспособлению к уровню массового сознания средних слоев, они создавали у трудящихся ил-

¹ «Акахата», 6.III.1968 (цит. по: П. П. Топеха. Рабочее движение в Японии 1945—1971 гг., с. 189).

⁴ В. Песси. Указ. соч., с. 154.

269 люзии о возможности удовлетворения их интересов посредством изменений и преобразований в рамках капиталистической системы. Забывая, что мирное осуществление социалистической революции зависит не только от желания трудящихся, но и от поведения буржуазии, они рассматривали его как единственно возможный путь перехода к социализму.

В середине 60-х годов ревизионистские тенденции возобладали в руководстве Компартии Австралии. Оно отошло в теории и на практике от принципов пролетарского интернационализма. Из Устава партии был изъят пункт о демократическом централизме. В 70-х годах коммунисты, верные принципам марксизма-ленинизма, ценой больших усилий создали новую партию. Она получила наименование Социалистической партии Австралии (СПА).

Французская коммунистическая партия столкнулась в конце 60-х годов с правооппортунистическими позициями одного из своих руководителей — Р. Гароди. Гароди, говорил В. Роше, «систематически путает вопрос о различных путях перехода к социализму с понятием различных моделей социализма. Между тем употребление понятия «модель» там, где речь идет о путях и способах перехода от капитализма к социализму, — очень спорный метод, вносящий путаницу, в частности, потому, что он ведет к затушевыванию общих черт, неизбежно присущих любой социалистической революции, — таких, например, как необходимость завоевания политической власти и руководства ею рабочим классом и его союзниками, ликвидация крупной капиталистической собственности, обобществление основных средств производства и обмена и т. д.» ¹. Выдвинув тезис о «новом историческом блоке», т. е. о некой социально-политической общности трудящихся физического и умственного труда, Гароди из факта роста численности и функций интеллигенции сделал ложный вывод о равнозначном положении рабочего класса и интеллигенции в революционном процессе. Пленум ЦК ФКП в октябре 1969 г. осудил взгляды Гароди. После XIX съезда ФКП (1970 г.) Гароди, вступивший на путь фракционной борьбы, был исключен из партии.

Большого напряжения потребовала в этот же период борьба с правым ревизионизмом от Коммунистической партии Австрии. Видные в прошлом деятели этой партии Э. Фишер и Ф. Марек, объединив вокруг себя группу единомышленников, проповедовали отказ от ленинских основ построения партии, которую они собирались заменить объединением «новых левых», ревизовали принцип демократического централизма, поставили под сомнение социалистические завоевания в СССР. Выдвигая курс на перехват у социал-демократии «стратегии реформ», Марек и его единомыш-

¹ «L'Humanité», 15.X.1969.

270 ленники фактически отказывались от революционной перспективы. «Партийный кризис,— отмечалось в политической резолюции XXI съезда КПА,— вызвал чувство неуверенности даже у многих наших товарищей по партии и парализовал их активность» ¹. Группа Фишера — Марека была изгнана из Компартии Австрии.

Серьезный ущерб причинили ревизионистские элементы и Коммунистической партии Греции. Некоторые ее деятели выступили с оппортунистических позиций, требуя либо безоговорочной поддержки либеральной буржуазии и ее партии «Союз центра» в борьбе с правыми, либо ухода левых сил с политической арены, «временной ликвидации» Компартии. После установления в стране военно-фашистской диктатуры группа членов ЦК КПГ противодействовала организации коммунистов в нелегальные группы, пыталась превратить Компартию в расплывчатую политическую организацию, считая главной антифашистской силой буржуазных либералов. Фракционная группа стремилась подорвать связи КПГ с братскими партиями социалистических стран, нападала на принципы пролетарского интернационализма. Она противопоставляла коммунистов, находящихся в Греции, коммунистам-эмигрантам.

XII Пленум ЦК КПГ (1968 г.) осудил линию этой группы и вывел ее лидеров из состава Политбюро. В дальнейшем правооппортунистические силы вступили на путь образования собственной партии.

В свете борьбы с маоизмом коммунистические партии усилили борьбу не только с попытками «национальных уклонов» от марксизма-ленинизма. Еще более остро, чем когда-либо, встал вопрос о необходимости непримиримой борьбы против левачества, догматизма, авантюризма и сектантства, за максимальную конкретность и конструктивность в разработке программ, за повседневное увязывание защиты непосредственных интересов трудящихся с антимонополистическими требованиями и преобразованиями, а этих последних — с борьбой за социализм. «Борьба против догматизма,— отмечал Г. Холл,— это борьба за сохранение и развитие марксизма-ленинизма как развивающейся науки. Это борьба за развитие науки, могущей стать руководством при решении проблем современной эпохи» ².

Псевдореволюционные концепции догматиков были направлены против какого-либо сотрудничества коммунистов с другими демократическими силами, которое они считали уклонением от революционной борьбы. Итальянская компартия вынуждена была

¹ «Der 21 Parteitag der Kommunistischen Partei Österreichs». Wien, 1970, S. 349.

² G. Hall. The Only Choise—Peaceful Coexistence. New York, 1963, p. 7.

271 исключить в 1969 г. из своих рядов группу «Манифесто», которая утверждала, что в стране существует «революционная ситуация», и проводила фракционную линию в партии.

Борясь с догматизмом и левачеством, коммунистические партии углубляли, уточняли, конкретизировали программные требования, ставили в своих теоретических разработках проблемы формирования антимонополистических коалиций, демократической альтернативы государственно-монополистическому курсу.

Французская коммунистическая партия заменила в 1962 г. формулировку своей программы «восстановление и обновление демократии» другой — «установление подлинной, реальной демократии», желая подчеркнуть, что речь идет не о простом возвращении к прошлому, а о наступательной борьбе народных масс за демократические переходные требования, о ступени на пути к социалистическим преобразованиям. В документах XVII (1964 г.) и XVIII (1967 г.) съездов ФКП значение режима подлинной демократии как переходного этапа к социализму было обрисовано более четко, чем раньше. В декабре 1968 г. Пленум ЦК Французской компартии принял Манифест «За передовую демократию, за социалистическую Францию», где были показаны перспективы, открываемые борьбой за подлинную демократию. «Последовательная антимонополистическая политика, проводимая правительством, опирающимся на активное участие широких народных масс, создаст условия для еще более полного развития демократии,— говорилось в Манифесте.— Демократия должна быть непрерывным действием, в ходе которого будут все время углубляться и расширяться экономические, политические и социальные завоевания трудящихся» ¹.

Манифест подчеркивал роль рабочего класса на всех этапах борьбы, обеспечивающую диалектическую связь между ними. «Так же как рабочий класс является решающей силой широкого антимонополистического объединения, которое установит передовую демократию во Франции, точно так же он будет играть руководящую роль в проведении социалистической революции и строительстве социализма во Франции в союзе с трудящимся крестьянством, интеллигенцией и мелкой городской буржуазией» ². При этом переход от капитализма к социализму, указывалось в Манифесте, обязательно будет качественным изменением, революционным скачком, поскольку дело идет об изменении системы собственности на основные средства производства и обмена, о переходе политической власти из рук буржуазии в руки рабочего класса и его союзников ³. Возможность построить социализм зависит

¹ «Cahiers du communisme», 1969, N 1, p. 127.

³ Ibid., p. 131.

272 от способности коммунистической партии играть авангардную роль.

В Манифесте рассматривались не только принципиальные вопросы борьбы за переходные и конечные цели. В нем определялись и конкретные мероприятия, составляющие содержание глубокого преобразования общества в условиях подлинной демократии. Предусматривалась, в частности, не только национализация важнейших отраслей промышленности и банков, но и демократизация управления экономикой.

X (1963 г.) и XI (1966 г.) съезды Итальянской компартии обратили внимание на проблему тесной взаимосвязи и взаимной обусловленности «структурных реформ». В своей совокупности они должны составлять «демократическую альтернативу» всему курсу правящего класса. На X съезде было выдвинуто требование демократического программирования. Оно должно было связать между собой отдельные антимонополистические меры, придать демократический характер экономическому и социальному развитию страны. Речь шла о развернутой антимонополистической государственной политике, черпающей силу в активности масс и опирающейся на нее ¹.

Вслед за наиболее массовыми партиями, накопившими богатый опыт борьбы, и другие компартии ведут углубленную разработку вопросов подхода и перехода к социалистической революции. В Программе Компартии США, принятой в 1969 г., намечается три этапа на пути к социализму: политический нажим на диктатуру монополий, борьба за политическую власть и социалистические преобразования. Особенности конкретной обстановки накладывают отпечаток на программные решения отдельных компартий, прежде всего на определение ближайшего этапа. В принятой на VI съезде ПКП (1965 г.) Программе португальских коммунистов современный этап охарактеризован как борьба за осуществление демократической и национальной революции. В Программе указывалось, что «восстановление демократических свобод, уничтожение фашистского государства и замена его демократическим государством — главная задача демократической и национальной революции, первое и необходимое условие достижения других целей» ². Тезисы XIX съезда Коммунистической партии Бельгии (1968 г.) определили переходный этап на пути к социализму как этап демократического федерализма и антимонополистического правительства ³. В Программе Компартии Норвегии «За мир, национальную независимость, демократию и социализм»

¹ См. «X съезд Итальянской коммунистической партии». М., 1963, с. 54—56.

³ «Le Drapeau Rouge», 13.XII.1968.

273 (1963 г.) говорилось о переходном этапе «новой демократии», которая уничтожит господство монополистического капитала, но не ликвидирует полностью капиталистическое право собственности на средства производства и все формы эксплуатации» ¹.

Коммунистические партии стремились не просто определить перспективы борьбы, но выдвинуть конкретную и понятную массам демократическую альтернативу политике монополий. В 1962 г. партия ирландских коммунистов, получившая после реорганизации наименование Ирландской рабочей партии, приняла Программу, содержащую ее точку зрения на перспективы и пути развития страны. В том же году была принята Программа Коммунистической партии Северной Ирландии. В 1970 г. обе партии объединились в Коммунистическую партию Ирландии (КПИ).

На XIV съезде КПФ был разработан (1966 г.) проект демократического развития экономической и общественной жизни, рассчитанный на длительный период времени. Программа отвечала на самые наболевшие вопросы национальной действительности.

Запрещенная западногерманским судом КПГ сумела распространить 250 тыс. экземпляров своей новой Программы, принятой в 1968 г. ² На первое место в ней выдвигалась борьба за мир, за коренной переворот во внешней политике ФРГ. Программа предусматривала также обобществление концернов в ключевых отраслях промышленности (либо в форме национализации, либо в форме передачи предприятий в собственность общин, преимущественного участия государства в акционерном капитале), поддержку всех требований профсоюзов о повышении материального уровня жизни трудящихся, расширение прав органов местного самоуправления и т. п.

В конце 60-х годов западногерманским коммунистам удалось добиться создания легальной Германской коммунистической партии (ГКП). Осенью 1968 г. был образован Федеральный комитет по конституированию партии и началось формирование местных организаций. В апреле 1969 г. в одном из пролетарских центров ФРГ, Эссене, состоялся Учредительный съезд ГКП. Центральным органом партии стала газета «Унзере цайт». Значительный авторитет приобрели Союз немецкой рабочей молодежи и студенческая организация «Спартак». Важным центром научной мысли стал созданный в 1969 г. Институт марксистских исследований во Франкфурте-на-Майне.

В Программе действий, принятой Эссенским съездом, Германская коммунистическая партия предложила развернуть борьбу

¹ «Program for Norges Kommunistiske Parti Vedtatt pa Lands Konferancen, 20—21 April, 1963». Forlaget, Ny Dag. Oslo, 1963.

² См. В. Д. Ежов. Указ. соч., с. 316.

274 за осуществление трех коренных общественно-политических преобразований в экономике: участия в управлении и демократического контроля трудящихся во всех областях экономической жизни, демократического планирования в интересах большинства трудящихся, передачи в общественную собственность ведущих отраслей промышленности и компаний, господствующих на рынке ¹.

Требование демократического контроля над производством заняло в 60-х годах важное место в программах не только западногерманских коммунистов, но и компартий многих других стран. Так, в «Программе коммунистов в пользу обновления демократии», принятой Компартией Дании, к среднесрочным задачам были отнесены требования гласности, демократического контроля и соучастия ². В этом требовании пересекались многие принципиальные направления в деятельности коммунистических партий: стремление работать прежде всего на предприятиях, в гуще пролетарской массы, исходить из ее повседневных интересов, найти формы связи между этими интересами и задачами демократического преобразования общества, выйти за узкие рамки формальной буржуазной демократии, охватывающей только политическую область, наконец, найти противовес, альтернативу расширяющемуся государственно-монополистическому вмешательству в экономику. Требование демократического контроля, «экономической демократии», принимавшее разнообразные формы — от расширения прав профсоюзов и других рабочих организаций непосредственно на предприятиях до демократизации всей системы управления экономикой, демократического программирования, дополняло требование национализации, связывало между собой социально-экономический и политический аспекты преобразований.

Французская коммунистическая партия заявила, что во избежание бюрократизации управления национализированным сектором она требует обязательного привлечения представителей профсоюзов к управлению этим сектором и вхождения их в административные советы национализированных предприятий. В то же время через уже существующие комитеты предприятий профсоюзы должны получить широкие контрольные функции ³. ФКП придавала требованию демократического контроля и более расширительное толкование. По словам В. Роше, избранного в 1964 г. Генеральным секретарем партии, речь шла о том, чтобы «обеспечить всем гражданам право и средства вмешательства в управление обще-

¹ См. «Эссенский (1969 г.) и Дюссельдорфский (1971 г.) съезды Германской коммунистической партии». М., 1973, с. 94—95.

³ «Cahiers du communisme», 1967, N 2—3, p. 580—586.

275 ственными делами на всех уровнях. Ибо нельзя идти к социализму, не посягая на всевластие капиталистических монополий и не призывая трудящихся к участию в решении их собственных дел» ¹.

В 60-х годах итальянские коммунисты решительно выступили за расширение прав профсоюзов. Благодаря активной борьбе рабочего класса профсоюзы на предприятиях получили возможность активно вмешиваться в вопросы найма и увольнения, сдельщины, премий и т. п., смогли в дополнение к отраслевым трудовым соглашениям заключать договоры по предприятиям и их группам. Особую важность этих завоеваний для вмешательства трудящихся в управление предприятиями и всей экономической жизнью подчеркивал на XI съезде ИКП ее Генеральный секретарь Л. Лонго ². На XII съезде ИКП (1969 г.) была особо подчеркнута связь между борьбой за демократический контроль в масштабах предприятия и всей страны. Коммунисты заявляли о необходимости добиваться «новых форм руководства и управления промышленными предприятиями с государственным участием, где эффективный контроль парламента и других организаций сочетался бы с контролем… над управлением со стороны рабочих и всех трудящихся» ³.

Программа Коммунистической партии Великобритании, принятая на ее XXX съезде в 1967 г., отмечала, что профсоюзы должны добиваться права вмешательства в управление как на уровне цехов и предприятий, так и на уровне отраслей. Поддерживая движение шоп-стюардов за право вести переговоры по всем вопросам, касающимся условий труда, КПВ одновременно требовала обеспечения представительства тред-юнионов в национальных советах обобществленных отраслей промышленности и на всех уровнях управления ⁴. Однако она не исключала и других путей контроля трудящихся над производством. Борьбу за демократизацию управления экономикой КПВ рассматривала как важный подготовительный шаг на пути к осуществлению социалистических преобразований.

На возможность связать уже ведущуюся борьбу с движением за ограничение власти монополий указывала и Компартия Канады. По словам ее Генерального секретаря У. Каштана, «особо важное значение имеет движение за производственную демократию, за расширение прав рабочих организаций (профсоюзов, комитетов шоп-стюардов) на предприятиях, движение, цель которого — пресечь самоуправство и произвол предпринимателей» ⁵. Как составную часть борьбы за ограничение власти монополистического ка-

¹ «L'Humanité», 1.VI.1968.

⁵ «Проблемы мира и социализма», 1966, № 12, с. 21.

276 питала рассматривали это движение и коммунисты Австрии. «Участие рабочих и служащих в управлении, которого мы хотим добиться, — говорилось в документе XIX съезда КПА в 1965 г., — должно основываться на праве подлинного контроля и участия в принятии решений по всем вопросам экономической, финансовой и инвестиционной политики в рамках предприятий и на более высоком уровне. Его цель — ограничение власти монополий и завоевание трудящимися позиций власти на современном этапе» ¹.

Добиваясь, по выражению одного из руководителей финских коммунистов, «импортирования» демократии на заводы и фабрики, компартии резко выступали против интеграции представительных органов трудового коллектива в систему власти монополий. Так, голландские коммунисты решительно воспротивились созданию вместо прямых представительных органов рабочих так называемых советов предприятий, возглавляемых их директорами. В то же время коммунисты проявили большую гибкость и там, где эти органы были все же созданы, участвовали в выборах в них, получив в металлообрабатывающей промышленности и на крупных верфях Амстердама 50—60% всех голосов. Тем самым из органов «классового мира» советы предприятий превратились в оружие классовой борьбы ².

Важным звеном движения за демократический контроль явилось требование расширения доступа трудящихся к информации на предприятиях и за их пределами. Говоря об основных направлениях непосредственной борьбы за коренные экономические и политические реформы в Бельгии, Председатель КПБ Э. Бюрнель указывал: «Прежде всего речь идет о борьбе за расширение права трудящихся на информацию как на предприятиях, так и в парламенте. Мы постоянно помним слова Ленина, который неоднократно подчеркивал значение объективной информации масс для эффективности их действий. Устранение так называемой «секретности» финансовой жизни крупных монополий и их прибылей, информация о работах комиссии по регулированию цен, полное использование и расширение полномочий советов на предприятиях и т. д. — все это необходимо для того, чтобы обеспечить эффективность борьбы за экономические требования, чтобы активизировать рабочее движение, расширить поле его действия. Вместе с тем идея о праве нации на контроль и информацию способствует единству всех трудящихся, позволяет развивать движение за расширение демократии» ³. Борьба за «экономическую демократию» переплеталась здесь с борьбой за демократию политическую.

¹ «XIX Parteitag der Kommunistischen Partei Österreichs». Wien, 1965, S. 358.

³ Э. Бюрнель. Реформы и революция. — «Проблемы мира и социализма», 1964, № 7, с. 42.

277 Коммунистические партии вырабатывали целостную платформу преобразований, которая могла бы послужить основой формирования широкой антимонополистической коалиции. «Знаменем трудящихся,— писал Председатель КПБ Э. Бюрнель,— становятся сейчас такие реформы, об осуществлении которых до полного завоевания власти не могло быть и речи лет пятьдесят назад» ¹. В то же время коммунисты давали отпор иллюзиям, что реформы как таковые, без прихода рабочего класса к власти, меняют природу капитализма, что накопление реформ само по себе приведет к социализму ². Не просто те или иные преобразования, но прежде всего связанная с их достижением борьба масс должна послужить основой для формирования антимонополистической коалиции, для ограничения, а затем и ликвидации власти монополий, для перехода власти к рабочему классу и его союзникам. Этим стратегия коммунистов отличалась от реформистских концепций.

В борьбе за антимонополистические цели в ряде стран, где политические свободы и парламентские институты были уничтожены или находились под угрозой, особую роль играла защита демократии. Общедемократические движения в этих странах могли непосредственно перерасти в антиимпериалистические, демократические революции с социалистической перспективой.

Усиление правой угрозы в Греции в середине 60-х годов побудило Коммунистическую партию, все еще находившуюся под запретом по фашистскому «закону № 375» и действовавшую в рамках ЭДА, призвать все политические силы, выступавшие против диктатуры, к единству. В своем заявлении от 16 июля 1965 г. ЦК КПГ потребовал прекращения полицейских репрессий, уважения конституционных прав и народных свобод, сформирования правительства, соответствующего результатам выборов. Коммунисты призвали народные массы дать отпор планам реакции ³. Они добивались принятия всеми демократическими силами страны совместных мер для восстановления законности и проведения свободных выборов. Движение масс заставило правящие круги назначить на май 1967 г. парламентские выборы. Однако, используя разобщенность демократических сил, 21 апреля 1967 г. реакционная военщина при поддержке НАТО установила в стране диктатуру «черных полковников».

В условиях военно-фашистской диктатуры Коммунистическая партия стала наиболее организованной силой сопротивления. Используя богатый опыт нелегальной работы, она играла решающую роль в создании Патриотического антидиктаторского фронта и

¹ «Проблемы мира и социализма», 1964, № 7, с. 39.

³ «Авги», 17.VII.1965 (цит. по: Л. А. Величанская. Указ. соч., с. 180).

278 других групп и организаций, поднимавших массы на борьбу с хунтой. КПГ выдвинула и программу-минимум, на базе которой предложила единство всем антидиктаторским силам: свержение диктатуры, роспуск хунты и наказание ее руководителей, создание правительства из представителей всех партий и организаций, выступающих против «черных полковников», восстановление и защита конституционных демократических свобод и прав, всеобщая политическая амнистия, роспуск всех неофашистских организаций, улучшение материального положения трудящихся, миролюбивая внешняя политика, подлинно свободные выборы в Учредительное собрание ¹.

В Португалии в конце 60-х годов после отставки Салазара (1968 г.) возникли более благоприятные условия для борьбы за свержение диктатуры, нарастал подъем забастовочного движения. При активном участии ПКП удалось создать полулегальную организацию для участия в выборах — Демократические избирательные комиссии. Участие демократических сил в выборах, несмотря на явную фальсификацию властями их результатов, дало коммунистам возможность развернуть широкую антифашистскую агитацию, установить новые контакты с населением. Усилия Компартии концентрировались на юридическом признании демократической оппозиции. «Настаивая в данный момент на формах легальной и полулегальной деятельности, связанных с подпольной работой, не пренебрегая «низшими» формами борьбы, упорно борясь за частичные победы, португальское демократическое движение, — писал А. Куньял, — ставит перед собой в качестве основной задачи подъем народной борьбы на высший уровень, слияние недовольства, возмущения и мятежа масс в победоносном революционном потоке. Для португальского народа не только почти неизбежно, но и необходимо насильственное столкновение с фашистской диктатурой» ². А. Куньял не исключал возможности, что началом таких событий может послужить решительное революционное выступление военных-антифашистов ³.

Компартия Испании вела в эти годы курс на подготовку общенациональной забастовки, которую она считала путем к объединению всех демократических сил и ликвидации франкизма. В этой борьбе партия понесла потери. В 1963 г. член ЦК КПИ Х. Гримау был приговорен фашистским судом к смерти и казнен, несмотря на массовые протесты во всем мире. Невзирая на репрессии властей, КПИ последовательно проводила курс на «нацио-

¹ См. С. Д. Зорбалас. Неофашизм в Греции и борьба демократических сил. — «Борьба классов и современный мир (рабочий класс и массовые общедемократические движения)». М., 1971, с. 222.

³ См. А. Куньял. Путь к победе, с. 299.

279 нальное примирение», стремясь содействовать объединению всех антифранкистских сил.

Огромные усилия для разгрома фашистских заговорщиков и мятежников, серьезно угрожавших в начале 60-х годов демократическим правам и свободам в стране, приложила Французская коммунистическая партия. Коммунисты проводили широкую разъяснительную работу с населением, стремясь сплотить все силы для отпора. Во время мятежа генералов в Алжире Политбюро ФКП призвало солдат, унтер-офицеров и офицеров не подчиняться своим начальникам, примкнувшим к заговору. Неподчинение многих солдат и младших офицеров стало одной из причин провала заговора. Коммунисты и руководимые ими профсоюзы ВКТ выступили главными организаторами всеобщей забастовки протеста 24 апреля 1961 г., также содействовавшей поражению мятежников. По инициативе компартии были созданы тысячи антифашистских комитетов ¹.

В борьбе с террористами из крайне реакционной организации ОАС Французская компартия выдвинула решительные требования: обезвредить фашистских убийц, их вдохновителей и сообщников; провести чистку армии, полиции, администрации; предоставить демократическим организациям права и средства для защиты их помещений и членов; установить подлинную демократию ². По инициативе коммунистов были проведены «национальные дни борьбы» против ОАС и фашизма. Мощные манифестации французских трудящихся в 1961—1962 гг., в организации которых ведущую роль играли коммунисты, были немаловажной причиной ликвидации фашистской опасности, угрожавшей стране.

Упорную борьбу против ограничений демократических прав, против преследования авангарда рабочего класса вели коммунистические партии в Западной Германии и США. В 1962 г. Компартии США удалось добиться отмены решения Верховного суда о регистрации ее в Управлении по контролю над подрывной деятельностью. КПГ, находясь в подполье, мобилизовала трудящихся на выступления против «чрезвычайных законов», которые давали правящим кругам возможность по своему усмотрению приостанавливать действие конституционных прав. Коммунисты первыми обратили внимание общества на опасность «чрезвычайного законодательства». Они указали на тесную связь преследований Компартии с ограничением демократии в стране. По призыву коммунистов и ряда профсоюзных и других демократических организаций в Бонне в мае 1968 г. был проведен 80-тысячный митинг противников «чрезвычайных законов». Во второй половине 60-х годов в ФРГ развернулось массовое движение за легализацию КПГ.

¹ См. Р. С. Варфоломеева. Указ. соч., с. 88—95.

² «Cahiers du communisme», 1962, N 1, p. 182—183.

280 Эссенский съезд Германской коммунистической партии, определив как одну из важнейших задач борьбу против неонацистской угрозы, призвал к сплочению всех демократических сил ФРГ для нанесения поражения национал-демократической партии, удаления бывших нацистов со всех руководящих постов ¹.

Развертывая борьбу за экономическую и политическую демократию, за прогрессивные преобразования во всех сферах общественной жизни, коммунистические партии тесно увязывали ее с задачами формирования антимонополистической коалиции, и прежде всего установления единства рабочего класса, являющегося первой предпосылкой и стержнем широкого демократического союза.

Широким полем для развертывания борьбы за единство рабочего класса явилось профсоюзное движение, в котором коммунисты зарекомендовали себя как последовательные защитники интересов трудящихся, активные участники массовых выступлений, стремящиеся добиться от каждого их участника правильного понимания стоящих перед профсоюзами задач. Работая в тех профсоюзах, в которых находится основная масса организованных трудящихся, коммунисты рассматривали их как самостоятельные в отношении партий объединения, что отнюдь не означало их независимости от политики и тем более от классовой борьбы. В профсоюзах коммунисты выступали как главная унитарная сила, что позволяло им добиваться значительных успехов.

Во Франции обострение забастовочного движения в середине 60-х годов заставило руководителей реформистских профцентров в большей мере считаться с влиянием самого мощного профсоюзного объединения — ВКТ, руководимого коммунистами. В 1966 г. между ВКТ и второй по значению конфедерацией — Французской демократической конфедерацией труда (ФДКТ) было заключено соглашение о совместных действиях в борьбе за ликвидацию зональных различий в оплате труда, улучшение системы социального страхования, расширение прав профсоюзов на предприятиях. В Финляндии во многом благодаря коммунистам, завоевавшим важные позиции в Центральном объединении профсоюзов (ЦОПФ), произошло его слияние с другими профсоюзами и единство в профсоюзном движении было восстановлено.

Коммунистическая партия Японии выступила против сужения задач крупнейшей профсоюзной организации СОХЁ и внесла предложение строго соблюдать принцип свободы политической деятельности членов профсоюза, их свободу поддерживать политические партии, обеспечить профсоюзную демократию, создать

¹ См. «Эссенский (1969 г.) и Дюссельдорфский (1971 г.) съезды Германской коммунистической партии», с. 91.

281 единство рабочего фронта на основе совместной борьбы за конкретные требования ¹.

Как унитарная организация возникли «рабочие комиссии» в Испании. На Пленуме ЦК КПИ в ноябре 1963 г. было подчеркнуто, что «профсоюзная оппозиция не является движением коммунистов или их друзей, но представляет собой движение всех трудящихся, участвующих в борьбе против франкистского режима, за справедливые требования» ².

Коммунисты выступали сторонниками единства независимо от того, имелись ли у них значительные позиции в профсоюзном движении или нет. Коммунисты Западной Германии солидаризировались с рядом положений, выдвинутых в 1963 г. в «Программе основных принципов», которая была принята Дюссельдорфским конгрессом Объединения немецких профсоюзов. Программа отражала растущие в массах антимонополистические настроения и в целом создавала основу для развертывания классовой борьбы пролетариата. «Мы усматриваем в новой Программе, — отмечал М. Рейман, — реалистическую платформу для развития борьбы западногерманских профсоюзов. Эта Программа должна укрепить единство действий всех профсоюзных, всех социал-демократических, коммунистических, беспартийных и христианских коллег в их борьбе за неотложные и необходимые демократические и социальные реформы в Федеративной республике» ³.

Разумеется, поддержка коммунистами профсоюзной Программы носила дифференцированный характер. Коммунисты подвергали критике ее непоследовательность, попытки совместить радикальные цели с реформистскими средствами борьбы.

Достижение единства действий рабочего класса было необходимо не только на профсоюзном, но и на политическом уровне, что требовало сотрудничества рабочих партий — коммунистов и социал-демократов. «Интересы рабочего класса, демократического и прогрессивного развития в Федеративной республике, — говорилось в Уставе ГКП, — требуют совместных действий всех коммунистов, социал-демократов и левых социалистов. ГКП стремится установить основанные на доверии товарищеские отношения с членами, сторонниками и организациями СДПГ» ⁴. «В профсоюзах и на предприятиях, в борьбе за более высокую заработную плату и надежность рабочего места, в борьбе за право на участие в управлении, против военной опасности и развития вправо со-

¹ См. П. П. Топеха. Рабочее движение в Японии 1945—1971 гг., с. 178—179.

⁴ «Эссенский (1969 г.) и Дюссельдорфский (1971 г.) съезды Германской коммунистической партии», с. 105.

282 циал-демократы и коммунисты имеют одни и те же общие интересы» ¹, — говорил К. Бахман на Эссенском съезде.

За единство действий с Лейбористской партией в борьбе за мир, защиту и улучшение жизненного уровня, за разрешение всех неотложных задач современности высказалась Коммунистическая партия Великобритании ². Она отметила, что деятельность коммунистов сыграла определенную роль в том, что поколеблено правое большинство в профсоюзах, произошли известные положительные сдвиги в Лейбористской партии ³.

Шведские коммунисты проявили большую лояльность по отношению к правящей Социал-демократической рабочей партии, предоставив ей свою поддержку в парламенте, благодаря чему она располагала прочным большинством. Однако социал-демократы по-прежнему отказывались от каких-либо форм сотрудничества с коммунистами.

В иных случаях имели место своеобразные «параллельные» действия коммунистов и социал-демократов в постановке перед рабочим классом тех или иных целей. Как указывал Национальный председатель Коммунистической партии Канады Т. Бак, несмотря на то, что фронт с левыми социал-демократами в стране еще не создан, «и коммунисты и левые социал-демократы ведут борьбу, хотя и отдельно друг от друга, за мир и канадскую независимость на платформе насущных требований, которые очень схожи» ⁴. Не только коммунисты, но и все другие левые силы Великобритании выступали в 60-х годах за эффективный рабочий контроль. По вопросам участия рабочих в управлении предприятиями формулировки Программы КПВ и ряда программных документов Лейбористской партии и профсоюзов практически совпадали ⁵. Такое совпадение дало возможность органу КПВ газете «Морнинг стар» созвать в ноябре 1968 г. конференцию, посвященную этим проблемам, с участием многих видных деятелей лейбористского и профсоюзного движения, на которой было отмечено, что левые силы все больше переходят от принятия резолюций к совместным действиям по важнейшим вопросам.

В 60-х годах наметилось сближение коммунистов и социалистов во Франции. Терпеливая и настойчивая работа ФКП по обеспечению единства действий начала приносить плоды. Жизнь показала, что вне союза левых сил оппозиция голлистскому режиму

¹ «Эссенский (1969 г.) и Дюссельдорфский (1971 г.) съезды Германской коммунистической партии», с. 33—34.

⁵ См. «Важное направление классовой борьбы». М., 1970, с. 237—238.

283 бесперспективна. В 1962 г. перед вторым туром парламентских выборов было впервые осуществлено частичное сотрудничество двух партий рабочего класса. Съезд СФИО в 1963 г. высказался за оборонительные «тактические действия» совместно с компартией. В 1965 г. все левые силы поддержали на президентских выборах совместного кандидата. В 1966 г. между компартией и Федерацией демократических и социалистических левых сил, куда входили социалисты, радикалы и Конвент республиканских институтов, было заключено соглашение о тактике на ближайших парламентских выборах. В соглашении были зафиксированы совместные позиции по ряду важных вопросов (борьба против режима личной власти, за демократизацию государственных институтов, национализацию военной промышленности и деловых банков, повышение жизненного уровня трудящихся, мирное сосуществование, прекращение войны во Вьетнаме, признание послевоенных границ и т. д.). Требование национализации появилось в соглашении под прямым воздействием ФКП ¹.

Процесс налаживания сотрудничества французских коммунистов и социалистов был сложным и противоречивым. ФКП переоценила возможности, которые открывало единство левых партий, подчинив этой цели всю свою борьбу ². Между тем в конце 60-х годов разногласия между коммунистами и социалистами вновь усилились. СФИО уклонилась от сотрудничества на очередных выборах и в результате потерпела поражение.

Сдвиг в отношениях между коммунистами и социал-демократами произошел и в Финляндии. Победа левого крыла в СДПФ в 1963 г. открыла путь к сотрудничеству, которое в 1966 г. (впервые после 1948 г.) привело к вхождению представителей ДСНФ в правительство. По инициативе коммунистов были поставлены и решены правительством некоторые социальные проблемы (повышение пособий на детей, по болезни и ряд других). Однако, как указывалось в отчетном докладе ЦК XV съезду КПФ, в политике сотрудничества с социал-демократами имелись и ошибки: недостаточная инициативность, недостаточное доведение предложений коммунистов до широких масс и, как следствие, недостаточность их поддержки. В результате правительство сделало, особенно в области налоговой политики, неумеренные уступки крупному капиталу ³.

Известное сотрудничество между коммунистами и социалистами в первой половине 60-х годов наладилось в Австрии. Оно осуществлялось не только на почве отдельных социально-экономических проблем, но и в борьбе против реакции, в защиту национали-

¹ См. Р. С. Варфоломеева. Указ. соч., с. 145—152.

³ См. В. Песси. Указ. соч., с. 246.

284 зированного сектора и т. д. ¹ Факты сотрудничества коммунистов и социал-демократов отмечались и в Швейцарии, особенно франкоязычной.

Сотрудничая с социал-демократами, призывая расширять единство действий, коммунисты не сглаживали идеологических разногласий с ними, открыто критиковали их реформистские взгляды и иллюзии, стремясь, однако, делать это серьезно, ответственно, в товарищеском духе.

В ряде стран важной составной частью борьбы коммунистов за единство рабочего класса, за антимонополистическую коалицию был диалог с католическими массами. Коммунистические партии помнили указание В. И. Ленина о том, что единство «действительно революционной борьбы угнетенного класса за создание рая на земле важнее для нас, чем единство мнений пролетариев о рае на небе» ².

Занимая непримиримую позицию по отношению к реакционному клерикализму, коммунисты Франции, Италии, Испании и других стран протягивали руку трудящимся-католикам для совместной борьбы против социального гнета, войны, за свободу и достоинство человека. Конференция коммунистических и рабочих партий Европы (Карловы Вары, 1967 г.) обратилась «к христианским силам, к католикам и протестантам, к верующим всех вероисповеданий, которые свои стремления к миру и социальной справедливости мотивируют религиозными убеждениями», с призывом о совместной борьбе ³.

Из области принципиальных позиций диалог с католиками в 60-х годах начал переходить в практическую плоскость. Так, в 1964 г. в Тоскане, Сардинии и в других областях Италии были организованы публичные дискуссии католиков и коммунистов на тему «Марксизм и религия» и в конце того же года выпущена книга «Диалог перед испытанием», составленная из статей видных представителей ИКП и «католического мира». «Всего несколько лет назад, до 1960 г., — говорилось в предисловии, — этот феномен был бы почти немыслим» ⁴. «Атеизм, — писала одна из буржуазных газет, — не пугает больше католическое сознание, материалистическая концепция коммунизма возбуждает интерес в тех, кто должен бы иметь совсем другие идеи о жизни, основанные на вере и на религии...» ⁵

¹ См. В. Я. Швейцер. Социалистическая партия Австрии: теория и политика. М., 1978, с. 124—130.

⁵ «Il Messaggero», 21.III.1965.

285 В заявлении Исполкома ЦК Компартии Испании (1969 г.) указывалось, что «сотрудничество коммунистов с прогрессивными священниками, передовыми кругами католиков, останется важным фактором для того, чтобы придать борьбе народных масс большой размах» ¹. Коммунисты и католики сотрудничали в антифранкистском движении, в созданных творчеством масс «рабочих комиссиях», пользовавшихся гораздо большим влиянием, чем официальные профсоюзы. Среди молодых католических деятелей Испании не редкостью стали такие фигуры, как теолог Х. Гонсалес Руис, ссылавшийся в своих речах на высказывания Маркса, Энгельса и Ленина, выступавший в защиту марксистского социалистического гуманизма. Молодой философ-иезуит А. Боладо в своей лекции «Марксизм и христианство» заявил в 1966 г.: «Почему нужен диалог именно с марксистами? Потому что они предлагают покончить с эксплуатацией человека человеком, уничтожить голод, потому что они искренне стремятся к миру, а именно это и составляет чаяния христиан» ². Органом диалога с коммунистами стал прогрессивный католический журнал «Куадернос пара эль диалого».

В 60-х годах коммунисты значительно активизировали работу со средними слоями. Проблемы средних слоев широко освещались теперь на страницах коммунистической прессы и на проводившихся компартиями специальных конференциях. Коммунисты стремились работать во всех массовых организациях мелкой буржуазии, создавали комитеты защиты интересов ремесленников и мелких торговцев. В ходе забастовочного движения коммунисты добивались солидарности служащих с рабочими, их совместного участия в выступлениях. Учитывая растущие удельный вес и роль интеллигенции в обществе, коммунистические партии старались ответить на ее запросы, усиливая внимание к проблемам демократии, свобод, гуманизма, развития культуры и т. п. Они поддерживали жизненные требования интеллигенции, стремились наладить ее совместные с рабочим классом выступления. Особенно важным полем сотрудничества оставалась борьба за мир, против подготовки новой войны. Компартии давали отпор сектантскому преуменьшению роли интеллигенции, нередко мешавшему налаживанию связей. В то же время они боролись против ревизионистских попыток выдвинуть интеллигенцию и, в частности, студенчество в качестве нового революционного авангарда.

В конце 60-х годов в связи с массовыми студенческими выступлениями в ряде капиталистических стран компартии испытали

¹ Цит. по: Н. А. Ковальский. Коммунисты и католики: некоторые проблемы сотрудничества. — «Борьба классов и современный мир». М., 1971, с. 42.

² Цит. по: Л. Хименес. Рабочий класс современной Испании, с. 151.

286 известные трудности в работе с молодежью, немалая часть которой оказалась под влиянием леваков. Не все коммунисты смогли вовремя учесть новую обстановку. Возможность таких трудностей в свое время предвидел В. И. Ленин. «Нередко бывает,— писал он,— что представители поколения пожилых и старых не умеют подойти, как следует, к молодежи, которая по необходимости вынуждена приближаться к социализму иначе, не тем путем, не в той форме, не в той обстановке, как ее отцы» ¹. Однако коммунистические партии во Франции, Италии, США и некоторых других странах сумели в сложных условиях занять принципиальную и гибкую позицию, обеспечившую последующее расширение их влияния среди молодежи. Они учли большие возможности студенчества как «передового отряда революционной демократии» ². «ГКП,— говорилось, например, в Программе действий Германской коммунистической партии,— поддерживает молодых рабочих, студентов и учащихся, их прогрессивную борьбу за право на участие в управлении в государстве и обществе, на предприятиях и в высшей школе, за создание условий для свободного развития личности, за современную систему профессионального обучения и высшего образования. Борьба молодежи будет тем успешнее, чем больше молодых рабочих и студентов усвоят исторический опыт рабочего движения, овладеют теорией Маркса, Энгельса, Ленина» ³. Компартия Испании призывала добиваться единства действий рабочих, крестьян, студентов и прогрессивной интеллигенции и превратить «союз сил труда и культуры» в главную ударную силу, направленную против диктатуры ⁴.

В целом коммунистические партии в 60-х годах расширили свои связи с непролетарскими слоями. В странах, где шла борьба против военно-фашистских диктатур, они сумели убедить широкие массы в том, что именно коммунисты являются последовательными борцами за демократию. Под влиянием Португальской компартии левая тенденция возникла даже в армии, считавшейся одной из опор диктатуры.

В странах с буржуазно-парламентарным режимом одним из важнейших рычагов, позволявших коммунистам преодолевать предрассудки и пассивность отсталой, прежде всего непролетарской, части населения, стала их деятельность в местных органах власти. Компартии избавились в основном и от недооценки этого поля деятельности, и от иллюзий по поводу того, что можно «строить социализм в местном масштабе». Их деятельность в мэриях, несмотря на ограниченные возможности последних, приводила не

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 30, с. 226.

⁴ «Nuestra Bandera», 1969, N 62, p. 87.

287 только к созданию образцового порядка, резко противостоявшего капиталистическому хаосу и коррупции, но и к осуществлению целого ряда мер (строительство дешевых жилищ, детских садов, больниц и т. п.), содействовавших улучшению положения трудящихся. В пределах своей компетенции «красные» муниципалитеты перераспределяли местные налоги таким образом, чтобы освободить от их уплаты неимущих и возложить основную тяжесть налогового бремени на крупных собственников.

В Болонье (Италия), где с первых послевоенных лет муниципалитет находился под контролем левых сил, строилось больше домов для населения, чем в крупнейших городах — Турине или Милане. Провинциальные советы «красной» Эмилии, в которых большинство принадлежало коммунистам и социалистам, ассигновали в 1962—1963 гг. свыше 1 млрд. лир на нужды кооперации ¹. По словам итальянского публициста, далекого от симпатий к ИКП, компартия в Эмилии «не только сумела завоевать крестьянские и рабочие массы, но и смогла благодаря умелой тактике союзов, которая на уровне местной администрации воплощается в серии льгот и налоговых послаблений, вовлечь в свою орбиту средние слои (особенно ремесленников, мелких и средних торговцев)» ².

Лига демократических коммун, объединившая левые мэрии Италии, приняла активное участие в антимонополистической борьбе. С деятельностью Лиги связана значительная часть кампании за национализацию электроэнергетики, многочисленные попытки превратить местные органы власти в «центры решений и ориентации экономического и социального развития, заменяющие собой центры решений монополистических объединений» ³.

Муниципалитет Гавра (Франция) за первые же четыре года, когда им стали управлять коммунисты, добился увеличения вдвое грузооборота порта, который обогнал тем самым Гамбург и Геную. В 1965—1970 гг. количество рабочих мест увеличилось здесь с 82 до 103 тыс.⁴ Самой крупной статьей бюджета коммунистических мэрий явились расходы на школьное образование. В ряде районов Франции были созданы кооперативные медицинские учреждения в сотрудничестве с профсоюзами и органами местного самоуправления. Значительную моральную и материальную поддержку трудящимся оказали «красные» муниципалитеты во время забастовки шахтеров 1963 г. и «майских событий» 1968 г. Коммунистические мэрии, как правило, предоставляли льготные ссуды мел-

¹ См. К. Г. Холодковский. Рабочее движение в Италии (1959—1963). М., 1969, с. 232.

⁴ См. В. А. Богорад, Р. Ф. Матвеев. Работа коммунистов капиталистических стран в массах. М., 1976, с. 350.

288 ким и средним предпринимателям, особенно крестьянским производственным кооперативам. Жилые дома и рабочие помещения ремесленников, мелких торговцев освобождались от уплаты местных налогов, львиную долю которых должны были уплачивать промышленники и крупные землевладельцы. Не случайно во Франции в 1964 г. 44%, а в 1966 г. 54% опрошенных положительно оценили деятельность коммунистов в местном самоуправлении ¹.

Активная и целеустремленная деятельность коммунистов на фронте антимонополистической борьбы принесла им в 60-х годах ряд успехов. Расширение влияния компартий отразилось на результатах парламентских выборов. Большой резонанс получил успех левых сил Франции на выборах 1967 г. Коммунистическая партия получила на них свыше 5 млн. голосов (более 22% общего числа), завоевав 73 места в Национальном собрании (против 41 на предыдущих выборах). В 1963 г. итальянским коммунистам отдали свои голоса 25,3% избирателей (вместо 22,7% в 1958 г.), а в 1968 г.— 26,9%. Компартия Бельгии в 1961 г. получила пять мандатов в палате представителей вместо двух, а в 1965 г. расширила свое представительство до шести мест. Успешно выступали на выборах коммунисты Японии, Греции (до военного переворота), Финляндии и других стран. В муниципалитете Женевы фракция коммунистов стала самой сильной.

Увеличилось и влияние партий, действовавших в подполье, укрепились их нелегальные организации. Репрессии властей были бессильны помешать этому процессу. Большим успехом португальских коммунистов была организация побегов видных деятелей партии, находившихся в салазаровских тюрьмах. В 1960 г. из крепости Пенише бежали девять руководителей ПКП во главе с А. Куньялом. В 1961 г. из форта Кашиас бежало еще восемь видных деятелей партии. Существенную роль в распространении идей ПКП играло подпольное издание газеты «Аванте!», выходившей невзирая на жестокие преследования. Ширилось распространение коммунистических изданий и в Испании. Тираж «Мундо обреро» достиг 50 тыс., «Нуэстра бандера» — 23 тыс. ²

К рубежу 70-х годов коммунистические партии развитых капиталистических стран подошли, имея за плечами богатый опыт антимонополистической борьбы, явившийся ценным вкладом в боевой арсенал всемирной армии коммунистов.

Столь же велико было и значение того опыта, который приобрело за первые послевоенные десятилетия коммунистическое движение в развивающихся странах.

¹ См. В. А. Богорад, Р. Ф. Матвеев. Указ. соч., с. 344.

² См. «Испания. 1918—1972 гг. Исторический очерк». М., 1975, с. 446.

289

КОММУНИСТИЧЕСКОЕ ДВИЖЕНИЕ В СТРАНАХ АЗИИ, АФРИКИ И ЛАТИНСКОЙ АМЕРИКИ​

Активное участие коммунистов в антиимпериалистическом движении народов Азии, Африки и Латинской Америки, роль которого в мировом революционном процессе после второй мировой войны существенно возросла, способствовало утверждению компартий в качестве важного фактора политической жизни этих стран. Усилились влияние и авторитет коммунистических партий в массах.

Этапы, через которые прошло коммунистическое движение в Азии, Африке и Латинской Америке, по своим основным характеристикам во многом соответствовали этапам развития коммунистического движения в странах развитого капитализма. В то же время коммунистическое движение в зоне освободительной, антиимпериалистической борьбы имело ряд особенностей, которые делают необходимым специальное рассмотрение деятельности компартий как в этой зоне в целом, так и в латиноамериканском и афро-азиатском регионах в отдельности*.

* * *

Как и в других районах капиталистического мира, первые послевоенные годы (1945—1947) ознаменовались в Латинской Америке бурным ростом численности и влияния компартий. Фундамент для этого был заложен непосредственно перед второй мировой войной и в ходе ее, когда компартии Латинской Америки вели работу по созданию антифашистских и антиимпериалистических Национальных фронтов. «В этом отношении важную роль сыграли решения VII конгресса Коммунистического Интернационала»¹.

В эти годы после долгих лет подполья добились легализации компартии Аргентины, Бразилии, Венесуэлы и Перу. Они возникли в Никарагуа и Доминиканской Республике, а затем на Гваделупе, в Гватемале и Боливии, Гайане и Гондурасе.

Новый мощный толчок развитию рабочего и коммунистического движения в Латинской Америке дало изменение соотношения сил в мире в пользу социализма, демократии и прогресса после

* Детальная характеристика основных этапов развития рабочего движения в обоих регионах содержится в VII томе настоящего издания. Здесь приводятся лишь сведения, помогающие уяснить место компартий в революционном процессе, их позиции по основным его проблемам.

¹ См. «Латинская Америка в борьбе против империализма, за национальную независимость, демократию, народное благосостояние, мир и социализм. Декларация Совещания коммунистических партий стран Латинской Америки и Карибского бассейна, состоявшегося в Гаване с 10 по 13 июня 1975 года» (далее — «Латинская Америка в борьбе...»). М., 1975, с. 11—12.

290 второй мировой войны. В ряде государств пали реакционные диктатуры, началось проведение важных социальных реформ. Наступил глубокий кризис экономической и политической власти буржуазно-помещичьей олигархии. Знамением времени стало установление многими латиноамериканскими государствами (к концу войны их было уже 13) дипломатических отношений с Советским Союзом. Создавались общества дружбы и культурных связей с СССР, стало развиваться торгово-экономическое сотрудничество.

Росла боевая активность пролетариата, который к концу войны превратился в мощную социальную силу. Повысился уровень его концентрации, укрепилось его боевое революционное ядро. Рабочее и антиимпериалистическое движение все более сливались, образуя единый революционный процесс.

Последовательная классовая позиция, борьба коммунистов обеспечивали им растущее влияние среди рабочего класса и всех трудящихся. Численность компартий быстро росла. Если до войны латиноамериканское коммунистическое движение объединяло около 90 тыс. членов, то в 1947 г.— в 4 раза больше — 370 тыс. Наиболее быстро росли компартии на Кубе, в Бразилии, Чили, некоторых других странах.

Весьма плодотворно действовали коммунисты в профсоюзных и других массовых организациях. Сотрудничая с различными демократическими партиями и движениями, коммунисты создавали крупные общественные объединения прогрессивного, патриотического характера — крестьянские (в том числе профсоюзы сельскохозяйственных рабочих), молодежные, студенческие, женские.

Очевидных успехов добились компартии на парламентских и муниципальных выборах, прошедших в 1945—1946 гг. В парламенты 12 стран было избрано свыше 100 депутатов-коммунистов. В 1943—1947 гг. в разное время представители коммунистических партий входили в правительства Кубы, Эквадора и Чили. Коммунистическое движение Латинской Америки постепенно утвердилось как заметная политическая сила.

В то же время кое-где расширение рядов компартий сопровождалось ослаблением идеологических и политических требований к вновь вступающим. Серьезный ущерб некоторым партиям нанесло заимствование идей и практики браудеризма. Нарушение ленинских принципов партийного строительства, ослабление теоретической и политической работы подрывали партийную дисциплину, порождали фракционные тенденции. Но это были трудности роста, выявлявшиеся на фоне относительно благоприятных международных и внутренних условий. В целом этот период показал возросшую силу рабочего класса Латинской Америки, отразившуюся в увеличении влияния коммунистов. Однако сохранялись и некоторые свойственные молодому классу слабости, сказавшиеся, когда условия изменились.

291 Начиная с 1947 г. в развитии рабочего и коммунистического движения региона наступил новый период. Он в свою очередь подразделяется на несколько этапов, связанных с отливами и приливами революционного процесса.

С началом «холодной войны» империализм Соединенных Штатов в союзе с буржуазно-помещичьей олигархией, реакционными кругами духовенства, ориентирующимися на США военными группировками развернул наступление на демократические и антиимпериалистические силы. Вехами этого наступления были договор «об обороне западного полушария» (1947 г.), создание Организации американских государств (ОАГ) (1948 г.), принявшей «декларацию о защите демократии», которая стала юридической основой для запрещения компартий, и, наконец, «антикоммунистическая резолюция» 1954 г., по существу санкционировавшая прямое вмешательство империализма США в дела Латинской Америки.

В эти годы на континенте почти повсеместно усиливались репрессии против коммунистов, а заодно и против всех прогрессивных и демократических сил, выступающих против безраздельного господства империализма. Большинство компартий были вынуждены уйти в глубокое подполье. Общая численность коммунистов сократилась к 1957 г. более чем вдвое. Жертвами репрессий пали многие видные руководители компартий. Десятки тысяч коммунистов были брошены в тюрьмы или высланы. Ряды комдвижения покинули неустойчивые элементы, примкнувшие к нему в атмосфере послевоенного подъема.

Наряду с прямой атакой на коммунистов реакция пыталась ослабить компартии изнутри. Кое-где активизировались фракционные оппортунистические группы, раздавались призывы к превращению компартий в культурно-просветительные общества.

Условия глубокого подполья способствовали распространению сектантских, левацких настроений. Игнорируя реальную обстановку, спад революционного движения, некоторые деятели выдвигали лозунги непосредственной борьбы за социализм, означавшие забегание вперед, фактически призывавшие «перепрыгнуть» через еще не пройденные этапы демократической, антиимпериалистической революции. Предпринимались попытки создать подпольные «чисто революционные» профсоюзы. Такие действия были чреваты отрывом от основной массы трудящихся.

Однако в целом компартии выстояли. Большинство их, несмотря на жестокие репрессии, сумели консолидироваться, сохранить кадры и влияние среди трудящихся. Коммунисты по-прежнему шли в авангарде антиимпериалистического движения, мобилизуя массы на борьбу против диктаторских режимов, за демократические права и социальное освобождение.

Революционные силы не были разгромлены, они перегруппи-

292 ровались, и уже с начала 50-х годов их отпор реакционному наступлению стал быстро нарастать, поднимая движение протеста народных масс на новый, более высокий уровень. После временного спада вновь бурно развернулась забастовочная борьба. Но главным выражением перелома стали революционные взрывы начала 50-х годов¹, прежде всего в Гватемале и Боливии. Новый подъем демократического движения произошел в странах Карибского бассейна. В Гайане на выборах 1953 г. победила Народная прогрессивная партия. 26 июля того же года стало днем легендарного штурма казармы Монкада. «...Так был начат революционный процесс, завершившийся победой 1 января 1959 года» на Кубе².

Все 50-е годы были для латиноамериканских коммунистов заполнены поиском ответов на вопросы, выдвигавшиеся развитием революционного процесса,— о характере и этапах революции, о гегемонии в ней, о роли рабочего класса и его союзниках, об отношении к национальной (местной) буржуазии, средним слоям и др.

Важную роль в определении позиций коммунистов по этим вопросам сыграл опыт революций в Гватемале и Боливии.

Гватемальский рабочий класс принял самое активное участие в увенчавшемся победой народном восстании 1944 г. В 1949 г. в стране была создана Коммунистическая партия Гватемалы, с 1952 г.— Гватемальская партия труда (ГПТ). После успеха на президентских выборах 1950 г. Х. Арбенса народная борьба, особенно в 1951—1954 гг., стала перерастать в аграрную, антифеодальную и антиимпериалистическую революцию. Но во главе ее, в том числе из-за слабости рабочего класса, встала национальная буржуазия. Она не могла осуществить до конца задачи революции, ибо это означало бы расчистку пути для ее высшего — социалистического — этапа. В 1954 г. революция была разгромлена в результате вооруженной интервенции империализма США.

Позже, анализируя опыт революции, ГПТ отметила, что по причине «недостаточно глубокого знания марксизма-ленинизма и национальной действительности» молодая партия оказалась неспособной разработать последовательный и точный курс³. В 1952 г. II съезд ГПТ пришел к правильному выводу, что создание социалистического общества не могло быть непосредственной задачей гватемальского рабочего класса на первом этапе революции. Верным был и тезис о необходимости поддержки антифеодальных и антиимпериалистических требований национальной буржуазии. Однако, говорится в документах ГПТ, партия иногда забывала о двойственном характере буржуазии, о ее тенденции к соглаша-

¹ См. «Латинская Америка в борьбе...», с. 13.

³ «Проблемы мира и социализма», 1970, № 12, с. 22.

293 тельству с империализмом и внутренней реакцией. ГПТ верила в способность национальной буржуазии довести революцию до победы. II съезд партии не уделил должного внимания проблеме завоевания пролетариатом руководящей роли в революции при союзе с другими демократическими и антиимпериалистическими силами. Провозглашая правильный курс на союз с ними, партия иногда упускала из виду, что единства сверху недостаточно; оно должно дополняться развертыванием совместных действий масс. Союзу с буржуазно-демократическими и мелкобуржуазными кругами придавалось большее значение, чем прочному союзу рабочего класса и крестьянства. Не проводилась в необходимой степени самостоятельная линия в отношении национальной буржуазии. Ошибки революционного правительства не подвергались своевременной критике. Опасаясь обвинений в сектантстве, коммунисты не вели с достаточной настойчивостью пропаганду собственной программы внутри демократического фронта.

Анализ уроков и ошибок периода революции, произведенный ГПТ, имел большую ценность для характеристики революционного процесса в Латинской Америке.

Сходный, хотя и не во всем, опыт приобрела в годы революционного подъема и Компартия Боливии (КПБ). Вооруженные отряды рабочих были решающей силой, обеспечившей победу в апрельском народном восстании 1952 г., которое положило начало антиимпериалистической революции. Однако неопытность молодой (созданной в 1950 г.) Компартии, огромный удельный вес в населении сельской и городской мелкой буржуазии, распространенный в стране антикоммунизм помешали рабочему классу взять в свои руки руководство революцией, стать ее гегемоном. В 1954 г. революционный процесс был прерван. В стране утвердился военный режим. К власти пришла буржуазия, которая проводила политику соглашательства с реакцией, получила поддержку империализма и затем стала на путь репрессий против революционных сил.

Анализируя опыт революции, II съезд КПБ (1964 г.)¹ отметил ошибки, допущенные партией в первые годы ее существования и нашедшие затем отражение в решениях I съезда (1959 г.). Партия своевременно не раскрыла демократического содержания революции. Она рассматривала апрельские события 1952 г. не как революцию, а как просто восстание, не признавала, что на смену горнозаводческо-латифундистской олигархии к власти пришла национальная буржуазия.

II съезд КПБ сделал вывод, что правящие буржуазные круги предали цели апрельской революции 1952 г., и указал, что задачей боливийского народа остается борьба за создание, при руково-

¹ «Segundo Congreso Nacional del PCB». La Paz, 1964.

294 дящей роли рабочего класса, демократического, антиимпериалистического правительства, призванного осуществить народную и антиимпериалистическую революцию и открыть путь к социализму. Эти выводы партии имели принципиальное значение, поскольку аналогичные вопросы находились в рассматриваемые годы в центре внимания и других компартий континента.

Большую теоретическую и практическую работу проделали коммунисты Бразилии и Аргентины в связи с таким явлением, как популизм, связанный прежде всего с именами Ж. Варгаса и Х. Перона. Не вдаваясь в подробное рассмотрение этого сложного и противоречивого явления ¹, отметим, что коммунисты определили его основной характер и разработали собственную тактику. Так, Коммунистическая партия Аргентины характеризовала перонистскую программу как попытку под националистическими лозунгами повести за буржуазией значительную часть рабочего класса, протащить в рабочее движение идеи «классового мира» и «великого национального согласия».

Популистская верхушка всегда была настроена антикоммунистически. В то же время, прибегая к демагогии, спекулируя на уступках трудящимся, а также опираясь на антиимпериалистические настроения масс, популистские лидеры, особенно в Аргентине, сумели повести за собой значительную часть рабочего класса. Поэтому коммунисты постоянно делали различие между правыми популистскими лидерами, склонявшимися к фашистскому корпоративизму, и попавшими под их влияние массами, прежде всего рабочими, выступавшими с антиолигархических и антиимпериалистических позиций.

Более сложным для компартий было формирование у трудящихся антикапиталистического сознания. Коммунисты Бразилии стремились объединить в один поток патриотические устремления и социальную борьбу масс, вывести их из-под влияния националистической буржуазии. Компартия Аргентины, разоблачая реакционную сущность перонизма, постоянно имела в виду революционность низов этого движения, его влияние на рабочий класс и профсоюзы. КПА исходила из того, что, если коммунисты и перонисты добьются единства действий, им удастся сплотить вокруг себя все другие демократические и прогрессивные силы. Нельзя, подчеркивал В. Кодовилья на XI съезде КПА, давать повод «для раскола рабочего и массового движения» ². Такая позиция обеспечила Компартии Аргентины сохранение и укрепление связей с основной массой перонистов, в особенности в профсоюзах. И не случайно после переворота 1955 г. широкие слои рабочих стали переходить на классовые позиции; происходил быстрый рост ря-

¹ См. VII том настоящего издания, гл. 6.

² В. Кодовилья. Избранные статьи и речи. М., 1970, с. 246.

295 дов КПА — с 20 тыс. в 1955 г. до 80 тыс. в 1958 г. Разработка основных принципов отношения к популистским массам сыграла важную роль и в последующие годы.

Во второй половине 50-х годов компартии Латинской Америки, учитывая накопленный опыт, разработали и обосновали концепцию двух этапов революционного процесса в латиноамериканских странах, которая легла в основу всей их последующей работы. Согласно этой концепции, империализм превратился в главный тормоз дальнейшего развития; достичь конечной цели — социалистической революции и построения социалистического, а затем и коммунистического общества — можно только после решения задач освободительной, антиимпериалистической революции ¹. Основная цель современного этапа борьбы латиноамериканских народов определялась как осуществление аграрной, демократической и антиимпериалистической революции. Для этого необходимо создавать широкие антиимпериалистические союзы и коалиции, добиваться такого соотношения сил, которое могло бы гарантировать установление демократического режима и открыть путь к переменам с перспективой дальнейшего продвижения к социализму. «Чтобы прийти к социализму в условиях нашей страны,— подчеркивали колумбийские коммунисты,— необходим, во-первых, глубокий социальный переворот, а также переворот в сфере национального освобождения, что означает антиимпериалистическую и народную революцию, направленную против олигархии и монополий, являющуюся начальным шагом социалистической революции» ².

Таким образом, социальное освобождение пролетариата латиноамериканские коммунисты неразрывно связывали с подлинным национальным освобождением своих стран от империалистического гнета. При этом подчеркивалось, что между антиимпериалистическим этапом революции и социалистическим нет непреодолимой границы: рабочий класс, являющийся авангардом антиимпериалистических и демократических сил, своим участием придает революции уже на ее первом этапе глубокое социальное содержание. Оно обусловлено тем, что основное противоречие латиноамериканского общества, определяемое программными документами компартий как противоречие между империализмом и местной буржуазно-латифундистской олигархией, с одной стороны, и латиноамериканскими народами — с другой, в значительной мере совпадает с основным противоречием капитализма между трудом и капиталом.

Четко сформулированная и научно обоснованная программа

¹ См., например, «Programa del Partido Communista de la Argentina», p. 5.

² «Por la unidad obrera y popular hacia el socialismo», p. 191.

296 аграрной, демократической и антиимпериалистической революции, разработанная латиноамериканскими коммунистами, стала достоянием различных политических сил, всего освободительного движения на континенте. Она основана на строгом учете как общих закономерностей революционного процесса, открытых марксизмом-ленинизмом, так и конкретной обстановки в латиноамериканских странах. Выдвижение программы повысило авангардную роль коммунистов в революционном и антиимпериалистическом движении Латинской Америки.

Исторический сдвиг в жизни Латинской Америки ознаменовала собой Кубинская революция. В ее ходе полностью подтвердились практические выводы компартий о содержании революционного процесса, о двух его этапах, о сочетании классовой и освободительной борьбы. Решая на первом этапе главным образом задачи освободительного характера, эта революция несла, по словам Ф. Кастро, зачатки социализма уже в первых своих законах ¹. Последующее развитие освободительного процесса в Латинской Америке в еще большей степени подчеркнуло справедливость выводов латиноамериканских коммунистов.

После победы Кубинской революции в развитии коммунистического и всего революционного движения в регионе наступил новый этап. С начала 60-х годов революционная и антиимпериалистическая борьба пошла на подъем. Это было связано с резкой поляризацией сил, выступавших за демократические свободы и прогрессивные преобразования, с одной стороны, и иностранного капитала, проимпериалистической местной буржуазии и помещичьей олигархии — с другой.

Пытаясь остановить подъем освободительной борьбы, североамериканский империализм, продолжая оказывать поддержку реакционным диктаторским режимам, стал прибегать к буржуазно-реформистским методам, олицетворением которых стал так называемый «Союз ради прогресса», созданный по инициативе США в 1961 г. Особое место при проведении буржуазно-реформистской политики отводилось правительству Э. Фрея в Чили, которое должно было стать «демократическим противовесом» революционной Кубе. Попытки проводить аналогичную политику предпринимались в Перу, Венесуэле и других странах. Однако в результате народной борьбы, в которую вовлекались все более широкие слои, подобные попытки потерпели неудачу.

В коммунистическом движении 60-х годов широко обсуждались и использовались выводы московского Совещания коммунистических и рабочих партий 1960 г. о национально-демократических фронтах, этапах революции, о ее мирном и немирном путях.

¹ «Cuba Socialista», 1961, N 1, p. 3.

297 В аналитической и практической работе многие партии проявили умение сочетать общее и национально-особенное.

Латиноамериканские коммунисты доказывали, что успешный исход демократической, аграрной и антиимпериалистической революции, установление народно-революционной власти и осуществление программы демократических и антиимпериалистических преобразований зависят от наличия и организованности Национально-демократического фронта, объединяющего силы, заинтересованные в разрешении задач первого этапа этой революции. Так, в Программе Компартии Аргентины говорится: «Национально-демократический фронт не следует рассматривать лишь как союз партий или простое предвыборное объединение, которые как таковые не возбраняются и не отвергаются. Его необходимо понимать как динамичную социальную силу, включающую все прогрессивные общественные и политические течения, как великую направляющую и действенную силу в широкой и неудержимой борьбе масс, как могучую массовую организацию, которая послужит опорой демократическому народному правительству нового типа» ¹.

Привлечение в Национально-демократический фронт новых политических сил со всей остротой поставило вопрос об укреплении руководящей роли рабочего класса в освободительном движении. Создание Национально-демократического фронта в качестве политической армии аграрной, демократической и антиимпериалистической революции и осуществление задач и целей этой революции невозможны, как указывали латиноамериканские коммунисты, без руководящей роли рабочего класса, возглавляющего все политические и социальные силы, которые в той или иной форме выступают против империализма и олигархии. Именно самостоятельность, классовая зрелость и организованность латиноамериканского пролетариата определяют успех борьбы за освобождение и социализм на этом континенте. Мысль о повышении роли пролетариата особо выделило гаванское Совещание компартий стран Латинской Америки и Карибского бассейна 1975 г.

В 60-х годах произошел новый подъем крестьянского движения, которое в некоторых странах принимало форму партизанских выступлений. В этой связи в коммунистическом движении Латинской Америки снова обсуждался вопрос о мирной (невооруженной) и вооруженной формах борьбы.

Неоднократно и, как правило, стихийно брались за оружие крестьяне Колумбии, вынужденные прибегать к вооруженной самообороне против произвола властей. На первых двух этапах (1949—1953 и 1954—1957 гг.) колумбийская реакция смогла нейтрализовать такие выступления. Этому способствовали разобщен-

¹ «Programa del Partido Communista de la Argentina», p. 29.

298 ность очагов крестьянского сопротивления и слабость революционного движения в городах. Компартия стремилась оказать поддержку крестьянской самообороне, но она находилась на нелегальном положении и была ослаблена преследованиями.

На более высокий организационный и политический уровень партизанская борьба крестьян поднялась с началом третьего ее этапа в 1964 г., когда обширные крестьянские зоны подверглись «превентивным» атакам правительственных сил.

Колумбийские коммунисты рассматривали вооруженные выступления в деревне как одну из форм борьбы масс, составной элемент революционного процесса в стране в существовавших тогда условиях ¹. Эта линия была подтверждена XI съездом Компартии Колумбии (декабрь 1971 г.).

В 1962—1966 гг. в вооруженной борьбе, сочетавшей действия партизанских отрядов в горных районах и вооруженных групп в городах, приняла участие Компартия Венесуэлы (КПВ). Однако, пойдя на это, венесуэльские коммунисты, как констатировал позднее IV съезд КПВ (январь 1971 г.), допустили серьезные ошибки. Съезд отметил, что V чрезвычайный Пленум ЦК (декабрь 1963 г.) исказил правильную политическую линию, разработанную КПВ в 1961 г., и призвал к свержению правительства вооруженным путем, хотя партия «не была подготовлена для ведения вооруженной борьбы» ².

«Среди ошибок, совершенных в период вооруженной борьбы,— говорилось в отчете ЦК IV съезду КПВ,— следует в первую очередь подчеркнуть такие левацкие и сектантские уклоны, как партизанщина, милитаризм, путчизм и хвостизм... Роль рабочего класса как авангарда и главной движущей силы революции практически отрицалась. Преувеличенно подчеркивалась руководящая роль других социальных сил. Такого рода отрицание вело к изоляции от масс, потере связей партии с трудящимися» ³.

Во многом все это произошло потому, что в период вооруженной борьбы снизился политический и идеологический уровень Компартии. В нее вступило много людей, особенно выходцев из городской и сельской мелкой буржуазии, подменявших революционную стратегию революционным нетерпением.

Поворотным пунктом стал VIII Пленум ЦК КПВ (апрель 1967 г.), который принял решение о переходе от вооруженной борьбы к политической работе среди масс. Были осуждены ультралевые

¹ «Programa del Partido Communista de Colombia».— «Voz Proletaria». Supplemento. Diciembre 22 de 1971, p. 14.

³ Ibid., p. 83—84.

299 и милитаристские тенденции. В последующие годы коммунистам Венесуэлы пришлось преодолевать немалые трудности, вызванные последствиями не отвечавшей политической обстановке в стране ориентации на развертывание партизанской борьбы.

В целом же коммунистическое движение Латинской Америки в 60-х годах продвигалось вперед. Некоторые партии добились реальных успехов в создании национально-демократических фронтов.

Так, выполняя решения своего XVIII съезда (1962 г.), уругвайские коммунисты приняли активное участие в создании Левого фронта освобождения (ФИДЕЛЬ). В него помимо Компартии Уругвая (КПУ) вошли ряд демократических организаций молодежи и студенчества, прогрессивной интеллигенции, многие видные политические деятели. С его помощью рабочий класс и народные массы приобрели собственный политический опыт. Он стал важным промежуточным этапом на пути к образованию в 1971 г. Широкого фронта, в который вместе с ФИДЕЛЬ вошли Христианско-демократическая и Социалистическая партии, левые группы, выделившиеся из традиционных буржуазных партий, а также независимые политические деятели. Президентом Широкого фронта был избран генерал Л. Сереньи. На выборах 1971 г. Широкий фронт добился серьезных успехов — собрал более 300 тыс. голосов, или свыше 17%, получив в палате депутатов 16 и в сенате 5 мест.

В Чили Фронт народного действия, включавший Коммунистическую (КПЧ), Социалистическую (СПЧ) и ряд других политических партий, в 60-х годах быстро наращивал влияние в массах: на президентских выборах 1964 г. его кандидат С. Альенде получил поддержку 39% всего электората. Все это вместе с ростом и укреплением чилийского рабочего движения и провалом попыток Христианско-демократической партии реформистским путем решить назревшие проблемы развития страны привело к тому, что к концу 60-х годов в стране сложилась новая расстановка классовых и политических сил. В 1969 г. возникла политическая коалиция Народное единство, кандидат которой С. Альенде победил на президентских выборах 1970 г. Приход к власти правительства Народного единства с участием коммунистов открыл новый период в истории коммунистического и рабочего движения в Латинской Америке.

Уроки и итоги теоретической и политической работы коммунистов за предшествующее десятилетие были подведены в выступлениях руководителей латиноамериканских компартий на международном Совещании коммунистических и рабочих партий 1969 г. Общий смысл этих уроков заключается в том, что победоносный исход освободительной борьбы в Латинской Америке, как и везде, в первую очередь зависит от пролетариата и его политического авангарда, их способности сыграть решающую роль, сплотить под

300 своим руководством широкие массы в единый Народный фронт, творчески применять марксистско-ленинскую теорию революции, тесно увязывать национальные и интернациональные задачи.

* * *

Общая периодизация коммунистического движения в Азии и Африке связана с рядом сложностей. Это объясняется не только разнообразием национальных условий, но и многим другим: компартии в отдельных странах возникли в разное время, а во многих их нет до сих пор; неодновременно и часто в весьма несхожей обстановке народы этих континентов завоевывали независимость; весьма неодинаковым был спектр социальных и политических сил, участвовавших в антиимпериалистической и общедемократической борьбе. Наконец, как и везде, сказывались большие субъективные различия в подходе к проблемам со стороны руководства отдельных партий.

Однако главным для компартий обоих континентов и важнейшим историческим фактором явилось изменение в соотношении сил на мировой арене в результате поражения германского фашизма и японского милитаризма во второй мировой войне и образования мировой социалистической системы. Новое соотношение сил создало предпосылки для распада колониальных империй.

Перед коммунистами Азии и Африки встало много новых вопросов — об оценке самого факта достижения политической независимости, об этапах национально-освободительной революции, их содержании, движущих силах, о революционных потенциях основных классов и социальных слоев (самым сложным в теоретическом и практическом отношении оказался вопрос о роли национальной буржуазии), о месте в революции рабочего класса и его партии, их политике социальных и политических союзов и т. д. Поиск ответов оказался нелегким и не завершен до сих пор.

В первую очередь партии оказались перед необходимостью дать оценку политической независимости в условиях прихода к власти национальной буржуазии и определить в связи с этим задачи и цели коммунистов на новом этапе национально-освободительной революции.

В годы второй мировой войны, а для стран Юго-Восточной Азии (ЮВА) — и японской оккупации, коммунисты вели борьбу на основе сформулированных VII конгрессом Коминтерна принципов широкого антиимпериалистического фронта, включающего и патриотические круги буржуазии. В ряде стран компартии сумели добиться немалых успехов. Так было на Филиппинах и в Малайе, где при активном участии коммунистов были созданы сильные антияпонские армии. Когда в 1945 г. в Малайе высадились англичане, Компартия была фактически легальной, а страна управ-

301 лялась местными органами власти, которыми руководили коммунисты. В Бирме коммунист Такин Тан Тун возглавил широкий антияпонский, антиимпериалистический фронт — Антифашистскую лигу народной свободы (АЛНС), которая объявила, что будет руководствоваться ленинской стратегией и тактикой революционной борьбы. В Индонезии коммунисты входили в состав всех правительств страны (и даже возглавляли некоторые из них) до мадиунских событий 1948 г. *

В то же время, несмотря на успехи компартий в Юго-Восточной Азии, коммунистам нигде (кроме Вьетнама) не удалось прийти к власти. Так, в Индонезии, как отмечал в свое время Председатель КПИ Айдит, Компартия не смогла возглавить Августовскую революцию 1945 г., хотя ее активность, боевой дух и престиж в народе были велики. Дело в том, что партия была тогда в детском возрасте. «Она еще не разбиралась в исторических условиях развития индонезийского общества, не знала особенностей и законов индонезийской революции, еще не овладела теорией марксизма-ленинизма» ¹. Состояние партии, как и в других странах региона, отражало незрелость, слабость рабочего класса. Будучи численно невелик (80—98% населения составляло крестьянство), рабочий класс в странах ЮВА, оккупированных Японией, подвергся размыванию в результате ликвидации крупных плантаций и предприятий, кроме тех, которые непосредственно обслуживали оккупантов. При этом уменьшались наиболее крупные и организованные отряды пролетариата, оставались преимущественно кустари.

Больше всего жертв в результате войны и оккупации понесло крестьянство. В то же время война взломала замкнутый мир крестьянина, расширила его политический кругозор, сделала его главным объектом политической борьбы, что, естественно, сказалось на политике компартий региона.

Росло также влияние на политическую жизнь мелкой и средней буржуазии.

Вместе с рядом субъективных обстоятельств, а также под воздействием политики властей все это в значительной мере обусловило смену лозунгов и тактики компартий региона с конца 40-х до середины 50-х годов. Это было, по их собственной оценке, время проб и ошибок. В 1948 г. курс на широкий антиимпериалистический и антифеодальный фронт, борющийся за решение задач общедемократического характера, которого партии придерживались в 1945—1947 гг., почти повсеместно сменился курсом на создание государства народной демократии вооруженным путем под

* Спровоцированные индонезийской реакцией вооруженные столкновения между воинскими частями, в которых большим влиянием пользовалась Компартия, и правительственными войсками.

¹ Д. Айдит. Избранные произведения. М., 1962, с. 724.

302 руководством пролетариата в союзе с крестьянством. В основе такого поворота лежало, как отмечалось позднее в партийных документах, механическое копирование опыта революции в Китае, неумение сочетать, как того требовал В. И. Ленин, общие закономерности национально-освободительной революции с национальными особенностями. Сказалась, безусловно, и политика правящих кругов ЮВА, которые были встревожены ростом влияния компартий и сознательно толкали их на конфронтацию. В результате компартии Бирмы, Малайи, Филиппин, взяв курс на вооруженное свержение правящих режимов, ушли в леса. Ошибки, допущенные в тот период, нанесли большой урон компартиям региона; в некоторых случаях их последствия сказываются до сих пор.

Весьма показательна с точки зрения как положительного, так и отрицательного опыта борьбы коммунистов в условиях государственной независимости, обретенной под руководством национальной буржуазии, история Компартии Индии (КПИ).

Для последних военных и первых послевоенных лет были характерны быстрый рост КПИ и укрепление ее позиций в массовых организациях. Если в июле 1942 г., в момент выхода из подполья, Компартия насчитывала лишь 4400 человек, то в 1947 г. в ней было около 100 тыс. членов. В 1945 г. руководимые КПИ профсоюзная и крестьянская организации объединяли соответственно 500 тыс. и более 800 тыс. членов.

Большую активность в антиимпериалистической борьбе и защите интересов трудящихся КПИ проявила в 1945—1947 гг. Когда в 1947 г. Великобритания под натиском национально-освободительного движения была вынуждена смириться с провозглашением независимости Индии, КПИ расценила это как крупную победу национально-патриотических сил, открывающую новые возможности для прогрессивного развития страны. Соответственно была поставлена задача сплочения всех демократических и патриотических элементов в «широчайшем объединенном фронте борьбы против империализма и его союзников» ¹, чтобы решительно покончить с остатками колониализма и феодализма и направить развитие страны по пути демократии и прогресса.

Выступая 8 октября 1947 г. на массовом митинге в Калькутте, Генеральный секретарь КПИ П. Ч. Джоши указал на особую ответственность за судьбы страны, которая ложится на единство левых партий. При этом он подчеркнул, что единый фронт «не должен быть узким фронтом. Он должен простираться от Ганди и Неру, с одной стороны, до социалистов, коммунистов и других левых групп — с другой» ².

¹ Цит. по: «Проблемы коммунистического движения в Индии». М., 1971, с. 103.

² Там же, с. 105.

303 Однако уже на II съезде КПИ в феврале — марте 1948 г. левосектантские элементы навязали партии авантюристическую линию, игнорировавшую объективные условия, существовавшие в стране. Прежний курс партии был объявлен реформистским и оппортунистическим. Провозглашение независимости расценивалось как фальшивое, как «маневр», лишь видоизменяющий форму британского господства, как «полная капитуляция» индийской буржуазии, которой передана часть власти, чтобы «утопить народно-демократическую революцию в крови». Вся индийская буржуазия была объявлена предательской, коллаборационистской.

Ошибочно определив этап революции как народно-демократический, съезд призвал коммунистов создать демократический фронт под руководством пролетариата, «направленный против индийской национальной буржуазии в целом». После II съезда Политбюро КПИ приняло документ «О народной демократии». В нем декларировалось существование «беспрецедентного антагонизма между пролетариатом и буржуазией». Ближайшей целью революции объявлялось свержение буржуазии «фронтальным ударом» и затем установление демократической диктатуры рабочего класса и крестьянства, быстро перерастающей в диктатуру пролетариата. Это еще один пример игнорирования объективных национальных реальностей, стремления перескочить через объективно неизбежные этапы революции.

Действуя в духе приведенных документов, Компартия Индии в течение трех лет проводила авантюристическую линию тотальной антиправительственной борьбы — сначала в городах (1948—1950 гг.), а затем (1950—1951 гг.) в деревне, провозгласив главной формой классовой борьбы вооруженную партизанскую войну крестьянства.

Организовать сколько-нибудь значительные выступления трудящихся (если не считать начавшейся в 1946 г. вооруженной борьбы в Теленгане) Компартии не удалось. Однако власти получили удобный повод для репрессий. В ряде штатов организации КПИ были запрещены, печатные органы закрыты, около 25 тыс. коммунистов арестовано, еще 50 тыс. находились под судом и следствием. Число членов партии к 1951 г. сократилось до 20 тыс.

Избранный в 1951 г. на подпольной конференции КПИ в Калькутте Генеральным секретарем КПИ А. Гхош писал об этом периоде: «Левосектантские политика, тактика и лозунги вместе с бюрократическими методами их применения... привели к затяжному и глубокому кризису внутри партии и (фактически долгий период времени) демобилизовали ее» ¹. В документе КПИ «50 лет борьбы и движения вперед (1925—1975)» говорится: «...эта линия нанесла огромный ущерб партии, буквально выкосила ее членов, разру-

¹ «Правда», 21 октября 1951 г.

304 шила массовые организации, ослабила ее связи с массами, сделала ее неспособной объединить патриотические и демократические силы» ¹.

Начиная с октября 1951 г. принимаются меры по исправлению положения. В разработанном тогда проекте Программы КПИ говорилось, что революция в Индии не может быть совершена путем механического переноса на индийскую почву опыта других стран. В качестве первоочередной была поставлена задача идеологического, политического и организационного укрепления партии, восстановления связей с массовыми организациями. Компартия призвала к участию в предстоящих в конце 1951 — начале 1952 г. местных и парламентских выборах и сразу добилась на них существенных успехов.

Шагом вперед в разработке новой линии стал III съезд КПИ в 1954 г. Но лишь на Пленуме ЦК в 1955 г. и затем на IV съезде в 1956 г. на основании анализа реальной обстановки были четко сформулированы выводы относительно этапов революции и оценки национальной буржуазии, определявшие задачи Компартии и политику ее союзов.

Отмечалось, что перед народом Индии стоят общедемократические задачи, в решении которых заинтересовано большинство нации, включая радикально настроенные круги индийской национальной буржуазии и ее правящей партии Индийский национальный конгресс (ИНК). Констатируя двойственный характер буржуазии, Компартия пришла к выводу о ее еще не исчерпанных антиимпериалистических потенциах и соответственно способности сыграть определенную положительную роль в решении стоявших перед страной социально-экономических задач. Съезд взял курс на широкий единый фронт со всеми прогрессивными национально-демократическими силами.

Подобная позиция вовсе не означала недооценки политического предательства народных масс национальной буржуазией. Была разработана гибкая тактика поддержки прогрессивных, антиимпериалистических сторон политики правительства и одновременно борьбы с мероприятиями, направленными против интересов трудящихся масс и тормозящими развитие страны. Перед коммунистами ставилась задача первоочередной защиты интересов рабочих и крестьян в рамках общей борьбы за укрепление государственного суверенитета и независимых международных позиций Индии.

Разработка ясной марксистско-ленинской политической линии помогла Компартии укрепиться, расширить пролетарскую базу, восстановить позиции в массовых демократических движениях, повысить свою роль в политической жизни страны. Свидетельством этого стали всеобщие выборы 1957 г. КПИ получила

¹ См. «Правда», 10 октября 1951 г.

305 10,8 млн. голосов (8,9%) и провела 27 депутатов в парламент, где стала главной оппозиционной партией. В законодательные собрания штатов вошло 207 коммунистов, а в Керале, завоевав большинство, КПИ впервые в истории страны сформировала правительство, просуществовавшее до 1959 г.

К середине 50-х годов стабилизировалось положение и в Компартии Индонезии. В результате мадиунской провокации 1948 г. ей был нанесен тяжелейший ущерб, распался существовавший во время голландской вооруженной агрессии единый фронт, были физически уничтожены виднейшие лидеры КПИ, разгромлены партийные и руководимые ею массовые демократические организации. Вслед за этим в Компартии развернулась борьба как против левого, так и против правого уклона. Правые сводили политическую борьбу к парламентаризму, а «левые» под влиянием установок Компартии Китая требовали развернуть партизанскую войну.

Лишь на V съезде КПИ (1954 г.) была принята Программа, реалистически оценившая обстановку в стране и задачи партии. Этап революции, которая происходила в стране, определялся как антиимпериалистический, антиколониальный и антифеодальный. Был взят курс на создание правительства Единого национального антиимпериалистического фронта, опирающегося на прочный союз рабочего класса и крестьянства и включающего мелкую и национальную буржуазию. В качестве главных задач выдвигались защита и упрочение антиимпериалистических завоеваний национальной революции, борьба за классовые интересы трудящихся, против иностранного капитала, помещиков и компрадорской буржуазии, вовлечение в активную политическую жизнь и соответственно в Единый фронт крестьянства, составлявшего около 70% населения. Съезд отметил, что подавляющее большинство народа еще не готово принять всю программу коммунистов, но может воспринять ее определенную часть, а это обеспечивает основу для создания Единого национального фронта, стоящего на широкой демократической платформе.

Политическая линия, основанная на научном анализе индонезийской действительности, обусловила быстрый численный рост Компартии. Если в начале 1954 г. в ее рядах насчитывалось 165 тыс. членов (в 1952 г. — менее 8 тыс.), то уже к концу года — 500 тыс. На первых выборах в парламент в 1955 г. КПИ заняла четвертое место, а после выборов 1957 г. стала первой политической партией страны.

Однако со второй половины 50-х годов вновь с особой остротой встал вопрос о соотношении национального и социального факторов революции и соответственно об оценке национальной буржуазии.

Все это происходило на новом этапе политического развития Индонезии, связанном со становлением и утверждением личной

306 власти президента Сукарно (1957—1965 гг.). КПИ приняла решение о союзе с мелкобуржуазной демократией, которую он представлял, учитывая антиимпериалистический и антикапиталистический потенциал этого слоя, а также личную популярность президента. Впоследствии, анализируя свой опыт, индонезийские коммунисты определят, что, преодолев одну крайность — недооценку революционных возможностей национальной буржуазии, руководство Компартии впало в другую крайность, переоценив ее возможности. Пойдя на союз с национальной буржуазией, КПИ начала отходить от самостоятельных классовых позиций. Уже с 1957 г. Компартия стала во все большей степени утрачивать свободу действий в рамках провозглашенной Сукарно системы «направляемой демократии» и управляемого сверху «Национального фронта» — НАСАКОМ *. Сложилась ситуация, ограничивавшая нормальное функционирование представительных органов, а для Компартии — возможность защиты классовых интересов трудящихся. Возникла реальная угроза отрыва партии от масс. Положение осложнялось усилением оппортунистических тенденций в руководстве партии, что, как указывается в современных документах КПИ, привело ее к отходу от ряда основных принципов марксизма-ленинизма. Все это обернулось для КПИ подлинной трагедией.

Во второй половине 50-х годов попытку пересмотреть свои прежние концепции, стратегию и тактику борьбы предприняли и другие компартии региона — Коммунистическая партия Малайи (КПМ) и Коммунистическая партия Филиппин (КПФ).

В 1955 г., понеся большие потери в вооруженной борьбе, Компартия Малайи предложила правительству вступить в переговоры и разработала демократическую программу соглашения. Однако переговоры по этому вопросу, состоявшиеся в Балинге, закончились неудачей, так как власти соглашались лишь на полную капитуляцию Компартии. После провозглашения независимости страны в 1957 г. КПМ вновь неоднократно выражала готовность к мирным переговорам, но правительство не пошло на них. В документе, относящемся к 1959 г., КПМ справедливо указала, что причина срыва переговоров — отсутствие в стране широкого единого патриотического и антиимпериалистического фронта, основанного на союзе рабочего класса и крестьянства.

После того как в 1953 г. было подавлено вооруженное восстание, руководимое Компартией Филиппин, ее руководство также сделало попытку предложить переговоры правительству — с тем же отрицательным результатом. Партия фактически была разгромлена, в партизанских отрядах оставалось менее тысячи человек. В 1956 г. было принято решение прекратить вооруженную

* НАСАКОМ — единство националистического, религиозного и коммунистического течений в индонезийском обществе.

307 борьбу, приступить к созданию организаций Компартии в городах, восстановить ее влияние среди рабочих и интеллигенции. Но выполнить это решение оказалось чрезвычайно трудно и по причине правительственных репрессий, и из-за того, что антикоммунизм уже укоренился среди значительной части общества.

40—50-е годы были периодом борьбы за широкие антиимпериалистические и демократические фронты и в странах Арабского Востока. Во французских колониях в Северной Африке компартии Алжира, Туниса и Марокко обращались к буржуазно-националистическим силам с предложением создать единые фронты борьбы за независимость. Однако эти призывы не находили отклика прежде всего по причине антикоммунистических предубеждений местной буржуазии, в том числе и мелкой. В Алжире Фронт национального освобождения (ФНО), созданный в 1954 г. радикально настроенными элементами — выходцами из буржуазно-националистических партий, в качестве условия сотрудничества с коммунистами в борьбе за независимость потребовал роспуска Алжирской коммунистической партии (АКП). И лишь в 1956 г. между ними было заключено соглашение об объединении усилий. Это способствовало превращению ФНО в широкую организацию, объединяющую все патриотические силы страны, под руководством которой алжирский народ добился в 1962 г. независимости.

На позициях компартий Ирака и Сирии благотворно сказалась специальная развернутая резолюция, принятая Секретариатом Исполкома Коминтерна в феврале 1936 г., «Задачи КП арабских стран в борьбе за народный антиимпериалистический фронт». В ней содержались принципиальные оценки, имевшие большое значение для всех компартий Востока. В резолюции осуждались сектантство, оторванность компартий от национально-освободительного движения. Подчеркивалось, что доминирующим вопросом для них является борьба против империалистического гнета и за национальную независимость, что они должны в каждой стране поощрять движение за народный антиимпериалистический фронт, а для этого обеспечивать тесное сотрудничество с национал-революционерами и национал-реформистскими организациями. И еще одно, крайне важное для всех компартий положение: «Коммунисты... должны глубоко осознать, что они отвечают за участь своего народа и своей родины...»¹

Действуя в духе решений VII конгресса Коминтерна и резолюции Секретариата его Исполкома, коммунисты Ирака и Сирии добились определенных успехов в деле обеспечения единства антиколониальных, а затем и всех патриотических и демократических сил. Применительно к Ираку в 40—60-х годах можно выделить

¹ «Коммунистические партии развивающихся стран в борьбе за единый фронт». М., 1976, с. 20.

308 следующие этапы борьбы за единство коммунистов с другими революционными демократическими и антиимпериалистическими течениями: борьба за «создание антиимпериалистического, антимонархического фронта всех национальных и патриотических сил для достижения политической независимости (1945—1958)»; «перегруппировка классовых сил и создание предпосылок национального единства на новой социально-классовой основе (1959—1968 гг.); борьба за создание Фронта национально-прогрессивных сил (с 1968 г.)» ¹.

Впервые идею сплочения революционных сил иракским коммунистам удалось реализовать в 1957 г., когда был создан Фронт национального единства. Он имел широкую социальную и политическую базу, что сказалось на характере его руководства, в котором влиятельные позиции занимали национально-революционные буржуазные круги. Это соответствовало задачам революции и соотношению классовых сил, оппозиционных правящему режиму.

После свержения монархического неоколониалистского режима в июне 1958 г. Фронт перестал существовать. В дальнейшем усилия коммунистов были направлены на создание Фронта национально-прогрессивных сил.

Сходная периодизация с поправкой на национальные особенности борьбы за единый фронт характерна для сирийских коммунистов. В этом случае различаются: период сплочения всех патриотических сил для достижения и защиты национальной независимости (1945—1958 гг.); дифференциация классовых сил в период объединения Сирии и Египта и создание после его распада предпосылок для единства прогрессивных, антиимпериалистических сил на новой основе (1959—1967 гг.); борьба за создание Фронта прогрессивных сил (с 1968 г.).

Идею единого фронта в ее первоначальном виде как широкого национального объединения различных слоев общества, включая национальную буржуазию, коммунистам впервые удалось осуществить в Сирии к концу 1956 г. Сложившаяся тогда в стране обстановка объективно благоприятствовала союзу антиимпериалистических сил. Но просуществовал фронт недолго — лишь до 1958 г. Он распался после создания ОАР и издания декретов о роспуске в этом новом государственном объединении всех политических партий. В 1961 г. Сирия вышла из ОАР.

В 60-х годах как для сирийской, так и для иракской компартий важнейшей проблемой становятся отношения с пришедшей к власти в этих странах Партией арабского социалистического возрождения (ПАСВ или Баас), в действиях которой стали проявляться прогрессивные тенденции.

¹ См. «Коммунистические партии развивающихся стран в борьбе за единый фронт», с. 278.

309 Борьбу за Единый национальный фронт вели в 50-х годах и коммунисты Африки. В 1956 г. такая задача была поставлена Суданской компартией. Ее газета «Аль-Майдан» подчеркивала, что проблемы, стоящие перед страной, «не может решить отдельная партия или отдельный класс».

В Южной Африке в 1955 г. коммунисты приняли активное участие в созыве и работе съезда демократических организаций различных расовых групп в Кейптауне, где был создан «Союз конгрессов» во главе с Африканским национальным конгрессом и принята «Хартия свободы», провозглашавшая лозунги национально-демократической революции.

Итоги всем этим процессам в теоретическом и политическом плане подвело московское Совещание представителей коммунистических и рабочих партий 1960 г. Компартии Азии и Африки широко использовали его выводы, определяя свою стратегию и тактику. Они исходили из того, что насущные задачи национального возрождения в странах, сбросивших колониальный гнет, могут быть успешно решены лишь при условии решительной борьбы с империализмом и остатками феодализма, путем объединения в единый национально-демократический фронт всех патриотических сил нации, включая национальную буржуазию, не связанную с империалистическими кругами. Народные массы, указывалось на Совещании, сами убеждаются, что наилучший путь ликвидации вековой отсталости и улучшения условий их жизни — путь некапиталистического развития, инструментом которого призвано стать государство национальной демократии. В этих новых обстоятельствах компартии Азии и Африки видели свою задачу в том, чтобы активно бороться за доведение до конца антиимпериалистической, антифеодальной, демократической революции, за создание государства национальной демократии, за решительное улучшение жизненного уровня народных масс. Они считали необходимым поддерживать прогрессивные правительства и выступать против антидемократических актов в тех странах, где власть находится в руках антидемократических сил, подчеркивали, что цели коммунистов отвечают высшим интересам нации.

В целом к началу 60-х годов коммунистическое движение в странах Азии и Африки заметно продвинулось вперед. В Тропической Африке возникли новые марксистско-ленинские партии — в 1962 г. Компартия Лесото и в 1963 г. Социалистическая рабоче-крестьянская партия Нигерии. В 1962 г. провела I съезд созданная в 1957 г. Африканская партия независимости Сенегала, провозгласившая своей целью создание государства национальной демократии. Набирала силу образованная в 1958 г. и объявившая своей идеологией научный социализм Партия конгресса независимости Мадагаскара (АКФМ), в составе которой действовала коммунистическая группа «Имунгу ваувау». Хотя компартии Аф-

310 рики оставались небольшими, их численность быстро росла — от 5 тыс. в 1939 г. до 20 тыс. в 1957 г. и более чем 60 тыс. в 1969 г.

Однако уже в первой половине 60-х годов коммунисты Африки, а особенно Азии столкнулись с новыми трудностями, вызванными политикой и прямыми раскольническими действиями маоистского руководства Компартии Китая. В компартиях вновь вспыхнули споры о соотношении национального и социального факторов в революции, об отношении к национальной буржуазии, о мирных и немирных формах борьбы. В Азии неправильные ответы на эти вопросы обернулись для многих партий тяжелыми последствиями, а в ряде случаев привели их к поражениям.

Компартии Малайзии, Бирмы, Таиланда, Филиппин, которые еще в 50-х годах пошли за маоистами, оказались надолго загнанными в подполье. В результате расколов ослабли позиции коммунистов Индии. Фактически была разгромлена Компартия Индонезии. Два последних примера, касающиеся крупнейших компартий Азии, заслуживают того, чтобы на них остановиться специально.

В Индонезии, как уже говорилось, с 1959 г. утвердился режим личной власти Сукарно. Но мелкобуржуазная демократия, представителем которой он был, уже не составляла основы государственной власти. Она оказалась в руках капиталистов-бюрократов — «кабиров», которые захватили господствующие позиции в государственном секторе, используя его для личного обогащения. Права трудящихся подавлялись, их материальное положение ухудшалось, экономика страны переживала хронический кризис.

В этих условиях правильная позиция Компартии могла сыграть решающую роль. Однако с начала 60-х годов в КПИ стали брать верх взгляды маоистского толка. Руководство Компартии Индонезии после VII съезда (1962 г.) во все большей степени стало слепо следовать курсу Компартии Китая. В опубликованных в то время тезисах были провозглашены оппортунистические концепции «индонезианизации» марксизма-ленинизма и примата национальных интересов над классовыми. В эти годы правительство свернуло борьбу за аграрную реформу, запретило забастовки, резко ограничило возможность критики своих действий. А в глазах народных масс руководство Компартии делило с буржуазией ответственность за последствия такого курса.

Отход от принципов марксизма-ленинизма, переход на мелкобуржуазные позиции, подчинение теории и практики «учению» Сукарно сопровождались и столь же коренными отклонениями от ленинских норм внутрипартийной жизни. Прием в партию определялся погоней за количеством. Если в 1962 г. КПИ насчитывала 1,5 млн. членов, то в 1964 г.— уже 3 млн. По сути не было разницы между членством в Компартии и в любой другой массовой ор-

311 ганизации. Была ослаблена идеологическая и организационная работа с членами партии.

То же самое произошло и с многомиллионными массовыми организациями, находившимися под влиянием КПИ. Потенциально это была мощная политическая армия революции. Однако потеря Компартией самостоятельности и политического лица лишила ее возможности использовать эту армию в момент наступления реакции, начавшегося в октябре 1965 г.

Результат этой политики известен: в стране пришел к власти правый военно-бюрократический режим. Компартия была разгромлена, сотни тысяч ее членов, включая подавляющее большинство руководителей, физически уничтожены. Но даже после событий 1965 г. часть уцелевших членов руководства выпустила документ «Самокритика Политбюро ЦК КПИ», в котором события трактовались с маоистских позиций. Начатые этой группой партизанские действия на Восточной Яве не получили активной поддержки народных масс и в 1968 г. были подавлены.

Сложный и трудный процесс восстановления КПИ был начат под руководством марксистско-ленинских сил. В 1967 г. они опубликовали документ «За правильный путь индонезийской революции», где в качестве главной поставили задачу создания Фронта национального единства для осуществления демократических и антиимпериалистических преобразований.

Вопрос об отношении к индийской буржуазии и ее главной партии — ИНК продолжал остро стоять и в Компартии Индии. В 1961 г. на VI съезде КПИ высказалась за тактику единства и борьбы, которая позже стала основной, однако в начале 60-х годов так и не была реализована. В партии вновь обострились разногласия по вопросам оценки этапа революции, политической линии и стратегии союзов, отношения к правительству национальной буржуазии. Эти разногласия подогревались извне маоистским руководством КПК. В результате в 1964 г. произошел раскол коммунистического движения Индии, нанесший ему серьезный ущерб. Образовались две партии — КПИ и КПИ (марксистская), каждая партия провела свой съезд (и тот и другой были обозначены как VII) и приняла свою программу. При этом на съезде КПИ было представлено 134 тыс. членов, а на съезде КПИ (м) — 118 тыс., что вместе было значительно меньше, чем в объединенной КПИ начала 60-х годов.

Оценки этапа революции, целей и средств их достижения, содержавшиеся в программах, принятых съездами двух партий, существенно отличались друг от друга.

В Программе КПИ повторялись и развивались реалистические оценки индийского независимого государства и индийской национальной буржуазии, отмечались борьба внутри нее, образование монополий, склонных к сговору с иностранным капиталом.

312 Обосновывался тезис о том, что завершение антифеодальной, антиимпериалистической и демократической революции невозможно на капиталистическом пути. Выдвигался лозунг создания Национально-демократического фронта, включающего все патриотические силы, в том числе немонополистические слои национальной буржуазии. Целью фронта должно было стать создание правительства национальной демократии, которое остановило бы капиталистическое развитие, обеспечило бы переход на некапиталистический путь и создание предпосылок перехода к социализму. Условием этого должно было стать изменение соотношения сил в пользу союза рабочего класса и крестьянства и постепенное завоевание рабочим классом руководящих позиций.

Программа КПИ(м) определяла индийское государство как орган классового господства буржуазии и помещиков под руководством крупной буржуазии. Программа выдвигала требование установления государства народной демократии в качестве переходного этапа к построению социализма на основе леводемократического фронта, руководимого рабочим классом (допускалось, что фронт мог включать и слои национальной буржуазии, не имеющие прочных связей с иностранными монополиями). КПИ(м) ставила в Программе задачу объединения «всех патриотических сил нации, которые заинтересованы в том, чтобы ликвидировать пережитки докапиталистической формации, осуществить полную аграрную революцию в интересах крестьянства, устранить иностранный капитал, а также все препятствия на пути коренного переустройства экономики, общественной и культурной жизни. Отмечалось, что борьба за реализацию целей народно-демократической революции через революционное объединение всех патриотических и демократических сил является сложным и длительным процессом.

В Программе указывалось, что Компартия стремится к достижению указанных целей мирными средствами, развивая мощное революционное движение, сочетая парламентские и внепарламентские формы борьбы. Вместе с тем, отмечалось в ней, революционные силы должны быть готовы к тому, что они могут столкнуться со всякими случайностями, с разными поворотами и изломами в политической жизни страны. Следует постоянно иметь в виду, что правящие классы никогда добровольно не уступают власти.

Характерно, однако, что в обеих программах предлагались примерно одинаковые конкретные социально-экономические преобразования. В последующем это послужило основой для сближения и сотрудничества двух партий.

На всеобщих выборах 1967 г. обе партии получили примерно по 4,5% голосов. КПИ(м) вошла вместе с КПИ в состав правительства Объединенного фронта в Западной Бенгалии и Керале. Между тем жизнь, объективная ситуация заставляли лидеров КПИ(м)

313 пересмотреть некоторые свои установки. В опубликованном ею после выборов 1967 г. документе «Новая ситуация и задачи партии» по многим важным вопросам были даны более взвешенные, реальные оценки. Однако это не устраивало ту часть партии, которая находилась под сильным влиянием КПК. «Левые» экстремисты в КПИ(м) обвинили руководство партии в «неоревизионизме» и потребовали немедленного начала вооруженной борьбы. В 1968 г. Пленум ЦК КПИ(м) осудил левый уклон, что привело к расколу. Вышедшие из КПИ(м) «левые» экстремисты в свою очередь раскололись на несколько маловлиятельных группировок.

В странах Арабского Востока в 60-х годах коммунисты решали проблему взаимоотношений с пришедшей к власти мелкобуржуазной демократией. Правящие режимы Египта, Сирии и Алжира заявили о желании направить развитие этих стран по некапиталистическому пути, о стремлении к построению социалистического общества, призывали объединить для выполнения этой задачи все прогрессивные патриотические силы общества. При этом, однако, от коммунистов требовали войти в состав единственной разрешенной политической организации — Арабского социалистического союза (АСС) в Египте и Фронта национального освобождения (ФНО) в Алжире. Учитывая, что АСС и ФНО заявили о социалистической ориентации, и предполагая возможность их эволюции к научному социализму, Алжирская компартия и коммунистические группы в Египте соответственно в 1964 и 1965 гг. приняли решение о самороспуске и вхождении своих членов в эти политические организации.

В Египте, однако, движение по некапиталистическому пути было прервано после смерти Г. А. Насера и прихода к власти А. Садата. Что касается Алжира, то здесь после смены руководства страной в 1965 г. коммунисты произвели тщательный анализ характера режима, его движущих сил и их возможностей. Учитывая, что внутри режима продолжалась борьба сторонников социалистической ориентации с правыми силами, коммунисты пришли к выводу, что в таких условиях необходимо существование самостоятельной марксистско-ленинской партии рабочего класса. Поэтому в январе 1966 г. было заявлено о создании Партии социалистического авангарда (ПСА), верной принципам научного социализма и пролетарского интернационализма.

Значительный опыт борьбы за единство прогрессивных сил накопила в 60-х годах Суданская компартия. В этой стране дважды — в 1964 г. и затем в 1969 г.— борьба против правящих группировок завершалась победой Объединенных Национальных фронтов революционно-демократического характера с участием компартии.

В конце 60-х годов большую подготовительную работу по созданию Национально-патриотических прогрессивных фронтов с

314 пришедшим к власти в Сирии и Ираке левым крылом Партии арабского социалистического возрождения провели коммунисты этих стран. Здесь был со всей остротой теоретически и практически поставлен вопрос о возможности и принципах сотрудничества коммунистов с правящими партиями мелкобуржуазной демократии в мусульманских странах.

В целом к началу 70-х годов коммунисты Азии и Африки утвердились как необходимая и реальная сила революционного процесса. Отстаивая свободу, национальную независимость и социалистическое будущее своих народов, они проявили себя передовыми борцами национально-освободительного движения, вносящими в массы идеи научного социализма.

МЕЖДУНАРОДНОЕ СОВЕЩАНИЕ КОММУНИСТИЧЕСКИХ И РАБОЧИХ ПАРТИЙ 1969 г.​

Сдвиги в международной обстановке и внутренней социально-политической ситуации в капиталистических странах к концу 60-х годов подтвердили правильность основных стратегических и тактических идей коммунистического движения. Вместе с тем, вызвав к жизни ряд новых явлений в классовой борьбе, повысив значение таких ее тенденций, которые в недавнем прошлом были еще мало заметны, они поставили перед компартиями много новых проблем, потребовали от них определенной конкретизации и развития ранее сформулированных выводов и оценок. В течение 60-х годов коммунистические партии настойчиво работали в этом направлении.

Живое, развивающееся международное коммунистическое движение шло вперед через временные трудности и внутренние противоречия. Идейная общность, являющаяся постоянной и непременной доминантой движения, не означала полного и автоматического совпадения позиций по всем вопросам. Различие обстановки, условий деятельности, специфика стран или регионов, многообразие методов работы, расхождения в подходах к сложным проблемам, степень марксистско-ленинской подготовки кадров и их классовой закалки являлись в ряде случаев источником разногласий, а то и односторонних и даже ошибочных точек зрения. Новые моменты, неизбежно появлявшиеся в развитии событий, в революционной практике, по-разному и не всегда правильно оценивались партиями, действовавшими в различных ситуациях. Буржуазная, империалистическая пропаганда делала все, чтобы раздувать расхождения и разногласия, культивировать центробежные тенденции в коммунистическом движении.

Само по себе возникновение различий во мнениях было естественным явлением. Задача заключалась в том, чтобы разрешать

315 существующие проблемы по-товарищески, не допуская разрастания в конфликты, наносящие ущерб коммунистическому и всему революционному движению, главное — продолжать совместную борьбу против империализма.

В одних случаях различие мнений могло быть преодолено в результате двусторонних встреч и дискуссий, в иных — снято самой жизнью, в практике борьбы. Разногласия же, касающиеся коренных проблем, затрагивающие самую сущность коммунистического движения, исключали компромисс, и их преодоление затягивалось.

Марксисты-ленинцы стремились обсуждать спорные вопросы так, чтобы, избегая ущерба для независимости и равноправия каждой стороны, добиваться выяснения правды, отстаивать революционную суть дела во имя общих интересов всех коммунистов, рабочего класса, социализма и мира.

Изменение обстановки, появление новых проблем, необходимость согласования взглядов братских партий по острым актуальным международным вопросам и укрепления их товарищеской солидарности потребовали проведения нового международного совещания коммунистических и рабочих партий. Особо важное и актуальное значение в этом плане приобрела задача борьбы против агрессивной войны, развязанной американским империализмом во Вьетнаме, необходимость выработки общих позиций коммунистического движения по отпору агрессии.

Подготовка к совещанию была начата весной 1965 г. Необходимость тщательного учета мнения каждой партии, всестороннего обсуждения различных позиций, большой объем работы, проделанной на предварительной стадии, объясняют длительность подготовки. Начавшись консультативной встречей 19 компартий в Москве (март 1965 г.), подготовка закончилась весной 1969 г. Были проведены неоднократные консультации и обмены мнениями практически со всеми компартиями. В феврале 1968 г. в Будапеште на консультативной встрече представителей 67 компартий были тщательно обсуждены все предложения и определены характер документов, которые предполагалось рассмотреть на совещании, критерии приглашения партий, методы дальнейшей подготовки, основы процедуры совещания. Участники встречи пришли к соглашению, что каждая партия имеет право подписать не весь документ, а только его часть, с которой она полностью согласна, а также оговорить свою позицию по любому вопросу. На встрече была создана Подготовительная комиссия, собиравшаяся 5 раз и работавшая при участии около 60 компартий. Образованные ею редакционные комиссии и рабочие группы подготавливали проекты документов.

«Благодаря коллективному, широко демократическому методу работы над проектом и активному сотрудничеству братских пар-

316 тий уже на предварительной стадии в проекте были учтены отвечающие общим взглядам мнения и пожелания» ¹. Были выявлены, всесторонне обсуждены и преодолены многие расхождения. Выработанный проект был заблаговременно разослан центральным комитетам всех компартий, и их соображения были учтены на сессии Подготовительной комиссии в мае 1969 г.

Поэтому в ходе работы самого Совещания представителей коммунистических и рабочих партий, проходившего в Москве с 5 по 17 июня 1969 г., на созданной им Редакционной комиссии уже не затрагивались ни структура проекта, ни его основные положения. Изменения и дополнения касались лишь уточнения или конкретизации отдельных, хотя и важных вопросов. В Редакционную комиссию поступило более 70 поправок от 24 партий. Полностью или частично было принято около 30 из них. Все поправки подвергались самому тщательному обсуждению. При этом общим стремлением было способствовать интернациональному сплочению братских партий. По некоторым пунктам возникали дискуссии, но Редакционная комиссия не жалела времени, чтобы достичь согласия, найти решение на принципиальной основе.

Совещание работало в обстановке делового, дружеского сотрудничества, отличавшегося принципиальностью и искренним стремлением к укреплению единства, в духе товарищества и подлинного интернационализма. Участники Совещания руководствовались положением о том, что вырабатываемый документ должен иметь ясное антиимпериалистическое содержание, указывать направление главного удара, четко обозначать главного врага, против которого необходимо сосредоточить основные усилия всего международного рабочего, демократического движения. Коммунистические партии стремились сформулировать платформу борьбы против империализма, достаточно широко и вместе с тем конкретно определив ближайшие, непосредственные требования и лозунги и одновременно нацелив революционное рабочее и все освободительное движение на борьбу против империализма как системы. Программа действий была рассчитана на объединение коммунистов, трудящихся, всех прогрессивных сил в общей борьбе против империализма, его политики войны и реакции, на то, чтобы служить стимулом к активизации этой борьбы во всех частях света.

«Первоочередная цель единства действий — всесторонняя поддержка героического вьетнамского народа»,— заявило Совещание. Оно призвало всех, кому дорого дело мира, усилить борьбу за то, чтобы заставить американский империализм вывести свои вой-

¹ «Международное Совещание коммунистических и рабочих партий. Документы и материалы. Москва, 5—17 июня 1969 г.». М., 1969, с. 271.

317 ска из Вьетнама, прекратить вмешательство во внутренние дела этой страны и уважать ее право самостоятельно решать свои проблемы. Совещание обратилось к народам мира с призывом развернуть борьбу за независимость, свободу и мир во Вьетнаме.

Принятый Совещанием Итоговый документ «Задачи борьбы против империализма на современном этапе и единство действий коммунистических и рабочих партий, всех антиимпериалистических сил» констатировал усиление борьбы рабочего класса, широких масс трудящихся, отметив, что эта борьба все более непосредственно направляется против системы господства монополистического капитала, против его политической власти. Делая все необходимые выводы из усилившейся боевой активности масс, коммунисты исходили в то же время из реалистической оценки уровня их классового сознания, степени готовности к борьбе за социализм, предупреждали против опасности левацкой тактики «забегания вперед». «Радикальные демократические преобразования, — говорилось в Итоговом документе Совещания, — которые будут достигнуты в борьбе против монополий, против их экономического господства и политической власти, будут способствовать осознанию все более широкими массами необходимости социализма» ¹.

Совещание выразило готовность коммунистов к сотрудничеству с социалистами и социал-демократами, со всеми демократическими партиями и организациями, заинтересованными в обновлении общества, с тем чтобы установить передовой демократический строй сегодня и построить социалистическое общество в будущем.

Совещание уделило большое внимание таким характерным для 60-х годов явлениям, как возрастание общественно-политической роли интеллигенции, рост активности молодежи и мощный подъем студенческого движения, развитие антикапиталистических и антиимпериалистических настроений среди католиков. Оно сделало вывод о важности союза работников физического и умственного труда, о первоочередной задаче налаживать связи рабочего движения со всеми массовыми группами, заинтересованными в ограничении власти монополий, в демократических преобразованиях. Именно здесь пролегает путь к формированию действенного политического союза всех демократических течений, основной силой которого является рабочий класс.

Центральное место в программе антиимпериалистических сил, принятой Совещанием, заняла борьба против опасности мировой термоядерной войны, за мирное сосуществование государств с различным социальным строем. Совещание определило основные конкретные направления и актуальные задачи этой борьбы. В Ито-

¹ «Международное Совещание коммунистических и рабочих партий. Документы и материалы», с. 306.

318 говом документе Совещания было записано, что «массовые действия против империализма — одно из условий осуществления политики мирного сосуществования» ¹. Совещание выдвинуло задачу организации единых действий против всех актов агрессии империализма, против развязывания им локальных войн и применения иных форм интервенции в любых районах мира.

Коммунисты подтвердили свою солидарность с борьбой народов Азии, Африки, Латинской Америки за независимость и национальный суверенитет, призвали до конца очистить планету от скверны колониализма, уничтожить его последние очаги, не допустить возрождения его в новых, замаскированных формах. Совещание указало на углубление социального содержания освободительного движения, дифференциацию его сил, повышение роли рабочего класса, революционный потенциал крестьянства, активизацию революционной демократии. Совещание привлекло внимание мировой демократической общественности к важнейшей проблеме ликвидации экономической и социальной отсталости стран, длительное время находившихся под колониальным господством.

В качестве одной из главных задач антиимпериалистического движения Совещание выдвинуло усиление борьбы против фашистской угрозы, против фашистских и военно-олигархических режимов в Греции, Испании, Португалии, странах Латинской Америки, против западногерманского неонацизма. Оно призвало к объединению усилий в борьбе с человеконенавистнической идеологией и практикой расизма, к развертыванию единых действий за демократизацию всех сторон общественной жизни, в защиту демократических прав и свобод.

Выдвинутая Совещанием 1969 г. программа антиимпериалистической борьбы имела громадное значение для деятельности коммунистических партий и всего рабочего движения. «Коммунисты... — говорилось в Итоговом документе Совещания, — сделают все от них зависящее, чтобы добиться большего взаимопонимания между многочисленными и разнообразными антиимпериалистическими течениями и движениями, учитывая при этом их своеобразие и уважая их самостоятельность» ². Такой подход к проблеме антиимпериалистического единства отражал опыт демократической борьбы, накопленный коммунистами, и вместе с тем создавал предпосылки для расширения союзов рабочего класса как на национальной, так и на международной арене.

В позициях некоторых партий на Совещании проявилось обнаружившееся еще в 1968 г. непонимание их руководством той опасности, которую представляли для мировых революционных сил

¹ «Международное Совещание коммунистических и рабочих партий. Документы и материалы», с. 317.

² Там же, с. 325.

319 активизация антисоциалистических элементов и политический кризис в Чехословакии, необходимости акций, предпринятых в этой связи странами Варшавского Договора. Жизнь, однако, показала, насколько своевременными были эти акции. В целом разногласия по данному вопросу не ослабили солидарности международного коммунистического движения перед лицом попыток империализма взять реванш за свое поражение в Чехословакии.

Из 75 коммунистических и рабочих партий лишь Доминиканская компартия не подписала его, а компартии Австралии, Италии, Сан-Марино, целиком поддержав раздел, содержавший совместную программу борьбы против империализма, не нашли возможным согласиться с другими разделами Документа. Несмотря на особые позиции, занятые этими партиями, Совещание в целом явилось торжеством пролетарского интернационализма, продемонстрировало крах надежд врагов на раскол коммунистического движения.

В ходе Совещания и в принятых им документах четко прозвучало высокое признание роли мирового социализма в антиимпериалистической борьбе, воздействия успехов социалистических стран на развитие революционного процесса. Представители коммунистических партий капиталистических и развивающихся стран подчеркнули в своих выступлениях на Совещании ту громадную помощь, которую сам факт существования и развития социализма, внешнеполитическая деятельность Советского государства и других социалистических стран оказывает борьбе трудящихся за мир, демократию, национальную независимость и социальный прогресс. Совещание 1969 г. вошло в историю как заметная веха в истории мирового коммунистического движения. Сам факт созыва Совещания и его итоги внесли важный вклад в позитивное развитие мировой обстановки, в переход к разрядке международной напряженности.

Совещание приняло обращение «О 100-летии со дня рождения Владимира Ильича Ленина». В нем подчеркивалось, что имя Ленина стало символом победы Великого Октября, крупнейших революционных сражений, которые в корне изменили социальный облик мира, ознаменовали поворот человечества к социализму и коммунизму. Призвав всех коммунистов, всех борцов за социалистическое преобразование общества, всех сторонников прогресса и мира достойно отметить знаменательную дату, Совещание заявило в своем обращении, что труды В. И. Ленина являются неиссякаемым источником вдохновения для борьбы против реакции и угнетения, за социализм и мир.

Широкий размах приобрело к этому времени сотрудничество компартий в журнале «Проблемы мира и социализма». К концу 60-х годов в его издании участвовали коммунисты около 70 стран. Он издавался на 26 языках и читался более чем в 140 странах —

320 в истории политической журналистики никакое другое издание не знало подобного размаха ¹. Журнал привлек к себе широкие читательские массы во многих странах, завоевал авторитет у мировой демократической общественности благодаря последовательному отстаиванию идеалов мира и прогресса, разоблачению международной реакции, объективному, с классовых позиций освещению насущных проблем современности. На страницах журнала происходил обмен мнениями по актуальным вопросам международного коммунистического и рабочего движения. Обсуждались изменения в объективных условиях и задачах рабочего класса, важнейшие направления развития революционной теории, стратегии и тактики компартий, вопросы их организационного укрепления. Журнал широко информировал об опыте социалистического строительства, борьбы за мир, за национальное освобождение, социальный прогресс, за демократию и социализм. Особое внимание уделялось проблемам пролетарского интернационализма и единства международного коммунистического движения.

Действенной формой обогащения интернациональных связей братских партий стали регулярно организуемые редакционным советом журнала международные теоретические дискуссии марксистов по актуальным вопросам борьбы за мир и социальный прогресс, научно-теоретические совещания и конференции коммунистов разных стран, создание интернациональных исследовательских групп для изучения многих актуальных вопросов революционного движения. С сентября 1958 по декабрь 1970 г. журнал провел 38 международных обменов мнениями, в которых участвовали представители 70 коммунистических и рабочих партий ². Присущая этим дискуссиям атмосфера демократизма и товарищества позволила добиваться взаимопонимания и в тех случаях, когда у участников имеются разные подходы, не совпадающие точки зрения. Все это сделало журнал подлинно коллективным, глубоко демократичным изданием. Благодаря классовой принципиальности, последовательной борьбе за общее дело коммунистов, верности революционной теории, идеям международной солидарности трудящихся журнал «Проблемы мира и социализма» выдержал проверку временем, способствуя развитию сотрудничества между коммунистическими, рабочими и революционно-демократическими партиями.

¹ См. Э. М. Павлов. Идейно-теоретическое сотрудничество марксистов-ленинцев. Л., 1971, с. 139, 185.

² См. там же, с. 170.

321

Часть II. 70-е — ПЕРВАЯ ПОЛОВИНА 80-х ГОДОВ​

322

Глава четвертая. СОЗИДАТЕЛЬНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ КПСС И СОВЕТСКОГО РАБОЧЕГО КЛАССА В НОВЫХ УСЛОВИЯХ​

В результате многолетней деятельности КПСС, героического труда рабочего класса, колхозного крестьянства, народной интеллигенции советское общество вышло на рубежи, имеющие переломный характер. Во всех сферах жизни назрели качественные перемены, позволившие КПСС выработать стратегическую линию на ускорение социально-экономического развития страны, на преобразование материально-технической базы производства, на совершенствование всей системы общественных отношений, прежде всего экономических, на развитие самого человека, на качественное улучшение материальных условий его жизни и труда, его духовного облика¹.

Важнейшей предпосылкой реализации открывшихся возможностей — без забегания вперед, но и без неоправданного замедления темпов — стало всестороннее осмысление сложившихся реалий, глубокий анализ опыта КПСС и других коммунистических и рабочих партий социалистических стран, подведение прочного теоретического фундамента под стратегию и тактику дальнейшего движения к коммунизму. В результате этого анализа появилась возможность «лучше представить социально-экономические координаты, в которых предстоит действовать»². В центр созидательной деятельности советского народа была поставлена задача всемерного и всестороннего совершенствования социализма, более полного и эффективного использования его возможностей и преимуществ.

Для реализации стратегической линии на достижение нового качественного состояния советского общества КПСС развернула напряженную и разностороннюю работу, способствующую движению вперед, устранению всего, что мешает развитию. Крупными вехами этой работы, способствовавшей утверждению глубоко реалистического понимания сущности развитого социализма, проблем его дальнейшего совершенствования, деловитости в повседневной работе, стали ноябрьский (1982 г.) и последующие Пленумы ЦК КПСС, подготовка новой редакции Программы нашей партии.

¹ См. «Материалы внеочередного Пленума Центрального Комитета КПСС, 11 марта 1985 года». М., 1985, с. 9.

² М. С. Горбачев. Живое творчество народа. М., 1985, с. 7.

323

НОВЫЙ ЭТАП ПРОДВИЖЕНИЯ К КОММУНИЗМУ​

Как показал опыт социалистических преобразований, для осуществления перехода к коммунизму необходим более высокий уровень общественного развития, чем можно было предположить ранее. Именно поэтому обществу победившего социализма предстоит длительный этап прогресса на собственной основе, дальнейшего накопления предпосылок для перехода к высшей, коммунистической стадии, для полного воплощения в действительность социалистического идеала. Развитие социализма на собственной основе позволяет более полно использовать возможности нового строя для значительного ускорения социального прогресса. А вместе с тем возрастает необходимость учитывать тот факт, что в социалистическом обществе, достигшем такого уровня социально-экономической зрелости, существенно возрастают взаимосвязь и взаимозависимость различных сфер общественного бытия — экономики, социальных отношений, политики, идеологии, науки и культуры. Соответственно прогресс социалистического общества на этом этапе не сводится лишь к наращиванию, пусть даже значительному, производительных сил, а требует также постоянного совершенствования производственных и в конечном счете всех общественных отношений, позволяющего до конца раскрыть и использовать объективные возможности и преимущества социализма. При этом перед отдельными социалистическими странами встают столь крупные по своим масштабам проблемы, что их невозможно успешно решать изолированно, только на национальной основе. Поэтому огромное значение приобретает более широкое объединение их усилий, прежде всего в сфере экономики, углубление социалистического разделения труда, развитие социалистической экономической интеграции.

При этом КПСС исходит из необходимости учитывать диалектическое единство «и реальных успехов в социалистическом строительстве, в осуществлении многих экономических, социальных и культурных задач первой фазы коммунизма, и крепнущих ростков коммунистического будущего, и еще не решенных проблем, оставшихся нам от вчерашнего дня» ¹.

Чтобы точнее оценить масштабы, достижения и трудности в решении стратегических задач совершенствования развитого социализма, необходимо учитывать наиболее характерные черты этого этапа первой фазы коммунистической формации.

Прежде всего следует иметь в виду, что экономика развитого социализма по своим качественным и количественным показателям существенно превосходит экономику ранних этапов социалистиче-

¹ Ю. В. Андропов. Учение Карла Маркса и некоторые вопросы социалистического строительства в СССР. М., 1983, с. 24.

324 ского строительства. Высокий уровень производительных сил, большие масштабы материального производства, достигаемые на этом этапе, создают реальную возможность обеспечить такое развитие общественного производства и такое планомерное изменение его структуры, которые позволяют поставить на практическую почву задачу все более полного удовлетворения материальных потребностей людей по научно обоснованным нормам. При этом перспективное значение приобретает повышение качественных показателей благосостояния трудящихся, что особенно важно в условиях ускоренного роста многообразных потребностей населения, изменения их структуры под влиянием культурного и научно-технического прогресса и других факторов.

Для обеспечения этой высшей цели социалистического производства постоянно требуется изыскание возможностей интенсификации хозяйственного роста, повышение эффективности общественного производства как в результате достижения качественно нового уровня развития производительных сил, так и на базе полного и рационального использования имеющегося экономического потенциала. «Только интенсивная экономика, развивающаяся на новейшей научно-технической основе, может служить надежной материальной базой повышения благосостояния трудящихся, успешной реализации стоящих перед обществом социальных задач» ¹.

Коренное преобразование производительных сил на основе использования новых достижений научно-технической революции, превращение науки в непосредственную производительную силу, стремительное и взаимодополняющее развитие науки и производства, их сращивание в единый комплекс оказывают воздействие на все стороны жизни общества и человека. Конечно, это явление всемирное, глобальное. Однако при социализме НТР подчинена целям наиболее полного удовлетворения материальных и духовных потребностей народа.

С одной стороны, НТР обеспечивает осуществление комплексной механизации и автоматизации основных производственных процессов, внедрение трудо-, энерго- и материалосберегающих и безотходных технологий. Все это служит объективной предпосылкой кардинального повышения производительности труда, без чего невозможно решение проблем существенного повышения уровня жизни народных масс. С другой стороны, НТР оказывает все большее влияние на характер и содержание человеческого труда.

«Современное производство ориентировано на инициативно мыслящего работника, высокоорганизованного, дисциплинированного, образованного, обладающего принципиально новой техно-

¹ М. С. Горбачев. Живое творчество народа, с. 19.

325 логической культурой» ¹. В самой структуре деятельности все более широкого круга трудящихся возрастает элемент творчества, инициативы, личной ответственности. Труд все в большей степени сочетает в себе как две неразрывные стороны физическую и умственную деятельность; в условиях социализма это ведет к коренному преобразованию самого способа трудовой деятельности и усиливает тенденцию к ее превращению в первейшую жизненную потребность.

Тем большее значение имеет воздействие на этот процесс коммунистических и рабочих партий, осуществляющих руководство построением и совершенствованием развитого социалистического общества. Это воздействие осуществляется по нескольким направлениям.

Во-первых, совершенствуются все уровни подготовки работников общественного производства (общеобразовательная школа, учебные заведения профессионально-технического, среднего специального и высшего образования, переподготовка кадров и повышение их квалификации непосредственно на производстве). Главное направление такого совершенствования состоит в том, чтобы учесть не только текущие интересы производства, но и перспективные потребности экономики в работниках, чья подготовка адекватна производственным условиям «завтрашнего» и даже «послезавтрашнего» дня.

Во-вторых, принимаются меры для систематической модернизации целых отраслей народного хозяйства и отдельных предприятий, важнейшим элементом которой является ликвидация ручного, тяжелого физического, малоквалифицированного, монотонного труда.

В-третьих, при разработке научно-технической политики предпочтение отдается таким решениям, которые наряду с обеспечением экономической эффективности способствуют прогрессивным изменениям в характере и содержании труда.

Создание материально-производственной базы развитого социализма вместе с тем обусловлено в огромной степени такими преобразованиями производственных отношений, которые соответствуют происходящим и проектируемым сдвигам в развитии производительных сил. В противном случае происходит торможение дальнейшего роста производства и повышения его эффективности.

Речь идет об обоих аспектах производственных отношений — и как способа присвоения (или отношений собственности, которые характеризуют направленность развития общественного производства, его цель, определяют содержание всех общественных отношений в рамках соответствующей формации), и как способа хозяйствования (или отношений хозяйствования, раскрывающих

¹ М. С. Горбачев. Живое творчество народа, с. 23.

326 механизм организации общественного производства, посредством которого экономически реализуется данный способ присвоения).

Та сторона производственных отношений, которую образует способ (тип) присвоения, присущий социализму и обусловленный установлением общественной собственности на средства производства, в принципе соответствует общественному же характеру производительных сил и потому не подвержена сколько-нибудь радикальным модификациям на протяжении всей социалистической фазы развития. Тем не менее и на этапе развитого социализма происходит все более тесное сближение двух основных социалистических форм собственности на средства производства — государственной и кооперативной, совершенствование распределительных отношений, развитие социалистического соревнования ¹.

Основу сближения всех социалистических форм собственности и последующего (в перспективе) их слияния в единую, общенародную собственность образует не механическое их соединение, а хозяйственная, прежде всего агропромышленная, интеграция, которая в каждой из социалистических стран на различных этапах их развития может и будет осуществляться по-разному. В контексте этой проблемы следует рассматривать и вопрос о развитии и органичном включении в единый народнохозяйственный комплекс различных видов индивидуальной деятельности граждан, основу которой образуют их личный труд, их свободное время и их личная собственность ².

Практической реализацией господствующего в социалистическом обществе способа присвоения является участие всего трудоспособного населения в общественно полезном труде и распределение произведенных материальных благ в соответствии с трудовым вкладом каждого работника в их производство. Необходимость совершенствования распределительных отношений по принципу «От каждого — по способности, каждому — по труду» определяется как тем, что это один из важнейших факторов движения к все более полному социальному равенству, так и тем, что этот принцип служит одним из главных рычагов развития социалистической экономики. Поэтому из практики распределительных отношений при социализме должны систематически и решительно исключаться как

¹ См. «Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС, 14—15 июня 1983 года». М., 1983, с. 11—13.

² Как известно, в соответствии со статьей 17 Конституции СССР, принятой в 1977 г., «допускаются индивидуальная трудовая деятельность в сфере кустарно-ремесленных промыслов, сельского хозяйства, бытового обслуживания населения, а также другие виды деятельности, основанные исключительно на личном труде граждан и членов их семей». Аналогичные конституционные гарантии индивидуальной трудовой деятельности сформулированы и в других социалистических странах.

327 различные формы нетрудовых доходов, так и такие ограничения трудовых доходов, которые обычно принимают форму уравниловки.

В свою очередь в социалистическом обществе огромное значение для «персонализации» отношений собственности непосредственно в сфере труда имеет развертывание массового, всенародного социалистического соревнования, которое позволяет «втянуть действительно большинство трудящихся на арену такой работы, где они могут проявить себя, развернуть свои способности, обнаружить таланты...» ¹. В соревновании работник практически осуществляет свои права хозяина (совладельца) средств производства, и, чем выше уровень соревнования, тем больший простор для прогресса общественного производства дают социалистические производственные отношения.

Особенно большое значение для поддержания динамичного соответствия между конкретными формами производственных отношений и непрерывно растущим уровнем производительных сил социалистического общества имеет совершенствование хозяйственного механизма, т. е. отношений хозяйствования, посредством которых экономически реализуется общественная собственность на средства производства. Это соответствие в условиях социализма не достигается спонтанно, само собой. Поэтому формирование и регулирование эффективно функционирующего хозяйственного механизма — одно из центральных направлений в деятельности коммунистических и рабочих партий, руководящих построением и совершенствованием развитого социализма.

Эффективность функционирования хозяйственного механизма, включающего конкретные формы организации общественного производства, систему организационно-экономических отношений и хозяйственных связей, формы и методы планового управления народным хозяйством, в решающей степени зависит от его адекватности, с одной стороны, коренным принципам социализма и характеру общественной собственности, а с другой — особенностям экономического развития социалистических стран на том или ином его этапе. Как отступление от социалистических принципов организации хозяйственного механизма, так и сохранение в изменяющихся условиях устаревших, отживших свой век конкретных форм управления препятствуют использованию в должной мере преимуществ и потенциальных возможностей экономики социализма.

Совершенствование хозяйственного механизма должно обеспечивать максимально благоприятные возможности для плодотворной, творческой работы всех трудящихся и каждого трудового коллектива. Речь идет о создании такой системы планирования и управления экономикой, которая стала бы своего рода самонастраивающимся механизмом, способным реагировать на постоянно

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 35, с. 195.

328 меняющиеся условия развития народного хозяйства каждой социалистической страны и всего социалистического мирового хозяйства.

Опыт функционирования народнохозяйственных комплексов социалистических стран свидетельствует также о том, что в условиях расширения масштабов хозяйственной деятельности, повышения уровня организационно-технологического обобществления производства, все более основательного соединения науки с производством важной предпосылкой совершенствования производственных отношений является такое изменение соотношений между централизмом и местной инициативой в управлении экономикой, при котором за центральными плановыми и руководящими органами народного хозяйства остается решение фундаментальных проблем экономического развития, а первичным хозяйственным единицам (предприятиям и их объединениям) делегируются функции оперативного руководства производственной деятельностью. Подобная модель управления социалистическим народным хозяйством — при всем возможном разнообразии ее теоретических трактовок и практических вариантов — придает большее значение экономическим и меньшее административным мерам воздействия на хозяйственную деятельность и потому способствует усилению социалистического соревнования и социалистической предприимчивости.

Одной из коренных проблем революционного преобразования общественной жизни на началах социализма, как известно, является ликвидация социального неравенства людей, построение социально однородного общества. «Эта великая цель, которую наметили в теории, о которой мечтали несколько поколений коммунистов», в условиях развитого социализма стала «вопросом непосредственной практики» ¹. Полная социальная однородность может быть достигнута лишь с построением коммунистического общества. Однако продвижение к коммунизму во многом зависит от того, сколь успешно задача преодоления социально значимых различий решается в исторических рамках зрелого социализма.

Объективный процесс наполнения интеллектуальным, творческим содержанием труда все большего числа работников, занятых в народном хозяйстве, дает твердую опору для постепенного преодоления старого разделения труда, которое является наиболее устойчивым источником сохранения социальной дифференциации членов социалистического общества.

Становлению социальной однородности общества способствуют также его культурный прогресс, рост благосостояния трудящихся и членов их семей, преодоление существенных различий между ус-

¹ «Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС, 14—15 июня 1983 года», с. 15.

329 ловиями жизни в населенных пунктах разного типа и разной величины, прежде всего различий между городом и деревней. Эти объективные процессы ставят все более широкий круг трудящихся в социально близкие условия повседневной деятельности, реализации жизненных планов. Однако объективность этих процессов не означает, что они развиваются стихийно. Важнейшую их предпосылку образует социальная политика правящих коммунистических и рабочих партий, содержанием и конечной целью которой является достижение полного социального равенства в соответствии с присущими социалистическому строю представлениями о социальной справедливости.

Ведущей силой процесса становления бесклассового общества, его, говоря словами Маркса, «социальным разумом и социальным сердцем» был и остается современный рабочий класс ¹. Он является массовым гарантом построения социально однородного общества благодаря следующим отмеченным В. И. Лениным основным качествам: 1) этот класс обучен, объединен, воспитан, закален десятилетиями экономической, политической и идеологической борьбы с капиталом; 2) он усвоил всю городскую, крупнопромышленную культуру, имеет решимость и способность отстоять ее, сохранить и развить дальше ее завоевания, сделать ее доступной всему народу, всем трудящимся; 3) он способен вынести все тяжести, испытания, невзгоды, великие жертвы, неизбежно возлагаемые историей на него как на передового борца, который рвет с прошлым и смело пробивает себе дорогу к новому будущему; 4) в лице своей лучшей части рабочий класс полон ненависти и презрения ко всему мещанскому и филистерскому, к обывательским чертам и привычкам, столь свойственным мелкобуржуазной среде; 5) особую силу рабочему классу придает то, что он прошел закаляющую школу труда, умеет внушить уважение к своей трудоспособности всякому трудящемуся, всякому честному человеку ². Эти свойства рабочего класса находят концентрированное воплощение в деятельности созданной им и выражающей его коренные интересы революционной марксистско-ленинской партии.

Рабочий класс выступает естественным носителем социалистической идеологии и общественных отношений сотрудничества и взаимопомощи свободных от эксплуатации людей, наиболее последовательным борцом за осуществление целей, идеалов коммунизма. Его политический облик и коллективистская психология становятся своего рода эталоном для всех социальных групп в условиях социализма. К тому же в развитом социалистическом обществе рабочий класс — это большинство трудового народа.

Социалистический рабочий класс держит в своих руках могу-

¹ См. «Материалы XXVI съезда КПСС». М., 1981, с. 53.

² См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 38, с. 387—388.

330 чую современную индустрию — решающую основу развития производительных сил, а тем самым и повышения благосостояния всех членов общества. Он создает наибольшую часть общественного продукта, связан с новейшей техникой и технологией, трудится в тех отраслях, от которых зависит научно-технический прогресс и откуда он распространяется на все другие отрасли хозяйства. В частности, все более заметную роль играет отряд рабочего класса, занятый в научной (опытно-экспериментальной) подготовке производства — связующем звене между наукой и производством.

Рабочий класс объединен крупнопромышленной организацией производства и соответствующей дисциплиной, связан с современными технологическими процессами, требующими высокой степени концентрации усилий и координации трудовой деятельности. Это такая категория работников социалистического производства, труд которой все больше наполняется интеллектуальным содержанием. Для современного рабочего типичным становится совмещение функций физического и умственного труда. Рабочий класс всем своим бытием, свершениями утверждает себя как активного проводника научно-технической революции, выступает — наряду с кооперированным колхозным крестьянством и народной интеллигенцией — носителем интеллектуального потенциала социалистического общества.

В союзе с рабочим классом и под его руководством громадную качественную эволюцию проделывает крестьянство. Уже на этапе строительства основ социализма оно из мелкособственнического класса с ярко выраженной частнокапиталистической тенденцией превратилось в класс, объективные условия развития которого способствуют выработке навыков коллективного труда и коллективистской психологии. В условиях развитого социализма, по мере того как происходит всесторонняя механизация сельскохозяйственного труда и внедрение в сельское хозяйство принципов индустриального производства, на основе сближения государственной и колхозно-кооперативной форм собственности колхозное крестьянство все больше обретает сходство с рабочим классом.

Происходящие в народном хозяйстве развитого социалистического общества процессы, обусловленные развертыванием НТР, вкупе с интенсивным ростом образовательного и культурно-технического уровня широких масс, неизбежно способствуют интеллектуализации все новых видов труда, и это постоянно и существенно уменьшает социально значимые различия между интеллигенцией и другими группами трудящихся. В том же направлении действует массовое пополнение всех категорий работников умственного труда из среды рабочих и крестьян, в результате чего интеллигенция, которая когда-то была небольшой общественной прослойкой, превращается в весьма значительную, быстро растущую социальную группу. К тому же умственный труд в области науки и

331 техники во все больших объемах становится производительным. А это ведет к тому, что, не отличаясь от рабочего класса своим отношением к средствам производства, определенная часть инженеров и техников, прямо участвующая в технологическом процессе, все теснее сближается, по сути сращивается с соответствующими категориями промышленно-производственных рабочих.

Происходящее различными путями взаимопроникновение классов и слоев трудящихся (в частности, через социальную мобильность), их спайка друг с другом позволяют говорить об углублении процесса «социальной диффузии», свидетельствующего о создании предпосылок бесклассового общества.

Другим важным признаком развитого социализма, характерным для СССР, но имеющим огромное значение для понимания тенденций упрочения социальной однородности общества во всех многонациональных странах, является возникновение новой исторической, социальной и интернациональной общности — советского народа. В жизни всех наций и народностей Советского Союза утвердились единые нормы социалистического общежития, коллективистской морали. Национально-специфические особенности сохраняются, но это те черты, которые не противоречат имеющим принципиальное значение социальным нормам развитого социализма. При социально-политическом и идейном единстве, в условиях сплочения народного хозяйства всех союзных и автономных республик в единый народнохозяйственный комплекс такие особенности выступают не как черты или свидетельства обособленности данной национальности, а как частички многообразной социалистической культуры советского народа.

Эта новая, специфичная именно для социализма общность людей находится еще на начальной стадии своей истории. Поэтому одним из важных направлений совершенствования развитого социалистического общества в СССР является дальнейший прогресс всей системы межнациональных отношений. Их развитие как отношений последовательно интернационалистского типа постоянно находится в поле зрения КПСС, которая, с одной стороны, выступает «против тенденций, направленных на искусственное стирание национальных особенностей», а с другой — считает «недопустимым искусственное их раздувание» ¹.

Поскольку в развитом социалистическом обществе интересы всех групп трудящихся во все большей степени соответствуют социалистическим интересам и идеалам рабочего класса, существенные изменения претерпевают важнейшие элементы политической системы социализма: государство диктатуры пролетариата перерастает в общенародное государство, а коммунистическая партия, сохранив свой классовый характер и оставаясь по своей иде-

¹ «Материалы XXVI съезда КПСС», с. 57.

332 ологии партией рабочего класса, превращается в партию всего народа. Приобретаемый ими всенародный характер накладывает отпечаток как на их деятельность, так и на облик всей политической организации общества. Одной из коренных задач политики коммунистической партии становится «дальнейшее совершенствование и развитие демократии, всей системы социалистического самоуправления народа» ¹. Соответственно часть функций центральных органов передается местным органам власти, часть государственных функций переходит к общественным организациям, расширяется непосредственное участие масс в управлении делами общества и всех его ячеек. Эта работа завершится в перспективе, в условиях становления общественных отношений собственно коммунистического типа, но сам этот процесс является важным аспектом совершенствования развитого социализма, причем он «обусловлен и материальными возможностями общества, и уровнем политического сознания и культуры масс» ².

Его развитие во многом связано с тем, в какой мере сами трудящиеся осуществляют свои властные функции, в каких сферах жизни общества и в каком объеме они принимают окончательные решения (на предприятиях, в местном масштабе, в общегосударственном плане), иначе говоря, в какой степени власть «для трудящихся» через посредство их представителей становится властью непосредственно «через трудящихся» ³. Поэтому КПСС исходит в своей деятельности из того, что решить сложные и масштабные задачи совершенствования развитого социализма можно «только опираясь на живое творчество народа, на его разум, талант и труд»; что для этого необходимо «постоянно развивать инициативу и энергию рабочего класса, крестьянства и интеллигенции» ⁴, заботиться как о постоянном расширении массы трудящихся, участвующих в выработке и принятии управленческих решений, так и о расширении объема функций власти, реализуемых самими трудящимися.

Одним из ключевых вопросов упрочения и развития власти всего народа является проблема оптимального соотношения демократии и централизма — в соответствии с принципом демократического централизма как основополагающим принципом функционирования политической организации на всех этапах продвижения

¹ «Материалы внеочередного Пленума Центрального Комитета КПСС, 11 марта 1985 года», с. 10.

⁴ М. С. Горбачев. О созыве очередного XXVII съезда КПСС и задачах, связанных с его подготовкой и проведением. Доклад на Пленуме Центрального Комитета КПСС 23 апреля 1985 года. — «Правда», 24 апреля 1985 г.

333 от капитализма к коммунизму. Правильное решение этой задачи — важнейшее условие дальнейшего повышения политической и производственной активности трудящихся, ускорения общественного прогресса, формирования социалистической личности. Многое в ее решении зависит от того, как реализуются политические права трудящихся на уровне первичных ячеек социалистического общества, прежде всего в производственных коллективах, где практически вполне возможно и в действительности постоянно усиливается прямое, непосредственное участие трудящихся в решении многих вопросов работы предприятия и его подразделений.

Важнейшим фактором повышения активности трудящихся и вообще дальнейшего совершенствования развитого социалистического общества является авангардная деятельность правящих марксистско-ленинских партий, их умение правильно учитывать и выражать интересы как всего народа, так и отдельных его групп и слоев, формулировать на этой основе перспективные цели и текущие задачи общественного развития. Именно поэтому «в период развитого социализма роль партии в жизни общества возрастает»¹.

Все достижения и успехи в строительстве и совершенствовании развитого социализма так или иначе отражаются в укладе жизни трудящихся масс, в динамике социалистического образа жизни. Более того, в определенном смысле можно утверждать, что действительными достижениями нового строя можно считать лишь те из них, которые закреплены в образе жизни больших масс населения. Ликвидируя классово антагонистический характер отношений собственности, материального и духовного производства, разделения труда, политической власти и управления, социализм тем самым коренным образом изменяет способ жизнедеятельности людей, всю совокупность условий их жизни. Он впервые закладывает основу такого существования людей, которое свободно от разделявших их ранее сословных, классовых, социальных барьеров и перегородок, которое предоставляет каждому равные возможности для собственного развития и совершенствования².

При социализме образ жизни людей определяется новым типом человеческой деятельности, иным, чем прежде, характером труда. И дело не только в том, что социализм провозгласил труд первой обязанностью человека перед обществом, его важнейшим общественным долгом; он придал труду принципиально новый

¹ «Материалы XXVI съезда КПСС», с. 68.

² Подробнее о социалистическом образе жизни см.: В. И. Толстых. Образ жизни: понятие, реальность, проблемы. М., 1975; Э. В. Струков. Социалистический образ жизни. Теоретические и идейно-воспитательные проблемы. М., 1977; А. П. Бутенко. Социалистический образ жизни: проблемы и суждения. М., 1978; «Проблемы социалистического образа жизни». М., 1982, и др.

334 смысл и содержание, превратил его из средства поддержания жизнедеятельности в условие подлинно человеческого существования, свободного и всестороннего развития личности. Труд как основная сфера участия человека в историческом движении, в общественном развитии составляет наиболее отличительную черту социалистического образа жизни ¹.

Обогащение труда в условиях социализма сказывается в конечном счете на всех сферах человеческого бытия: привычках, мотивах, ценностных ориентирах поведения людей в рабочее и нерабочее время. Человек, занятый свободным содержательным трудом, «как правило, проявляет и бо́льшую инициативу, ответственность за порученное дело. Он получает дополнительные возможности для учебы и отдыха, для участия в общественной деятельности, управлении производством. Тем самым он может полнее осуществлять и свои политические, демократические права... права полновластных хозяев своего общества, своего государства» ².

Главной ячейкой взаимосвязи и взаимодействия личности с обществом является трудовой коллектив, где «совместный труд осуществляется на началах товарищеского сотрудничества и взаимопомощи, обеспечивается единство государственных, общественных и личных интересов, утверждается принцип ответственности каждого перед коллективом и коллектива за каждого работника» ³. Участие в созидательном труде на благо всего общества и принадлежность к коллективу, объединяющему людей не только общностью производственных задач, но также единством цели, интересов и идеалов, чувством солидарности и т. д., наполняют повседневную жизнь человека богатством общественных связей и отношений, освобождая ее от узости, замкнутости и обособленности.

Ценности коллективного созидательного труда определяющим образом воздействуют на характер жизнедеятельности подавляющего большинства членов социалистического общества как в силу объективного положения рабочего класса в системе общественных отношений, так и под воздействием идейно-воспитательной работы коммунистических и рабочих партий. Дальнейшее возрастание ведущей роли рабочего класса как силы, формирующей новый, социалистический тип общественных отношений и новый, коллективистский уклад жизни народных масс, — одно из главных направлений совершенствования развитого социализма.

¹ Подробнее см.: «Социалистическое общество: социально-философские проблемы современного советского общества». М., 1975; Р. И. Косолапов. Социализм: к вопросам теории. М., 1979.

³ «Закон Союза Советских Социалистических Республик о трудовых коллективах и повышении их роли в управлении предприятиями, учреждениями, организациями». М., 1983, с. 1.

335 Социалистические общественные отношения пробуждают и воспитывают у людей чувства социальной общности, взаимного уважения, требовательности и ответственности, активное и заинтересованное отношение к окружающему миру и проблемам общественного развития страны. Среди факторов, формирующих подобное отношение к окружающему миру, следует особо выделить феномен, ставший массовой привычкой и чертой именно социалистического уклада жизни, — добровольное и сознательное участие людей в общественной деятельности. Именно социализм пробуждает массы людей от будничного, апатичного существования к жизни социально активной, наполненной высокими целями и устремлениями, массовым героизмом и воодушевлением.

Коллективистский характер социалистического уклада общежития не имеет ничего общего с мелочной регламентацией быта, вкусов, с аскетическим ограничением и ущемлением потребительских запросов людей, с толкованием «бедности» и «уравниловки» как синонимов социализма. Напротив, удовлетворяя растущие потребности людей и предоставляя личности все более широкие возможности для проявления инициативы и творческих потенций во всех сферах ее жизнедеятельности, социалистическое общество постоянно расширяет свободу каждого его члена в области индивидуального выбора и принятия решения, полагаясь не только на регламентирующие требования права и морали, но и на высокую сознательность самого человека, для которого выполнение этих требований становится привычкой, его «второй натурой».

Соответствуя потребностям формирования и развития каждой человеческой индивидуальности, социалистический (коллективистский) уклад жизни проявляет свой гуманный характер и практический демократизм, создавая наиболее благоприятные возможности всем членам общества для культурного роста и духовного подъема, всестороннего применения ими своих творческих сил и способностей, расширяя сферы реального участия масс в управлении государством и общественными делами, ориентируя общественный прогресс на всестороннее развитие личности.

Конечно, социалистический образ жизни в его реальном состоянии отражает существующую в обществе социальную и культурную дифференциацию его членов, накладывающую свой отпечаток и на характер жизнедеятельности людей. Например, различия в культуре города и деревни отражаются на характере бытового уклада, межличностных связей и формах проведения досуга городскими и сельскими жителями, порождая определенную пестроту культурных запросов и потребностей, ценностных ориентаций и поведенческих установок. Вместе с тем на практике достаточно долго сохраняются такие явления, как тунеядство и паразитизм, неорганизованность, недисциплинированность и бескультурье, на почве которых произрастают пьянство и другие антиобщест-

336 венные поступки, как инертное отношение части населения к участию в общественно-политической жизни страны и т. п. Это связано с тем, что формирование и развитие социалистического образа жизни представляют собой длительный и сложный процесс, предполагающий преодоление обычаев и привычек, укоренявшихся веками и потому трудно поддающихся переделке. Поэтому важнейшим фактором утверждения норм и принципов социалистического образа жизни является активная жизненная позиция коммунистов, всей массы передовых рабочих, колхозников, работников умственного труда.

Вообще развитое социалистическое общество, в особенности в начале этого исторического этапа, не может быть вполне законченной во всех отношениях социальной системой, избавленной от диспропорций, трудностей и недостатков. Так, советское общество, будучи обществом развитого социализма, высшей ступенью человеческой цивилизации на сегодня, вовсе не является совершенным. В нем еще немало противоречий, порожденных объективными трудностями; есть и недостатки, вызванные субъективными причинами. Предстоит еще многое сделать, чтобы социализм в нашей стране стал во всех отношениях развитым. Этим определяется содержание многоплановой работы КПСС, всего советского народа на современном этапе.

ОСНОВНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ СОЦИАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ РАБОЧЕГО КЛАССА СССР​

Важнейшей предпосылкой решения задачи совершенствования развитого социалистического общества является продолжающееся возрастание роли рабочего класса как ведущей социальной силы общественного прогресса. Эта роль обусловлена объективными факторами, в том числе продолжающимся увеличением удельного веса рабочего класса как во всем, так и в занятом населении страны. Поэтому существенной характеристикой социального развития рабочего класса СССР на современном этапе является его количественный рост: среднегодовая численность рабочих (вместе с приравненными к ним категориями обслуживающего персонала) повысилась с 46,2 млн. в 1960 г. до 81,3 млн. в 1984 г., или в 1,76 раза, а рабочих и служащих — с 62 млн. до 116,7 млн. И хотя как абсолютный, так и относительный прирост их численности от десятилетия к десятилетию снижался (см. табл. 1), все же удельный вес рабочих в занятом населении СССР за это время увеличился с 55 до 63 %, а удельный вес рабочих и служащих вместе — с 74 до 90 % ¹.

¹ См. «СССР в цифрах в 1984 году». М., 1985, с. 179—181; «Вестник статистики», 1980, № 8, с. 75—76.

337 Таблица 1

Изменение среднегодовой численности рабочих и служащих в народном хозяйстве СССР в 1950—1984 гг. *

* За 1950—1955 гг. в число рабочих и служащих включены члены бывших артелей промкооперации, переданных в 1959 г. в систему государственных предприятий (в 1959 г. их было 1,4 млн. человек).

** Согласно современной классификации занятий, применяющейся после 1979 г. (в 1950 г., согласно классификации, применявшейся до 1970 г., рабочих было 27,2 млн., в 1960 г. — 44,4 млн., в 1970 г. — 62 млн.).

Источники: «СССР в цифрах в 1984 году», с. 179—181; «Народное хозяйство СССР в 1970 г.». М., 1971, с. 509.

Главным источником пополнения советского рабочего класса длительное время было крестьянство. Это из его рядов в годы строительства основ социализма и построения развитого социалистического общества вышло подавляющее большинство новых рабочих, многократно превышавших численность рабочего класса на исходных рубежах реконструкции народного хозяйства СССР. Однако на современном этапе роль крестьянства (колхозников) как источника дополнительного количественного роста рабочего класса существенно уменьшилась и модифицировалась. Правда, деревня в целом все еще обеспечивает значительный приток новых кадров в городские отряды рабочего класса: в 70-х годах более 50 % всего прироста городского населения приходилось на переселенцев из села и жителей сел, преобразованных в города ¹. Однако социальный состав сельского населения ныне уже не тот, что был

¹ См. «Население СССР. По данным Всесоюзной переписи населения 1979 г.». М., 1980, с. 3.

338 несколько десятилетий назад, когда на долю крестьянства приходилось подавляющее его большинство; сейчас лишь немногим более ¹/₃ жителей села и менее ¹/₃ всех работников, живущих в сельской местности, связано с колхозным сектором народного хозяйства, а остальные — с государственным. Соответственно в составе сельского населения существенно увеличилась доля рабочих: в 1959 г.— 32,5%, в 1970 г.— 44,9, в 1979 г.— 51,3% ¹.

В результате главным источником формирования новых рабочих кадров на современном этапе стал сам рабочий класс, и теперь потомственные рабочие, плоть от плоти своего класса, составляют большую и всевозрастающую прослойку рабочего класса. Эту тенденцию хорошо отражают данные специальных социологических исследований. Одно из них, проведенное Институтом международного рабочего движения АН СССР в конце 60-х годов и повторно 10 лет спустя — в конце 70-х годов — в типичном промышленном центре европейской части СССР — Таганроге, показало, что среди рабочих, вступивших в трудовую деятельность преимущественно в 30-х годах и в первую половину 40-х годов, выходцев из рабочих и из колхозников было по 45—50%; в поколении, чья трудовая биография начиналась во второй половине 40-х и в 50-х годах, дети рабочих составляли немногим меньше 60%, тогда как дети колхозников — около 30%; поколение рабочих 60-х годов состояло на ²/₃ из детей рабочих, на долю же выходцев из колхозной деревни приходилось менее 20%. Сегодня эта тенденция особенно заметна: доля выходцев из семей колхозников и рабочих совхозов в составе таганрогских рабочих, начавших трудиться в 70-х годах, не превышает 10—15%.

Одновременно с достижением нынешнего уровня численности рабочего класса — и на базе этого процесса — происходят качественные изменения в его отраслевой и территориальной структурах, обеспечивающие современный курс экономического и социального развития страны. Возрастает удельный вес рабочих, занятых, с одной стороны, в тех отраслях народного хозяйства, где непосредственно решаются задачи, связанные с повышением уровня жизни народа, а с другой — в отраслях и производствах, имеющих первостепенное значение для перевода всей нашей экономики на новейшую техническую и технологическую базу.

Так, на протяжении последних 20—25 лет заметно выше средних были темпы роста численности рабочих в отраслях социальной инфраструктуры; в результате их удельный вес в 1961—1983 гг. повысился с 19 до 25%, тогда как рост отрядов рабочего класса,

¹ См. «Итоги Всесоюзной переписи населения 1970 года», т. 5. М., 1973, с. 9; «Численность и состав населения СССР. По данным Всесоюзной переписи населения 1979 года». М., 1984, с. 155.

339 занятых в индустриальных отраслях материального производства (промышленность, строительство, транспорт), проходил медленнее, и потому их доля уменьшилась с 66 до 61%, в том числе доля занятых в промышленности — с 43 до 38%¹.

Снижение удельного веса промышленного отряда рабочего класса — это всего лишь относительное уменьшение его численности, но не роли в экономике, во всех сферах общественной жизни страны. Да и в количественном отношении это по-прежнему наиболее крупный его отряд. К тому же в промышленности рельефнее протекает процесс концентрации рабочих на крупных и крупнейших предприятиях,— процесс, с которым марксистская исследовательская мысль традиционно связывала усиление организованности и дисциплинированности рабочего класса, повышение его готовности и способности к революционно-преобразующей деятельности.

Превращение отраслей социальной инфраструктуры в одну из главных сфер производственной деятельности рабочего класса порождает немалые проблемы и трудности. В частности, здесь низок и медленно повышается уровень концентрации большинства работников: на одном предприятии розничной торговли и общественного питания в 1965 г. было занято в среднем 4—5, в 1983 г.— 6—8 работников, а в бытовом обслуживании — соответственно 6—7 и 9—10 работников². Но в целом быстрый рост численности рабочих в отрядах обслуживания существенно раздвигает горизонты созидательной деятельности рабочего класса, расширяет средства его воздействия на социальную реальность.

Создание многомиллионного отряда сельскохозяйственных рабочих обусловило превращение рабочего класса в важнейший элемент сельского населения. Конечно, в сельской местности живет и трудится меньшая и относительно уменьшающаяся часть рабочих. Однако, во-первых, растет их абсолютная численность (в 1959 г.— 15,6 млн., в 1970 г.— 20,4 млн., в 1979 г.— 24 млн., т. е. более чем полуторное увеличение). Во-вторых, еще быстрее повышается их удельный вес в занятом сельском населении: в 1959 г.— 29,4%, в 1970 г. уже 46,1, в 1979 г.— 52,8%³.

Рост численности сельских рабочих связан прежде всего с тем, что на протяжении послевоенного периода, включая первую половину 80-х годов, происходило увеличение числа рабочих совхозов и других государственных сельскохозяйственных пред-

¹ См. «Народное хозяйство СССР в 1983 г.». М., 1984, с. 388.

³ См. «Итоги Всесоюзной переписи населения 1970 года», т. 5, с. 27; «Численность и состав населения СССР. По данным Всесоюзной переписи населения 1979 года», с. 156.

340 приятий; к середине 80-х годов совхозный отряд рабочего класса объединил около 10 млн. человек (в 1984 г.— 9,9 млн.)¹. Вместе с тем важно иметь в виду, что еще больше сельских рабочих занято на предприятиях промышленности и строительства, транспорта и связи, материально-бытового обслуживания, расположенных как в сельской местности, так и в городах и поселках городского типа. Следовательно, сферой развития и объектом деятельности рабочего класса наряду с городом стала также и деревня.

Серьезной предпосылкой повышения роли рабочего класса в экономике страны служат также прогрессивные сдвиги в содержании труда и профессиональном составе рабочих кадров, быстрое повышение их культурно-технического уровня, которое обусловлено двумя группами факторов. Первая связана с изменениями материальной базы производства в результате научно-технического прогресса, вторая — с подъемом общего и профессионального образования. Оба этих процесса приобретают ускорение с развертыванием научно-технической революции. В то же время само развитие общей и производственной культуры рабочего класса становится непреложным условием расширения масштабов научно-технической революции и ее преобразующего воздействия на все стороны общественной жизни.

Содержание труда современного рабочего развивается в двух важнейших направлениях. Первое — это все более широкое распространение индустриального труда за счет сокращения доли труда доиндустриального (домашнего) типа; второе — изменения, происходящие в содержании самого индустриального труда на базе комплексной механизации и автоматизации. И то и другое меняет самый характер труда рабочих.

Вытеснение доиндустриальных видов труда (где лишь иногда применяются простые орудия и приспособления, а в основе профессиональной подготовки лежит не столько система знаний о производстве, сколько практический опыт, навык) трудом индустриальным осуществляется по мере внедрения в промышленность и строительство, сельское хозяйство, на транспорт и в обслуживание процессов механизации и индустриальных форм организации труда и производства. В результате в народном хозяйстве постоянно увеличивается доля рабочих, занятых трудом при помощи машин и механизмов, наблюдением за работой автоматов, а также ремонтников и наладчиков. Например, в конце 50-х годов 36% промышленных рабочих были заняты трудом с помощью машин и еще 9,5% — их ремонтом, наладкой и т. п.; в 1972 г. соответствующие показатели составили уже 44 и около 13%; в начале 80-х годов на долю первой категории приходилось около половины всех промышленных рабочих, а на долю второй — 13—14%. В других

¹ См. «СССР в цифрах в 1984 г.», с. 180—181.

341 отраслях материального производства доля рабочих, занятых трудом на машинах и механизмах или их ремонтом и наладкой, пока еще заметно ниже, но общая тенденция и здесь та же ¹.

В соответствии с этой тенденцией изменяется соотношение различных профессиональных групп рабочего класса. В промышленности особенно быстро увеличивается число наладчиков и настройщиков станков и автоматов, слесарей и электрослесарей, электромонтеров и т. п. Уже в 50-х, а тем более в 60-х годах темпы их прироста были выше средних: в 1972 г. на долю рабочих этих профессий приходилось 20% всех промышленных рабочих, тогда как в 1948 г. лишь около 10% ². В строительстве быстро растет доля рабочих тех профессий, которые порождены его индустриализацией; так, если в 1959 г. машинисты, мотористы и их помощники, монтажники, слесари, электромонтеры, электрогазосварщики и др., а также шоферы составляли 24,4% всех строительных рабочих, то в 1975 г. уже 44,1% ³. Возрастает и удельный вес работников механизированного труда в сельском хозяйстве, прежде всего трактористов, шоферов, комбайнеров, чей труд по своему типу приближается к труду индустриальных рабочих; в 1960 г. на их долю приходилось 13,8% всех рабочих сельского хозяйства, в 1970 г. — 17,3, а в 1983 г. — 23,8% ⁴.

В то же время для таких традиционных профессий доиндустриального труда, как разнорабочий, стрелочник, грузчик, монтер пути, землекоп и т. п., характерна устойчивая тенденция к замедлению роста численности или даже к ее уменьшению ⁵. Вместе с тем и в доиндустриальных видах труда стали применяться средства так называемой малой механизации, не меняющие содержания труда, но облегчающие его, улучшающие условия и т. д. И все же в промышленности, строительстве, сельском хозяйстве еще велика доля неквалифицированных и малоквалифицированных рабочих. Так, в промышленности малоквалифицированным ручным трудом даже в начале 80-х годов было занято почти 10 млн. человек, к тому же сокращение их относительной доли идет медленно. В строительстве абсолютное число рабочих, занятых ручным трудом не при

¹ См. «СССР в цифрах в 1973 г.». М., 1974, с. 166; В. В. Кревневич. Влияние научно-технического прогресса на изменение структуры рабочего класса СССР. Итоги и перспективы. М., 1971, с. 82; О. И. Шафранова. Рациональное использование трудовых ресурсов — неотложная задача. М., 1980, с. 35; «Вестник статистики», 1985, № 4, с. 33.

⁵ См. «Итоги Всесоюзной переписи населения 1970 года», т. 6. М., 1973, с. 14—20.

342 машинах и механизмах, в 1965 г. составило 3,7 млн., а в начале 80-х годов — более 4 млн., т. е. без малого половину всех строительных рабочих. В целом около 50 млн. работников народного хозяйства занято на ручных операциях ¹. Именно поэтому КПСС предусматривает всемерное сокращение ручного, малоквалифицированного и тяжелого ручного труда в качестве важнейшего условия не только экономического, но и социального развития советского общества ².

Труд индустриального типа, основанный на применении специализированных машин и орудий труда, на более широком внедрении комплексной механизации и начавшейся автоматизации производства, — это, как правило, квалифицированный и высококвалифицированный труд. Он требует длительной профессиональной подготовки до начала трудовой деятельности на базе высокого уровня общего образования. Эти требования возрастают по мере повышения сложности и содержательности труда, особенно с переходом к полностью автоматизированному производству. Труд в научно-индустриальном комплексно-автоматизированном производстве связан с решением нестандартных, неповторяющихся задач, поэтому профессиональное обучение должно давать наряду со специальными достаточно широкие теоретические знания, что позволит осваивать смежные специальности и осуществлять переподготовку по мере технологической необходимости.

Изменения в содержании труда индустриального типа в связи с научно-техническим прогрессом означают прежде всего повышение общего уровня его сложности и выравнивание уровней сложности труда различных групп рабочих. Отражением этого процесса служит увеличение доли рабочих, выполняющих работу по более высоким разрядам, при одновременном снижении доли рабочих низших разрядов. Так, в машиностроении и металлообработке, занимающих первое место среди других отраслей промышленности по числу рабочих, с начала 60-х до конца 70-х годов почти в 2,5 раза — с 9 до 21 % — повысился удельный вес рабочих V—VI разрядов, тогда как доля рабочих I—II разрядов, составлявшая более половины всех машиностроителей, снизилась к 1979 г. до ⅓ ³.

Развитие этого процесса связано также с дальнейшим повышением коллективности труда и усилением значения первичных тру-

¹ См. М. С. Горбачев. Коренной вопрос экономической политики партии. М., 1985, с. 10; «СССР в цифрах в 1973 г.», с. 166; Б. Ракитский. Научно-технический прогресс и преобразования в сфере труда. — «Коммунист», 1983, № 5, с. 43.

³ См. «Вестник статистики», 1973, № 11, с. 82—83; 1980, № 6, с. 64.

343 довых коллективов в организации труда и производства. Правовое положение трудового коллектива в решении экономических и социальных вопросов, закрепленное Конституцией СССР, а также расширение его прерогатив, предусмотренное Законом СССР о трудовых коллективах, усиливает самодеятельность и самоорганизацию на каждом рабочем месте. Особое значение приобретает широкое внедрение хозрасчета на уровне первичного трудового коллектива — бригады. Различные формы бригадной организации труда (бригадный подряд в строительстве, комплексные, сквозные бригады, бригады, работающие на один наряд в промышленности, безнарядные звенья в сельском хозяйстве и т. п.) вносят новые элементы в содержание труда рабочих — необходимость инициативного взаимодействия, расширение зоны ответственности, организационную самостоятельность.

Общим итогом всех этих перемен в содержании труда современных рабочих является изменение самого характера их труда, который, как отмечалось в документах XXVI съезда КПСС, «все больше наполняется интеллектуальным содержанием» ¹.

Повышение производственной самостоятельности рабочего, необходимость принимать решения связаны с пониманием сути соответствующего производственного процесса, что дается не столько непосредственным трудовым опытом, сколько знаниями, полученными в общеобразовательной школе и профессиональных учебных заведениях. Наряду с этим современное производство предъявляет растущие требования к таким личностным качествам работника, как дисциплинированность, организованность, самоконтроль, способность к взаимодействию, творческие склонности, к системе его ценностных ориентаций, где высокое место занимает понимание общественной значимости своего труда, и т. д., т. е. к таким свойствам, которые формируются общей культурой. Кроме того, профессиональная подготовка должна обеспечивать мобильность работника: во-первых, возможность достаточно быстро осуществлять переквалификацию и, во-вторых, способность к непрерывному образованию. Отсюда становится очевидным значение общеобразовательной (школьной) подготовки рабочих.

Повышение образовательного уровня рабочего класса СССР стимулируется в первую очередь и главным образом быстрым развитием системы народного просвещения, превращением среднего образования в норму для каждого вступающего в жизнь молодого человека. Закономерно, что с конца 50-х до середины 80-х годов более чем вдвое увеличилась доля рабочих, имеющих среднее (полное и неполное) образование: в 1959 г.— 40,1%, в 1970 г.— 59,0, в 1984 г.— 82,5%. Еще большее значение имеет опережающий рост численности рабочих, получивших среднее общее или

¹ «Материалы XXVI съезда КПСС», с. 52.

344 специальное образование: в 1959 г. их было 8,4%, в 1970 г.— 20,2, а в 1979 г.— 41,7% ¹. При этом доля рабочих с достаточно высокой специальной или общеобразовательной подготовкой выше в тех профессиях (или группах профессий), которые тесно связаны с научно-техническим прогрессом и требуют более высокой квалификации. Так, среди рабочих, занятых высококвалифицированным трудом по обслуживанию машин и оборудования (наладчики, помощники мастеров, горновые и т. п.), а также в сфере услуг, особенно много имеющих среднее специальное и общее среднее образование. В массовых профессиях квалифицированного промышленного труда и труда по обслуживанию населения значительное большинство составляют рабочие со средним (полным и неполным) образованием. В то же время среди неквалифицированных или малоквалифицированных рабочих в промышленности и обслуживании велика доля тех, чье образование не превышает начального ².

Огромное значение для подъема культурно-технического уровня рабочего класса СССР имели также сдвиги в масштабах и качестве профессиональной подготовки рабочих кадров. Основной формой приобщения молодежи к труду по рабочим специальностям стало современное профессиональное обучение в отличие от преобладавшего в прошлом бригадного ученичества и обучения на рабочем месте. Всего в 60-х — начале 80-х годов в профессионально-технических учебных заведениях всех типов (как входящих в систему Государственного комитета по профтехобразованию, так и находящихся в ведомственном подчинении) было подготовлено около 47 млн. квалифицированных рабочих, в том числе в 1961—1970 гг.— 12 млн., в 1971—1980 гг.— 24,4 млн., в 1981—1984 гг.— около 11 млн. ³ Если в 60-х годах только ¹/₃ юношей и девушек, начинавших трудовую деятельность на рабочих местах, получали специальность в этих учебных заведениях, то в годы десятой пятилетки (1976—1980) уже ²/₃ ⁴.

В 70-х и 80-х годах происходило дальнейшее улучшение качества профессиональной подготовки молодых рабочих, особенно в связи с тем, что она теперь все в больших масштабах ведется на базе среднего образования. Выпуск из средних ПТУ составил в

¹ См. «СССР в цифрах в 1984 г.», с. 18; «Итоги Всесоюзной переписи населения 1970 года», т. 5, с. 66; «Численность и состав населения СССР. По данным Всесоюзной переписи населения 1979 года», с. 157.

⁴ См. «Материалы XXVI съезда КПСС», с. 52.

345 1970 г. 11 тыс. человек, а в 1983 г. уже 655 тыс., т. е. более 1/3 окончивших дневные училища и школы системы профессионально-технического образования. К тому же ежегодно увеличивается выпуск из технических училищ, в которых обучаются юноши и девушки, уже имеющие среднее образование: в 1983 г. их окончили 784 тыс. человек, более 2/5 всех получивших профтехобразование. Всего в 70-х годах в средних ПТУ и технических училищах подготовку к квалифицированному труду в составе рабочего класса СССР получило примерно 6,5 млн. человек, а за три года следующего десятилетия — более 4 млн. ¹

Вместе с тем при характеристике культурно-технического уровня рабочего класса и тенденций его роста важно иметь в виду, что рабочими все чаще становятся выпускники средних специальных и даже высших учебных заведений. В 1959 г. на рабочих местах трудилось более миллиона человек с высшим, незаконченным высшим или средним специальным образованием (это 2,2% от численности всех рабочих и 9,6% всех специалистов, занятых в народном хозяйстве СССР); в 1970 г.— около 2,5 млн., или 3,7% всех рабочих и 11,6% всех специалистов; в 1979 г. уже более 7 млн., или 8,7% всех рабочих и 19,5% всех специалистов ². Конечно, нередко люди, получившие высшее или среднее специальное образование, трудятся на рабочих местах, вовсе не требующих столь высокой профессиональной подготовки. Однако особенно велика доля рабочих-специалистов в профессиях наиболее сложного физического труда и в отраслях промышленности, стоящих на передовых рубежах научно-технического прогресса ³. Следовательно, увеличение этого слоя в составе рабочего класса — прямое отражение потребностей экономического и социального прогресса в условиях развитого социализма.

Важным направлением развития советского рабочего класса остается прогресс его территориальной структуры, прежде всего в результате опережающих темпов количественного роста численности рабочих в союзных и автономных республиках. В результате

¹ См. «Народное хозяйство СССР в 1983 г.», с. 403. Данные об общей численности выпускников средних ПТУ и технических училищ в 70-х годах приводятся по статистическим ежегодникам «Народное хозяйство СССР».

³ См. «Итоги Всесоюзной переписи населения 1970 года», т. 6, с. 620—627; «Вестник статистики», 1974, № 7, с. 93—94. См. также А. М. Гелюта, В. И. Староверов. Социальный облик рабочего-интеллигента. М., 1977, с. 175; «Рабочий класс в условиях научно-технической революции (по итогам исследований на предприятиях СССР по международной программе «Автоматизация и промышленные рабочие»)». М., 1979, с. 97—98.

346 тенденция развития рабочего класса СССР как многонационального набрала еще большую силу. Характерно, что если в 1960 г. в РСФСР было сосредоточено 64,1% всех советских рабочих, то в 1983 г.— 57,4%. На долю Украинской, Белорусской, Молдавской, Литовской, Латвийской и Эстонской ССР вместе приходилось (соответственно) 23,9 и 25,8% всех рабочих; республик Закавказья — 3,1 и 4,6%; Казахстана и республик Средней Азии — 8,9 и 12,2% ¹. Аналогичная тенденция характерна в общем и для автономных республик РСФСР; например, во всей Российской Федерации количество рабочих и служащих увеличилось в 1966—1976 гг. менее чем на 30%, тогда как во всех автономных республиках, входящих в ее состав,— на 46% ².

Увеличение абсолютной численности рабочих, естественно, ведет к повышению их доли в составе занятого населения. Наибольшими темпами шло возрастание удельного веса рабочих в Молдавии, Таджикистане, Азербайджане, Белоруссии, Армении, Грузии, Литве, Киргизии и Украине (в 1959—1978 гг. увеличение этого показателя составляло от 34 до 17 пунктов); наименьшими — в Эстонии, Латвии, Туркмении, Казахстане и РСФСР (от 4 до 8 пунктов); близкими к общесоюзному — в Узбекистане (около 14 пунктов) ³. В результате во всех республиках, за исключением Туркменской ССР (единственной, где доля рабочих в занятом населении в 1979 г. не достигла половины), значительно меньшими, чем в 1959 г. и тем более на ранних этапах социалистических преобразований, стали отклонения соответствующих показателей от общесоюзного.

В некоторых союзных республиках быстрое увеличение численности рабочих было обусловлено высокими темпами роста всего и занятого населения, однако не во всех случаях этот демографический фактор определял ускоренные темпы роста рабочего класса. И конечно же он вовсе не влияет непосредственно на повышение доли рабочих в занятом населении. Здесь решающую роль играют экономические факторы, прежде всего индустриальная перестройка всей структуры общественного производства союзных и автономных республик. Увеличение численности и удельного веса рабочих практически во всех республиках было вызвано также сближением общенародной (государственной) и колхозно-кооперативной собственности в результате создания межхозяйственных предприятий и объединений, а также преобразования части колхозов в совхозы. В итоге миллионы колхозников стали рабочими и

¹ См. «Народное хозяйство СССР в 1983 г.», с. 389.

³ См. «Итоги Всесоюзной переписи населения 1970 года», т. 5, с. 26—33; «Численность и состав населения СССР. По данным Всесоюзной переписи населения 1979 года», с. 156.

347 служащими государственных и межхозяйственных предприятий. Этот процесс, который во второй половине 50-х и первой половине 60-х годов приобрел общесоюзный характер, в некоторых из союзных республик захватил не только 60-е, но и 70-е годы.

Особенно ощутимым было увеличение доли рабочих в занятом сельском населении Молдавии, Азербайджана, Таджикистана, Грузии, Армении: здесь этот показатель вырос в 60—70-х годах в 3—5 раз. Значительно медленнее он рос там, где и в конце 50-х годов удельный вес рабочих в сельском населении был относительно высоким, — в Эстонии, Казахстане, Латвии, РСФСР, Узбекистане. При этом важно отметить, что в тех республиках, где особенно бурно происходит рост числа рабочих в сельской местности, в составе рабочего класса существенно увеличилась доля сельских рабочих: в Армении с 1959 по 1979 г. на 6,3 процентных пункта, в Молдавии — на 10,7, в Таджикистане — на 15,4, в Грузии — на 15,5, а в Азербайджане — на 21,4 пункта. Это означает, что здесь рабочий класс рос главным образом «вширь», за счет включения в его состав новых слоев, естественно не имевших глубоких пролетарских традиций. Между тем в других республиках (как и в целом по Союзу) в составе рабочего класса систематически возрастала доля городских рабочих: в РСФСР на 5,8 процентных пункта, в Эстонии — на 7,9, в Литве — на 10,1, в Белоруссии — на 14,2 и в Латвии — на 16,1 пункта ¹.

Знаменательно, что в РСФСР, на Украине, в Латвии и Эстонии на долю рабочих, занятых в индустриальных отраслях народного хозяйства (промышленность, строительство, транспорт и связь), в 1970 г. приходилось почти ²/₃ соответствующих республиканских отрядов, в большинстве же остальных республик — от ¹/₂ до ³/₅, и только в Узбекистане она составляла менее половины общей численности рабочих ². Конечно, отраслевая структура республиканских отрядов рабочего класса СССР развивается, совершенствуется, в конечном счете приближается к тому состоянию, когда индустриальные рабочие образуют не только своего рода каркас, но и самый многочисленный ее элемент. Однако в некоторых республиках этому итоговому, конечному результату предшествует уменьшение, иногда значительное, удельного веса индустриальных рабочих в результате быстрого количественного роста сельскохозяйственного отряда рабочего класса.

Существенным фактором развития республиканских отрядов

¹ См. «Итоги Всесоюзной переписи населения 1970 года», т. 5, с. 26—33; «Численность и состав населения СССР. По данным Всесоюзной переписи населения 1979 года», с. 156.

² См. «Итоги Всесоюзной переписи населения 1970 года», т. 5, с. 295—302.

348 рабочего класса является также возрастание удельного веса рабочих в составе коренных национальностей тех республик, где прежде он был ниже (иногда значительно ниже) удельного веса рабочих во всем занятом населении. На рубеже 50-х и 60-х годов эта проблема более или менее остро стояла в Киргизии (где киргизов в населении республики в 1959 г. было 40,5%, а среди рабочих — 21,6%), Туркмении (60,9 и 34,1%), Таджикистане (53,1 и 32,5%), Казахстане (30 и 19,3%), Азербайджане (67,5 и 47,7%), Узбекистане (62,1 и 43,1%), Грузии (64,3 и 48,9%) ¹.

Впоследствии острота проблемы существенно снизилась, поскольку ускоренный рост численности рабочих в этих республиках, происходивший главным образом за счет их коренных национальностей, обеспечил выравнивание социальных структур населения всех республик, их сближение с общесоюзными показателями. В 70-х годах доля рабочих среди латышей и литовцев, белорусов, украинцев и молдаван, узбеков, киргизов, таджиков и туркмен росла быстрее, чем их доля в населении соответствующих республик; темпы этого роста были одинаковы среди казахов и в Казахской ССР, среди азербайджанцев и в Азербайджанской ССР, среди эстонцев и в Эстонской ССР. В свою очередь среди русских, армян и грузин доля рабочих возрастала несколько медленнее, чем в РСФСР, Армянской и Грузинской ССР. В результате если в 1970 г. рабочие составляли большинство в десяти из пятнадцати наций, давших свое имя союзным республикам, то в 1979 г. только среди туркмен их удельный вес был меньше ²/₅, а среди грузин достиг почти половины ². В целом доля рабочих в составе наций, не только давших свое имя союзным республикам, но и образующих, как правило, большинство их населения, к концу 70-х годов существенно приблизилась к соответствующему общесоюзному показателю.

Вместе с тем проблема формирования национальных кадров рабочих еще не получила окончательного разрешения, хотя рабочие и составляют теперь самую крупную социальную группу во всех союзных республиках. В некоторых из них в составе рабочего класса, особенно в группах, занятых квалифицированным трудом, коренная национальность должна быть представлена более полно. Отсюда и задача, поставленная XXVI съездом КПСС, — «шире вести подготовку квалифицированных рабочих коренной национальности, прежде всего из числа сельской молодежи» ³.

В прошлом, в том числе и в первые послевоенные десятилетия,

¹ См. «Итоги Всесоюзной переписи населения 1970 года», т. 4, с. 12—15; С. Л. Сенявский, В. Б. Тельпуховский. Рабочий класс СССР (1938—1965 гг.). М., 1971, с. 333.

³ «Материалы XXVI съезда КПСС», с. 54.

349 более интенсивному увеличению численности и повышению удельного веса рабочих коренных национальностей, занятых в профессиях квалифицированного труда, особенно в индустриальных отраслях народного хозяйства, препятствовал относительно низкий уровень образования и профессиональной подготовки молодежи этих национальностей. К 80-м годам и в этом отношении произошли решительные сдвиги, что поставило проблему подготовки квалифицированных рабочих во всех республиках на прочную основу.

Во всех союзных республиках существенно (в 4—6 раз) выросла доля рабочих со средним общим или специальным образованием. Соответственно почти сошел на нет слой полуграмотных рабочих (не получивших даже начального образования), который в некоторых республиках в конце 50-х годов был значительным. Уровень образования рабочих в большинстве республик повышался либо средним для СССР темпом (в 1959—1978 гг. на 2,6 года обучения), либо несколько более высоким ¹. Имеющиеся еще различия в образовательном уровне рабочих имеют сильную тенденцию к исчезновению и обусловлены во многом различиями в доле молодежи в населении разных республик и соответственно в республиканских отрядах рабочего класса.

Во всех союзных республиках значительно улучшилась профессиональная подготовка рабочих кадров. Если в 1960 г. в четырех республиках (Грузинская, Узбекская, Армянская и Литовская) выпуск из расположенных на их территории профессионально-технических учебных заведений составлял менее 10% численности соответствующих возрастных когорт молодежи, а еще в двух (Азербайджанская и Молдавская) — менее 15%, то в начале 80-х годов во всех союзных республиках (кроме Таджикской ССР, где этот показатель не достиг 20%) через систему учебных заведений профессионально-технического обучения проходило от 28 до 58% молодежи, вступающей в трудовую жизнь (в целом по СССР — около 50%) ². Особенно быстрыми темпами численность квалифицированных рабочих, подготовленных в училищах и школах этой системы, росла в Армении, Узбекистане, Азербайджане, Литве, Киргизии, Туркмении — там, где прежде этот процесс не получал должного развития.

В целом динамика профессионально-отраслевой и национально-территориальной структур рабочего класса СССР, повышение

¹ Рассчитано по: «Итоги Всесоюзной переписи населения 1970 года», т. 5, с. 66—86; «Численность и состав населения СССР. По данным Всесоюзной переписи населения 1979 года», с. 157—172.

² Рассчитано по: «Народное хозяйство СССР в 1970 г.», с. 528; «Народное хозяйство СССР в 1983 г.», с. 404; «Итоги Всесоюзной переписи населения 1970 года», т. 2. М., 1972, с. 12—13.

350 культурно-технического и образовательного уровня обусловливают все большую степень его воздействия на характер и темпы развития советского общества, служат могучим фактором роста экономики, решения социальных задач, совершенствования общественно-политической системы. В свою очередь эти предпосылки возрастания ведущей роли рабочего класса подкрепляются сдвигами в благосостоянии рабочих, повышении уровня удовлетворения материальных и культурных потребностей всех трудящихся нашей страны, возрастающих по мере подъема общей культуры и квалификации работников.

Без удовлетворения этих потребностей нельзя обеспечить народное хозяйство рабочими кадрами такого уровня, который необходим для современного производства, существенно поднять качество труда и его производительность¹. Вместе с тем подъем благосостояния необходим не только для роста производительности труда, но и для развития общественно-политической активности масс, дальнейшего расширения социалистической демократии, увеличения духовного и идейного богатства советских людей.

Принципиальные перемены в уровне жизни рабочего класса и всех трудящихся нашей страны стали ощутимо сказываться со второй половины 50-х годов и затем проявляли себя все с большей полнотой в 70—80-х годах. Теоретическое и политическое обобщение этих процессов было сделано на XXIV, XXV и XXVI съездах КПСС. В документах этих съездов говорится, что курс партии на повышение благосостояния народа будет определять «общую ориентацию хозяйственного развития страны на длительную перспективу»², что высшей среди фундаментальных, долговременных целей экономической стратегии КПСС был и остается «неуклонный подъем материального и культурного уровня жизни народа»³.

Об успехах реализации этого курса свидетельствует прежде всего достижение качественно нового уровня заработной платы рабочих и служащих, которая, как известно, является главным источником доходов рабочего класса (в настоящее время она обеспечивает 70—75% всех поступлений в семейные бюджеты рабочих и служащих). В 1984 г. средняя заработная плата рабочих и служащих превысила уровень 1960 г. в 2,3 раза и уровень 1970 г. в 1,5 раза⁴. Важный результат осуществления курса на систематическое повышение и упорядочение заработной платы рабочих и служащих — постепенное преодоление прежде весьма значительных отраслевых различий в размерах заработков.

¹ См. «Материалы XXIV съезда КПСС». М., 1971, с. 41; «Материалы XXVI съезда КПСС», с. 58; М. С. Горбачев. Живое творчество народа, с. 32.

⁴ См. «СССР в цифрах в 1984 году», с. 191.

351 Кроме заработной платы источниками денежных поступлений в бюджеты рабочих семей служат также пенсии, стипендии и другие выплаты работающим и неработающим членам этих семей из общественных фондов потребления. Так, в семьях рабочих промышленности на долю подобных поступлений приходится 14—15% общей суммы денежных доходов (из которых примерно ²/₃ — пенсии и ¹/₄ — пособия) ¹.

Устойчивый рост как заработной платы, так и денежных поступлений из общественных фондов потребления обеспечивает быстрое уменьшение в населении СССР доли малообеспеченных семей и увеличение удельного веса семей со средним и высоким уровнем доходов. Знаменательно, что если в 1965 г. лишь 4% населения страны входило в состав семей с доходом 100 и более рублей на одного человека, а в 1970 г.— 18%, то в 1984 г.— более 60% населения ². За этими цифрами «коренной сдвиг в уровне и образе жизни десятков миллионов людей» ³.

В домах, построенных начиная со второй половины 50-х годов, ныне живет большинство семей рабочих и служащих. Обеспеченность горожан жильем достигла в 1984 г. почти 14 кв. м на одного человека (в 1,6 раза больше, чем в 1960 г.). К тому же бо́льшая часть жилья рабочим и служащим предоставляется на льготных основаниях, так что оплата квартиры в расходах средней семьи составляет менее 3% ⁴.

Коренные изменения достигнуты и в обеспечении трудящихся предметами длительного пользования, образующими все более необходимый элемент благосостояния. Это, естественно, совпало со сдвигами в решении жилищной проблемы. Так, если в начале 60-х годов холодильниками, стиральными машинами, электропылесосами было обеспечено лишь 3—4%, а телевизорами — 8% семей, то в 1984 г. холодильники имели 91% семей, стиральные машины — 70, пылесосы — 37, телевизоры — 96% ⁵.

Одновременно произошел перелом в структуре потребления продовольственных товаров и соответственно в типе питания населения СССР. Так, потребление мяса и мясопродуктов в расчете на одного жителя страны повысилось с 40—41 кг в первой половине 60-х годов до 58—60 кг в конце 70-х — начале 80-х, молока и молочных продуктов — с 220—250 до 310—320 кг (в пересчете на молоко), яиц — со 110—115 до 240—260 штук, тогда как потребление картофеля снизилось со 140—150 до 110 кг и хлебных

¹ См. «Народное хозяйство СССР в 1983 г.», с. 410, 411, 415.

⁵ См. «Народное хозяйство СССР в 1983 г.», с. 442.

352 продуктов — со 155—160 до 135—140 кг ¹. Таким образом, в это время продолжался начавшийся в 50-х годах переход от хлебно-картофельного по преимуществу типа питания к более сбалансированному, с бо́льшим удельным весом белков животного происхождения.

Вместе с тем рост материального благополучия трудящихся происходит через преодоление достаточно серьезных трудностей и недостатков. Так, на XXVI съезде КПСС было отмечено, что во второй половине 70-х годов имели место «трудности с обеспечением населения некоторыми продовольственными и промышленными товарами, жильем, бытовыми услугами» ², что «немало семей все еще живут в коммунальных, неблагоустроенных квартирах, годами ждут жилья многие молодожены» ³. Однако в целом прогресс в нашей стране очевиден; тенденции, набравшие силу в 60-х и 70-х годах, продолжают действовать и определять основные направления экономической и социальной политики КПСС. «Во всем, что касается человека, его труда, материального благополучия и отдыха, мы должны быть предельно внимательными, — говорил М. С. Горбачев в докладе на апрельском (1985 г.) Пленуме ЦК КПСС. — Это для нас ключевой вопрос политики» ⁴.

Важной предпосылкой удовлетворения материальных и особенно культурных потребностей рабочих семей является рост нерабочего времени у занятых членов этих семей. Его расширение способствует тому, что повышение уровня жизни все в большей степени благоприятствует гармоничному развитию личности советского человека, усилению активности трудящихся во всех сферах общественной жизни.

После того как во второй половине 50-х годов была весьма ощутимо сокращена продолжительность рабочей недели трудящихся, занятых в государственном секторе общественного производства, а во второй половине 60-х был осуществлен переход на пятидневную рабочую неделю с двумя выходными днями, тенденция к сокращению рабочего времени проявляется главным образом в непрерывном увеличении годичных отпусков. В результате если в 1950 г. годовой фонд нерабочих (выходных, праздничных и отпускных) дней у рабочих промышленности составлял 70 дней, то в 1970 г.— 110 и в 1974 г.— 115 дней ⁵.

Таким образом происходит быстрый рост благосостояния рабочего класса СССР в разнообразных формах, обеспечивая различные материальные и социальные потребности в полном соот-

¹ См. «СССР в цифрах в 1984 г.», с. 221.

⁵ См. «Народное хозяйство СССР в 1974 г.». М., 1975, с. 189; «Труд в СССР». М., 1968, с. 173.

353 ветствии с теми возможностями, какими располагает наше общество в условиях развитого социализма. Все это, как никогда прежде, способствует усилению творческих, революционных потенций рабочего класса, росту его социальной активности во всех сферах жизни общества — в производстве, управлении общественными делами, сфере культуры и быта.

РОСТ ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКОЙ И ТРУДОВОЙ АКТИВНОСТИ СОВЕТСКИХ РАБОЧИХ​

Общественно-политическая деятельность советских рабочих протекает в обстановке развертывания и углубления социалистической демократии и в то же время является важнейшим способом ее реализации, дальнейшего совершенствования социалистической государственности, углубления системы общественного самоуправления.

В СССР сегодня практически нет такой области общественной жизни, где бы важнейшие вопросы не решались демократическим путем, нет такой общественной группы, которая бы реально не участвовала в управлении обществом и государством. «Теперь уже не только марксистко-ленинской теорией, но и долголетней практикой реального социализма доказано, что так же как подлинная демократия невозможна без социализма, так и социализм немыслим без постоянного развития демократии»¹. Все большее значение приобретает свободное и сознательное творчество многомиллионных трудящихся масс, всемерное проявление их инициативы и самодеятельности. Тем большее значение на современном этапе, когда ставится и решается задача вывести страну на качественную новую ступень социально-экономического прогресса, приобретает «активизация всей системы политических и общественных институтов, углубление социалистической демократии, самоуправление народа»². В этой связи КПСС придает большое значение как дальнейшему повышению роли Советов, массовых организаций трудящихся, так и работе «по новым направлениям»³.

Решающей предпосылкой поступательного развития социалистической демократии служит творческая активность рабочего класса, который непосредственно влияет на экономическую, политическую и государственную жизнь страны через Советы, хозяйст-

¹ Б. Н. Пономарев. Живое и действенное учение марксизма-ленинизма (Ответ критикам). М., 1978, с. 20.

³ «Материалы внеочередного Пленума Центрального Комитета КПСС, 11 марта 1985 года», с. 10.

354 Таблица 2

Состав членов и кандидатов в члены КПСС по социальному положению (на 1 января соответствующего года)

Источник. «Партийная жизнь», 1983, № 15, с. 21.

венные органы и трудовые коллективы, профсоюзы, комсомол и другие общественные организации. Решающая роль принадлежит здесь его политическому авангарду — Коммунистической партии, которая в своей деятельности олицетворяет «гигантски смелый, исторически великий, полный беззаветного энтузиазма почин и размах действительно революционного класса» ¹.

Став выразительницей интересов всего народа, КПСС не утратила классового характера, продолжая и по происхождению, и по историческим целям оставаться партией рабочего класса. Передовые и наиболее сознательные рабочие составляли и продолжают составлять ее социальную основу, причем удельный вес их в рядах партии неуклонно увеличивается. Так, если в 1961 г. в КПСС состояло 3,1 млн. рабочих, или почти 34% ее состава, то в 1971 г.— соответственно 5,8 млн., или более 40%, а в 1983 г.— уже почти 8 млн., что составило 44,1% от общей массы коммунистов (см. табл. 2). Этот процесс «закономерно... отражает ведущую роль рабочего класса в жизни общества» ².

Политическую активность рабочего класса также характеризуют данные об удельном весе коммунистов среди рабочих. В середине 50-х годов он составлял примерно 6%, в середине 60-х — около 8%, а к началу 80-х годов в рядах партии состояло более 9% от общей численности рабочих нашей страны. Таким образом,

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 32, с. 406.

² «Материалы XXV съезда КПСС», с. 63.

355 каждый одиннадцатый рабочий СССР является ныне членом КПСС. Естественно, что это укрепляет связи партии с массами, дает возможность достаточно полно учитывать общественное мнение и настроение передовых рабочих, опираться на них при определении своей политической линии.

Рабочие-коммунисты активно действуют в партии, непрерывно пополняют ряды партийного актива; возрастает их численность в составе руководящих партийных органов. Так, в 1971 г. среди членов парткомов и партбюро, секретарей и заместителей секретарей цеховых парторганизаций 40,6 % составляли рабочие и колхозники, а к 1977 г. их доля возросла до 43 %. С 36 до 42,1 % поднялся за этот же период и удельный вес рабочих и колхозников среди членов и кандидатов в члены райкомов, горкомов и окружкомов партии, членов соответствующих ревизионных комиссий. Науку управления рабочие-коммунисты постигают также и в составе обкомов, крайкомов и ЦК компартий союзных республик. Перед XXIV съездом удельный вес рабочих составлял здесь около 28 %, а накануне XXVI съезда КПСС уже свыше 31 % ¹.

Через своих представителей советский рабочий класс принимает деятельное участие и в работе высших форумов партии — партийных съездов, где намечается политический курс КПСС. От съезда к съезду растет число рабочих-делегатов, представляющих своих товарищей по классу, свои трудовые коллективы. На XXII съезд КПСС было избрано 984 рабочих промышленности, строительства и транспорта, что составило 22,3 % делегатов с решающим голосом; делегатами XXIII съезда партии были 1141 рабочий (23,1 %); в работе XXIV съезда КПСС участвовало 1195 рабочих (более 24 % его делегатов); XXV съезда — 1310 (или 26 %); XXVI съезда — 1370 рабочих (более 27 %) ².

Сочетая в своей деятельности идеологию с политикой и научную теорию с общественной практикой, Коммунистическая партия является носительницей аккумулированного знания и опыта, с одной стороны, авторитета власти — с другой. В условиях развитого социализма рабочий класс через КПСС успешно выполняет роль воспитателя, организатора и руководителя трудящихся масс. Коммунистическая партия последовательно и настойчиво проводит политику, направленную на то, чтобы влияние рабочего класса

¹ См. «Партийная жизнь», 1981, № 14, с. 24.

² См. «XXII съезд Коммунистической партии Советского Союза». Стенографический отчет, т. 1. М., 1962, с. 426; «XXIII съезд Коммунистической партии Советского Союза». Стенографический отчет, т. 1. М., 1966, с. 280—281; «XXIV съезд Коммунистической партии Советского Союза». Стенографический отчет, т. 1. М., 1972, с. 331—332; «XXV съезд Коммунистической партии Советского Союза». Стенографический отчет, т. 1. М., 1976, с. 295; «Материалы XXVI съезда КПСС», с. 93, 94.

356 во всех сферах жизни росло и укреплялось и чтобы его активность и инициатива приносили еще более плодотворные результаты. «Долг партии коммунистов — постоянно сверять свой курс, свои решения, действия прежде всего с мыслями рабочего класса, с его громадным социально-политическим и классовым чутьем»¹.

Конкретным и важнейшим проявлением ведущей роли рабочего класса в коммунистическом строительстве является деятельность рабочих-депутатов в Советах, направленная на успешное функционирование и дальнейшее совершенствование политической системы советского общества, на последовательное развертывание в стране социалистической демократии. «Все наши успехи вызваны тем, — писал В. И. Ленин, — что рабочие... взялись за управление государством, через свои Советы»².

Многолетний опыт, накопленный советскими представительными органами, убедительно показал, что вопреки предсказаниям наших идейных противников рабочие умело справляются с этой задачей и успешно управляют государством на началах самого широкого и подлинного демократизма. Особенно наглядно это проявилось в условиях развитого социализма.

В настоящее время более 2,3 млн. депутатов достойно представляют своих избирателей в Советах, участвуя в решении сложных проблем развития экономики и культуры с общегосударственных и общенародных позиций. Вместе с ними в работе Советов самое деятельное участие принимает многочисленная и все растущая армия активистов: в 1984 г. их насчитывалось более 30 млн. человек³.

Разрабатывая программу, призванную улучшить деятельность Советов в различных областях хозяйственной, культурной и политической жизни, Коммунистическая партия тесно связывает решение этой задачи с повышением роли рабочего класса во всех звеньях государственной власти в стране. В результате в Верховном Совете СССР, избранном в 1958 г., рабочие составляли 23,2%, в 1970 г. — 31,7, в 1974 г. — 32,8, в 1979 г. их доля составила уже 34,8%, в 1984 г. — 35,2%. По итогам выборов 1985 г., 35,4% депутатов Верховных Советов союзных и автономных республик составили рабочие. Еще более значительным был рост удельного веса депутатов-рабочих в местных Советах народных депутатов. С 1959 г. до середины 80-х годов удельный вес рабочих в местных Советах увеличился почти в 3 раза и ныне равен 44,5% от общего числа депутатов⁴.

¹ «Материалы внеочередного Пленума Центрального Комитета КПСС, 13 февраля 1984 года». М., 1984, с. 11.

⁴ См. «Народное хозяйство СССР в 1983 г.», с. 35; «Правда», 2 марта 1985 г.; Г. Б. Куликова. Демократические основы дея-

357 Являясь самой многочисленной социальной группой в системе Советов, депутаты-рабочие ведут там активную деятельность по подготовке законопроектов и контролю за исполнением законов, рассматривают выполнение народнохозяйственных планов и разрабатывают мероприятия, направленные на улучшение деятельности министерств и других исполнительных органов, способствуют осуществлению планов социального развития городов, районов и отдельных предприятий и выполнению наказов избирателей. Таким образом они полностью реализуют ленинское положение о том, что депутаты должны «сами работать, сами исполнять свои законы, сами проверять то, что получается в жизни, сами отвечать непосредственно перед своими избирателями» ¹. Именно поэтому ведущая роль рабочего класса — передового, инициативного и политически наиболее активного класса нашего общества, обладающего громадным авторитетом и неизменной поддержкой народа, — укрепляется в Советах последовательно и неуклонно.

Ведущее положение рабочего класса проявляется и в других областях управления обществом и государством. Его представители — вчерашние рабочие — играют руководящую роль в высшем партийном и государственном аппарате, в органах управления народным хозяйством. Так, на XXIV съезде КПСС отмечалось, что свыше 80% секретарей ЦК компартий союзных республик, крайкомов и обкомов, председателей Советов Министров, краевых и областных исполкомов и около 70% министров и председателей государственных комитетов СССР начинали свою деятельность рабочими и крестьянами. Свыше половины директоров крупнейших промышленных предприятий страны в начале трудового пути были рабочими ².

Видное место среди общественных организаций и объединений трудящихся, через которые реализуется участие рабочего класса в управлении общественными и государственными делами, занимает Всесоюзный Ленинский Коммунистический Союз Молодежи, объединявший в начале 80-х годов более 40 млн. юношей и девушек (около 35% из них — рабочая молодежь). С начала 70-х до начала 80-х годов число членов ВЛКСМ выросло более чем в 1,5 раза.

Комсомол постоянно расширяет свое участие в работе государственных органов, Советов народных депутатов. От выборов к выборам растет в Советах число молодых депутатов, в том числе молодых рабочих. Активную работу ведут представители комсомола в комиссиях по делам молодежи, созданных во всех Советах, участвуют в подготовке законопроектов и решений, используют

тельности местных Советов в развитом социалистическом обществе. 1959—1975. М., 1978, с. 134; «Вопросы истории КПСС», 1976, № 3, с. 32.

² См. «Материалы XXIV съезда КПСС», с. 98—99.

358 предоставленное им право законодательной инициативы. Представители ВЛКСМ входят в состав коллегий союзных и республиканских министерств и различных ведомств.

Наиболее массовой общественной организацией в системе социалистической демократии являются профессиональные союзы СССР. Они объединяют более 136 млн. трудящихся города и деревни ¹, в том числе практически весь рабочий класс. Неизменно повышается уровень работы профсоюзов, все более многогранной становится их деятельность. Решая производственно-экономические и воспитательные задачи, профсоюзы постоянно заботятся о защите интересов и прав работающих, об условиях и организации их труда, быта и досуга.

В условиях развитого социализма, как и на предшествующих этапах социалистического строительства, профсоюзы продолжат оставаться для всех занятых в общественном производстве школой социалистического хозяйствования и управления, школой социалистической трудовой дисциплины и коммунистического отношения к труду, школой коммунизма. Эти направления их работы на современном этапе приобретают еще большее значение и раскрываются с еще большей полнотой. В документах XXVI съезда КПСС подчеркивается, что партия рассматривает профсоюзы «как свою надежную опору в массах, мощное средство развития демократии, вовлечения трудящихся в строительство коммунизма» ².

Круг решаемых ими задач возрастает, а воздействие профсоюзов на жизнедеятельность трудовых коллективов становится все более всеобъемлющим: это и участие в решении хозяйственных вопросов и разработке народнохозяйственных планов, и организация социалистического соревнования, и руководство самодеятельными творческими коллективами. Организуя участие трудящихся в управлении производством, профсоюзы тем самым мобилизуют их на борьбу за повышение эффективности и качества труда, от чего в конечном счете зависит и степень удовлетворения социально-бытовых и духовных потребностей всего населения нашей страны.

Работая под руководством Коммунистической партии, являясь ее опорой в массах, проводником ее экономической и социальной политики, советские профсоюзы деятельно участвуют в осуществлении планов экономического развития страны, построения материально-технической базы коммунизма. Красноречивое свидетельство тому — быстрый рост в стране действующих под руководством профсоюзов научно-технических обществ (НТО) и Всесоюзного общества изобретателей и рационализаторов (ВОИР), самодеятельных творческих объединений, в составе которых рабочие ре-

¹ См. «Коммунист», 1985, № 10, с. 34.

² «Материалы XXVI съезда КПСС», с. 66.

359 шают вопросы научно-технического прогресса и повышения эффективности общественного производства. В начале 80-х годов эти организации объединяли 22,7 млн. членов ¹.

Формой участия в решении производственно-технических задач является также деятельность рабочих в общественных бюро экономического анализа и общественных конструкторских бюро, советах новаторов и общественных бюро технической информации, комплексных творческих бригадах и общественных советах научной организации труда. В начале 80-х годов в стране действовали сотни тысяч подобного рода творческих объединений, насчитывавших в своих рядах около 5 млн. человек ².

Весьма значительную роль в развитии производственной демократии на уровне трудовых коллективов играют постоянно действующие производственные совещания (ПДПС). В них рабочие совместно со специалистами и служащими решают проблемы повышения эффективности производства, рассматривают широкий круг технико-экономических проблем, вскрывают недостатки в деятельности предприятий, а наряду с этим занимаются также и всеми основными вопросами труда, быта и культуры работающих. Ежегодно реализуется более миллиона предложений ПДПС, направленных на совершенствование техники и технологии, организации и условий труда. В начале 80-х годов в СССР насчитывалось более 143 тыс. общезаводских и цеховых постоянно действующих производственных совещаний, в работе которых принимало участие более 6 млн. человек, из них 64% составляли рабочие ³.

Углубление процесса демократизации в нашей стране неразрывно связано также с активным участием широких трудящихся масс в осуществлении народного контроля за фактическим исполнением государственных планов, за мерой труда и мерой потребления. Еще в первые годы Советской власти В. И. Ленин писал, что необходимо организовать «всенародный, миллионами и миллионами рабочих и крестьян добровольно, энергично, с революционным энтузиазмом поддерживаемый учет и контроль за количеством труда, за производством и распределением продуктов» ⁴. Ленинские идеи о всеобъемлющем и гласном, постоянно действующем и массовом контроле нашли свое реальное воплощение в функционирующей ныне системе органов народного контроля, созданной в соответствии с решениями декабрьского (1965 г.) Пленума ЦК КПСС. Эта система включает как государственные учреждения (Комитет народного контроля СССР, комитеты союзных и автономных республик, краевые, областные, окружные, город-

¹ См. «Коммунист», 1983, № 8, с. 37.

⁴ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 35, с. 201.

360 ские и районные комитеты), так и избранные трудовыми коллективами группы и посты народного контроля, осуществляющие под руководством партийных организаций контрольные функции непосредственно на заводах и стройках, в колхозах и совхозах, в научно-исследовательских организациях и учреждениях. В настоящее время (по данным на начало 1984 г.) проверку выполнения государственных планов и заданий, обследование хозяйственной деятельности предприятий и различных ведомств осуществляют 800 тыс. групп и 496 тыс. постов народного контроля, объединяющие в своих рядах более 10 млн. человек, в том числе 4,9 млн. рабочих ¹. Активное участие в деятельности народного контроля принимает и рабочая молодежь, отряды и штабы «Комсомольского прожектора», насчитывавшие к началу 80-х годов 4 млн. юношей и девушек ².

Народные контролеры направляют свои усилия на ускоренное развитие общественного производства и повышение его эффективности, наблюдают за выполнением планов внедрения и освоения новой техники, изыскивают и приводят в действие резервы роста производительности труда, неослабное внимание уделяют вопросам экономии материальных и иных ресурсов. Проявляя рачительное, подлинно хозяйское отношение к народному добру, они стремятся к тому, чтобы ни одно нарушение, ни один факт злоупотреблений, расточительства, недисциплинированности не остались нераскрытыми и безнаказанными.

Усиление социальной активности рабочих происходит также в многочисленных новых формах товарищеского сотрудничества и взаимодействия внутри трудовых коллективов — таких, например, как движение наставничества, развивавшееся первоначально в самодеятельных формах.

О необходимости привлечения рабочих «для распространения профессионально-технического и политехнического образования и т. д.» ³ писал еще В. И. Ленин. На современном этапе наставничество имеет исключительно большое значение в трудовом и идейно-нравственном воспитании рабочей молодежи. Сегодня, когда на производство приходит все более образованное и любознательное пополнение, имеющее к тому же в основном достаточно хорошую профессиональную подготовку, задача кадровых рабочих, обладающих большим жизненным опытом и знаниями, идейно закаленных и в совершенстве владеющих профессиональным мастерством, заключается в том, чтобы помочь молодежи использовать знания, направить их в нужное русло, помочь нович-

¹ См. «В помощь председателю группы народного контроля». М., 1984, с. 109 (статистические материалы).

³ См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 42, с. 16.

361 кам войти в рабочий коллектив, адаптироваться на производстве, стать квалифицированными рабочими. Наставники помогают молодым рабочим быстрее овладеть производственной квалификацией, освоить нормы выработки и наладить бездефектный выпуск продукции, прививают молодежи чувство высокой ответственности за свою работу, вовлекают ее в соревнование за коммунистическое отношение к труду.

Вместе с тем наставники не просто стремятся помочь молодым рабочим в овладении профессиональными навыками, но и активно влияют на процесс формирования их личности. Они прививают своим воспитанникам интерес к повышению общеобразовательного, политического и культурного уровня, любовь к своей профессии, пробуждают стремление к творчеству, чувство коллективизма.

Массовый характер движение наставников стало принимать в первой половине 70-х годов, а в начале 80-х уже около 3,5 млн. кадровых рабочих занимались воспитанием трудовой смены, передавали ей мастерство и знания, свой богатый жизненный опыт ¹. К тому же большое распространение в это время стало получать коллективное наставничество, связанное с распространением в 70-х и особенно 80-х годах бригадных форм организации труда.

Особенно большое значение как для решения народнохозяйственных задач, так и для социального развития рабочего класса, для усиления его участия в управлении производством имеют такие формы бригадной организации труда, которые предусматривают работу всех членов бригады на единый наряд, совместное обсуждение планов, способов их выполнения, вклада каждого члена бригады, выборы бригадира и т. п. Такие бригады являются формой действительного социалистического самоуправления, в них, отмечалось на июньском (1983 г.) Пленуме ЦК КПСС, «как правило, выше производительность и дисциплина труда. Здесь каждому работнику виднее связь между его трудовым вкладом и заработком. Здесь наглядно проявляются дух товарищеской взаимопомощи, воспитательное воздействие высокоорганизованного социалистического труда» ².

В 1980 г. в бригады было объединено около 43% всех промышленно-производственных рабочих (из них около половины в бригады с оплатой по единому наряду), а через три года в составе бригад трудилось 65% рабочих (из них ⁴/₅ — в бригадах с оплатой по единому наряду). В строительстве в 1975 г. было 34 тыс. хозрасчетных бригад (немногим более ¹/₆ всех бригад), они объединяли 9,5% рабочих на строительно-монтажных работах; в 1984 г.

¹ См. «Правда», 8 февраля 1983 г.

² «Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС, 14—15 июня 1983 года», с. 37—38.

362 таких бригад стало почти 99 тыс. (около 45% всех бригад), в них трудилось более 37% рабочих, занятых на строительно-монтажных работах ¹.

Важная предпосылка дальнейшего роста производственной активности рабочих — ускоренный рост образованности, прогрессивные сдвиги в уровне общей культуры и профессиональной квалификации. Об этом свидетельствуют результаты исследований, в частности проведенного Институтом международного рабочего движения АН СССР в Таганроге в конце 60-х и в конце 70-х годов. Среди рабочих с образованием 6 классов и ниже только 5—7% были членами и кандидатами в члены КПСС; с образованием 7—9 классов — 10—12%; окончивших среднюю школу — около 15%; получивших среднее специальное образование — более 25%. Постоянные общественные поручения выполняли (соответственно) 10—12%, 20—25, 35—37 и 40—45% от численности каждой из этих групп рабочих.

Аналогичную картину рисуют данные об общественно-политической активности рабочих разных квалификационных групп. Среди рабочих низкой квалификации членов партии было 3—5% и выполняющих постоянные общественные поручения — 15—20%; средней квалификации — 10—12 и 20—30%; среди высококвалифицированных рабочих — 20—30 и 30—40%.

Таким образом, в СССР, как и в других социалистических странах, развиваются и совершенствуются разнообразные формы участия масс в управлении, усиливаются предпосылки роста их общественной активности. Вместе с тем задача дальнейшего расширения масштабов участия трудящихся в управлении производством и обществом, а в более далекой перспективе — постепенного перерастания советской государственности в общественное самоуправление остается актуальной и сегодня.

Общественно-политическая активность рабочего класса проявляется в его участии во всенародных референдумах, в регулярных всенародных обсуждениях проектов народнохозяйственных планов с широким использованием средств массовой информации. Наглядным примером подобной практики явилось обсуждение в 1977 г. проекта новой Советской Конституции. В ходе его выступило более 140 млн. человек (т. е. подавляющая часть взрослого населения СССР), которые внесли около 400 тыс. предложений, содержащих поправки к проекту Основного Закона ². Как и в других общественно-политических кампаниях, в авангарде здесь шли рабочие. Всенародное обсуждение проекта Закона СССР о трудо-

¹ «СССР в цифрах в 1984 году», с. 186—187, 190.

² См. Л. И. Брежнев. О Конституции СССР. М., 1978, с. 32—33.

363 вых коллективах и повышении их роли в управлении предприятиями, учреждениями, организациями, в ходе которого свое слово сказали более 110 млн. человек, показало не только его своевременность, но и социально-политическую зрелость трудящихся. Почти из 130 тыс. поступивших предложений и замечаний большинство носило конструктивный характер, в них было выражено стремление всесторонне учесть общественные и коллективные интересы¹.

Общественно-политическая деятельность рабочего класса СССР направлена прежде всего на решение актуальных проблем совершенствования развитого социализма. Однако в поле его зрения постоянно находятся также процессы, происходящие на мировой арене. Естественно, что основными субъектами этой интернационалистской деятельности рабочего класса, связанной с борьбой против военной опасности, за предотвращение угрозы ядерной войны, с решением других глобальных проблем современности, а также с усилением экономического и оборонного потенциала мирового социалистического содружества, выступают его партия — КПСС, соответствующие органы Советского государства, профсоюзы, комсомол, другие общественные организации трудящихся. Однако и непосредственное участие рабочих масс в различных формах этой работы (от массовых манифестаций в защиту мира до прямых контактов между делегациями рабочих коллективов из разных стран мира) имеет огромное значение для реализации международной политики рабочего класса.

Для подавляющего большинства советских рабочих характерен самоотверженный труд, труд дисциплинированный и инициативный. Доказательством этого служит его всенародное признание, проявляющееся в награждении орденами и медалями Союза ССР многих тысяч рабочих, присвоении лучшим из них почетного звания Героя Социалистического Труда, лауреата Государственной премии СССР и т. д.

О высоком качестве трудовой деятельности большинства советских рабочих свидетельствуют также материалы социологических исследований, проводившихся в разных регионах нашей страны. Так, по данным обследования на промышленных предприятиях Ленинграда, проведенного во второй половине 70-х годов, подавляющее большинство рабочих (93,7%) выполняли или перевыполняли нормы выработки, в том числе больше половины (53,9%) перевыполняли их; что касается качества работы, то плохим оно было лишь у 1% обследованных рабочих, а достаточно хорошим и отличным — у 60,4%; вполне дисциплинированными являлись 70,6% рабочих (включая почти 10% тех, у кого дисциплина признана образцовой), хотя и недисциплинированных оказалось до-

¹ См. «Правда», 18 июня 1983 г.

364 статочно много — несколько более 8%; около 13% рабочих были охарактеризованы как неинициативные, тогда как к числу инициативных и творческих работников принадлежало более 46% рабочих. В целом по совокупности всех показателей отношения к работе немногим более 3% рабочих были отнесены к отстающим, а к работающим хорошо и очень хорошо — почти 59% ¹. Близкие показатели, свидетельствующие о высоком в целом уровне социальной и квалификационно-профессиональной зрелости рабочего класса СССР, были получены и другими исследователями.

Специфическое для социализма проявление сознательного и заинтересованного отношения к общественному производству — массовое участие рабочих в техническом творчестве. И хотя они в общем хуже подготовлены к новаторской деятельности в области общественного производства, чем инженеры и техники, а тем более научные работники, все же удельный вес рабочих, занимающихся рационализацией и изобретательством, особенно в промышленности, весьма значителен и устойчиво растет.

Стимулом и формой усиления трудовой активности рабочего класса СССР является социалистическое соревнование. Оно способствует повышению производительности общественного труда, росту эффективности производства и качества выпускаемой продукции, достижению наилучших конечных народнохозяйственных результатов. На современном этапе социалистическое соревнование, место и роль которого были законодательно закреплены в Конституции СССР 1977 г., охватывает все отрасли народного хозяйства, втягивает в свою орбиту все большее число участников общественного производства. Основным участником социалистического соревнования, авангардом движения на всем протяжении его развития выступал и выступает рабочий класс. Рабочие стояли у истока социалистического соревнования, являясь инициаторами коммунистических субботников, по их же почину на рубеже 50—60-х годов возник и качественно новый, высший этап соревнования — движение за коммунистическое отношение к труду.

Сравнительно быстро это движение приобрело поистине массовый характер. С начала 60-х и до середины 80-х годов число его участников увеличилось с 934 тыс. до 74 млн. человек. Резко возросла и их доля в общей массе соревнующихся (с 2,6% в 1960 г. почти до 65% в 1982 г.) ². Активные участники этого движения отличаются, как правило, более высокой дисциплиной и производительностью труда, стремятся полнее овладеть новой техникой,

¹ См. «Рабочий класс СССР на рубеже 80-х годов». М., 1981, с. 147—149.

² См. «История социалистического соревнования в СССР». М., 1980, с. 177; «Народное хозяйство СССР. 1922—1982», с. 51; «Правда», 26 июля 1985 г.

365 чаще выступают с новаторскими предложениями, помогают молодым работникам эффективнее включиться в трудовой процесс.

Выражением трудовой активности рабочего класса СССР является также массовое участие рабочих в коммунистических субботниках, в освоении новых районов, в строительстве современных промышленных, транспортных, сельскохозяйственных объектов. В этих патриотических движениях участвуют трудящиеся всех наций и народностей нашей страны, это единое интернационалистское действие рабочего класса. Его интернационализм проявляется и тогда, когда рабочие более развитых в экономическом отношении республик активно помогают трудящимся менее развитых республик выйти на передовые рубежи технико-экономического и социального прогресса, когда они выполняют заказы этих республик на те или иные виды промышленной продукции либо когда по призыву партийных, государственных, хозяйственных органов этих республик едут туда для строительства и освоения новых промышленных объектов или принимают у себя посланцев этих республик, передают им свой профессиональный и социальный опыт. Так на деле происходит упрочение социального и интернационального единства советского народа.

Разумеется, у различных отрядов рабочего класса СССР, трудовых коллективов, отдельных работников не одинаков уровень включенности в социалистическое соревнование, движение новаторов и рационализаторов производства, в другие формы борьбы за повышение общественной производительности труда. В основе этих различий лежат объективные причины, прежде всего такие, как опыт производственно-профессиональной деятельности, уровень образовательной и профессиональной подготовки, условия и содержание труда в производствах, относящихся к разным сферам народного хозяйства и к разным ступеням научно-технического прогресса, взаимосвязь производственной и бытовой сфер жизнедеятельности рабочих (она существенно различна у мужчин и женщин, у семейных людей с несовершеннолетними детьми и несемейной молодежи). Так, среди почти 6 тыс. рабочих промышленности, опрошенных в 1976—1980 гг., высоким уровнем трудовой активности (выполнение производственных заданий, качество продукции, уровень дисциплины, участие в соревновании) характеризовалось 35—57% рабочих с общим производственным стажем более 10 лет и 17—35% молодых рабочих со стажем не более 3 лет ¹. Следовательно, растущий квалификационный и культурно-образовательный потенциал молодых рабочих далеко не сразу и не в полной мере реализуется в их практической трудовой деятельности (хотя, конечно, и большой стаж работы сам по себе не гарантирует полной самоотдачи рабочего на производстве).

¹ См. «Социологические исследования», 1983, № 4, с. 93.

366 Усилению активности рабочей молодежи способствует быстрое повышение ее образовательного уровня. Так, упомянутое обследование на промышленных предприятиях Ленинграда показало, что рабочие с полным средним образованием в общем и целом превосходят рабочих с более низким образованием по всем показателям производственной активности. Особенно явным было превосходство молодых рабочих со средним образованием по показателям качества выпускаемой продукции и дисциплинированности. В старших возрастных группах рабочие со средним образованием чаще участвуют в рационализации производства и изобретательстве. Так что если на первых порах преимущества более образованного рабочего выявляются в первую очередь на его рабочем месте, то по мере обогащения его производственного и социального опыта они становятся все более заметными уже в рамках деятельности отдельных подразделений и предприятий в целом ¹.

Столь же сильное влияние на усиление трудовой активности рабочих оказывает и уровень их профессиональной подготовки. Среди выпускников профтехучилищ больше рабочих с высокими показателями трудовой деятельности, чем у их сверстников, пришедших на производство после окончания школы и овладевших профессией непосредственно на производстве. Так, одно из обследований, проведенных во второй половине 70-х годов, показало, что с производственными заданиями хорошо справлялись 46% первых и 33% вторых, давали продукцию высокого качества соответственно 26 и 17%, отличались высоким уровнем дисциплинированности 33 и 20%, активно участвовали в социалистическом соревновании 40 и 22% ².

Более высокое общее и профессиональное образование дает рабочему возможность трудиться в профессиях большей сложности и вообще более активно и осознанно участвовать в реализации рабочим классом СССР его функции главной производительной силы советского общества. В свою очередь объективной технико-экономической основой усиления трудовой активности рабочих являются сдвиги в характере общественного производства, связанные (а) с завершением перехода от производства, базирующегося на труде доиндустриального (домашнего) или раннеиндустриального типа, к производству фабрично-заводского и конвейерного типа и (б) с начавшимся переходом от этого последнего к производству научно-индустриального типа.

Для профессий доиндустриального и раннеиндустриального труда характерны, как правило, низкий уровень квалификации,

¹ См. «Социальное и культурное развитие рабочего класса в социалистическом обществе (методические и методологические вопросы)». М., 1982, с. 120.

² См. «Социологические исследования», 1983, № 4, с. 95.

367 тяжесть и малая содержательность труда. У рабочих этих профессий медленнее вырабатывается ощущение ответственности перед коллективом, чувство причастности к общему делу, автоматизм дисциплины и добросовестности; они слабее ориентированы на инициативу и активное участие в управлении. Рабочих, занятых в профессиях, адекватных производству индустриального типа, отличает более высокий уровень культуры. Машинная технология резко усиливает взаимосвязь и взаимодействие таких рабочих в производстве, а их концентрация в крупных и крупнейших коллективах способствует развитию коллективизма, дисциплинированности, способности к длительному, упорному, ритмичному усилию, добросовестности выполнения частичных производственных операций, от которых зависит работа товарищей. Наконец, для большинства рабочих профессий научно-индустриального типа характерна деятельность, в которой резко возрастает удельный вес нестандартных элементов, самостоятельно принимаемых решений, освоения многообразной информации, осуществления сложных расчетов и соответственно понимания того, что в производстве этого типа соединение дисциплины и самоорганизации есть не только основа успешного индивидуального труда, но и предпосылка обеспечения производственного порядка в целом; это, естественно, способствует усилению сознательного отношения к труду и трудовой активности.

Таким образом, в основе увеличения трудового вклада рабочего класса СССР в решение экономических и социальных проблем совершенствования развитого социализма, активизации большинства рабочих в сфере производства лежат объективные процессы развития производительных сил, стимулируемого достижениями современного этапа НТР. Однако это отнюдь не стихийный процесс. Его предпосылкой является также экономическая и социальная политика КПСС, которая не ограничивается организацией и стимулированием социалистического соревнования как главной формы становления и утверждения нового отношения к труду. Партия руководит и всеми другими формами трудовой активности, заботится о создании наилучших экономических, технико-технологических, организационных и идейно-политических условий повышения ее производственной и социальной эффективности.

Охарактеризованные выше успехи в производственной сфере развития советского общества, усиление социалистического соревнования лучше всего свидетельствуют о том, что КПСС сумела придать этому процессу и должный размах, и организованность. Вместе с тем партийный анализ опыта 70-х—начала 80-х годов обнаружил и серьезные недостатки в организации трудовой активности работников общественного производства. Один из них, едва ли не главнейший, — это формализм, заорганизованность соревнования. Как подчеркивалось в Отчете ЦК КПСС XXVI съезду партии,

368 социалистическое соревнование «основано на высокой сознательности и инициативе людей», а формализм, когда, например, социалистические обязательства «спускаются» вышестоящими инстанциями, «наносит ущерб самому духу трудового соревнования»¹.

Необходимость творческого подхода к проблемам трудовой активности обусловлена тем, что «формы соцсоревнования, как и других общественных инициатив и массовых движений, не есть что-то застывшее, раз навсегда данное. Они меняются в зависимости от уровня материальной и духовной зрелости общества. И обязанность партии — вовремя замечать, поддерживать и распространять все полезные, животворные начинания» ².

В своей работе по организации социалистического соревнования, вообще всех форм усиления трудовой активности масс КПСС исходит из того, что социализм рождает новое отношение к труду, что подавляющему большинству работников труд в обобщенном производстве дает большое удовлетворение, что в процессе трудовой деятельности человек сам развивается как личность, как мастер своего дела, как гражданин. И все же удовлетворенность трудом — сильный, но не абсолютный фактор хорошей трудовой деятельности; существуют и другие ее мотивы, которые следует учитывать при организации трудового процесса, в том числе и социалистического соревнования, призванного существенно повышать эффективность труда работников общественного производства. В условиях социализма среди факторов удовлетворенности трудом и стимулов трудовой деятельности весьма важное место занимает заработная плата — не только ее размеры, но также ее соответствие трудовому вкладу работника.

Между тем в 60—70-х годах в общественном сознании получили распространение представления, что при социализме стремление к хорошим заработкам вовсе не относится к числу социально одобряемых ценностей. Эти представления проникли и в теоретические работы, посвященные проблемам развитого социализма, и в хозяйственную деятельность. В результате в практике хозяйствования стал усиливаться уравнительный подход, когда рост заработной платы трудовых коллективов и отдельных работников, отличающихся повышенной производительностью труда, искусственно ограничивался таким образом, что заработок добросовестных рабочих нередко мало отличался от заработка лиц, не выполнявших норм выработки. Подобного рода отклонения от социалистических принципов распределения и хозяйствования наносят ущерб и производству и воспитанию, «порождают такие серьезные явления, как трудовая и социальная пассивность, тунеядство, мо-

¹ «Материалы XXVI съезда КПСС», с. 58.

² «Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС, 14—15 июня 1983 года», с. 13.

369 ральный нигилизм, скрытые формы перераспределения доходов и благ» ¹.

Подобная дисгармония между реальными интересами трудящихся, которые полностью соответствуют интересам всего общества, и практикой оплаты труда «крайне вредно сказывается и на производственных показателях, и на психологии людей» ².

Поэтому партией поставлена задача «усилить стимулирующую роль оплаты по труду», чтобы она обеспечивала «справедливую и объективную оценку трудового вклада каждого» ³. Такая установка полностью соответствует представлениям о социальной справедливости как важнейшем факторе единства и стабильности социалистического общества ⁴.

Преодоление отступлений от социалистического принципа оплаты трудовой деятельности работников общественного производства — это составная часть проводимой КПСС работы по перестройке всего хозяйственного механизма, поиску новых форм и структур экономической деятельности, формированию современного экономического мышления, «нацеленного на инициативу и социалистическую предприимчивость, на... творческий поиск путей, ведущих к наилучшему конечному народнохозяйственному результату при наименьших затратах» ⁵. Одной из важнейших задач этой работы (и одним из наиболее действенных методов ее выполнения) становится усиление активности масс, их трудового вклада в решение всего спектра задач по совершенствованию развитого социализма.

ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА КПСС И РОСТ ОБЩЕСТВЕННОГО ПРОИЗВОДСТВА​

Главным результатом и важнейшим показателем усиливающейся производственной и общественно-политической активности рабочего класса СССР, стимулируемой и направляемой Коммунистической партией Советского Союза, является создание такого мощного производственного потенциала, который позволяет успешно решать задачи дальнейшего совершенствования развитого социалистического общества, построенного в нашей стране. В свою очередь социальный потенциал рабочего класса, т. е. мера его подготовленности к решению этих задач, во многом определяется теми сдвигами, которые происходят в народном хозяйстве.

Такого рода диалектическое единство деятельности и условий развития рабочего класса является реализацией одной из

¹ М. С. Горбачев. Живое творчество народа, с. 32.

⁵ «Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС, 14—15 июня 1983 года», с. 40.

370 важнейших закономерностей общественного прогресса, открытых К. Марксом. В процессе воспроизводства, писал Маркс, «изменяются не только объективные условия, так что, например, деревня становится городом, заросли — расчищенным полем и т. д., но изменяются и сами производители... развивая и преобразовывая самих себя благодаря производству, создавая новые силы и новые представления, новые способы общения, новые потребности и новый язык»¹.

Народное хозяйство СССР действительно вышло в 70-х и 80-х годах на принципиально новые рубежи. Об этом свидетельствуют, в частности, данные, отражающие динамику национального дохода, т. е. вновь создаваемого национального богатства. Если в начале 50-х годов, после восстановления народного хозяйства, он не превышал 55 млрд. руб. (или около 300 руб. на одного жителя страны), то в середине 60-х годов этот показатель приблизился к 200 млрд. (1965 г.— 193,5 млрд., 1966 г.— 207,4 млрд.), а в первой половине 80-х годов — к 570 млрд. (в 1984 г.— 569, 6 млрд. руб., или почти 2,1 тыс. руб. на одного жителя). Причем если в 1950 г. один работник общественного сектора народного хозяйства производил в среднем вновь создаваемой продукции на сумму примерно 810 руб., то в 1984 г.— более чем на 4400 руб.²

Ту же тенденцию отражают данные о многократном увеличении (с 1950 по 1984 г. более чем в 17 раз) основных производственных фондов. В результате к середине 80-х годов в СССР производилось промышленной продукции примерно в 15 раз больше, чем на рубеже 40-х и 50-х годов, в том числе товаров, предназначенных для потребления населением,— в 10 раз. Сельскохозяйственное производство увеличилось за это время почти в 3 раза. На этой основе многократно — почти в 11 раз — возрос розничный товарооборот государственной и кооперативной торговли³.

Подъем экономики СССР в 70—80-х годах служит важнейшим объективным фактором прогресса советского общества. Это имеет огромное значение и для реализации рабочим классом нашей страны интернационалистского долга: ускорения социально-экономического и культурного развития всех наций и народностей, населяющих Страну Советов; активного участия в международном социалистическом разделении труда; подъема на этой основе общественного производства всех социалистических стран; оказания прямой материальной помощи недостаточно развитым в экономическом отношении странам мирового социализма и странам социалистической ориентации; создания надежного оборонного щита.

Предпосылкой и свидетельством выхода производительных

¹ К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 46, ч. I, с. 483—484.

³ «СССР в цифрах в 1984 году», с. 32—35.

371 сил советского общества на качественно новый уровень являются изменения в характере и структуре общественного труда и производства, знаменующие завершение индустриализации народного хозяйства СССР и начало перехода к тому этапу развития производства, который связан со все более полным освоением достижений научно-технической революции. Весьма рельефно эти сдвиги проявляются в соотношении численности различных категорий работников народного хозяйства.

Так, в начале 80-х годов в сельском и лесном хозяйстве была занята лишь ¹/₅ всех трудящихся СССР. Соответственно почти до ²/₅ увеличилась доля занятых в индустриальных отраслях материального производства (промышленность, строительство) и более чем до ²/₅ — в отраслях производственной и социальной инфраструктуры (транспорт и связь, торговля, коммунальное и бытовое обслуживание населения, здравоохранение, просвещение, наука и научное обслуживание и т. п.). Но если в 1951—1965 гг. это увеличение было в общем равномерным (доля занятых в индустриальных отраслях выросла на 9 процентных пунктов — с 27 до 36%, а в отраслях обслуживания — на 8 пунктов — с 23 до 31%), то затем относительное увеличение численности работников в индустриальных отраслях замедлилось (с 1965 по 1984 г. лишь на 3 пункта — до 39%), а в отраслях обслуживания сохранилось на прежнем уровне (к 1984 г. на 10 пунктов — до 41%) ¹. Следовательно, в социально-экономическом развитии СССР все большую роль наряду с отраслями материального производства играют также отрасли, главной функцией которых является производство услуг — материально-производственных, бытовых, социально-культурных.

Сосредоточение все большей части занятого населения на тех участках общественного производства, которые определяют существенное повышение общей эффективности народного хозяйства,— важная предпосылка решения кардинальных экономических и социальных задач развития общества. В этом смысле особенно важное значение имеет очень быстрый рост численности работников в науке и научном обслуживании — в 1961—1984 гг. в 2,8 раза, почти до 4,5 млн. человек (тогда как общая численность рабочих и служащих увеличилась в 1,9 раза) ². Причем затраты на науку из всех источников финансирования составили в 1983 г. 26 млрд. руб. (более 17% от общей суммы капитальных вложений государственных и кооперативных предприятий и организаций), тогда как в 1950 г.— 1 млрд. (7,8%), в 1970 г.— 11,7 млрд. руб. (14,5%) ³.

¹ См. «Народное хозяйство СССР в 1970 г.», с. 507; «СССР в цифрах в 1984 году», с. 177.

³ См. «Народное хозяйство СССР в 1970 г.», с. 56, 478, 732; «Народное хозяйство СССР в 1983 г.», с. 359, 549.

372 Одновременно развивается (хотя и медленнее, чем необходимо) система связующих звеньев, по которым осуществляется взаимодействие науки и материального производства.

В целом общественное производство стало гораздо более интенсивным, чем два-три десятилетия назад, что позволило существенно увеличить средства, выделяемые на подъем народного благосостояния. Эту тенденцию достаточно наглядно демонстрируют пропорции распределения национального дохода. Так, фонд потребления (часть национального дохода, расходуемого на личное и общественное потребление) вырос со 104,5 млрд. руб. в 1960 г. до 201,3 млрд. в 1970 г. и 392 млрд. в 1983 г. Причем если до начала 70-х годов его удельный вес в составе всего национального дохода, используемого на потребление и накопление, в общем систематически снижался (до 70,5% в 1970 г.), то затем он стал расти (до 74—75% в конце 70-х и начале 80-х годов). С учетом затрат на жилищное и социально-культурное строительство непосредственно на народное благосостояние теперь направляется 4/5 национального дохода ¹.

Вместе с тем наряду с достижениями, которые уже материализовались в образе и укладе жизни сотен миллионов советских людей, с начала 70-х годов стали усиливаться и такие неблагоприятные тенденции, которые не соответствуют курсу на интенсификацию общественного производства, произошло замедление экономического роста. Во многом оно было обусловлено тем, что в большинстве отраслей народного хозяйства СССР, как отмечалось на апрельском (1985 г.) Пленуме ЦК КПСС, научно-технический прогресс протекал «вяло, по сути дела эволюционно», поскольку «не проявлялось настойчивости в разработке и осуществлении крупных мер в экономической сфере» ², в том числе «в перестройке структурной политики, форм и методов управления, самой психологии хозяйственной деятельности» ³. Благодаря активной работе партии начиная с 1983 г. удалось улучшить экономическую ситуацию, однако не все трудности были преодолены; поэтому КПСС настойчиво ищет способы осуществления «решающего поворота в переводе народного хозяйства на рельсы интенсивного развития», которые позволили бы «в короткие сроки выйти на самые передовые научно-технические позиции, на высший мировой уровень производительности общественного труда» ⁴.

¹ См. «Народное хозяйство СССР в 1970 г.», с. 535; «СССР в цифрах в 1984 году», с. 198.

⁴ «Материалы внеочередного Пленума Центрального Комитета КПСС, 11 марта 1985 года», с. 10.

373 Традиционно главной сферой развития и деятельности рабочего класса является промышленность. Как уже отмечалось, здесь трудится самый многочисленный отряд советского рабочего класса: в 1983 г. в народном хозяйстве СССР было занято более 30 млн. промышленных рабочих (почти на 12 млн. больше, чем в 1960 г.), а общая численность промышленно-производственного персонала приблизилась к 38 млн. человек (треть всех рабочих и служащих)¹. От результатов производственной деятельности промышленного отряда рабочего класса СССР в значительной мере зависит решение практически всех экономических и социальных задач общественного прогресса.

Важно отметить, что быстрее всего развиваются те отрасли тяжелой промышленности, которые определяющим образом влияют на характер и темпы технико-экономического развития общественного производства. Так, удельный вес машиностроения и металлообработки в общем объеме промышленной продукции (в оптовых ценах предприятий на 1 января 1975 г.) вырос с 16,7% в 1965 г. до 28,7% в 1980 г., химии и нефтехимии — с 4,7 до 7% ². Опережающими темпами росло производство в этих отраслях и в первой половине 80-х годов ³. Вместе с тем доля производства предметов потребления в общем объеме промышленной продукции остается более или менее стабильной с середины 60-х годов: в 1960 г. — 27,5%, в 1970 г. — 26,6, в 1983 г. — 25,1% ⁴.

Однако увеличение промышленного производства обеспечивалось в большой мере экстенсивным расширением промышленно-производственных основных фондов; между тем темпы их обновления снижались и значительная часть фондов устаревала. Это «отрицательно сказывается на всей экономике» ⁵. Показательно, что прирост производительности труда в промышленности постепенно отставал от темпов прироста фондовооруженности промышленно-производственного персонала (в 1966—1970 гг. эти показатели соотносились как 94 : 100; в 1971—1975 гг. — 81 : 100; в 1976—1980 гг. — 44 : 100; в 1981—1983 гг. — 35 : 100) ⁶. Поэтому с начала 80-х годов КПСС энергично изыскивает методы и средства преодоления таких тенденций; это имеет тем большее значение, что промышленности принадлежит ключевое место во всей системе хозяйственных проблем.

¹ См. «СССР в цифрах в 1984 году», с. 180—181.

⁶ См. «Народное хозяйство СССР в 1970 г.», с. 162, 170; «Народное хозяйство СССР. 1922—1982», с. 164, 172; «Народное хозяйство СССР в 1983 г.», с. 135, 142.

374 Решающую роль в существенном повышении производительности труда в промышленности и соответственно в интенсификации народного хозяйства страны должно сыграть ускорение научно-технического прогресса. Эта проблема занимает одно из центральных мест в экономической политике КПСС. Для ее решения, отмечалось на апрельском (1985 г.) Пленуме ЦК КПСС, нужны революционные сдвиги, позволяющие «быстро перейти на производство новых поколений машин и оборудования, которые способны обеспечить внедрение прогрессивной технологии, многократно повысить производительность труда, снизить материалоемкость, поднять фондоотдачу» ¹. Основные направления этих сдвигов и обеспечивающие их меры были обсуждены на состоявшемся в ЦК КПСС 11—12 июня 1985 г. совещании по вопросам ускорения научно-технического прогресса.

Крупный отряд рабочего класса СССР трудится в строительстве: в 1983 г. во всех строительных организациях нашей страны было занято 8 554 тыс. рабочих, или 10,6% всех советских рабочих ². Их трудом в 70-х годах и в первые три года 80-х построено и введено в действие более 3,2 тыс. предприятий, а также жилые дома общей площадью свыше 1,3 млрд. кв. м (треть всего жилищного фонда нашей страны). Объем строительно-монтажных работ увеличился за это время почти в 3 раза (хотя численность рабочих увеличилась всего на 11%, причем с середины 70-х годов она оставалась стабильной) ³. Строительство могло решать такие грандиозные задачи усиления производственного потенциала общества развитого социализма и подъема уровня жизни советского народа прежде всего потому, что оно превратилось в крупную индустриальную отрасль народного хозяйства. Это стало возможным и необходимым главным образом в результате перевода строительно-монтажных работ на промышленную основу, применения сборных железобетонных конструкций и деталей, оснащения строителей разнообразной техникой. Характерно, что механовооруженность труда в строительстве в 1983 г. превышала уровень 1960 г. в 5,4 раза ⁴.

Вместе с тем, как отмечалось на ноябрьском (1982 г.) Пленуме ЦК КПСС, «в сфере капитального строительства сохраняется немало проблем» — распыление сил и средств, неудовлетворительная организация самого строительного дела, низкое качество

¹ «Правда», 24 апреля 1985 г.

⁴ См. «СССР в цифрах в 1983 г.». М., 1984, с. 85; «СССР в цифрах в 1984 году», с. 87.

375 строительно-монтажных работ ¹. Преодоление этих негативных тенденций образует важную предпосылку решения современных экономических проблем совершенствования развитого социализма. Для этого, подчеркивал М. С. Горбачев на совещании по вопросам ускорения научно-технического прогресса в июне 1985 г., необходимо навести порядок в этой сфере, с тем чтобы «превратить строительное производство в единый индустриальный процесс» ².

В системе отраслей, которые обеспечивают функционирование общественного производства, особо важную роль играют транспорт и связь, которые непосредственно соединяют в народнохозяйственный комплекс все предприятия, отрасли и регионы страны и вместе с тем являются составной частью социальной инфраструктуры. В них занято без малого 10 млн. рабочих, т. е. более ¹/₃ советского рабочего класса ³.

Для развития транспорта СССР характерны наряду с возрастанием его мощности (грузооборот всех видов транспорта в 1961—1983 гг. вырос в 3,3 раза) также существенные сдвиги в структуре перевозок: если еще относительно недавно огромную часть грузопотока принимали на себя железные дороги (в 1960 г.— 80% грузооборота), то уже в 1970 г. на них приходилось только 65%, а в 1983 г.— 48% грузооборота. Соответственно рос удельный вес перевозок другими видами транспорта, особенно трубопроводным (в 1960 г.— 3,4%, в 1970 г.— 10,4, в 1980 г.— 29,7% грузооборота) ⁴. Непрерывно совершенствуется материально-техническая база транспортной отрасли. Однако с каждым годом все больше трудностей в функционировании народнохозяйственного комплекса определялось систематическим ухудшением показателей работы транспорта. Преодоление этой тенденции — важная проблема деятельности КПСС в 80-х годах.

Для развития аграрного сектора советской экономики, играющего очень важную роль в повышении благосостояния советских людей, огромное значение имело укрепление материально-технической базы сельского хозяйства, осуществлявшееся во исполнение решений мартовского (1965 г.) Пленума ЦК КПСС. Обобщенным выражением этого направления аграрной политики КПСС стало значительное возрастание капитальных вложений в развитие сельского хозяйства — до 27% всех капиталовложений в народное хозяйство во второй половине 70-х и в первой половине 80-х годов ⁵. «Все это позволило создать фундамент — и фунда-

¹ См. «Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС, 22 ноября 1982 года». М., 1982, с. 16.

⁵ См. «Народное хозяйство СССР в 1980 г.», с. 340; «СССР в цифрах в 1984 г.», с. 169—171.

376 мент прочный, основательный — для превращения сельского хозяйства в высокоразвитый сектор экономики»¹.

Реализации этих существенно улучшившихся материально-технических возможностей сельского хозяйства способствует усиление тенденции к налаживанию и упрочению кооперативных связей между всеми участками агропромышленного комплекса, получившей особенно сильный импульс в 70-х годах. Одним из ее проявлений стало объединение средств и сил колхозов, совхозов, других государственных и кооперативных предприятий и организаций для совместного производства и переработки сельскохозяйственной продукции, для реализации строительных программ и т. д. Уже в 1970 г. действовало 4580, а в 1983 г. — 9897 межхозяйственных предприятий и организаций. За это десятилетие их основные фонды увеличились в 8 раз (с 2,6 млрд. до 21 млрд. руб.); среднегодовая численность работников межхозяйственных предприятий (кроме строительных) выросла с 78,7 до 765 тыс. человек, а межхозяйственных строительных организаций — с 865,7 до 1 222,5 тыс. человек².

Со второй половины 70-х годов берет начало и такое направление этого интеграционного процесса, которое вызвано необходимостью преодолеть ведомственную разобщенность аграрно-промышленного комплекса, усилить кооперацию сельскохозяйственных предприятий, обслуживающих их организаций, а также предприятий, осуществляющих промышленную переработку сельскохозяйственной продукции. Сначала в экспериментальном порядке, а после майского (1982 г.) Пленума ЦК КПСС повсеместно стали создаваться районные агропромышленные объединения (РАПО).

Все это обеспечило систематическое увеличение среднегодовых объемов сельскохозяйственного производства: в 1981—1983 гг. — более чем в 1,5 раза по сравнению с 1961—1965 гг. В результате за это время потребление мяса и мясопродуктов на душу населения увеличилось более чем на ²/₅, молока и молочных продуктов — на ¹/₄, яиц — почти в 2 раза, овощей — более чем на ¹/₃, растительного масла — на ¹/₄. «И тем не менее мы не можем довольствоваться достигнутым, — отмечалось на майском (1982 г.) Пленуме ЦК КПСС, — не можем не видеть, что продовольственная проблема далеко еще не снята с повестки дня. Если по общему уровню калорийности рацион питания советского человека соответствует физиологическим нормам, то структура питания нуждается в улучшении. Не удовлетворяется спрос на мясные и молочные изделия, недостает овощей и фруктов. В ряде районов имеют место перебои в торговле продовольственными товарами»³. В одобренной Пле-

¹ «Материалы XXV съезда КПСС», с. 50.

³ «Коммунист», 1982, № 9, с. 6.

377 нумом Продовольственной программе СССР на период до 1990 года в качестве составной части экономической стратегии КПСС на 80-е годы предусмотрено осуществление системы мероприятий, имеющих целью значительно улучшить обеспечение советских людей продуктами питания ¹.

Все большее место в экономической политике КПСС, в созидательной деятельности рабочего класса СССР в 70—80-х годах занимали проблемы развития сферы обслуживания, в которой ныне трудится около ¹/₃ всех работников общественного производства (и ¹/₄ всех рабочих). Особенно велика роль рабочего класса в приобретающем все большее значение производстве материальных услуг населению; в этих отраслях (торговля, общественное питание, жилищно-коммунальное хозяйство и бытовое обслуживание населения) на долю рабочих и приравненного к ним персонала приходится ⁴/₅ общей численности работников данных отраслей ².

Большие группы рабочих заняты также транспортным обслуживанием населения и предоставлением ему услуг связи.

В 70—80-х годах существенно возросли масштабы обслуживания. Так, например, перевозки пассажиров транспортом общего пользования выросли в 1971—1983 гг. в 1,6 раза; продажа товаров за это же время увеличилась в 1,8 раза, а объем реализации бытовых услуг — в 2,8 раза; мест в предприятиях общественного пользования в 1983 г. стало в 1,7 раза больше, чем было в 1970 г. ³ Совершеннее становится структура предоставляемых услуг, хотя качество обслуживания вызывает много справедливых нареканий.

КПСС рассматривает вопрос о расширении масштабов и улучшении качества социально-бытового обслуживания населения в совокупности с вопросом о развитии производства товаров народного потребления как важный аспект дальнейшего подъема благосостояния советских людей. Чтобы ускоренно развивать сферу услуг, в том числе транспортное, бытовое, культурное обслуживание, ремонт и строительство жилья, организацию отдыха и досуга населения, ЦК КПСС признал необходимым разработать в составе пятилетнего плана экономического и социального развития СССР на 1986—1990 гг. и его основных направлений на более длительную перспективу комплексную программу развития производства товаров народного потребления и системы услуг населению. Она предусматривает удовлетворение материальных потребностей населения на качественно более высоком уровне.

Для развития народного хозяйства СССР характерны также крупные сдвиги в размещении производительных сил, формирова-

¹ См. «Коммунист», 1982, № 9, с. 3—63.

³ См. там же, с. 331, 335, 435, 437, 480.

378 ние новых территориально-производственных комплексов в европейской части РСФСР, на Урале, в Сибири, на Дальнем Востоке, в Казахстане, других регионах страны. Для СССР, как и для других многонациональных социалистических государств, особенно большое значение имеют те направления в формировании новой территориальной структуры народного хозяйства, которые связаны с выравниванием уровня экономического развития всех наций и народностей, живущих на территории нашей страны. При этом речь идет не о копировании структуры хозяйственного комплекса более развитых в экономическом отношении республик, а о создании современного типа хозяйственных структур, основу которых образует индустриальное производство.

Уже к началу 70-х годов во всех союзных республиках сложились более или менее мощные индустриальные комплексы. Об этом говорят следующие факты: в 1970 г. в Эстонии, Латвии, РСФСР, на Украине, в Литве, Армении и Казахстане в индустриальных отраслях народного хозяйства (промышленность, строительство, транспорт и связь) трудилось более ²/₅ занятого населения, в Белоруссии — почти ²/₅, в Киргизии, Азербайджане, Грузии и Туркмении — около ¹/₃, в Узбекистане, Таджикистане и Молдавии — более ¹/₄ ¹. На протяжении 70-х и начала 80-х годов эта тенденция набрала еще большую силу, поскольку темпами выше общесоюзных в 1971—1984 гг. росло промышленное производство в Белоруссии, Азербайджане, Армении, Молдавии, Грузии, Узбекистане, Киргизии, Литве ².

Возросшие масштабы общественного производства и усложнение его структуры, равно как и недочеты в его развитии, выдвинули на первый план экономической политики КПСС проблему совершенствования хозяйственного механизма. Ее актуальность усиливалась в связи с тем, что функционировавшая вплоть до начала 80-х годов система хозяйствования сложилась в своих основных чертах на этапе, предшествовавшем построению развитого социализма. В ней сохранялось многое из того, что на начальном этапе социалистического строительства способствовало решению основных экономических проблем (и прежде всего индустриализации народного хозяйства), но не соответствовало условиям и задачам нового этапа ³.

Как уже отмечалось выше, в середине 60-х годов началось осуществление реформы хозяйственного механизма, направленной на преодоление такого положения, когда в руководстве промышленностью чрезмерно большое место занимали административные

¹ См. «Итоги Всесоюзной переписи населения 1970 года», т. 5, с. 295—302.

³ См. Л. Абалкин. Теоретические вопросы хозяйственного механизма. — «Коммунист», 1983, № 14, с. 33—34.

379 формы и методы, а значение экономических методов и роль трудовых коллективов были принижены. Однако совершенствование хозяйственного механизма — это не только принятие соответствующих нормативных документов, но прежде всего реальное изменение конкретных форм производственных отношений, в рамках которых действуют различные звенья общественного производства. Если этого не происходит, функционирующий механизм может существенно отличаться от нормативного, что отрицательно сказывается на развитии производительных сил ¹. В сущности такое расхождение и произошло во второй половине 60-х — начале 70-х годов.

Поэтому в 1979 г. были приняты новые постановления о совершенствовании хозяйственного механизма ², призванные ослабить административные и усилить экономические методы в сфере планирования народного хозяйства и управления им. Однако эти задачи, как отмечалось на Пленумах ЦК КПСС, решались медленно, половинчато. В связи с этим возникла необходимость энергично наверстывать упущенное и «создать хозяйственный механизм, адекватный развитому социализму» ³.

Главное требование, выдвигаемое КПСС в связи с проблемой совершенствования хозяйственного механизма, состоит в том, чтобы неуклонно исходить из законов развития экономической системы социализма, избавиться от всякого рода попыток управлять экономикой чуждыми ее природе методами, помнить предостережение В. И. Ленина от наивной веры решать все задачи «коммунистическим декретированием» ⁴. В частности, большое значение приобрело использование опыта братских стран социализма.

В результате теоретического анализа практики хозяйствования в свете общих принципов учения о социализме как первой фазе коммунистической формации, проделанного КПСС, «стала яснее концепция перестройки хозяйственного механизма». Ее суть, говорил М. С. Горбачев на апрельском (1985 г.) Пленуме ЦК КПСС, состоит в том, что, развивая и дальше «централизованное начало в решении стратегических задач, нужно смелее двигаться вперед по пути расширения прав предприятий, их самостоятельности, внедрять хозяйственный расчет и на этой основе повышать ответственность и заинтересованность трудовых коллективов в конечных результатах работы» ⁵.

¹ См. Л. Абалкин. Указ. соч., с. 35.

⁵ «Правда», 24 апреля 1985 г.

380 Начало практической реализации этой концепции было положено крупномасштабным экспериментом, предпринятым в соответствии с постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР (июль 1983 г.); он начал осуществляться с 1 января 1984 г. в масштабе двух общесоюзных и трех республиканских министерств. Эксперимент выявил положительное влияние предусмотренного в постановлении комплекса мер, и прежде всего расширения прав и повышения ответственности производственных объединений и предприятий, на работу их трудовых коллективов. Поэтому в 1985—1986 гг. на новые условия хозяйствования было переведено большинство отраслей промышленности, а также система бытового обслуживания населения. При этом было предусмотрено дальнейшее совершенствование новых методов хозяйствования, усиление воздействия экономического механизма на ускорение научно-технического прогресса, на улучшение использования трудовых и материальных ресурсов¹.

Вместе с тем на апрельском (1985 г.) Пленуме ЦК КПСС отмечалось, что советская экономика достигла такого рубежа, «когда от эксперимента надо переходить к созданию целостной системы хозяйствования и управления»² . Важным шагом в этом направлении стало Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР о широком распространении новых методов хозяйствования (июль 1985 г.), в котором разработана система мер, призванных обеспечить в органическом единстве улучшение планирования, усиление действенности экономических рычагов и стимулов, совершенствование организационной структуры управления и еще больше повысить заинтересованность всех звеньев народного хозяйства в повышении эффективности и технического уровня производства, качества выпускаемой продукции³.

РОЛЬ РАБОЧЕГО КЛАССА В КУЛЬТУРНОМ РАЗВИТИИ СОВЕТСКОГО ОБЩЕСТВА​

Рабочий класс СССР участвует в совершенствовании развитого социализма и тем, что оказывает сильное воздействие на культурную сферу жизнедеятельности и развития советского общества. Одно из главных направлений такого воздействия — создание трудом рабочих основных материальных предпосылок прогресса этой сферы, ведь их постоянное расширение, увеличение расходов общества на удовлетворение культурных потребностей населе-

¹ «Правда», 26 июля 1983 г.; 24 августа 1984 г.; 22 февраля, 13 июля, 4 августа 1985 г.

³ «Правда», 4 августа 1985 г.

381 ния ¹ возможны лишь тогда, когда растет национальный доход, в создании которого роль рабочего класса особенно велика. К тому же значительные группы рабочих заняты непосредственно в учреждениях культурного обслуживания ², а также сооружением школ, кинотеатров, других объектов культурного назначения, печатанием книг, учебников и учебных пособий, журналов и газет, производством учебного и лабораторного оборудования и т. д.

Один из важнейших результатов созидательной деятельности рабочего класса — складывание в СССР принципиально новой культурной ситуации, суть которой определяется прежде всего тем, что в 70-х годах был «взят важный рубеж — завершен переход к обязательному всеобщему среднему образованию» ³.

К этой вехе культурного прогресса советское общество шло несколько десятилетий. Важнейшими его предпосылками было осуществление в 30-х годах всеобщего обязательного начального образования детей и в 50-х годах всеобщего обязательного семилетнего (затем восьмилетнего) образования подростков и молодежи. Курс на полный охват подрастающих поколений неполной средней школой был намечен еще в конце 30-х годов, однако его реализации воспрепятствовала фашистская агрессия.

Полное среднее (как общее, так и специальное) образование получило в конце 30-х годов не более 14% молодежи соответствующего возраста; к середине 50-х годов этот показатель повысился до 40%; в середине 60-х годов получивших такое образование было уже 65%; наконец, со второй половины 70-х годов практически вся молодежь обладает дипломами и аттестатами о среднем специальном или среднем общем образовании ⁴. Этот успех — и по быстроте его достижения, и по глубине его воздействия на все стороны жизни советского общества — имел поистине революционный характер. Тот факт, что «подрастающее поколение нашей страны вступает в жизнь, имея среднее образование», отмечалось в Постановлении ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 22 декабря 1977 г., «создает новые возможности для дальнейшего

¹ В 1983 г. из государственного бюджета и других источников финансирования на развитие системы образования и культурно-просветительной работы было направлено 40,8 млрд. руб. — на 74% больше, чем в 1970 г. (см. «Народное хозяйство СССР в 1983 г.», с. 549).

⁴ Рассчитано по: «Народное образование, наука и культура в СССР». Статистический сборник. М., 1977, с. 93, 176; «Народное хозяйство в 1983 г.», с. 485; «Итоги Всесоюзной переписи населения 1970 года», т. 2, с. 12—13.

382 роста производительности труда, духовной культуры и сознания трудящихся масс, формирования человека коммунистического общества» ¹.

В результате, с одной стороны, происходило отмеченное выше повышение культурно-образовательного уровня рабочего класса, а с другой — все более многочисленным слоем становилась советская народная интеллигенция. О темпах ее роста свидетельствуют следующие данные. В 1959 г. в СССР насчитывалось 3,8 млн. человек, имевших высшее образование, в 1970 г. их было уже 8,3 млн., а к началу 1984 г. — 18,5 млн. Лиц, имеющих среднее специальное образование, было (соответственно) 7,9; 13,4 и 28,2 млн. человек. Если в 1960 г. специалисты с высшим и средним специальным образованием составляли лишь немногим более ¹/₁₀ от общей численности занятых в народном хозяйстве СССР, то к 1983 г. их удельный вес превысил ¹/₄ ².

Столь высокие темпы количественного роста интеллигенции в значительной степени обеспечивались рабочим классом и непосредственно: ежегодно сотни тысяч наиболее образованных выходцев из рабочей среды становились квалифицированными работниками умственного труда. Это направление социальной активности рабочего класса имеет важное значение, поскольку советское общество располагает теперь неизмеримо большим, чем когда-либо, культурным потенциалом и соответственно растущими возможностями осваивать духовные ценности мировой культуры, без чего, как указывал В. И. Ленин, невозможно построение коммунизма ³.

Прямым следствием крупномасштабной и многообразной производственной деятельности советских рабочих является также развитие процессов урбанизации, коренным образом меняющих уклад жизни миллионов и десятков миллионов людей, включающих их в такую структуру жизнедеятельности, которая, с одной стороны, облегчает приобщение к ценностям современной культуры, а с другой — требует такого приобщения.

Бурное развитие урбанизации началось в СССР с конца 20-х — начала 30-х годов в связи с развертывавшейся и набиравшей большую силу индустриализацией народного хозяйства. Но только в 1961 г. соотношение численности городского и сельского населения в нашей стране сравнялось, а к середине 80-х годов удельный вес горожан достиг ²/₃ населения СССР ⁴. Конечно, высокие темпы

¹ «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК», т. 12. М., 1978, с. 584.

⁴ См. «Население СССР: численность, состав и движение населения. 1973». Статистический сборник. М., 1975, с. 7; «Народное хозяйство СССР в 1983 г.», с. 5.

383 роста городского населения не могли быть обеспечены только его естественным воспроизводством (тем более что уровень рождаемости в городах всегда был и остается более низким, чем в сельской местности). И действительно, в 50—70-х годах в города переселилось примерно 50 млн. жителей сел и деревень — больше, чем за это же тридцатилетие вступило в трудоспособный возраст коренных горожан ¹.

Столь массовый наплыв в города мигрантов из деревни нельзя истолковать однозначно. С одной стороны, переселенцы из деревни не сразу адаптируются к условиям производства в городских отраслях народного хозяйства, вообще к городскому образу жизни, к системе установок и ориентаций, типичных для коренных горожан. Они более или менее длительное время сохраняют приверженность к нормам и стереотипам сельской культуры. К тому же уровень их образовательной, а соответственно и профессиональной подготовки в 50—60-х годах был в общем ниже, чем у горожан аналогичных возрастов. Не случайно переселенцы обычно занимают те рабочие места, которые не пользуются популярностью у молодых горожан.

С другой стороны, переселившиеся в города сельские жители вовлекаются в городские структуры общественной жизни и осваивают стандарты городской культуры быстрее и основательнее, чем остальные категории сельского населения. К тому же существенное расширение трудовых ресурсов городов за счет сельского населения обеспечивает вовлечение коренных горожан, и прежде всего городской молодежи, в те отрасли общественного производства и сферы обслуживания, развитие которых имеет особенно большое значение для возрастания научно-технического, экономического и культурного потенциала городов, а тем самым и для усиления их влияния на процессы модернизации всего уклада жизни советских людей (в том числе в результате и на базе урбанизации страны).

Большое значение имеет и то обстоятельство, что растущую часть городского населения составляют жители больших и крупных городов. В городах с населением свыше полумиллиона человек в 1926 г. проживало менее 16% всех горожан, в 1939 г.— около 23%, в 1959 г.— более 24%, в 1985 г.— 33% ². Такие города играют особенно важную роль в социально-экономическом и культурном прогрессе советского общества. Здесь юноши и девушки получают более основательную и разнообразную профессиональ-

¹ См. «Население СССР». Статистический сборник, с. 178; Т. И. Заславская, Л. В. Корель. Миграция населения между городом и селом.— «Социологические исследования», 1981, № 3, с. 42.

² См. «Итоги Всесоюзной переписи населения 1959 года: СССР» (сводный том), с. 35; «СССР в цифрах в 1984 г.», с. 5, 10—11.

384 ную подготовку к активной трудовой, общественно-политической и культурной жизни, к освоению норм и ценностей городской культуры и индустриального производства. Они имеют здесь бо́льшую свободу выбора того или иного типа общего и профессионального образования и производственной деятельности, а значит, и возможность лучше реализовать полученные знания и собственные жизненные планы.

При этом в крупные города переселяются главным образом жители небольших и малых городов и поселков городского типа, а эти последние растут в значительной мере за счет мигрантов из сельской местности ¹. Подобный «ступенчатый» характер миграции, обеспечивающий в конечном счете опережающие темпы роста наиболее крупных городов, имеет большой социальный смысл, поскольку адаптация переселенцев к новым условиям жизни протекает легче и успешнее, если эти новые условия отличаются от предыдущих не слишком существенно (как и бывает, когда жители меньших городов мигрируют в бо́льшие, а жители сельских населенных пунктов — в малые города и поселки городского типа).

Вместе с тем, с одной стороны, количественный рост городского населения замедляется, а с другой — все более заметным большинством в его пополнениях становятся горожане во втором, третьем и так далее поколениях. К тому же и во «внешних пополнениях» городского населения, т. е. в составе сельских мигрантов, оседающих в городах, постоянно увеличивается доля тех, кто уже в период жизни в сельской местности так или иначе был приобщен к труду в индустриальном секторе или в сфере обслуживания, т. е. в «городских» отраслях народного хозяйства, к культурно-бытовым стереотипам городского стиля жизни, вообще к тем материальным и духовным ценностям и нормам повседневной жизнедеятельности, которые характерны для современного советского города. Собственно, этот процесс сближения условий и характера жизнедеятельности сельского населения с городским стал важнейшим аспектом урбанизации СССР наряду с опережающими темпами роста городского населения и особенно больших и крупных городов.

Важным фактором подобной урбанизации села является то обстоятельство, что значительная (и все растущая) часть трудоспособного сельского населения работает на предприятиях и в учреждениях несельскохозяйственных отраслей народного хозяйства, расположенных в городах. В конце 50-х годов такими «маятниковыми мигрантами» были 3—3,5 млн. сельских жителей (6—7% занятого сельского населения), а в середине 70-х годов

¹ См. «Социальное развитие рабочего класса СССР. Рост численности, квалификации, благосостояния рабочих в развитом социалистическом обществе». М., 1977, с. 36—37.

385 уже 5,5 млн. (12—13%) ¹. Они включены в процесс разделения труда, развивающийся в условиях города, а не села.

Одновременно процесс урбанизации села захватил и разнообразные участки сферы быта и повседневной культурной жизни. Жилищные условия постепенно приближаются к городским, так же как и обеспеченность сельских семей предметами культурно-бытового назначения длительного пользования. Все бо́льшие возможности для приобщения сельских жителей, и особенно молодежи, к ценностям духовной культуры предоставляет сеть массовых библиотек, кинотеатров, клубов и других учреждений культуры. К тому же в сельской местности существенно улучшились и продолжают улучшаться, приближаясь к городским, возможности обучения детей и молодежи в общеобразовательной школе: так, если в конце 40-х годов относительная численность 15—16-летней молодежи, продолжающей обучение в 9—10-х классах общеобразовательной школы после окончания 8-го класса, была в городах в 3—4 раза большей, чем в селах, то в начале 60-х годов это превышение было лишь двойным, а к началу 80-х годов доля продолжающих обучение в старших классах стала практически одинаковой и в городах, и в сельской местности ².

Наконец — но не в последнюю очередь! — роль рабочего класса в культурном прогрессе советского общества определяется и тем, что повседневная культурная деятельность рабочих, их активное приобщение к духовным ценностям социалистического общества, участие в созидании новых ценностей культуры служат фактором и формой все более полного освоения как материальных предпосылок культурного развития, так и тех огромных достижений мировой культуры, которые накоплены человечеством. Расширение масштабов культурной деятельности рабочих, совершенствование ее структуры и обогащение содержания являются следствием (и составной частью) прогресса рабочего быта.

Глубокие сдвиги в бытовой, непроизводственной деятельности советских рабочих начались еще на ранних этапах социалистического строительства, предшествовавших вступлению советского общества в этап развитого социализма. Так, средняя продолжительность труда в домашнем и личном подсобном хозяйстве в расчете на одного взрослого члена рабочей семьи снизилась с 35 часов в неделю в 1923—1924 гг. до 21 часа в 1963 г.; соответственно

¹ См. «Итоги Всесоюзной переписи населения 1959 года: СССР» (сводный том), с. 104—109; «Итоги Всесоюзной переписи населения 1970 года», т. 5, с. 194—200; «Труд в СССР», с. 25, 38; «Вестник статистики», 1971, № 10, с. 88; И. М. Таборисская. Маятниковая миграция населения (теория, методология, практика). М., 1979, с. 91, 101.

² См. «Народное хозяйство СССР в 1970 г.», с. 629; «Народное хозяйство СССР в 1980 г.», с. 457.

386 затраты времени на культурно-бытовые занятия увеличились с 6—7 до 12—13 часов в неделю. При этом повседневная культурная жизнь стала значительно более разнообразной и интенсивной ¹. Как показали всесоюзные обследования бюджета времени рабочих и служащих промышленности, предпринятые в 1963, 1977 и 1980 гг., на современном этапе развития советского общества сдвиги в структуре внепроизводственной деятельности рабочих продолжались. Наиболее впечатляющий из них — увеличение времени культурно-бытовых занятий в среднем на 10 часов в неделю — до 22,5 часа. Знаменательно, что если в 20-х годах затраты времени на ведение домашнего хозяйства и уход за детьми, с одной стороны, и на культурно-бытовые занятия (включая воспитание детей) — с другой, соотносились как 100 : 18, в 1963 г.— как 100 : 54, то в 1980 г. уже как 100 : 109 ².

Приобщение к ценностям духовной культуры (чтение книг и газет, посещение кино и театров, просмотр телевизионных передач, учеба и самообразование и т. д.) стало важнейшим структурным элементом современного рабочего быта. Теперь это едва ли не самая продолжительная категория времяпрепровождения рабочих в быту, к тому же совокупность повседневных культурно-бытовых занятий определяет собой весь уклад внепроизводственной жизни людей и весьма существенно влияет на характер и содержание их трудовой деятельности.

Развитию повседневной культурной жизни рабочих во многом способствовал быстрый рост ее материально-организационной базы: заметно выросли тиражи книг, журналов и газет, фонды библиотек, продажа печатных изданий населению; аудитория телевидения стала охватывать подавляющее большинство жителей страны; увеличились число и вместимость кинотеатров; расширилась сеть вечерних и заочных учебных заведений. Не менее, а во многих отношениях и более важным фактором развития культурной сферы рабочего быта стал бурный рост образованности и квалификации рабочих. Именно эти факторы обусловливают развитие и всей совокупности культурно-бытовых занятий, и каждого из этих занятий, влияют на их соотношение друг с другом.

Более высокое образование, в частности, сглаживает ту дифференциацию рабочих по степени приобщенности к современной культуре, которая определяется их социальным происхождением. Эта роль образования отчетливо видна из следующих данных о числе книг, прочитанных в течение месяца рабочими-мужчинами,

¹ Подробнее см.: Л. А. Гордон, Э. В. Клопов, Л. А. Оников. Черты социалистического образа жизни: быт городских рабочих вчера, сегодня, завтра. М., 1977.

² См. «Коммунисты и трудящиеся крупных городов в борьбе за социальный и научно-технический прогресс». М., 1982, с. 257—316.

387 которые были опрошены в ходе обследования работников ряда промышленных центров европейской части страны в середине 70-х годов ¹:

При этом художественную литературу читают 80—85% рабочих всех образовательных групп, учебную — менее 9% рабочих, имевших начальное образование, более 20% окончивших неполную среднюю школу, 32% рабочих с общим средним и почти 38% со средним специальным, незаконченным высшим и высшим образованием; специальную — соответственно 9, 15, 23 и 39%; научно-популярную — 8, 14, 29 и 32%; философскую и социально-экономическую — 5, 9, 16 и 27%. Рабочие-специалисты в этом отношении достигли уровня, характерного для служащих-специалистов ².

Следовательно, благодаря росту образованности рабочих чтение перестает играть роль только одной из досуговых, развлекательных форм повседневной культурной жизни; сохраняя и упрочивая эту свою роль, оно все в большей мере становится также средством познания окружающего мира, повышения общей, политической и производственной культуры и потому предпосылкой повышения социальной активности рабочего класса.

В быту советских рабочих уже давно прочное место заняло совмещение труда в общественном производстве с учебой в системе вечерних и заочных общеобразовательных школ, средних специальных и высших заведений, на разного рода курсах. Развитие вечернего обучения было обусловлено, с одной стороны, курсом на интенсификацию общественного производства, который резко усилил необходимость постоянного повышения базового уровня знаний большинства занятых в народном хозяйстве. Между тем уровень школьной подготовки послевоенных поколений советских людей был ниже производственно необходимого, и, чтобы ликвидировать последствия «недообразованности» миллионов людей, привести их образование в соответствие с требованиями

¹ «Развитие рабочего класса в социалистическом обществе: интернациональные закономерности и национальные особенности». М., 1982, с. 480.

² См. там же, с. 481.

388 экономического прогресса, необходимо было всемерно развивать систему вечернего и заочного обучения.

С другой стороны, социальное развитие советского общества, характеризовавшееся, в частности, усилением тенденций к углублению его социальной однородности, требовало создания таких условий для смягчения и стирания тех различий между членами общества, которые связаны с неравенством образования. Совмещение труда с учебой как раз и служит одним из важных условий получения более высокого образования людьми, которые по тем или иным (часто не зависящим от них) причинам не могли сделать это в дневных учебных заведениях до начала трудовой деятельности. Тем самым в значительной степени выравниваются шансы на получение образования, соответствующего способностям и талантам подрастающих поколений и потребностям общественного прогресса.

В 60—80-х годах дальнейшее развитие получили также различные виды непрофессионального творчества и любительских занятий. Их продолжительность в среднем у каждого взрослого члена семьи рабочих и служащих промышленности выросла с 0,3 часа в неделю в 1963 г. до 1,4 часа в 1980 г. Эта тенденция (при всех нерешенных проблемах и трудностях развития самодеятельного творчества) свидетельствует о значительном прогрессе рабочего быта.

В непроизводственной сфере еще сохраняются негативные, несовместимые с нормами социалистического общежития явления (пьянство, хулиганство, тунеядство). Ряд серьезных нерешенных проблем связан также, с одной стороны, с перегрузками женщин-работниц домашним хозяйством, а с другой — с определенной неразвитостью структуры жизнедеятельности людей в свободное время. Решению этих проблем, преодолению нежелательных и вредных явлений уделяется большое и систематическое внимание в практической деятельности КПСС.

* * *

Построение в СССР развитого социализма открыло перед рабочим классом возможности для еще большего расширения и углубления тех преобразований всего строя человеческих отношений, начало которым было положено Великой Октябрьской социалистической революцией. Огромными ресурсами располагает теперь советская экономика, и это ставит на практическую почву программу достижения принципиально нового уровня производительных сил. Новая культурная ситуация, сложившаяся в стране, обеспечивает все более полное развитие всеми членами социалистического общества своих способностей, раскрытие ими своих творческих сил и дарований. Но самое главное — новые импульсы получила созидательная энергия рабочего класса.

389 Продолжающийся рост его численности и удельного веса в населении, прогресс профессионально-отраслевой структуры, рост культуры и благосостояния рабочих, усиление их общественно-политической, производственной и социально-бытовой активности служат предпосылкой дальнейшего развития рабочего класса Советского Союза как ведущей силы советского общества. Фактором этого процесса является также постоянно углубляющееся сближение всех слоев и групп населения СССР на основе социалистических интересов и коллективистских идеалов рабочего класса и соответственно все более органичное слияние в единый поток их социальной активности, ядро которой образует всесторонняя и целенаправленная деятельность рабочего класса. «Огромный политический опыт рабочего класса, его идеология, высокая сознательность, воля, дисциплина, пролетарская непримиримость к недостаткам, чувство социальной справедливости организуют и сплачивают все наше общество, позволяют с уверенностью и оптимизмом идти вперед» ¹.

Большое стимулирующее значение для развития творческих возможностей рабочего класса СССР и их реализации в ходе коммунистического строительства имеет неуклонное усиление руководящей и направляющей роли КПСС в жизни советского общества. В свою очередь партия успешно осуществляет эту роль именно потому, что дорожит доверием и поддержкой рабочего класса, заботится об укреплении ее связей с трудовыми коллективами, со всей массой рабочих. Она видит в рабочем классе «прочную опору социализму, силу, способную взять на себя смелый почин, показать пример, как нужно подходить и решать общенародные, общегосударственные проблемы» ².

¹ Выступление товарища М. С. Горбачева на встрече с коллективом Днепропетровского металлургического завода имени Г. И. Петровского 26 июня 1985 года. — «Коммунист», 1985, № 10, с. 8.

² Там же.

390

Глава пятая. НОВЫЙ ЭТАП РАЗВИТИЯ МИРОВОГО СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО СОДРУЖЕСТВА​

Сложившаяся во второй половине 40-х годов мировая система социализма прошла трудный, во многом неоднозначный, но в целом весьма плодотворный путь. Одно из главных достижений на этом пути — прогрессирующее сближение большинства социалистических стран, совершенствование всей структуры их взаимоотношений, динамичное развитие на этой основе мирового социалистического содружества, образование и упрочение которого связаны с сознательной реализацией объективных тенденций к сближению социалистических стран, с последовательным проведением в жизнь политики, направленной на усиление их экономического, политического и идеологического сотрудничества. Соответственно взаимоотношения стран содружества базируются на принципах социалистического интернационализма, уважения национальной независимости и государственного суверенитета, равенства и невмешательства во внутренние дела друг друга, взаимной помощи, товарищеского взаимодействия. Эти принципы определяют характер и содержание двусторонних и многосторонних договоров и соглашений, деятельности коллективных организаций социалистических государств, среди которых особенно велика роль Совета Экономической Взаимопомощи и Организации Варшавского Договора.

В 60-е и еще более явственно в 70-е годы в развитии мирового социалистического содружества определились тенденции, свидетельствовавшие о его вступлении в новый этап; прежде всего значительно усилилась ориентация образующих его государств на всемерное совершенствование всей системы их взаимоотношений, на углубление единства их действий на мировой арене. Эти тенденции обусловлены в первую очередь и в наибольшей степени теми крупными успехами на главных направлениях строительства нового общества, которые достигнуты в странах содружества и которые способствуют дальнейшему упрочению в них социализма как общественного строя, все более полному выявлению его преимуществ как уклада жизни народных масс.

Конечно, социалистические страны вступили в 70—80-е годы, находясь на разных ступенях продвижения к коммунизму. Соответственно различается содержание созидательной деятельности трудящихся, направляемой и организуемой коммунистическими

391 и рабочими партиями. Так, в Советском Союзе и большинстве стран Центральной и Юго-Восточной Европы, уже сравнительно давно осуществивших все основные социалистические преобразования и достаточно полно освоивших преимущества нового строя, на первый план выдвинуты и практически решаются задачи интенсификации их социально-экономического развития и совершенствования всех сторон жизни общества. В свою очередь в тех социалистических странах, где революционное переустройство общественных отношений и уклада жизни народных масс было существенно затруднено слабостью экономической базы и неразвитостью социальных отношений, стратегия и конкретное содержание деятельности коммунистов и руководимых ими трудящихся все еще определяются тем главным образом, что здесь необходимо завершить, а в некоторых из этих стран осуществить строительство основ социализма. Тот именно факт, что народы этих стран еще осуществляют строительство основ социализма — хотя, разумеется, они решают задачи, соответствующие разным этапам переходного периода и отражающие специфику каждой из этих стран, — послужил логическим основанием для того, чтобы рассматривать процессы социалистических преобразований, осуществлявшихся в этих странах, в том числе в 70-е и в начале 80-х годов, в одном месте — в том разделе главы 2, где речь шла о проблемах такого рода преобразований в условиях относительно низкого уровня социально-экономического и культурного развития. Там же рассматривается развитие китайского общества, прошедшего в 70—80-е годы через ряд сложных, переломных этапов.

Но имеющиеся различия в уровне развития и характере решаемых задач, хотя они и создают определенные трудности при выработке согласованной политики государств социалистического содружества в тех или иных сферах их взаимодействия, не служат препятствием для укрепления их единства, для углубления их сотрудничества. Более того, именно существование мирового социалистического содружества и последовательное его упрочение способствуют постепенному преодолению этих различий и соответственно выравниванию уровней социально-экономического и культурного развития всех образующих его стран.

РАБОЧИЙ КЛАСС СТРАН ЦЕНТРАЛЬНОЙ И ЮГО-ВОСТОЧНОЙ ЕВРОПЫ В 70—80-е ГОДЫ​

Вступление европейских стран — членов СЭВ в новый этап социалистического строительства сопровождалось дальнейшим существенным возрастанием удельного веса рабочего класса в большинстве этих стран. В начале 60-х годов доля рабочих во всем занятом населении равнялась: в Болгарии — около ¹/₃, в Румынии — примерно ¹/₄, в Польше — менее ¹/₃, в Венгрии — менее ¹/₂,

392 в Чехословакии — более ¹/₂, в ГДР — ²/₃. В конце 70-х — начале 80-х годов картина выглядела совсем по-иному. Доля рабочего класса в занятом населении составляла: в Болгарии — ²/₃, в Румынии — ³/₅, в Польше — почти ¹/₂, в Венгрии — почти ³/₅, в Чехословакии — ³/₅. Не изменилась она только в ГДР, где удельный вес рабочего класса в занятом населении был высоким и раньше *.

Естественно, что высокие темпы роста рабочего класса, свойственные 60-м и отчасти 70-м годам, не могли быть постоянными. К концу 70-х годов, по мере того как доля рабочего класса в занятом населении становилась все более высокой, его рост стал замедляться (см. табл. 1).

Превращение рабочего класса в большинство населения являлось качественным сдвигом, особое значение которого определялось спецификой предшествующего развития. Форсированная индустриализация, охватывавшая все стороны экономики большинства стран, вставших на путь социалистических преобразований, естественно, вела к стремительному росту рядов рабочего класса, главным образом за счет выходцев из крестьянства и деревни вообще, а также вовлечения в общественное производство незанятых женщин (впрочем, среди них многие были членами семей «новых» рабочих — выходцев из деревни).

Это было сопряжено с определенными сложностями. Огромный масштаб «внепролетарских» пополнений на начальных этапах социалистического строительства создавал условия, при которых рабочие массы на некоторый период становились, по выражению В. И. Ленина, «гораздо менее пролетарскими по составу, чем прежде» ¹. Это в известной мере ограничивало возможности решения рабочим классом главной производственно-экономической задачи — достижения высшей производительности труда. К тому же ослабление традиций политической культуры рабочего класса и снижение уровня сознательной дисциплины (что практически неизбежно при «менее пролетарском» составе рабочих) затрудняли развитие социалистической демократии, порождали опасность попыток замены ее бюрократическим администрированием.

И наоборот! Упрочение рабочего большинства в населении знаменовало качественно новую ступень социального развития рабочего класса, создавая, кроме всего прочего, предпосылки для преодоления «детских болезней» ускоренного роста. Численность пополнений рабочего класса теперь все более определяется темпами естественного воспроизводства населения, приходом на рабочие места молодежи из городской рабочей среды. Даже там, где абсолютные размеры и удельный вес сельского пополнения рабочего

* Данные, отчасти расчетные, приведены по материалам статистических ежегодников соответствующих стран.

¹ См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 45, с. 19.

393 Таблица 1

Динамика численности рабочих и служащих в народном хозяйстве европейских стран — членов СЭВ в 1961—1982 гг.

Источники: «Статистический ежегодник стран — членов Совета Экономической Взаимопомощи. 1976». М., 1976, с. 405; «Статистический ежегодник стран — членов Совета Экономической Взаимопомощи. 1983». М., 1983, с. 384.

класса остаются еще весьма существенными, относительное значение притока новых, по выражению В. И. Ленина, «рекрутов»¹ (сравнительно с общей массой рабочих) резко уменьшается. Да и люди, перешедшие в рабочие коллективы из современной социалистической деревни, по своим социальным ориентациям и уровню культуры коренным образом отличаются от крестьян, двинувшихся в города на начальных этапах индустриализации. Тем самым рабочее большинство создает дополнительные предпосылки для дальнейшего повышения как экономической, так и социальной роли рабочего класса.

При всех особенностях количественного роста рабочего класса в отдельных странах его самым многочисленным отрядом оставались и остаются рабочие промышленности. Повышался также уровень концентрации промышленных рабочих², росла технико-технологическая оснащенность. С 1960 по 1983 г. фондовооруженность труда в государственной и кооперативной промышленности выросла в ЧССР в 2,9 раза, в ВНР — в 4,6, в Болгарии — в 6,3, в ГДР (в 1971—1983 гг.) — в 2 раза³.

¹ См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 20, с. 65.

³ См. «Статистический ежегодник стран — членов Совета Экономической Взаимопомощи. 1984». М., 1984, с. 114.

394 В то же время численность промышленного пролетариата изменялась по-разному — в зависимости от страны. Так, в 1961—1983 гг. количество рабочих и служащих, занятых в промышленности, увеличилось в Румынии в 2,9 раза, в Болгарии — в 1,8, а в Чехословакии лишь на 27%. В Венгрии оно достигло потолка в 1974 г. (1 700 тыс. человек — на 25% больше, чем в 1960 г.), а затем стало снижаться, составив в 1983 г. 1 456 тыс. человек (уменьшение на 14%). В Польше максимум численности промышленно-производственного персонала был достигнут в 1977 г. (4 792 тыс. человек, или на 62% больше, чем в 1960 г.), затем началось ее постепенное уменьшение. То же самое происходило во всем индустриальном секторе народного хозяйства этих стран, включающем наряду с промышленностью также строительство и транспорт (см. табл. 2).

Важнейшим фактором, обусловившим снижение темпов роста индустриальных отрядов рабочего класса, уменьшение их доли (а в ряде стран и абсолютной численности), стало завершение в основном процессов индустриализации народного хозяйства и постепенный переход на следующую стадию технико-экономического развития, связанную с освоением достижений НТР и интенсификацией на этой базе всего общественного производства и отличающуюся, в частности, возрастанием роли и значения пока еще весьма трудоемких отраслей производственной и социальной инфраструктуры. Соответственно закономерной особенностью этого перехода явилось относительно быстрое увеличение численности рабочих и служащих в отраслях социально-бытового и социально-культурного обслуживания: так, в Болгарии в 1960 г. она составляла 51% от количества рабочих и служащих в индустриальных отраслях материального производства, а в 1983 г.— 57%; в Венгрии — 41 и 68%; в ПНР — 54 и 67%; в ЧССР — 49 и 67%. В Румынии, где процессы индустриализации завершились относительно позднее, численность рабочих и служащих, занятых в индустриальных отраслях материального производства, длительное время росла опережающими темпами — заметно быстрее, чем количество рабочих и служащих в отраслях социально-бытового и социально-культурного обслуживания, так что их соотношение, выглядевшее в 1960 г. как 100 : 59, составляло в 1975 г. 100 : 45. Такое соотношение сохранялось и во второй половине 70-х — начале 80-х годов ¹.

¹ См. «Статистический ежегодник стран — членов Совета Экономической Взаимопомощи. 1976», с. 415; «Статистический ежегодник стран — членов Совета Экономической Взаимопомощи. 1980». М., 1980, с. 409; «Статистический ежегодник стран — членов Совета Экономической Взаимопомощи. 1984», с. 367—372.

395 Таблица 2

Распределение рабочих и служащих по секторам общественного производства европейских стран — членов СЭВ в 1960—1983 гг.

Изменения в численности рабочих и служащих сельского хозяйства имели свою специфику в каждой из европейских стран—членов СЭВ. Из тех четырех стран, где аграрный сектор играет заметную роль в народном хозяйстве, в Болгарии в 60—70-х годах и численность, и удельный вес рабочих и служащих сельского хозяйства выросли многократно (особенно бурно это происходило в первой половине 70-х годов); в Польше оба этих показателя также повысились, хотя и в меньших масштабах; в Румынии численность работников государственного сектора сельского хозяйства росла, а их доля в общей численности рабочих и служащих снижалась; наконец, в Венгрии систематически уменьшались оба этих показателя. В ГДР и ЧССР удельный вес сельскохозяйственного отряда рабочего класса, достаточно скромный и в начале рассматриваемого периода, еще более снизился к концу 70-х — началу 80-х годов (см. табл. 2).

Источник. «Статистический ежегодник стран — членов Совета Экономической Взаимопомощи. 1984», с. 367—372.

396 По мере падения темпов количественного роста рабочего класса и в связи с изменениями в его отраслевой структуре все большее значение приобретает повышение культурно-технического уровня рабочих.

Внедрение в народное хозяйство достижений научно-технической революции усложняет материальную базу производственной деятельности рабочего класса. Соответственно во всех европейских странах социалистического содружества в течение последних десятилетий сокращалась (хотя и недостаточно высокими темпами) доля рабочих малоквалифицированных и занятых на подсобных или вспомогательных работах. Соответственно повышалась доля рабочих относительно высокой квалификации.

В тех экономических более развитых странах, где сравнительно давно завершились процессы индустриализации и все большее значение приобретает переход на стадию научно-индустриального производства, квалифицированные рабочие уже достаточно давно стали большинством рабочего класса. Так, в Чехословакии в 1962 г. работники квалифицированных профессий, по которым осуществляется специальная профессиональная подготовка, составляли 57,8% рабочих и технического персонала, а рабочие прочих квалифицированных профессий — 23,6%, тогда как на долю работников неквалифицированного и вспомогательного труда приходилось лишь 18,6% рабочего класса ЧССР. В 1979 г. соотношение работников этих профессиональных категорий выглядело как 61 : 25 : 14¹. Как видно, изменения были не слишком существенными, поскольку уже в начале 60-х годов сформировалось оптимальное их соотношение. В ГДР в конце 50-х — начале 60-х годов квалифицированные рабочие составляли 55% всех работников физического и вспомогательного нефизического труда, а в начале 80-х годов — почти 80%, так что удельный вес работников полуквалифицированного и неквалифицированного труда снизился с 45 до 20%².

Наоборот, в тех социалистических странах (например, в Болгарии и Венгрии), где индустриализация народного хозяйства завершалась уже после того, как в них были построены основы социализма, возрастание доли квалифицированных и снижение доли неквалифицированных рабочих, хотя и происходили весьма быстро, все же к началу 80-х годов не завершились складыванием квалифицированного большинства в составе рабочего класса.

¹ Českolovenská statistika. Řada Prace». Praha, 1980.

² См. Г. Штельтнер, Х. Пурганд, К. Штефан. Рабочий класс социалистического содружества в 70-е годы: политика братских партий по дальнейшему укреплению ведущей роли рабочего класса в строительстве развитого социалистического общества. М., 1979, с. 145; «Правда», 16 апреля 1982 г.; 20 марта 1984 г.

397 В Венгрии доля квалифицированных рабочих в 1961—1979 гг. выросла с 32 до 45%, но и удельный вес полуквалифицированных рабочих повысился почти в таком же соотношении — с 27 до 40%. — при снижении доли вспомогательных и подсобных рабочих с 38 до 19% ¹. В Болгарии доля рабочих, занятых сложными видами труда, составляла в 60-х годах лишь несколько больше ¹/₅ промышленных рабочих, а в 70-х — ¹/₃ всех рабочих промышленности, строительства и транспорта ².

Существенным фактором культурно-технического развития рабочего класса является изменение форм профессиональной подготовки рабочих, переход к их обучению в специальных учебных заведениях: в начале 80-х годов профессиональное образование до начала трудовой деятельности получала в ГДР и ЧССР почти вся молодежь, вступавшая в ряды рабочего класса (до 80—90%); ее доля в пополнениях рабочего класса НРБ, ВНР и ПНР приблизилась к 75—80% ³.

Результаты такой перестройки в системе профессиональной подготовки рабочих кадров показывают, например, следующие сведения о движении профессионально-квалификационного состава разных поколений рабочего класса ГДР: в 1971 г. дипломы квалифицированного рабочего имели 42,8% работников народного хозяйства в возрасте 40—49 лет (в промышленности — 42,6%); 49,5% (и 51,3%) — 30—39 лет; 61,2% (и 64,2%) — 25—29 лет; 72,3% (и 73,1%) работников моложе 25 лет ⁴.

С изменением типа квалификации и всего культурно-технического облика рабочего класса связан подъем его общей культуры и образованности, поскольку для большинства рабочих, занятых развитым индустриальным трудом, необходимо по крайней мере неполное среднее образование (7—8 лет обучения), а для основной массы рабочих в научно-индустриальном производстве — полное среднее (10—12 лет обучения).

При социализме действие этой тенденции, в принципе свойственной всем индустриально развитым странам, резко усиливается сущностными закономерностями общественного строя. Социально необходимым здесь все отчетливее становится полное среднее образование. Поэтому рост образования в социалистических

¹ См. «Развитие рабочего класса в социалистическом обществе», с. 314.

⁴ Рассчитано по: «Volks-, Berufs-, Wohnraum- und Gebäudezählung. 1971», Bd 5. Berlin, 1972, S. 57—90.

398 странах идет относительно быстрее, чем при капитализме. Европейские социалистические страны осуществляют примерно такую же по продолжительности всеобщую школьную подготовку подрастающего поколения (8—10 лет) и примерно такое же по охвату населения послешкольное профессиональное образование, как и наиболее развитые капиталистические государства.

Естественным следствием высоких темпов развития системы просвещения является стремительный рост образовательного уровня рабочих. Во всех европейских социалистических странах подавляющее их большинство уже теперь имеют образование по крайней мере неполного среднего типа, предполагающее 7—8, а иногда и 9—10 лет обучения в школе. Все большее распространение в рабочей среде приобретает полное среднее образование, являющееся итогом 10—11, а кое-где и 12 лет обучения в общеобразовательной школе или в школе и затем в средних специальных учебных заведениях.

Стабилизация социального состава рабочих кадров, расширение сферы производственной деятельности и повышение уровня культуры рабочего класса обусловили дальнейшее и весьма существенное усиление его роли в процессах строительства развитого социалистического общества.

На общественную практику этих стран рабочий класс воздействует прежде всего через свой политический авангард — марксистско-ленинские партии, через систему центральных и местных органов государственной власти и государственного управления.

Сотни тысяч рабочих вовлечены в государственную и общественную деятельность — заседают в народных советах и их комиссиях, выполняют функции народных заседателей, членов арбитражных комиссий и т. п. Весьма значительно представительство рабочих в выборных органах. Из 352 депутатов Государственного собрания ВНР, избранных в 1980 г., 158 (45%) были рабочими по первоначальному роду занятий. В ЧССР около 43% депутатов представительных органов всех ступеней, избранных в 1981 г., — это рабочие. В ГДР доля рабочих среди депутатов Народной палаты повысилась с 43,8% в ее составе, избранном в 1971 г., до 55,6% после выборов, состоявшихся в 1981 г.

Вместе с тем — и это также очень важно — осуществление рабочим классом его ведущей роли непосредственно связано с повседневным трудом рабочих, их участием в органах управления производством, в общественных движениях и организациях. Наиболее развитая (и наиболее очевидная) форма проявления растущей общественной активности рабочего класса связана с широким размахом социалистического соревнования. Во всех европейских странах социалистического содружества оно стало мощным двигателем не только экономического, но и социального прогрес-

399 са, фактором духовного и нравственного развития рабочего класса, условием укрепления его единства и сплочения.

Важным аспектом производственной активности рабочего класса социалистического общества является также его участие в управлении производством. Формы производственной демократии могут быть различными, но практика многих десятилетий показала, что наиболее эффективно вовлечение рабочих в управление производством через профсоюзы, а также действующие, как правило, при их ближайшем участии другие массовые организации трудящихся. Именно поэтому коммунистические и рабочие партии уделяют пристальное внимание деятельности профсоюзов, расширению прав трудовых коллективов.

Воздействие рабочего класса на производственную, социальную и политическую сферы жизни общества европейских стран социализма возрастало и возрастает не только потому, что его собственная подготовленность к такому воздействию непрерывно усиливается. Не меньшее значение имеет и то, что практически все социальные группы населения этих стран все более интенсивно сближаются с рабочим классом, воспринимают его духовные, политические и нравственные ценности. Происходящий на этой основе процесс сближения всех классов и социальных групп, стирания социальных граней между ними определяет то направление, по которому развиваются и совершенствуются сейчас социально-классовые структуры всех европейских стран социалистического содружества.

Создание бесклассового, социально однородного общества является целью, которую ставят перед собой коммунистические и рабочие партии социалистических стран, подчеркивая при этом объективный характер и длительность этого процесса. Так, на XI съезде БКП отмечались «внутренние изменения, происходящие в среде рабочего класса, класса крестьян-кооператоров и интеллигенции, которые в своей совокупности ведут к постепенному созданию социальной однородности общества» ¹. В Программном заявлении ВСРП, принятом на XI съезде партии, говорится: «По мере дальнейшего развития производительных сил и социалистических производственных отношений классовая структура нашего общества будет становиться все более однородной» ². В Программе СЕПГ, принятой ее IX съездом, социальное сближение классов и слоев общества рассматривается как исторически закономерный, значительный и длительный процесс. «Он будет развертываться по мере совершенствования социальных производственных

¹ «XI съезд Болгарской коммунистической партии. София, 29 марта — 2 апреля 1976 г.». М., 1977, с. 77.

² «XI съезд Венгерской социалистической рабочей партии. Будапешт, 17—22 марта 1975 г.». М., 1975, с. 233.

400 отношений, дальнейшего развития производительных сил в городе и деревне, совершенствования социалистической демократии, повышения образовательного уровня, возрастания доли умственного труда в процессе воспроизводства и дальнейшего улучшения условий труда и быта» ¹.

Общие закономерности движения общества к социальной однородности в социалистических странах проявляются в следующих взаимосвязанных процессах: полное преобладание получают общественные группы населения, чья жизнедеятельность базируется на общественной (в первую очередь общенародной, государственной) собственности; развиваются и углубляются социалистические черты всех классов и социальных групп — рабочего класса, крестьянства, интеллигенции; происходит сближение всех классов и социальных групп трудящихся по их отношению к средствам производства, по характеру труда и роли в общественной организации труда, по уровню доходов и образу жизни. На развитие и ускорение этих процессов в современных условиях решающее влияние оказывают, с одной стороны, развертывающаяся научно-техническая революция, с другой — возрастание роли социальной политики коммунистических и рабочих партий.

Современные социальные структуры европейских стран — членов СЭВ сложились в своих основных чертах к началу 60-х годов в результате завершения первого этапа социалистических преобразований. Несмотря на богатство и разнообразие конкретных форм, их характеристики в общем и целом совпадают, да и развиваются они сходными путями.

Основу этих структур составляют группы социалистических тружеников; там нет эксплуататоров; группы мелких собственников — разумеется, там, где они сохранились, — составляют (за исключением Польши) лишь малую долю населения (см. табл. 3).

Абсолютное большинство среди трудящихся, чья жизнедеятельность органически связана с социалистическим сектором народного хозяйства (60—70%), составляют группы, традиционно причисляемые к рабочим или же отнесенные к ним сравнительно недавно. Но и те группы, которые образуют слой служащих, все меньше отличаются от рабочих по их положению в системе общественного производства, по роли в организации труда, уровню доходов и способу их получения, по другим социально значимым характеристикам. Это характерно и для тех групп специалистов высокой квалификации, которые обычно соотносят с интеллигенцией.

Специалисты — это самая быстро растущая группа в социально-экономической структуре занятого населения: в Болгарии их

¹ «IX съезд Социалистической единой партии Германии (Берлин, 18—22 мая 1976 г.)». М., 1977, с. 243.

401 Таблица 3

Распределение населения европейских стран — членов Совета Экономической Взаимопомощи по социальным группам (в %, по данным переписей населения)

Источник. «Статистический ежегодник стран — членов Совета Экономической Взаимопомощи. 1984», с. 13—14.

численность выросла в 1961—1983 гг. в 3,6 раза, в ГДР — в 5,3, в Польше — в 5,2, в ЧССР — в 2,7 раза ¹.

В настоящее время общей для всех стран является тенденция к ускорению роста численности и доли специалистов в сфере материального производства. Так, в НРБ за 1970—1983 гг. численность специалистов в сфере материального производства увеличилась в 1,9 раза, а в непроизводственной сфере — в 1,7; в ГДР — соответственно в 2,5 и 1,3; в ЧССР — в 1,9 раза и на 4% ² . Эта тенденция способствует сближению интеллигенции с рабочим

¹ См. «Статистический ежегодник стран — членов Совета Экономической Взаимопомощи. 1984», с. 375.

² Рассчитано по данным статистических ежегодников НРБ, ГДР и ЧССР.

402 классом, поскольку все большая часть специалистов трудится в крупных производственных коллективах, образующих социально-политическое ядро рабочего класса.

Вторая основная общественная группа в населении европейских стран — членов СЭВ (за исключением Польши) — это класс кооперированных крестьян, чья жизнедеятельность базируется на групповой собственности, однотипной с собственностью общенародной и в настоящее время очень тесно связанной с ней. Поэтому в социальном облике и политической культуре рабочего класса и крестьянства преобладают общие черты, что предопределяет их постоянное и интенсивное сближение. В свою очередь специфические особенности кооперированного крестьянства, обусловленные как характером собственности, так и свойствами сельскохозяйственного производства, в большинстве социалистических стран не только остаются, но и оказываются весьма полезными в контексте решения сложных проблем агропромышленного комплекса.

Во всех европейских социалистических странах и численность, и тем более доля крестьянства в населении систематически уменьшаются. Причина этого процесса — повышение производительности сельскохозяйственного труда на базе его механизации и внедрения индустриальных форм производства; вместе с тем этот процесс приобретает более или менее интенсивные формы в связи с неодинаковыми темпами возрастания роли рабочего класса в сельскохозяйственном производстве. Особенно существенно доля крестьян в занятом населении уменьшилась в Болгарии — с начала 50-х годов до конца 70-х в 19 раз (см. табл. 4). Это обусловлено тем, что в связи с созданием в НРБ агропромышленных комплексов, в которые вошли и государственные предприятия, и сельскохозяйственные кооперативы, большинство крестьян-кооператоров стало учитываться как рабочие и служащие¹. В других странах этот процесс развивался относительно медленнее: в Чехословакии доля крестьян среди всех занятых уменьшилась к началу 80-х годов в 4 раза, в ГДР — в 3,5, в Венгрии и Румынии — в 3,1 раза; даже в Польше, где численность крестьян уменьшилась не слишком существенно, их доля в занятом населении сократилась в 2,1 раза.

Уменьшение крестьянства не означает его вытеснения из сфер экономической и политической жизни. Его роль в обеспечении населения продовольствием, а промышленности сырьем в большинстве стран очень велика. Крестьянство принимает самое не-

¹ Многие болгарские ученые не считают возможным безусловно относить этих крестьян-кооператоров к рабочему классу (см. «Социологические проблемы» (София), 1977, № 3, с. 10; «Рабочий класс и современный мир», 1982, № 1, с. 106—110).

403 Таблица 4

Доля крестьянства в общей численности занятых в народном хозяйстве и в сельском хозяйстве европейских стран — членов СЭВ (в %)

посредственное и активное участие, в том числе через свои массовые организации, в управлении государственными и общественными делами.

Разумеется, нельзя упускать из виду и такую особенность социальной структуры общества в некоторых из рассматриваемых стран (главным образом в ВНР, ГДР и ПНР), какой является существование слоя мелких товаропроизводителей вне сельского хозяйства, причем не только в торговле и сфере бытовых услуг, но и в промышленности (разумеется, мелкой) и строительстве. Так, в Венгрии, по данным 1983 г., 3,1% всех занятых в промышленности и 9,9% занятых в строительстве (соответственно около 48 тыс. и более 36 тыс. человек) составляли ремесленники. В своей политике ВСРП исходит из того, что венгерское социалистическое общество еще длительное время будет нуждаться в деятельности мелких товаропроизводителей и розничных торговцев ¹. В Польше численность мелких товаропроизводителей начиная с 60-х годов заметно выросла, так что в 1983 г. они составили 7,4% всех занятых в промышленности (368 тыс. человек) и 10,7% занятых в строительстве (131 тыс.). Государство определяет частному сектору, как подчеркивал на XIII Пленуме ЦК ПОРП В. Ярузель-

* По Болгарии данные за 1950 и 1979 гг. Рассчитано по данным национальных статистических ежегодников.

¹ «Отчет Центрального Комитета ВСРП XIII съезду Венгерской социалистической рабочей партии». — «Правда», 26 марта 1985 г.

404 ский, «правильные с общественной точки зрения и экономически обоснованные рамки», в пределах которых ему гарантируются условия прочной, стабильной деятельности; вместе с тем ПОРП считает необходимым «делать все, чтобы установленные правила скрупулезно соблюдались, а все отклонения от них строго наказывались» ¹.

Реализация рабочим классом его ведущей роли во многом обусловлена дальнейшим прогрессом политической организации общества. Характер этого процесса определяется как необходимостью повышать эффективность политического руководства переустройством и совершенствованием общественных отношений, развитием экономики и культуры, так и возможностью решать эту задачу, вовлекая в управление государственными и общественными делами все большие массы рабочих и всего населения.

На этапе строительства развитого социализма систематически усиливаются предпосылки и тенденции перерастания диктатуры пролетариата в общенародную власть. Такой ход развития политической системы общества уверенно прогнозировали коммунистические и рабочие партии европейских социалистических стран уже в начале 60-х годов, когда только вырабатывалась новая стратегия развития после построения основ социализма. «Оставаясь и на этом этапе нашего развития по существу диктатурой пролетариата,— говорил Первый секретарь ЦК БКП Тодор Живков на VIII съезде Болгарской коммунистической партии,— наше государство имеет тенденцию превратиться в перспективе в общенародное государство» ². Аналогично ставился этот вопрос и на VIII съезде Венгерской социалистической рабочей партии Первым секретарем ЦК ВСРП Яношем Кадаром, который, отметив, что «историческая миссия диктатуры пролетариата» в Венгрии «не завершена» и этот характер государства «сохранится и в период полного построения социалистического общества», видел вместе с тем в реальной действительности те черты, которые показывают, что государство диктатуры пролетариата в Венгрии «развивается во всенародное государство» ³.

Этой тенденции соответствуют и ее обусловливают перемены в соотношении и значении основных функций диктатуры пролетариата. Так, уже на этапе построения социализма была в основном решена задача подавления сопротивления свергнутых эксплуататорских классов, но сохраняет свое значение роль государства в защите революционных завоеваний народа, общественной и личной собственности, чести и достоинства граждан. Важной задачей

¹ Выступление В. Ярузельского на Пленуме ЦК ПОРП.— «Правда», 18 октября 1983 г.

³ Я. Кадар. Избранные статьи и речи. М., 1964, с. 268—269.

405 рабочего класса, взявшего на себя государственное руководство обществом, по-прежнему остается воздействие на внерабочие (непролетарские) группы и слои населения с целью их органичного приобщения к идеалам и ценностям социализма и коммунизма. Но формы и самый тип этого воздействия существенно изменились, поскольку жизнедеятельность подавляющего большинства указанных групп и слоев базируется — и уже длительное время! — на социалистически организованном производстве, происходит в обстановке усиления процессов «социальной диффузии» и углубления социальной однородности общества.

Гораздо большее, чем когда-либо прежде, значение и развитие получила главная функция социалистического государства — организатора новых форм и условий жизни народных масс, все в большей мере обеспечивающих свободное гармоничное развитие всех членов общества. Значение этой стороны деятельности государства, всех вообще институтов, образующих политическую систему социализма, растет прежде всего потому, что увеличиваются масштабы хозяйственного и культурного строительства, усложняются программы социального развития.

Вместе с тем существенно меняются методы реализации этой функции. Первоначально, на ранних этапах социалистического строительства, главным образом решались задачи, связанные с завоеванием исходных позиций для преобразования общественных отношений и всего уклада жизни народных масс на принципах социализма; их решению в общем и целом не препятствовало преобладание принципов централизма и административных мер в управлении обществом. Само это преобладание было обусловлено как отсутствием у народных масс опыта участия в управлении государственными и общественными делами, так и более или менее низким уровнем их общей и политической культуры. Иное дело на этапе построения развитого социализма, когда в центре внимания братских партий оказываются задачи максимально полной реализации огромных возможностей нового общества для все более полного удовлетворения потребностей и всестороннего развития всех его членов. Их решение требует применения методов более тонких, чем прежде, перехода к постоянному и существенно-му расширению демократических начал на всех уровнях управления общественными делами, в том числе в сфере хозяйственного строительства.

Без всемерного развертывания демократизма успешное продвижение вперед, преодоление имеющихся трудностей, решение еще не решенных проблем невозможно, ибо «социализма не может ввести меньшинство — партия. Его могут ввести десятки миллионов, когда они научатся это делать сами» ¹. Чем больше внимания

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 36, с. 53.

406 коммунистические и рабочие партии уделяют развитию демократии, совершенствованию ее форм и институтов, тем выше роль широких народных масс в созидании нового общества. И наоборот, парадность и формализм при использовании демократических институтов, кампанейщина в осуществлении демократических мероприятий снижают активность масс, порождают равнодушие и пассивность, что в свою очередь влечет за собой усиление бюрократизма, подмену руководства командованием.

Объективная основа развития социалистической демократии состоит в том, что это коллективистское по своей природе общество: благо каждого человека, коллектива или слоя связано в нем с благополучием других, а социальное продвижение любой общественной группы зависит от сотрудничества с остальными ¹. К тому же эта объективная основа упрочения и совершенствования демократических начал в жизни общества не остается неизменной, а постоянно прогрессирует, так что «изменения в области производства и общественных отношений, сближение крестьян-кооператоров с рабочим классом по характеру труда, образу жизни, уровню культуры и сознательности, а также постепенное стирание существенных различий между ними, с одной стороны, и интеллигенцией — с другой, открывает новые возможности для развития социалистической демократии...» ².

Исходя из того что постоянное расширение и углубление общественно-политической самодеятельности трудящихся — это и объективная необходимость, и объективная возможность, братские партии уделяют пристальное внимание усилению демократических начал в функционировании политической системы и хозяйственного механизма общества, строящего развитой социализм. «Главное направление развития социалистической государственной власти — дальнейшее развертывание и совершенствование социалистической демократии, — указывается в Программе СЕПГ. — Участие граждан в многообразных формах в управлении государством и экономикой все более становится отличительной чертой жизни при социализме» ³.

Этому способствуют и передача некоторых функций государственного управления общественным организациям, и расширение компетенции предприятий, и перестройка местных органов государственной власти в органы местного (территориального) самоуправления, и различные другие мероприятия, повышающие «общественно-политический тонус» населения и создающие условия для реального усиления его общественной активности.

¹ См. «Реальный социализм в 80-е годы». Прага, 1982, с. 110.

³ «IX съезд Социалистической единой партии Германии», с. 245.

407 Однако необходимость развития социалистической демократии обусловлена не только невозможностью иным способом решать кардинальные задачи построения развитого социализма. Внедрение демократических начал во все сферы жизни общества необходимо и потому, что это — важнейший аспект всестороннего развития гармоничной, общественно активной личности. Поэтому совершенствование социалистической демократии рассматривается коммунистическими и рабочими партиями стран — членов СЭВ не как «придаток» социально-экономических преобразований, но как интегральная часть программы социалистического строительства. И чем дальше происходит поступательное движение общества по пути строительства зрелого социализма и его совершенствования, тем большее значение приобретает эта цель. «В центре внимания всех усилий социалистического общества и государства стоит человек», — гласит статья вторая Конституции ГДР.

Именно поэтому в европейских странах СЭВ, ведущих строительство развитого социализма, определился поворот к более основательному обеспечению реальной, работающей демократии в повседневной практике партийной, государственной, хозяйственной и всей общественной жизни, что обеспечивает не только идеологический и политический, но и социально-экономический эффект. Исходя из ленинского положения о том, что необходимо «не только представительство по типу демократии, но и постройка всего управления государством снизу, самими массами, их действенное участие в каждом шаге жизни, их активная роль в управлении» ¹, братские партии обращают внимание на необходимость проверки всех демократических механизмов, сложившихся на более ранних этапах строительства социализма, с точки зрения того, насколько эффективно они «работают», обеспечивают ли «отдачу» на путях к развитому социализму и коммунизму.

В этой связи производится дальнейшее совершенствование избирательных систем, развертывается критика и самокритика, особенно критика снизу, проводится активное обсуждение жизненно важных политических, экономических и социальных проблем. Ставится задача введения самой широкой гласности в работе всех звеньев системы управления, усиления борьбы с попытками распространения искаженной информации о реальном положении вещей, в том числе в форме приукрашивания действительности. Совершенствуя управление, братские партии ищут и применяют новые формы и пути расширения участия трудящихся в решении общественных дел, развертывают социалистическую демократию.

Усложнение процессов общественного развития на новом этапе становления коммунистической формации предъявляет все более высокие требования к уровню политического руководства

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 31, с. 288.

408 этими процессами, которое приняли на себя и осуществляют коммунистические и рабочие партии стран социалистического содружества. «Чем шире и сложнее становятся задачи по управлению и планированию всех сторон и форм общественных процессов, — говорится в Программе СЕПГ. — тем выше роль политического руководства обществом со стороны марксистско-ленинской партии» ¹.

Обеспечению правильного политического руководства построением развитого социализма, выработке форм и методов деятельности, в наибольшей мере соответствующих этой задаче, уделялось самое пристальное внимание на съездах коммунистических и рабочих партий, состоявшихся в 70-х и в первой половине 80-х годов, на заседаниях их Центральных Комитетов. В программных и политических документах этих партий подчеркивается, что они осознают себя руководящей силой общественного прогресса и готовы к реализации этой высокой миссии. «Партия осуществляет в нашем обществе роль идейного и политического руководителя»; «Последовательное осуществление руководящей роли партии — непременное условие нашего социалистического развития» ², — заявляют венгерские коммунисты. «В период построения всесторонне развитого социалистического общества и перехода к коммунизму партия будет и далее руководящей политической силой всей социально-экономической деятельности» ³, — декларируется в Программе РКП.

«Партия обеспечивает руководящую роль рабочего класса, — говорил на XIV съезде КПЧ Густав Гусак. — Она сочетает в своей политике интересы всех классов и слоев общества... Партия — главная сила, прокладывающая путь новым запросам, новым методам и требованиям. Партия — единственная сила, способная на основе научного социализма формулировать комплексную марксистско-ленинскую программу развития общества и мобилизовать трудящихся на ее осуществление. Поэтому всемерное укрепление руководящей роли партии является... объективной необходимостью...» ⁴.

Руководящая роль коммунистических и рабочих партий в странах, строящих развитое социалистическое общество, осуществляется достаточно эффективно прежде всего потому, что они забо-

¹ «IX съезд Социалистической единой партии Германии», с. 266.

⁴ «XIV съезд Коммунистической партии Чехословакии. Прага, 25—29 мая 1971 г.». М., 1971, с. 82.

409 тся о гармоничном развитии всех сфер общественной жизни — ее материально-технической базы, социально-экономических отношений, политической надстройки, духовной сферы. При этом основными формами руководства всеми этими сферами жизни общества в комплексе и каждой из них в отдельности являются формулирование политической линии, выработка соответствующих политических решений и их проведение в жизнь. Так, задача СЕПГ, согласно ее Программе, «заключается в осуществлении политического руководства общественным развитием в Германской Демократической Республике на основе научно обоснованной стратегии и тактики» ¹.

Исторический опыт социалистических преобразований, осуществляемых в странах Центральной и Юго-Восточной Европы, убедительно подтвердил справедливость и непреходящую актуальность ленинского положения о том, что важнейшим фактором успешного политического руководства этими преобразованиями со стороны коммунистических и рабочих партий является постоянное упрочение их связи с рабочим классом и всей массой трудящихся, их умение «безошибочно определить по любому вопросу, в любой момент настроения массы, ее действительные потребности, стремления, мысли... степень ее сознательности и силу влияния тех или иных предрассудков и пережитков старины», их способность «завоевать себе безграничное доверие массы товарищеским отношением к ней, заботливым удовлетворением ее нужд» ².

Речь идет как о позитивном опыте деятельности коммунистических и рабочих партий европейских стран социалистического содружества, добивавшихся существенных успехов в деле строительства социализма, в реализации его возможностей и преимуществ именно потому, что рабочие, все трудящиеся активно поддерживали их политику, так и о некоторых негативных явлениях. Например, в Польше «ослабление политических и морально-психологических связей партии с рабочим классом, связей, которые предопределяют силу ПОРП, ее место в жизни общества» было одним из источников и важной причиной социально-экономических конфликтов, потрясших страну в конце 70-х — начале 80-х годов ³. Именно на этой почве возникла «Солидарность» — формально как профсоюзное объединение, созданное в противовес старым профсоюзам, которые утратили доверие больших масс рабочих, а фактически как политическая организация, ставшая средоточием антисоциалистических сил, массовой базой их борьбы за власть, за уничтожение завоеваний социализма.

¹ «IX съезд Социалистической единой партии Германии», с. 266.

³ Выступление В. Ярузельского на Пленуме ЦК ПОРП.— «Правда», 18 октября 1983 г.

410 Одной из главнейших предпосылок преодоления кризисной ситуации в Польше, борьбы за углубление социалистических завоеваний и упрочение народной власти стало восстановление и усиление связи ПОРП с рабочим классом и всей массой трудящихся, их доверия к программным установкам и политике польских коммунистов. «Этого можно достичь, — говорил, выступая на XIII Пленуме ЦК ПОРП, Первый секретарь ЦК В. Ярузельский, — только одним путем: люди должны чувствовать, что партия им жизненно необходима, что она является самой надежной опорой в борьбе с трудностями, застоем, со всеми проявлениями зла, что ее программа, намечаемые ею задачи имеют своей целью лишь благо народа». Причем, подчеркивал он, чтобы «хорошо служить рабочим интересам... нельзя обольщать людей пустыми декларациями и голословными обещаниями, уступать требованиям, которые удастся выполнить» ¹.

Важными условиями повышения авторитета коммунистических и рабочих партий и тем самым возрастания их роли как ядра политической системы общества, как руководящей силы социальных преобразований, ведущих к складыванию и упрочению коллективистского уклада жизни трудящихся масс, являются соблюдение и совершенствование ленинских норм и принципов внутрипартийной жизни, самокритика, способность к глубокому анализу как собственного политического опыта, так и опыта братских партий.

Характерно, например, что выработке стратегии социалистического развития Чехословакии в 70-х годах предшествовала публикация документа «Уроки кризисного развития в Компартии Чехословакии и обществе после XIII съезда КПЧ» ², в котором были всесторонне и основательно рассмотрены ошибки прежнего руководства КПЧ, возглавлявшегося А. Новотным. Точно так же в серии статей, опубликованных в центральном органе ВСРП газете «Непсабадшаг» в связи с 25-летием подавления контрреволюционного мятежа 1956 г., глубокий анализ исторического опыта социалистических преобразований в Венгрии дан в контексте задач, стоящих перед венгерским обществом на этапе построения развитого социализма ³. Детальный анализ причин и хода общественно-политических конфликтов в истории Народной Польши был дан в отчете специальной комиссии, созданной IX Чрезвычайным съездом ПОРП (июль 1981 г.) ⁴.

¹ «Правда», 18 октября 1983 г.

⁴ «Sprawozdanie z prac Komisji KC PZPR powołanej dla wyjaśnienia przyczyn i przebiegu konfliktów społecznych w dziejach Polski Ludowej». — «Nove drogi» (Warszawa), 1983, num. spec.

411 Руководящие коммунистические и рабочие партии европейских социалистических стран стремятся извлекать уроки из опыта предшествующего развития, из имевшихся в ряде этих стран острых конфликтных ситуаций, принявших в некоторых случаях форму общественно-политических кризисов. Проведенный коммунистическими партиями и общественной наукой Болгарии, Венгрии, ГДР, Польши, СССР, Чехословакии развернутый анализ условий и причин, порождавших указанные негативные явления, а также характера происходивших при этом процессов позволил сделать некоторые выводы, имеющие общее значение.

Указанный анализ показал, что там, где «к подрывной деятельности империализма добавляются ошибки и просчеты во внутренней политике, возникает почва для активизации враждебных социализму элементов» ¹. Причем, хотя конфликтным ситуациям и кризисным явлениям в ряде стран предшествовали определенные трудности в экономической и социальной области, недостатки в снабжении населения и т. д., все же главные причины негативных процессов и явлений находились в политической области. К ним в первую очередь относятся субъективизм и волюнтаризм, допущенные партийным и государственным руководством Чехословакии во второй половине 60-х годов, Польши — в 70-х годах; неумеренное использование государственно-властных рычагов, неоправданная уверенность в том, что таким путем можно решить все сложные проблемы; провозглашение таких целей и задач, которые массами не воспринимались как их собственные.

Как отмечалось в документах некоторых братских партий, у отдельных руководителей и руководящих органов появлялись иллюзии, что овладение политической властью открывает перед ними неограниченные возможности, что только они имеют правильное представление о том, что нужно обществу. Они намечали высокие цели и принимали эффективные, с их точки зрения, решения, забывая о главных требованиях ленинизма: управлять научно и правильно выражать то, что народ сознает. В итоге все это вело к кризису доверия со стороны рабочего класса и остальных групп трудящихся, к образованию вакуума между субъектами управления и массами, что использовалось врагами социализма.

Однако самокритичная оценка собственного опыта не единственная предпосылка правильности принимаемых политических решений. Служить подлинным руководством к действию они могут только в том случае, если в них верно отражены реальности и динамика общественного развития. Поэтому коммунистические и рабочие партии социалистических стран постоянно заботятся

¹ «Материалы XXVI съезда КПСС». М., 1981, с. 9.

412 об обеспечении научной обоснованности руководства, о все более глубоком познании объективных закономерностей развития социалистического общества, механизма их действия и использования, о том, чтобы своевременно и всесторонне изучать присущие социализму противоречия, искать и находить пути их разрешения. Взаимодействие политики и науки — один из центральных аспектов деятельности братских партий ¹.

Необходимость усиления научной обоснованности принимаемых решений и оптимизации процесса их выработки обусловлена тем, что социалистическое строительство — «это уравнение со множеством неизвестных, отмахиваться от которых нельзя» ².

И количество этих «неизвестных» возрастает с углублением процесса социалистических преобразований. В частности, в связи с реализацией программных установок коммунистических и рабочих партий на всемерное развертывание социалистической демократии все большее значение в процессе принятия решений стала играть проблематика интересов — общественных, групповых, личных, их соотношения и взаимодействия.

Сейчас очевидно, что те трудности, с которыми сталкивались коммунистические и рабочие партии европейских стран социализма, в конечном счете как раз были вызваны недостаточным учетом сложной структуры интересов. Дело в том, что на достигнутом уровне развития общества — и даже при наличии еще больших материальных и иных ресурсов — удовлетворить полностью или в одинаковой степени все социальные интересы и лежащие в их основе потребности невозможно. Поэтому руководящие социалистическим строительством коммунистические и рабочие партии стремятся взвешивать и согласовывать интересы таким образом, чтобы, во-первых, избегать острых, конфликтных ситуаций, а во-вторых, максимально использовать разнообразные интересы в целях успешного продвижения по пути к коммунизму. Необходимо, исходя из объективных общественных потребностей, выявлять в специфических интересах такие моменты, которые совпадают с этими потребностями, с интересами рабочего класса. «Речь идет, конечно, не о нивелировании интересов,— отмечает ученый из ГДР В. Войхельт,— а о развитии сознания, ответственности перед обществом и активном влиянии последнего на формирование интересов» ³.

¹ См. «Партийное строительство в социалистических странах: направления, формы и методы руководящей деятельности коммунистических и рабочих партий». М., 1980, с. 137—158.

³ В. Войхельт. Государство и массы: единство коренных интересов.— «Политическая система развитого социализма». М., 1980, с. 145.

413 Но руководство марксистско-ленинских партий рабочего класса социалистическими преобразованиями не сводится к выработке политических решений. Их важнейшая функция — максимально полное и своевременное проведение этих решений в жизнь, что зависит во многом от того, насколько слаженно действует весь партийный механизм, насколько активны и последовательны в проведении принятых решений первичные партийные организации и все коммунисты, практически реализующие — каждый на своем месте — роль своих партий как ядра политической системы.

Поэтому на этапе построения развитого социализма проблемы партийного строительства занимают важнейшее место в процессе упрочения руководящей роли коммунистических и рабочих партий. Среди них особенно большое значение имеют приобретающие все большую актуальность проблемы совершенствования демократического централизма, углубления внутрипартийной демократии.

Уже на этапе, центральной задачей которого было осуществление перехода от капитализма к социализму, марксистско-ленинские партии рабочего класса европейских стран социалистического содружества сложились как массовые политические организации, вобравшие в себя значительную часть передовых, наиболее сознательных рабочих, а также лучших людей из других слоев трудового народа. Благодаря этому они охватывают своим влиянием все важнейшие сферы общественной жизни, ибо «там, где есть хотя бы один коммунист, — там партия» ¹. О возможностях, какими располагают братские партии, говорит уже их численность: к середине 80-х годов Румынская коммунистическая партия объединяла 3,5 млн. коммунистов, Социалистическая единая партия Германии — 2,2 млн., Компартия Чехословакии — свыше 1,5 млн., Венгерская социалистическая рабочая партия — более 870 тыс., Болгарская коммунистическая партия — свыше 912 тыс. ²

Разумеется, широкая тяга в коммунистические партии создает и свои проблемы. Главная из них связана с необходимостью сохранять и умножать живые, личностные связи партии со всеми слоями и группами трудящихся и вместе с тем заботиться о том, чтобы идейно-политические грани, отличающие коммуниста от беспартийного, при этом не размывались. Отсюда ориентация братских партий на повышение критериев при приеме новых членов, на улучшение их состава, усиление идейно-воспитательной работы с коммунистами. Поэтому в 70—80-х годах прием в ряды большинства правящих марксистско-ленинских партий был несколько со-

¹ «IX съезд Социалистической единой партии Германии», с. 123.

² См. «Международное коммунистическое движение». М., 1983, с. 67; «Правда», 20 марта, 20 ноября 1984 г.; 26 марта 1985 г.; 20 июля 1985 г.

414 кращен, в то же время большое значение придавалось улучшению партийных пополнений.

Особенно большое внимание уделялось совершенствованию социального состава партий, увеличению удельного веса коммунистов-рабочих. Необходимость этого определяется прежде всего тем, что рабочий класс, в первую очередь его индустриальное ядро, благодаря особенностям своего положения в системе общественного производства по-прежнему служит главной социальной базой того процесса революционного переустройства уклада жизни народных масс, которое возглавляют коммунистические и рабочие партии. В свою очередь возможности расширения рядов партий преимущественно за счет рабочего класса становились все более благоприятными по мере отмеченного выше повышения уровня общей и политической культуры рабочих, усиления их трудовой и социальной активности.

В конце 70-х — начале 80-х годов показатели удельного веса рабочих-коммунистов в рядах марксистско-ленинских партий европейских социалистических стран были неодинаковыми, однако в целом эти данные свидетельствуют, что рабочие образуют абсолютное или относительное большинство членов коммунистических и рабочих партий: в начале 80-х годов они составляли около 58% СЕПГ, почти 56% РКП, 45—46% ВСРП и КПЧ, около 43% БКП¹.

Реализация курса на вовлечение в партию рабочих весьма актуальной была в КПЧ, поскольку пренебрежение работой по регулированию ее социального состава привело к тому, что доля рабочих-коммунистов в КПЧ снизилась с 46% в 1962 г. до 37% в 1969 г.² В 70-х годах 61—62% принимаемых в партию составляли рабочие³, что позволило вновь существенно повысить их удельный вес в составе КПЧ.

Традиционно важным направлением партийного строительства для марксистско-ленинских партий рабочего класса является кадровая политика — работа с партийным активом, его воспитание, расстановка с таким расчетом, чтобы он обеспечивал прямые и обратные связи партийного руководства и партийной массы, а в других сферах жизнедеятельности социалистического общества был первым проводником политической линии своих партий. Этим проблемам самое пристальное внимание уделялось и уделяется братскими партиями и на этапе построения развитого социализма. Основные направления и принципы кадровой политики обсужда-

¹ См. «Rudé právo», 11.IX.1981; «Международное коммунистическое движение», с. 67; «Правда», 20 ноября 1984 г.

³ См. «XV съезд Коммунистической партии Чехословакии». М., 1977, с. 66; «XVI съезд Коммунистической партии Чехословакии», с. 57.

415 лись на их съездах и пленумах Центральных Комитетов; был принят ряд специальных документов о работе по подготовке, выдвижению и воспитанию партийных руководителей ¹.

Среди других аспектов этой работы большое внимание уделялось выдвижению на работу в партийных органах, а также в органах государственного и хозяйственного управления и в общественных организациях людей из рабочей среды. Характерно, что в 1977 г. треть всех членов районных комитетов КПЧ составляли рабочие, занятые на производстве, а 60% являлись рабочими по происхождению. Такого рода факты, подчеркивал Густав Гусак на Пленуме ЦК КПЧ (март 1978 г.), свидетельствуют, что на всех участках и ступенях жизни чехословацкого социалистического общества «работают люди, преданные делу социализма, которые вышли из рабочего класса, из трудового народа» ².

Аналогичная линия проводилась и другими партиями. Так, в середине 70-х годов 52% работников партийного аппарата ВСРП составляли рабочие или те, кто в начале трудового пути были рабочими. Ориентация на проведение целенаправленной политики по привлечению наиболее активных и способных представителей рабочего класса к деятельности в руководящих органах и их политическом аппарате, сформулированная в решениях ноябрьского (1973 г.) и мартовского (1974 г.) Пленумов ЦК ВСРП, была подтверждена и ее XI съездом ³.

На современном этапе социалистических преобразований первостепенное значение для реализации коммунистическими и рабочими партиями роли руководителей и организаторов этих преобразований имеет их собственное демократическое развитие. Участие коммунистов — как выдвинутых на руководящие должности разных уровней, так и рядовых, занятых исполнительским трудом в различных сферах общественной жизни, — в обсуждении всего спектра проблем социалистического развития, обеспечение их права на получение всесторонней информации о деятельности партийных, государственных, хозяйственных органов и на возможность свободно высказывать свое мнение о содержании и формах этой информации, гарантии того, что мнение коммунистов будет учтено при принятии решений, — все это важнейшие предпосылки расширения социалистической демократии в обществе и действительного усиления роли марксистко-ленинских партий в функционировании политической системы социализма, в процессе совершенствования общественных отношений и образа жизни трудящихся масс.

¹ Подробнее см.: «Партийное строительство в социалистических странах», с. 188—244.

³ См. «XI съезд Венгерской социалистической рабочей партии», с. 86.

416 Характер политического развития социалистических стран, успехи и противоречия этого процесса во многом обусловлены полнокровной деятельностью всех институтов политической системы социализма, их совершенствованием в соответствии с принципами социализма и коммунизма. Поэтому важное место в деятельности коммунистических партий тех стран, в которых осуществляется строительство развитого социалистического общества, занимает оптимизация политической системы, предполагающая, с одной стороны, прогресс социалистической государственности, а с другой — усиление в политической системе социализма элементов общественного самоуправления.

Заметно выросло во всех социалистических странах значение высших органов государственной власти. Прежде всего активизировалась их законодательная деятельность — нормативное регулирование важнейших сторон политической, экономической, социальной и культурной жизни. Принимаемые в социалистических странах законы затрагивают все основные стороны жизни общества. Но социалистические парламенты занимаются не только законодательной деятельностью. Они осуществляют верховный контроль за работой всех других государственных органов. На своих сессиях, в постоянных комиссиях депутатов они оценивают, как проводится политика партии, как соблюдаются государственные законы, как эти органы оправдывают себя в практике социалистического строительства.

В функционировании органов государственной власти в последние годы возрастает значение постоянных комиссий, деятельность которых особенно важна для придания органам государственной власти (высшим и местным) характера работающих учреждений. Эти комиссии активно участвуют в подготовке законопроектов. Через них осуществляется значительная доля контрольной и иной работы представительных органов. Общей тенденцией во всех братских странах является не только возрастание числа постоянных комиссий — так что они охватывают важнейшие стороны жизнедеятельности общества,— но и рост их активности.

Непрерывно увеличивается значение, расширяются полномочия, возрастает активность органов государственной власти на местах — Советов, национальных комитетов всех уровней. Это наиболее массовые государственные организации, тесно связанные с населением, его жизнью, нуждами и запросами. Именно их работе граждане судят прежде всего о работе государственной организации в целом; рост их влияния и авторитета в глазах населения способствует росту влияния и авторитета государства, преодолению недоверия к государственному началу там, где остатки такого недоверия еще сохраняются.

В социалистических странах все полнее реализуется требова-

417 ние руководящих коммунистических и рабочих партий, чтобы местные Советы были полновластными, рачительными и ответственными хозяевами на своей территории. В этих целях законодательство предоставляет им право координации деятельности всех организаций, в том числе вышестоящего подчинения, расположенных на территории, право осуществления контроля. В ряде социалистических стран возрастает удельный вес местных бюджетов, т. е. расширяются финансовые возможности местных органов государственной власти.

Своеобразное явление, характеризующее развитие местных органов государственной власти в ряде стран,— это возрастание в их деятельности элементов местного самоуправления. При этом Советы все больше интегрируют свою работу с другими общественно-политическими организациями и органами самодеятельности трудящихся. Это ведет не только к повышению авторитета Советов, но и к росту активности различных слоев населения, принимающих участие в их деятельности.

Важным направлением развития социалистической государственности в европейских странах СЭВ является совершенствование избирательной системы, повышение эффективности этого важного института социалистической демократии. В условиях строительства развитого социалистического общества изменяется само назначение избирательной системы, с тем чтобы обеспечить участие в работе государственных выборных органов лиц, наиболее активных в общественно-политическом отношении и пользующихся авторитетом среди широких масс трудящихся, заинтересованных в ней, а вместе с тем повысить общественно-политическую активность избирателей, обеспечить их постоянное внимание к работе выборных органов. В некоторых европейских социалистических странах с этой целью избирателям предоставляется возможность выбора между несколькими кандидатами в депутаты высших или местных органов власти. Поскольку все эти кандидаты выдвигаются по согласованию политических партий и общественных организаций, выбор между ними отражает не соперничество различных политических платформ, но отношение избирателей к личным, моральным и деловым качествам того или иного кандидата ¹.

Соединению представительной и непосредственной демократии в странах социализма служит расширение практики всенародных или региональных обсуждений проектов важнейших государственных решений, а также всенародных (или местных) опросов (референдумов), касающихся ответственных политических мероприятий. Так, Закон ГДР об участии молодежи в построении раз-

¹ См. И. П. Ильинский, Б. А. Страшун, В. И. Ястребов. Политическая система зарубежных стран социализма. М., 1981, с. 82.

418 витого социалистического общества и всестороннем содействии ей, прежде чем был принят в январе 1974 г., обсуждался в течение пяти месяцев: на более чем 240 тыс. собраний выступило 5,4 млн. человек, в том числе 1,5 млн. членов Союза свободной немецкой молодежи; в комиссию по подготовке закона поступило 4821 предложение от организаций и отдельных лиц ¹. В Народной Республике Болгарии во всенародном обсуждении проекта нового Кодекса законов о труде, проходившем с декабря 1982 по февраль 1983 г., приняло участие почти 3,8 млн. человек, которые внесли 141 тыс. предложений и рекомендаций ².

В условиях осуществления марксистско-ленинскими партиями рабочего класса роли ведущей политической силы социалистического общества большое значение для нормальной деятельности политической системы этого общества имеет правильное разделение функций между партией и государством, устранение параллелизма и дублирования. Каждая из руководящих коммунистических и рабочих партий ищет свои пути решения этой проблемы, что обогащает коллективный опыт реального социализма.

При этом, разумеется, принцип разграничения полномочий и практической деятельности партийных органов и государственных учреждений не абсолютизируется. Да это и невозможно сделать, если неукоснительно следовать положению о руководящей роли коммунистических и рабочих партий в социалистическом обществе. Поэтому во всех странах социалистического содружества применяются различные варианты соединения партийных и государственных функций, главным образом в форме избрания представителей партийного руководства всех уровней в состав государственных и местных представительных органов власти. Однако на этих представителей, как правило, не возлагаются управленческие обязанности. Исключением из такой практики является избрание лидеров ряда марксистско-ленинских партий рабочего класса на пост главы государства или председателя высшего органа государственной власти (Президента в ЧССР и СРР, Председателя Государственного совета в ГДР и НРБ) ³.

Важный резерв совершенствования политической системы социализма заключается в повышении роли и улучшении деятельности массовых общественных организаций; работа по использованию этого резерва ведется каждой из братских партий. Особенно большую роль в обществе, где труд является главной ценностью, а трудящийся человек — главным субъектом и основным объектом социального развития, играют профсоюзы. Будучи при

¹ См. «Партийное строительство в социалистических странах», с. 178.

³ Подробнее см.: «Партийное строительство в социалистических странах», с. 365—373.

419 социализме непременным участником управления производством (и тем самым школой управления, школой хозяйствования), они не могут, не теряя смысла своего существования, забывать о своей обязанности защищать интересы трудящихся либо отодвигать ее на второй план. Недостаточное внимание к этому вопросу может повлечь за собой потерю доверия к профсоюзам со стороны их членов, падение их авторитета, а следовательно, и влияния среди трудящихся, как это произошло, например, с польскими профсоюзами в конце 70-х годов. Новое руководство ПОРП подвергло критике прежние профсоюзы, практику их деятельности. В первой половине 80-х годов в Польше началось восстановление профсоюзов в соответствии с принципами, изложенными в документе «Позиция ЦК ПОРП по вопросу возрождения профсоюзов», и Законом о профессиональных союзах, принятым Сеймом ПНР 8 октября 1982 г.¹

Привлечение к управлению государством массовых организаций трудящихся осуществляется в разных странах в различных формах. Но при этом выявляются и некоторые общие тенденции. Например, во всех братских социалистических странах Европы большую роль в общественно-политической жизни по-прежнему играют организации Национального (Отечественного, Народного) фронта. Эти движения, приобретшие в некоторых странах черты общественной организации, берут на себя решение задач обеспечения массовой поддержки партийных и государственных мероприятий, координации и согласования интересов отдельных социальных слоев и групп, а также отдельных организаций и союзнических политических партий (где они есть). Они обеспечивают соединение общественной инициативы с государственной деятельностью, в том числе при проведении избирательных кампаний, осуществлении общественного контроля и т. д. Наличие в стране подобной всенародной организации (движения) облегчает руководящим коммунистическим и рабочим партиям, институтам политической власти связь с широкими массами, различными слоями населения, разгружает государственные органы от некоторых функций.

Одной из форм вовлечения широких масс трудящихся в управление обществом стало создание в некоторых сферах государственной деятельности (особенно в социально-культурной, при осуществлении народного контроля и т. д.) объединенных общественно-государственных или государственно-общественных органов, что позволяет соединить материально-техническую базу и организаторский опыт государства с широкой инициативой,

¹ «Trybuna Ludu», 9.X.1982; 1.XI.1982. Подробнее см.: В. И. Валевская. Профсоюзное движение в ПНР на современном этапе.— «Рабочий класс и современный мир», 1984, № 5,

420 активностью, массовостью и определенной направленностью интересов, свойственных общественным организациям. Так, Комитет по труду и социальным делам Совета Министров НРБ был избран на национальной конференции, причем из 105 его членов 55 представляют общественные организации и трудовые коллективы ¹. Комитет по культуре также избирается съездом работников культуры, который созывается каждые пять лет; комитет подотчетен как этому съезду, так и Совету Министров НРБ. Общественно-государственные органы, по мнению болгарского ученого М. Маркова, это «принципиально новые институты, содержащие широкие возможности органичного соединения народной инициативы... с организованностью и оперативностью государственных органов» ².

В государствах социалистического содружества накоплен богатый опыт развития системы демократического контроля за деятельностью государственных органов, учреждений, организаций и должностных лиц. Особенно большое значение для углубления демократизма имеет контроль снизу, со стороны широких народных масс и их организаций. Такой контроль осуществляется не только через систему народного (партийно-государственного) контроля, но и через широкую сеть общественного контроля, создаваемого в отдельных социалистических странах местными органами государственной власти, общественными организациями и непосредственно населением при ведущей роли партийных организаций.

Важным направлением развития социалистической демократии является усиление и углубление производственного самоуправления трудящихся, реализуемого через трудовые коллективы, которые представляют собой такие организации, в которых осуществляется не только производственная, но и социально-культурная и общественно-политическая деятельность трудящихся. Через трудовые коллективы трудящиеся привлекаются к активному участию не только в производственном и хозяйственном управлении, но и в управлении делами общества и государства в целом.

Именно эти особенности положения трудовых коллективов в системе производственных и общественных отношений социализма были учтены при разработке проекта нового Кодекса законов о труде Народной Республики Болгарии. В этом документе трудовой коллектив рассматривается как основная организационная единица, которая непосредственно или через своих представителей участвует в управлении трудом и трудовыми отношениями.

¹ См. «Проблемы мира и социализма», 1983, № 10, с. 34.

² «Проблемы развития политической системы социализма (материалы международного симпозиума)», ч. I. М., 1978, с. 56.

421 Расширение прав трудовых коллективов обеспечивает все более полное их превращение в самоуправляющиеся единицы ¹.

Совершенствованию политической системы социализма, ее правильному, эффективному функционированию братские партии уделяют все более пристальное внимание, поскольку на каждой более высокой ступени развития социалистического общества возрастает значение его субъективного фактора. Критерием успехов этой работы служат как достижения в сферах экономики, социальных отношений, духовной жизни народов, строящих развитое социалистическое общество, так и уровень реального участия трудящихся, всего населения в управлении государственными и общественными делами.

ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА КОММУНИСТИЧЕСКИХ И РАБОЧИХ ПАРТИЙ И ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ НАРОДНОГО ХОЗЯЙСТВА ЕВРОПЕЙСКИХ СТРАН — ЧЛЕНОВ СЭВ​

Определяющими тенденциями экономического развития большинства европейских социалистических стран после построения основ социализма стали, с одной стороны, создание технико-экономической базы, адекватной обществу развитого социализма, а с другой — все более сильная ориентация народного хозяйства на удовлетворение растущих и усложняющихся материальных, социальных и культурных потребностей трудящихся. И хотя в отдельных, частных случаях эти тенденции «конкурируют», в целом они взаимодействуют и взаимообусловливают друг друга. Прогресс экономики улучшает условия и расширяет возможности решения социальных задач, а вместе с тем его темпы, его достижения все в большей степени зависят от повышения уровня жизни трудящихся, от упрочения (используя термин, принятый в Чехословакии) их «социальной уверенности».

Решение этой двуединой задачи могло быть поставлено в центр хозяйственной политики братских коммунистических и рабочих партий прежде всего потому, что в большинстве социалистических стран Центральной и Юго-Восточной Европы уже в 50-х годах был в основном завершен перевод народного хозяйства на коллективистскую основу в форме национализации крупной и средней собственности на средства производства и кооперирования хозяйств мелких товаропроизводителей. В 60-х годах (в ГДР — в начале 70-х) процесс этот практически полностью завершился почти во всех странах региона. И только в Польше ни в 60-х годах, ни в по-

¹ См. Я. Радев. Партийная концепция трудового кодекса. — «Проблемы мира и социализма», 1983, № 10, с. 32—34.

422 следующем процесс социалистического обобществления не получил своего завершения. Хотя доля национального дохода, создаваемого в частном секторе, в 1961—1980 гг. уменьшилась почти вдвое (с 37,5 до 19,5%), да и в сельском хозяйстве постепенно укреплялись позиции социалистического сектора (в 1960 г.— 11,2% всей валовой продукции, в 1980 г.— 22,7%), все же в польской деревне господствующим, а соответственно во всем народном хозяйстве страны влиятельным экономическим укладом оставалось мелкотоварное производство¹.

Завершение первичных процессов обобществления производства в этой группе стран, равно как и успехи в модернизации и наращивании производственного потенциала, обусловило необходимость и возможность сосредоточить внимание на проблемах все более глубокого экономического и организационно-технологического обобществления народнохозяйственного комплекса. Без этого было бы невозможно добиваться повышения эффективности производства и поддержания высоких темпов его расширенного воспроизводства, дальнейшего прогресса в деле углубления и упрочения социального равенства, роста народного благосостояния и создания условий для всестороннего развития личности всех членов социалистического общества.

Показателем успехов в решении этих задач могут служить данные о темпах прироста национального дохода в расчете на душу населения европейских стран — членов СЭВ²:

Как видно, на протяжении каждого из этих двух десятилетий производство вновь создаваемого национального богатства увеличивалось в 1,5—2 раза (в Румынии и более высокими темпами).

Поддержание высоких темпов увеличения национального дохода, используемого как в целях расширенного воспроизводства,

¹ См. «Статистический ежегодник стран — членов Совета Экономической Взаимопомощи. 1982», с. 37—38.

² См. там же, с. 40.

423 так и для удовлетворения личных и коллективных потребностей, обеспечивалось обновлением и расширением производственно-технической базы народного хозяйства. Производственные основные фонды народного хозяйства Румынии выросли в 1961—1983 гг. в 9 раз, в Болгарии — в 7,5, в Польше — в 3,7, в Венгрии — в 3,5, в ГДР — в 3,4, в ЧССР — в 3,1 раза¹.

Не меньшее значение для ускоренного экономического роста социалистических стран Центральной и Юго-Восточной Европы имела радикальная реорганизация отраслевой структуры общественного производства. Точное представление об этом процессе дают сведения об изменениях в распределении занятого населения соответствующих стран по отраслям народного хозяйства с 1960 по 1983 г. (см. табл. 5). Они свидетельствуют, что в 60-х годах в экономически менее развитых в прошлом странах (прежде всего в Болгарии и Румынии, а также в Венгрии и Польше) продолжалась индустриализация народного хозяйства, тогда как в ГДР и ЧССР доля занятых в индустриальных отраслях материального производства (промышленность и строительство) выросла лишь незначительно. В 70-х годах почти во всех европейских странах СЭВ (в Румынии во второй половине этого десятилетия) увеличение удельного веса занятых в промышленности и строительстве замедлилось, а в Венгрии он вообще снизился (особенно заметно в конце 70-х — начале 80-х годов). В результате различия между странами этого региона по доле индустриально занятого населения существенно сгладились. В целом все они превратились в индустриально развитые.

Одновременно в этих странах быстро увеличивалась доля занятых в отраслях производственной и социальной инфраструктуры (транспорт и связь, материально-техническое снабжение и заготовки, торговля и общественное питание, просвещение и здравоохранение, бытовое обслуживание, жилищное и коммунальное хозяйство и др.). Этот процесс со всей очевидностью свидетельствовал о высоких темпах экономического роста, поскольку он и возможен, и необходим только в условиях высокого уровня развития производительных сил.

В 60—70-х годах во всех европейских социалистических странах высокими темпами росло промышленное производство; правда, в конце 70-х и начале 80-х темпы этого процесса несколько снизились (см. табл. 6). Причем они, естественно, были выше в странах, начинавших социалистическое переустройство при менее развитой индустриальной базе. В результате опережающие темпы развития промышленности и, как результат, опережающие темпы роста национального дохода позволили Болгарии и Румынии по

¹ См. «Статистический ежегодник стран—членов Совета Экономической Взаимопомощи. 1984», с. 44.

424 Таблица 5

Распределение занятого населения европейских стран — членов СЭВ по отраслям народного хозяйства в 1960, 1970 и 1983 гг. (%)

* В Венгрии — сельское, лесное и водное хозяйство.

** В 1980 г.

Источник. «Статистический ежегодник стран — членов Совета Экономической Взаимопомощи. 1984», с. 364—366.

многим экономическим показателям или полностью преодолеть отставание от первоначально более развитых в экономическом отношении стран (ГДР, ЧССР, ВНР), или приблизиться к завершению этого процесса. Так, если в 1950 г. различия между экономически наиболее и наименее развитыми европейскими странами — членами СЭВ по объему производства промышленной продукции на душу населения соотносились как 4,6 : 1, то к 1970 г. этот разрыв сократился до 2 : 1, а в начале 80-х годов — до 1,4 : 1 ¹.

При этом наиболее быстрыми темпами развивались промышленные отрасли, определяющие материальную основу технического прогресса как самой промышленности, так и всего народного хозяйства, прежде всего машиностроение, приборостроение, электротехника и радиоэлектроника.

Важнейшим фактором индустриального развития европейских социалистических стран было и остается всемерное использование достижений научно-технического прогресса, внедрение в промышленность новой техники и технологии. Об этом, в частности, свидетельствуют данные об электровооруженности труда: в промышленности Болгарии она выросла в 1961—1983 гг. в

¹ См. «Мир социализма в цифрах и фактах». М., 1983, с. 13.

425 Таблица 6

Темпы прироста валовой продукции промышленности (в %)

* Товарная продукция

Источники: «Статистический ежегодник стран — членов Совета Экономической Взаимопомощи. 1984», с. 53; «Экономическое сотрудничество стран — членов СЭВ», 1985, № 6, с. 49; «Правда», 18 марта 1985 г.

4,3 раза; в Румынии — в 2,7; в Польше — в 2,4; в ЧССР — в 2,2; в ГДР — в 2 раза; в Венгрии — в 3 раза¹. Одновременно уменьшились различия в потреблении электроэнергии на одного работника промышленности.

Возможность опираться на экономическую помощь СССР и использовать совокупный производственный потенциал всей группы стран, объединенных Советом Экономической Взаимопомощи, обусловила бо́льшую ориентацию индустриального развития европейских стран — членов СЭВ на непосредственное удовлетворение материальных потребностей трудящихся. В результате в 60-х годах только в Болгарии и Польше темпы роста производства средств производства (группа «А») были на треть выше темпов роста производства предметов потребления (группа «Б»), в Румынии — в 1,5 раза, тогда как в ЧССР и ГДР это превышение было относительно небольшим. А в Венгрии, где удельный вес группы «А» в начале этого периода был самым высоким в регионе (66% валовой продукции промышленности против 61% в ГДР и ЧССР), вообще более динамично росло производство предметов потребления, что позволило преодолеть определенную диспропорцию в развитии венгерской промышленности и лучше использовать национальные (внутренние) ресурсы.

В 70-х годах темпы роста группы «Б» во всех европейских странах СЭВ еще более сравнялись с темпами роста группы «А» (в Венгрии же по-прежнему быстрее росло производство предметов потребления). В целом структуры промышленного производства

¹ См. «Статистический ежегодник стран — членов Совета Экономической Взаимопомощи. 1984», с. 112.

426 (с точки зрения соотношения удельного веса средств производства и предметов потребления в валовой продукции промышленности) в европейских странах социалистического содружества существенно сблизились: если в 1960 г. наиболее высокий показатель удельного веса группы «А» превышал самый низкий показатель группы «Б» на 19 процентных пунктов, то в 1983 г. — на 8 пунктов ¹.

В этой группе стран предпринимаются большие усилия и достигнуты значительные результаты также в решении проблем сельскохозяйственного производства.

Победа социалистических производственных отношений в сельском хозяйстве в большинстве европейских социалистических стран создала предпосылки для ускорения его развития. Существенное повышение производительности труда, вообще интенсификация производства в этой отрасли обеспечили прирост производства продукции в условиях значительного сокращения численности занятых (а в большинстве этих стран и уменьшения площади сельскохозяйственных угодий). Динамичное развитие промышленности европейских стран — членов СЭВ позволило создать материальные условия для ведения крупного социалистического хозяйства, начать перевод сельского хозяйства на промышленную основу. Парк тракторов в сельском хозяйстве в 1981 г. превосходил уровень 1960 г. (по суммарной мощности двигателей) в Румынии в 5,3 раза, в Болгарии и ГДР — в 4,3, в ЧССР — в 3,7, в Венгрии — в 3,1 раза. Поставки минеральных удобрений на 1 га пашни за то же время увеличились в Румынии почти в 20 раз, в Венгрии — в 9,4, в Болгарии—в 7,3, в ЧССР — в 3,5, в ГДР — в 1,8 раза ².

Значительные средства, вкладываемые в развитие сельскохозяйственного производства, не могли не дать результаты. Его объемы к середине 80-х годов превысили уровень начала 60-х годов в ГДР, Польше и ЧССР примерно в 1,5 раза, в Болгарии и Венгрии — в 1,8—1,9, в Румынии — почти в 2,5 раза ³. На основе роста урожайности зерновых, которая в этих странах вот уже длительное время стабильно держится на уровне 30—40 и более центнеров с гектара, здесь практически решена зерновая проблема, что позволило в свою очередь существенно увеличить производство продуктов животноводства.

Успехи, достигнутые этими странами, приобретают особое значение не только своими количественными показателями, по которым они во многих отношениях приблизились к уровню стран

¹ См. «Статистический ежегодник стран — членов Совета Экономической Взаимопомощи. 1984», с. 17—24, 58.

³ «Мир социализма в цифрах и фактах. 1983», с. 156; «Правда», 18 марта 1985 г.

427 мира с наиболее передовым сельскохозяйственным производством или же превзошли этот уровень, но и, что особенно важно с точки зрения прогресса отрасли, организацией производства. Знаменательно, что в странах, добившихся заметных результатов за последние десятилетия, наряду с введением современных промышленных технологий сформировались развитые формы интеграции между крупными социалистическими хозяйствами и семейными, так называемыми личными, подсобными хозяйствами.

Успехи в развитии материального производства, достигнутые в европейских странах — членах СЭВ, существенно расширили возможности обеспечивать все более полное решение социальных проблем, таких, как повышение уровня материального благосостояния народных масс, рост их культуры, совершенствование на этой основе социалистического образа жизни, сформировавшегося в основном вместе с победой социалистических производственных и общественных отношений, и в конечном счете сближение классов и социальных слоев общества, углубление его социальной однородности. Но речь идет не только о возросших возможностях. Современное производство предъявляет все более высокие требования к общей и профессиональной культуре работника, к его сознанию и самочувствию; поэтому повышение уровня жизни трудящихся становится настоятельной производственной и общественной необходимостью. Все это обусловило усиление внимания к социальной проблематике в планировании экономических процессов и практической деятельности коммунистических и рабочих партий европейских стран социалистического содружества.

Соответственно в этих странах были выполнены широкие социальные программы, нацеленные на существенное повышение народного благосостояния. Их выполнение обеспечило быстрый рост доходов населения, капитальных вложений в сферу обслуживания, увеличение объемов розничного товарооборота.

Решение этих проблем обеспечивалось прежде всего развитием производительных сил, ростом общественной производительности труда. В результате росла заработная плата — основной источник доходов трудящихся в социалистическом обществе. Так, с конца 50-х до начала 80-х годов в Болгарии реальная заработная плата увеличилась более чем на ³/₄, в Венгрии — на ³/₅, в Румынии — в 2,3 раза, в Чехословакии (реальная зарплата рабочих и служащих, занятых вне сельского хозяйства) — почти на ³/₅¹.

Расширение масштабов общественного производства позволило значительно увеличить ту часть национального дохода, которая распределяется через общественные фонды потребления. По-

¹ См. «Статистический ежегодник стран — членов Совета Экономической Взаимопомощи. 1982», с. 46; «Мир социализма в цифрах и фактах. 1983», с. 105—107.

428 этому с каждым десятилетием росли как прямые денежные выплаты трудящимся и членам их семей, не зависящие непосредственно от их участия в производстве (пенсии бывшим работникам общественного производства, оставившим его по старости или болезни, а также нетрудоспособным людям, стипендии студентам и учащимся, пособия матерям несовершеннолетних детей), так и размеры финансирования бесплатного здравоохранения, просвещения, других форм социально-культурного обслуживания, расходов по эксплуатации жилого фонда, не возмещаемых квартирной платой, другие выплаты и льготы трудящимся и членам их семей. Так, количество пенсионеров с начала 60-х до начала 80-х годов выросло в Польше в 3,5 раза, в Румынии — в 3,2, в Венгрии — в 2,7, в Болгарии — в 1,7, в ЧССР — в 1,5 раза. В ГДР и в начале 60-х годов выплачивалось такое количество пенсий (3,2 млн.), которое составляло 17% от численности населения, а в начале 80-х этот показатель повысился до 21% (3,5 млн. пенсий) ¹.

В результате повышения оплаты труда и еще более быстрого роста общественных фондов потребления во всех европейских странах — членах СЭВ реальные доходы на душу населения в 60—70-х годах выросли в 2—3 раза ². Этот процесс, хотя и несколько более скромными темпами, продолжал развиваться и в 80-х годах.

Благодаря целенаправленной политике коммунистических и рабочих партий заметно сблизились уровни доходов, условия труда и быта классов и социальных слоев социалистического общества. К началу 80-х годов практически сравнялся уровень доходов рабочего класса и крестьянства в Венгрии, ГДР и Чехословакии; в Болгарии среднедушевые доходы крестьян составляли около 90% уровня доходов семей рабочих.

Существенно улучшилось обеспечение населения этих стран продуктами питания, менялась структура питания. Так, в Болгарии потребление мяса (в расчете на одного человека) увеличилось с конца 50-х годов до начала 80-х более чем вдвое (в 1982 г.— более 73 кг), в Венгрии, ГДР и Чехословакии — в 1,5—1,7 раза; в бо́льших или меньших пропорциях выросли объемы потребления молока и молочных изделий, яиц, растительного масла при некотором уменьшении потребления хлебных продуктов, а также картофеля ³.

В структуре материального потребления вырос удельный вес товаров хозяйственно-бытового и культурно-бытового назначения длительного пользования. В результате у подавляющего большинства семей появились холодильники, стиральные машины, теле-

¹ См. «Статистический ежегодник стран — членов Совета Экономической Взаимопомощи. 1982», с. 8, 422.

³ См. «Мир социализма в цифрах и фактах. 1983», с. 157.

429 визоры; постоянно и быстро растет число легковых автомобилей, находящихся в личном пользовании ¹.

Еще один аспект роста благосостояния — обеспечение населения благоустроенным жильем — меньше связан с уровнем трудовых доходов, поскольку во всех европейских странах — членах СЭВ значительная часть жилищного строительства происходит за счет государственных капитальных вложений ², а расходы по эксплуатации жилого фонда в значительной мере возмещаются из общественных фондов потребления. Этот принцип обеспечения трудящихся жильем имеет тем большее значение, что во всех социалистических странах Центральной и Юго-Восточной Европы в процессе осуществления программ жилищного строительства ежегодно вводилось по 60—90 квартир в расчете на 10 тыс. человек населения ³ (это означает, что на протяжении 60-х — начала 80-х годов от ¹/₄ до ¹/₃ семей въехали в новые, по-современному оборудованные, комфортабельные квартиры).

На этапе строительства развитого социализма окончательно утвердился принцип преимущественно или полностью бесплатного здравоохранения, просвещения, дошкольного воспитания детей. В результате в европейских странах социалистического содружества в 60—80-х годах систематически расширялись масштабы и улучшалось качество медицинского обслуживания ⁴, росла доля детей дошкольного возраста, охваченных системой общественного воспитания ⁵, и доля молодежи, получающей хорошее общее и про-

¹ См. «Статистический ежегодник стран — членов Совета Экономической Взаимопомощи. 1984», с. 48.

⁵ В дошкольных учреждениях Болгарии в 1960 г. воспитывалось 33% детей соответствующего возраста, а в 1983 г.—более 52 %; в Венгрии — 29 и 65%; в ГДР — 32 и 82%; в Польше — 10 и 28%; в Румынии — 14,5 и (в 1981 г.) 43%; в ЧССР — 23 и 57% (см. «Статистический ежегодник стран — членов Совета Экономической Взаимопомощи. 1984», с. 382).

430 фессиональное образование сверх основной (8—10-летней) школы ¹.

Рост благосостояния трудящихся и улучшение их социально-культурного обслуживания способствовали усилению социальной уверенности у всех групп населения стран, вступивших в этап строительства развитого социализма, росту их общественно-политической и трудовой активности, совершенствованию социалистического образа жизни, все более тесному сближению на этой основе всех классов, социальных слоев и групп.

Вместе с тем не следует упускать из виду и того, что в 70-х годах, особенно во второй их половине, и в начале 80-х заметно снизились темпы экономического роста практически во всех социалистических странах Центральной и Юго-Восточной Европы. В результате замедлился и процесс повышения уровня жизни народных масс. Ухудшение экономической ситуации именно в это время было обусловлено, с одной стороны, целым рядом объективных причин, в том числе серьезными потрясениями всей системы мирохозяйственных связей на почве обострения кризиса, охватившего экономику стран развитого капитализма. С другой стороны, ее ухудшению в немалой степени способствовало определенное отставание с переориентацией народнохозяйственных комплексов социалистических стран на интенсивный путь развития. Несмотря на различия во времени и в степени остроты, эта проблема затронула все европейские социалистические страны.

Переход от экстенсивного типа развития к интенсивному требует ускорения научно-технического прогресса, существенного роста квалификации трудящихся, совершенствования структуры производства. Такая качественная перестройка всей экономики — задача довольно длительного периода, к тому же, как показала практика, само по себе исчерпание факторов экстенсивного развития еще не означает автоматического перехода к интенсивному развитию. Необходимо время как для осознания самого факта вступления в принципиально новый этап, неизбежности серьезной корректировки методов экономической политики, практики планирования и хозяйственного управления, так и для принятия коммунистическими и рабочими партиями соответствующих стратегических и управленческих решений.

¹ Из оценки, сделанной на основании данных о количестве студентов и учащихся в европейских странах — членах СЭВ и о численности возрастных когорт их населения, следует, что в Болгарии в начале 60-х годов около ²/₅ молодежи после получения основного образования продолжало обучение в профессиональных училищах и средних специальных учебных заведениях, а в конце 70-х годов — более ²/₃; в Венгрии (соответственно) около ¹/₂ и 80—90%; в ГДР — ³/₅ и около ⁹/₁₀; в ЧССР — ³/₄ и ⁹/₁₀ (см. «Развитие рабочего класса в социалистическом обществе», с. 421—423, 518).

431 Особый характер процессу перевода социалистической экономики на интенсивный путь развития придали резкие изменения, происшедшие в мировой экономике в начале 70-х годов.

В этот период европейские страны — члены СЭВ пытались сохранить на высоком уровне темпы экономического роста (хотя на 1976—1980 гг. и предусматривалось их замедление на 1—1,5 процентных пункта) за счет использования такого экстенсивного фактора, как иностранные кредиты. Однако значительное привлечение внешних средств, активно предоставляемых западноевропейскими и американскими банками, заметно ухудшило внешнеэкономический баланс европейских стран — членов СЭВ. Поскольку обеспечить необходимое повышение конкурентоспособности экспортируемых товаров, чтобы компенсировать быстрый рост импорта и повышение импортных цен в обстановке экономического кризиса, охватившего капиталистические страны и усилившего тенденции к протекционизму, а также возросшей дискриминации социалистических стран, оказалось невозможно, большинство этих стран было вынуждено вновь прибегнуть к иностранным займам ¹. Негативные последствия такой ориентации народного хозяйства с особой силой сказались в Польше.

К концу 70-х годов центральным вопросом экономической политики большинства европейских стран — членов СЭВ становятся проблемы улучшения сбалансированности народного хозяйства, прежде всего внешнеэкономической, выдвижения на первый план качественных факторов развития (повышение эффективности, модернизация производственной структуры, снижение народнохозяйственных потребностей в сырье и энергоносителях). Акцент с увеличения темпов был перенесен на содержательные вопросы экономического развития: более рациональное использование трудовых ресурсов, изменения в инвестиционной политике, ускорение научно-технического прогресса, повышение производительности труда, снижение издержек производства, повышение конкурентоспособности экспортируемой продукции на мировом рынке. Другими словами, опыт развития социалистической экономики в 70-х годах с особой силой подчеркнул необходимость энергичного перевода народного хозяйства европейских социалистических стран на интенсивный путь развития, причем одной из основных особенностей современного этапа этого процесса является более последовательный, чем прежде, учет тенденций развития мирового хозяйства, в том числе бо́льшая ориентация на более полное использование возможностей социалистических стран.

Проблемы интенсификации общественного производства стояли в центре внимания партийных съездов, состоявшихся на рубеже

¹ Подробнее см.: О. Т. Богомолов. Страны социализма в международном разделении труда. М., 1980, с. 281—295.

432 70—80-х годов. В их решениях поставлены такие цели, как повышение эффективности и качества работы всех звеньев народного хозяйства, снижение его ресурсоемкости, более эффективное использование основных фондов, ориентация инвестиционной политики на приоритетное финансирование модернизации и реконструкции структур общественного производства. Особое значение придается внедрению в производство трудо- и энергосберегающего оборудования, использованию вторичного сырья, развитию — там, где это возможно, — собственной топливно-энергетической базы.

При этом главной целью экономической стратегии и в новых условиях 80-х годов остается сохранение и дальнейшее повышение жизненного уровня народных масс. Соответственно к центральным задачам экономической стратегии относится и увеличение производства сельскохозяйственной продукции. Практически все страны стали уделять большее внимание роли личных подсобных хозяйств населения, которые все шире включаются в процесс межхозяйственной и агропромышленной кооперации и интеграции. Принимаются энергичные меры для гармоничного развития агропромышленного комплекса, радикального повышения производительности труда работников сельского хозяйства.

Одно из основных средств реализации на практике задач интенсификации общественного производства — совершенствование хозяйственного механизма. Опыт 60—70-х годов показал, что модернизация механизма хозяйствования кроме мероприятий в сфере планирования, экономического стимулирования и изменений в структуре организации управления должна опираться на совершенствование всей системы социально-экономических отношений. Поэтому для происходящих в европейских странах — членах СЭВ изменений в хозяйственных механизмах характерно, с одной стороны, усиление роли централизованного планирования в выработке стратегии экономического развития, в преодолении препятствий ведомственного подхода, в вопросах обеспечения народнохозяйственных интересов, а с другой — повышение самостоятельности и ответственности хозяйственных организаций, расширение действия товарно-денежных и хозрасчетных отношений, более широкое привлечение трудящихся к управлению производством ¹.

¹ Подробнее см.: О. Т. Богомолов. Страны социализма в международном разделении труда, с. 71—75; Ю. Князев, О. Баковецкий. Сближение структур хозяйственных механизмов стран СЭВ. — «Плановое хозяйство», 1982, № 6, с. 110—116; «Коллективный опыт совершенствования управления социалистической экономикой. По материалам съездов коммунистических и рабочих партий». М., 1983; О. Баковецкий, В. Гаврилов. Расширение прямых связей между хозяйственными звеньями СССР и стран СЭВ. — «Плановое хозяйство», 1983, № 10, с. 98—104, и др.

433 Собственно, необходимость именно такого подхода к совершенствованию управления общественным производством учитывалась уже при разработке реформ хозяйственного механизма, проводившихся в европейских социалистических странах еще в середине 60-х годов. Однако тогда наряду с успешным решением ряда проблем все же не удалось добиться главного — выработать эффективный механизм ускорения научно-технического прогресса, рационального использования капитальных вложений. Мероприятия по совершенствованию хозяйственного механизма, проводимые в европейских странах СЭВ в период 70-х годов, в основном были направлены на устранение имеющихся недостатков, а не на сознательное формирование механизма, адекватного условиям развитого социализма и способного решительно повернуть экономику на интенсивный путь развития ¹.

В новых условиях 80-х годов реформы хозяйственного механизма в некоторых странах — членах СЭВ (и прежде всего в ВНР) получают более радикальный характер. К минимуму сводятся государственные дотации, сокращается финансирование капитальных вложений из госбюджета за счет расширения роли банковских кредитов, повышается зависимость заработной платы трудящихся от итогов хозяйственной деятельности предприятий. В области централизованного государственного планирования и управления предполагается расширение роли имеющихся в распоряжении социалистического государства экономических рычагов (кредит, цены, налоги) при определенном уменьшении роли прямых заданий ².

Общей тенденцией развития хозяйственных механизмов европейских стран — членов СЭВ является расширение хозрасчетной самостоятельности предприятий. Особое внимание в ряде стран уделяется мелким государственным и кооперативным предприятиям. Не ставя под сомнение роль крупных предприятий как основы социалистического производства, в европейских странах СЭВ пришли к убеждению, что в экономике развитого социализма мелкие и средние предприятия могут и должны играть важную роль. Небольшие предприятия легче приспосабливаются к изменяющимся условиям рынка, они менее капиталоемки, легко встраиваются в имеющуюся инфраструктуру, используют местные ресурсы сырья и рабочей силы, что особенно важно при реализации задач социально-экономической политики.

Особую проблему в этой связи представляет развитие мелкого

¹ См. Р. Евстигнеев. Совершенствование хозяйственного механизма в европейских странах — членах СЭВ.— «Вопросы экономики», 1981, № 4, с. 122—131.

² См. Ю. Ширяев. В условиях интенсификации: о совершенствовании экономического сотрудничества стран — членов СЭВ.— «Проблемы мира и социализма», 1983, № 4, с. 51—56.

434 частного сектора в сфере услуг, розничной торговле, ремесле. Данный сектор является определенным подспорьем государству в сфере обеспечения населения услугами, продовольствием и товарами народного потребления. Вместе с тем возможность получения здесь чрезмерных нетрудовых доходов может породить не только экономические, но и, что гораздо существеннее для социалистического строительства, социальные, а при определенных условиях и идеологические проблемы, воздействие которых может сыграть гораздо большую роль по сравнению с незначительным удельным весом частного сектора в национальном доходе. Поэтому в европейских странах — членах СЭВ наряду с усилением государственного контроля над деятельностью частного сектора ведутся поиски методов интеграции частной деятельности населения в рамках социалистического народного хозяйства, создания таких форм мелкого предпринимательства, которые если и не адекватны общественным отношениям развитого социализма, то по крайней мере не противоречат им ¹.

С изменением характера экономической динамизма в определенной мере изменяется взаимосвязь экономического и социального развития. Если в прошлом социальный прогресс полностью или почти полностью являлся естественным следствием и результатом экономических успехов, то в современных условиях эта связь становится гораздо более сложной и опосредованной. По сравнению с прежними этапами социалистического строительства усиливается роль внеэкономических факторов общественного развития, и прежде всего человеческого фактора, особое значение получает «предвосхищение» экономических проблем, без чего немыслимо экономическое развитие нового типа ².

Определенные трудности и издержки процесса интенсификации народного хозяйства в европейских социалистических странах говорят не о каком-то «экономическом кризисе внутри СЭВ», надуманном западными «экспертами» по вопросам социализма, а еще раз убедительно показывают, что в ходе практического воплощения теоретических принципов социалистического строительства, осуществления выраженных в них реальных возможностей социалистические страны были и будут вынуждены преодолевать многочисленные трудности, решать множество проблем. Тем важнее подчеркнуть, что экономика стран — членов СЭВ даже в сложных, во многих отношениях неожиданных для социалистических

¹ См. Р. Евстигнеев. Указ. соч., с. 129—130; Ю. Князев, О. Баковецкий. Указ. соч., с. 111.

² См. «Социалистическое расширенное воспроизводство. Вопросы экономической теории и политики». М., 1980; «Социализм: экономическое развитие и общественный прогресс».— «Проблемы мира и социализма», 1982, № 5, с. 47—61.

435 стран условиях развивалась значительно динамичнее, чем, например, в государствах Европейского экономического сообщества.

В 1981—1982 гг. среднегодовой рост национального дохода в странах СЭВ равнялся 2%, а промышленной продукции — 2,2%; в 1983 г. эти показатели составляли соответственно 3,7 и 4,3%; примерно столько же в 1984 г. ¹ Процесс приспособления социалистической экономики к новым, более трудным условиям хозяйствования начался и набирает силу, что является залогом успехов и достижений в строительстве развитого социалистического общества.

Разумеется, каждая из европейских стран — членов СЭВ при решении экономических и социальных проблем, возникающих на этапе построения развитого социализма, исходит как из общих принципов общественного прогресса в условиях функционирования социалистических производственных отношений, из совокупного опыта деятельности коммунистических и рабочих партий по руководству экономикой и социальными процессами, так и из специфических условий хозяйственного развития, из собственного опыта социалистических преобразований. Поэтому конкретный характер мероприятий, призванных обеспечить перевод экономики на интенсивный путь развития, сроки и темпы их реализации могут быть — а точнее говоря, не могут не быть — более или менее различными. Но, отличаясь в частностях, они совпадают в основном, в главном — в стремлении создать условия, позволяющие в максимальной степени обеспечивать курс на полное благосостояние и свободное всестороннее развитие всех членов социалистического общества.

Болгарская коммунистическая партия курс на интенсификацию общественного производства тесно связывает с последовательным применением нового экономического подхода — целостной системы экономических методов, средств и форм воздействия и регулирования, которая охватывает и планирование, и производство, и управление. «Наша цель, — отмечал Председатель Совета Министров НРБ Г. Филипов, — привести организацию экономики в более полное соответствие с требованием объективных законов социализма» ².

Новый экономический подход, ключевым звеном которого является оптимизация соотношений централизма и децентрализации экономических и административных методов управления, был введен в НРБ с начала 1979 г. в сельском хозяйстве и пищевой промышленности, а с 1980 г.— во всем народном хозяйстве, в том числе

¹ «Мир социализма в цифрах и фактах. 1983», с. 152—153; «Правда», 18 марта 1985 г.

² Г. Филипов. Дела и еще раз дела. — «Проблемы мира и социализма», 1981, № 6, с. 31.

436 и в сфере социальных услуг, разумеется с необходимыми модификациями. В основу этого подхода положено расширение прав и ответственности предприятий и других хозяйственных организаций, которые переводятся на самоокупаемость; определяя количество, качество и ассортимент продукции, они ориентируются на рыночный спрос (в соответствии с принципами: «Тот, кто производит продукцию, не находящую сбыта, несет материальный урон»; «Плохо хозяйствующая организация должна нести убытки сама», и потому «заработная плата коллективов предприятий никем впредь гарантироваться не будет») ¹.

Расширение экономической самостоятельности и ответственности предприятий подкрепляется усилением их административной самостоятельности, расширением и углублением демократических начал в управлении их деятельностью. В частности, внедряются конкурсность и выборность при замещении руководящих должностей, расширяются права коллективных органов самоуправления — общих собраний, выборных хозяйственных комитетов и советов.

Новый экономический подход позволяет вместе с тем укрепить централизованное планирование с точки зрения научной обоснованности и глубины процессов управления. Прежде всего растет значение долгосрочных целевых программ повышения жизненного уровня народа, их роль как исходной базы составления пятилетних и оперативных планов. Усовершенствование централизованного планирования позволяет создать лучшие условия для внедрения в общественное производство достижений научно-технического прогресса.

Внедрение принципов нового экономического подхода положительно повлияло на ход хозяйственного развития НРБ, способствовало стабилизации экономического роста, совершенствованию структуры общественного производства. В результате в 1981—1984 гг. производство промышленной продукции увеличилось на 19%, а сельскохозяйственной — на 10—11%; произведенный национальный доход в 1984 г. был на 18% выше, чем в 1980 г.; все это позволило повысить уровень реальных доходов населения на 16—17% ².

В Венгерской Народной Республике новый курс экономической политики был выработан на декабрьском (1978 г.) Пленуме ЦК ВСРП. В его решениях, подтвержденных и развитых XII съездом партии венгерских коммунистов (1980 г.), была произведена переоценка приоритетов экономической политики, намечены из-

¹ См. Э. Христов. Новое в экономическом механизме.— «Реальный социализм в 80-е годы», с. 263, 271.

² См. «Народное хозяйство социалистических стран в 1981—1983 гг.». М., 1982—1984; «Работническо дело», 30.I.1985,

437 менения в сфере производства и распределения, в практике управления экономикой, сформулированы более строгие требования к хозяйственной деятельности. Исходя из усложнившихся условий мирового рынка было решено использовать годы вынужденного (временного) замедленного количественного роста производства для улучшения структуры промышленности и сельского хозяйства, повышения эффективности экономики и усиления качественных факторов ее функционирования, чтобы создать предпосылки для последующего динамичного развития ¹.

ВСРП видит перспективу развития венгерской экономики в ускорении перехода к интенсивному развитию, в модернизации производства, в повышении его рентабельности и экспортоспособности продукции, а также в углублении участия народного хозяйства страны в международном разделении труда, прежде всего в рамках социалистического содружества. В соответствии с этим курсом капиталовложения в Венгрии все более концентрируются на таком совершенствовании и такой реконструкции средств производства, которые обеспечивают улучшение качества продукции. Начато осуществление программ развития радиоэлектроники, рационализации энергетического хозяйства, расширения базы кормовых белков, экономного использования сырья и его отходов.

Исходя из того что непременным условием интенсификации является последовательное совершенствование хозяйственного механизма, всех его элементов, ВСРП прилагает усилия для дальнейшего подъема уровня планирования, чтобы планы были более гибкими, позволяющими народному хозяйству быстро реагировать на перемены как во внешней обстановке, так и во внутреннем развитии. Партия и правительство Народной Венгрии стремятся создать такие условия хозяйствования, которые стимулируют инициативу, социалистическую предприимчивость, подталкивают предприятия к быстрому внедрению и освоению самых современных технологий. В этих целях совершенствуется система управления предприятиями: были, в частности, расформированы 12 трестов и создано (в промышленности) 170 самостоятельных хозяйственных предприятий. Опыт подтвердил, что у самостоятельных предприятий результаты деятельности, как правило, улучшились, коллективы стали более инициативными ².

Курс на интенсификацию венгерской экономики уже в начале 80-х годов стал приносить свои плоды. Промышленное производ-

¹ «XII съезд Венгерской социалистической рабочей партии. Будапешт, 24—27 марта 1980 г.». М., 1981; F. Havesi. Új fejlődési pályán. Budapest, 1982; F. Kozma. Az emberi tényező a gazdasági fejlődésben. Budapest, 1981; «A 15. éves gazdaságirányítási reform továbbfejlesztéserő».— «Tár sadalmi szemle», 1983, N 2, 50—84 old.

² «Правда», 14 июля 1983 г.

438 ство в 1981—1984 гг. выросло на 10%, причем если в одних отраслях оно сокращалось, то в других, более перспективных увеличивалось еще более быстрыми темпами. Особенно динамично развиваются те отрасли промышленности (приборостроение, производство средств связи), в которых используется более квалифицированный труд. Прирост продукции был достигнут при сокращении промышленно-производственного персонала, так что производительность труда в промышленности росла быстрее, чем промышленное производство. Производство сельскохозяйственной продукции (при колебаниях по годам) увеличилось в 1981—1984 гг. на 12—13%, причем почти ¹/₃ ее валового производства приходилась на долю приусадебных участков членов сельскохозяйственных кооперативов и личных подсобных хозяйств рабочих, служащих, пенсионеров. В результате национальный доход ВНР увеличился в 1981—1984 гг. примерно на 8%, а реальные доходы и потребление населения — на 6%. В целом, как отмечалось в Отчете ЦК ВСРП XIII съезду партии, удалось «сохранить стабильность народного хозяйства и основные социальные завоевания» ¹. Важнейшим фактором дальнейшего социально-экономического развития ВНР является комплексное совершенствование управления экономикой, осуществляемое в соответствии с постановлением апрельского (1984 г.) Пленума ЦК ВСРП, подтвержденным ее XIII съездом.

Научно обоснованную концепцию экономического роста ГДР в 80-е годы выработал X съезд СЕПГ (1981 г.) ². При этом принималось в расчет, что расширения производства и увеличения национального дохода трудящимся Германской Демократической Республики приходится добиваться при неизменных практически фондах сырья и материалов, без сколько-нибудь заметного прироста трудовых ресурсов, а это возможно только на основе всемерного повышения эффективности и качества труда.

Принципиальные положения современной экономической стратегии («10 пунктов») были сформулированы на мартовском (1977 г.) Пленуму ЦК СЕПГ и утверждены ее X съездом. Они предусматривают обеспечение долговременного и стабильного экономического роста на основе ускорения научно-технического прогресса и широкого внедрения новшеств науки и техники; существенное и повсеместное повышение производительности труда, позволяющее экономить рабочую силу и затем перемещать ее в отрасли, играющие решающую роль в росте производства, а также в сферу услуг; гораздо более рачительное, чем когда-либо, использование сырья, материалов и основных фондов; всеобъемлющую социалистическую

¹ «Правда», 26 марта 1985 г.; «Népszabadság», 26.I.1985.

² «X съезд Социалистической единой партии Германии. Берлин, 11—16 апреля 1981 г.». М., 1982, с. 49.

439 рационализацию, включающую модернизацию целых технологических процессов, и т. д. ¹

«В процессе перехода к интенсивному расширенному воспроизводству,— писал член Политбюро, секретарь ЦК СЕПГ Гюнтер Миттаг,— идет постоянный поиск новых путей совершенствования управления и планирования... Весьма эффективным в этом отношении оказалось создание комбинатов, на которых воспроизводственный процесс протекает как единое органическое целое» ². В 1982 г. в промышленности и строительстве ГДР действовали 133 комбината, производящие свыше 90% промышленной товарной продукции. На большинстве из них занято от 20 до 40 тыс. работников. Комбинаты располагают собственной научно-исследовательской, проектно-конструкторской и опытно-экспериментальной базой, что позволяет быстро внедрять в производство достижения науки и техники. Комбинатам предоставлен статус юридического лица, существенно расширивший возможности их руководства решать самостоятельно вопросы специализации и концентрации производства, сбыта готовой продукции. В целом образование мощных комбинатов и одновременно упрощение их связей с центральными государственными органами создало важные предпосылки для того, чтобы управление и планирование в большей мере отвечали новым требованиям.

Свидетельством того, что разрабатываемые и внедряемые в хозяйственную практику мероприятия соответствуют ставящимся задачам и учитывают новые условия, служит стабильность и динамичность экономического развития ГДР. Так, в 1981—1984 гг. выпуск промышленной продукции увеличивался на 3—4% в год при одновременном сокращении затрат энергии и материалов на каждую ее единицу. Национальный доход увеличился за эти четыре года более чем на 18%, что позволило систематически повышать реальные доходы населения ГДР (ежегодно на 3—4%) ³.

В Румынии, как и в других социалистических странах Европы, на рубеже 80-х годов произошло заметное снижение темпов экономического роста. Так, прирост промышленной продукции составил в 1981 г. 2,5% (тогда как в 1980 г.— 6,5%, а среднегодовой прирост промышленного производства в 1976—1980 гг. равнялся 9,6%); соответственно производство национального дохода увеличилось на 2,1% (при среднегодовых темпах его прироста в 1976—

¹ См. Г. Аксен. Реализм, уверенность в будущем.— «Реальный социализм в 80-е годы», с. 82—84.

³ См. «Статистический ежегодник стран — членов Совета Экономической Взаимопомощи. 1984», с. 19; «Neues Deutschland», 19—20.I.1985.

440 1980 гг., равных 7,3%) ¹. Для повышения темпов экономического развития в соответствии с решениями XII съезда Румынской коммунистической партии (1979 г.) и национальной конференции РКП (1982 г.), указавшей на необходимость более решительного перевода экономики на путь интенсификации и повышения эффективности, в первой половине 80-х годов в фонд развития выделялось до 31% национального дохода (больше, чем в любой другой европейской стране — члене СЭВ). «На этой основе было обеспечено осуществление программ социально-экономического развития и одновременно непрерывное повышение материального и духовного уровня жизни народа» ².

О результатах предпринятых усилий свидетельствует существенное ускорение темпов хозяйственного развития СРР. Так, если в 1981—1983 гг. среднегодовые темпы роста промышленного производства составляли 2,8%, то в 1984 г. оно выросло на 7%. Сельское хозяйство также вышло на уровень значительно более высокий, чем в начале 80-х годов. В итоге реальная заработная плата работников социалистического сектора народного хозяйства выросла в 1981—1984 гг. на 6%, а доходы крестьян — на 11% ³. Все достижения начала 80-х годов, говорил на XIII съезде РКП ее Генеральный секретарь, Президент СРР Н. Чаушеску,— это «плод самоотверженного труда рабочего класса, успешно выполняющего свою историческую миссию руководящего класса румынского социалистического общества, кооперативного крестьянства, которое в союзе с рабочим классом вносит большой вклад в развитие страны, а также новой интеллигенции, тесно связанной с рабочим классом и крестьянством и играющей все более важную роль в революционном преобразовании общества» ⁴.

Тот факт, что темпы экономического роста ЧССР во второй половине 70-х годов были ниже запланированных, что ее народное хозяйство оказалось не в полной мере подготовленным к решению ряда сложных проблем этого периода, Коммунистическая партия Чехословакии связывает с тем, что сложившаяся система хозяйственного управления недостаточно стимулировала интенсивные факторы роста, не всегда соответствовала как внутренним условиям воспроизводства, становящимся объективно все более сложными, так и внешнеэкономическим влияниям ⁵.

¹ См. «Статистический ежегодник стран — членов Совета Экономической Взаимопомощи. 1982», с. 39, 55; «Народное хозяйство социалистических стран в 1981 г.», с. 88.

⁵ См. «XVI съезд Коммунистической партии Чехословакии», с. 110.

441 Чтобы обеспечить полное и всестороннее выявление условий и направлений совершенствования планового управления экономикой, Правительство ЧССР приступило в 1978 г. к широкому комплексному эксперименту по управлению эффективностью и качеством. Поскольку оказалось, что большинство нововведений экономического управления, проверявшихся в ходе эксперимента, может быть использовано в масштабах всего народного хозяйства, в 1980 г. Президиум ЦК КПЧ и Правительство ЧССР приняли документ «Комплекс мер по совершенствованию системы планового управления народным хозяйством после 1980 года», в котором ставилась цель приспособить эту систему к гораздо более эффективному, чем прежде, использованию источников интенсивного роста. XVI съезд КПЧ постановил рассматривать «Комплекс мер» «как предпосылку последовательного достижения существенной интенсификации, повышения эффективности и экспортной способности чехословацкой экономики»¹.

Этот документ, подчеркивают руководители чехословацкой экономики, не претендует на создание некой новой модели управления; речь идет о его совершенствовании, в ходе которого ликвидируются или подавляются тенденции экстенсивности и стимулируется переход к интенсивному типу воспроизводства². Основные положения «Комплекса мер» направлены на улучшение практики планирования, его научной обоснованности, перспективности, комплексности и сбалансированности, на развитие хозрасчета предприятий и производственно-хозяйственных объединений, повышение роли экономических рычагов, совершенствование организации управления. В частности, производственно-хозяйственные объединения становятся основным звеном управления промышленностью.

Проведение в жизнь «Комплекса мер по совершенствованию системы планового управления народным хозяйством» — большая, сложная работа, встречающаяся со многими трудностями, в том числе и субъективного характера. Тем не менее уже в начале 80-х годов эта работа принесла ощутимые результаты. «В экономике, в жизненном уровне, культуре, науке и других областях преобладают позитивные тенденции»³,— говорил Густав Гусак на состоявшейся в мае 1983 г. Пражской городской конференции КПЧ. Было решено несколько серьезных народнохозяйственных проблем — таких, как уменьшение потребления высококачественного топлива, снижение диспропорций между развитием растениеводства и животноводства, восстановление внешнеторгового равнове-

¹ «XVI съезд Коммунистической партии Чехословакии», с. 177.

³ «Rudé právo», 16.V.1983.

442 сия, особенно в нерублевых расчетах, по сравнению с быстрым ростом задолженности во второй половине 70-х годов ¹. В результате в 1981—1984 гг. производство национального дохода увеличилось на 5,8% (выше запланированного роста), промышленное производство выросло на 10,3%, а сельскохозяйственное — на 10%. Все это обеспечило дальнейший рост как личного, так и общественного потребления ².

При всем разнообразии путей и форм оптимизации хозяйственного механизма, осуществляемой для перевода общественного производства на рельсы интенсивного развития, главной целью деятельности марксистско-ленинских партий рабочего класса НРБ, ВНР, ГДР, СРР и ЧССР в экономической сфере является закрепление успехов в повышении жизненного уровня народных масс, расширение возможностей для все более полного удовлетворения потребностей трудящихся, подведение все более основательной материальной базы под процесс углубления социальной однородности общества.

Экономические проблемы во многих отношениях совсем другого характера пришлось решать в 80-х годах трудящимся Польши. Серьезные трудности народное хозяйство ПНР стало испытывать уже в конце 70-х годов, о чем свидетельствует начавшееся с 1979 г. уменьшение национального дохода (на 2,3% по сравнению с 1978 г.). Эти трудности, первоначально обусловленные как воздействием кризисных явлений в мировой конъюнктуре, так и ошибками в хозяйственной политике, многократно возросли в результате враждебных действий антисоциалистических сил. Поэтому в 1980-м и особенно в 1981 г. состояние польской экономики приобрело кризисный характер: производство национального дохода снизилось в 1980 г. на 6% и в 1981 г. еще на 13%; промышленное производство в 1980 г. остановилось на уровне предыдущего года, но уже в 1981 г. упало сразу на 10,8%. Резко снизились объемы капиталовложений в народное хозяйство, нарушилось обеспечение населения промышленными и продовольственными товарами, были сильно дезорганизованы транспорт и снабжение общественного производства ³.

Новое руководство ПОРП и ПНР приняло энергичные меры для спасения угасавшей экономики. Уже в 1982 г. кризисные явления в хозяйственной жизни Польши стали ослабевать, а в 1983 г. положительные тенденции в экономике еще более укрепились.

¹ S. Potač. Rok nástupu k vyšši dynamice hospodářského a sociálniho rozvoje.— «Nová mysl», 1983, N 1, s. 27.

³ См. «Народное хозяйство социалистических стран в 1981 г.», с. 74—75; «Народное хозяйство социалистических стран в 1983 г.», с. 88.

443 Были сделаны первые шаги по реализации Государственного трехлетнего плана экономического и социального развития ПНР на 1983—1985 гг. и предусмотренных им задач восстановления поступательного движения в народном хозяйстве, перестройки его структуры, удовлетворения спроса населения на товары первой необходимости. Одновременно началась работа по проведению в жизнь экономической реформы, направленной на увеличение самостоятельности предприятий и улучшение методов управления народным хозяйством. В 1983 г., после четырех лет уменьшения производства национального дохода, был достигнут его положительный прирост (+4,5%); объем реализации продукции в обобществленном секторе промышленности также повысился (на 6,7%). Тенденции к позитивному развитию общественного производства продолжали развиваться и в следующем 1984 г.: прирост национального дохода составил 5%, а промышленного производства — 5,3%. Со второй половины 1983 г. вновь стали расти реальные доходы населения (правда, у различных слоев населения неравномерно)¹.

Огромную роль в стабилизации польской экономики и повороте к восстановлению ее динамичного развития сыграла и играет систематическая крупномасштабная помощь СССР и других социалистических стран, в особенности стабильные советские поставки топлива, сырья, агрегатов и изделий по производственной кооперации, других товаров, заказы на изделия польской промышленности. В мае 1984 г. во время визита в СССР Первого секретаря ЦК ПОРП, Председателя Совета Министров ПНР В. Ярузельского и его переговоров с советскими руководителями была подписана «Долгосрочная программа экономического и научно-технического сотрудничества между СССР и ПНР на период до 2000 г.», реализация которой должна сыграть важнейшую роль в возрождении польской экономики, оградить ее от тех торгово-экономических и финансовых санкций, которыми США и другие империалистические государства пытаются повернуть вспять процесс возрождения Польши.

УПРОЧЕНИЕ ЕДИНСТВА СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ СТРАН: ТЕНДЕНЦИИ И ДОСТИЖЕНИЯ​

Процесс упрочения мирового социалистического содружества, укрепления единства и усиления взаимодействия образующих его стран, характерный для 70—80-х годов, развивался под целенаправленным воздействием коммунистических и рабочих партий этих стран, в результате их систематического и активного сотрудничества. Но эта их деятельность была успешной прежде всего потому, что тенденция к сплочению социалистических государств

¹ См. «Народное хозяйство социалистических стран в 1983 г.», с. 85—87; «Trybuna Ludu», 4.II.1985.

444 отражала объективные потребности общественного развития как в глобальном масштабе, так и в рамках мирового социализма и каждого из этих государств в отдельности.

Огромное значение имела и имеет потребность в упрочении единства социалистических стран перед лицом растущей агрессивности империализма, в особенности правящих кругов США, необходимость слаженно противостоять их стремлению ослабить позиции социализма в современном мире, повернуть вспять колесо истории. Этому служат развязанная империализмом гонка вооружений, экономические «санкции», политические и идеологические диверсии против отдельных социалистических стран и всего содружества.

Еще сильнее растущее взаимодействие социалистических стран, правящих в них коммунистических и рабочих партий, массовых организаций трудящихся обусловлено имманентными социализму потребностями этих стран и всего их содружества в упрочении, а отчасти и в институционализации их внутрисистемных связей. Потребности эти становятся тем настоятельнее, чем сильнее развиваются интеграционные процессы в экономической сфере. Тенденция к их развитию, которая отчетливо наметилась на рубеже 50-х и 60-х годов, особенно усилилась в последующие десятилетия, и прежде всего потому, что важнейшим условием и вместе с тем одним из основных направлений совершенствования социалистического общества является существенное повышение эффективности общественного производства на базе освоения новейших достижений научно-технической революции. Такая ориентация хозяйственного развития теперь уже многих социалистических стран делает и возможной и необходимой интенсификацию международных экономических отношений, прежде всего в форме социалистической экономической интеграции. Причем их углублению и усилению способствуют как налаживание и развитие межгосударственного хозяйственного сотрудничества, так и углубление политического и идеологического единства социалистических стран¹.

Особенно большое значение имеет деятельность Совета Экономической Взаимопомощи, возникшего как региональное объединение социалистических государств Европы (Болгарии, Венгрии, ГДР, Польши, Румынии, СССР, Чехословакии, а первоначально и Албании, вышедшей из СЭВ в 1961 г.), а затем — после вступления в СЭВ в 1962 г. МНР и в 70-х годах Кубы и СРВ — превратившегося в такую международную экономическую организацию, которая объединяет большинство социалистических

¹ Подробнее см.: «Укрепление единства социалистических стран. Вопросы теории». М., 1977; Б. М. Пугачев. Сближение стран социализма. Вопросы теории и практики. М., 1981; А. П. Бутенко. Социализм как мировая система. М., 1984, и др.

445 стран. СЭВ имеет систематические связи с Югославией, Лаосом, Анголой, Афганистаном, Мозамбиком, Эфиопией, НДРЙ, а также с Финляндией, Ираком, Мексикой, с другими странами, международными и региональными организациями.

Важным структурным элементом социалистического содружества является военно-политическая Организация Варшавского Договора (ОВД), в которую входят семь европейских социалистических стран — членов СЭВ. Ее международную деятельность активно поддерживают все страны содружества.

Практика развития мирового социализма, отмечалось на июньском (1983 г.) Пленуме ЦК КПСС, «подтверждает, что социалистический строй создает все возможности для гармоничных взаимоотношений между странами». Как правило, «эти возможности реализуются на основе принципов социалистического интернационализма, которые включают в себя как безусловное уважение суверенных прав каждой страны, так и взаимную товарищескую поддержку, взаимную помощь. Но, как показывает опыт, все это само собой не приходит. Чтобы возможности были претворены в жизнь, необходима правильная политическая линия» ¹. Поэтому характер взаимоотношений стран социализма в огромной мере зависит от их сотрудничества в решении общих задач. Более того, укрепление политических отношений между этими странами, тесное межпартийное сотрудничество нередко предшествуют развитию всех других взаимосвязей, в том числе экономических.

При этом коммунистические и рабочие партии социалистических стран стремятся к тому, чтобы «найти такую равнодействующую между усилиями, направленными на решение национальных и интернациональных задач», которая позволила бы использовать успехи мирового социализма для удовлетворения национально-государственных интересов каждой из этих стран и, наоборот, осуществление этих интересов «связать с выполнением интернационального долга рабочего класса данной страны» ². Иначе говоря, братские партии, укрепляя единство социалистических стран, исходят из того, что его суть — в отстаивании общих, коренных интересов мирового социализма при сохранении инициативы и своеобразия всех социалистических стран, их полного суверенитета в вопросах внутренней и внешней политики. «Единство в основном, в коренном, в существенном,— писал В. И. Ленин,— не нарушается, а обеспечивается многообразием в подробностях, в местных особенностях, в приемах подхода к делу...» ³

¹ «Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС, 14—15 июня 1983 года». М., 1983, с. 21.

³ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 35, с. 203.

446 Такое понимание единства социалистических стран и тем более его реализация в тех или иных конкретных формах являются результатом неустанной совместной деятельности братских партий, их общего поиска правильных путей к укреплению единства. Существенным условием этой работы является постоянное совершенствование механизма сотрудничества и взаимодействия социалистических государств и руководящих ими марксистско-ленинских партий, получившее дальнейшее развитие в 70—80-х годах.

Важнейшими звеньями в этом механизме стали многосторонние встречи ведущих партийных и государственных деятелей социалистических стран, такие, как Экономические совещания руководителей стран — членов СЭВ на высшем уровне, состоявшиеся в 1969 и 1984 гг., регулярные заседания Политического консультативного комитета (ПКК) Организации Варшавского Договора, ежегодные сессии СЭВ, заседания Комитета министров иностранных дел и Комитета министров обороны стран ОВД, а также двусторонние переговоры представительных партийно-правительственных делегаций социалистических стран. Вошло в практику проведение регулярных совещаний секретарей центральных комитетов братских партий по международным и идеологическим, организационным, экономическим вопросам. Коммунистические и рабочие партии стран содружества глубоко изучают опыт друг друга, что способствует оптимальному решению проблем, возникающих в процессе созидания нового общества. Это важная предпосылка упрочения единства содружества в условиях многообразия форм и путей развития социализма, источник обогащения теории и совершенствования практики социалистического строительства.

В 70—80-х годах росло и крепло также взаимодействие общественных организаций трудящихся; широкий размах приобрели обмены делегациями городов-побратимов, соревнующихся областей и предприятий и творческие встречи рабочих, крестьян, представителей профессий умственного труда; возросли потоки туристов из одних социалистических стран в другие. В результате международные отношения нового типа не только по своему содержанию, общим целям и конкретным задачам, но и по форме их реализации впервые в истории «действительно стали отношениями между народами. В них участвуют непосредственно миллионы и миллионы людей»¹.

Конкретное содержание проблем, согласованное решение которых более или менее существенно способствует укреплению единства социалистических стран, усилению их взаимодействия в разных сферах общественной жизни, чрезвычайно разнообразно и раз-

¹ «Материалы XXVI съезда КПСС». М., 1981, с. 6.

447 номасштабно: от совместных внешнеполитических акций в защиту мира, против угрозы военной опасности до выработки планов культурного сотрудничества и формулирования показателей, позволяющих сравнивать результаты соревнования трудовых коллективов из разных социалистических стран. Все же центральное место в кругу этих проблем занимают, с одной стороны, упрочение политического взаимодействия, сплоченности этих стран, в том числе с целью совместной защиты революционных завоеваний от врагов социализма, а с другой — вопросы развития экономических связей, углубления международного социалистического разделения труда, формирования мирового социалистического хозяйства.

Важнейшим аспектом политического взаимодействия социалистических государств и правящих в них коммунистических и рабочих партий является координация их внешнеполитической деятельности. Возможность осуществления и углубления такой координации обусловлена прежде всего однотипностью социально-экономического строя, сложившегося в странах мирового социализма, общностью идеологии и единством коренных интересов и целей рабочего класса, всех трудящихся этих стран, интернационалистскими традициями международного рабочего движения. Вместе с тем, укрепляя сплоченность государств мирового социалистического содружества, добиваясь усиления их взаимодействия в сфере внешней политики и межгосударственных отношений, коммунистические и рабочие партии учитывают тот факт, что это — суверенные государства, которые к тому же в той или иной степени отличаются друг от друга по историческому прошлому, численности населения, степени обеспечения природными ресурсами, времени вступления на путь социалистических преобразований. Существуют различия в экономике, культуре, формах политической организации общества, путях и методах решения задач социалистического развития. Отсюда — наличие национально-специфических интересов социалистических стран, различия в их внутренней и внешней политике, в подходе к тем или иным конкретным вопросам. И все же в политике социалистических стран, в том числе и во внешней, все ощутимее проявляется тенденция к разработке совместно определяемого курса, который, как подчеркивалось на июньском (1983 г.) Пленуме ЦК КПСС, «будет все более прочным сплавом мнений и позиций братских стран»¹.

Необходимость формирования и реализации на практике именно такого курса особенно возрастает в настоящее время в силу ряда обстоятельств, связанных как с внутренним развитием социалистических государств, так и с современной международной обстановкой.

¹ «Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС, 14—15 июня 1983 года», с. 22.

448 Если в период образования мировой системы социализма и формирования социалистического содружества их развитие во многом было связано с экстенсивными факторами, вхождением в содружество все новых и новых государств, то в настоящее время на первый план выдвигаются факторы интенсивные, задачи, связанные с внутренним укреплением социалистического общественного строя, повышением эффективности всех форм сотрудничества братских стран при учете и уважении их национально-государственной специфики, чему и служит координация внешнеполитической деятельности государств социалистического содружества.

Необходимость внешнеполитического взаимодействия братских стран во многом обусловлена и активизацией деятельности империалистических государств, их военно-политических союзов, интеграционных объединений капиталистического мира, транснациональных корпораций, направленной против мирового социализма. Страны социалистического содружества сталкиваются на международной арене с тем, что в свое время В. И. Ленин определил как «союз империалистов всех стран, союз, естественный и неизбежный для защиты капитала...» ¹. Этому союзу социалистическое содружество противопоставляет крепнущее единство, интернациональную солидарность.

Углубления и совершенствования координации внешнеполитической деятельности братских стран требует также исключительная сложность и масштабность стоящих перед ними международных задач, решить которые в одиночку они просто не в состоянии. Важнейшая среди этих задач — устранение угрозы мировой термоядерной войны. С ее решением в огромной мере связана внешнеполитическая деятельность социалистических государств, всего содружества. Важными вехами этой деятельности стали работа и решения Пражского совещания Политического консультативного комитета Организации Варшавского Договора (январь 1983 г.), Московская встреча руководящих партийных и государственных деятелей семи социалистических стран Европы (июнь 1983 г.), Экономическое совещание стран — членов СЭВ на высшем уровне (июнь 1984 г.), встреча в Варшаве высших партийных и государственных деятелей стран — участниц Варшавского Договора (апрель 1985 г.).

В принятой на Пражском совещании Политической декларации ПКК ОВД был дан анализ ситуации в современном мире, причин возникновения и обострения международного кризиса начала 80-х годов, обусловленного активизацией агрессивной политики правящих кругов США и блока НАТО, выдвинут ряд конструктивных инициатив, направленных на оздоровление международ-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 36, с. 328.

449 ной обстановки, возвращение к политике разрядки и равноправного сотрудничества государств с различным социальным строем. Участники Московской встречи, подтвердив и конкретизировав миролюбивые инициативы социалистического содружества, выразили в то же время общую решимость братских государств укреплять свою обороноспособность — надежную гарантию безопасности социалистического содружества, сохранения мира в Европе и во всем мире. При этом они заявили, что социалистические государства «ни в коем случае не допустят военного превосходства над собой»¹.

На Экономическом совещании в Москве (1984 г.) его участники приняли важный политический документ «Сохранение мира и международное экономическое сотрудничество», в котором ясно прослеживается взаимосвязь между прекращением гонки вооружений и мировым экономическим развитием, выражается готовность братских социалистических стран к развитию равноправных и взаимовыгодных связей с капиталистическими и развивающимися странами.

Огромное значение для дальнейшего укрепления единства и сплоченности государств социалистического содружества имела встреча в Варшаве высших партийных и государственных деятелей стран Варшавского Договора (апрель 1985 г.). Ее участники рассмотрели и положительно решили вопрос о продлении на двадцать лет (с последующей пролонгацией еще на десять лет) срока действия Договора о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи, заключенного в Варшаве 14 мая 1955 г. В совместном Коммюнике по итогам встречи ее участники подчеркнули «важное значение Варшавского Договора, который на протяжении тридцати лет надежно служит развитию и укреплению всестороннего сотрудничества государств-участников, обеспечению их суверенитета, безопасности и нерушимости их границ... играет выдающуюся роль в деле сохранения и упрочения мира в Европе и во всем мире». Было заявлено, что, исходя из возросшей степени военной угрозы, государства — участники Варшавского Договора «будут и впредь принимать необходимые меры для поддержания на должном уровне своей коллективной обороноспособности»; они не стремятся к достижению военного превосходства, но и не допустят военного превосходства над собой. Они будут бороться и впредь, «чтобы отвести от мира угрозу ядерной войны... возобновить процесс разрядки и сотрудничества в международных отношениях»².

Братские партии социалистических стран, их государственные и общественные организации уделяют большое внимание укреплению идейного единства содружества, совершенствованию

¹ «Правда», 29 июня 1983 г.

² «Правда», 27 апреля 1985 г.

450 форм и методов деятельности в сфере идеологической работы и внешнеполитической пропаганды. Координация в этой области осуществляется для повышения уровня теоретической работы братских партий социалистических стран, коллективной разработки ими актуальных проблем функционирования социалистического общества, внутренней и внешней политики социалистических государств, современного мирового развития, для обмена опытом стрсительства нового общества и формирования на этой основе коллективного опыта мирового социализма ¹.

Для упрочения социалистического содружества огромное значение имело совместно выработанное братскими партиями еще на рубеже 60-х и 70-х годов решение о переходе к принципиально новому типу хозяйственных связей стран социалистического содружества, сердцевину которого образует социалистическая экономическая интеграция стран — членов СЭВ.

В результате созидательной деятельности рабочего класса, всех трудящихся хозяйственное развитие этих стран вышло на такие рубежи, когда существенно расширяются возможности, а главное — гораздо более настоятельной становится потребность в значительном углублении социалистического разделения труда, в систематическом согласовании экономической деятельности государств — членов СЭВ, в расширении масштабов их совместных хозяйственных акций. В свою очередь опыт политического сотрудничества этих стран и развития их взаимодействия в сфере экономики, накопленный в 50—60-х годах, позволил братским коммунистическим и рабочим партиям выработать концепцию социалистической экономической интеграции ².

Результаты этой работы были закреплены в Комплексной программе дальнейшего углубления и совершенствования сотрудничества и развития социалистической экономической интеграции, разработанной в соответствии с решением XXIII (специальной) сессии СЭВ (1969 г.) и принятой в 1971 г. на XXV сессии СЭВ. Развитие социалистической экономической интеграции характеризуется в этом историческом документе как сознательно и планомерно регулируемый процесс международного социалистического разделения труда, сближения экономики стран — членов СЭВ и формирования современной, высокоэффективной структуры национальных хозяйств, постепенного сближения и выравнивания уров-

¹ См. «Материалы XXVI съезда КПСС», с. 7; «Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС, 14—15 июня 1983 года», с. 70.

² Подробнее см.: «Социалистическая экономическая интеграция. Вопросы теории и практики». М., 1978; О. Т. Богомолов. Страны социализма в международном разделении труда; «Мировое социалистическое хозяйство. Вопросы политической экономии». М., 1982, и др.

451 ней их экономического развития, формирования глубоких и устойчивых связей в основных отраслях экономики, науки и техники, расширения и укрепления международного рынка этих стран, совершенствования товарно-денежных отношений между ними ¹.

Как показала практика, курс на развитие социалистической экономической интеграции стран — членов СЭВ полностью себя оправдал. Усилилось положительное воздействие Совета Экономической Взаимопомощи на хозяйственную жизнь каждой братской страны. Это воздействие позволило достичь впечатляющих результатов в социально-экономическом развитии стран социалистического содружества, которые, как отмечается в Итоговом документе Экономического совещания стран — членов СЭВ на высшем уровне, состоявшегося в июне 1984 г., «существенно упрочили свой экономический и научно-технический потенциал, осуществили крупные социальные программы, обеспечили стабильный рост народного благосостояния...» ². Усилившиеся интеграционные связи государств — членов СЭВ позволили также существенно смягчить воздействие на их экономику разразившегося в капиталистическом мире экономического кризиса и противодействовать попыткам империалистических кругов проводить политику экономического нажима на страны социализма.

В 70—80-х годах существенно окрепли хозяйственные связи стран социалистического содружества, углубился процесс международного социалистического разделения труда. Об этом наглядно свидетельствуют данные о высоких темпах роста взаимной торговли стран — членов СЭВ, на долю которой приходится ³/₅ их внешнеторгового оборота (а по отдельным странам — от ¹/₂ до ³/₄). В 1971—1980 гг. объем торговли (в сопоставимых ценах) удвоился и достиг 120 млрд. руб., что составило примерно 18% совокупного национального дохода этих государств. В 80-х годах этот процесс также развивался весьма интенсивно: в 1981—1984 гг. взаимный товарооборот стран СЭВ возрос на 54%, причем доля взаимного товарооборота в региональной структуре торговли составила 58% в экспорте и 62% в импорте.

Вместе с тем центр тяжести в сотрудничестве стран — членов СЭВ постепенно переносится из сферы товарообмена в область производства, планирования, науки и техники, капитального строительства и т. д. Торговля, которая остается преобладающей формой хозяйственных связей в социалистическом содружестве,

¹ См. «Основные документы Совета Экономической Взаимопомощи», т. I. М., 1981, с. 32.

² «Заявление об основных направлениях дальнейшего развития и углубления экономического и научно-технического сотрудничества стран — членов СЭВ».— «Коммунист», 1984, № 9, с. 20.

452 все более ориентируется на упрочение и развитие производственного сотрудничества.

Вообще, сохраняя и развивая многие черты и формы экономических связей, сложившихся ранее, интеграция придает сотрудничеству новые черты, увеличивает его эффективность. Ее отличает глубокая, взаимосогласованная перестройка отраслевых структур, которая способствует концентрации сил на наиболее передовых направлениях развития техники и на тех производствах, которым благоприятствуют условия географической среды. Взаимоприспособление структур, увеличение взаимодополняемости экономик социалистических стран способствуют формированию международного воспроизводственного комплекса. Усиливается тенденция к интернациональному объединению различного рода ресурсов для совместного хозяйствования и соответственно к совместному использованию рабочей силы, созданию коллективных транспортных предприятий и транспортных средств, международных хозяйственных организаций, банков и т. д. Участники интеграции, сохраняя производственные фонды в национально-государственной собственности, предоставляют все увеличивающуюся их часть для координированного, согласованного использования; одновременно возникают элементы международной долевой собственности в виде совместных служб и предприятий.

Переход к интеграции обусловливает также применение более совершенных форм и методов совместного планового управления процессом сотрудничества: не только координацию планов, но и развитие совместного планирования, совместной разработки долгосрочных целевых программ решения крупнейших народнохозяйственных и научно-технических задач. В целом сотрудничество приобретает все более комплексный характер, охватывая все стадии воспроизводственного процесса — от научно-исследовательских и проектно-конструкторских разработок до технического обслуживания поставленных в другую страну машин и оборудования. Более того, будучи экономическим процессом, интеграция вызывает усиление политического взаимодействия социалистических государств, их правящих партий.

Последовательная интенсификация хозяйственного взаимодействия стран — членов СЭВ превратилась в мощный и стабильный фактор их экономического и социального прогресса. Совокупное промышленное производство этих стран в 1971—1984 гг. повышалось ежегодно в среднем на 5,5%, а производство национального дохода — на 4,7% (эти же показатели в развитых капиталистических странах Европейского экономического сообщества были гораздо ниже — соответственно 1,7 и 2,3%). «Социалистическое содружество в настоящее время представляет собой мощный экономический комплекс, на долю которого приходится примерно треть мировой промышленной продукции и научно-технического

453 потенциала, четвертая часть национального дохода мира¹¹. Не менее важно и то, что одновременно успешно преодолевалось неравенство в уровнях развития народного хозяйства стран социалистического содружества.

Таким образом, ход развития мирового социалистического содружества, его перспективы определяются тем, что вместе с расцветом каждой из стран содружества и укреплением их государственного суверенитета «все теснее становятся их взаимосвязи, возникает все больше элементов общности в их политике, экономике, социальной жизни, происходит постепенное выравнивание уровней развития. Этот процесс постепенного сближения стран социализма вполне определенно проявляется ныне как закономерность»². Причем процесс этот «не стирает национальной специфики, исторических особенностей стран социализма», что свидетельствует о богатстве путей и методов построения социализма и утверждения социалистического уклада жизни народных масс³.

И все же братские коммунистические и рабочие партии стран социалистического содружества «далеки от того, чтобы рисовать картину современного социалистического мира сплошными праздничными красками»⁴, затушевывать трудности утверждения нового типа международных, в том числе экономических, отношений и недостатки в реализации громадных возможностей социалистической экономики, обусловленных как плановым ведением хозяйства в странах социализма, так и набирающим силу процессом интернационализации их производительных сил. Необходимо еще многое сделать для дальнейшего существенного расширения масштабов и повышения результативности совместной созидательной деятельности трудящихся социалистического содружества, для гораздо более эффективного использования производственного и научно-технического потенциала братских стран. Об актуальности этих задач свидетельствует, например, тот факт, что, превзойдя промышленно развитые капиталистические страны по объему производства многих видов продукции, страны социалистического содружества пока еще отстают от них по производительности труда в целом ряде отраслей народного хозяйства, по эффективности использования сырья, топлива, производственных фондов, трудовых ресурсов.

Многие из этих трудностей и недостатков связаны с тем, что мир социализма еще очень молод. Действительно, хотя страны социалистического содружества в исторически кратчайшие сроки, на протяжении всего двух-трех десятилетий, достигли принципи-

¹ Н. А. Тихонов. Основа упрочения содружества стран СЭВ. — «Коммунист», 1984, № 10, с. 4.

⁴ Там же, с. 6.

454 ально новых рубежей социально-экономического развития и перешли от первичных, более или менее простых форм социалистической интернационализации производства к более сложным, интеграционным ее формам, все же это лишь начальный этап становления социалистической мировой системы хозяйства.

Развитие интеграционного сотрудничества тормозится и возникающими время от времени различиями в подходах к пониманию принципов совместной хозяйственной деятельности государств социалистического содружества, к методам их реализации. Оно осложняется большими или меньшими просчетами при составлении народнохозяйственных планов, особенно при определении структуры капитальных вложений, а также при установлении и расширении экономических связей с капиталистическими странами *.

К тому же социалистический мир подвергается непрерывному давлению со стороны империалистических кругов США и их союзников, в том числе в экономической сфере. Наряду со средствами прямого экономического нажима они используют так называемую дифференцированную политику в отношении социалистических государств, пытаются противопоставить одни страны социализма другим, провоцировать националистические и антисоветские настроения, чтобы в конечном счете изменить расстановку сил в мире в пользу капитализма. При проведении «дифференцированной политики» в отношении социалистических государств особое внимание обращается на те из них, в которых выявляются трудности в социально-экономическом и общественно-политическом развитии, где возникают кризисные явления.

Все это обусловливает необходимость всемерного совершенствования и обогащения сотрудничества стран социалистического содружества, развития их всесторонних связей, обеспечения тесного взаимодействия в политической, экономической, идеологической, оборонной и других областях, проявления заботы об органическом сочетании национальных и интернациональных интересов всех стран содружества ¹.

Проблемы наиболее полного использования для интенсификации общественного производства стран СЭВ всех преимуществ совместной интеграционной деятельности и вместе с тем нейтрализации негативных факторов и тенденций были рассмотрены на состоявшемся в июне 1984 г. Экономическом совещании стран — членов

* Ликвидация отрицательных последствий очень быстрого расширения в 70-х годах экономического сотрудничества некоторых стран — членов СЭВ с промышленно развитыми капиталистическими странами (рост задолженности по кредитам, усиление зависимости от кооперационных поставок и т. п.) остается для этих социалистических стран сложной проблемой и в 80-х годах.

¹ См. «Правда», 24 апреля 1985 г.

455 СЭВ на высшем уровне, в котором приняли участие делегации НРБ, ВНР, СРВ, ГДР, Кубы, МНР, ПНР, СРР, СССР, ЧССР, возглавляемые партийными и государственными руководителями этих стран. Совещание наметило стратегию сотрудничества этих стран на 80-е и 90-е годы.

На Совещании было принято решение перейти к более глубокому согласованию странами — членами СЭВ путем «решения крупных экономических проблем, представляющих взаимный интерес и имеющих важное значение для определения каждой из братских стран направлений экономического развития и сотрудничества на длительную перспективу», к совместному определению «путей прямого взаимодействия в сферах науки, техники, материального производства и капитального строительства» ¹. Были определены долговременные направления хозяйственного взаимодействия стран социалистического содружества, с тем чтобы лучше использовать преимущества социалистической интеграции на благо наших народов, создать предпосылки для более эффективного решения задач интенсификации производства, дальнейшего выравнивания уровней развития стран — членов СЭВ.

Участники Совещания пришли к единодушному мнению, что ведущим звеном экономической стратегии стран — членов СЭВ на обозримую перспективу является ускорение научно-технического прогресса, создание и внедрение принципиально новой техники и технологии. Исследовательская и проектно-конструкторская база социалистического содружества (20% всех выданных в мире патентов на новую технику и технологию) достаточно мощна и может самостоятельно решать самые сложные технические задачи. Но чтобы полнее использовать ее, на Совещании была достигнута договоренность о совместной разработке на основе национальных программ Комплексной программы научно-технического прогресса на 15—20 лет в качестве базы для выработки согласованной, а в некоторых областях и единой научно-технической политики ².

Практика уже дает хорошие примеры комплексной, взаимоувязанной научно-технической и производственной кооперации. Например, реализуется важное соглашение между СССР и ГДР о сотрудничестве в области микроэлектроники, предусматривающее создание базовых технологий для производства разных типов интегральных схем, расширение систем машинного проектирования, создание микропроцессорных комплексов и линий ЭВМ на их основе. Дальнейшее сосредоточение усилий на основных направлениях прогресса техники — электронике, производстве

¹ «Заявление об основных направлениях дальнейшего развития и углубления экономического и научно-технического сотрудничества стран — членов СЭВ», с. 22.

² См. там же, с. 23.

456 средств автоматизации, включая гибкие автоматизированные системы, атомной энергетике, создании принципиально новых видов материалов и технологий, биотехнологии и т. п.— позволит в конечном счете добиться кардинального повышения производительности труда, максимального ресурсосбережения, роста качества продукции.

Для дальнейшего развития социалистической экономической интеграции стратегическое значение имеет последовательное совершенствование структуры международного социалистического разделения труда, существенное углубление специализации и кооперации производства. В этой сфере деятельности коренятся значительные резервы активизации взаимных связей стран — членов СЭВ.

За время реализации принятой в начале 70-х годов Комплексной программы дальнейшего углубления и совершенствования сотрудничества и развития социалистической экономической интеграции значительно повысился удельный вес специализированной продукции во всем экспорте, и особенно в экспорте машин, оборудования и химических товаров. Больше стало заключаться двусторонних и многосторонних соглашений о международной специализации и кооперации. Наиболее интенсивное развитие международные специализация и кооперирование производства получили в машиностроительном комплексе. Однако процесс этот еще затруднен чрезмерной универсализацией производства, когда, например, в ГДР и ЧССР производится от 80 до 90% мировой номенклатуры машиностроительной промышленности ¹. К тому же, как показывает сопоставление хода специализации и кооперирования производства в рамках СЭВ с аналогичным процессом в рамках ЕЭС, страны СЭВ особенно сильно уступают в области подетальной и поузловой специализации и соответствующего кооперирования: взаимные поставки узлов и деталей по кооперации между странами СЭВ оцениваются примерно в 2—3 млрд. переводных рублей в год, тогда как торговля узлами и деталями между странами ЕЭС достигает 40—45 млрд. руб.

Конечно, страны СЭВ имеют весьма впечатляющие успехи в развитии международной специализации и кооперирования по узлам и деталям в ряде областей, например в автомобильной промышленности, в производстве электронно-вычислительной техники, в изготовлении на основе кооперации оборудования для атомных электростанций. И все же страны социалистического содружества используют еще не все возможности такого кооперирования.

Исключительно важное значение для неуклонного поступа-

¹ См. «Укрепление единства социалистических стран. Вопросы теории», с. 146.

457 тельного развития стран СЭВ имеют достигнутые на Совещании 1984 г. договоренности о путях решения топливно-энергетической и сырьевой проблемы.

Совместные усилия стран социалистического содружества в этой области привели к тому, что их экономика развивается главным образом за счет национального производства энергоресурсов, а также многих видов сырья и их взаимных поставок. Страны — члены СЭВ удовлетворяют свои потребности по нефти, газу, электроэнергии, каменному углю, коксу, железной руде, некоторым другим важнейшим сырьевым товарам на основе собственного производства и сотрудничества примерно на 95 %. Столь высокая степень самообеспеченности содружества важнейшими видами энергии и сырья дает ему немалое преимущество, что особенно наглядно видно при сопоставлении с положением дел в Европейском экономическом сообществе, где самообеспеченность энергоресурсами составляет лишь около 40 %. Особое место в энергообеспечении стран — членов СЭВ занимает СССР, за счет поставок которого их импортные потребности в нефти и нефтепродуктах покрываются примерно на 80 %, а в природном газе — практически полностью.

В результате, по ориентировочной оценке, среднедушевое потребление первичных энергоресурсов в большинстве европейских стран — членов СЭВ на рубеже 70-х и 80-х годов превысило соответствующий показатель четырех главных стран ЕЭС (ФРГ, Англия, Франция и Италия), а в других братских странах вплотную приблизилось к западноевропейским показателям. Однако этот крупный энергетический потенциал используется еще с недостаточной эффективностью. Потребление первичных энергоресурсов на единицу национального дохода в европейских странах СЭВ примерно на 35—40% выше, чем в странах ЕЭС. К тому же в силу объективных условий (исчерпанность крупных месторождений, большая удаленность новых ресурсов) СССР не может такими же темпами, как в прошлом, увеличивать поставки энергии и сырья на экспорт. Эта новая обстановка не может не учитываться в согласованной стратегии экономического развития.

Долгосрочная целевая программа сотрудничества в области топлива и энергии открывает перспективу удовлетворения важнейших энергетических нужд братских стран на протяжении ближайшего десятилетия. Она делает упор не на дополнительные поставки из Советского Союза, но на сотрудничество в более рациональном и экономном потреблении топлива и энергии, увеличении добычи твердого топлива, развитии атомной энергетики. Круг первоочередных мероприятий, проводимых в странах СЭВ в этой связи, охватил прежде всего устранение нерационального потребления топлива и энергии, что обеспечивает существенную экономию ресурсов. Но эффект таких мероприятий ограничен во времени, и в дальнейшем центр тяжести должен переместиться на

458 внедрение энергосберегающей технологии и структурные перестройки в народном хозяйстве.

Уже в 70-х годах в связи с принятием Комплексной программы дальнейшего углубления и совершенствования сотрудничества и развития социалистической экономической интеграции усилилась социальная направленность сотрудничества братских стран, поскольку одной из важнейших целей интеграции в этой программе провозглашалось повышение материального и культурного уровня жизни народов. В 80-х годах это направление совместной деятельности приобретает еще большее значение, тем более что для улучшения снабжения населения стран СЭВ продовольствием и промышленными товарами широкого потребления остаются большие неиспользованные резервы. Удельный вес продовольствия, сырья для его производства и товаров широкого потребления во взаимном обмене стран — членов СЭВ имеет тенденцию к снижению. Это не означает, что сокращаются и абсолютные объемы поставок, однако международное социалистическое разделение труда в этих сферах углубляется медленнее, чем в других. Достигнутый уровень специализации и кооперации в этих областях не отвечает реальным потребностям стран СЭВ, перед которыми стоит исключительно сложная и важная в социальном и политическом плане задача значительного улучшения благосостояния населения.

Для успешной реализации достигнутых на Экономическом совещании 1984 г. договоренностей об основных направлениях развития и углубления экономического и научно-технического сотрудничества стран — членов СЭВ огромное значение имеет дальнейшее совершенствование механизма сотрудничества. В этой связи на Совещании было обращено внимание на то, что сохраняет свою актуальность задача усиления сотрудничества в области плановой деятельности в органичном сочетании с активным использованием товарно-денежных отношений ¹.

Сотрудничество в области плановой деятельности, особенно координация народнохозяйственных планов, является главным методом углубления социалистической экономической интеграции. Возможность его дальнейшего развития вытекает из планового ведения хозяйства в каждой из стран, входящих в СЭВ. В 70-х годах в ходе реализации Комплексной программы социалистической экономической интеграции наряду с координацией пятилетних народнохозяйственных планов, носящей двусторонний характер, были разработаны и приняты — уже на многосторонней основе — пять долгосрочных целевых программ сотрудничества. Эти программы намечают согласованную стратегию развития интеграции с целью удовлетворения экономически обоснованных потребностей в топливе, сырье, продовольствии, предметах народ-

¹ См. «Коммунист», 1984, № 9, с. 25,

459 ного потребления, услугах международного транспорта. Разработаны и одобрены двусторонние (между СССР и его партнерами по СЭВ) долгосрочные программы (генеральные схемы) специализации производства. В дополнение к двусторонней координации планов страны СЭВ на каждый очередной пятилетний период составляют согласованный план многосторонних интеграционных мероприятий.

Координация планов превратилась в комплексную систему развития сотрудничества, тесно увязанную с национальными народнохозяйственными планами и направленную на обеспечение роста производства и взаимных поставок сырья, энергии и готовой продукции. Вместе с тем достигнутый странами СЭВ уровень экономического развития и взаимного сотрудничества требует дальнейшего усиления плановых основ социалистической экономической интеграции.

С точки зрения развития и деятельности рабочего класса социалистических стран в масштабах всего их содружества особенно большое значение имеет использование такой в общем новой организационной формы кооперации, какой является установление прямых связей между министерствами, объединениями и предприятиями в рамках СЭВ.

Первоначально — и это естественно — в рамках СЭВ наиболее успешно развивалось сотрудничество, реализуемое непосредственно на макроэкономическом уровне, главным образом при выполнении уникальных по своим масштабам международных проектов. Между тем массовые мероприятия, вовлекающие в повседневное интеграционное сотрудничество основную массу хозяйственных единиц, тысячи предприятий, развивались недостаточно. Отсюда общая заинтересованность всех участников Экономического совещания 1984 г. в расширении прямых производственных связей отраслей, подотраслей и предприятий. Решение этой проблемы еще больше расширит социальную базу сотрудничества стран СЭВ, обеспечит непосредственное вовлечение в совместную интеграционную деятельность не только работников центральных плановых и хозяйственных ведомств, но и многие миллионы трудящихся.

Переход к интеграционному типу экономического сотрудничества способствовал интернациональному воспитанию народов стран — членов СЭВ, развертыванию международного социалистического соревнования, которое возникло в канун празднования 60-й годовщины Великой Октябрьской социалистической революции по инициативе коллектива «Красного Чепеля» — одного из крупнейших промышленных предприятий Народной Венгрии, поддержанной сотнями и тысячами трудовых коллективов всех стран социалистического содружества. Следующий этап сотрудничества, связанный с развитием прямых связей между предприятиями, еще больше усилит объективную основу этого интернационального

460 движения, будет способствовать массовому освоению и взаимному использованию коллективного опыта решения экономических и социальных задач, накопленного за десятилетия социалистического строительства в странах мирового социализма.

Вместе с тем задача состоит не только в том, чтобы использовать преимущества интеграции для дальнейшего повышения эффективности общественного производства в тех странах, которые особенно интенсивно включились в процессы освоения достижений НТР и международного социалистического разделения труда. Интернациональный долг рабочих, всех трудящихся социалистического содружества, руководящих ими коммунистических и рабочих партий состоит и в том, чтобы помогать всем странам содружества в преодолении экономических трудностей, способствовать выравниванию уровней их социально-экономического развития. Эта задача особенно актуальна в отношении Вьетнама, Кубы, Монголии. За минувшие годы многое сделано для подъема экономики этих стран; в частности, в них с помощью Советского Союза и других стран — членов СЭВ построено более 750 крупных хозяйственных объектов ¹, и все же проблема их ускоренного экономического развития по-прежнему определяет одно из важных направлений совместной политики стран социалистического содружества. Поэтому страны — члены СЭВ взяли на себя обязательство «продолжать на существующей справедливой основе оказание помощи Социалистической Республике Вьетнам, Республике Куба и Монгольской Народной Республике в ускорении развития и повышении эффективности их народного хозяйства с учетом поставленных этими странами задач социалистической индустриализации, содействовать их широкому участию в международном социалистическом разделении труда» ².

На состоявшемся в Москве сразу же после Экономического совещания на высшем уровне XXXVIII (внеочередном) заседании сессии СЭВ, а затем на ее XXXIX заседании в Гаване в октябре 1984 г. и XL заседании в Варшаве в июне 1985 г. были определены практические задачи партийных, государственных, хозяйственных органов стран — членов СЭВ, вытекающие из итогов Совещания. Реализации решений Экономического совещания 1984 г., отмечалось на апрельском (1985 г.) Пленуме ЦК КПСС, настоятельно требуют «и общие интересы содружества, и потребности социально-экономического развития каждого государства, и особенности международной обстановки» ³.

¹ См. Н. А. Тихонов. Основа упрочения содружества стран СЭВ, с. 4.

³ «Правда», 24 апреля 1985 г.

461 Возрастание экономической мощи стран, объединенных в Совет Экономической Взаимопомощи, углубление их политического взаимодействия, усиление оборонного потенциала СССР, всей Организации Варшавского Договора служат базой для дальнейшего упрочения нового общественного строя также и в странах, не входящих в СЭВ и ОВД, для прогресса мировой системы социализма в целом. Этому способствуют усилия стран социалистического содружества, направленные на развитие политических, экономических, культурных связей с остальными странами мирового социализма.

Вот уже длительное время успешно налаживаются и развиваются связи между СССР, всем содружеством стран СЭВ и Социалистической Федеративной Республикой Югославией *. Еще в 1964 г. было подписано соглашение между правительством СФРЮ и Советом Экономической Взаимопомощи об участии Югославии в работе некоторых органов СЭВ. На протяжении всего последующего периода отношения между СЭВ и СФРЮ, имеющие равноправный и взаимовыгодный характер, развивались устойчиво и стабильно. Югославия активно участвует в реализации десятков многосторонних и двусторонних соглашений о специализации и кооперации в области промышленного производства, о развитии науки и техники.

Особенно большое значение для решения экономических проблем современной Югославии имеет постоянное упрочение ее хозяйственных связей с СССР.

Политические отношения СССР и Югославии, КПСС и СКЮ базируются на принципах, изложенных в документах, принятых в результате советско-югославских встреч на высшем уровне. Упрочению этих отношений способствует большая близость позиций советского и югославского руководства по вопросам разоружения, ликвидации конфликтных ситуаций в современном мире, возвращения международных отношений на путь разрядки, решения всех спорных вопросов мирными средствами, путем переговоров, на базе уважения суверенных прав и интересов всех стран и народов.

Большое значение для упрочения социализма как мировой системы имеет развитие дружеских отношений стран социалистического содружества с Корейской Народно-Демократической Республикой. Новым импульсом для развития их политического и экономического сотрудничества послужил визит в СССР и ряд европейских социалистических стран партийно-государственной де-

* В этой главе не рассматриваются проблемы социалистического развития Югославии в 70—80-е годы, поскольку ко времени подготовки данного тома ученые социалистических стран (включая югославских) не выработали обобщающих оценок этого процесса.

462 легации КНДР во главе с Генеральным секретарем ЦК ТПК, Президентом КНДР Ким Ир Сеном в 1984 г.

Советский Союз, другие страны СЭВ многое делают для упрочения нового строя в Лаосской Народно-Демократической Республике и Народной Республике Кампучии, для подготовки к переходу на социалистический путь развития народов Эфиопии, Афганистана, Анголы, других стран, решивших навсегда покончить с отсталостью, нищетой и бескультурьем масс, с зависимостью от иностранного капитала. Помощь им является важным направлением укрепления позиций социализма в современном мире.

Значительное воздействие на положение дел в мировой системе социализма, на всю мировую политику оказывает состояние отношений между СССР и КНР — двумя соседними великими социалистическими державами. То состояние советско-китайских отношений, в котором они находились на протяжении более двух десятилетий, в Советском Союзе считали и считают аномалией. В соответствии с курсом XXIV, XXV и XXVI съездов КПСС Советский Союз добивается таких связей с КНР, которые были бы основаны на добрососедстве, здравом смысле, взаимном уважении и взаимной выгоде.

В первой половине 80-х годов в отношениях между СССР и КНР наметились некоторые позитивные тенденции. С обеих сторон были сделаны шаги к возобновлению политического диалога как по вопросам двусторонних отношений между СССР и КНР, так и по проблемам современной международной жизни. После длительного перерыва в 1984 г. в ходе работы XXXIX сессии Генеральной Ассамблеи ООН состоялись встречи министров иностранных дел СССР и КНР. Было также проведено несколько раундов китай-советских политических консультаций, прошедших в откровенной, спокойной и деловой обстановке. Советская сторона предложила заключить соглашение о принципах взаимоотношений между СССР и КНР, договор о ненападении (или неприменении силы), рассмотрев вопрос о выработке мер доверия в районах советско-китайской границы ¹. Эти предложения, взятые в комплексе, представляют собой целую программу оздоровления двусторонних отношений. В 1984 и 1985 гг. состоялись переговоры между представителями правительств СССР и КНР, в ходе которых были обсуждены состояние и перспективы торгово-экономических и научно-технических связей между двумя странами. Были подписаны документы, закладывающие долгосрочную основу торгово-экономического и научно-технического сотрудничества между Советским Союзом и Китайской Народной Республикой.

Процесс оздоровления советско-китайских отношений находится еще в самой начальной стадии. При этом нельзя закрывать

¹ См. «Проблемы Дальнего Востока», 1984, № 2, с. 14.

463 глаза на многочисленные трудности в осуществлении этого процесса в связи с позицией, которую китайская сторона занимает по вопросам межгосударственных отношений СССР и КНР. Однако, несмотря на все трудности и препятствия, КПСС и Советское государство исходят из необходимости и дальше прилагать усилия обеих сторон для полного преодоления негативной полосы в советско-китайских отношениях и восстановления добрососедского сотрудничества ¹. «Мы хотели бы серьезного улучшения отношений с Китайской Народной Республикой, — говорилось на мартовском (1985 г.) Пленуме ЦК КПСС, — и считаем, что при наличии взаимности это вполне возможно» ².

Углубление политического и экономического взаимодействия стран социалистического содружества является важным фактором укрепления международных позиций реального социализма, его позитивного воздействия на мировой революционный процесс, на весь ход современной истории человечества. Оно способствует интенсификации общемировых хозяйственных связей, их демократизации, решению таких жизненно важных глобальных проблем, как охрана окружающей среды, увеличение производства продовольствия, освоение новых энергетических и других природных ресурсов, развитие транспорта и связи, освоение космоса и т. д.

Одним из важнейших следствий рождения и упрочения мирового социалистического хозяйства явилась ликвидация монополии капитализма во всемирных экономических отношениях. Доля стран СЭВ в мировой торговле еще относительно невелика (9% мирового товарооборота, что примерно равно их доле в населении Земли, но значительно меньше их доли в мировой промышленной продукции), но сам факт наличия альтернативного рынка с высокоразвитой промышленностью и мощным научно-техническим потенциалом позволяет развивающимся странам мировой системы капитализма широко использовать преимущества равноправных и взаимовыгодных экономических отношений со странами социализма. К тому же страны социалистического содружества не только развивают торговые отношения с государствами, освободившимися от колониальной или полуколониальной зависимости; Советский Союз и другие страны — члены СЭВ оказывают этим государствам помощь в развитии промышленности, в подготовке квалифицированных кадров. Так, в середине 80-х годов страны СЭВ осуществляли экономическое и научно-техническое содействие более чем 100 освободившимся государствам; с 39 из них сотрудничество проводилось на основе долгосрочных меж-

¹ «Правда», 19 июля 1985 г.

² «Материалы внеочередного Пленума Центрального Комитета КПСС, 11 марта 1985 года». М., 1985, с. 11.

464 государственных договоров и соглашений. При содействии социалистических государств в освободившихся странах построено или строилось около 5 тыс. промышленных объектов. Странами СЭВ подготовлено около 1 млн. специалистов из освободившихся государств ¹.

* * *

Активное и растущее участие социалистических государств в процессе международного разделения труда, в развитии мирохозяйственных связей способствует созданию материальной основы прочного мира. Хорошо понимая тесную взаимосвязь и взаимообусловленность этих двух аспектов современной истории, страны социалистического содружества последовательно выступают за развитие равноправного и взаимовыгодного экономического сотрудничества во имя мира на Земле, для того, чтобы все народы и страны имели возможность сосредоточить свои усилия на решении фундаментальных экономических проблем.

Разумеется, борьбу за мир государства социалистического содружества ведут не только в контексте развития экономических взаимоотношений стран как с однотипными, так и с различными социально-политическими системами. Империалистической политике милитаризма и агрессии Советский Союз, другие страны социалистического содружества последовательно противопоставляют политику мира, упрочения безопасности народов, предотвращения ядерной войны. Мирные инициативы Советского государства, коллективные инициативы социалистических стран открывают широкие возможности для оздоровления международного политического климата, поворота от конфронтации к взаимовыгодному сотрудничеству. Государства социалистического содружества исходят из того, что основой для упрочения мира являются сохранение существующего военно-стратегического равновесия, неуклонное сокращение вооружений и вооруженных сил при обеспечении равенства и одинаковой безопасности сторон. В решении этих проблем заинтересованы не только СССР и другие социалистические страны, но и народы США и других стран НАТО, народы всей планеты.

Конструктивной деятельности братских стран, их коммунистических и рабочих партий способствует совместно выработанное и систематически реализуемое понимание необходимости совместной защиты мира и завоеваний социализма. Их внешнеполитическое сотрудничество опирается на растущую мощь Организации

¹ См. «Мировая экономика и международные отношения», 1980, № 9, с. 23; «Экономическое сотрудничество стран — членов СЭВ», 1985, № 6, с. 57—61.

465 Варшавского Договора — эффективного инструмента защиты завоеваний социализма, дела мира и безопасности в Европе и во всем мире. В условиях, когда милитаристские круги США и других стран НАТО ведут дело к нарушению военно-стратегического равновесия, наращивают гонку вооружений, саботируют все предложения, направленные на укрепление доверия между народами, коммунистические и рабочие партии стран социализма проявляют постоянную заботу о повышении боеготовности Объединенных Вооруженных Сил Варшавского Договора.

Социалистические государства укрепляют свою коллективную обороноспособность не для того, чтобы вести дело к конфронтации с государствами иных социально-экономических систем и политических ориентаций. Главное направление их совместной деятельности на международной арене — поиск конструктивных путей развития мирных, устойчивых политических и экономических отношений между всеми странами при учете существующих в мире реальностей и интересов каждой страны. «Социализм, утвердившийся как самая прогрессивная мировая система, по своей природе выступает с позиций большой ответственности за будущее человечество, ибо его высшей целью является забота о человеке, о благе человека» ¹.

Борьбу за мир, за предотвращение военной угрозы социалистическое содружество ведет в союзе со всеми миролюбивыми и прогрессивными силами планеты. Его главные союзники в этой борьбе — рабочее движение в странах капитализма и освободительное движение народов развивающихся стран.

¹ Декларация стран — членов Совета Экономической Взаимопомощи «Сохранение мира и международное экономическое сотрудничество». — «Коммунист», 1984, № 9, с. 30.

466

Глава шестая. КОММУНИСТИЧЕСКОЕ ДВИЖЕНИЕ НА НОВЫХ РУБЕЖАХ​

70—80-е годы XX в. войдут в историю международного коммунистического движения как один из наиболее значительных и сложных ее этапов. Особенности развития движения в эти годы связаны как с глубокими, нередко весьма резкими, внезапными изменениями в объективных условиях его деятельности, так и с новыми явлениями внутри самого коммунистического движения.

УСПЕХИ И ТРУДНОСТИ 70-х ГОДОВ​

70-е годы ознаменовались подъемом рабочего и демократического движения, нарастанием социально-политических кризисов в ряде стран капиталистического мира. В эти годы произошли мощные массовые выступления и революционные события в различных регионах: Западной Европе и Латинской Америке, Азии и Африке; были свергнуты фашистские и военно-олигархические, проимпериалистические режимы во многих странах.

Глубочайшее воздействие на условия и направления деятельности коммунистического движения оказывала динамика основного противоречия эпохи — между мировым социализмом и капитализмом, эволюция глобальной международно-политической обстановки. 70-е годы стали периодом укрепления мощи и политического влияния стран социалистического содружества, важных успехов политики мирного сосуществования государств с различным общественным строем, накопили ценный опыт международной разрядки, особенно на Европейском континенте. Но это же десятилетие завершилось в обстановке резкого ухудшения международной обстановки, вызванного усилением агрессивно-милитаристских тенденций в стратегии империализма, возрастания угрозы мировой термоядерной войны.

В середине 70-х годов экономический рост в большинстве промышленно развитых капиталистических стран сменился обострением кризисных явлений, нашедшим свое выражение в участившихся спадах промышленного производства, в инфляции и массовой безработице, валютных неурядицах, увеличении социальной напряженности и т. д. Экономический кризис во многом видоизменил конкретные формы классовых противоречий капиталистического общества, еще более осложнил преодоление отсталости развивающихся стран, обострил их противоречия с импе-

467 риализмом. С этим кризисом связана и «неоконсервативная волна» в общественно-политической жизни капиталистических стран.

В летописи десятилетия запечатлены великая историческая победа вьетнамского народа и страшная трагедия Чили, революционные преобразования в ряде стран Африки и истребившая миллионы человеческих жизней полпотовская диктатура в Кампучии, падение фашистских режимов на юге Европы и приход консервативных сил к власти в англосаксонских странах. Возросшее многообразие национальных и региональных ситуаций, их сложность и изменчивость, масштабность событий политической жизни и усложнившаяся взаимосвязь их национальных и международных аспектов — со всем этим пришлось столкнуться коммунистическому движению. Перед ним возникло множество новых задач, для решения которых нередко было недостаточно опоры на прошлый опыт.

Уже к началу 70-х годов обозначился провал «фронтальной» антикоммунистической стратегии империализма, его попыток подорвать коммунистическое движение, атакуя «мировой коммунизм» в целом. Сказывалось растущее влияние провозглашаемых коммунистами принципов мирного сосуществования, реальной демократии, их борьбы против всех форм империалистического гнета. Позиции агрессивного антикоммунизма стали слабеть. В этих условиях в антикоммунистической стратегии империализма возрастающее значение приобрела ставка на раскол движения — разрыв между коммунистическими партиями отдельных социалистических стран, между коммунистическими партиями социалистического и капиталистического мира. Эта тактика проводилась в более изощренных и замаскированных формах, чем традиционная откровенно антикоммунистическая политика, которую империализм продолжал ужесточать и «совершенствовать». Опасность раскольнической деятельности была тем более велика, что инициаторы новой тактики пытались спекулировать на реальном и во многом усиливающемся многообразии условий деятельности компартий, на возросшей сложности сочетания общего и особенного в деятельности международного коммунистического движения. Поэтому проблема такого сочетания, укрепления сплоченности движения, координации его деятельности в международных масштабах приобрела в 70-х годах еще большую актуальность.

Понятно, что в столь сложной и противоречивой обстановке развитие коммунистического движения не могло протекать как некий равномерный и гармоничный процесс. В 70-х годах оно не только одерживало победы, но и испытало в некоторых странах горечь поражений; не все компартии сумели добиться роста своего влияния, привести свою линию в соответствие с новой обстановкой. Между отдельными коммунистическими партиями Западной

468 Европы и Азии, с одной стороны, и подавляющим большинством партий — с другой, в этот период существовали, а подчас и обострялись идейно-теоретические и политические разногласия. Однако, если говорить о коммунистическом движении как мировой политической силе, главной, определяющей тенденцией был рост его рядов и влияния на всю политическую ситуацию в мире и во многих странах в отдельности.

Этот процесс наиболее наглядно выразился в укреплении позиций и росте международного авторитета социалистического содружества, пополнении движения новыми отрядами, росте численности коммунистического авангарда трудящихся. Количество стран, в которых действуют коммунистические партии, увеличилось с 88 до 95, а общее число коммунистов возросло с конца 60-х до середины 80-х годов с 50 до 80 млн. человек. В Западной Европе ряды коммунистов увеличились за 70-е годы с 2,3 до 3 млн., в несоциалистических странах Азии, Австралии и Океании — с 630 тыс. до 1 300 тыс., в Африке — с 20 до 70 тыс. человек. Географические и социальные параметры этого роста весьма показательны. Так, новые коммунистические партии начали действовать главным образом в развивающихся странах Азии, Африки, Карибского бассейна: в Пакистане (1974 г.), Саудовской Аравии (1975 г.), на Ямайке (1978 г.), в Египте (1980 г ); в 1982 г. была создана Палестинская компартия. Это свидетельствовало о дальнейшем продвижении влияния идей и политики коммунистов в зону национально-освободительного движения. Еще более явно тот же процесс выразился в переходе на позиции научного социализма ряда революционно-демократических партий и движений стран Азии и Африки, в том числе правящих.

Пополнение коммунистических партий в несоциалистической части мира, особенно в Западной Европе, было следствием подъема классовой борьбы, начавшегося с конца 60-х годов, вовлечения в нее новых групп и слоев трудящихся, тяготения многих из них к идеям и политике коммунистов. Разумеется, в результате этого подъема возрастал престиж не только коммунистических партий, но и других левых сил, выступавших за решение насущных проблем трудящегося населения. Тем не менее общей тенденцией, характерной для этих лет, был количественный рост рядов коммунистов. Выдвинутые коммунистами программы мер в интересах улучшения положения трудящихся, их последовательная борьба за коренные демократические преобразования, их настойчивые усилия с целью обеспечить единство рядов левых сил — все это повышало авторитет компартий среди масс. Привлекали трудящихся к коммунистам их глубокая убежденность, высокий боевой дух, бескорыстность и самоотверженность, способность выдвигать понятные массам, убедительные требования и добиваться их осуществления.

469 В ряды компартий влились многие активисты профсоюзов, массового молодежного и других демократических движений — на коммунистические позиции их подтолкнул опыт активного участия в борьбе за права трудящихся и прогрессивные преобразования. Немало людей пришло в компартии из разного рода левацких группировок и течений. Реализм, научная обоснованность, серьезность революционной идеологии и политики коммунистов притягивали революционно настроенную молодежь, испытавшую на собственном опыте авантюризм и легковесность ультралевого революционаризма.

Что касается социальной структуры компартий, то, сохраняя в большинстве стран характер преимущественно рабочих по своему составу, они в то же время стали все больше пополняться за счет представителей массовых категорий служащих и интеллигенции. Так, к концу 70-х годов рабочие составляли большинство членов компартий Франции, Португалии, Уругвая, Кипра, Великобритании, Ирландии, Бельгии, Люксембурга, Финляндии, Дании, Израиля, 40% членского состава Итальянской компартии. В ряде компартий стран Латинской Америки 30—40% членов — рабочие. Значительную — от 1/5 до 1/2 или более — часть коммунистов стран несоциалистического мира составляют служащие, студенты, представители средних слоев. В этом находит отражение процесс растущей пролетаризации служащих, расширения связей коммунистов с полупролетарскими и средними слоями, сближающимися по своему положению и интересам с рабочим классом.

В 70-х годах все более заметной отличительной особенностью младшего поколения коммунистов ряда стран становится относительно высокий образовательный и культурный уровень. Это явление отмечено, например, в Германской компартии, Коммунистической партии Финляндии и некоторых других. 18,2% членов Итальянской компартии имели к концу 70-х годов высшее образование, 64,5% — среднее или незаконченное среднее ¹. Здесь сказывается, несомненно, общий рост образовательного уровня трудящегося населения в послевоенные десятилетия. Отсюда, разумеется, было бы неверно выводить некую автоматическую зависимость идейно-политических взглядов трудящихся от уровня их образования. Отмеченное наблюдение свидетельствует, скорее, о другом: люди, особенно молодые, пришедшие под влиянием своего социального положения и других особенностей жизненного опыта к активному протесту против капиталистических порядков, тем легче воплощают этот протест в сознательную революционность, осно-

¹ См. С. И. Васильцов. Рабочий класс и общественное сознание. Коммунисты в социально-политической структуре Италии. М., 1983, с. 132.

470 ванную на научном анализе общественной действительности, чем выше уровень их интеллектуального развития.

Воздействие подобных явлений было неоднозначным. С одной стороны, они вели к росту интеллектуального потенциала партийного актива и массы. Это способствовало упрочению влияния коммунистов. С другой, они вызывали некоторые диспропорции в социальном составе партий, меньший рост их влияния среди наиболее подавленных капиталистическим гнетом, менее образованных и квалифицированных групп населения. Так, западногерманские коммунисты констатировали, что на протяжении 70-х годов ГКП пополнялась в большей мере за счет молодых служащих и интеллигентов, чем за счет промышленных рабочих ¹. Среди итальянских коммунистов, вступивших в партию в 70-х годах, городские рабочие составляли около 28%, а служащие, техники, представители интеллигенции, студенты — около 38% ².

Усложнение социального состава компартий, увеличение в нем доли выходцев из непролетарских слоев создавали почву для реформистских и ревизионистских взглядов. Иногда этот процесс усиливал разногласия по вопросу об основной направленности экономической политики, особенно в условиях начавшегося наступления монополий на жизненный уровень и социальные права трудящихся. Наиболее обездоленные и не защищенные от кризисных явлений слои, естественно, стремились прежде всего к борьбе за насущные материальные требования; представителей менее пострадавших от кризиса и вместе с тем лучше образованных групп трудящихся сильнее волновали перспективные вопросы альтернативной демократической социально-экономической политики, демократизации политического строя, экологии, перспектив и возможностей общественных преобразований. Подобные различия нередко приводили и к разногласиям внутри коммунистических партий, причем, как показал опыт 70-х годов, жизнь требовала от их руководства более комплексного, органичного сочетания борьбы за непосредственные интересы трудящихся с высоким уровнем научного обоснования перспективных целей. Этот опыт показал также, что пренебрежение насущными интересами либо, наоборот, фактический отказ от борьбы за конечные цели, чисто оборонительная тактика классовой борьбы опасны для внутренней сплоченности партий, их связей с массами и идейного здоровья.

Расширение социального состава коммунистического движения было тесно связано с ростом его влияния. Высокий авторитет у народных масс, авангардную роль в освободительном дви-

¹ См. Д. Хэниш. Молодое пополнение ГКП (результаты эмпирического исследования). — «Рабочий класс в мировом революционном процессе». М., 1982, с. 127.

² См. С. И. Васильцов. Указ. соч., с. 131.

471 жении завоевал своей героической борьбой против реакционных террористических олигархий, против империалистического гнета и расового неравноправия ряд партий, действовавших в подполье. В отдельных странах с парламентским буржуазно-демократическим строем рост влияния компартий нашел свое выражение в успехах на выборах. Таких успехов в первой половине 70-х годов добились, например, компартии Италии, Японии, Финляндии, Дании. Поддержку широких масс избирателей неизменно получали коммунисты Кипра, Индии и т. д. На протяжении всего десятилетия расширяли свое влияние вышедшие из подполья после свержения фашистских режимов компартии Португалии и Греции ¹.

В то же время, как показывают специальные исследования ², голосование на выборах отнюдь не всегда является адекватным отражением общественно-политических стремлений и настроений масс. Распределение голосов на выборах часто носит «инерционный» характер, не отражает динамики процессов политической жизни.

Росту избирательной базы компартий препятствует вся система политических и идеологических средств, используемых против них господствующим классом и буржуазным государством, трудности донесения до масс информации о подлинных целях политики коммунистов, антикоммунистические пропагандистские стереотипы. В результате в капиталистических странах нередко складывается ситуация, в которой, как отмечал Генеральный секретарь Компартии Великобритании Г. Макленнан, коммунистам не удается получить голоса даже многих из тех избирателей, которые согласны с их политикой ³.

Известно, что крупные революционные или иные политические потрясения нередко ломают ранее сложившуюся партийно-политическую структуру или открывают дорогу к ее радикальному обновлению. Именно в периоды таких потрясений коммунистическим партиям капиталистических стран удается осуществить «прорыв» к широким массам избирателей. В рассматриваемый период такой «прорыв» осуществили, например, коммунистические партии Португалии и Греции.

Завоевание голосов на выборах может в зависимости от конкретной ситуации приобретать большее или меньшее значение для политической борьбы рабочего класса; например, оно резко возрастает в условиях такого соотношения классовых сил, при котором

¹ См. подробнее в VI и VII томах настоящего издания.

³ Г. Макленнан. Уроки выборов и перспективы британского рабочего движения. — «Проблемы мира и социализма», 1979, № 8, с. 17.

472 создается непосредственная реальная возможность относительно «мирного», «легального» перехода власти в руки демократического блока во главе с рабочим классом. Однако абсолютизация избирательно-парламентской деятельности обычно не свойственна коммунистам. «Мы полагаем,— говорил, например, в Отчетном докладе X съезду Компартии Греции (1978 г.) Генеральный секретарь ЦК КПГ Х. Флоракис,— что нельзя принимать всерьез утверждения о том, будто действительная политическая сила и влияние нашей партии в полной мере могут быть выражены в результатах выборов... Наша партия основывает рост своего влияния на последовательности курса защиты интересов трудящихся, на том, что она находится во главе борьбы народа за демократические и профсоюзные свободы, против террора и преследований» ¹.

Французская компартия, проанализировав на своем XXV съезде (1985 г.) опыт политической борьбы 70—80-х годов, также пришла к выводу о недопустимости ставить цель победы на выборах выше развития массовых действий за общественные преобразования ².

При том уровне политического сознания, который характерен для основной массы трудящихся большинства капиталистических и развивающихся стран, непосредственной задачей революционных сил является, как считают коммунисты этих стран, не организация завоевания власти, но подведение масс к пониманию необходимости революционных преобразований.

Коммунистические партии сыграли центральную роль в таких крупнейших революционных свершениях 70-х годов, как историческая победа вьетнамского народа, деятельность Народного единства в Чили, революция в Португалии. В тех же странах и регионах, где антиимпериалистическая и антимонополистическая борьба протекала в менее острых формах, упорная борьба коммунистов часто накладывала заметную печать на все ее развитие. Последнее относится и к наиболее крупным массовым партиям, и к менее многочисленным, обладающим относительно узкой массовой базой. Один из многих примеров — деятельность Германской коммунистической партии. Самоотверженная работа западногерманских коммунистов в профсоюзах и производственных советах предприятий, в молодежных организациях и движениях, выступающих за мир и разрядку, во многом содействовала формированию боевого классового крыла в массовом рабочем движении, подъему забастовочной борьбы, активизации прогрессивных, демократических сил.

Однако увеличение численности партийных рядов, расшире-

¹ «X съезд Коммунистической партии Греции, 15—20 мая 1978 г.». М., 1979, с. 21, 22.

² «L'Humanité», 7.II.1985.

473 ние связей с массами продолжали оставаться одними из наиболее актуальных задач большинства компартий. Не всем партиям удалось решить эти задачи. В некоторых странах их численность к концу десятилетия не выросла, а даже сократилась; уменьшилось и число избирателей. Одной из важнейших причин подобных явлений был экономический кризис 70-х годов и то негативное воздействие, которое он оказал на сознание и политическую активность части трудящихся. Сыграли свою роль и вызванное политикой империализма обострение международной обстановки, экономические и политические трудности в некоторых социалистических странах. Все это было использовано реакцией для раздувания антисоветской и антикоммунистической пропаганды. Сказались и особенности политической обстановки в отдельных капиталистических и развивающихся странах.

Подобные объективные трудности осложнялись субъективными моментами — ошибками и просчетами в политике самих компартий. В некоторых случаях именно эти субъективные факторы выступали на первый план. Очевидно, именно они объясняют, например, отмечавшееся с конца 70-х годов резкое сокращение численности и массового влияния Компартии Испании. Как считают многие испанские коммунисты, оно было обусловлено обострением внутрипартийных противоречий, связанных с провозглашенной руководством КПИ концепцией так называемого еврокоммунизма, неудачной, не оправдавшей себя тактикой союзов и компромиссов с буржуазными силами, рядом других просчетов.

В целом 70-е были трудными годами для коммунистического движения. Однако положительный в основном итог его деятельности в этот период бесспорен. «К рубежу 80-х годов,— отмечалось в Отчетном докладе ЦК КПСС XXVI съезду партии,— международный рабочий класс и его политический авангард — коммунистические и рабочие партии — подошли уверенной поступью. Подошли как активные борцы за права трудящихся, за мир и безопасность народов» ¹.

В АВАНГАРДЕ АНТИВОЕННОЙ БОРЬБЫ​

50-е и особенно 60-е годы были периодом интенсивной разработки коммунистическим движением новых теоретических и политических положений, отражающих величайшие сдвиги, происшедшие в мире, определяющие задачи, возникшие перед рабочим классом в деле осуществления его исторической миссии, пути и способы их решения. Одна из отличительных особенностей 70-х годов состояла в том, что они стали периодом широкого развертывания борьбы за непосредственное осуществление ряда этих задач.

¹ «Материалы XXVI съезда КПСС», с. 15.

474 Прежде всего это относится к важнейшему направлению деятельности коммунистического движения на мировой арене — борьбе за мир, разрядку, разоружение. Сравнительно небольшой срок — всего девять лет — отделяет собравшуюся в 1976 г. Берлинскую конференцию коммунистических и рабочих партий Европы от конференции в Карловых Варах, выдвинувшей программу нормализации международных отношений на континенте. И тем не менее участники Берлинской конференции смогли констатировать: карловарская программа в основном воплощена в жизнь ¹.

В Итоговом документе международного Совещания коммунистических и рабочих партий 1969 г. была поставлена задача — навязать империалистам мирное сосуществование государств с различным общественным строем. И уже в 1972 г. в документе «Основы взаимоотношений между СССР и США», а затем в 1975 г. в Заключительном акте хельсинкского Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (в котором кроме 33 европейских стран участвовали также США и Канада) руководители капиталистических государств фактически признали принципы мирного сосуществования со странами социализма.

Ряд договоренностей, достигнутых в первой половине 70-х годов между Советским Союзом и Соединенными Штатами, другими государствами, положил начало осуществлению важной задачи, сформулированной Совещанием 1969 г., — предотвратить расползание ядерного оружия, использование ядерной энергии в военных целях. И хотя во второй половине десятилетия правящие круги США приложили максимум усилий, чтобы ухудшить международную обстановку, достигнутое в 70-х годах не было полностью перечеркнуто. Эти достижения создали такой политический фундамент, на котором стал возможен нарастающий отпор агрессивным силам, возникновение нового по своему характеру и масштабам антивоенного движения.

Разумеется, решающая роль и ответственность в данном направлении деятельности коммунистического движения принадлежала тем его отрядам, которые, обладая политической властью в своих странах и определяя их внешнюю политику, выступали в качестве непосредственного субъекта межгосударственных отношений. Успехи в борьбе за мир явились результатом как чрезвычайно активной внешнеполитической деятельности коммунистических партий и правительств Советского Союза, других стран социалистического содружества, так и их возросшего технико-экономического потенциала, позволившего достичь военно-стратегического равновесия с империализмом.

Эта бесспорная истина не означает, однако, какого-либо ума-

¹ См. «Конференция коммунистических и рабочих партий Европы. Берлин, 29—30 июня 1976 года». М. 1977, с. 82.

475 ления того вклада в процесс разрядки, который внесли коммунистические партии несоциалистической части мира. Чтобы добиться реального ослабления международной напряженности, принятия правящими кругами капиталистических стран ряда внешнеполитических решений в пользу разрядки, нужно было проделать громадную работу внутри самих этих стран. Нельзя забывать, что не только политические концепции крупнейших буржуазных и социал-демократических партий, но и массовое политическое сознание, общественное мнение в капиталистических странах складывались в послевоенные десятилетия в значительной мере под влиянием «холодной войны» и в той или иной мере несли на себе печать абсурдного антисоветизма и антикоммунизма. Речь идет не только об идейно-психологическом наследии времен фултонской речи Черчилля, «маккартизма», лозунгов типа «лучше быть мертвым, чем красным». Ведь те социальные и политические силы, которые вызвали к жизни подобные установки, продолжали активно противодействовать позитивным тенденциям в мировой политике. У этих сил было много пособников и сторонников в государственном аппарате, в партиях и средствах массовой информации. Успехи в деле разрядки были бы невозможны без серьезного перелома в общественно-политическом сознании. Реалистические тенденции во внешней политике могли взять верх, лишь найдя опору в широких кругах общественности.

В завоевании такой опоры и заключается прежде всего основной вклад коммунистических партий в дело разрядки. Этот вклад трудно и вряд ли вообще возможно измерить какими-либо количественными показателями. Многие люди, понявшие к 70-м годам необходимость и настоятельность политики разрядки и мирного сотрудничества социалистических и капиталистических стран, несомненно, не считали себя сторонниками компартий и часто были мало знакомы с их программой и взглядами. Но внешнеполитические концепции и идеи, которые уже много десятилетий упорно и самоотверженно распространяли коммунисты, теми или иными путями проникали в сознание масс. В одних случаях этому содействовала повседневная работа коммунистов в профсоюзах, среди трудящихся, политически примыкавших к реформистским и буржуазным партиям. В других случаях их аргументация оставляла след в сознании студенческой молодежи, интеллигенции, искавшей путь к гуманистическому решению проблем человеческой цивилизации, находила отклик в умах религиозных людей, разделяющих идеалы мира и братства. В третьих — политически активную часть населения привлекали конкретные, реалистические предложения, отстаиваемые коммунистами в парламентах, в прессе и через другие доступные им каналы. В той обстановке, которая сложилась на мировой арене к 70-м годам, эти семена, посеянные коммунистами, дали свои всходы.

476 Результаты многолетней борьбы коммунистического движения против угрозы новой мировой войны наиболее ярко сказались в повороте общественного мнения капиталистических стран к активному противодействию милитаризму. 70-е годы дали немало примеров объединения широчайших слоев населения, представителей различных политических и общественных сил в борьбе против гонки вооружений, против акций правящих кругов, обострявших международную обстановку. В такой небольшой стране, как Нидерланды, к марту 1978 г. более миллиона человек поставили свои подписи под требованием запретить нейтронную бомбу; под влиянием народного движения против планов производства этой бомбы высказался голландский парламент. Председатель ЦК Компартии Нидерландов Х. Хукстра оценил это событие как «редкий случай, когда в столь короткое время было подлинное народное волеизъявление»¹.

В соседней Бельгии в 1975 г. против принятого под давлением США решения правительства закупить новые военные самолеты выступила Коммунистическая партия и в то же время значительные группы внутри социалистической и Социально-христианской партий, многие молодежные и религиозные организации, по стране прокатилась волна митингов и демонстраций протеста².

Подобные вспышки массовой антивоенной борьбы становились все более частым явлением в жизни большинства капиталистических стран. Это создавало новые, более благоприятные условия для активизации действий компартий за обеспечение прочного мира и международной безопасности.

Вклад каждой коммунистической партии в борьбу за мир и разрядку был обусловлен конкретными условиями ее деятельности. Понятно, что эти условия неодинаковы у правящих и оппозиционных партий, легальных и нелегальных, обладающих широкой массовой базой в своих странах, и у тех, у которых эта база уже. Но на всем протяжении 70-х годов борьба против угрозы войны являлась важнейшим направлением коммунистического движения во всех регионах мира. Непреходящее значение этого направления борьбы было подчеркнуто в 70-х годах рядом международных форумов коммунистов, в том числе Совещанием коммунистических партий стран Латинской Америки и Карибского бассейна (Гавана, 1975 г.), Конференцией 29 коммунистических и рабочих партий Европы (Берлин, 1976 г.), Совещанием коммунистов Тропической Африки (1978 г.), Совещаниями коммунистов арабских стран (1978—1981 гг.), Совещанием европейских коммунистических партий в Париже (1980 г.).

¹ «Правда», 7 марта 1978 г.

² «Cahiers marxistes», 1979, N 12; «История антивоенного движения в капиталистических странах Европы». М., 1981, с. 256.

477 Можно выделить некоторые специфические именно для 70-х годов линии, по которым развертывалась борьба коммунистического движения за прочный мир во всем мире. Во-первых, это отпор попыткам империалистической реакции обратить вспять позитивные процессы в международных отношениях, сорвать дело разрядки, вызвать новый виток в гонке вооружений. Так, в 1977 г. коммунистические партии стран, подписавших Хельсинкские соглашения, сплоченно и решительно выступили против планов производства в США нейтронной бомбы. В 1978 г. коммунисты подняли голос против решений майской сессии совета НАТО о постоянном увеличении военных бюджетов, а в 1979 г. первыми выступили против планов размещения в странах Западной Европы американских ядерных ракет первого удара.

Во-вторых, коммунисты сосредоточили свои усилия на радикальном расширении движения за мир. Развив и уточнив свою концепцию проблемы войны и мира как глобальную, общечеловеческую, выходящую за рамки интересов каких-либо отдельных классов, слоев или философских, идеологических и политических воззрений, они выступили как подлинные инициаторы сплочения в борьбе за мир представителей самых различных социальных групп и идейно-политических течений. Правильность и своевременность этих усилий коммунистов подтвердили масштабы и состав участников крупнейших манифестаций международного миролюбивого общественного мнения 70-х годов, таких, как Всемирный конгресс миролюбивых сил в Москве 25—31 октября 1973 г. (в нем участвовали представители 120 международных и 1100 национальных организаций и движений из 143 стран), Всемирный форум миролюбивых сил в Москве 14—15 января 1977 г. (500 делегатов из 115 стран, представлявших более 90 партий — коммунистических, социал-демократических, национально-демократических, революционно-демократических, христианских и других, 70 международных организаций).

В-третьих, коммунистические партии, исходя из реалистической оценки достигнутого в деле борьбы за мир, придавали первостепенное значение закреплению этих достижений и дальнейшему углублению процесса разрядки. Путь к такому углублению они видели прежде всего в развитии всестороннего сотрудничества между странами, принадлежащими к различным общественным системам. Выдвижение конкретных программ экономического, научно-технического, политического, культурного сотрудничества капиталистических и развивающихся стран со странами социализма, борьба за осуществление этих программ становятся в 70-х годах одним из важных направлений деятельности компартий. Подобные программы они тесно увязывают с решением насущных социально-экономических проблем своих стран, — проблем, обострившихся в условиях кризисной полосы, развернувшейся с сере-

478 дины десятилетия. В документах ряда компартий формулируется в эти годы концепция разрядки как необходимого условия выхода из кризиса.

В 70-х годах в политической деятельности компартий все более видное место занимает выдвижение конкретных инициатив, организация массовых акций и движений, направленных на углубление процесса разрядки, ограничение гонки вооружений, изоляцию агрессивно-милитаристских кругов. В этих инициативах компартии стремятся всесторонне учесть специфику внутриполитической расстановки сил в своих странах и их положение в системе международных отношений, определить, исходя из этого, непосредственные цели борьбы за мир в каждой стране, сплотить вокруг этих целей широкие массы трудящихся.

Повседневную пропаганду разрядки, всех конкретных мер по ее реализации, борьбу против гонки вооружений, проводимой американским империализмом, поставила в центр всей своей деятельности Коммунистическая партия США. Партия сыграла видную роль в развитии движения за прекращение агрессивной войны во Вьетнаме.

Как отмечалось в документах XXI съезда КП США, «стремление к миру в рядах рабочего класса и в целом народа Соединенных Штатов формирует сознание и становится движением большинства... Мы явились значительной частью процесса, результатом которого стало 82% «нет», сказанных американцами любым попыткам бомбардировок или вторжения американской армип во Вьетнаме в начале этого года (1975. — Авт.)... Еще одной важнейшей инициативой, в которую вовлечена наша партия, является движение за коренное сокращение военного бюджета» ¹.

Западногерманские коммунисты были в числе инициаторов и активных участников массового движения в поддержку и за ратификацию заключенных правительством ФРГ в 1970 г. договоров с Советским Союзом, ГДР и другими социалистическими странами. Как известно, это движение сыграло немаловажную роль в ратификации договоров бундестагом в 1972 г. и тем самым в деле нормализации международных отношений в Европе. В дальнейшем ГКП вела столь же интенсивную деятельность в защиту разрядки, против милитаристских тенденций в политике правящих кругов.

Французская коммунистическая партия, выступая за развитие процесса разрядки, выдвинула ряд требований, направленных на усиление роли Франции в этом процессе. Так, ФКП настаивала на участии Франции в конференциях по сокращению вооружений и разоружению в Вене и Женеве, против испытаний француз-

¹ «21-st National Convention Communist Party USA. Materials».— «World Magazine», 1975, August 2, p. 3—14.

479 ского ядерного оружия, против политики военных блоков и замкнутых группировок в Европе.

Коммунистическая партия Японии включила в принятый ее XII съездом (ноябрь 1973 г.) «Проект программы демократического коалиционного правительства» требования о расторжении японо-американского «договора безопасности», ликвидации военных баз США в Японии, принятии парламентом закона о нейтралитете страны ¹.

Успехов в борьбе за укрепление нейтралитета своей страны добилась Компартия Австрии. Если австрийское правительство, отмечалось в Отчетном докладе ЦК КПА XXII съезду партии (1974 г.), «проявляет сегодня больше реализма, установив дипломатические отношения с ГДР и признав ДРВ, а также в отношении некоторых других внешнеполитических вопросов, то это результат прогресса, достигнутого в широкой борьбе народов за мир, и не в последнюю очередь успех борьбы, которую вела и будет вести наша партия в интересах политики нейтралитета и мира нашей страны» ².

В этот период дальнейшее развитие получило сотрудничество компартий в борьбе за разрядку на региональном уровне. Оно позволило коммунистам более глубоко и конкретно анализировать специфические задачи их антивоенной деятельности в каждом регионе, придавать более четкую направленность совместным действиям своих партий. Так, состоявшаяся в 1974 г. Брюссельская конференция компартий Западной Европы отметила возрастающую опасность создания новой западноевропейской военной организации, связанной с НАТО и обладающей атомным оружием.

Не всюду и не всегда антивоенная деятельность коммунистических партий развертывалась с одинаково высокой активностью, постоянно находилась на уровне тех задач, которые ставили международная обстановка, уровень конфронтации миролюбивых и милитаристских сил. Успехи в деле разрядки, достигнутые в первой половине 70-х годов в межгосударственных отношениях, порождали у руководства некоторых компартий капиталистических стран недооценку значения массового движения в защиту мира, кое-где ослабла бдительность по отношению к новым планам и действиям милитаристских кругов империализма. Так, уже с конца 70-х годов многие итальянские коммунисты критиковали недостаточное внимание своей партии к этим проблемам ³. Подобные недостатки не были тогда преодолены: еще на Пленуме ЦК ИКП в июле 1981 г. ряд ораторов отмечали «запоздание попыток соз-

¹ «Акахата», 18.XI.1973 (на япон. яз.).

³ См., например, «L'Unità», 23.XII.1977.

480 дать движение борьбы за мир, которое было бы на высоте нынешних международных проблем и стало бы фактором мобилизации общественного мнения и инициативы масс» ¹.

Позитивные сдвиги в международной обстановке, наметившиеся в первой половине 70-х годов, а затем ее новое обострение в конце десятилетия потребовали от коммунистов более углубленного анализа соотношения борьбы за разрядку с классовой борьбой, места и роли антивоенных задач в стратегии и тактике коммунистических партий. В целом подавляющее большинство компартий, исходя из нового опыта, приходили к выводу, что жизнь подтверждает ранее сформулированные ими тезисы о положительном влиянии разрядки на развитие рабочего, демократического и национально-освободительного движений, о тесной взаимосвязи этих процессов.

Вопросы вызывала не ясная для коммунистов необходимость борьбы за разрядку, а, скорее, конкретные формы, способы ее сочетания с классовой борьбой, взаимосвязь и специфика этих направлений в деятельности компартий. Кое-где давали себя знать пережитки сектантски-догматических взглядов, в соответствии с которыми таких различий вообще не существует и борьба за мир всего лишь одна из форм революционной борьбы за социализм. В выступлениях деятелей некоторых компартий проскальзывали элементы косвенного противопоставления защиты принципов мирного сосуществования на международной арене и классовой борьбы в отдельных странах и регионах: борьба за мир — хорошее и нужное дело, но она может-де прийти в противоречие с интересами классовой борьбы, которые для коммунистов — главные.

Один из наиболее полных и аргументированных ответов на вопросы соотношения разрядки и классовой борьбы был дан XXV съездом КПСС. «...Разрядка, мирное сосуществование,— говорилось в Отчетном докладе ЦК КПСС съезду,— касаются межгосударственных отношений. Это означает прежде всего, что споры и конфликты между странами не должны разрешаться путем войны, путем применения силы или угрозы силой. Разрядка ни в коей мере не отменяет и не может отменить или изменить законы классовой борьбы» ². На съезде была убедительно показана несостоятельность утверждений о «противоречии» между мирным сосуществованием и революционной борьбой.

Позиция, занятая международным коммунистическим движением по вопросам мирного сосуществования, исходила из того, что проблема предотвращения мировой термоядерной войны — главная проблема современности, что, будучи тесно связанной с борьбой за всю совокупность непосредственных и коренных ин-

¹ «L'Unità», 5—6.VII.1981.

² «Материалы XXV съезда КПСС». М., 1976, с. 33.

481 тересов рабочего класса, борьба за мир и сотрудничество между государствами имеет поэтому не подчиненное, но громадное самостоятельное значение, занимает центральное место в деятельности коммунистического движения.

Дискуссии, развернувшиеся в 70-х годах в его рядах, показали вместе с тем актуальность последовательно классового подхода к проблемам войны и мира. Левацкие течения и некоторые левосоциалистические группировки пытались навязать рабочему и демократическому движению ложный тезис о «несовместимости» внешнеполитических интересов СССР и других социалистических стран с интересами революционных сил Запада. В 70-х годах подобные идеи оказали влияние и на определенные круги в некоторых коммунистических партиях Западной Европы. Это выразилось в теоретических установках, фактически ориентированных на развитие революционного процесса, замкнутое в национальных или региональных рамках, изолированное от союза с другими революционными силами, прежде всего с мировой системой социализма. В выступлениях деятелей некоторых компартий стала проявляться тенденция к толкованию проблем войны и мира в отрыве от анализа классовых источников военной угрозы, к сведению этой проблемы к «соперничеству сверхдержав» или «борьбе противоположных блоков». Тем самым ответственность за гонку вооружений и международную напряженность как бы делилась поровну между империализмом и социалистическим содружеством, умалялась роль социалистических государств как главного оплота мира во всем мире.

В основе подобных концепций помимо других субъективных причин лежала недооценка смысла всемирно-исторических изменений, происшедших в расстановке социально-классовых сил на мировой арене, в их влиянии на проблему войны и мира. По логике сторонников этой точки зрения, получалось, что, коль скоро социализм превратился в могучую мировую систему, достиг военно-стратегического баланса с капитализмом, его роль в международных отношениях определяется уже не социальной природой социалистического строя, а самим фактом его политической и военной мощи, логикой соперничества с противоположной мировой системой.

Провозглашая себя «новаторами», борцами с якобы «догматическими» представлениями о роли реального социализма, защитники подобных взглядов по сути дела не смогли или не захотели разобраться в тех новых формах, которые приняла борьба за мир и классовая борьба на мировой арене в связи с выходом социализма за пределы одной страны, ростом его экономической и политической мощи, а также появлением оружия массового уничтожения и другими важнейшими событиями и процессами современности.

482 Искажая подлинные цели и последовательно миролюбивый характер внешней политики Советского Союза, других стран социалистического содружества, подобные установки могли вести на практике лишь к подрыву солидарности социально-политических сил, выступающих за мирное сосуществование и сотрудничество, к ослаблению их способности противостоять агрессивно-милитаристским силам империализма. «Надклассовый» подход к отношениям двух систем побуждал иных его сторонников видеть в интернациональной помощи, которую страны социализма оказывали революционным, антиимпериалистическим силам, угрозу «дестабилизации» международной обстановки. Так, руководители некоторых компартий выступили против действий Советского Союза в поддержку афганского народа, вставшего на путь освобождения от многовекового феодального гнета, но столкнувшегося с интервенцией международной реакции, против братской помощи Социалистической Республики Вьетнам кампучийскому народу, против действий кубинских интернационалистов, которые помогают революционной Анголе отразить агрессию южноафриканских расистов. Какими бы соображениями ни мотивировались подобные позиции, на деле они поощряли агрессивные акции империализма, ослабляли лагерь сторонников мира.

Не менее близорукими выглядели попытки обелить НАТО то ли косвенно — ставя ее на одну доску с Варшавским Договором, то ли прямо — объявляя «гарантией безопасности» своих стран. Такого рода уход от принципиально классовой оценки НАТО, выдаваемые ей индульгенции, по-видимому, отражали стремление определенных кругов в западноевропейском коммунистическом движении «нейтрализовать» этот агрессивный блок в качестве силы политического давления на ситуацию в странах-членах. Однако вся история десятилетия показывает, что подобные расчеты были по меньшей мере наивными; всякий раз, когда в той или иной стране создавалась серьезная угроза монополистическому господству, классовая, интервенционистская сущность НАТО проявлялась с полной силой.

Такого рода установки не получили широкой поддержки в международном коммунистическом движении. Большинство компартий видело главный путь обеспечения международных условий развития революционного процесса в дальнейшем углублении разрядки, в одновременном роспуске противостоящих военных блоков, в расширении сотрудничества своих стран с социалистическими странами, в борьбе за ликвидацию иностранных военных баз на территории своих стран.

Попытки подорвать связь между революционным рабочим и антимонополистическим движением в каждой отдельной стране и деятельностью антиимпериалистических и миролюбивых сил на международной арене, — деятельностью, в которую решающий

483 вклад вносит содружество стран реального социализма, или преуменьшить значение этой связи были решительно отвергнуты большинством коммунистических и рабочих партий как в Западной Европе, так и в других регионах мира. Так, 29 коммунистических и рабочих партий Европы, участвовавших в Берлинской конференции 1976 г., пришли к единодушному выводу, что непременными условиями успеха дела мира и прогресса являются братская солидарность стран социализма, сотрудничество компартий стран социализма и капиталистических государств, поддержка национально-освободительных движений. В документах многих региональных форумов и съездов коммунистических партий Европы, Америки и Азии вновь было подтверждено испытанное жизнью положение о важнейшей роли реального социализма в борьбе за мир, за национальное и социальное освобождение во всем мире.

НА ФРОНТАХ КЛАССОВЫХ БИТВ​

Новое, что внесли 70-е годы в развитие революционного процесса, можно вкратце свести к следующим основным группам социально-политических событий и явлений:

1) в ряде стран — Чили, Никарагуа и других — произошли народные революции, которые при всем разнообразии их движущих сил, целей и результатов имели антиимпериалистическую и антиолигархическую направленность;

2) в другой группе стран при отсутствии в них революций и революционных ситуаций сложились определенные условия и предпосылки для перехода к непосредственной борьбе за антимонополистические преобразования, за изменение классового характера власти. Проблема реализации этих предпосылок, и прежде всего формирования широкого союза демократических сил при участии компартий, встала на повестку дня политической жизни таких стран, как Франция, Италия, Испания, Греция;

3) большая группа стран бывшего колониального мира завоевала независимость и избрала новый путь развития — путь социалистической ориентации;

4) в ряде капиталистических и развивающихся стран возрос антимонополистический потенциал широких масс трудящихся; в связи с этим открылись новые возможности для революционных и демократических сил, для коммунистических партий.

В ходе политических битв 70-х годов коммунистическое движение приобрело новый опыт. Коммунистические партии возглавляли победоносные революции в странах Индокитая, внесли весомый вклад в революционные события в Чили и Португалии, в борьбу против фашистской олигархии и за демократию в Греции и Испании, в политические изменения во Франции, Италии, во многих других странах. В то же время достоянием коммунистов

484 стал и опыт революционного движения тех стран, где его из-за определенных исторических обстоятельств (малочисленность рабочего класса и отсутствие компартий либо узость их социальной базы, религиозная или националистическая окраска движений и т. д.) возглавляли другие социально-политические силы.

Развитие классовой борьбы в отдельных странах и регионах освещается в предшествующих томах настоящего издания. В данном случае целесообразно прежде всего остановиться на том опыте, который дали коммунистическому движению события бурных 70-х годов, на анализе коммунистами этого опыта и сделанных из него выводах.

Развитие революционного процесса в 70-х годах во многом уточнило, обогатило представления марксистов-ленинцев о соотношении «внешних», международных, и «внутренних» факторов борьбы с империализмом в современных условиях.

Прежде всего опыт революций этого периода показал, что возросшая экономическая и политическая мощь реального социализма значительно содействовала успешной борьбе с вооруженной империалистической интервенцией в одних случаях, становилась важнейшим фактором предотвращения экспорта контрреволюции в других.

«Действуя по велению сердца и разума, — говорил с трибуны XXVI съезда КПСС Генеральный секретарь ЦК Коммунистической партии Вьетнама Ле Зуан, — советские друзья оказывают вьетнамскому народу мощную поддержку, огромную эффективную помощь в деле строительства и защиты нашей социалистической отчизны» ¹. По словам Генерального секретаря ЦК Народно-демократической партии Афганистана Б. Кармаля, «если бы не было оказано помощи со стороны великого Советского Союза героическому Афганистану, то сегодня не существовало бы революционного, свободного, независимого и неприсоединившегося Афганистана... Наша патриотическая, интернационалистская партия и народ Афганистана никогда не забудут этой братской помощи» ².

Прямая военная помощь революционной стране, которая была оказана Афганистану, — это, разумеется, исключительный случай, обусловленный своеобразием международной и внутренней обстановки, в которой происходило развитие афганской революции. Для рассматриваемого периода гораздо более характерны другие формы экономической и политической поддержки победивших революций странами социализма. В ряду этих форм все более важное место стала занимать дипломатическая деятельность социалистических государств, которая в условиях их возросшего

¹ «Приветствия XXVI съезду КПСС от коммунистических, рабочих, национально-демократических и социалистических партий». М., 1981, с. 14.

² Там же, с. 307.

485 авторитета и влияния на международной арене способна существенно ограничивать агрессивные контрреволюционные акции империализма.

Сочетание активной классовой внешнеполитической деятельности социалистических государств с развитием антиимпериалистических тенденций в общественно-политической жизни других стран создало в 70-х годах такую международную обстановку, которая значительно затрудняла империализму осуществление прямых вооруженных акций против революционных стран. Именно в этой обстановке оказалось возможным продвижение революционного процесса в тех регионах, где империализм обладал мощными экономическими и политическими позициями. Так, в Латинской Америке в течение десятилетия успешно развивались революционные преобразования в Никарагуа, на Гренаде; в Африке победили революции в Бенине, Гвинее-Бисау, Анголе, Мозамбике, Эфиопии. Ряд развивающихся стран вступили на путь социалистической ориентации.

Со своей стороны империализм, прежде всего американский, в 70-х годах расширил и усилил свою контрреволюционную деятельность. Был значительно усовершенствован и развит аппарат подавления революционных и прогрессивных движений, стали более широко и оперативно использоваться в этих целях созданные им военно-политические блоки, экономический саботаж и политический шантаж, терроризм и заговоры против прогрессивных режимов и правительств. Все более широкий размах обретала подрывная деятельность Центрального разведывательного управления США. Стремясь затормозить поступательное развитие революционного процесса, империалистические круги пошли в конце 70-х годов на подрыв разрядки, резкое обострение международной обстановки.

Международно-политические условия 70-х годов требовали от коммунистических партий умения максимально использовать новое соотношение сил в мире и вместе с тем величайшей бдительности в отношении контрреволюционных действий международной реакции, готовности дать отпор этим действиям.

Такого рода задача во всех случаях была достаточно трудной. Ее конкретное содержание определялось во многом географическим положением данной страны, расстановкой международных сил в соответствующем регионе и иными факторами. Так, для развертывания и победы революций в странах Индокитая громадное значение имело существование социалистического государства в северной части Вьетнама.

В Западной Европе борьба за антимонополистические и социалистические преобразования, которая стала набирать силу в южной и юго-западной части континента, значительно осложнялась тем, что этот регион представляет собой центральную сферу дейст-

486 вия империалистического блока НАТО — военного противостояния социалистическому содружеству, буквально начинен американскими военными базами, экономика большинства его стран интегрирована в ЕЭС и находится в огромной зависимости от транснациональных корпораций, где господствует американский капитал. Противодействие США, НАТО и Европейского экономического сообщества было одним из решающих факторов, затормозивших развитие революции в Португалии; правящие круги США, используя механизм НАТО, всячески стремились сорвать прогрессивные политические сдвиги в Италии и Франции, в особенности не допустить участия коммунистов в правительствах этих стран.

Полностью отдавая себе отчет в значении объективных, в том числе международных, условий революционных преобразований, коммунисты приходили к выводу, что нельзя просто ожидать некоего особо благоприятного «стечения обстоятельств», необходимо активно воздействовать на объективную обстановку, увязывая и соотнося ее международные и внутренние аспекты.

Анализ расстановки сил в мире, изменившегося характера проблемы войны и мира, других международных факторов показал, что их использование в каждой отдельной стране возможно лишь при условии всесторонней мобилизации внутренних резервов революционного лагеря, его подготовки к защите завоеваний революции всеми способами, которых потребует обстановка. Только при этом условии возможно надежное предотвращение империалистического экспорта контрреволюции.

К такому выводу подводил, в частности, трагический опыт чилийской революции. В Чили американский империализм смог организовать контрреволюционный заговор, опираясь на местную реакцию. Там, где революционным силам удалось добиться изоляции реакционных групп, предотвратить их вооруженные выступления (как это было, например, на Кубе), как правило, провалом заканчивались и попытки подавить революцию путем интервенции.

В 70-х годах главные усилия коммунистических партий капиталистических и развивающихся стран на внутриполитической арене были сосредоточены на формировании таких союзов социально-политических сил, которые смогли бы обеспечить изоляцию реакции, осуществление прогрессивных преобразований, поступательное развитие революционного процесса.

В странах развитого капитализма, где, как отмечал В. И. Ленин, особую трудность представляет проблема начала революции ¹, теоретическая и политическая деятельность коммунистов направлена была на разработку таких вопросов, как темпы и этапы преобразований, способы завоевания и организации полити-

¹ См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, с. 47—48.

487 ческой власти рабочим классом и его союзниками. Развитие стратегии и тактики компартий этих стран пронизано идеей максимального расширения социальных и политических связей революционного авангарда пролетариата, сплочения в единый прогрессивный лагерь подавляющего большинства нации, позволяющего добиться радикального изменения соотношения сил на внутриполитической арене.

В странах среднего уровня развития капитализма, в которых существовали фашистские или проимпериалистические, олигархические режимы, в развивающихся странах смысл проблемы союзов заключался прежде всего в налаживании связей и сотрудничества революционного рабочего движения с другими демократическими силами, в формировании таким образом необходимых предпосылок для придания последовательного характера антиимпериалистической и общедемократической борьбе, для перерастания ее в борьбу за подлинный социальный прогресс.

В целом опыт классовых битв 70-х годов полностью подтвердил правильность, политическую эффективность того принципиального подхода к проблеме союзов, который был выработан коммунистическим движением в предшествующий период, причем подтвердили его как позитивные, так и негативные аспекты этого опыта — и победы, и неудачи. Там и тогда, где и когда коммунистам удавалось наладить союзнические отношения с непролетарскими и полупролетарскими силами и классами, с другими политическими силами, создавались условия для осуществления крупных прогрессивных преобразований. Если в этом деле допускались просчеты и недоработки, то возникали неблагоприятные ситуации.

Для разработки проблемы союзов серьезное значение имел опыт португальской революции. Он показал, в частности, важность творческого, смелого подхода к определению возможных союзников, несовместимого с каким-либо схематизмом, всесторонне учитывающего конкретную ситуацию в стране. Большой заслугой Португальской компартии было то, что уже в предреволюционный период она сумела определить одно из необходимых условий антифашистской революции — участие в ней и нейтрализация значительной части вооруженных сил. Поэтому сразу же Португальская компартия заняла достойное место в апрельской революции 1974 г., которая началась весьма своеобразно — в форме выступления революционного офицерства против фашистской олигархии. Деятельности компартии была одним из важнейших факторов формирования союза народа и вооруженных сил, без которого революция не смогла бы принять подлинно народного характера и осуществить глубокие социально-экономические и политические преобразования в стране.

Во второй половине 70-х годов ПКП определила главное ус-

488 ловие дальнейшего развития революционного процесса — союз коммунистической и социалистической партий ¹. Формированию такого союза мешала правооппортунистическая и антикоммунистическая позиция руководства Португальской социалистической партии (ПСП). В этих условиях принципиальная линия ПКП по отношению к социалистам создавала важные предпосылки для борьбы за единство демократических сил: она опиралась на обоснованные коммунистами выводы о неоднородном и внутренне противоречивом социальном и идеологическом облике ПСП ².

Опыт ПКП показывает, насколько важна для революционной партии последовательность ориентации на политические союзы, осуществляемой на основе анализа объективной расстановки социально-политических сил и определения потенциальных союзников. Как подчеркивал на IX съезде партии ее Генеральный секретарь А. Куньял, «Португальская компартия, сурово критикуя политику руководителей соцпартии, неустанно настаивает на сближении и достижении понимания между ПСП и ПКП...» ³.

Уроки португальской революции свидетельствуют вместе с тем о том первостепенном значении, которое имеет для успешного революционного развития установление союзнических связей революционного рабочего класса с городскими и сельскими средними слоями. Португальские коммунисты считают, что недооценка этой проблемы была одной из наиболее серьезных слабостей политики партии в 70-х годах. «Мы должны признать,— писал, например, в 1981 г. журнал «О Милитанте»,— что на практике не придали нашей каждодневной деятельности необходимый импульс для того, чтобы завоевать эти слои на сторону социального прогресса, для того, чтобы им помочь в борьбе за свои интересы, которым угрожает восстановление капитализма, для того, чтобы конкретизировать политику союзов, которая отвечала бы интересам классовой борьбы, непосредственным и общим интересам этих слоев» ⁴.

Попытки формирования широких демократических союзов были предприняты в первой половине 70-х годов в ряде капиталистических и освободившихся стран. В 1972 г. во Франции был создан Союз левых сил, объединивший коммунистическую и социалистическую партии и Движение левых радикалов. Союз представлял собой политическое и организационное оформление блока большей части рабочего класса, непролетарских слоев наемных трудящихся и некоторых групп мелкой буржуазии, выступающих за прогрессивные социальные преобразования, ограничение эко-

¹ См. «IX съезд Португальской коммунистической партии», с. 72.

⁴ «O Militante», 1981, N 67, p. 22.

489 номических и политических позиций монополистического капитала. Формирование Союза левых сил создало в стране реальную перспективу демократических перемен. Правда, как выяснилось впоследствии, недооценка сложностей, связанных с образованием такого союза, предопределила его недостаточную прочность и ограниченную эффективность.

Итальянские коммунисты, исходя, в частности, из опыта чилийской революции, пришли к выводу о недостаточности демократического союза, опирающегося только на левые партии. Проводя линию на сотрудничество основных демократических сил страны — коммунистов, социалистов, католиков, ИКП в первой половине 70-х годов значительно расширила свое влияние как в рабочем классе, так и в средних слоях. Однако дальнейшее развитие такого сотрудничества было заторможено влиятельными группами внутри Христианско-демократической и социалистической партий. Одновременно у ИКП усложнились отношения с частью ее социальной базы, не принявшей идею сотрудничества с ХДП в рамках так называемого исторического компромисса.

Определенный опыт в развитии сотрудничества компартий с социалистами и другими демократическими силами были достигнуты в тот же период в Японии, Испании, Бельгии, Норвегии, Финляндии и некоторых других развитых капиталистических странах.

Даже в тех капиталистических странах, где не сложилось каких-либо организационных форм сотрудничества коммунистов с другими левыми и демократическими течениями, в результате политики компартий, положительных сдвигов на международной арене расширялись предпосылки такого сотрудничества. Коммунистические партии вели упорную, настойчивую борьбу за преодоление раскола, за налаживание сотрудничества и единства действий основных политических сил рабочего класса в интересах упрочения мира, сохранения и расширения демократических завоеваний, за социальный прогресс.

Их деятельности в известной степени способствовали изменения, происшедшие в объективной обстановке. В ходе классовой борьбы среди трудящихся, находящихся под влиянием социал-демократии, крепли антиимпериалистические и антимонополистические настроения, сказывавшиеся на поведении ряда социал-демократических партий и реформистских профсоюзов, где заметно усилились позиции более радикального левого крыла. Разрядка напряженности смягчила те противоречия в рабочем и демократическом движении, которые возникли под влиянием «холодной войны». В рядах социал-демократических и других левых партий и организаций ослабевали антикоммунистические предрассудки, возрастал интерес к сотрудничеству с коммунистами. Например, среди членов Социал-демократической рабочей партии Швеции

490 с 1968 по 1976 г. вдвое (с 12 до 24%) возрос удельный вес лиц, считавших коммунистов наиболее приемлемым политическим союзником ¹.

Многие коммунистические партии заявили о своей готовности вести совместную с социалистами борьбу за социалистические преобразования. На Мангеймском съезде Германской коммунистической партии, в частности, отмечалось: «ГКП стремится к сотрудничеству с социал-демократами не только на настоящий период — в борьбе за поворот к демократии и социальному прогрессу. Она желает этого и для будущего — в борьбе за преодоление власти монополий, за антимонополистическую демократию, за социалистические преобразования в Федеративной республике» ².

Вместе с тем опыт политической борьбы выявил трудности, возникавшие на пути решения проблемы союзов, побуждая тем самым к более глубокому и тщательному ее анализу, к критической оценке сделанного в данной области.

Такому анализу была подвергнута, например, политика «демократической концентрации», проводившаяся Компартией Испании. «Вместо борьбы за единство левых сил и углубление демократии, — указывал Председатель партии коммунистов Каталонии Педро Ардиака, — руководство КПИ стало обрушиваться с критикой в адрес Испанской социалистической рабочей партии, по существу, за то, что она отказалась подыгрывать реакционному правительству, сохранила дистанцию и не стремилась войти в правительство, а пыталась играть роль реальной политической альтернативы ему» ³. В результате политические позиции КПИ ослабли, а ИСРП значительно расширила свое влияние в массах.

Итальянская социалистическая партия, длительное время являвшаяся наиболее естественным союзником Итальянской компартии, восприняла провозглашенную ИКП политику «исторического компромисса» как ее попытку «обойти социалистов справа». Это усилило позиции прореформистских, антикоммунистических элементов внутри ИСП во главе с Б. Кракси. Сдвиг вправо в политике и идеологии ИСП, отход ее руководства от классовых позиций резко уменьшили возможности сотрудничества левых сил ⁴.

Дальнейшее осмысление опыта политики союзов становилось тем более необходимым, что во второй половине и в конце 70-х годов в ряде стран она испытала серьезные неудачи. В 1977—1978 гг. фактически распался Союз левых сил во Франции. В 1979 г. Итальянская компартия вынуждена была выйти из парламентского

¹ «Socialistisk debatt», 1979, N 37(1), S. 5.

⁴ См. «Современный монополистический капитализм. Италия». М., 1983, с. 315—319.

491 большинства, в рамках которого она пыталась наладить сотрудничество с другими партиями. В Испании, просуществовав лишь немногим более года, весной 1977 г. распалось объединение левых партий «Демократическая координация», в которую входила КПИ. Серьезно ухудшились развивавшиеся в первой половине десятилетия отношения между Коммунистической и Социалистической партиями в Японии и т. д.

Совокупность всех этих и многих других событий создавала впечатление, что в весьма отличающихся условиях разных стран и регионов наблюдается общее явление: достигнутое единство демократических сил часто оказывалось непрочным, для этого единства в ряде стран не была выработана достаточно устойчивая основа, которая могла бы обеспечить необратимость развития.

Разумеется, эта непрочность зависела главным образом не от компартий; ее порождали прежде всего колебания и повороты политического курса их партнеров. Важным объективным фактором, затруднившим развитие и укрепление демократических союзов, явилось изменение общей социально-экономической ситуации в капиталистическом мире. Вползание капитализма в новый глубокий экономический кризис значительно усложнило ситуацию. Разрастание кризиса вело к обострению противоречий между различными социальными силами: в относительно обеспеченных, прежде всего средних, слоях усиливались настроения страха перед возможными реформами и мерами по защите интересов наиболее обездоленных слоев, страдавших от роста безработицы, падения жизненного уровня. Эти настроения, активно раздувавшиеся правыми силами, буржуазными средствами массовой информации, сказывались и на позициях тех партий, с которыми у коммунистов ранее развивались союзнические отношения. Характерно, например, что во Франции ухудшение отношений между компартией, с одной стороны, социалистами и левыми радикалами — с другой, началось в 1977 г. с конфликта по вопросу об изменениях в социально-экономических разделах Совместной программы в связи с ухудшением экономической ситуации. Сходные явления наблюдались и в других странах.

Коммунисты были, однако, далеки от того, чтобы целиком списывать неудачи союзнической политики на не зависящие от них обстоятельства. Они считали, что подобные неудачи ставят перед ними весьма серьезные и острые вопросы о том, возможно ли и как именно добиться устойчивости союзнических связей, какие ошибки и недоработки в своей деятельности должны преодолеть для этого сами компартии.

Анализируя эти вопросы на партийных съездах и пленумах Центральных Комитетов, в прессе и теоретических работах, коммунисты выделяли целый ряд таких недоработок, противоречий, недостаточно ясных проблем политики союзов.

492 Многие из таких проблем были обусловлены возросшей сложностью соотношения между социально-классовым содержанием союзов и их политической формой. В капиталистических и многих освободившихся странах революционные партии рабочего класса не могли устанавливать и развивать союзнические связи с другими слоями и классами, рассчитывая только на непосредственную поддержку своей политики основной массой этих слоев и классов. Такой путь, преобладавший в ряде революций прошлого, был невозможен в этих странах потому, что для сознания и поведения значительной части как непролетарских, так и пролетарских масс, готовых в той или иной мере поддерживать конкретные цели, выдвигаемые компартиями, характерна в то же время достаточно устойчивая приверженность к иным партийно-политическим и идейным ориентациям: социал-реформистским, конфессиональным, умеренно-центристским и т. д. В странах с давно сложившейся партийно-политической структурой такие ориентации в значительной мере закрепляются силой привычки и традиции, во многих случаях большую роль играют здесь традиционно-религиозные формы политического сознания. В этих условиях союзы революционного рабочего класса с крестьянством, городскими средними слоями, а также единство на последовательно классовых позициях самого пролетариата не могут быть реализованы без посредства тех партий, организаций, движений, с которыми политически, идейно и психологически связаны все эти социальные группы. На этом, собственно, и был основан важный вывод Совещания коммунистических и рабочих партий 1969 г. о необходимости борьбы за политические союзы революционного рабочего движения с другими демократическими силами.

Опыт 70-х годов показал, что в процессе практического осуществления таких союзов возникает опасность абсолютизации их политической формы — соглашений и договоренностей на уровне партийного руководства, недооценки их социальной основы — отношений союза и единства на массовом уровне. Такой подход существенно ограничивал действие наиболее мощного фактора развития союзов — стремления масс к единству во имя борьбы за общие интересы, сдерживал массовую общественно-политическую активность, ставил судьбу союзов в зависимость от непоследовательной и противоречивой в своей основе политики руководства реформистских или буржуазных партий.

Как отмечалось, например, в докладе ЦК ФКП XXV съезду партии, совместная правительственная программа, принятая в 1971 г. левыми партиями Франции, «благоприятствовала представлению о том, что решение всех проблем придет сверху. В результате развилось более или менее пассивное ожидание победы на выборах, которая изменит все, в то же время как решающим условием

493 продвижения вперед было и остается широкое и постоянное вмешательство народных масс¹.

Диспропорция между «союзом снизу» и «союзом сверху», умаление первого из этих аспектов отрицательно сказывались также на действенности союзов как орудия достижения ближайших и перспективных целей революционного рабочего движения. Все соглашения, заключаемые компартиями с другими политическими силами, естественно, были ориентированы на решение конкретных практических задач: победы на выборах, совместного участия в парламентском большинстве и в правительстве. Коммунисты стремились — и во многих случаях успешно, — опираясь на такие соглашения, провести в жизнь меры, соответствующие интересам рабочего класса и других слоев трудящихся: оздоровление международных отношений, укрепление национальной независимости, улучшение положения трудящихся, ограничение влияния реакции. Однако в зависимости от конкретного соотношения сил в парламентах и правительствах неоднократно возникали ситуации, в которых коммунисты не могли добиться осуществления своих предложений, помешать проведению политики, противоречащей интересам народных масс, явному нарушению их партнерами достигнутых ранее соглашений. Подобные ситуации отражали слабость массового движения, способного оказать давление на позиции правящих кругов, руководства соответствующих партий.

Факты показывали коммунистам, что при всей важности таких задач союзов, как завоевание победы на выборах, возможность участвовать в правительственной деятельности, необходимо ясно видеть опасность превращения этих задач в самоцель. Опасность эта коренилась уже в значительном расширении удельного веса подобных задач в деятельности ряда компартий, в масштабе тех усилий, которые коммунисты вынуждены были прилагать для их решения. Поэтому новую актуальность приобретали выверенные опытом принципы деятельности революционной партии в рамках буржуазно-демократических институтов: завоевание большинства в парламенте и участие в правительстве должны быть неразрывно связаны с развитием классовой борьбы, с созданием социально-политических условий для борьбы за перспективные цели.

Ситуации, возникавшие в 70-х годах в различных странах, выдвигали на первый план те или иные конкретные аспекты этой связи. Так, в Чили и Португалии коммунисты входили в революционные правительства, опиравшиеся на мощный подъем массового движения за коренные общественные преобразования. Необходимость участия компартий в правительственной деятельности не вызывала каких-либо сомнений: оно было важным условием и

¹ «L'Humanité», 7.II.1985.

494 компонентом успешного развития революционного процесса. Одной из наиболее острых — и, как показал опыт, недостаточно решенной — проблем их политики было обеспечение необратимости революционных завоеваний, превращение межклассовых коалиций в силу, способную связать руки контрреволюции.

Иначе обстояло дело в тех странах, где участие коммунистов в правительствах осуществлялось при отсутствии революционной ситуации, было результатом возросшего влияния компартий, не связанного, однако, с особо мощным подъемом классовой борьбы. Опыт такого участия послужил в 70-х годах предметом оживленного обсуждения в коммунистическом движении, прежде всего, разумеется, в тех компартиях, для которых он был их собственным непосредственным опытом.

Опыт участия в коалиционных правительствах обсуждался, например, в Компартии Финляндии. Анализируя этот опыт, финские коммунисты приходили к выводу о его неоднозначности. С одной стороны, сотрудничество с другими партиями содействовало развитию рабочего и демократического единства, укрепляло позитивные тенденции в политике правительства страны, особенно в его внешнеполитическом курсе. С другой стороны, как считали многие руководители и активисты КПФ, деятельность правительственной коалиции выявила стремление других ее участников сделать коммунистов простыми исполнителями своей воли, особенно в сфере социально-экономической политики.

Большое значение опыта участия компартий в правительственных, а также в парламентских и иных формах коалиций заключалось в том, что он позволил им яснее понять и осмыслить целый ряд наиболее сложных вопросов политики союзов. И хотя не всегда и не всюду на эти вопросы удавалось найти вполне определенные и обоснованные ответы, коммунистическое движение в целом существенно обогатило и уточнило свои представления об условиях и путях формирования широких слоев демократических сил.

За всем многообразием тех конкретных национальных ситуаций, которые возникали в борьбе за союзы, все более рельефно выступали такие ее коренные проблемы, как цели союзов, роль в них революционных партий рабочего класса, принципы отношений между союзниками. Теоретические положения по этим проблемам, выработанные коммунистическим движением, были основаны на анализе объективных возможностей — антимонополистических, антиимпериалистических, революционно-демократических — непролетарских слоев и классов, ряда массовых партийно-политических течений и общественных движений. Практическая же задача коммунистов состояла в мобилизации этих сил, нейтрализации противоположных и тоже вполне реальных тенденций к соглашению с монополистической и империалистической реакцией, подчинению ей.

495 Одна из самых больших трудностей унитарной политики компартий как раз и состояла в отыскании реального соотношения между объективными потенциями тех или иных социальных групп и слоев и представлявших их на политической арене партий и движений. Если, например, коммунистам в принципе была ясна возможность вовлечения в антимонополистическую коалицию мелкой и даже средней немонополистической буржуазии или (в освободившихся странах) коалиции с национальной буржуазией, то значительно сложнее было решить, можно ли реализовать эту возможность путем сотрудничества с конкретной буржуазной партией. А ведь от решения таких вопросов зависели и выбор политического союзника, и форма и степень сотрудничества с ним.

Многие неудачи союзнической политики коммунистов порождались тем, что им не всегда удавалось решить эти задачи достаточно обоснованно. Итальянская компартия, исходя при разработке стратегии «исторического компромисса» из верного в своей основе тезиса о необходимости и возможности сотрудничества с массами трудящихся-католиков, неправомерно распространила этот тезис на ведущую партию итальянской буржуазии — ХДП. Как подчеркивал на Пленуме ЦК ИКП в июле 1979 г. Э. Берлингуэр, «с ХДП в том виде, в каком она выступает сегодня... политическое сотрудничество невозможно... Полученный урок должен заставить нас подтвердить, что демократическое единство не может быть подчинено дилемме, возможно или невозможно сотрудничество с этой партией» ¹.

Сотрудничество компартий с социал-реформистскими и тем более с буржуазно-центристскими партиями особенно остро ставило вопрос о том, какое влияние может оно оказать на направление общественного развития соответствующих стран. Компартии, ориентировавшиеся на подобные блоки, нередко видели в них средство решить острые национальные проблемы, добиться выхода из экономического кризиса, осуществить назревшие демократические реформы. По настоянию коммунистов соответствующие положения вносились в совместные программы. Однако, как показал опыт 70-х годов, во-первых, такие программы в наиболее существенных своих частях сплошь и рядом не выполнялись. Во-вторых, сказывалась давно уже проанализированная марксистско-ленинской мыслью диалектика реформ, проводимых в условиях капитализма: в зависимости от конкретного соотношения классовых сил и развития массового рабочего и демократического движения они могут служить как развитию революционного процесса, подрыву позиций монополистической олигархии, так и упрочению существующего строя. В тех случаях, когда осуществление реформ практически отдавалось в руки буржуазных и реформистских сил

¹ «L'Unità», 4.VII.1979.

496 и компартии не имели возможности оказать существенное влияние на этот процесс, их политика союзов никак не колебала господствующих позиций монополий.

Такая ситуация сложилась, например, в Испании, где руководство Компартии выдвинуло в 1976—1977 гг. формулу «демократической концентрации», исходившую из оценки ведущей буржуазной партии Союз демократического центра (СДЦ) как положительной силы в процессе демократизации. Следуя этой линии, КПИ приняла участие в 1977—1978 гг. в «Пакте Монклоа» — согласованной между правительством и всеми представленными в парламенте партиями программе социально-экономических и политических мероприятий. Однако большинство намеченных в ней социальных реформ не было выполнено правительством СДЦ, проводившим в жизнь интересы крупного капитала. Один из результатов этой ситуации для КПИ был отмечен позднее (в 1982 г.) на Пленуме ее ЦК: «Народные массы... не видели в нашей партии орудия изменений» ¹.

Все эти негативные моменты не ставили под вопрос, как считали коммунисты, принципиальной целесообразности компромиссов с социал-реформистами и буржуазными силами как необходимого в большинстве случаев элемента политики союзов. Однако уроки политической борьбы показали важность максимально точного учета этой целесообразности, меры компромисса, допустимой в данной конкретной ситуации. Компромиссы оправдывали себя в тех случаях, когда, во-первых, они служили укреплению связей революционного рабочего движения с теми или иными массовыми слоями, их вовлечению в борьбу за демократию, мир, социализм, а это требовало интенсивной работы коммунистов в этих слоях, защиты социально-прогрессивных интересов и устремлений массовых союзников. Во-вторых, позитивные результаты имели лишь такие компромиссы, которые создавали благоприятные условия для отстаивания ближайших и перспективных интересов рабочего класса, его ведущей роли в союзе, для роста политического влияния его революционной партии.

К таким же выводам подводил и опыт тех коммунистических партий, которым приходилось бороться за союзы в условиях неблагоприятного для них соотношения сил, господства социал-демократии в организованном рабочем движении. В 70-х годах эти партии последовательно проводили линию на единство рабочего класса, на сотрудничество с социал-демократами, с руководимыми ими профсоюзами и другими массовыми организациями. Стремясь развивать сотрудничество с социал-демократическими низами, коммунисты были готовы вместе с тем к установлению лояльных отношений с партиями в целом.

¹ «Mundo obrero», 1982, N 202.

497 Так, Германская коммунистическая партия подчеркивала в своих программных документах, что совместные действия коммунистов и социал-демократов имеют решающее значение для единства действий левых сил; выступала за тесные политические и организационные контакты между производственными группами, а также организациями обеих партий в городах, общинах, высшей школе, между их фракциями в парламентах ¹. В то же время западногерманские коммунисты отмечали, что они уважают целостность СДПГ: «В борьбе за единство мы не преследуем цели отрыва членов СДПГ от партийного руководства» ².

Коммунистическая партия Канады на своем XXVIII съезде (1976 г.) выдвинула лозунг сотрудничества с Новой демократической партией (социал-демократы) и фермерскими организациями и предложила в основу дискуссии о платформе такого сотрудничества положить программу крупнейшего профцентра страны — Канадского рабочего конгресса. Как подчеркивали канадские коммунисты, идеологические разногласия не должны служить препятствием для совместных действий ³.

Опыт этих и многих других коммунистических партий (в том числе Великобритании, Бельгии, Австрии, Скандинавских стран) достаточно ясно показывал, что даже весьма последовательно проводимая политика союзов, если она не подкреплена весомым массовым политическим влиянием коммунистов, приносит довольно ограниченные результаты: социал-демократическое руководство, хотя оно и не могло во многих случаях помешать единству действий на низовом уровне и по конкретным поводам, все же продолжало всемерно препятствовать устойчивым и органичным формам сотрудничества коммунистов и социал-демократов. Иногда возникали и такие ситуации, в которых сотрудничество коммунистов с другими левыми силами их партнеры пытались использовать для ликвидации политической и идеологической самостоятельности компартий. Так, в Норвегии лидеры Социалистической народной партии выдвинули в 1974 г. требование о самороспуске всех партий, в том числе КПН, входивших в Социалистический избирательный союз, и превращении его в новую партию. Это требование было отвергнуто Компартией Норвегии на ее XV съезде ⁴.

Опыт борьбы за союзы, таким образом, все больше убеждал компартии в ее зависимости от укрепления связей с массами, в

¹ «Мангеймский съезд Германской коммунистической партии», с. 309; «Marxistische Blätter», 1978, N 4, S. 44.

⁴ См. «Проблемы мира и социализма», 1976, № 1, с. 20; «Коммунистическое движение. Проблемы теории и практики». Прага, 1980, с. 182.

498 том, что крупные и необратимые сдвиги в развитии союзнических отношений с другими демократическими силами могут быть достигнуты только на основе массовой борьбы за интересы трудящихся, что во всех условиях необходимо твердо отстаивать идеологические, политические и организационные принципы и независимость революционных партий рабочего класса. Эти мысли проходят красной нитью через решения многих партийных съездов второй половины 70-х годов. В процессе подготовки к XXXVI съезду КП Великобритании и на самом съезде (1979 г.) критическому анализу подверглись методы проведения партией политики сотрудничества с левыми лейбористами. В принятой съездом резолюции отмечалось, что КПВ недостаточно подчеркивала свою независимую роль и недостаточно показывала, что левые лейбористы сами не могут добиться необходимых перемен в рабочем движении ¹.

Не менее острой критике подвергла свой опыт борьбы за союзы Компартия Бельгии. В подготовительных документах к XXIV съезду КПБ (1982 г.) говорилось, что главным упущением в работе партии было стремление добиться понимания и установления контактов с организациями, представляющими левые и демократические силы, а не с массами. «Именно это создавало ей постепенно облик партии, которая стремится раствориться в движениях, импульсом к борьбе которых она служила, вместо того чтобы сделаться двигателем, способным идеологически и политически наполнить эти движения в интересах объединения прогрессивных сил» ².

Способность коммунистов своевременно выдвигать обоснованные предложения и лозунги по всем затрагивающим интересы трудящихся экономическим, социальным и политическим вопросам, организовать массовую борьбу по этим вопросам выступала, таким образом, как решающее условие успехов в развитии широких демократических союзов. Со второй половины 70-х годов особо важное значение в этом отношении приобрела борьба компартий против последствий экономического кризиса, наступления крупного капитала на жизненный уровень и права трудящихся *.

Интересы укрепления и развития союзов требовали от компартий лояльных отношений с политическими союзниками, выдвижения на первый план общих с ними программных целей. В отличие от ряда ситуаций прошлого реальное соотношение сил делало невозможным в большинстве случаев формирование союзов под непосредственным руководством компартий. Как показал опыт, выдвижение претензии на такое руководство в качестве условия союза могло вести только к углублению раскола демократических

¹ «Comment», 1979, December 1, p. 389.

* Подробнее об антикризисной политике компартий см. ниже.

499 сил. Это не означало, однако, что коммунисты могли отказаться от борьбы за усиление своего влияния в рамках союза, тем более что их партнеры часто не скрывали своего стремления использовать союзы для подрыва этого влияния (такой была, например, установка руководства Французской социалистической партии в период формирования Союза левых сил). Исходя из этого, некоторые компартии определяли отношения внутри заключаемых ими политических блоков как «отношения союза и борьбы». Такой тип отношений предполагал одновременно верность коммунистов своим союзническим обязательствам, настойчивый поиск взаимоприемлемых решений и их верность революционным, классовым принципам своей идеологии и политики, неослабевающую борьбу за распространение этих принципов в массах. При всей новизне и многообразии конкретных форм союзнических отношений полностью сохраняет свое значение ленинский подход к проблеме союзов: «Через все компромиссы... уметь провести верность своим принципам, своему классу, своей революционной задаче, своему делу подготовки революции...»¹

Опыт некоторых компартий, например Компартии Испании и Итальянской компартии, показал, какое большое значение в политике союзов имеют борьба за политическое единство рабочего класса, союзнические отношения с рабочими партиями: в тех случаях, когда интересы сотрудничества с буржуазными силами ставились выше интересов этой борьбы, вся политика союзов оказывалась в значительной мере подорванной. Многие коммунистические партии включили в свои программные документы положение о рабочем единстве как основе антимонополистических союзов.

Наиболее серьезную опасность представляла проявившаяся кое-где тенденция к принципиальным идеологическим и политическим уступкам компартий тем силам, с которыми они стремились завязать союзнические отношения. Так, социально-экономические программы некоторых коалиций предусматривали меры по так называемой жесткой экономии, наносящие прямой ущерб материальным интересам рабочего класса. В документы некоторых западноевропейских компартий были включены положения, повторявшие по сути дела отдельные тезисы реформистской и буржуазной идеологии. Вред подобных издержек политики союзов заключался в том, что они создавали опасность стирания принципиального отличия компартий от партий реформистских. Тем самым подрывались связи компартий с собственной социальной базой — наиболее классово сознательной частью рабочих, революционно настроенными группами других социальных слоев, ставилась под сомнение специфическая роль компартий в общедемократических союзах — борьба за превращение таких союзов в силу,

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 34, с. 133.

500 способную осуществить коренные социальные преобразования.

Такого рода опасности отмечались в конце 70-х годов руководством и активистами ряда коммунистических партий. Так, Э. Берлингуэр говорил на Пленуме ЦК ИКП в июле 1978 г.: «...при проведении политики народного и демократического единства в поисках самых широких соглашений и договоренностей в некоторых отношениях смазывался облик и затушевывалась самостоятельная инициатива нашей партии...» ¹

Французские коммунисты в качестве одного из уроков Союза левых сил отмечали недопустимость ослабления бдительности по отношению к правореформистским тенденциям в политике и идеологии партнера, важность критики этих тенденций ². XIX съезд Компартии Финляндии, анализируя опыт участия партии в коалиционном правительстве, отметил, что «свою политику в правительстве партия должна строить, исходя из собственных принципов, программ и решений. При оценке результатов участия важным критерием является развитие влияния партии в массах».

Острые дискуссии по вопросам политических союзов происходили в Компартии Испании. В ходе них многие коммунисты критически оценивали ориентацию КПИ на правительство «демократической концентрации», союз с буржуазным СДЦ, подчеркивали необходимость борьбы за руководящую роль рабочего класса в союзах, заключаемых партией. Характерно, например, что на IX съезде КПИ (апрель 1978 г.) значительная часть делегатов голосовала за такую редакцию соответствующего тезиса съезда, которая предусматривала «гегемонию и руководящую роль рабочего класса в союзе труда и культуры» (в редакции, представленной руководством партии, говорилось лишь о том, что рабочий класс «является осью» союза) ³.

Особая ценность нового опыта борьбы за демократические союзы, приобретенного компартиями ряда стран, заключалась в том, что она позволила им испытать на практике способы осуществления своего рода «первых шагов» в наступлении на экономические и политические позиции монополистического капитала. Формирование таких союзов коммунисты справедливо рассматривали как решающий элемент этого наступления. В одних странах «первые шаги» — и весьма крупные — были действительно сделаны, в других они не получились. Но и те и другие ситуации позволили коммунистическому движению извлечь полезные уроки, добиться более глубокого и конкретного понимания проблем стратегии и тактики союзов.

Последнее целиком относилось и к наиболее общей, как бы

¹ «L'Unità», 25.VII.1978.

³ «Noveno Congreso del Partido Comunista de España. Informes, debates, actus y documentos». Madrid, 1978, p. 370.

501 объединяющей все остальные проблеме этой стратегии — как добиться сплочения разнородных по своему классовому характеру, идеологическим и политическим установкам сил в единый лагерь, способный обеспечить поступательное развитие революционного процесса, переход от борьбы за демократию к борьбе за социализм.

ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ РАБОТА И ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО КОММУНИСТОВ​

Жизнь настоятельно требовала от коммунистов дальнейшего развития и углубления работы по осмыслению путей и перспектив их борьбы за преобразование мира. Надо было осмыслить происходившие изменения в объективной обстановке, в частности существенные сдвиги в социальной структуре буржуазного общества, в расстановке классовых сил, подытожить опыт массовых выступлений и социально-политических кризисов в ряде капиталистических стран, оценить новый опыт самих компартий, определить стоящие перед ними насущные задачи. Такая работа вытекала из сути марксизма-ленинизма как вечно живого, творческого учения.

Большинство коммунистических партий рассматривали эту работу как развитие применительно к новым историческим условиям, к особенностям обстановки в своих странах марксистско-ленинской теории революции, строили ее на основе всемирно-исторического опыта революционного рабочего движения. Творческое развитие теории, считали марксисты-ленинцы, может дать надежные результаты лишь в том случае, если опирается на весь этот опыт, на обобщающие его положения и принципы научного социализма. Ставя перед собой задачу уяснить конкретное соотношение общих закономерностей революционного процесса, открытых этим учением, с их проявлением в современных исторических условиях, развить и обогатить таким образом понимание общих закономерностей, коммунисты исходили из единства теории и творческого метода марксизма-ленинизма.

Практика классовой борьбы во многом по-новому поставила перед коммунистами вопрос об этапах революции в странах с различным уровнем социально-экономического и политического развития. Уже в документах международного коммунистического движения конца 50-х и 60-х годов были в общей форме обоснованы важнейшие положения по этому вопросу. Так, анализ расстановки социальных сил в условиях государственно-монополистического капитализма второй половины XX столетия, особенностей общественно-политического сознания масс и ряда других моментов привел коммунистов к выводу о возможности и необходимости в соответствующих странах этапа (или ряда этапов) антимонополистической борьбы, на котором еще не выдвигаются непосредственно

502 задачи социалистического переустройства общества. Обобщение опыта национально-освободительных революций в ряде освободившихся стран позволило международному коммунистическому движению выдвинуть положение о перерастании этих революций в борьбу за некапиталистический путь развития, постепенно формирующий условия для перехода к построению социализма. Ряд оригинальных теоретических и стратегических положений об этапах революции был разработан компартиями стран среднего уровня развития капитализма.

Опыт 70-х годов придал этой проблеме новую остроту и актуальность. Во-первых, потому, что, как отмечалось выше, формирование в ряде стран широких блоков демократических сил всерьез выдвинуло перед коммунистами практическую задачу — превратить такое завоевание в шаг, реально ведущий к социализму, обеспечить дальнейшее поступательное развитие революционного процесса. А эта задача не могла быть решена без достаточно конкретного определения основных ступеней такого развития, его темпов, соотношения непосредственных и перспективных целей борьбы. В практическую плоскость вставали вопросы классового характера и форм осуществления политической власти как на данном, так и на ближайших за ним этапах, влияния динамики революционного процесса на соотношение преемственности и изменений в политической системе общества.

Во-вторых, жизненно важный характер этого круга вопросов определялся необходимостью обеспечить необратимость революционных завоеваний. Наконец, в-третьих, творческую теоретическую деятельность коммунистов стимулировала возросшая острота идеологической борьбы по коренным вопросам революции, прежде всего ее этапов, форм и способов осуществления. Включение в политическую и общественную борьбу, рост влияния и активности новых социальных сил создавали почву для оживления разного рода право- и леворевизионистских течений, для модифицированных форм реформизма и ультрареволюционности, спекулировавших на новых, недостаточно еще ясных проблемах. В этих условиях теоретическая работа коммунистов, основанная на выверенных жизнью принципах марксистско-ленинского учения, была необходимым условием последовательно научной, свободной от любых иллюзий и утопий революционной теории и практики.

Всю эту работу компартий в 70-х годах пронизывало стремление максимально избежать какого-либо искусственного «ускорения» революционного процесса, поставить каждый из его этапов в неразрывную связь с созреванием соответствующих экономических, социальных, политических и социально-психологических условий.

Научно обоснованный, непримиримый к любому волюнтаризму и «революционному нетерпению» подход к этапам революции

503 вырабатывался коммунистами в процессе неуклонной борьбы с левацкими течениями, большинство которых, особенно в странах развитого капитализма, обнаружив свое идейное и политическое банкротство, распались или превратились в мелкие сектантские группы. Это, однако, не означало, что ультралевизна перестала представлять серьезную опасность для подлинно революционных сил. В некоторых странах Западной Европы (особенно в Италии) выступавшие под левацкими лозунгами террористические секты превратились в фактор, в немалой степени затруднявший борьбу за прогрессивные преобразования. В ряде стран леваки, используя настроения отчаяния и безысходности, охватившие определенные социальные слои в условиях экономического кризиса, оказывали влияние на часть учащейся, рабочей и особенно безработной молодежи. Широкий экспорт ультралевых идей в освободившиеся страны, где для них существует относительно широкая социальная почва, нанес серьезный ущерб революционному делу. На этих идеях строилась деятельность компартий некоторых стран Юго-Восточной Азии, и ими же обосновывала свои чудовищные преступления полпотовская клика в Кампучии. Отпор «левому» ревизионизму, таким образом, сохранял свою актуальность, и разработка коммунистами обоснованной марксистско-ленинской концепции борьбы за социализм была важным конструктивным вкладом в это дело.

Принятые в 70-х годах программные документы ряда коммунистических партий выделяют и характеризуют различные, соответствующие конкретным условиям их стран этапы этой борьбы. Так, Германская компартия в принятой ее Мангеймским съездом Программе выдвинула стратегическую задачу борьбы за антимонополистическую демократию. По определению Программы, «под антимонополистической демократией ГКП понимает период коренных преобразований, при котором рабочий класс и другие демократические силы обладают столь большой политической силой и парламентским влиянием, что смогут сформировать коалиционное правительство, представляющее их общие интересы. С учетом опыта истории и опираясь на полученные от народа демократические полномочия это правительство очистило бы армию, полицию, юстицию и управленческий аппарат, а также средства массовой информации от влияния неонацистских и милитаристских сил и не допустило бы использования государственных органов власти против народа и конституционного правительства. В ходе такого развития была бы создана антимонополистическая демократическая государственная власть, опирающаяся на рабочий класс и другие демократические силы. ГКП рассмат-

¹ «Мангеймский съезд Германской коммунистической партии», с. 304.

504 ривает антимонополистический и социалистический этапы как взаимосвязанные стадии единого процесса ¹.

Коммунистическая партия Греции на своем X съезде в 1978 г. также приняла Программу партии, в которой в качестве первого этапа единого революционного процесса и ближайшей стратегической цели КПГ определялся переход власти «из рук местной монополистической олигархии в руки антиимпериалистических, антимонополистических, демократических сил» и установление антиимпериалистической, антимонополистической демократии — демократии народа» ².

Некоторые коммунистические партии, исходя из конкретного соотношения политических сил в своих странах, уровня развития рабочего движения и классового сознания трудящихся, считали целесообразным выделение более ограниченных по содержанию и целям этапов антимонополистической борьбы. Так, Компартия Бельгии на своем XXII съезде (1976 г.) поставила вопрос о «первой стадии на пути к осуществлению законченной антимонополистической программы» — своего рода программы-минимум, включающей национализацию банков и некоторых отраслей промышленности, другие меры, масштаб которых определяется уровнем развития борьбы и сознания трудящихся, тем, что сегодня даже рабочий класс в целом еще не осознал «необходимости окончательного разрушения власти монополий» ³.

В коммунистическом движении развитых капиталистических стран в тот же период наметился и несколько иной подход к этой проблеме. Так, Французская коммунистическая партия, сформулировав в конце 60-х годов положение о «передовой демократии» как этапе, непосредственно предшествующем социалистическим преобразованиям, значительно изменила этот тезис на своих XX (1972 г.), XXI (1973 г.), XXII (1976 г.) и особенно XXIII (1979 г.) съездах. Развивая платформу борьбы за демократию, против олигархической власти монополий, ФКП вместе с тем отказалась от выделения этой борьбы в отдельный этап, непосредственно связав ее с борьбой за социализм. Цели построения социализма, соответствующего, как подчеркивали французские коммунисты, национальной специфике и традициям их страны, должен был служить Союз народа Франции, объединяющий подавляющее большинство общества — рабочий класс, средние слои, лиц наемного труда, мелких и средних предпринимателей, военнослужащих. В документах XXIII съезда ФКП подчеркивалось, что уже

¹ См. Р. Готье. Цели определены.— «Проблемы мира и социализма», 1979, № 2, с. 36.

³ «Unir les masses pour sortir de la crise. Document d'orientation adopté par le 22 congrès du Parti communiste de Belgique».— Gand, 9—11 avril 1976.

505 сегодняшняя борьба за демократию направлена на социалистическое преобразование французского общества («будущее начинается сегодня»), провозглашался отказ от понятия «переходный этап» и от составления четких программ, которые, как говорил Генеральный секретарь компартии Ж. Марше, «связывают народное движение»¹.

Сходное понимание революционного процесса отстаивала в 70-х годах Итальянская компартия. В решениях ее XIV съезда (1975 г.), в ряде других партийных документов акцентировалась идея продвижения к социалистическим целям на основе завоевания рабочим классом все более широких позиций в обществе, постепенного внесения в политическую жизнь и сознание масс таких социалистических принципов, как сознательное руководство развитием общества, переориентация экономики на первоочередное удовлетворение общественных нужд и преодоление искусственно созданных капитализмом моделей потребления, реальное участие трудящихся в управлении предприятиями, экономикой, государством. Как считали итальянские коммунисты, «лишь с помощью повседневной борьбы за достижения, пусть даже ограниченные и частичные, рабочий класс и трудящиеся массы приобретают классовое сознание, способствуют преодолению противоречий общества в благоприятном для себя духе вплоть до коренного изменения классового характера политической власти и создания действительно демократического, свободного и социалистического общества»².

Очевидно, подобные различия в понимании соотношения между антимонополистической, демократической борьбой и борьбой за социализм не носили принципиального идейно-теоретического характера. Они отражали неодинаковые условия отдельных стран, разные уровни развития общественно-политического сознания рабочего класса и его влияния в политической жизни. Независимо от этих различий компартии разных стран разделяли мнение о более или менее долговременном, «многоступенчатом» характере революционного процесса в своих странах, исходили из того, что установление власти рабочего класса и переход к строительству социализма вряд ли удастся осуществить в результате единовременного акта. К такому выводу подводил анализ общественно-политической обстановки в большинстве капиталистических и освободившихся стран и на международной арене. Вместе с тем коммунисты не разделяли какими-либо резкими гранями этапы революционного процесса, считали, что он не может «застыть» на каком-то из них: либо он будет развиваться к более высокому этапу, либо реакционные силы тем или иным путем восстановят свои позиции.

¹ «Cahiers du communisme», 1979, N 6—7, p. 375.

² «L’Unitá», 10.IX.1973.

506 Принципиальные идейно-теоретические разногласия по данному комплексу проблем возникали лишь в тех случаях, когда более многоступенчатое, постепенное, чем в революциях прошлого, развитие революционного процесса толковалось некоторыми деятелями коммунистического движения в реформистском духе — как своего рода накопление реформ, якобы способное само по себе привести к социалистическому преобразованию общества и исключающее какие-либо «перерывы постепенности», фронтальное столкновение противоположных классовых сил. Такие взгляды пропагандировал, например, идеологический работник Французской компартии (впоследствии исключенный из нее) Ж. Элленстейн.

Реформистские извращения революционной теории и политики требовали от коммунистов неослабевающего внимания к опасности усиления правого ревизионизма и реформизма и борьбе с ним. Обстановка творческого поиска, утвердившаяся в 70-х годах в коммунистическом движении, придавала этой опасности особое значение. «...Я отнюдь не хочу сказать,— отмечал Генеральный секретарь Компартии Канады У. Каштан,— что отпала необходимость в последовательной борьбе против догматизма и сектантства... Но наша партия допустила бы непростительную ошибку, закрывая глаза на оппортунистические тенденции, уходящие своими социальными корнями в капиталистическую действительность, в которой нашей партии приходится работать.

...Не может быть поэтому никаких сомнений в необходимости борьбы на два фронта — против «левого» и правого оппортунизма и ревизионизма и против догматизма и сектантства, причем основное внимание должно быть сосредоточено на борьбе против оппортунизма и ревизионизма как главной опасности» ¹.

Пересмотр ряда устаревших положений, возникновение новых проблем, недостаточная ясность путей их решения могли дезориентировать менее стойкую в идейно-теоретическом отношении часть коммунистов, побуждать их к уступкам идеологии, враждебной научному социализму. Не случайно поэтому важнейшие направления творческой теоретической работы коммунистического авангарда рабочего класса стали центральными участками его идейной борьбы с ревизионизмом.

Среди этих направлений одно из важнейших мест заняла в 70-х годах разработка проблем демократии и тесно связанных с нею вопросов государственной власти, политической организации общества на различных этапах революционного процесса, демократического содержания социалистического идеала. Усиление внимания коммунистов к этим проблемам объяснялось рядом причин. Во-первых, во многих странах среднеразвитого капитализма,

¹ У. Каштан. Рабочий класс и антимонополистическая борьба. М., 1975, с. 147—148.

507 в которых существовали фашистские или военно-олигархические, проимпериалистические режимы, первоочередной задачей революционных сил оставалось завоевание элементарных демократических свобод. Успехи освободительной, антифашистской и антиимпериалистической борьбы, которыми ознаменовались 70-е годы, остро ставили вопрос о конкретном социальном содержании демократической альтернативы олигархической или колониальной власти. В ряде развивающихся стран в силу специфических условий революционного процесса — значительной роли в нем определенных кругов армии и других непролетарских слоев, относительной слабости рабочего движения — возникала реальная опасность отстранения последовательно революционных сил рабочего класса от участия в общественных преобразованиях и политической власти, а это, как показывал опыт, придавало неустойчивый и поверхностный характер прогрессивным тенденциям в общественном и политическом развитии таких стран. Тактика империализма в отношении стран, сбросивших иго колониальной зависимости или фашистских тиранических режимов, состояла в том, чтобы сохранить в них свои экономические позиции и политическое влияние, всемерно укрепить силы связанной с ним местной реакции, используя для этого, в частности, парламентски-конституционные формы. Таким образом, для многих стран проблема глубины и содержания демократических преобразований была неразрывно связана с выбором дальнейшего развития, с обеспечением подлинной национальной независимости и возможности свободного движения по пути социального прогресса.

Во-вторых, развитие государственно-монополистического капитализма, связанные с ним процессы бюрократизации и обезличивания, выхолащивания буржуазно-демократических свобод, повышение роли государства в социально-экономической жизни обществ разного типа и уровня развития — все это усилило внимание и интерес широких народных масс к проблемам демократии, их протест против антидемократических тенденций. Этот протест приобретал более интенсивный характер в условиях научно-технической революции: происходил заметный рост социальных и интеллектуальных потребностей трудящихся, усиливались их неудовлетворенность пассивно-потребительским образом жизни, который насаждал капитализм, стремление к участию в решении затрагивающих их положение экономических и политических вопросов. Укрепление авангардной роли коммунистов в рабочем и других прогрессивных движениях в значительной мере зависело от их способности возглавить — идейно и политически — борьбу за реализацию демократических устремлений и требований трудящихся.

В-третьих, проблемы демократии заняли центральное место в идеологической борьбе между коммунистами и их противника-

508 ми. Идеология и пропаганда антикоммунизма все более широко и интенсивно использовали тезис об «антидемократизме» идеалов коммунизма, практики коммунистического движения и реального социализма. Многие факты свидетельствовали о том, что эта пропаганда оказывала немалое влияние на массовое сознание. Отпор антикоммунизму, расширение массового влияния социалистической идеологии настойчиво требовали от коммунистов дальнейшего развития и углубления их программных положений по вопросам демократии.

Борьба за демократию была и есть неотъемлемая сторона политики коммунистического движения на всех этапах его исторического развития. В 70-х годах эта борьба приобрела новые черты: компартии стремились теснее увязать выдвигаемые ими программы прогрессивных экономических и социальных преобразований с конкретными мерами по развитию политической демократии; в своей повседневной деятельности и в программных разработках они уделяли растущее внимание распространению демократических принципов на все уровни жизни общества — от центральных государственных органов до предприятий и первичных трудовых коллективов. Более глубокими и всесторонними стали выдвигаемые компартиями программы перспективных демократических преобразований, более органичной их связь с теми ближайшими, непосредственными требованиями, которые отстаивали коммунисты.

Конкретное содержание программ демократизации политической системы определялось условиями тех стран и регионов, в которых действовали отдельные отряды коммунистического движения. В странах, свергнувших в 70-х годах иго фашистских режимов, коммунисты боролись за последовательный процесс демократизации политической жизни, широкое участие рабочего движения и народных масс в этом процессе, полное искоренение фашистского наследия. Так, греческие коммунисты считали, как подчеркивал Первый секретарь ЦК КПГ Х. Флоракис на X съезде партии, что фронт борьбы за демократию является основным и эта борьба неразрывно связана с борьбой против монополий и иностранной зависимости ¹. КПГ учитывала при этом как стремление господствующего класса всемерно ограничить активность и участие народных масс в политической жизни, их права и свободы, так и неразрывную связь развития демократии в Греции с проблемой ее национальной независимости, освобождения от американского господства ².

Новый ценнейший опыт борьбы рабочего класса и его союз-

¹ См. «X съезд Коммунистической партии Греции», с. 43.

² См. «Конференция коммунистических и рабочих партий Европы», с. 199.

509 ников за демократию дала португальская революция. Проводя в период революции линию на развитие и консолидацию демократии, Португальская компартия вместе с другими революционными силами добилась принятия самой демократической в капиталистическом мире конституции, в которой была зафиксирована социалистическая перспектива развития португальского общества. Коммунисты внесли решающий вклад и в становление демократических начал в управлении промышленным и сельскохозяйственным производством на уровне предприятий. По оценке Генерального секретаря ПКП А. Куньяла, рабочий контроль и управление, осуществляемые самими трудящимися, явились одной из важнейших особенностей демократических порядков, складывавшихся в Португалии в середине 70-х годов ¹.

В странах развитого капитализма коммунистические партии вели энергичную борьбу в защиту прав парламентов и других выборных органов, профсоюзов и других массовых организаций трудящихся, против ограничения и нарушения гражданских прав и свобод, за равноправное положение в обществе наиболее угнетаемых капитализмом категорий и групп населения: национальных меньшинств, женщин, молодежи, трудящихся-иммигрантов. Как отмечала в 1976 г. Берлинская конференция коммунистических и рабочих партий Европы, сегодня «...как никогда, необходимо усилить борьбу в защиту и за развитие демократических прав, для того чтобы пресечь растущую тенденцию монополистического капитала прибегать к репрессивным и авторитарным методам господства...» ².

Возросшее значение в деятельности компартий приобрела разработка мер, направленных на преодоление ограниченного и формального характера буржуазно-демократических институтов, расширение их прав и полномочий. Так, Французская компартия добивалась расширения прав парламента, освобождения его от ограничений, налагаемых президентской властью, ликвидации бюрократической опеки центральных государственных органов над местным самоуправлением, введения территориальных выборных органов власти ³. Значительного расширения полномочий органов областного и местного самоуправления добилась Итальянская компартия ⁴. ИКП выступила за преобразование государственных органов итальянского общества в целях увеличения эффективности управления, обеспечения демократического контроля

¹ См. «Конференция коммунистических и рабочих партий Европы», с. 252, 254.

⁴ См. «Международное рабочее движение. Вопросы истории и теории», т. 6. М., 1983, с. 425.

510 трудящихся над принятием решений, ликвидации насаждавшейся правящей Христианско-демократической партией системы дележа «теплых местечек», коррупции и злоупотребления властью. Устранение политической дискриминации коммунистов, привлечение рабочего класса к руководству страной ИКП рассматривала как необходимое условие оздоровления общественной атмосферы Италии. Германская коммунистическая партия разработала программу демократизации деятельности парламента, усиления его роли в принятии политических решений и его связей с массами, что позволит, по мнению западногерманских коммунистов, ограничить влияние монополий и связанного с ними бюрократического аппарата на государственную политику¹.

В 70-х годах компартии капиталистических стран значительно усилили свое внимание к вопросам участия рабочего класса и других слоев трудящихся в управлении производством и общественными процессами. В ряде стран приобрела серьезное практическое значение борьба за так называемую производственную демократию — расширение системы представительных органов трудящихся (комитеты предприятий, производственные советы и т. д.), действующих на уровне предприятий, их прав и полномочий. Политика компартий была нацелена против использования этих органов в качестве орудия классового сотрудничества (в ряде стран они нередко играли именно такую роль), на превращение их в инструмент подлинного рабочего контроля на производстве, ограничения предпринимательской власти и участия трудящихся в управлении².

Коммунисты считали, что борьба за последовательную демократизацию общественной и политической жизни является одним из важнейших путей подведения масс к борьбе за социализм. Соответственно в своей теоретической и пропагандистской работе компартии стремились полнее и конкретнее раскрыть демократическое содержание социалистического идеала, придать ему черты, отражающие своеобразие политической культуры своих стран, заложенные в ней демократические традиции. Это стремление привело некоторые партии к попыткам выработать оригинальные формулы социализма. Так, Французская компартия на своем

¹ См. «Мангеймский съезд Германской коммунистической партии», с. 279, 282, 291, 301.

² См., например: «Vorschläge der DKP für eine demokratische Mitbestimmung». Düsseldorf, 1972; «La démocratie dans l'entreprise et la gestion démocratique».— «Autogestion», 1975, N 30—31, p. 109—114; В. А. Виноградов, Т. Н. Мацонашвили. Рабочий класс Западной Европы в борьбе за демократический контроль над производством.— «Новая и новейшая история», 1980, № 2, с. 59—81; А. Волков. Управление производством — сфера классовой борьбы.— «Проблемы мира и социализма», 1981, № 12.

511 XXIII съезде выдвинула концепцию «самоуправляющегося социализма», при котором организация общества будет представлять собой «гармоничную структуру автономных и взаимозависимых коллективов», а управление им будет осуществляться «самими трудящимися, самими гражданами» ¹. В программных документах Германской компартии подчеркиваются такие черты будущего социалистического общества, как контроль рабочих организаций над производством, деятельность органов демократического участия на предприятиях и вне их стен, дальнейшее развитие системы коммунального самоуправления и федеральной структуры государства, демократизация парламентской системы, непосредственное участие профсоюзов в процессе планирования и управления хозяйством и обществом ².

Несмотря на усилившееся внимание компартий к вопросам соотношения борьбы за демократию и за социализм в сфере политической надстройки общества, его политической организации, характера и форм государственной власти в переходный период и на стадии строительства социализма, в целом их теоретические разработки в данной области еще отставали от потребностей практики и идеологической борьбы. В значительной мере здесь сказывались новизна, своеобразие условий деятельности революционного авангарда рабочего класса в капиталистическом обществе конца XX в.

Во время Великой Октябрьской социалистической революции в России, народно-демократических революций в странах Центральной и Юго-Восточной Европы и Азии, Кубинской революции становление новой, революционной власти происходило в процессе быстрой и коренной ломки существовавших политических систем, полностью дискредитировавших себя в глазах масс своим антинародным характером. Даже в тех восточноевропейских странах, где новые органы власти принимали в той или иной мере конституционные формы, действовавшие до гитлеровской оккупации или до установления фашистских режимов, классовое содержание этих форм определялось совершенно новой, возникшей в ходе революции партийно-политической структурой общества.

Исторические условия, сложившиеся в подавляющем большинстве капиталистических стран во второй половине XX в., диктовали во многом иные пути перехода от буржуазной к социалистической политической системе, смены классового характера государственной власти. Они отличались от известных из прошлого опыта значительно большей преемственностью между политическими формами антимонополистической и социалистической демократии, с одной стороны, использованием традиционных бур-

¹ «L'Humanité», 10.V.1979.

² См. «Мангеймский съезд Германской коммунистической партии», с. 296—297.

512 жуазно-демократических институтов и партийно-политической структуры — с другой. Стратегия мирного пути, широких союзов революционного рабочего класса с другими социальными и политическими силами, принятая коммунистами, означала их готовность опираться в борьбе за революционные преобразования на существующую законность в той мере, в какой она выражает демократические традиции и демократические завоевания трудящихся, обладает прогрессивными возможностями.

Понимая необходимость и своевременность выдвижения всех этих положений, стремясь осуществить их на практике, большинство коммунистических партий полностью отдавало себе отчет в том, что они ни в коей мере не могут «отменить» действие объективных закономерностей революционной борьбы, открытых марксизмом-ленинизмом. Какие бы конкретные формы ни принимала революционная власть, по своему классовому содержанию она может быть на этапе решения общедемократических, антимонополистических задач лишь властью блока демократических сил во главе с рабочим классом, а на этапе социалистического преобразования — государственной властью рабочего класса. Какую бы роль ни играли конституционные буржуазно-демократические учреждения в революционном процессе, он может развиваться лишь при условии становления новых демократических органов власти — органов самих масс.

При любых условиях революционная власть должна обладать способностью подавлять — если понадобится, вооруженным путем — сопротивление эксплуататорских классов, внутренней и международной контрреволюции, защищать революционные завоевания. Тем не менее компартиям еще не удалось выработать достаточно конкретные и обоснованные представления о том, как именно эти закономерности революционного процесса проявятся в рамках тех новых путей и форм борьбы, которые они провозгласили в своих документах.

Не вполне ясными оставались вопросы о том, какие политические средства, помимо выборов, деятельности парламента и т. п., применит революция, чтобы обеспечить становление принципиально новой демократии — власти трудящихся, предотвратить использование тех же буржуазно-демократических институтов контрреволюционными силами, иные формы их сопротивления преобразованиям. Опыт революций 70-х годов, особенно чилийской, ярко свидетельствовал о жизненной важности таких вопросов. Их недостаточная ясность, подчас декларативный подход коммунистов создавали почву для возникновения определенных противоречий и колебаний в теоретической и практической деятельности некоторых компартий, а то и для фактической ревизии доказанных жизнью выводов революционного учения, для уступок утопическому реформизму.

513 Своего рода концентрированным выражением подобных тенденций явилась опубликованная в 1976 г. книга тогдашнего Генерального секретаря Компартии Испании С. Каррильо «Еврокоммунизм и государство». Концепция этой книги основана на тезисе об «устарелости» ленинской теории государства. По утверждению Каррильо, современное капиталистическое государство представляет собой «колосс на глиняных ногах»; в недрах капитализма, в его политической и идеологической системе происходят «постепенные изменения, которые начинают объективно разрушать формы этой системы», «бьется и стремится выйти наружу нечто большее, чем зародыш нового, социалистического общества». В этих условиях, по мнению Каррильо, становятся ненужными слом буржуазной государственной машины и замена ее новым государственным аппаратом, который осуществляет политическую власть рабочего класса и его союзников: преобразование буржуазного государства в социалистическое может осуществиться постепенно, в результате кризиса буржуазных аппаратов принуждения и идеологического господства; задача революционных сил в данной области состоит лишь в том, чтобы всемерно содействовать этому процессу.

С. Каррильо ссылался на вполне реальные и действительно важные процессы социально-политической и идеологической дифференциации внутри чиновничества, армии, полиции, духовенства, на возможность привлечения той или иной части этих слоев на сторону революционных сил. Однако, крайне преувеличивая разложение и «ослабление» буржуазного аппарата власти, он тем самым в предельно облегченном, по сути утопическом виде изображал путь от капитализма к социализму, рассматривал сопротивление эксплуататорских классов революции как нечто малосущественное и легкопреодолимое (часть этих классов, по его словам, «сможет тем или иным образом сотрудничать с новой общественной системой, что уменьшит масштабы и возможность насильственного сопротивления некоторых находящихся в меньшинстве групп этих классов»). Соответственно мирный путь революции — это в его изображении путь, основанный только на убеждении, исключающий какое-либо принуждение.

Игнорируя неизбежную связь антимонополистических и социалистических преобразований с обострением классовых противоречий, с преодолением сопротивления реакционных сил, Каррильо выводил из такого представления о революции и «модель» будущего социалистического общества. Эта «модель» исключает государственное руководство обществом со стороны рабочего класса.

В целом автор книги «Еврокоммунизм и государство» по сути дела просто обошел сложные проблемы, связанные с осуществлением мирного пути революции и использования революционными

514 силами буржуазно-демократических правовых и политических институтов, подменил их реалистический научный анализ гиперболизацией и абсолютизацией новых возможностей, открывающихся в современных условиях перед революционными силами. Считая устаревшей задачу овладения революционными силами государственной властью, Каррильо фактически повторил в несколько модернизированном и перефразированном виде социал-демократическую концепцию перехода к социализму в рамках буржуазно-демократической политической организации общества. Поэтому провозглашенная им попытка найти некий «третий путь» между марксизмом-ленинизмом и социал-демократизмом оказалась — а иначе и быть не могло — явно несостоятельной. Несогласие многих испанских коммунистов с линией руководства, основанной на подобного рода концепциях, привело к выходу из партии ряда ее организаций. Впоследствии, в 1984 г., эти организации создали новую Коммунистическую партию (Испания).

Книга С. Каррильо, как и его претензия на формирование некоего нового, «еврокоммунистического» идейно-политического течения, вызвала резкую критику в большинстве коммунистических партий — как в Западной Европе, так и за ее пределами. Тем не менее определенные ее идеи не были каким-то исключительным, изолированным явлением. В документах и прессе некоторых компартий, в выступлениях их руководителей в 70-х годах появились положения, в большей или меньшей степени сходные с взглядами С. Каррильо.

Итак, в 70-х годах характерным было стремление компартий определить особенности социальной и партийно-политической структуры общества на различных стадиях развития социализма, связанные с объективными условиями революционного процесса в их странах. Однако теоретические разработки некоторых компартий оставляли по сути дела открытым вопрос, как подобные особенности, например многопартийность, возможность «чередования большинства у власти» и т. п., будут сочетаться с защитой коренных интересов трудящихся, с обеспечением необратимости революционных преобразований. Построение социализма «в условиях демократии» (по сути дела буржуазной) предполагало ориентацию на исключительно мирный путь таких преобразований, было результатом недооценки мощи и возможностей политической надстройки современного ГМК.

Подчас пересматривался подход к важнейшему теоретическому вопросу — о классовом характере государственной власти при переходе к социализму. Так, XXII съезд Французской компартии провозгласил отказ от определения этой власти как диктатуры пролетариата и выдвинул формулу «власти рабочего класса и других категорий трудящихся, работников физического и умственного труда, города и деревни, т. е. подавляющего большинства на-

515 рода» ¹. На XIII съезде Компартии Японии (1976 г.) также было принято решение об исключении из программных документов КПЯ понятия «диктатура пролетариата». Несмотря на то что выдвинутый руководством Компартии Испании тезис о «еврокоммунистическом» пути к социализму резко критиковался многими коммунистами как реформистский и «идиллический», он был внесен в решения IX съезда КПИ (1978 г.). В тезисах XV съезда Итальянской компартии (1979 г.) было записано положение об особом, «третьем пути к социализму».

Возникновение подобных позиций в некоторых коммунистических партиях объективно было связано, наряду с прочим, с возрастанием новизны, своеобразия условий борьбы за социализм в странах капиталистического мира. Своеобразие такой борьбы в зависимости от специфики региона — уровня развития капитализма, особенностей национальных традиций и политической культуры, конкретной расстановки общественных сил — всегда учитывалось международным коммунистическим движением и находило отражение в принятых им международных документах, как и в документах отдельных партий. Особое значение, которое приобрела оценка такого своеобразия в рассматриваемый период, было обусловлено в значительной степени тем, что впервые после первых послевоенных лет в ряде стран зоны промышленно развитого капитализма возникли условия, открывавшие непосредственную возможность осуществления преобразований, прокладывающих путь к социализму. Поэтому многие вопросы, имевшие прежде чисто теоретическое значение, стали наполняться практическим содержанием.

Немалое значение имело и то, что в 70-х годах в зоне промышленно развитого капитализма все острее стали ощущаться первые социальные последствия ускорения процесса широкого внедрения в производство новейших достижений научно-технической революции, а также ухудшения экономической ситуации в промышленно развитых капиталистических странах.

Необходимость анализа новых условий, поиска соответствующих им стратегических и тактических решений единодушно признавалась всеми коммунистическими партиями. Существенный вклад в ее осознание коммунистами, в разработку новых теоретических и стратегических положений революционного учения вносила Коммунистическая партия Советского Союза. КПСС в числе первых выдвинула и поставила на обсуждение всего мирового коммунистического движения идеи о возросшем значении соотношения сил на мировой арене для освободительной, революционной борьбы в каждой стране, о взаимоотношении мирного сосуществования и классовой борьбы, о значении защиты буржуазно-демократиче-

¹ «Cahiers du communisme», 1976, N 2—3, p. 44.

516 ских свобод и о нераздельности борьбы за демократию и социализм в условиях современного капитализма, о расширении возможностей относительно мирного, без вооруженного восстания и гражданской войны, пути революции. КПСС обосновала важные положения об использовании всех форм борьбы за победу социализма в зависимости от конкретных условий, о важности и необходимости широких союзов всех антимонополистических сил, всех здоровых и жизнеспособных социальных слоев нации во главе с рабочим классом как для повседневной борьбы, так и для достижения конечных целей революционного движения, о единстве действий и в определенных условиях сотрудничестве и союзе с социалистическими, социал-демократическими партиями и другими демократическими организациями в борьбе за мир, социальный прогресс и социализм, о единстве профсоюзного движения, об отсутствии фатальной неизбежности новой мировой войны и значении борьбы за мир для социального прогресса, для успеха классовой борьбы трудящихся масс.

В 70-х годах КПСС продолжала неизменно выступать за творческий подход к вопросам теории и стратегии. Этот подход был выражен в решениях ее съездов. В творческом развитии марксизма-ленинизма активно участвовало большинство компартий.

Как неоднократно указывал В. И. Ленин, общие, всемирно-исторические закономерности социалистической революции всегда проявляются в конкретных, национально-специфических особенностях развития революционной борьбы в каждой стране ¹. Между тем в силу некоторых обстоятельств в компартиях ряда капиталистических стран длительное время уделялось недостаточное внимание проблеме соотношения общего и национально-особенного в путях и формах борьбы за социализм. Некоторые из них удовлетворялись в основном констатацией общих закономерностей либо выдвижением довольно абстрактных формул путей к социализму, оставлявших, как отмечалось выше, в тени наиболее сложные проблемы. В 70-х годах, когда в ряде стран возникла ситуация непосредственной борьбы демократических сил за власть, компартиям этих стран пришлось как бы срочно подтягивать свои теоретические разработки к резко усложнившимся и умножившимся практическим задачам. Эти задачи в значительной мере определялись особенностями внутриполитической ситуации в каждой стране и ее положения на международной арене. Потребность в быстром решении таких задач, их новизна нередко подталкивали руководителей и теоретиков компартий к переоценке национально-специфических аспектов. Это повлекло за собой тенденцию к умалению общих закономерностей революционного перехода к социализму, значения интернационального опыта классовой борьбы,

¹ См., например, В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, с. 77.

517 обобщенного в марксистско-ленинском учении, интернациональной задачи международного коммунистического движения в его борьбе с мировым империализмом.

Немаловажное значение имело здесь и еще одно обстоятельство. В ряде компартий долгое время несколько упрощенно оценивался реальный опыт социалистических преобразований общества в некоторых странах, недостаточно учитывались сложность этого процесса, присущие ему трудности и противоречия. Когда же поступательное развитие социализма все более четко стало выявлять проблемы, возникающие в ходе этого развития, когда процессы и закономерности социалистического строительства стали углубленно анализироваться коммунистическими партиями самих социалистических государств, некоторые коммунисты в странах капитала стали проявлять склонность к противоположной крайности — к нигилистическому восприятию опыта реального социализма, поддались влиянию антисоциалистической, антисоветской пропаганды.

В области теории это выразилось в предпринимавшихся кое-где попытках принизить всеобщее значение ленинизма, в дистанцировании от реального социализма и противопоставлении ему «новых моделей» социалистического общества. Не представляя себе достаточно ясно, какими будут эти «модели», идеологи «еврокоммунизма» проявляли склонность конструировать их негативным способом — на основе противопоставления реальному социализму.

Стремление к поиску новых путей борьбы за демократию и социализм, таким образом, оборачивалось в концепциях, выдвигавшихся некоторыми компартиями, пересмотром идейно-теоретических основ коммунистического движения, его интернационалистских принципов. Некоторые партии наряду с провозглашением «третьего пути» к социализму выступили с тезисом о «новом интернационализме». Смысл его фактически сводился к отрицанию отличающегося от всех других движений классового облика международного коммунистического движения, к уравниванию отношений между коммунистическими партиями и отношений с социал-демократами и другими политическими течениями, способными выступать в роли союзников.

Естественно, что перед лицом нараставшей агрессивности империализма для международного коммунистического движения особую опасность представляла именно тенденция к ослаблению его как интернациональной силы. В этих условиях на передний план выдвинулись вопросы интернационализма. Большинство коммунистических партий как социалистических, так и капиталистических стран подвергли критике попытки ревизии интернационализма, умаления роли реального социализма в мировом развитии и революционном процессе. В то же время, стремясь сплотить коммунистическое движение, они сделали максимум возможного для

518 преодоления разногласий. Что же касается стратегических и тактических концепций, выдвинутых отдельными компартиями, то независимо от степени их ясности, теоретической обоснованности и т. д. как сами эти концепции, так и способы их практического осуществления рассматривались в международном коммунистическом движении как внутреннее дело соответствующих партий, а полная независимость каждой партии в разработке своего политического курса признавалась неотъемлемым компонентом пролетарского интернационализма.

Не соглашаясь с теоретико-идеологическими позициями некоторых компартий, КПСС, другие братские партии исходили из того, что в значительной мере они объяснялись трудностью и новизной проблем революционной борьбы, сложностью и противоречивостью объективной обстановки¹.

Разумеется, помимо подобных объективных предпосылок существовали и субъективные причины указанных позиций и взглядов. Успехи, достигнутые рабочим движением в обстановке поступательного экономического развития (до середины 70-х годов) и мирного сосуществования, питали иллюзии относительно «смягчения» остроты классовой борьбы на внутренней и международной арене, возможности решать национальные задачи борьбы за социальный прогресс в отрыве от других революционных сил и даже противопоставляя им себя. Сказывались также и тактические, пропагандистские соображения, стремление использовать абстрактно-демократическую или националистическую фразеологию для привлечения массовых союзников. Естественно, все это создавало атмосферу, в которой внутри компартий в то или иное время могли действовать отдельные люди, идеологически чуждые революционному и интернационалистскому духу коммунистического движения.

Несмотря на определенное усиление разногласий внутри комдвижения, жизнь не подтвердила утверждений о его «кризисе» и расколе. «Еврокоммунизм» оставался весьма расплывчатым и неопределенным понятием, широко использовавшимся в качестве пропагандистского клише буржуазной прессой, но не выражавшим сколько-нибудь четкой системы идейно-политических позиций. Многие члены и активисты соответствующих партий не соглашались ни с принижением значения ленинизма, ни с отходом от пролетарского интернационализма, ни с реформистскими тенденциями. Все это говорило о том, что «еврокоммунистическая» линия не могла закрепиться. В ряде случаев под влиянием опыта политической борьбы в ранее принятые установки вносились существенные коррективы.

¹ См. Б. Н. Пономарев. Живое и действенное учение марксизма-ленинизма. М., 1981, с. 9.

519 Споры, возникшие в коммунистическом движении, в конечном счете могли решить практика, опыт классовой борьбы. События, развернувшиеся в капиталистических странах и на международной арене во второй половине 70-х годов, настойчиво требовали от коммунистов новых, более четких и обоснованных оценок их текущих и перспективных задач, путей их решения. Активизация империалистической реакции и милитаризма, резкое обострение социально-экономических противоречий, вызванное углублением кризиса капитализма, агрессивная позиция крупного капитала, оказывающего ожесточенное сопротивление социальному прогрессу,— все это развеивало «облегченные», идиллические представления о путях продвижения к социализму, характерные для «еврокоммунистических» концепций. На первый план выдвигалась задача сплочения международного коммунистического движения, всех прогрессивных, демократических, миролюбивых сил перед лицом контрнаступления империализма и монополий, вновь возросшей угрозы мировой термоядерной войны.

Крупный вклад в определение насущных интернациональных задач коммунистов, в укрепление их международного единства внесла Конференция коммунистических и рабочих партий Европы, состоявшаяся в Берлине 29—30 июня 1976 г. В Конференции приняли участие 29 коммунистических и рабочих партий социалистических и капиталистических стран Европейского континента. В ходе деловой, товарищеской дискуссии участники Конференции обсудили актуальные проблемы борьбы за мир, безопасность, сотрудничество и социальный прогресс в Европе. Уже сам факт созыва Конференции, единодушное принятие ее участниками Итогового документа по данному кругу проблем явились ярким подтверждением жизненности интернационалистских связей, опровержением утверждений об «исчезновении» коммунистического движения как силы интернациональной.

На Конференции коммунистические партии Европы выдвинули развернутую программу борьбы за мир, углубление процесса разрядки, разоружение и упрочение безопасности на континенте и во всем мире. Главный упор в этой программе был сделан на дополнение политической разрядки разрядкой военной. Она предусматривала комплекс мер по прекращению гонки вооружений и ликвидации угрозы ядерной войны, выдвинула задачу развертывания массовой борьбы за ликвидацию иностранных военных баз и вывод иностранных войск и вооружений с чужих территорий, за систематическое сокращение военных бюджетов, объявление вне закона, прекращение производства и уничтожение всех видов ядерного оружия и других средств массового уничтожения, ослабление военного противостояния, развитие взаимовыгодного сотрудничества и лучшего взаимопонимания между народами. Положительно оценив итоги Совещания по безопасности и сотрудничест-

520 ву в Европе, проведенного в Хельсинки в 1975 г., европейский форум коммунистов признал необходимым, чтобы «принятые в Хельсинки решения были поддержаны и подкреплены борьбой народных масс за их полное осуществление, за обуздание и оттеснение реакционных сил... пытающихся сорвать курс на разрядку и безопасность народов» ¹.

Конференция подтвердила солидарность коммунистических партий Европы по ряду важнейших политических и идеологических проблем революционного процесса, выявила единство коммунистов по вопросам соотношения борьбы за мир и социальный прогресс. В ее Итоговом документе подчеркивалось, что мирное сосуществование государств с различным социальным строем ни в коем случае не означает «политического и социального статус-кво в той или иной стране», создает «наилучшие условия для развития борьбы рабочего класса и всех демократических сил, для утверждения неотъемлемого права каждого народа свободно выбирать путь своего развития и идти по этому пути, для борьбы против господства монополий, за социализм» ². Столь же единодушно компартии определили свою линию на единство рабочего движения, сотрудничество всех демократических сил: коммунистов, социалистов и социал-демократов, верующих, женских и молодежных движений в борьбе за мир и социальный прогресс. Конференция продемонстрировала солидарность позиций компартий Европы по вопросам борьбы за искоренение фашизма, защиты демократии и национальной независимости, против любых форм колониализма. Она подчеркнула в своем Итоговом документе, что борьба народов, недавно завоевавших свою независимость, против империализма, за установление нового, отвечающего их интересам мирового экономического порядка «имеет большое значение для прогрессивного преобразования мира и является мощной поддержкой борьбы европейских народов за мир, безопасность, сотрудничество и социальный прогресс» ³. Идейно-политическая общность позиций компартий получила также отражение в следующем положении Итогового документа: «Участвующие в конференции коммунистические и рабочие партии вновь подтверждают, что они отвергают любую политику и мировоззрение, означающие по существу подчинение рабочего класса капиталистической системе» ⁴.

В выступлениях отдельных делегаций на Конференции отразились различия в понимании тех или иных политических и идеологических вопросов, возникшие в коммунистическом движении Европы в 70-х годах. Тем не менее определяющим моментом в ра-

¹ «Конференция коммунистических и рабочих партий Европы», с. 22—23.

⁴ Там же, с. 21.

521 боте Конференции были отнюдь не разногласия, а стремление к выработке общей платформы, укреплению интернациональной солидарности коммунистов. С этой точки зрения большое положительное значение имела выраженная в Итоговом документе позиция 29 европейских компартий по вопросу об их взаимоотношениях. Партии — участницы Конференции заявили, что «они будут развивать свое интернационалистское товарищеское добровольное сотрудничество и солидарность на основе великих идей Маркса, Энгельса и Ленина при строгом соблюдении равноправия и суверенной независимости каждой партии, невмешательства во внутренние дела, уважения свободы выбора различных путей в борьбе за прогрессивные общественные преобразования и за социализм. Борьба за социализм в своей стране и ответственность каждой партии перед своими рабочим классом и народом связаны с взаимной солидарностью трудящихся всех стран, всех прогрессивных движений и народов в борьбе за свободу и укрепление независимости, за демократию, социализм и мир во всем мире» ¹. Конференция внесла таким образом новый вклад в развитие и конкретизацию интернационалистических основ коммунистического движения.

Интернациональные связи и сотрудничество коммунистических партий осуществлялись по многим каналам. Наряду с региональными конференциями имели место многочисленные двусторонние встречи представителей компартий социалистических, капиталистических и развивающихся стран, обмены делегациями, тематические коллоквиумы и семинары.

Свой вклад в теоретическую работу, проводимую коммунистами мира, продолжал вносить теоретический и информационный журнал коммунистических и рабочих партий «Проблемы мира и социализма». К 1978 г. в его издании участвовали 57 коммунистических и рабочих партий и свыше 20 партий поддерживали с ним тесные контакты.

Только в 1974—1978 гг. журнал организовал 11 международных научно-теоретических конференций, а также ряд симпозиумов, семинаров, встреч за «круглым столом», создавал исследовательские группы. Свободный обмен мнениями помог обогатить опыт различных коммунистических и рабочих партий, сопоставить различные точки зрения, сформулировать теоретические выводы.

Братские партии создали широкую сеть национальных изданий «Проблем мира и социализма». В 1958 г. их было 22, в 1968 г.— 31, а в 1978 г. уже 57. В 1958 г. журнал распространялся в 80 странах, в 1968 г.— в 100, а в 1978 г. уже в 145 ². В 1983 г. журнал

¹ «Конференция коммунистических и рабочих партий Европы», с. 19, 20.

² См. «Проблемы мира и социализма», 1978, № 9, с. 19.

522 «Проблемы мира и социализма» отметил свое 25-летие. За четверть века его деятельности число партий, непосредственно представленных в журнале, выросло с 20 до 65. Если в 1968 г. он выходил на 19 языках, то в 1983 г. уже на 40 ¹. В истории политической журналистики никакое другое издание не знало подобного размаха. Успехи журнала отразили рост и влияние международного коммунистического движения.

Основная задача журнала — разработка и освещение вопросов марксистско-ленинской теории, главных тем, выдвигаемых развитием мирового революционного процесса, систематическая пропаганда марксистской философии, политической экономии, научного коммунизма. Решение этой задачи неразрывно связано с аргументированной научной критикой буржуазной идеологии, реформистских и псевдореволюционных доктрин, с последовательным разоблачением антикоммунизма и антисоветизма, правого и «левого» оппортунизма.

Само название журнала определило главную тематическую направленность публикуемых в нем материалов: борьба за мир, демократию, национальное освобождение и социальный прогресс. Ведущим направлением на страницах журнала стали выступления в защиту мира и разрядки международной напряженности, против военной опасности. В каждом номере и практически во всех принятых в журнале формах — от статьи до интервью, рецензии, справки — печатаются материалы, помогающие понять социальные корни противоборства сил мира и войны, значение мирных инициатив стран социалистического содружества, неуклонное развитие движения за мир во всем мире и активное участие в нем коммунистов.

В интернациональном издании братских партий широко освещаются вопросы развития реального социализма, общего и специфического в социалистическом строительстве в разных странах, анализируются его достижения и проблемы. Большое внимание уделяется изучению вопросов социалистической экономической интеграции, взаимоотношения политики и экономики, развития государственности и демократии.

Постоянное внимание уделяет журнал деятельности коммунистов, рабочего класса индустриально развитых капиталистических стран. Во многих материалах освещаются новые задачи, вставшие перед компартиями зоны развитого капитализма в 70-х годах, закономерности и особенности классовой борьбы в условиях обострения общего кризиса капитализма, пути и формы революционных преобразований. Авторы статей конкретно раскрывали демократические социально-экономические и политические альтернативы, выдвигавшиеся коммунистами в противовес политике правящих классов, анализировали проблемы создания клас-

¹ См. «Проблемы мира и социализма», 1978, № 9, с. 19.

523 совых союзов революционного рабочего движения с широкими слоями города и деревни на базе антимонополистических, демократических требований, освещали деятельность партий на предприятиях, среди безработных, исследовали новые явления в забастовочном движении.

Одно из ведущих направлений работы журнала — анализ проблем национально-освободительного, антиимпериалистического движения в Азии, Африке и Латинской Америке. Во многих публикациях рассматриваются движущие силы антиимпериалистических революций, обобщается опыт перехода отдельных стран к социализму, минуя капитализм, исследуется воздействие на национально-освободительное движение идей научного социализма. В исследовании этой проблематики участвовали не только коммунистические партии, представленные в журнале, но и многие сотрудничающие с ним революционно-демократические и национально-освободительные движения и организации.

Будучи совместным изданием многочисленных партий, журнал в своих публикациях отражал разнообразный опыт и вытекающие из него подчас разные суждения, несовпадающие точки зрения. Последовательное соблюдение принципов демократизма, интернациональной солидарности позволяло ему выполнять эту задачу, не углубляя, а, напротив, преодолевая расхождения, укрепляя творческое сотрудничество коммунистов.

Вся деятельность журнала показала несостоятельность попыток антикоммунистической пропаганды изобразить его в качестве некоего «директивного центра». Журнал работал и работает как издание братских партий, деятельность которого построена на принципах товарищеского сотрудничества, коллективизма и равноправия.

В целом к началу 80-х годов в коммунистическом движении крепло понимание необходимости сплочения сил перед лицом контрнаступления империалистической реакции и милитаризма. Опыт, приобретенный коммунистами в 70-х годах, пригодился для решения задач, возникших перед компартиями в усложнившейся социально-экономической и политической обстановке.

ИЗМЕНЕНИЕ ОБЪЕКТИВНЫХ УСЛОВИЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ КОМПАРТИЙ В 80-х ГОДАХ​

Объективные условия деятельности рабочего и коммунистического движения в 70-х годах были проанализированы ранее, в VI томе настоящего издания. Однако на рубеже 80-х годов эти условия вновь изменились. Процесс изменений затронул все сферы жизни буржуазного общества — от экономики до идеологии.

К началу 80-х годов стал давать сбои механизм капиталистического накопления, основанный на неэквивалентном обмене с

524 развивающимися странами, массовом стандартизированном производстве и широком применении кейнсианских методов государственно-монополистического регулирования. Это нашло выражение в значительном снижении темпов экономического развития, учащении циклических кризисов, росте инфляции и безработицы, упадке ряда важных отраслей народного хозяйства. Созданная в предыдущие десятилетия система государственно-монополистического регулирования оказалась не только не в состоянии совладать с кризисными процессами, но и сама превратилась в дополнительный источник экономических трудностей. Поиски выхода серьезно осложнились возникновением ряда глобальных проблем—сырьевой, энергетической, экологической и т. д.

Обострение кризисного развития резко сузило возможности проведения политики социального маневрирования, взятой на вооружение господствующим классом в послевоенный период. Суть ее состояла в поисках «согласия» с трудящимися массами на основе регулируемого сверху роста личных доходов и потребления, расширения систем социального обеспечения и обслуживания, широкого вмешательства государства в экономику в целях поддержания совокупного спроса. К началу 80-х годов она изжила себя. В докладе Правления ГКП VI Пленуму ЦК подчеркивалось: «Рабочий класс Федеративной республики сталкивается с новыми условиями борьбы. Прежде, вплоть до 70-х годов, господствующий класс мог, так сказать, «черпать из полной чаши», располагал значительной свободой маневра в плане социальных уступок. И средства традиционной профсоюзной тарифной политики были достаточны, чтобы добиться немалых улучшений без борьбы, путем переговоров. Такое положение ушло в прошлое. Теперь даже защита уже достигнутых социальных завоеваний возможна лишь путем упорного классового противоборства» ¹.

В новой обстановке господствующий класс, отстаивая свои интересы, сосредоточил усилия на двух направлениях. Во-первых, добиваясь более благоприятных условий для воспроизводства капитала, он форсирует его дальнейшую концентрацию, приобретающую все более очевидный интернациональный характер, наращивает экономический нажим на развивающиеся страны, лихорадочно обновляет базу производства путем широкого внедрения новейшей техники и технологии, в первую очередь микроэлектроники и робототехники. Во-вторых, стремится возложить всю тяжесть кризиса и перестройки экономики на плечи трудящихся, осуществляя широкое наступление на их права и завоевания предшествующего периода.

Первыми жертвами этой политики господствующего класса стали наименее защищенные слои населения: женщины, молодежь,

¹ «Проблемы мира и социализма», 1983, № 1, с. 62.

525 представители этнических меньшинств, рабочие-иммигранты, лица с низкой квалификацией, пожилые, больные, инвалиды. В начале 80-х годов 40% безработных в Западной Европе составляли люди моложе 25 лет ¹. Широко распространилась безработица среди женщин. Крайне неустойчивым стало положение рабочих-иммигрантов, составляющих от 6 до 28% работающих по найму в западноевропейских странах ². За счет этих категорий прежде всего пополняются другие социальные ущемленные слои населения — занятые в так называемой подпольной экономике *, временные рабочие, имеющие неполный рабочий день.

«Технологическая революция» 80-х годов быстро увеличивает слой вытесняемых из производства «маргиналов», превращая их в особую социальную группу со своими специфическими интересами. В нее входят безработные и иммигранты, старики и недоучившаяся молодежь и т. д. Для социального облика «маргиналов» характерны слабые связи с общественным производством (или их отсутствие), плохие жилищные условия, бедность, сильная зависимость от системы социального обеспечения и различных форм благотворительности. Численность «маргиналов» достаточно велика, и она быстро растет.

Маргинализация значительной части населения создает серьезные проблемы для организованного рабочего движения. «Массовое выталкивание трудоспособного населения из производственного процесса и превращение существования без работы в образ жизни значительной части общества равнозначны расколу трудящихся на две части: включенных и не включенных в производство. Невольная конкуренция между ними ведет к ослаблению позиций и тех и других в противостоянии классу капиталистов» ³.

Перестройка технической и технологической базы производства меняет профессиональную и квалификационную структуру рабочего класса, увеличивает различия между его компонентами. Усложнение структуры рабочего класса, его внутренняя дифференциация создают объективную основу для дискриминации тех отрядов трудящихся, которым труднее защищаться от произвола предпринимателей. На их долю остается малоквалифицированная, низкооплачиваемая работа. Предприниматели используют внутриклассовые различия для подрыва пролетарского единства, натравливая одни отряды рабочих на другие. «На крупных предприя-

¹ «US. News and World Report», 24.VIII.1981, p. 31.

³ «Технологические сдвиги, наемный труд и рабочее движение развитых капиталистических стран», с. 25.

526 тиях квалифицированным швейцарским трудящимся, наиболее организованной и боеспособной части рабочего класса страны, предприниматели противопоставляют огромную массу «временных» иностранных рабочих. Используя большие различия в заработной плате «своих» и иностранных трудящихся, крупный капитал стремится создать барьер на пути к единству их действий.

Такая политика создает огромные сложности для партии, ее деятельности, расширения влияния, пополнения партийных рядов» ¹, — констатировал член Политбюро Швейцарской партии труда Б. Дэген.

Перестройка структуры экономики, перевод предприятий в развивающиеся страны с большими резервами дешевой рабочей силы бьют и по ядру рабочего класса — фабрично-заводскому пролетариату. Под ударом оказались рабочие старых, испытывающих депрессию отраслей (угледобыча, металлургия, судостроение, некоторые отрасли машиностроения, железнодорожный транспорт, текстильная промышленность и т. д.) — традиционная опора профсоюзов и пролетарских партий.

На фоне «маргиналов», малоквалифицированных отрядов пролетариата, работников кризисных отраслей относительно благополучным кажется положение квалифицированных рабочих современных профессий, некоторых категорий служащих, низших и средних администраторов, инженерно-технического персонала, тех, кто занят в военной промышленности и других «процветающих» отраслях. В условиях плохой экономической конъюнктуры многие из них особенно дорожат своим положением, что создает питательную почву для корпоративных и консервативных тенденций. Господствующий класс использует эти тенденции для укрепления своей власти. Империализм, писал В. И. Ленин, «имеет тенденцию и среди рабочих выделить привилегированные разряды и отколоть их от широкой массы пролетариата», он «нарочно расслаивает рабочих» для того, чтобы «отслоившуюся», обособившуюся часть рабочего класса «сплотить с буржуазией» ².

Кризисные процессы способны усиливать несовпадение узкогрупповых интересов и конкуренцию между различными слоями трудящегося населения — явление, исследованное еще К. Марксом. В резолюции XXIV съезда ФКП подчеркивается: «Кризис носит всеобщий, но неравномерный характер. Повсюду он насаждает одновременно и разобщенность, и солидарность. Основное противоречие между трудящимися и крупным капиталом, многими воспринимаемое как нечто далекое и абстрактное, затушевывается в условиях кризиса многочисленными конфликтами, по существу

¹ «Рабочий класс и его революционный авангард». Статьи, интервью, обмен мнениями, комментарии, информация о новом опыте. Прага, 1983, с. 147.

² В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 27, с. 404; т. 35, с. 276.

527 фиктивными, но хорошо осязаемыми и каждодневными: между теми, кто вынужден регулярно отмечаться на бирже труда, и теми, у кого есть работа; между теми, кому приходится зарабатывать на жизнь, временно замещая других или перебиваясь случайными заработками, и теми, у кого постоянное место с соответствующими гарантиями; между неквалифицированными рабочими и инженерами, техниками и служащими; между теми, кому открыт доступ к культуре и образованию, и теми, у кого его нет; между населением различных регионов, между иммигрантами и французами, между молодежью и взрослыми, между женщинами и мужчинами¹.

Новая фаза социально-экономического развития капитализма оказывает противоречивое воздействие на сознание трудящихся масс. Крутой перелом в жизни общества, переход господствующего класса в наступление застал многих врасплох, вызвал растерянность, чувство утраты перспективы, апатию и страх перед будущим. Борьба с повседневными трудностями, писал член ЦК ФКП Д. Блэтраш, «поглощает силы миллионов мужчин и женщин, пытающихся удовлетворить свои самые насущные нужды. Кризис заставляет миллионы других жить на пособия, сужая горизонты надежд, вызывая разочарование, отказ от действий, замкнутость, уход в мир иллюзий» ².

В наиболее острой и деструктивной форме эти процессы происходят среди молодежи. В ее среде развиваются, с одной стороны, общественная и политическая пассивность, а с другой — бурные, отчаянно-бунтарские формы протеста, нередко переходящие в анархический экстремизм и асоциальное поведение.

Страх перед завтрашним днем вызывает своего рода защитный рефлекс, ориентацию на «статус-кво»: «Лучше сохранить все как есть, чтобы не стало еще хуже».

Однако по мере того, как массы осваиваются в новой ситуации, идет процесс поляризации общественного сознания: если в одних слоях кризис и наступление капитала вызвали боязнь перемен, желание законсервировать существующие порядки, то в других они стимулировали рост социальной требовательности, стремление к демократическим преобразованиям.

Господствующий класс старательно культивирует консервативные тенденции массового сознания. Буржуазные средства массовой информации развернули широкую кампанию по «деполитизации» масс, ставящую своей целью переключить интересы трудящихся из области «большой политики» в сферу частных интересов, повседневных забот, узкогрупповых и корпоративных проблем. В этом отношении особую активность проявляют неокон-

¹ «XXIV съезд Французской коммунистической партии. Сент-Уэн, 3—7 февраля 1982 года». М., 1982, с. 141.

² «Проблемы мира и социализма», 1982, № 8, с. 27—28.

528 серваторы, критикующие «вездесущее» государство, «дорогие» социальные программы, «неумеренные» требования профсоюзов и делающие упор на «частных» интересах, личной жизни, семье и т. п. Апеллируя к собственническим инстинктам, они предпринимают активные попытки оживить традиционные буржуазные ценности путем возвеличивания идеалов «экономии» и «бережливости», апологии мелкой собственности. В Англии тори выдвинули лозунг «демократии собственников», предусматривающий систему мер, начиная от продажи жильцам муниципальных квартир на льготных условиях и кончая передачей в частные руки предприятий государственного сектора, кредит налоговыми и иными льготами лицам, желающим завести собственное дело. В бытность президентом В. Жискар д'Эстен призывал «сделать французов собственниками Франции».

Усиливается активность открытых апологетов социального неравенства, иерархической модели организации общества. «В разных странах все более настойчиво прокламируются выдаваемые за нечто новое традиционные по сути атрибуты и «ценности» капитализма: социальное неравенство — как «движущая сила» развития (Великобритания), элитаризм — как принцип и одна из основ организации общества (Франция), консерватизм политических и гражданских институтов — как условие социальной стабильности (ФРГ, США) и т. д.»¹, — констатировал Председатель Компартии Люксембурга Р. Урбани.

Опасным оружием в руках господствующего класса стал буржуазный национализм. В условиях ожесточенной конкуренции за рабочие места оживают шовинистические предрассудки. Играя на них, реакция науськивает друг на друга трудящихся разных национальностей. Подводя итоги международного теоретического симпозиума, журнал «Проблемы мира и социализма» писал: «Одним из определяющих факторов государственной политики и социальной практики в современном капиталистическом мире стал национализм. Несомненна его роль в создании специфической общественной атмосферы, заметно влияющей на формирование сознания и идеологии рабочего класса. Но в поисках средств борьбы с национализмом — одним из наиболее многосложных по генезису и формам общественных явлений — компартии ощущают недостаток в теоретическом и политическом инструментарии. Они используют порой определения, стратегические и тактические концепции прагматического свойства, которые на поверку оказываются теоретически несостоятельными. Отчасти это результат недостаточного внимания со стороны коммунистического движения к национальному вопросу в странах развитого капитализма»².

В качестве испытанного средства идеологической обработки

¹ «Проблемы мира и социализма», 1980, № 1, с. 24.

² «Проблемы мира и социализма», 1980, № 3, с. 75.

529 масс широко используется антикоммунизм. Как и раньше, ядром антикоммунизма является антисоветизм. Действуя заодно, они усиливают друг друга. «Антисоветизм в таких странах, как наша, имеет поистине всеобщий характер, распространен во всех сферах деятельности общества, сопровождает людей на протяжении всей их жизни, едва ли не от момента рождения до момента смерти. Это обстоятельство составляет, конечно, немалую силу антикоммунистической идеологии, ведь возникновение любого нового антисоветского утверждения в подобной ситуации воспринимается многими как нечто само собой разумеющееся, вполне привычное, не требующее специальных пояснений и доказательств» ¹,— писал член ЦК Компартии Дании Б. Грен.

Хотя основными носителями консервативной тенденции массового сознания являются средние слои и тяготеющие к ним социальные группы ², она прокладывает себе дорогу и в рабочей среде, особенно среди имеющих какие-то формы собственности ³. Подчеркивая противоречивый характер процессов, происходящих в сознании западногерманского пролетариата, Председатель Германской компартии Г. Мис писал: «Среди рабочих наблюдаются признаки как растущей боевой готовности, так и отчаяния. Заметна тенденция к усилению антикапиталистической критики, но видны и негативные результаты массированной пропаганды, имеющей целью направить растущее недовольство на неверный путь с помощью раздувания антисоветизма и антикоммунизма, национализма и вражды к иностранцам» ⁴.

Широкая пропагандистская кампания, развязанная буржуазией, требует действенного ответа со стороны коммунистических партий. Ведя эту борьбу, коммунисты опираются на реальные тенденции в сознании масс. Различные, в том числе и противоположные, реакции на последствия кризиса коренятся в неодинаковом опыте массовых групп, разнородности и психологического и интеллектуального облика, отличиях в идейно-политических ориентациях рабочего движения разных стран. Глубокое воздействие на сознание широких слоев трудящихся оказал процесс возвышения потребностей, резко усилившийся в последние десятилетия под влиянием научно-технической революции, завоеваний рабочего движения, достижений социализма ⁵. Он выражается в стремле-

¹ «Проблемы мира и социализма», 1980, № 10, с. 58—59.

⁵ Подробнее см.: Г. Г. Дилигенский. Массовое сознание и проблемы революционных преобразований в странах развитого капитализма.— «Рабочий класс и современный мир», 1981, № 3, с. 76—86.

530 нии к повышению достоинства трудящихся, к более содержательной, осмысленной трудовой деятельности и образу жизни, к обеспечению общественных гарантий материального и социального положения. Новые потребности, повышение уровня образования, расширение кругозора увеличивают требовательность масс, их уровень запросов и ожиданий. В условиях кризиса эта тенденция выражается в отказе примириться с общим ухудшением условий жизни, в стремлении к решительной борьбе с произволом господствующего класса.

Первая половина 80-х годов ознаменовалась мощными выступлениями ряда отрядов рабочего класса против монополистической политики свертывания производства, массовых увольнений, снижения жизненного уровня трудящихся. Героическая многомесячная борьба английских шахтеров, забастовки западногерманских металлистов, французских металлургов и автомобилестроителей, общенациональная борьба итальянских трудящихся против антирабочих законопроектов правительства — все эти и многие другие события демонстрируют громадный боевой потенциал рабочего класса, его волю противостоять наступлению капитала.

В то же время нельзя не видеть, что рабочий класс капиталистических стран еще далеко не полностью использует имеющиеся возможности борьбы за демократический выход из кризиса, состоящий в коренных социальных и политических преобразованиях, открывающих путь к социалистическому переустройству общества. Во многом этому мешают неосознанность массами таких возможностей, склонность какой-то их части к защите лишь ближайших индивидуальных или узкогрупповых, корпоративных материальных интересов, распространенность в их среде настроений неуверенности и фатализма, влияние буржуазной идеологии и пропаганды, внушающей трудящимся идею о необходимости «жертв», классового примирения в условиях кризиса.

Растущее стремление масс к переменам сочетается у значительной их части с неприятием идеи крутой ломки существующего строя. Здесь сказывается не только укоренившееся в широких слоях трудящихся влияние буржуазной и реформистской идеологии.

Повышение жизненного уровня рабочего класса и других массовых слоев, рост образования и культуры увеличивают их интерес и требования к конкретным последствиям возможных революционных преобразований, к способности обеспечить улучшение социально-экономического положения, подлинную демократизацию общества. С одной стороны, это создает предпосылки для более осознанного участия в революционном движении. С другой — для развития антикапиталистического сознания масс все более необходима уверенность в обоснованности, «реализме» революци-

531 онных программ, которой порой недостает. Представитель Компартии Бельгии в журнале «Проблемы мира и социализма» констатировал: «Приходится, однако, с сожалением признать, что еще не все, разочаровавшиеся в капитализме, готовы избрать в качестве его альтернативы социализм. Это объясняется, в частности, тем, что коммунисты пока не сумели дать исчерпывающий и убедительный ответ на некоторые проблемы, возникшие под воздействием кризиса, который охватил все сферы общественной жизни» ¹.

Следует также учитывать, что сближение пролетариата с другими массовыми слоями ведет не только к принятию последними многих черт пролетарского сознания, но и к более широкому проникновению в пролетарскую среду буржуазных в основе своей ценностей и идеалов. В результате для основной массы трудящихся становится характерным стремление сочетать прогрессивные преобразования с преемственностью, с сохранением ряда привычных институтов и норм общественной жизни. В той или иной мере такого рода взгляды разделяет и значительная часть сторонников и членов компартий, прежде всего наиболее массовых.

На рубеже 70—80-х годов политическое сознание масс находилось в своеобразном «поисковом состоянии». Резко упало доверие к основным общественным институтам, олицетворяющим политическую власть, — правительству, госаппарату, партиям и т. д., усилилось чувство отчуждения от буржуазной политической системы, уменьшилась вера в способность капиталистической экономики удовлетворять потребности трудящихся. «Развивались скептицизм и недоверие, — писали американские ученые Дж. Катона и Б. Стрампел, — а вера в экономический рост и прогресс была поколеблена» ².

Процесс отчуждения от общества наиболее сильно затронул молодежь. По данным репрезентативного опроса, в 1979 г. в ФРГ примерно из 5,4 млн. молодых людей в возрасте от 17 до 23 лет 700 тыс. ощущали себя «порвавшими с обществом». Еще 2 млн. были недовольны существующей общественной и государственной системой ³.

Усложнение структуры сознания масс, углубление его внутренней противоречивости предъявило новые требования к идеологической и политической работе коммунистов. Обстановка кризиса увеличила потенциал массового социально-политического протеста, расширила социально-психологические предпосылки движения за глубокие общественные преобразования, за демокра-

¹ «Проблемы мира и социализма», 1980, № 9, с. 45.

³ «Frankfurter Rundschau», 2.XI.1981.

532 тию и социализм. Однако реализация этих предпосылок требует всестороннего учета нынешнего интеллектуального уровня масс, их возросших потребностей и запросов, которые отражаются на их отношении к политике. Перед компартиями встала чрезвычайно трудная и ответственная задача разработки обоснованной рабочей и демократической альтернативы «антикризисному» курсу монополий. Решая эту задачу применительно к условиям каждой страны, компартии в то же время отдают себе отчет в том, насколько жизненно необходима согласованная линия международного рабочего движения в борьбе с наступлением капитала, в защиту занятости и жизненного уровня. Так, в июне 1985 г. представители 18 коммунистических и рабочих партий Западной Европы провели специальную встречу в Париже с целью обсудить задачи, встающие перед левыми силами в связи с экономическим кризисом.

К началу десятилетия стало очевидно, что попытки правящих кругов выйти из кризиса с помощью политики, частично согласованной с организациями рабочего класса, потерпели провал. Распались созданные с этой целью широкие социально-политические коалиции в Италии, Испании, Бельгии, Люксембурге. Различные общественные силы оказались перед выбором: каким образом, за чей счет должна осуществляться перестройка социально-экономических структур.

Внутри господствующего класса активизировались наиболее консервативные силы, стремившиеся сдвинуть вправо ось политической жизни, развернуть фронтальное наступление на социально-экономические завоевания трудящихся. Используя тяжелую ситуацию на рынке труда, капитал стремился навязать свои условия продажи рабочей силы. Играя на противоречиях между различными слоями населения, опираясь на консервативную тенденцию массового сознания, реакционные круги развернули широкую кампанию по обработке общественного мнения, целью которой было доказать, что рабочие и служащие живут «не по средствам», что «слишком высокие» заработки и пособия подрывают экономику и единственным выходом из кризиса является снижение жизненного уровня масс.

В ряде стран правоконсервативные силы, используя недовольство и растерянность масс, их разочарование в реформистской политике и государственно-монополистическом регулировании, оказавшихся несостоятельными перед лицом кризиса, смогли овладеть государственной властью. В 1980 и 1984 гг. на президентских выборах в США победу одержал представитель правого крыла Республиканской партии Р. Рейган. В 1984 г. в Канаде на смену либералам к власти пришла Прогрессивно-консервативная партия. В ряде стран Центральной и Северной Европы (Великобритания, ФРГ, Бельгия, Люксембург, Норвегия, Дания и т. д.) на парламентских выборах победили правые, консервативные силы, вос-

533 пользовавшиеся недовольством масс политикой правительств, в которых «первую скрипку» играли социал-демократы.

Приход к власти консерваторов не является обычной «сменой караула», время от времени происходящей в буржуазном обществе. На авансцену политической жизни вышли силы, выражающие интересы наиболее агрессивных кругов буржуазии. Экономическая политика консерваторов направлена на обуздание инфляции путем сокращения правительственных расходов, свертывания регулирующей деятельности государства, снижения налогов с капитала, что по замыслу их сторонников должно стимулировать инвестиции и рост производства. Например, в Англии правительство тори значительно сократило налоги на крупные доходы и прибыли компаний, начало распродажу в частные руки национализированных предприятий (аэрокосмическая промышленность, «Бритиш петролеум», нефтяная компания «Брит Ойл»), предоставило свободу вывоза капиталов.

Важнейшими элементами экономической политики консерваторов являются замораживание заработной платы, сокращение ассигнований на развитие социальной инфраструктуры (образование, здравоохранение и т. п.), свертывание государственных программ, направленных на поддержание занятости, демонтаж системы социального обеспечения. Стремясь изменить распределение национального дохода в пользу господствующего класса, они развертывают наступление по всему фронту. Например, если до начала 80-х годов правящие круги Бельгии проводили политику, направленную на постепенный подрыв социально-экономических завоеваний трудящихся, то в дальнейшем, по словам Председателя КПБ Л. Ван Гейта, «эта политика переросла во всеохватывающую стратегию социального регресса» ¹. Получив «специальные полномочия», т. е. право принимать решения без обсуждения в парламенте, правительство правых партий повело широкое наступление на жизненный уровень масс. Был ограничен рост заработной платы, отменена индексация (привязка эволюции зарплаты к стоимости жизни), снижены размеры семейных пособий и пособий по безработице, ограничен срок получения пособий по безработице. Аналогичные меры принимают и другие консервативные правительства.

Социально-экономическая политика консерваторов бьет прежде всего по наиболее обездоленным слоям населения. В то же время ее характеризует откровенно антирабочая направленность. Стремясь подавить сопротивление трудящихся, консерваторы всячески урезают права профсоюзов. В Бельгии приостановлено право обязательного пересмотра коллективных договоров по истечении срока действия. В Англии правительство тори приняло антипроф-

¹ «Проблемы мира и социализма», 1981, № 10, с. 33.

534 союзные законы, призванные ослабить рабочее движение, не допустить массовых выступлений трудящихся. Эти законы разрешают работодателям выборочно увольнять бастующих, взыскивать с профсоюзов через суд все понесенные убытки, если забастовка выходит за строго определенные рамки, запрещают стачки солидарности, ограничивают пикетирование предприятий ¹. В случае сопротивления профсоюзов драконовским мерам властей на них обрушивают всю мощь буржуазного государства.

Преклонение перед силой вообще характерно для консерваторов. Предоставив свободу рук монополиям, они одновременно усиливают полицейский контроль над обществом, укрепляют репрессивный аппарат. Так, западногерманское правительство планирует осуществление ряда антидемократических мер: ограничение права на демонстрации, ужесточение законов об иностранцах и политики «запрета на профессии». В Англии приняты дискриминационные законы, направленные против «цветных» иммигрантов. Путем постепенного выхолащивания буржуазно-демократических институтов консерваторы стремятся ограничить не только экономические, но и политические права трудящихся.

За практической деятельностью консерваторов стоит определенное видение мира, философия истории, пронизанные презрением и враждебностью к «низам». Характеризуя линию консервативного правительства, английский экономист-марксист С. Ааронович писал, что «тэтчеризм» — это не просто политика, это система взглядов, основанная на убеждении, что реформы, завоеванные рабочим и демократическим движением, разрушают британскую экономику и британское общество ².

Подхваченные консервативной волной, оживились крайне правые группы и организации. В Англии активную пропаганду своих идей ведут расисты и неофашисты группировки «Национальный фронт». На рубеже 80-х годов в ФРГ, по данным министерства внутренних дел, действовали 75 неофашистских организаций. Неонацистские идеи распространяли 34 издательства ³.

В условиях обострения политической борьбы правые экстремисты выступают с открытым забралом, все чаще прибегая к насилию. Например, в ФРГ в 1980 г. было официально зарегистрировано более 1,5 тыс. выступлений неофашистов (в 1978 г.— 922), 104 из них — «с применением силы» (в 1978 г.— 52) ⁴. В начале 80-х годов угроза правого переворота нависла над Испанией.

¹ Подробнее см.: Н. М. Степанова. Наступление правительства М. Тэтчер на рабочее движение в Великобритании.— «Рабочий класс и современный мир», 1983, № 3, с. 90—100.

⁴ См. «Проблемы мира и социализма», 1981, № 8, с. 93.

535 Не гнушаясь открытым террором, крайне правые силы одновременно стремятся приобрести респектабельность, занять положение в системе власти. Они выступают на выборах, и порой им сопутствует удача. Например, на досрочных парламентских выборах в Италии в 1983 г. число голосов, поданных за неофашистскую партию Итальянское социальное движение — национальные правые силы, увеличилось в 1,5 раза. Во Франции в мае 1984 г. на выборах в Европейский парламент неофашистский «Национальный фронт» собрал 11% голосов. Ультраправые консолидируются на международной арене, создавая новые неофашистские организации, такие, как, например, «Евродестра» («Правые силы Европы»).

В качестве альтернативы правоконсервативному курсу в некоторых странах Юго-Западной Европы (Франция, Греция, Испания), где к власти пришли социалистические партии, наметился реформистский вариант выхода из кризиса. Так, в течение первого года «левого эксперимента» во Франции (1981—1982 гг.) правительство, в котором подавляющее большинство принадлежало социалистам и в которое вошли четыре министра-коммуниста, осуществляло курс на проведение прогрессивных преобразований.

Курс на демократические реформы проводило и правительство Всегреческого социалистического движения (ПАСОК), пришедшее к власти после выборов в октябре 1981 г. Были отменены реакционные законы, принятые еще в период гражданской войны. Трудящиеся добились некоторых завоеваний, главным образом в области профсоюзных и политических свобод. В январе 1983 г. греческое правительство объявило о разработке мер по борьбе с безработицей и улучшению условий труда, таких, как создание 70 тыс. рабочих мест в государственном и частном секторах экономики, введение более строгих ограничений на массовые увольнения. Кроме того, в промышленности вводится пятидневная рабочая неделя, на предприятиях создаются заводские советы из представителей рабочих и служащих, которые призваны совместно с администрацией решать вопросы, касающиеся условий труда, зарплаты, распределения отпусков. Параллельно образуются специальные заводские комитеты по контролю за соблюдением техники безопасности, вводятся должности инженеров по технике безопасности и заводских врачей. В государственных компаниях представителей трудящихся включают в состав административных советов. Намечены меры по улучшению системы социального обеспечения¹.

Смещение влево сил политической жизни, происшедшее в начале 80-х годов в ряде стран Южной и Юго-Западной Европы, проведение в некоторых из них реформ в интересах трудящихся имели важное значение не только для этих стран, но и для рабочего

¹ См. «Правда», 25 января 1983 г.

536 движения, прогрессивных сил всего капиталистического мира. Они показали, что нарастание «консервативной волны» отнюдь не является фатальным следствием экономического кризиса.

Вместе с тем дальнейший ход событий показал, что ограниченный реформистский курс, не сопряженный с решительной и последовательной борьбой против национального и международного монополистического капитала, не в состоянии ослабить его сопротивление прогрессивным преобразованиям. Во Франции это сопротивление осуществлялось в форме экономического саботажа, бегства капиталов за границу, различных валютных махинаций и т. д. Оно сопровождалось ожесточенной пропагандистской кампанией, развязанной правыми против правительства. Уже на второй год своей деятельности правительство стало уступать давлению сил, занимающих господствующие позиции в мировой капиталистической экономике и блокировавшихся с французской крупной буржуазией, прежде всего американских монополистических кругов. В руководстве социалистической партии возобладало мнение о невозможности развивать курс на социальные реформы в неблагоприятной мировой экономической конъюнктуре и без поддержки правительств других западноевропейских стран, проводящих противоположную политику. В 1983 г. фактически был осуществлен пересмотр целей правительства. В социально-экономической области был взят курс на «суровую экономию», во многом близкий к политике ряда консервативных партнеров Франции по ЕЭС. Во внешней политике страны заметно усилились пронатовские тенденции, что сразу же нашло свое выражение в более активной поддержке линии американской администрации на ракетное «довооружение» Западной Европы и участии в антисоветских акциях. Этот поворот был закреплен в 1984 г. реорганизацией кабинета министров. Провозглашенная им политика настолько расходилась с первоначальными целями, что ФКП оказалась перед необходимостью отказаться от участия в правительстве. Таким образом, в целом попытка французских социалистов «разорвать с капитализмом», не выходя — экономически и политически — из рамок капиталистической системы, оказалась неудачной. Ее результатом стало ослабление поддержки правительства со стороны масс и активизация сил реакции.

Анализируя опыт своего участия в Союзе левых сил и в правительстве, Французская компартия пришла к выводу, что «предпочтение не должно отдаваться соглашениям между политическими партиями» ¹. На сентябрьском Пленуме ЦК ФКП 1984 г. была выдвинута идея новой формы демократического союза, опирающегося на движение самих масс, — «новое объединение большинства народа». На своем XXV съезде, проходившем в феврале 1985 г.,

¹ «L'Humanité», 20.IX.1985.

537 французские коммунисты конкретизировали это положение, поставив перед собой задачу создать объединение масс в масштабах, выходящих за рамки политического левого большинства, существовавшего в 70-х годах. Вместе с тем ФКП готова и к заключению соглашений с другими политическими организациями, если таковое окажется возможным. ФКП подтвердила, что она «остается твердым сторонником Союза левых сил» ¹.

Пример Франции — страны, где к началу 80-х годов сложилась расстановка политических сил, благоприятная для рабочего движения, — показал, сколь большую опасность для рабочего класса капиталистических стран, перспектив его борьбы за социальный прогресс представляет происходящая в мировых масштабах консолидация международной реакции, ее наступление на завоевания трудящихся, на позиции прогрессивных сил.

Еще большую угрозу коренным жизненным интересам народных масс создают проявления и последствия этого процесса в сфере международных отношений.

Агрессивные милитаристские тенденции в политике империализма, усилившиеся во второй половине 70-х годов, на рубеже нового десятилетия превратились в ее определяющую характеристику. Вновь подтвердилось ленинское предвидение: «Международный империализм мобилизует все свои силы против нас...» ² Знаменосцем «крестового похода» против социализма выступили те же консервативные силы, которые развернули широкое наступление на права трудящихся.

Ухудшение международных отношений на рубеже 70—80-х годов, опасное обострение ситуации в различных районах земного шара, переход ведущих держав НАТО, и прежде всего США, к курсу на конфронтацию с социалистическим содружеством были вызваны целым комплексом причин. За агрессивностью современного империализма стоит растущее экономическое и политическое влияние военно-промышленного комплекса, зловещего союза военщины и крупнейших монополий. К нему примкнули те группировки господствующего класса, которые ищут выхода из кризиса на путях милитаризации экономики.

Курс на конфронтацию продиктован и внутриполитическими соображениями. Нагнетая международную напряженность, правящие круги капиталистических стран урезают социально-экономические и политические права трудящихся под предлогом необходимости «национального сплочения» перед лицом «угрозы извне».

За отказом от политики разрядки, ставкой на «силовые методы» борьбы кроется также неудовлетворенность влиятельных сил капиталистического мира политическими итогами прошедше-

¹ «L'Humanité», 7.II.1985; 10.II.1985.

² В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 35, с. 86.

538 го десятилетия. Анализируя истоки внешнеполитического курса Рейгана, журнал «Проблемы мира и социализма» писал: «Речь идет о стремлении империализма взять реванш за поражения, понесенные им в предшествовавшие годы, попытаться помешать дальнейшему продвижению дела национального освобождения, демократии и социализма» ¹. Страх перед меняющимся соотношением сил в мире, стремление остановить процесс революционных преобразований побуждают стратегов империализма рассматривать военную мощь как основу внешней политики, решающий «аргумент» в историческом споре капитализма с социализмом. С этой целью они вознамерились сломать военно-стратегическое равновесие, сложившееся в 70-х годах, развернули бешеную гонку вооружений.

Стратеги империализма решили провести «пробу сил» в освободившихся странах, избрав их в качестве полигона для отработки своей политики. В выборе места действия немалую роль сыграли и экономические соображения, желание потуже привязать эти страны к колеснице империализма. Стремясь переломить в свою пользу основные тенденции общественного развития, империалистические державы — прямо или через своих подручных — все чаще используют грубую силу. Вооруженный англо-аргентинский конфликт из-за Мальвинских (Фолклендских) островов, вторжение в Ливан, военная помощь США реакционным режимам в Центральной Америке и открытые угрозы свергнуть революционный режим в Никарагуа, оккупация Гренады — свидетельства растущей агрессивности современного империализма. В разработке и осуществлении нового внешнеполитического курса особую активность проявляют консервативные правительства.

Поворот от политики разрядки к конфронтации требовал основательной идейно-психологической подготовки. Опираясь на определенные тенденции массового сознания, милитаристская пропаганда внушает людям страх перед революционными преобразованиями. «Международное развитие вызывает у большинства населения Федеративной республики глубокую озабоченность. Многие чувствуют, что такие драматические события, как уход с политической сцены деятелей типа Реза Пехлеви, Тхиеу, Хайле Селассие или Сомосы, — не случайность, а проявление неотвратимого исторического процесса. Однако только немногие понимают действительные закономерности, ведущие к росту возмущения угнетенных масс в обширных районах мира. И в этом немалую роль играет империалистическая пропаганда, которая старательно внушает населению, что не угодные ей процессы направлены против интересов масс, что коммунистические и другие революционные «возмутители спокойствия» угрожают их «благосостоя-

¹ «Проблемы мира и социализма», 1982, № 2, с. 3.

539 нию» и «безопасности»», — отмечал Председатель Германской компартии Г. Мис ¹.

Сознательно драматизируя ситуацию, идеологи империализма рекламируют военную мощь как основное средство защиты «западной цивилизации». В то же время они стремятся подавить волю народов к миру, воспитать «человека войны», готового к вооруженной борьбе с революционными силами современности. С этой целью в капиталистических странах разжигается военный психоз, раздувается пропагандистская кампания, внушающая людям мысль о неизбежности новой войны. Буржуазные средства массовой информации без устали твердят о «советской угрозе», убеждают в экономической «полезности» гонки вооружений, моральной и военной «приемлемости» ядерной войны, ведут «психологическую войну» против социалистических государств.

Массированное воздействие на сознание масс не проходит бесследно. У многих оно рождает пессимизм, чувство безысходности, представление о неизбежности ядерного конфликта ². Наиболее разрушительное влияние милитаристская пропаганда оказывает на психологию и сознание молодого поколения.

Плохо ориентируясь в сложных проблемах внешней и военной политики, многие не в состоянии разобраться в причинах роста международной напряженности, определить, откуда исходит угроза миру. Как отмечал член Правления ГКП Р. Штайгервальд, «значительная часть рабочего класса выражает известное согласие... с политическими маневрами противников международной разрядки. Такие маневры, вопреки их объективному значению, превратно понимаются как шаги к обеспечению мира» ³.

Резкое ухудшение международной обстановки с явными рецидивами «холодной войны» (яростная антикоммунистическая кампания во многих странах, попытки изолировать коммунистов и не допустить их участия в решении национальных проблем, усилившаяся антисоветская пропаганда) значительно осложнило деятельность компартий.

Резкие изменения на мировой арене и внутри капиталистических стран, развивавшиеся со второй половины 70-х и особенно в 80-х годах, выдвинули перед коммунистическим движением комплекс неотложных исторических задач, от решения которых самым непосредственным образом зависят и перспективы революционного преобразования мира, и весь ход дальнейшего общественного развития, и судьбы человеческой цивилизации, сама возможность жизни человека на Земле. Центральная, определяю-

¹ «Проблемы мира и социализма», 1981, № 2, с. 18.

³ «Проблемы мира и социализма», 1982, № 6, с. 52.

540 щая, самая первоочередная из этих задач — предотвращение мировой термоядерной катастрофы, угроза которой вновь резко усилилась из-за возросшей агрессивности империализма.

Отпор агрессивным милитаристским силам, борьба за новый поворот к разрядке международной напряженности тесно связаны в деятельности коммунистов с решением в интересах рабочего класса, всех трудящихся проблем, поставленных капиталистическим кризисом, с выдвижением рабочей и демократической альтернативы социально-экономическому курсу монополистического капитала, с превращением такой альтернативы в действенное средство преодоления правоконсервативной волны, завоевания новых позиций левыми, демократическими силами, с развитием борьбы за социалистическое преобразование общества.

В новой исторической обстановке еще более острой, актуальной стала для коммунистов борьба за преодоление экономической и социальной отсталости развивающихся стран, их зависимости от империализма, за прогрессивный курс общественного развития, ведь мировой кризис капиталистической экономики и возросшая агрессивность империализма резко обострили сложные, подчас трагические проблемы, стоящие перед этими странами.

Все эти направления деятельности коммунистов в сущности неотделимы от их борьбы за массы. Решение неотложных задач, стоящих перед революционным авангардом рабочего класса, возможно лишь на основе массового движения. И вместе с тем от способности коммунистов правильно поставить эти задачи, выработать не «лозунговые», декларативные, но действительно реалистические, основанные на трезвом научном анализе пути их решения зависят успехи коммунистов в деле мобилизации массовой активности, вовлечения масс в борьбу за мир, демократию, социальный прогресс.

Научный характер политики коммунистов, их творческий, аналитический подход к теории комдвижения и к определению его платформы приобретают в этой связи особое значение. Причем такой подход не может не охватывать теперь все более широкий комплекс общественных процессов и явлений. Так, в наше время нельзя решать сколько-нибудь крупные политические проблемы, не зная возможностей, перспектив и последствий таких всемирно-исторических явлений, как научно-техническая революция, изменения в отношениях человека с природой, новые тенденции в развитии самого человека, его сознания.

Важным импульсом, способствовавшим активизации исследования коммунистами современных проблем общественного развития, послужила широко отмечавшаяся в 1983 г. годовщина со дня смерти К. Маркса. Особого упоминания заслуживают в этой связи представительные международные научные конференции, состоявшиеся в 1983 г. в Москве и Берлине. Большое значение

541 для творческой разработки современных проблем общественного развития имела также международная теоретическая конференция, состоявшаяся в Софии в 1982 г. и приуроченная к 100-летию со дня рождения Г. Димитрова.

Историческая обстановка 80-х годов настойчиво потребовала от коммунистов все более широкой опоры на интернациональный характер своего движения, усиления его международной сплоченности и единства, ведь при всем разнообразии условий деятельности и конкретных задач, стоящих перед компартиями различных стран и регионов, у них общие исторические цели и общий враг — мировой империализм. И враг этот, стремясь остановить мировой революционный процесс, все больше координирует свои усилия в международном масштабе. К началу 80-х годов в капиталистическом мире сложилась система политического взаимодействия, охватывающая все стороны жизни общества — от экономики до идеологии. «Миллиарды, затрачиваемые на укрепление НАТО, регулярные встречи в рамках ЕЭС, «семерки», «четверки» и т. п., наконец, усилившаяся тенденция к интернационализации различных политических групп, представляющих интересы капитала, — консервативных, католических, реформистских партий, систематические встречи идеологов, политологов, экономистов капиталистического мира — звенья этой политики» ¹, — отмечал Генеральный секретарь Компартии Канады У. Каштан. Жизнь доказывает правоту ленинских слов: «Чем мы больше побеждаем, тем больше капиталистические эксплуататоры учатся объединяться...» ²

Интернационализация хозяйственной жизни и процесс политической интеграции капиталистического мира создают плотную систему связей и отношений, призванную остановить продвижение прогрессивных сил, поставить барьер на пути рабочего и коммунистического движения. «Система экономической и военно-политической зависимости, — писал Генеральный секретарь Компартии Греции Х. Флоракис, — образует главный, наиболее прочный и труднопреодолимый заслон на пути прогрессивных преобразований» ³. А это значит, что по мере увеличения сложности, масштаба и многообразия задач, возникающих перед коммунистическим авангардом трудящихся, возрастает и значение его интернациональной солидарности.

¹ «Проблемы мира и социализма», 1980, № 4, с. 35—36.

³ «Проблемы мира и социализма», 1982, № 5, с. 11.

542

ЗА ЕДИНСТВО РАБОЧЕГО КЛАССА, ПРОТИВ РЕАКЦИИ И МИЛИТАРИЗМА​

В международной и внутриполитической обстановке 80-х годов обострилась и приобрела новые аспекты проблема сотрудничества между основными течениями рабочего движения. Опыт такого сотрудничества в 70-х годах выявил как возможности, так и трудности на этом пути. Выше уже отмечалось, что судьбы дальнейшей борьбы за единый рабочий и широкий антимонополистический фронт зависят прежде всего от сотрудничества коммунистов с социал-демократическими и социалистическими партиями. Коммунисты и социалисты ведут за собой широчайшие массы трудящихся, которые связывают свое будущее с социалистическими идеалами.

По своей избирательной базе социал-демократические партии остаются в основном рабочими. За социал-демократами идет прежде всего часть рабочего класса, обладающая «тред-юнионистским» типом сознания, для которого характерны сосредоточенность непосредственно на материальных интересах, вопросах жизненного уровня, распределения и гораздо меньший интерес к вопросам власти, отношений господства и подчинения как непосредственно в производстве, так и на уровне общества в целом.

Кризис традиционной социал-демократической модели общественного развития (типа «государства благосостояния») вызвал ослабление позиций социал-демократии в рабочем классе. Даже Социал-демократическая рабочая партия Швеции, обладавшая тесными связями с профсоюзным движением, потеряла в 70-х годах голоса определенной части избирателей-рабочих. В обстановке обостряющегося кризиса отношения между социал-демократическими партиями и профсоюзами приобрели неустойчивый характер. В тех случаях, когда социал-демократия игнорировала растущую активность профсоюзов, ее влияние на них ослабевало.

В то же время сдвиги в социальной структуре капиталистического общества, в положении, психологии и сознании некоторых его групп вызвали большие изменения в массовой базе и членском составе социал-демократических партий. Среди избирателей соцпартий Западной Европы значительно увеличилась доля работников умственного и нефизического труда: служащих, специалистов, научно-технической интеллигенции, чиновников, административного персонала ¹.

Еще в бо́льших масштабах повысился удельный вес этих слоев в составе партий и особенно в их руководящих звеньях.

¹ См. «Размежевания и сдвиги в социал-реформизме». М., 1983, а также Г. Г. Дилигенский. Социальные основы идеологии и политики социал-демократии.— «Рабочий класс в мировом революционном процессе». М., 1983, с. 70—79.

543 Так, 27% членов Французской социалистической партии (ФСП) составляют «средние и высшие кадры», т. е. инженерно-технические и управленческие работники, еще 13% — преподаватели. По сравнению со старой СФИО удельный вес «высших кадров» и лиц свободных профессий вырос в 5 раз ¹. Коренным образом изменился социальный облик СДПГ. Среди ее членов доля рабочих упала к концу 70-х годов до 22% (в 1968 г.— 34,5%), а доля служащих и чиновников подскочила до 40,9% (в конце 50-х годов — менее 20%) ². Слой высокообразованных специалистов стал основным источником рекрутирования партийных функционеров и профессиональных политиков в соцпартиях. «Руководящие функционеры европейской социал-демократии в основном оторваны от базиса своей партии» ³, — отмечал австрийский профессор Антон Пелинка.

При той весомой, во многих случаях решающей роли, которую играет интеллигенция во многих социал-демократических партиях, сдвиги в ее сознании и поведении не могли не оказать глубокое влияние на их деятельность. Современный специалист, вступающий в социал-демократическую партию, все чаще стремится не только сделать партийную карьеру, но и реализовать политически те нормы и ценности, которые под влиянием общедемократического подъема конца 60-х — начала 70-х годов все шире распространяются среди активной части интеллигенции. В системе ценностей этих людей гораздо большую роль, чем у социал-демократических активистов предшествующего периода, играют демократические и гуманистические идеалы, права личности, право на творческий труд, на профессиональный рост, на участие в принятии решений.

Подобная эволюция социального облика социал-демократии делает ее более «чувствительной» к общественным проблемам, выходящим за рамки перераспределительных реформ, предопределяет ее более активный интерес к разрядке и разоружению, отношениям с развивающимися странами, экологии, глобальным проблемам вообще. Для современного социал-демократического реформизма характерны значительный акцент на демократизацию общественно-политической системы, критика «общества потребления», большее внимание к лозунгам самоуправления или «участия», расширение интереса к проблемам «качества жизни». Некоторые новые лозунги соцпартий (например, положение о «классовом фронте» и идея «самоуправления» в Программе ФСП) свя-

¹ H. Portelli. Le socialisme français tel qu’il est. Paris, 1980, p. 125.

³ A. Pelinka. Sozialdemokratie in Europa: Macht ohne Grundsätze ohne Macht? Wein — München — Herold, 1980, S. 83.

544 заны прежде всего с настроениями и запросами интеллигенции, массовых отрядов служащих.

Усиление антимонополистических и антикапиталистических мотивов в идеологических концепциях социалистов произошло первоначально в странах Юго-Западной и Южной Европы, в которых действуют массовые компартии и сильны традиции совместной с коммунистами антифашистской борьбы. Находясь в оппозиции, эти партии быстрее, чем социал-демократы Северной и Центральной Европы, восприняли те импульсы, которые исходили в 70-х годах от «радикальных» групп интеллигенции и представляющих их общественных движений. Приход к власти резко ослабил антикапиталистические тенденции в деятельности соцпартий, но некоторые из них (например, ПАСОК) сохранили определенный потенциал, выходящий за рамки традиционного социал-демократического реформизма.

В начале 80-х годов под влиянием «радикализации» профсоюзного движения (в том числе и его реформистских отрядов) и резко возросшего давления новых социальных движений левые тенденции стали ощущаться сильнее и в других социал-демократических партиях Западной Европы. Возросла роль левых социал-демократов, активизировалась их деятельность, особенно в области теоретических разработок. Происходит их переориентация в направлении новых ценностей, почерпнутых из идеологического арсенала антивоенного, экологического и женского движений, различного рода «гражданских инициатив». Например, в ФРГ антивоенное движение и «зеленые» оказали значительное влияние на позиции «Молодых социалистов».

В ряде социал-демократических партий усилился конфликт между левыми и правыми. В Лейбористской партии Великобритании этот конфликт даже привел к выходу из партии крайне правых лейбористов и к созданию ими новой Социал-демократической партии. Левые сумели укрепить свои позиции в руководстве Лейбористской партии и обновить ее программные установки. В системе экономических приоритетов на первый план была выдвинута борьба с безработицей. Лейбористская партия оказала поддержку, хотя и не безоговорочную, многомесячной борьбе английских горняков, поднявшихся в 1984 г. на защиту своих рабочих мест. Под влиянием антивоенного движения лейбористы высказались против размещения в Англии американских ядерных ракет средней дальности действия, против модернизации английского ядерного арсенала, против производства нейтронного оружия.

После перехода в 1982 г. в оппозицию началась переоценка ценностей и в СДПГ. Партия стала больше учитывать требования «зеленых» и различных «гражданских инициатив». В принятом на партийном съезде в Дортмунде (январь 1983 г.) предвыборном манифесте СДПГ впервые одним из центральных сделала раздел

545 об энергетической и экологической программе, в котором содержатся серьезные уступки «зеленым».

Интеграция требований новых социальных движений в социал-демократические программы проходит достаточно сложно. Многие социал-демократические партии, особенно правящие, опасаются, что эти требования могут помешать проведению политики «жесткой экономии», с помощью которой они надеются выйти из кризиса, оттолкнуть ту часть их сторонников, которая озабочена прежде всего проблемой защиты жизненного уровня. Ввиду того, что по мере углубления экономического кризиса проблемы непосредственных материальных интересов, вопросов жизненного уровня и распределения приобретают для сторонников социал-демократических партий из рабочего класса особую остроту, включение «новых» требований в программы этих партий сопровождается немалыми издержками и конфликтами.

Безусловно, новые моменты в развитии социал-демократии расширили сферу диалога между коммунистами и социалистами. Однако их воздействие на отношения между двумя течениями рабочего движения неоднозначно. В ряде стран известное обновление идеологии и политики социал-демократических партий привело к росту их массового влияния, особенно в новых средних слоях. Этот процесс питает гегемонистские тенденции в руководстве таких партий, проявляющиеся в попытках оттеснить коммунистов на второстепенные, подчиненные позиции в левом лагере. Подобные тенденции, разумеется, не могут не осложнять проблему единства рабочего движения.

Определенная общность социальной базы коммунистических и социал-демократических партий порождает особую диалектику их взаимоотношений, в которой сочетается и сотрудничество и борьба. Как заявил в 1978 г. Генеральный секретарь ИСРП Ф. Гонсалес, в Испании социалисты занимают примерно то же «политическое пространство», что и КПИ. Следствием этого является весьма ожесточенное соперничество за почти идентичную, по словам Гонсалеса, «политическую территорию»¹.

Чем сильнее позиции коммунистов в стране, тем лучше предпосылки для единства действий, для диалога и расширения контактов.

Более чем откровенно высказался на этот счет в середине 70-х годов лидер Социалистической партии Австрии Б. Крайский, который заявил в этой связи, что «их (коммунистов. — Авт.) позиции по актуальным внутриполитическим и внешнеполитическим проблемам представляют интерес постольку, поскольку они сильны»².

¹ См. «Рабочий класс и современный мир», 1978, № 1, с. 159.

² «Europäische Rundschau», 1976, Jg. 4, S. 9

546 Существенную роль играет враждебность социал-демократических лидеров марксизму-ленинизму, их склонность к антикоммунизму. Эта позиция свойственна и тем соцпартиям, которые вроде бы придерживались курса на единство действий с коммунистами.

Многие лидеры социал-демократии свое согласие на сотрудничество с коммунистами обусловливают требованием отказаться от основных принципов коммунистического движения. Социал-демократы, писал Р. Урбани, «притязают на роль идеологических наставников коммунистов, изображая дело так, будто исторический спор на сегодняшний день решен в пользу социал-реформизма... На этом основании нам рекомендуют отмежеваться от ленинизма, признать, что Великий Октябрь был ошибкой, порвать отношения с КПСС и, наконец, осудить собственную историю, согласиться с тем, что многие поколения коммунистов боролись напрасно. Иначе говоря, нам предлагают отречься от самих себя, перестать быть коммунистами» ¹.

Изменение условий деятельности компартий в 80-х годах привело к поискам новых форм сотрудничества левых сил. 70-е годы были периодом, когда левые партии стремились достичь единства с помощью детального согласования всей своей будущей политики (например, в форме совместной программы левых сил во Франции). Экономический кризис разрушил материальную основу реализации подобной формы союза, но зато создал предпосылки для формирования совместных фронтов по целому ряду конкретных проблем. Член Политбюро, секретарь ЦК Компартии Австрии Э. Шарф писал: «Уроки длительного исторического опыта ясно говорят, что реальное и длительное сотрудничество коммунистов и социал-демократов возможно прежде всего там, где оно согласовывается в интересах достижения какой-либо совместной конкретной цели. Концентрация усилий на такой цели позволяет оставить в стороне идеологические разногласия, не требуя в то же время отказа партнеров от своих принципиальных позиций» ².

Ряд компартий в настоящее время призывают крепить сотрудничество рабочих партий, всех прогрессивных сил по конкретным проблемам. Так, весной 1979 г. Правление Социалистической единой партии Западного Берлина назвало своей важнейшей задачей выявление совпадающих точек зрения с другими прогрессивными и демократическими силами, обеспечение делового сотрудничества и с теми, кто согласен с коммунистами лишь по отдельным вопросам.

В 80-х годах плацдарм для совместных действий левых сил по конкретным проблемам стал шире. В условиях активизации агрес-

¹ «Проблемы мира и социализма», 1980, № 1, с. 25—26.

² «Проблемы мира и социализма», 1982, № 10, с. 15.

547 сивных империалистических сил на мировой арене, обострения социально-экономической ситуации в странах капитала и усиления правой опасности коммунисты и социалисты оказываются перед необходимостью проводить совместные или согласованные действия в самых различных сферах общественно-политической жизни. На международной арене, во внутренней политике, в социально-экономической области возникли новые возможности для сотрудничества левых партий в борьбе за укрепление разрядки, против наступления реакции, в защиту демократических свобод и социальных завоеваний трудящихся. Председатель ГКП Г. Мис подчеркивал, что коммунисты ФРГ выступают за «единство действий во имя защиты социальных прав; единство действий во имя сохранения демократических свобод; единство действий во имя продолжения разрядки. Опасности дальнейшего сдвига вправо можно успешно противодействовать путем акций на основе единства действий и широких демократических союзов...» ¹. В резолюции Пленума Центрального Комитета и Центральной контрольной комиссии ИКП, состоявшегося в июне 1980 г., говорилось: «Находясь в оппозиции, компартия поведет борьбу против всех попыток подрыва основных интересов и завоеваний трудящихся (таких, например, как подвижная шкала заработной платы), за реализацию стремления итальянского народа к миру, разрядке и разоружению; за утверждение демократической безопасности и гражданских прав. Находясь в оппозиции, коммунисты намереваются бороться за прогресс единства левых сил и за самый широкий союз демократических сил. Это и есть основное условие, необходимое для того, чтобы обеспечить стране новое руководство, способное вывести Италию из кризиса и содействовать обновлению и преобразованию общества и государства... Коммунисты должны возглавить борьбу в защиту занятости, за реорганизацию и развитие производства, которому угрожает нынешнее обострение кризиса и отсутствие серьезной политики реформ и планирования» ².

Важнейшей сферой взаимодействия коммунистов и социал-демократов стала в 80-х годах борьба против военной опасности, за разоружение. В настоящее время партии Социнтерна выступают за политику разрядки международной напряженности ³. В итоговой резолюции Мадридского конгресса Социнтерна (но-

¹ «Unsere Zeit», 21.XI.1979.

³ Подробнее см.: Ю. Жилин. Социнтерн и военная разрядка. — «Правда», 12 января 1981 г.; А. Вебер. Социнтерн: вехи на 80-е годы. — «Новое время», 1980, № 49; В. Я. Швейцер. Социал-демократия и военная разрядка в Европе. — «Рабочий класс и современный мир», 1981, № 3; А. А. Галкин. Расстановка сил в современной социал-демократии. — «Рабочий класс и современный мир», 1982, № 2.

548 ябрь 1980 г.) социал-демократы высказались в поддержку Хельсинкских соглашений, поддержали идею созыва европейской конференции по разоружению, призвали новую администрацию США ратифицировать договор ОСВ-2 и приступить к следующей стадии переговоров — по ОСВ-3. Социнтерн уделяет все большее внимание проблемам разрядки напряженности и особенно разоружения. Ведущие социал-демократические деятели неоднократно подчеркивали, что политике мирного существования нет альтернативы.

Решения XVI конгресса Социнтерна (7—10 апреля 1983 г.) отразили растущую озабоченность социал-демократии ухудшением международной обстановки, усилением военной опасности. Конгресс призвал немедленно принять меры к прекращению гонки вооружений, подверг критике концепцию ограниченной ядерной войны, выступил за достижение договоренностей, направленных на разрядку напряженности. При всей противоречивости позиций социал-демократии, рассматривающей проблемы войны и мира как результат соперничества двух «сверхдержав», налицо позитивная эволюция по ряду основных вопросов мировой политики.

Очевидно, что в социал-демократическом движении существуют влиятельные силы, проявляющие искреннюю заинтересованность в сотрудничестве с социалистическими странами и их коммунистическими партиями, в прекращении гонки вооружений. На XXVI съезде КПСС констатировалось, что со времени предыдущего съезда дальнейшее развитие получили связи советских коммунистов «с социалистическими и социал-демократическими партиями Финляндии, Бельгии, Швеции, Японии, Испании и ряда других стран — главным образом по вопросам борьбы с военной опасностью. Важное значение имели контакты с руководством Социнтерна, наше участие в конференции Социнтерна по разоружению, контакты с созданной им по этой проблеме рабочей группой, прием ее делегации в ЦК КПСС» ¹. В марте 1985 г. на встрече М. С. Горбачева с Консультативным советом Социалистического интернационала по разоружению была подчеркнута готовность КПСС к активному сотрудничеству со всеми миролюбивыми общественными силами, в том числе с партиями, входящими в Социнтерн ².

Позитивные сдвиги во внешнеполитических позициях социал-демократии стали возможны прежде всего благодаря росту авторитета и влияния социалистического содружества и настойчивой деятельности компартий по сплочению всех демократических сил. В то же время позитивное отношение социал-демократического движения к разрядке отражает и его долговременные интересы.

¹ «Материалы XXVI съезда КПСС». с. 18.

² См. «Правда», 23 марта 1985 г.

549 В 70-х годах разрядка способствовала поражению на выборах консерваторов. В условиях обострившейся в конце 70-х — начале 80-х годов международной обстановки реакционные силы широко используют шовинистические настроения для укрепления своих позиций в ущерб социал-демократии. Опыт разрядки показал ее лидерам, что обострение международной напряженности, благоприятствующей консервативным и реакционным партиям, ограничило бы ее свободу действий и возможность маневрирования. Таким образом, социал-демократия имеет немало оснований быть заинтересованной в упрочении мирного существования и разрядки, чтобы не допустить усиления реакционных и агрессивных кругов в капиталистическом мире. К тому же милитаризация экономики подрывает материальную основу для реформистской политики. Наконец, социал-демократия как движение, опирающееся на широкие слои трудящихся, не может игнорировать глубоко укоренившихся в массовом сознании антимилитаристских и пацифистских ценностей.

Учет социал-демократией всех этих обстоятельств невозможен в условиях подчинения гегемонизму США, их политике диктата даже в отношении союзников по НАТО. Руководители греческих социалистов отмечали: «Европа, ощущающая себя придатком США, не может проводить собственную политику...» ¹ Обозначившиеся в 80-х годах резкие расхождения между новой американской администрацией и социал-демократическим движением по целому комплексу не только внешнеполитических, но и других вопросов (экономические связи с социалистическими странами, валютно-финансовая политика Вашингтона, американская стратегия в развивающихся странах, прежде всего в Центральной Америке) показывают, что социал-демократы все сильнее ощущают груз зависимости от США и начинают понимать ее пагубность для национальных интересов своих стран.

Коммунисты реально представляют себе сложности и противоречия, свойственные позициям социал-реформистов в вопросах разрядки. Они отдают себе отчет и в том, что, оказавшись у руля политической власти, социал-демократические лидеры нередко проявляют склонность следовать в русле традиционной натовской политики, руководствоваться соображениями «атлантической», т. е. империалистической, солидарности в отношениях с социалистическим содружеством и развивающимися странами. Такие факты имели место и в 70-х годах. Но если раньше внешняя политика была главным образом сферой столкновений между коммунистами и социал-демократами, то в настоящее время по ряду весьма существенных вопросов те и другие занимают сходные позиции. Это прежде всего вопросы борьбы за обуздание гонки вооружений,

¹ «L'Unità», 14.IV. 1982.

550 достижение разоружения под эффективным контролем, уничтожение запасов ядерного оружия, установление в Европе и во всем мире надежной системы международной безопасности.

Коммунисты поддержали конкретные инициативы руководства социал-демократических партий, отдельных лидеров, групп парламентариев в Англии, Норвегии, Дании, ФРГ и других странах, направленные против гонки вооружений, нейтронного оружия и размещения новых американских ракет на территории Западной Европы. Коммунисты одобрили позицию английских лейбористов, датских, норвежских, бельгийских и голландских социал-демократов, выступивших против ежегодного трехпроцентного увеличения военных расходов в этих странах. Коммунисты солидарны с социал-демократами, поддерживающими инициативу создания безъядерных зон в Европе. Именно в борьбе за разрядку коммунистам порой удается сломать традиционные предубеждения социал-демократических лидеров. Совместная борьба за мир стала эффективным средством изживания антикоммунистических настроений в рядах социал-демократии.

В международном плане важным направлением сотрудничества, где намечается общность взглядов левых сил ряда западноевропейских стран, стали и глобальные проблемы современности. Речь идет о решении экологических, демографических, энергетических проблем, стоящих перед человечеством¹.

Для рабочих партий все большее значение приобретают солидарность с народами, борющимися против расизма и колониализма, проблемы демократизации международных экономических отношений. В выступлениях ряда западноевропейских социал-демократов зазвучала мысль о возможности сотрудничества с коммунистами в Европейском парламенте по вопросам отношений с социалистическими (диалог «Восток—Запад») и развивающимися странами (диалог «Север—Юг»)².

В тех странах Южной Европы, в которых в 80-х годах к власти пришли левореформистские силы, компартии, опираясь на народные массы, делают все, чтобы социалисты выполнили свои внешнеполитические предвыборные обязательства.

Компартия Греции поддержала позитивные моменты в политике ПАСОК, которое накануне парламентских выборов 1981 г. обещало вывести страну из военной организации НАТО и устранить ядерное оружие с территории страны. Когда после прихода к власти греческие социалисты начали отходить от своих предвыборных обещаний, КПГ стала инициатором широкого народного

¹ Подробнее см.: В. Загладин, И. Фролов. Глобальные проблемы современности: научный и социальный аспекты. М., 1981.

² «L'Unità», 14.IV.1982.

551 движения за вывод американских баз из Греции, освобождение ее от уз НАТО и ЕЭС.

В Испании перед досрочными выборами в кортесы, проходившими в октябре 1982 г., ИСРП обещала остановить процесс вступления страны в военную организацию НАТО и провести референдум об ее участии в Североатлантическом блоке. После победы на парламентских выборах новое социалистическое правительство стало затягивать принятие окончательного решения о проведении референдума относительно выхода Испании из НАТО и сохранении на испанской территории военных баз США. В правительственных кругах вынашивался план сохранения членства Испании в НАТО без ее участия в его военной организации. Коммунисты развернули кампанию давления на правительство с целью вынудить его организовать референдум о принадлежности Испании к НАТО. С помощью манифестаций, митингов, собраний, сбора подписей они мобилизовали массы в поддержку призыва о неучастии Испании в военных блоках. Во многом благодаря усилиям коммунистов в стране и внутри самой социалистической партии сформировалась широкая оппозиция правительственному курсу.

Такую же политику сочетания поддержки правительства с конструктивной критикой тех шагов социалистов, которые ущемляют интересы трудящихся, коммунисты проводят и во внутриполитических вопросах. В Греции КПГ поддерживает любую позитивную меру правительства ПАСОК, критикуя в то же время какие-либо отступления от намеченных в программе социалистов преобразований. «Каждый шаг правительства по пути демократизации, — заявил Х. Флоракис, — найдет нашу полную поддержку, всякое отступление с этого пути встретит решительное сопротивление» ¹. XI съезд Компартии Греции выдвинул лозунг: «Перемены невозможны без КПГ!» Только правительство, пользующееся поддержкой массового народного движения, подчеркивают греческие коммунисты, может осуществить программу-минимум антиимпериалистического, антимонополистического характера ².

Активно участвуя в обсуждении выдвигаемых правительством законопроектов, греческие коммунисты стремятся усилить их демократическую направленность путем внесения соответствующих поправок, с помощью критики тех положений, которые являются уступкой правым.

В обстановке международной напряженности реакция активизируется, завоевания трудящихся ставятся под угрозу, начинается «охота за ведьмами», антикоммунистическая истерия используется для гонений на все прогрессивные слои общества. Поэтому в 80-х годах необходимость сотрудничества левых сил

¹ «Проблемы мира и социализма», 1982, № 5, с. 12.

² См. «Проблемы мира и социализма», 1983, № 3, с. 44.

552 в борьбе против наступления реакции стала еще более настоятельной.

Коммунисты последовательно выступают против неоконсервативной политики, угрожающей позициям, завоеванным трудящимися на протяжении десятилетий. Компартия Великобритании оказала активную поддержку английским горнякам, поднявшимся на борьбу за сохранение своих рабочих мест и бросившим вызов всей антинародной политике правительства Тэтчер. Коммунисты Швейцарии в ходе организованных по их инициативе референдумов сумели сорвать план создания новой общегосударственной политической полиции, деятельность которой была бы направлена против трудящихся масс.

В странах, в которых большое значение имеет борьба за искоренение наследия фашистских режимов, одной из важнейших задач левых партий стала мобилизация масс против угрозы военного переворота. В Греции дважды — в июне 1982 и в феврале 1983 г.— социалисты и коммунисты мобилизовывали своих сторонников против опасности военного путча. В Испании предметом особых забот левых партий являются отношения с армией, в рядах которой был организован не один заговор, направленный против демократической системы.

Важной сферой сотрудничества левых сил стала совместная борьба против неофашизма и расизма. По свидетельству Председателя КПА Ф. Мури, в Австрии «удалось добиться широкого антифашистского единства действий в борьбе за претворение в жизнь положений... конституции, требующих запрещения неофашистских организаций и их пропагандистской деятельности» ¹. В конце 70-х годов в ФРГ в сотнях антифашистских комитетов и рабочих групп организовывались силы почти всех политических направлений — от коммунистов до буржуазных либералов. Практически ни одна неофашистская вылазка не проходила без противодействия демократических сил ². КПВ действует в рамках «Антинацистской лиги», участвует в работе других антифашистских и антирасистских комитетов. ШПТ была в числе организаторов инициативы «Быть солидарным», предусматривавшей расширение прав иностранных рабочих.

Совместная борьба в антифашистских и антирасистских комитетах открывает новые возможности на пути укрепления единства демократических сил, сплочения коммунистов и социалистов. Трагические события, связанные с приходом к власти фашистов, учат по меньшей мере одному: коммунистов и социалистов пресле-

¹ «Приветствия XXVI съезду КПСС», с. 60—61.

² T. Doery. Antifaschismus in der Bundesrepublik: antifaschistischer Konsens 1945 bis zur Gegenwart. Frankfurt a.M.— Roderberg, 1981, S. 29.

553 дуют вместе. Как говорилось в обращении, с которым выступило в августе 1980 г. Центральное рабочее объединение ФРГ за отмену запрета Коммунистической партии Германии, «история прошлого и практика настоящего показывают, что антикоммунизм как программа преследований никогда не ограничивался гонениями лишь на одних коммунистов, а захватывал все больше и больше социалистов, критически мыслящих демократов, всех неугодных сильным мира сего» ¹.

В 80-х годах удельный вес общедемократических задач, стоящих перед рабочим классом и его союзниками, еще больше возрос. Нельзя вести борьбу за социализм, не отстаивая завоеванных народными массами демократических свобод, не добиваясь от господствующих классов таких уступок, которые расширяют права и свободы народных масс. Сближение задач борьбы за демократию и задач борьбы за социализм, увеличение доли общедемократических требований в программах компартий расширили перспективы их сотрудничества с социалистами, у которых общедемократические проблемы исторически занимали первостепенное место.

Наметилось известное сближение интересов и целей левых сил и в борьбе за повседневные интересы трудящихся. И коммунисты и социалисты кровно заинтересованы в сохранении и укреплении достигнутых завоеваний в социальной сфере (в области здравоохранения, социального обеспечения, образования и т. д.). Так, коммунисты Норвегии следующим образом определяют стоящие перед ними задачи: «Отстоять систему выплаты государственных пособий и социальные реформы, поддержать уровень жизни, в том числе и реальную заработную плату, отстоять социальный жилищный фонд. Коммунисты не смогут добиться этого в одиночку — надо сотрудничать с другими политическими силами, в первую очередь с социал-демократами» ².

В борьбе за повседневные нужды трудящихся компартиям легче добиваться единства действий с теми социалистическими и социал-демократическими партиями, в программах которых особый упор делается на защиту материальных интересов наиболее дискриминируемой части рабочего класса и которые тесно связаны с профсоюзами. Социалистические и социал-демократические партии, переориентировавшиеся на новые средние слои, сейчас в меньшей степени, чем раньше, склонны защищать материальные интересы малообеспеченных групп. Но и здесь существуют свои различия. У одних социалистических партий (итальянской, португальской, а по прошествии полутора лет пребывания у власти — и ФСП) ориентация на новые слои оборачивается склонностью принять фактически буржуазные программы «оздоровления экономи-

¹ См. «Правда», 18 августа 1980 г.

² «Vergen og vi», 1982, N 3, S. 39.

554 ки» за счет трудящихся (в виде политики «жесткой экономии»). Другие (например, ПАСОК), решая проблемы повышения производственной активности, борьбы против инфляции и дефицита внешнеторгового баланса, стабилизации валюты, в то же время в известной степени учитывают специфические интересы низкооплачиваемых категорий трудящихся. Это создает определенные точки соприкосновения с коммунистами.

Перед обоими течениями рабочего движения встает задача разработки совместных антикризисных программ, предусматривающих оздоровление экономики не за счет трудящихся, а путем усовершенствования общественных механизмов управления народным хозяйством, ограничения власти монополий и привилегий буржуазии.

Налаживание сотрудничества левых сил представляет собой чрезвычайно многогранную, сложную и комплексную проблему: формы, уровни, интенсивность связей коммунистов с социалистическими и социал-демократическими партиями зависят от многообразных и зачастую противоречивых факторов. Речь идет об особенностях политической и экономической обстановки в той или иной стране, степени интегрированности социал-демократии в систему государственно-монополистического капитала, о том, находится ли она в оппозиции или возглавляет правительство, и т. д.

80-е годы дают примеры сотрудничества коммунистов и социалистов в разных формах и на разных уровнях. Большой опыт участия в правительстве вместе с социалистами у Сан-Маринской компартии. Он, как и опыт французских и финских коммунистов, с учетом его конкретного содержания, весьма различных условий и результатов как для компартии, так и для рабочего движения данной страны стал предметом тщательного анализа и дискуссий в самих этих партиях. И он, конечно, заслуживает теоретического осмысления.

Важным средством борьбы за единство левых сил является сотрудничество в местных органах власти. По словам Генерального секретаря Компартии Израиля М. Вильнера, деятельность коммунистов в муниципальных советах «стала хребтом сотрудничества со всеми демократическими и патриотическими силами» ¹. В Италии и Испании, несмотря на серьезные трения на межпартийном уровне, единство левых сил реализуется в местных органах власти. В составе коалиции левых сил Итальянская компартия успешно участвует в управлении рядом крупнейших городов страны. В Испании после муниципальных выборов 1979 г. между коммунистами и социалистами было подписано соглашение, в со-

¹ «Как живут и борются партии коммунистов. Проблемы, формы, методы работы». Прага, 1981, с. 248.

555 ответствии с которым КПИ и ИСРП обязались поддержать кандидата на пост мэра от той рабочей партии, которая в данном муниципалитете располагает бо́льшим числом депутатов. Это соглашение дало возможность левым силам избрать своих представителей на посты алькальдов (мэров) в 1800 муниципалитетах страны, где проживает почти 70% населения Испании ¹. В Греции после муниципальных выборов 1982 г. левые партии провели своих представителей мэрами в 83 муниципалитетах из тех 115, на выборах в которые они выступали совместно. Благодаря поддержке коммунистов во втором раунде выборов кандидаты ПАСОК стали мэрами в Афинах, Пирее, Салониках и еще 54 муниципалитетах. С другой стороны, коммунисты завоевали мандаты в 11 из 13 случаев, когда их поддержали социалисты ².

Сотрудничество в местных органах власти особенно важно в том плане, что оно на примере каждодневной практической деятельности областных, провинциальных и городских органов власти способствует формированию в массовом сознании представления о возможности эффективной совместной работы коммунистов и социал-демократов и в национальном правительстве.

Даже в руководящих звеньях социал-демократии ФРГ, Великобритании, Швеции и некоторых других стран во второй половине 70-х годов наметились определенные изменения отношения к диалогу с крупными коммунистическими партиями Западной Европы ³. Этот сдвиг в позициях социал-демократических лидеров позволил осуществить с середины 70-х годов серию встреч делегаций компартий Италии, Испании, Франции с представителями немецких и шведских социал-демократов, французских, испанских и португальских социалистов, английских лейбористов. В начале 80-х годов стали проводиться совместные конференции и семинары, в которых принимают участие ученые коммунисты, социалисты и социал-демократы.

Социал-демократы ряда стран Северной и Центральной Европы (прежде всего ЛПВ, СДПГ, СПА, СДРПШ, Партия труда в Голландии), проявляя склонность к диалогу на международной арене, продолжают свой традиционный курс на недопущение каких-либо контактов и соглашений с коммунистами внутри страны. В Австрии руководство Социалистической партии не только

¹ См. «Коммунисты в массах». Прага, 1981, с. 171; В. А. Боград. Коммунисты в местных органах самоуправления в развитых капиталистических странах. — «Рабочий класс и современный мир», 1982, № 6, с. 120—121.

³ Подробнее см.: С. В. Ястржембский. Коммунисты и социал-демократы: некоторые вопросы теории и практики взаимоотношений. — «Проблемы мирового революционного процесса». М., 1982.

556 отвергает всякое сотрудничество с коммунистами, но и прямо запрещает его под угрозой санкций и исключения из партии. Будучи у власти, западногерманские социал-демократы всячески стремились поставить ГКП в своего рода политическую и морально-юридическую изоляцию, используя для этого пресловутые «запреты на профессии», дискриминацию коммунистов на телевидении и радио в периоды избирательных кампаний и даже партийную дисциплину, запрещающую любое сотрудничество с коммунистами. За нарушение этого запрета ряд членов молодежной организации СДПГ «Молодые социалисты» были исключены из партии.

Но даже в тех странах, где социал-демократические лидеры всячески противятся контактам с коммунистами, единство действий по тем или иным конкретным вопросам достигается на низовом уровне. Хотя руководство реформистских партий и пытается пресечь эту тенденцию дисциплинарными санкциями, она отличается достаточной устойчивостью и постоянством, особенно на предприятиях и в профсоюзах. В последние годы распространение получила практика соглашений о совместном участии коммунистов и социалистов в проведении отдельных мероприятий — стачек, демонстраций, массовых кампаний.

В 80-х годах компартии активнее, чем в предшествующее десятилетие, стремятся к развитию этой тенденции. Это особенно характерно для тех стран, в которых социалисты выступают против единства действий с компартиями. Так, несмотря на то, что реальные возможности создания коалиции коммунистов и социалистов в Португалии отсутствуют из-за антикоммунистической линии руководства соцпартии, португальские коммунисты делают все, чтобы обеспечить единство действий левых сил «снизу». На IX съезде Португальской компартии было подтверждено положение о том, что любая организация ПКП имеет все полномочия «без консультации с ЦК устанавливать контакты с ПСП и рассматривать с организациями и активистами ПСП возможности сотрудничества»¹.

Ориентация на единство действий на низовом уровне не означает принципиального отклонения возможности соглашения «в верхах», противопоставления единства «сверху» единству «снизу». Поиск оптимальной формы сочетания единства «сверху» и «снизу» компартии рассматривают как свою важнейшую задачу.

В БОРЬБЕ ЗА СПЛОЧЕННОСТЬ ДЕМОКРАТИЧЕСКИХ И МИРОЛЮБИВЫХ СИЛ​

Одним из главных направлений деятельности коммунистов в 80-х годах остается борьба за широкие социальные союзы, политическое сотрудничество с демократическими силами и движе-

¹ «Avante!», 21.VIII.1980.

557 ниями. Такие союзы необходимы и для решения ближайших, неотложных задач коммунистического и рабочего движения — отпора империалистической реакции, ее наступлению на права трудящихся, борьбы за мир и безопасность народов, и для успешного продвижения к его высшей цели — социалистическому преобразованию общества. Опыт 70-х годов показал, что попытка опоры лишь на один, пусть достаточно широкий слой трудящихся чревата серьезным ослаблением позиций компартий. Критически оценивая свою деятельность в период перед президентскими выборами 1981 г., французские коммунисты отмечали: «Следует... признать, что в нашей практике справедливая забота о нуждах трудящихся, находящихся в наиболее трудном положении, нередко приводила к тому, что мы меньше занимались другими категориями трудящихся». ФКП призвала коммунистов «внимательно относиться к проблемам всех трудящихся при всем разнообразии их социального положения...» ¹.

При осуществлении политики классовых союзов коммунистические партии не могут не считаться с тем изменением социального и социально-психологического облика их потенциальных союзников, которое произошло под влиянием научно-технической революции и сдвигов, имевших место в социальной структуре капиталистического общества.

Среди непролетарских слоев трудящихся исторически первостепенное место в качестве потенциального союзника рабочего класса занимало крестьянство. Даже во многих развитых капиталистических странах еще несколько десятилетий назад основной социальной силой, о привлечении или нейтрализации которой могла идти речь в ходе борьбы революционного рабочего класса за глубокие общественные преобразования, было крестьянство. Но за 50—70-е годы в главных капиталистических странах численность традиционного крестьянства резко сократилась. Переход деревни к индустриальной стадии производства повлек за собой ломку традиционных укладов. Бурное развитие капиталистических отношений в деревне привело в ряде стран к окончательному расслоению крестьянства на буржуазию, мелкую буржуазию и сельскохозяйственный пролетариат. Оценивая последствия изменений, привнесенных научно-технической революцией во французскую деревню, некоторые социологи даже считают, что в настоящее время крестьян в строгом смысле слова не существует ².

Иначе дело обстоит в развивающемся мире ³, а также в стра-

¹ «XXIV съезд Французской коммунистической партии». с. 161.

³ См. «Международное рабочее движение. Вопросы истории и теории», т. 7. М., 1985.

558 нах среднеразвитого капитализма и некоторых развитых капиталистических странах юга Европы, в которых сохранился высокий удельный вес сельскохозяйственного населения, а классовая дифференциация традиционного крестьянства не получила окончательного завершения.

В целом проблема союза рабочего класса и крестьянства остается одной из центральных проблем революционного процесса. Компартии несоциалистического мира уделяют неослабевающее внимание защите интересов трудящихся крестьян. Например, в Португалии рабочий класс вместе с крестьянством под руководством коммунистов отстаивает одно из важнейших завоеваний Апрельской революции — аграрную реформу. «Развитие крестьянского движения,— подчеркивал А. Куньял на IX съезде ПКП,— укрепляет союз крестьянства с рабочим классом, сокращает социальную базу реакционных сил и склоняет чашу социальных весов в пользу народного движения во многих районах, где еще господствует реакция» ¹. В Испании под руководством Коммунистической партии были созданы «крестьянские комиссии», которые ведут борьбу за проведение прогрессивной аграрной реформы. В Италии рабочий класс во главе с компартией развернул борьбу за преобразование сельскохозяйственного Юга Италии на демократических основах ².

Новое обострение общего кризиса капитализма, начавшееся после экономического спада 1974—1975 гг., резко ухудшило положение городских мелких собственников. Усилилась их социально-экономическая неустойчивость, возросла «смертность» мелких и средних предприятий, произошло ужесточение условий конкуренции, усложнилось положение мелких собственников на рынках сбыта и в кредитной сфере.

В результате усилились антимонополистические настроения в среде мелкой буржуазии, укрепилась их традиционная неприязнь к крупному капиталу. Это, однако, не ведет автоматически к радикализации их сознания и сближению с рабочим движением, с левыми силами. Напротив, протест против гнета монополий нередко принимает у них консервативную окраску. Идеалы мелкой буржуазии обращены в прошлое: она мечтает о возврате «золотого века», когда ее представители занимали ведущие посты в общественно-политической жизни. Большая часть мелких собственников испытывает страх перед социалистическими преобразованиями. Хотя современный государственно-монополистический капитализм и является «отрицанием» мелкотоварного производства, он, на взгляд многих из них, является «меньшим злом», так как не ставит под угрозу «священный принцип частной собственности».

¹ «IX съезд Португалической коммунистической партии», с. 271.

² См. «Мировое коммунистическое движение», с. 229.

559 Таким образом, если ухудшение социально-экономического положения мелких производителей создает возможность их союза с пролетариатом, то свойственные им традиции и представления делают их восприимчивыми к буржуазной идеологии. Их давняя, обусловленная двойственностью экономического положения тяга к сильной, автократической власти в значительной степени поощряется реакционной пропагандой, возлагающей ответственность за экономические неурядицы на «чрезмерные требования» рабочего класса, и прежде всего профсоюзов, и на политику развивающихся стран, являющихся основными поставщиками на мировой рынок энергетического и другого дефицитного сырья. Характерная для мелких собственников тоска по прошлому определила их поддержку антиэтатистских мероприятий неоконсервативных правительств.

Выступая за создание союза пролетариата с мелкой буржуазией города, коммунисты капиталистических стран стремятся добиться их сплочения как в борьбе за общие для них интересы, так и в защите специфических требований каждой социальной группы и слоя в отдельности, не противоречащих, естественно, интересам рабочего класса. Обращаясь к мелким предпринимателям, Ж. Марше заявил на XXII съезде ФКП: «Разумеется, ваши интересы не всегда совпадают с интересами ваших рабочих. Но в конечном счете именно на стороне рабочего класса, в Союзе народа Франции, вы найдете решение ваших сегодняшних проблем и долговременные гарантии на будущее» ¹.

Коммунисты капиталистических стран подчеркивают, что выдвигаемые ими программы национализации не затрагивают мелкотоварный сектор, напротив, их осуществление ликвидирует зависимость многих мелких и средних предприятий от крупного капитала, снимает угрозу поглощения их монополиями ². Португальские коммунисты считают, что в случае лояльного отношения к демократическим преобразованиям мелкие и средние собственники извлекут из них немалые выгоды.

По мнению компартий ряда капиталистических стран, на определенном, достаточно высоком этапе развития революционного процесса общественная собственность на средства производства будет сосуществовать со средней и мелкой частной собственностью. Такую возможность в свое время предвидел еще Ф. Энгельс. Отвечая на вопрос «Возможно ли уничтожить частную собственность сразу?», он писал: «Нет, невозможно, точно же, как нельзя сразу увеличить имеющиеся производительные силы в таких пределах, какие необходимы для создания общественного хозяйства.

¹ «Cahiers du communisme», 1976, N 2—3, p. 54.

² Подробнее см.: «Мировое коммунистическое движение», с. 238—239.

560 Поэтому надвигающаяся по всем признакам революция пролетариата сможет только постепенно преобразовать нынешнее общество и только тогда уничтожит частную собственность, когда будет создана необходимая для этого масса средств производства»¹.

Коммунисты встречаются с немалыми трудностями в распространении своих взглядов в мелкобуржуазной среде, пропитанной антикоммунистическими предрассудками. Зачастую сказывается отсутствие опыта работы в мелкобуржуазных слоях. Португальские коммунисты отмечали: «На практике мы не придавали нашей каждодневной деятельности необходимый импульс для того, чтобы завоевать эти слои на сторону социального прогресса, для того, чтобы им помочь в борьбе за свои интересы... для того, чтобы конкретизировать политику союзов, которая отвечала бы интересам классовой борьбы, непосредственным и общим интересам этих слоев»².

Не жалея усилий по завоеванию на свою сторону крестьянства и городской мелкой буржуазии, коммунисты учитывают серьезные изменения, происходящие в сложном конгломерате городских средних слоев. В составе городских средних слоев падает удельный вес мелкой буржуазии, растет доля так называемых новых средних слоев — наемных работников умственного труда, занимающих в социально-классовой структуре промежуточное место между буржуазией и пролетариатом³. По своему социальному облику, сознанию и поведению новые средние слои — прежде всего интеллигенция, среднее звено специалистов и служащих — во многом отличаются от крестьянства и городской мелкой буржуазии первой половины XX в., которые в экономической сфере опирались на традиционный уклад, технически наименее развитое производство. Новые средние слои, напротив, связаны с наукой, современной техникой, крупным хозяйством, различными видами государственного регулирования. Их образование, как правило, намного выше, кругозор значительно шире, многие из них представляют собой важные звенья системы производства или государственного управления. Им гораздо меньше свойственны фетишизация собственности, традиционные мелкобуржуазные предрассудки. В своем социально-политическом поведении они менее пассивны, более способны к коллективным действиям.

Под влиянием подъема рабочего и общедемократического движения конца 60-х — начала 70-х годов в их среде сформировался относительно широкий слой политически активных людей, для которых характерны враждебность государственно-монополисти-

¹ К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 4, с. 331—332.

³ См. «Рабочий класс в социальной структуре индустриально развитых капиталистических стран». М., 1977, с. 63—66 и сл.

561 ческому капитализму, потребительскому образу жизни, антимилитаризм, гуманистические и демократические идеалы. Даже в США, где идейно-политическая гегемония буржуазии особенно сильна, в 70-х годах в интеллигентной среде происходило усиление демократических тенденций, рост сознания своей ответственности перед обществом, стремление способствовать своей деятельностью решению социальных проблем ¹.

Рост численности новых средних слоев сопровождается ухудшением их материального положения, падением социального статуса и престижа. За послевоенный период они почти полностью перешли на работу по найму. Их труд обезличивается и теряет индивидуальность, регламентируется, дисциплина и ритм работы ужесточаются, среди них растет число безработных.

Серьезный удар по их положению нанес экономический кризис. Чрезвычайные антикризисные мероприятия в некоторых странах (например, в США и Англии) сопровождались массовыми увольнениями государственных служащих. Сокращение государственных ассигнований на социальные и культурные нужды усложнило положение представителей многих интеллектуальных профессий в нематериальной сфере (врачей, учителей, художников, артистов и т. д.).

Все это приводит к тому, что сознание и общественное поведение новых средних слоев «пролетаризируется». Коллективистские ценности и пролетарские нормы поведения стали все шире распространяться не только в «беловоротничковом» пролетариате или в пограничных группах рабочего класса (например, техников), но и среди представителей новых средних слоев. Их все чаще заботят такие вопросы, как гарантия от безработицы, уровень заработной платы, социальное обеспечение и другие проблемы, характерные для наемного труда. Определенное сходство ближайших, непосредственных требований служащих с требованиями рабочих, укрепление в их среде престижа профсоюзного движения — все это ведет ко все более частому заимствованию служащими и интеллигенцией форм профессиональной организации рабочего класса и методов их борьбы, прежде всего стачек. Эти сдвиги в сознании и поведении новых средних слоев создают предпосылки для формирования нового типа отношений между рабочим классом и его потенциальными союзниками.

Вместе с тем развитие союза рабочего класса с новыми средними слоями наталкивается на значительные трудности. Вследствие относительной прочности и престижности своего положения они более уверены в своих силах, чем мелкая буржуазия, и нередко претендуют на гегемонию в демократических и антимонополисти-

¹ См. В. Б. Кувалдин. Американский капитализм и интеллигенция. М., 1983, с. 289—290.

562 ческих коалициях. В этих союзах они отстаивают свои представления о целях и методах борьбы за общественное переустройство, не всегда приемлемые для революционного рабочего класса. Здесь и стойкие иллюзии о внеклассовом характере демократии и свобод, и пропитанное этими иллюзиями понимание проблем личности и гражданских прав, и неприятие централизованной организации.

Все эти особенности социального положения и общественного сознания новых средних слоев сказываются на их отношениях с рабочим классом, его революционным авангардом. Недостаточный учет специфики их сознания и общественных идеалов ведет к ослаблению позиций компартий в их среде.

В разных направлениях идет поиск общественных идеалов и в новых средних слоях. В одних группах он принимает форму корпоративной обособленности, отражающей «кастовый» эгоизм этих слоев, их стремление сохранить иерархические структуры, привилегированную заработную плату и высокие пенсии; в других относительно небольших отрядах проявляется готовность идентифицировать свои интересы с интересами других категорий трудящихся. Важным показателем распространения такой ориентации является известное расширение притока инженерно-технических и управленческих работников в рабочие профсоюзы ¹. Наконец, среди образованных трудящихся, особенно молодых, появилась достаточно широкая категория лиц, враждебных современному типу капиталистической общественной организации, диктату финансовой олигархии и бюрократии, потребительству и карьеризму. В своей оппозиции государственно-монополистическому капитализму они руководствуются довольно расплывчатыми демократическими идеалами, подчас граничащими с апологией индивидуализма и анархизма.

Именно эта весьма активная в общественной жизни категория создала питательную почву движений, борющихся за решение тех или иных острых социальных проблем (равноправия женщин, этнических меньшинств, оздоровления окружающей среды, улучшения качества и структуры потребления и т. д.) ².

Непосредственным результатом экономического кризиса стала возросшая неустойчивость настроений новых средних слоев, их «шараханье» между различными политическими течениями. При этом их политическое поведение существенно варьируется в зависи-

¹ См., например: И. М. Бунин. Инженерно-технические и управленческие работники Франции в поисках социально-политической ориентации. — «Рабочий класс в мировом революционном процессе». М., 1980; В. В. Песчанский. Управленческий персонал и классовая борьба. — «Рабочий класс в мировом революционном процессе». М., 1983; «Социальная психология классов». М., 1985, с. 223—228.

² См. подробнее ниже.

563 мости от конкретной ситуации. В тех странах, где в момент обострения кризиса у власти находились либеральные и реформистские правительства (например, в Англии и США), в новых средних слоях возобладали консервативные тенденции. Напротив, во Франции и Испании именно полевение этих слоев содействовало победе левых сил в 1981 г.

Борьбу коммунистов за союзы, их отношения с союзниками усложняет необходимость уделять в условиях экономического кризиса больше внимания согласованию интересов рабочего класса и средних слоев. В настоящее время эта задача не решается сведением к простому сложению требований отдельных отрядов трудящихся.

Последствия кризиса — снижение темпов роста производства, рост массовой безработицы и инфляции, обострение проблем внешнеторгового и платежного баланса, валютные неурядицы — резко сокращают поле маневра демократических сил в социально-экономической области. В условиях кризиса обостряется вопрос об источниках средств, необходимых для повышения или хотя бы сохранения жизненного уровня трудящихся, осуществления структурных преобразований и производственных инвестиций. Ограниченность финансовых ресурсов и опасность усиления инфляции в случае нового повышения расходов государства делают невозможным комплексное решение этих проблем без существенного перераспределения доходов. Уменьшаются возможности выдвижения таких программ, которые бы в одинаковой степени удовлетворяли достаточно широкие и разнородные слои трудящихся. В деятельности компартий стала более острой и проблема приоритетов.

В условиях экономпческого кризиса рабочий класс особенно заинтересован по меньшей мере в сохранении жизненного уровня, а наиболее обездоленные группы трудящихся нуждаются в быстром и значительном его повышении. Напротив, мотивы протеста наиболее активных представителей новых средних слоев зачастую выходят за рамки перераспределения национального дохода, в большей мере сосредоточены на решении проблем «качества жизни»: экологии, образования, участия в управлении и т. д.

Вместе с тем определенные перспективы в политике классовых союзов, особенно с новыми средними слоями, открывают вызванные возвышением потребностей сдвиги в сознании рабочего класса. Ориентация на чисто материальные требования, только на повышение доходов трудящихся, неизбежно в условиях кризиса ведет к обострению отношений с потенциальными союзниками рабочего класса, к усилению корпоративных тенденций. Ставя же вопрос о правах, положении человека в системе экономических отношений, рабочие партии создают более прочную основу для союза всех эксплуатируемых слоев. «Решающим фактором, основной

564 целью, оправдывающей самоотверженную борьбу рабочего класса,— писал Р. Урбани,— будет его совершенно иная социально-экономическая роль при социализме. Если же сами коммунисты не поднимаются в пропаганде социалистического идеала выше обещаний материальных благ, то им трудно рассчитывать на успех» ¹.

Принципиальная необходимость союза с непролетарскими слоями трудящихся города и деревни, особенно с теми из них, роль и численность которых возрастают под влиянием научно-технической революции, была широко осознана в коммунистическом движении еще в 50—60-х годах, однако значительно труднее оказалось найти действенные политические формы такого союза. Всесторонний учет требований и стремлений потенциальных союзников рассматривался и рассматривается коммунистами как важнейший путь поиска таких форм. Он позволяет, в частности, расширять влияние компартий в средних слоях.

В 80-х годах растущее значение в союзнической политике коммунистов многих капиталистических стран приобретают их отношения с массовыми демократическими движениями.

Активность этих движений значительно усилилась, их массовая база заметно расширилась. Во многих странах одновременно сосуществуют, а часто и взаимодействуют антивоенные движения и движения потребителей, студенческие и женские, антирасистские и за охрану окружающей среды. Массовый характер приобрело участие граждан капиталистических стран в движениях, развертывающихся на местном уровне ².

Базой новых социальных движений являются прежде всего наиболее активные представители современных групп средних слоев. Западногерманские коммунисты определяют эти движения как непролетарскую форму протеста ³. В них раньше всех включились образованные категории трудящихся.

Особую роль в общедемократических движениях играет молодежь. «Все крупные внепарламентские движения 60-х и 70-х годов,— отмечал Председатель ГКП Г. Мис,— в значительной мере черпали силу в политической активности прогрессивной части молодого поколения» ⁴. В еще большей степени эта тенденция проявляется в 80-х годах.

Первоначально участие рабочих в новых социальных движениях было незначительным, однако в 80-х годах оно возросло. При этом в инициативах, преследующих конкретные материальные цели

¹ «Проблемы мира и социализма», 1982, № 9, с. 19.

⁴ «Проблемы мира и социализма», 1981, № 2, с. 23.

565 (например, квартиросъемщиков), рабочие участвуют чаще, чем в движениях, в большей мере вдохновляемых абстрактными идеалами (экологические, феминистские). Рабочая молодежь принимает участие в ряде «альтернативных» проектов (в «сельских общинах», «городских коммунах»). В 80-х годах стали возникать движения маргинальных групп (например, безработных или иностранных рабочих).

Важной особенностью новых социальных движений является их организационная аморфность, выражающаяся в наличии сотен мелких, слабо связанных между собой организаций — экологических, потребительских, феминистских и т. д. В них сильна тенденция к неформальной организационной структуре и соответствующим методам принятия решений, являющаяся в какой-то мере следствием отрицания традиционных каналов и методов политической борьбы, недоверия к «представительной» и обращения к «прямой» демократии.

Рыхлость большинства новых социальных движений усугубляется существующей в них идеологической разнородностью. В женском движении сосуществуют течения «радикального феминизма», выводящие причины «женского угнетения» из биологического разделения полов, и направление «социалистического феминизма», пытающееся рассмотреть положение женщины во всех сферах жизни и видящее причину угнетения женщины в отношениях собственности и в капиталистическом разделении труда. Различные, иногда трудносовместимые социально-политические позиции присутствуют и в экологическом движении. Одни призывают отказаться от промышленной цивилизации и вести растительное существование в «экообщинах»; другие выступают за нулевой экономический рост, стабилизацию уровня потребления и численности населения; третьи предлагают частичные меры по улучшению природопользования; четвертые делают особый упор на ответственности капитализма за разрушение окружающей среды¹.

В движении, организующем захват пустующего жилья, выделяются две фракции: «радикалов» и «реформистов». «Радикалы» отрицают возможность каких-либо переговоров с властями. Это в основном молодежь в возрасте до 25 лет, среди них много безработных, детей иностранных рабочих и т. п. В «реформистской» фракции преобладают люди в возрасте от 25 до 40 лет из относительно «благополучных» социальных групп (учителя, архитекторы, научные работники и т. п.). В захвате домов «реформисты» видят прежде всего средство «делать политику»²: оказывать давление на строительные компании и спекулянтов жильем, стимулировать активность левых партий.

¹ См. «Современный капитализм...», с. 112.

² «Aussteigen oder rebellieren: Jugendliche gegen Staat und Gesellschaft». Reinbek bei Hamburg, 1981, S. 111.

566 Однако организационная рыхлость новых социальных движений, их разрозненность постепенно преодолеваются. К концу 70-х годов контакты между различными организациями возросли, они все чаще стали осуществлять совместные акции.

Дальше всех по пути преодоления организационной аморфности пошли экологисты. Движение в защиту окружающей среды как бы перерастало себя. Его массовость и активность повышались, но эффективность оставалась довольно низкой. Ощущалась все более острая необходимость перехода движения на более высокий уровень, прямого вторжения в систему выработки и принятия политических решений. С этой целью в ряде стран экологисты создали общенациональные партии, которые добились значительных успехов. На муниципальных выборах 1977 г. французские экологисты получили в некоторых крупных городах более 10% голосов. На выборах в бундестаг ФРГ 6 марта 1983 г. за партию «зеленых» проголосовали 5,6% избирателей, что явилось крупнейшей внутриполитической сенсацией за последние 20 лет. В мае 1984 г. партия провела своих депутатов в Европейский парламент.

Параллельно с изживанием организационной аморфности происходило расширение диапазона требований и уточнение ближайших и перспективных целей борьбы. Первоначально протест экологических групп ограничивался защитой природы, в первую очередь там, где они жили. По мере того как среди активистов движения укреплялось понимание сути проблемы, их выступления перешагнули узкие местные рамки. Осознание опасности военных факторов разрушения планеты активизировало участие сторонников охраны природы в борьбе за мир, против гонки вооружений.

В ФРГ «зеленые» фактически выступают против хозяйства, основанного на капиталистических принципах. В их программных документах подчеркивается, что в рамках такого хозяйства решение острейших социальных проблем приносится в жертву интересам получения прибыли. «Зеленые» считают, что погоня за прибылью немыслима без ограбления народов развивающихся стран, борющихся против капиталистической эксплуатации, и поэтому входит в противоречие со стабильностью международных отношений. Реальная переориентация научно-технического прогресса и социально-экономического развития в соответствии с социальными критериями и приоритетами, полагают «зеленые», возможна лишь при участии основной массы населения страны в решении важнейших хозяйственных и политических дел.

Партия «зеленых» выдвигает ряд требований по демократизации общественной системы: снятия ограничений на право проведения демонстраций, ликвидации практики «запрета на профессии», создания политических условий, гарантирующих свободное волеизъявление протестующего меньшинства. Во внешнеполитической части программы они выступают против размещения на террито-

567 рии ФРГ американских ракет первого удара и требуют от ФРГ и ее союзников осуществления односторонних мер по разоружению.

Слабостью установок «зеленых» является то, что они не увязаны в целостную концепцию общественно-политического развития. Абсолютизация частичных требований, придание им принципиального программного характера затрудняют их сотрудничество с профсоюзами и рабочими партиями. В ФРГ активное взаимодействие между профсоюзами и «зелеными» в деле защиты социально-экономических и политических требований трудящихся все еще не налажено и сталкивается с массой проблем, связанных в основном с колебаниями и непоследовательностью, свойственными как «зеленым», так и профсоюзам. Партия «зеленых» нередко отталкивает от себя потенциальных сторонников из среды рабочего класса резкой критикой экономического роста на нынешней технико-производственной основе, настаивая на немедленном свертывании «вредных» производств, что еще больше увеличило бы количество безработных.

Вместе с тем во внепроизводственной сфере новые социальные движения «вносят значительный вклад в формирование антимонополистического сознания населения и в антимонополистическую борьбу. Своими во многом новыми формами противоборства и акциями протеста, открывая новые области общественных конфликтов и сражения, они придают рабочему движению важные импульсы»¹. Например, движение в защиту окружающей среды способствовало тому, что рабочее движение яснее, чем раньше, стало понимать взаимосвязь экологических проблем с научно-техническим прогрессом, «анализировать вопросы роста экономики не только с количественной, но и с качественной, социально-содержательной точки зрения»². Под влиянием женского движения рабочие партии и профсоюзы стали учитывать и проблемы, связанные с утвердившимися в массовом сознании взглядами на роль женщины в обществе. Движение квартиросъемщиков показало необходимость «не упускать из поля зрения вопросы квартплаты и жилья»³.

В конце 70-х — начале 80-х годов происходили определенные позитивные изменения во взаимоотношениях компартий и новых социальных движений⁴.

Коммунисты стали рассматривать новые социальные движения как составной элемент широкого демократического союза антимонополистических, антиимпериалистических сил. В своей новой

¹ В. Гернс. Антимонополистический потенциал новых социальных движений.— «Коммунист», 1983, № 11, с. 108.

⁴ См. «Не соперничество, а сотрудничество. Коммунисты и новое в социальных движениях». М., 1984; Ю. Красин, Б. Лейбзон. Коммунисты и новые движения общественного протеста.— «Коммунист», 1984, № 5.

568 Программе Компартия Великобритании трактует этот союз как широкое объединение, в которое должны быть вовлечены разнородные силы — участники борьбы за профсоюзные права, промышленную демократию, эмансипацию женщин, за национальные права Шотландии, Уэльса, Северной Ирландии, те, кто выступают против расизма, требуют ликвидации НАТО и выхода из ЕЭС, ратуют за охрану окружающей среды и реформу коммунальной политики ¹. «В настоящее время,— отмечал на XXIV съезде ФКП Ж. Марше,— деятельность общественных организаций переживает новый подъем и ведется в новых формах. Мы хотим развивать отношения с ними на основе взаимного уважения независимости, признания каждой из них, свободы мнений и критики. Мы готовы к любой встрече, к любым поискам и обмену мнениями, к любым усилиям, направленным на достижение общей цели» ².

На VI съезде ГКП, состоявшемся в марте 1981 г. в Ганновере, Г. Мис подчеркнул: «При всех различиях, при всей несхожести их социальной базы, при наличии известных сомнительных моментов в различных движениях главное здесь состоит в том, что мы имеем дело, как это называют буржуазные комментаторы, с формированием «организованной, противостоящей основным партиям среды, которую следует воспринимать всерьез». Мы, коммунисты, видим в этом явлении в первую очередь различные формы стремления граждан выразить свои демократические настроения, организовать демократические силы в качестве противовеса политике господствующих кругов и боннских партий. Мы видим в этом новые элементы дальнейшего формирования антимонополистических, демократических движений» ³.

В программных документах ИКП отмечается: «Более внимательного и ответственного отношения заслуживают новые движения, которые собирают растущие симпатии, особенно среди молодежи, и ставят важные коллективные цели, такие, как охрана прав меньшинства, участие в культурной жизни масс, до сего дня остававшихся исключенными из нее, борьба с наркотиками и маргинализацией в самых различных ее формах, борьба за более высокое качество жизни, защита и освоение исторического достояния и природной среды, охрана экологического равновесия» ⁴.

В новой Программе Социалистической партии Австралии, принятой в 1981 г., впервые говорится об экологических проблемах и различных движениях экоголистов ⁵.

¹ «The British Road to Socialism». London, 1978, p. 17.

⁵ «For a World at Peace, an Independent and Sovereign Australia and a New Democratic Economic System». Sydney, 1981, p. 30.

569 Опыт сотрудничества между компартиями и новыми социальными движениями показывает, что «в ходе совместных действий растет готовность к диалогу, к взаимному ознакомлению, к действительно серьезному подходу к нашей политике и нашему мировоззрению»¹. Такое сотрудничество полезно для обеих сторон.

Развитие связей с различными общедемократическими движениями, работа в них рассматриваются в коммунистических партиях как одно из важных направлений политики союзов, борьбы за создание устойчивых и действенных антимонополистических коалиций. Серьезное преимущество данного направления коммунисты видят в том, что оно позволяет преодолеть одностороннюю ориентацию на союз «в верхах», проявлявшуюся в деятельности некоторых компартий в 70-х годах.

Выступая на XXV съезде ФКП, Ж. Марше отметил, что ранее «союз снизу» часто низводился до роли «инструмента оказания давления» на верхи. Это приводило к тому, что энергия активистов общественных движений, в том числе и коммунистов, растрачивалась на борьбу за верхушечные соглашения. Ж. Марше подчеркнул, что «теперь речь идет о том, чтобы придать важнейшее значение конкретной деятельности коммунистов там, где ведется значимая, конкретная, открытая, разнообразная деятельность по мобилизации масс»².

Массовый характер новых социальных движений, активное участие в них самих масс способны придать союзу с этими движениями глубокий, основательный характер, позволяют добиться независимости союзнических связей от колебаний политической конъюнктуры, от узкопартийных и гегемонистских целей, которые часто проявляются в поведении реформистских и буржуазных политических организаций, идущих на сотрудничество с коммунистами. Как считают коммунисты, при всей узости конкретных целей многих демократических движений, противоречивости их идейной платформы объективно им присуще антимонополистическое содержание; поэтому, участвуя в них, представители революционного авангарда рабочего класса получают новую возможность вести работу по развитию сознания политически активных групп населения, подводить их на опыте борьбы к лозунгам коренных общественных преобразований. Значение работы по налаживанию связей с демократическими движениями часто оценивается компартиями в свете самокритичного анализа недавнего политического опыта.

Рассматривая проблему отношений ФКП с различными социальными движениями, Ж. Марше в апреле 1983 г. подчеркивал:

¹ «VI съезд Германской коммунистической партии», с. 72.

² «L'Humanité», 7.II.1985.

570 «Для того чтобы дать правильную оценку нашему отставанию в этой области, следует полностью осознать, что наша теперешняя позиция глубоко отлична от той, которая преобладала ранее. В течение всего периода совместной программы существовала тенденция искать решение всех проблем, которые возникали «в низах», лишь «наверху». Эта тенденция привела нас к недооценке, если не к фактическому игнорированию деятельности общественных организаций. Неизбежным результатом этого стало снижение внимания коммунистов к их деятельности» ¹.

XXV съезд Компартии Канады (1982 г.) призвал избегать сектантской отчужденности от масс. В его документах содержится требование находить в любых условиях пути и средства для укрепления позиций Компартии, «вносить свой вклад в становление массовых движений» ². Бельгийские коммунисты, критически анализируя политику партии в последние годы, отмечали, что она должна не «растворяться» в массовых движениях, как это имело место в прошлом, но активно влиять на их идеологический и политический облик ³.

В интересах сотрудничества рабочего движения и новых социальных движений коммунисты призывают делать упор «на общность и первоочередность целей в совместной борьбе» ⁴. Политическим и профсоюзным организациям рабочего класса необходимо подхватывать позитивные инициативы, поддерживать и укреплять проявляющуюся в новых социальных движениях «антимонополистическую тенденцию, опираясь при этом на свою собственную программу и практическую политику» ⁵.

Коммунисты учитывают то обстоятельство, что сила новых социальных движений кроется прежде всего в том, что «они нацелены на ту или иную конкретную задачу, благодаря чему в них вливаются люди различной партийно-политической и мировоззренческой ориентации» ⁶. В документах XXIII съезда Компартии Бельгии отмечалось, что борьба за демократическую альтернативу требует объединения всех прогрессивных сил страны, а достижение единства предполагает создание «частичных фронтов» вокруг конкретных проблем. БКП подчеркивала, что круг вопросов, по которым стало возможно создание подобных «частичных фронтов», значительно расширился. Речь идет не только о борьбе за занятость, жизненный уровень, социальные права, но и о «фронтах», которые возникают вокруг любой из проблем, касающихся населения,

¹ «L'Humanité», 21.IV.1983.

⁶ Там же, с. 111.

571 будь то вопросы защиты окружающей среды, развития культуры, здравоохранения, образования, разоружения, солидарности с угнетенными народами и т. д.¹

В общедемократических классовых и политических объединениях компартии не навязывают свою программу. Они поддерживают их требования, в чем-то уступают, идут на разумные компромиссы. Только взяв на себя решение общедемократических задач, рабочий класс и его союзники способны сформировать политическое большинство.

Политика компартий по отношению к новым социальным движениям в целом представляет собой дальнейшее развитие и практическое воплощение той идеи сплочения всех антимонополистических сил, которая была выдвинута коммунистическим движением еще в 50—60-х годах. К этим силам относятся рабочий класс и представляющие его политические и профессиональные организации, выступающая против реакции и милитаризма часть средних слоев.

Основой такого сближения является борьба за мир, против экологической катастрофы, против расточительства природных и человеческих ресурсов в погоне за прибылью, против усиления авторитарных тенденций.

Относительно краткий период конца 70-х — начала 80-х годов характеризуется не только количественным ростом демократических движений, но и чрезвычайно быстрым повышением их политического значения, масштабности, роли в общественной жизни. Это выразилось прежде всего в заметном усилении их антиимпериалистической и антимилитаристской направленности, в том, что самым мощным и влиятельным из них стало в данный период антивоенное движение. В 80-х годах оно приобрело такой размах, который говорит о качественном новом этапе его развития ².

Главными отличительными чертами современного антивоенного движения являются его массовость, широта, разнообразие действующих в нем социальных и политических сил.

Участникам антивоенного движения свойственно многообразие побудительных мотивов: здесь и глубокое классовое самосознание рабочего класса, и сугубо профессиональное, научное понимание губительных последствий ядерной войны, и религиозно-моральное неприятие войн и насилия. Но всех их объединяет общее стрем-

¹ «Le Drapeau Rouge», 24.VIII.1978, p. 6.

² См. В. С. Шапошников. О некоторых проблемах современного антивоенного движения. — «Мировая экономика и международные отношения», 1981, № 12; его же. Современное антивоенное движение — важный фактор борьбы за мир. — «Мир и разоружение. Научные исследования». М., 1982; «Новый этап антивоенной борьбы в Западной Европе». — «Мировая экономика и международные отношения», 1982, № 1.

572 ление не допустить ядерной войны, взять под контроль, а затем и полностью ликвидировать ядерное оружие ¹.

Социально-политическая пестрота современного движения за мир, множественность побудительных мотивов его участников неизбежно порождают принципиальные расхождения между отдельными его потоками и в сфере идеологии, и в области политических позиций. Определенные силы в антивоенном движении выступают за то, чтобы оно приобрело «равноудаленный» от СССР и США характер. Иными словами, они требуют, чтобы движение за мир было бы в одинаковой степени направлено как против США, так и против СССР, который якобы тоже несет ответственность за гонку вооружений и растущую военную угрозу.

Вместе с тем по мере саморазоблачения администрации Рейгана при проведении курса на военное превосходство, гонку вооружений, ядерный шантаж, подчинение все и вся своему диктату такие взгляды теряют почву, изживаются. В ходе практических антивоенных мероприятий на первый план выдвигаются требования к своим правительствам относительно отказа от размещения на территории соответствующих стран нового американского ядерного оружия, отказа от следования в фарватере опасной политики США. Массовые антивоенные манифестации в большинстве западноевропейских стран характеризуются явным антиамериканским настроем, ростом недоверия и даже враждебности к внешней политике США. Последовательно миролюбивый курс Советского Союза, его внешнеполитические инициативы, направленные на улучшение международной ситуации, открывают перед миролюбивыми силами перспективу выхода из создавшегося положения. Миф о «равной ответственности двух сверхдержав» разрушается.

Вместе с тем задача установления отношений сотрудничества и укрепления единства действий антивоенных движений Запада и Востока, капиталистических, развивающихся и социалистических стран сохраняет свою актуальность. В сплоченности различных отрядов единого, всемирного по своему характеру движения за мир — залог его силы и результативности.

Антивоенное движение развивается как общедемократическое, на межклассовой основе. Но особенно широкий размах оно приобретает тогда, когда в него активно включаются рабочий класс и профсоюзы.

В 70-х годах недостаточно широкое участие профсоюзов в борьбе за мир объяснялось как тем, что над некоторыми из них довлел страх сокращения занятости в результате разоружения, так и тем, что многие все еще были склонны считать усилия по борьбе за разоружение прерогативой политических партий и правительств. К то-

¹ См. В. Орел. Антивоенное движение: его друзья и противники. — «Международная жизнь», 1983, № 3.

573 му же в связи с усилением кризисных явлений в экономической и социальной сферах жизни капиталистических стран основные силы профсоюзного движения были брошены на предотвращение ухудшения положения рабочего класса, на защиту уже завоеванных прав¹.

Но в 80-х годах антивоенные выступления профсоюзного движения стали шириться. В мае 1982 г. Объединение немецких профсоюзов (ОНП) приняло новую резолюцию, в которой подчеркивалась особая ответственность ФРГ и ее правительства в деле сохранения мира, осуждалось создание нейтронной бомбы. Мощное движение за мир сыграло значительную роль в том, что ОНП включилось в борьбу и выдвинуло лозунг «Мир через разоружение». В документах ОНП все сильнее звучит призыв к сохранению политики разрядки, к действенным переговорам между Западом и Востоком. Относительно новым явлением для Великобритании стало активное участие профсоюзов в массовой антивоенной борьбе. С начала 80-х годов крупнейшие английские тред-юнионы принимают участие практически во всех антивоенных движениях. В 1981 г. Британский конгресс тред-юнионов (БКТ) впервые перешел к последовательной оппозиции военной политике английского правительства, приняв подавляющим большинством голосов беспрецедентную в своей истории резолюцию в поддержку одностороннего ядерного разоружения Великобритании. БКТ призвал отменить решение о размещении крылатых ракет и закупке «Трайдентов», ликвидировать ядерные базы в Британии и вывести ядерное оружие из ее территориальных вод.

Все чаще и чаще профсоюзы видят в контроле над вооружениями и в разоружении не только жизненно важную проблему, но и путь к улучшению материальных и социальных условий жизни трудящихся, к сохранению рабочих мест. Профсоюзы стали уделять особое внимание борьбе за переключение военной индустрии на производство мирной продукции, разработке планов альтернативной занятости и расширения рабочих мест в случае реконверсии военного производства. Демонстрации, организованные профсоюзами в разных странах, все чаще проводятся под лозунгами: «Никаких новых миллиардов на вооружение», «Тратить средства на мирные дела, а не на бомбы».

Иначе говоря, рабочий класс ряда капиталистических стран все сознательнее связывает успех борьбы за свои повседневные цели с борьбой за мир, против гонки вооружений, ложащейся тяжелым бременем на плечи трудящихся. Это служит надежной основой дальнейшего расширения антивоенной коалиции, придания ей большей действенности.

¹ См. Г. Г. Дилигенский, Е. И. Ярополов. Рабочее движение развитых капиталистических стран в борьбе за мир.— «Мир и разоружение». Научные исследования».

574 В условиях обострения международной напряженности и расширения антивоенного движения особое значение приобретает деятельность передового отряда рабочего класса — коммунистических партий, направленная на предотвращение войны. «Нависшая над миром угроза ядерной войны, — подчеркивал Ю. В. Андропов, — побуждает по-новому оценить основной смысл деятельности всего коммунистического движения. Коммунисты всегда были борцами против угнетения и эксплуатации человека человеком, а сегодня они борются еще и за сохранение человеческой цивилизации, за право человека на жизнь»¹.

Усиливается роль компартий как самой активной силы в борьбе за мир, в мобилизации масс на противодействие планам внутренней и международной реакции, в сплочении миролюбивых сил в борьбе за сохранение и укрепление разрядки.

В деле активизации борьбы народных масс Европейского континента против решения НАТО о размещении в Западной Европе новых американских ракет с ядерными зарядами свое место заняла встреча коммунистических и рабочих партий Европы, состоявшаяся в Париже в апреле 1980 г. В парижской встрече, проведенной по инициативе Французской коммунистической партии и Польской объединенной рабочей партии, приняло участие более 20 партий. Они единодушно пришли к выводу о необходимости развернуть массовое движение за обуздание гонки вооружений, против усилившихся попыток империалистических кругов повернуть вспять процесс разрядки. В призыве, принятом в Париже, коммунисты заявили, что они «готовы, когда речь идет о борьбе за мир и разоружение, к любому диалогу, к любым переговорам, к любым совместным действиям»².

В 80-х годах борьба за мир больше, чем когда-либо прежде, становится неотъемлемой частью борьбы за социальный прогресс. В навязанной Соединенными Штатами обстановке конфронтации на международной арене и повышения активности милитаристских сил принятый рядом коммунистических партий курс на мирный путь развития революционного процесса оказывается под угрозой. Коммунисты рассматривают прочный мир как важный внешний фактор коренных социальных преобразований, как условие успеха в борьбе за интересы рабочего класса, всех трудящихся и за великие идеалы социализма.

Коммунистические партии стремятся сформулировать и совместные с другими силами платформы антивоенной борьбы (там, где это возможно) в национальном и интернациональном масшта-

¹ «Правда», 16 июня 1983 г.

² «Встреча коммунистических и рабочих партий Европы за мир и разоружение (Париж, 28—29 апреля 1980 года)». М., 1980, с. 8.

575 бах. С этой целью они принимают участие в многочисленных многосторонних и международных встречах и манифестациях, на которых обсуждаются проблемы борьбы против войны, прежде всего против ядерной. В ряде случаев это дало результаты. Широкое движение общественности в поддержку переговоров и по вопросам разоружения способствовало тому, что бельгийское и голландское правительства отложили принятие окончательного решения о размещении американских ракет средней дальности на своей территории. В Норвегии развернувшаяся кампания «Нет ядерному оружию» по своему характеру гораздо шире, чем возникшее в начале 70-х годов массовое движение против вступления страны в ЕЭС. В 1982 г. в результате деятельности коммунистов и других прогрессивных сил было собрано 540 тыс. подписей под требованием заключить договор о превращении Северной Европы в безъядерную зону ¹. Усилили, преодолев определенную инертность, антивоенную борьбу коммунисты Италии и Испании.

В 1981 г. XXXVI съезд КПВ потребовал не размещать крылатые ракеты, демонтировать ракеты «Поларис» и отказаться от закупки «Трайдентов», ликвидировать иностранные военные и ядерные базы на британской земле и вывести из страны американские войска, немедленно уменьшить военные ассигнования на 2 млрд. фунтов стерлингов с конечной целью сокращения таких расходов вдвое. Вместе с тем выдвинута идея реконверсии промышленности вооружений на производство общественно полезной продукции. КПВ настаивает на выходе Великобритании из НАТО, создании в Европе безъядерной зоны, а также на одновременном роспуске Североатлантического союза и Организации Варшавского Договора.

Не стремясь к организационно-политическому объединению всех антивоенных групп, коммунисты в то же время стараются добиться максимального единства действий. «Кампания за мир, — отмечал Председатель Компартии Норвегии X. Клевен, — должна прежде всего координировать действия, а не быть самоцелью... Задача коммунистов — придать всенародному движению «Нет ядерному оружию» как можно более широкий масштаб. Его следует сохранить единым и объединенным вокруг основной задачи» ².

По мнению компартий, борьбе за мир не должны препятствовать социальные, политические или идеологические различия и даже противоречия. В предотвращении ядерной катастрофы заинтересованы все независимо от классовой или партийной принадлежности, от идейных позиций. Любое ограничение числа участников антивоенного движения по соображениям идеологии, веры или программы ослабило бы его потенциальную силу. Как говорится

¹ «Vergen og vi», 1982, N 5, S. 36.

² «Vergen og vi», 1982, N 3, S. 37.

576 в Совместном заявлении делегаций КПСС и ФКП от 12 июля 1983 г., различие в оценке обстановки, причин роста напряженности в мире «ни в коем случае не может и не должно быть препятствием для совместных действий самых широких социальных, политических и общественных сил в борьбе за всеобщий мир» ¹.

Иначе говоря, в 80-х годах борьба за разрядку стала тем полем политической деятельности, где открылась возможность образования широких союзов различных социальных групп и слоев, партий и организаций. Только в ходе диалога между различными социальными, общественными и политическими силами можно выработать общие позиции, которые отвечали бы интересам и чаяниям трудящихся и могли бы стать не только совместной платформой антивоенной борьбы, но и основой программы антимонополистических преобразований. Отмечая этот аспект антивоенного движения, Генеральный секретарь КПВ Г. Макленнан в своем выступлении на съезде английских коммунистов подчеркнул: «Как блестяще показал народный марш протеста и как подтверждают результаты движения за мир, люди учатся и приобретают опыт прежде всего в борьбе». Этот опыт позволяет им оценить их собственные силы и силы других, «возможности образования союзов между политическими тенденциями внутри рабочего движения и, перешагивая за его границы, оценить прочность и боеспособность подобных союзов с точки зрения не только воздействия на текущие политические события, но и преобразования самого общества» ².

ОСОБЕННОСТИ СИТУАЦИИ И СТРАТЕГИИ КОММУНИСТОВ В СТРАНАХ АЗИИ, АФРИКИ И ЛАТИНСКОЙ АМЕРИКИ​

Выше говорилось о сторонах деятельности коммунистических партий, более или менее характерных для всех регионов капиталистического мира. В то же время борьба коммунистов стран Азии, Африки и Латинской Америки и в 70—80-х годах отличалась немалыми особенностями.

70-е годы открыли новый, богатый событиями период в революционном процессе этих стран. Хотя перед народами трех континентов стояли прежние задачи — борьба против империализма, колониализма и неоколониализма, за социальный и экономический прогресс, она обогатилась по содержанию и поднялась на более высокий уровень.

В Латинской Америке произошли революции в Чили и Никарагуа, прогрессивные преобразования на Гренаде, были осуще-

¹ «Правда», 12 июля 1983 г.

² «Comment», 5.XII.1981, N 24—25, vol. 19, p. 5.

577 ствлены социальные реформы на Ямайке, развернулись революционные битвы в Сальвадоре, была провозглашена независимость ряда малых государств Карибского бассейна.

В Азии завершились освобождение, а затем и воссоединение Вьетнама, победа революции в Лаосе, Кампучии (возродившейся после кровавого господства полпотовского режима), Афганистане и Иране.

В Африке одержала верх революция в Эфиопии, была ликвидирована последняя колониальная империя — португальская и победили народные революции во входивших в нее странах, произошли прогрессивные перемены на Мадагаскаре и в Бенине, завоевала независимость Зимбабве, приобрела огромный размах освободительная борьба в Намибии и ЮАР.

Освободительные процессы на трех континентах шли далеко не прямолинейно и не однозначно. Некоторые из них империализму удалось прервать или существенно затормозить. Были отступления и даже поражения — в Чили, на Ямайке и в результате прямой агрессии США — на Гренаде; в Египте, Судане, Сомали и Иране (в этой стране в 1982 г. резко усилились позиции правого крыла консервативного духовенства).

Однако в целом освободительное движение на трех континентах в рассматриваемый период позволяет говорить о глубоком качественном сдвиге в мировом развитии на всех направлениях — политическом, экономическом и социальном.

С учетом всего этого, опираясь на свой опыт и коллективные выводы, сформулированные Совещанием коммунистических и рабочих партий 1969 г., разрабатывали и совершенствовали свою стратегию и тактику коммунисты стран Азии, Африки и Латинской Америки. Они исходили при этом как из общности стоявших перед их народами задач, прежде всего антиимпериалистических, так и из растущей дифференциации условий революционной борьбы по отдельным регионам и странам.

* * *

Совещание коммунистических и рабочих партий 1969 г. зафиксировало момент подъема в революционной борьбе на Латиноамериканском континенте. В выступлениях руководителей компартий Латинской Америки подчеркивалось, что в этом районе мира развиваются боевые демократические и антиимпериалистические движения, революционные процессы, которые открывают путь к социализму. Факты показали, что все более важную роль в этих движениях и процессах играют пролетариат и его партии, наметился подъем борьбы сельских масс, позволявший утверждать, что закладываются основы рабоче-крестьянского союза. В качестве союзников пролетариата все в большей мере выступали студенты, передовая

578 интеллигенция, многочисленные круги средних слоев городского населения. Компартии отмечали начавшееся вовлечение в прогрессивное движение передовой части религиозных кругов, развитие патриотических и демократических тенденций внутри вооруженных сил некоторых стран.

Победа блока Народного единства на президентских выборах 1970 г. в Чили, сформирование правительства, поставившего цель «покончить с господством империалистов, монополий, помещичьей олигархии и начать строительство социализма» ¹, деятельность этого правительства и его достижения стали подлинной вехой в истории освободительного движения на континенте после победы Кубинской революции.

Не ошиблись в оценке этого процесса и силы реакции — чилийской и международной, прежде всего в лице империализма США, организовавшие в сентябре 1973 г. преступный заговор и насильственное свержение законного правительства С. Альенде.

Но временное поражение чилийской революции не умаляет ее исторических заслуг. Извлечь уроки из него постарались компартии и Латинской Америки, и других районов мира. Подробнейший анализ опыта правительства Народного единства, причин его поражения и вытекающих из этого выводов дали сами чилийские коммунисты на Пленуме ЦК КПЧ в августе 1977 г. ², а также в ряде работ руководителя партии, в том числе в серии статей, опубликованных в журнале «Проблемы мира и социализма» и изданных затем отдельной книгой ³.

Прежде всего необходимо отметить, что совместная правительственная программа, вокруг которой сложился блок Народного единства, была разработана главным образом на основе политической линии, сформулированной чилийскими коммунистами. Эта линия предусматривала создание широкой антиимпериалистической, антимонополистической, демократической коалиции — от пролетариата до немонополистических слоев буржуазии — и приход этой коалиции к власти без гражданской войны, через президентские выборы и на основе развертывания массовых выступлений трудящихся.

КПЧ внесла важный вклад и в разработку концепции революции, исходившей из того, что она должна сначала пройти антиимпериалистический, антимонополистический, аграрный, демократи-

¹ «Programma basico de gobierno de la Unidad Popular». Santiago, 1970, p. 10.

³ См. «1000 дней революции. Руководители КПЧ об уроках событий в Чили», Прага, 1978.

579 ческий этап и лишь затем подойти к социалистическому. Решающую роль в успехе этого процесса должно было сыграть единство политических действий рабочего класса. И действительно, чилийский рабочий класс доказал, что сумел завоевать роль гегемона, а концепция революции успешно претворялась в жизнь, по крайней мере в первый период существования правительства Народного единства.

Однако, как писал впоследствии Л. Корвалан, если «партия хорошо разработала свою политическую линию на весь период, который привел к частичному завоеванию власти, и на первый период деятельности народного правительства», то «теперь стало ясно, что недостаточно четко была разработана наша линия на завоевание всей полноты власти и переход от одного этапа революции к другому, что позволило бы действительно прийти к социализму»¹.

В самом сжатом виде анализ причин поражения революции, проведенный чилийскими коммунистами, выделяет ряд факторов объективного и субъективного характера.

Прежде всего расстановка классово-политических сил в стране и сам характер государства. В руках блока Народного единства находилась лишь часть власти. Он действовал в рамках существовавшей конституции, по существу буржуазно-демократической. В парламенте правительство было в меньшинстве и могло проводить прогрессивные законы лишь за счет компромиссов с центристской Христианско-демократической партией (ХДП) и при условии давления масс на парламент снизу. Государственный аппарат в основном сохранился старый, в нем преобладали правые элементы, всячески сопротивлявшиеся революционным преобразованиям. То же относится к судебной власти и к другим административным органам.

Серьезным упущением было, как подчеркнул августовский (1977 г.) Пленум ЦК КПЧ, то, что партия — а с ней и все Народное единство — не разработала соответствующей военной политики, не сумела повести за собой армию, оказалась в большей или меньшей степени под влиянием ошибочной концепции, согласно которой «чилийские вооруженные силы отличают подчинение гражданской власти и неучастие в политике...»².

Была допущена и недооценка внешней опасности, прежде всего наставшего вмешательства империализма США. Теперь прямые указания Белого дома Центральному разведывательному уп-

¹ «1000 дней революции. Руководители КПЧ об уроках событий в Чили», с. 165.

² Там же; «Чилийская революция, фашистская диктатура, борьба за ее свержение и создание новой демократии», с. 37.

580 равлению о свержении правительства Альенде общеизвестны. Они убедительно свидетельствуют о том, насколько опасна недооценка непрекращающихся попыток империализма экспортировать контрреволюцию.

Чилийские коммунисты тщательно проанализировали и ущерб, нанесенный революции ошибками субъективного характера. В докладе на августовском (1977 г.) Пленуме ЦК КПЧ указывалось: «Как Народное единство и как правительство, мы совершили два типа ошибок. Ошибки правого и «левого» толка, которые в значительной степени переплетались, питали и обусловливали друг друга...»¹

Главная ошибка правого толка заключалась в том, что не был дан должный отпор контрреволюции, что руководители народных партий и правительство слишком терпимо относились к эксцессам контрреволюционеров, к злоупотреблению с их стороны конституционными свободами.

Ошибки левацкого толка, как указывали чилийские коммунисты, проистекали главным образом из неправильного подхода к ряду проблем, связанных с определением роли рабочего класса как движущей и руководящей силы широкого союза и значения средних слоев. «Источник этих ошибок — узко сектантские позиции»². Они повлекли за собой нарушение положений Программы Народного единства в отношении мелких и средних землевладельцев и собственников промышленных предприятий. В результате рабочий класс оказался в изоляции от своих союзников. Именно эта изоляция, указывали руководители КПЧ, «позволила развязать реакционное насилие и в то же время лишила рабочий класс и народ возможности взяться за оружие»³.

Наконец, одной из ключевых причин поражения было отсутствие единого руководства революционным процессом. «В этом отношении, — подчеркивали чилийские коммунисты, говоря о своем специфическом опыте, — решающее значение имеет прочное единство социалистов и коммунистов — гарантия монолитной сплоченности рабочего класса и политического фронта в целом»⁴. В результате отсутствия такого руководства враги революции не получили должного и своевременного отпора.

С этим неразрывно связан вопрос о завоевании на сторону революции большинства населения. Как отмечал Л. Корвалан, к большинству надо стремиться, однако его недостаточно, а в опре-

¹ «Чилийская революция, фашистская диктатура, борьба за ее свержение и создание новой демократии», с. 31.

⁴ Там же, с. 12.

581 деленные моменты его может и не быть. Что важно, так это «активное большинство». Оно играет решающую роль в формировании благоприятного для революции соотношения сил, которое включает также в себя «боевой дух, уровень организованности, мобилизационную способность, единство взглядов участников в коалиции и, очевидно как важную составную часть, военный компонент»¹.

Таким образом, опыт Чили, подтвердив возможность развития революции мирным путем (т. е. с применением преимущественно политических средств), еще раз доказал, что революция и в этом случае остается острой классовой борьбой, что ее завоевания необходимо последовательно защищать. Он снова подтвердил недопустимость каких бы то ни было иллюзий в отношении буржуазной демократии и ее институтов (армии, полиции, юстиции и т. д.).

В обобщенной форме эти выводы были сформулированы в Гаванской декларации Совещания коммунистических партий стран Латинской Америки и Карибского бассейна.

Временное поражение чилийской революции явилось тяжелым ударом для левых сил Латинской Америки. Империализм и местная олигархия перешли в контрнаступление. На это обратило внимание состоявшееся в сентябре 1973 г. в Буэнос-Айресе Совещание представителей компартий Аргентины, Боливии, Бразилии, Парагвая, Уругвая. Демократическим силам ряда стран, прежде всего компартиям, был нанесен серьезный урон. Общая численность коммунистов континента к середине 70-х годов несколько сократилась. Революционная волна временно отступила.

Задержался и во многом пошел вспять процесс прогрессивных изменений в Панаме и Перу, где под руководством военных правительств в конце 60-х годов были начаты важные социально-экономические преобразования, объективно имевшие революционное содержание и поддержанные, хотя и не сразу, компартиями.

Приостановка революционного процесса в Перу и Панаме показала, что позитивные сдвиги в вооруженных силах Латинской Америки (сами по себе бесспорные) нельзя переоценивать.

В период временного отступления революционной волны на континенте стала реальной угроза фашизма. К нему обратились наиболее реакционные круги монополистического капитала, не способные найти выход из обострения общего кризиса капитализма. Такое обращение было реакцией на неэффективность буржуазно-реформистских экспериментов в 60-х и подъем революционной волны на рубеже 60—70-х годов. При этом особо активная роль в установлении военно-реакционных диктатур принадлежала империализму США. Компартии Латинской Америки про-

¹ «Чилийская революция, фашистская диктатура, борьба за ее свержение и создание новой демократии», с. 47.

582 тивопоставили этой угрозе стратегию широкого антифашистского и общедемократического фронта, исходя из перспективы перерастания антифашистского, демократического процесса в антиимпериалистический и антиолигархический. При этом залогом успеха антифашистской борьбы компартии считают подлинную мобилизацию рабочего класса, проведение тактики его союза с городскими средними слоями, крестьянством и всеми другими антифашистски настроенными группами, включая элементы вооруженных сил.

Положение, сложившееся на Латиноамериканском континенте к середине 70-х годов, было всесторонне проанализировано на Совещании коммунистических партий стран Латинской Америки и Карибского бассейна (Гавана, 1975 г.). Этот анализ был продолжен и углублен на состоявшихся затем съездах отдельных компартий. По мнению латиноамериканских коммунистов, сформулированному в Декларации Совещания, капитализм в регионе «стал более или менее господствующей экономической системой, а ряд стран Латинской Америки достиг среднего уровня капиталистического развития, причем в некоторых из них появляются черты, свойственные монополистическому капитализму» ¹. И все это — в условиях сохраняющейся зависимости от империализма США. Отметив вытекающую отсюда общность задач, стоящих перед латиноамериканскими компартиями, Совещание обратило внимание и на дифференциацию положения в странах Латинской Америки, требующую от компартий разрабатывать свою линию с учетом национальной специфики, своеобразия отдельных стран или групп государств.

Главной задачей в этих условиях компартии по-прежнему считают борьбу за демократические, антиимпериалистические преобразования, которая может перерасти в борьбу за социализм. «Полное достижение целей национальной независимости, — сказано в решениях VI съезда Компартии Венесуэлы (август 1980 г.), — должно одновременно означать ориентацию всего процесса на социализм» ².

Конкретные задачи, тактика и формы борьбы, естественно, зависят от уровня развития и характера режимов в отдельных странах, ведь помимо государств, достигших среднего уровня развития капитализма, в Латинской Америке есть и отсталые, аграрные страны, как, например, Гаити или Парагвай. Наряду с фашистскими военно-технократическими или традиционными тираническими режимами есть государства, где проводится национал-реформистская политика и сохраняются буржуазно-демократические свободы (Мексика, Эквадор, Коста-Рика, Венесуэла, Доминикан-

¹ «Латинская Америка в борьбе...», с. 4.

² «VI Congreso del PCV. Informe del Comite Central y declaracion politica». Caracas, 1980, p. 68.

583 ская Республика и др.). Соответственно каждая компартия по-своему определяет линию, пути и задачи перехода от общедемократического к социалистическому этапу революции.

В целом в коммунистическом движении региона доминирует точка зрения о непрерывности революционного процесса, главным препятствием на пути которого является зависимость от империализма США. Оценивая ситуацию в своих странах, коммунисты исходят из наличия и переплетения одновременно нескольких общественных противоречий. Ускоряющееся развитие собственного капитализма деформируется господством североамериканского империализма и тормозится незавершенностью буржуазно-демократических преобразований. Отсюда — сближение антиимпериалистических задач с задачами глубоких социальных преобразований, переходящих в социалистические. Практически во всех программных документах латиноамериканских компартий подчеркивается, что революционные силы континента не смогут добиться победы, не ликвидировав засилье иностранного монополистического капитала, прежде всего США.

Залог успеха такой линии латиноамериканские коммунисты видят в сплочении всех сил, выступающих в защиту национальных интересов, против внутренней реакции и империализма, за ликвидацию диктаторских режимов на континенте.

В этой связи активно разрабатываются и обсуждаются компартиями региона вопросы о классовых и политических союзах пролетариата и его партии, об этапах революционного процесса и лозунгах, способных на каждом этапе привлечь максимально широкий круг союзников, о формах борьбы, тактике и стратегии коммунистов. Некоторые выводы из такого анализа, сделанные Компартией Чили, были продемонстрированы выше на примере уроков революции в этой стране. Свой оригинальный вклад в этот анализ вносят съезды всех братских партий континента (а там, где не могут быть созваны съезды, — пленумы ЦК).

Многие партии выдвигают на первый план задачи борьбы за демократию. Так, XIII съезд Колумбийской компартии (ККП) заявил: «Борьба за демократию стала сегодня главнейшей задачей колумбийского революционного движения»¹.

Состоявшийся в ноябре 1984 г. XIV съезд ККП дополнил принятый предыдущим ее съездом лозунг «демократического выхода» из кризиса, указав, что такой выход должен привести страну к установлению «передовой демократии», которая в свою очередь откроет путь к социализму. Для достижения этих целей, указал съезд, прежде всего необходима сильная, подлинно массовая коммунистическая партия, способная сформировать широкий демократический фронт, который привлек бы всех заинтересован-

¹ «Правда», 13 февраля 1980 г.

584 ных в социально-экономических переменах. Резервы для участия в таком процессе, как подчеркивалось в Отчетном докладе на съезде, «находятся не только в революционном лагере, но и внутри традиционных партий, в кругах верующих, в течениях, связанных с вооруженными силами, и среди занимающих независимую позицию слоев общественности» ¹.

Особое внимание на съезде было обращено на необходимость установления единства действий революционных организаций и всех левых сил. Для этого в 1984 г. создалась благоприятная обстановка в результате перемирия, подписанного между правительством и основными организациями — участниками вооруженной партизанской борьбы в стране, которые таким образом получили возможность стать политическими движениями.

Вместе с тем XIV съезд ККП отметил: нельзя исключать и того, что усилия милитаризма, реакции и империализма могут воспрепятствовать процессу демократических реформ, привести к военному перевороту, установлению диктаторского режима. Такой поворот событий, по мнению колумбийских коммунистов, вызвал бы вновь развертывание на более высоком уровне, в сочетании с разнообразными массовыми выступлениями, вооруженной борьбы, которая в этом случае могла бы стать главной формой борьбы народа. Но и тогда, указывалось на съезде, «демократия и свободы останутся основной целью, ибо без них неосуществимы революционные преобразования, ведущие к социализму» ².

Проводя политику широких союзов, коммунисты Латинской Америки считают, что роль главной силы в антиимпериалистической и антиолигархической борьбе, в развитии демократического процесса в регионе может играть только рабочий класс. Он уже играет ее, превратившись в наиболее многочисленный и, безусловно, самый активный класс. Дальнейшее укрепление политического и профсоюзного единства, отмечалось на Совещании компартий Южной Америки в Буэнос-Айресе (июль 1984 г.), «позволит рабочему классу внести решающий вклад в победу и упрочение демократии и обеспечит проведение революционных преобразований» в странах континента ³.

Только рабочий класс, компартии в состоянии сплотить вокруг себя союзников — крестьянство, городские средние слои и даже немонополистическую буржуазию.

Важнейшей задачей в отношении крестьянства коммунисты считают высвобождение его трудовых слоев из-под влияния сельской верхушки и помещиков. В городских средних слоях комму-

¹ «El 14 Congreso del Partido Comunista Colombiano. Informe Central», p. 39.

³ «Правда», 8 августа 1984 г.

585 нисты видят ближайшего союзника рабочего класса, — союзника, без активного участия которого на современном этапе невозможны ни общедемократические и антиимпериалистические преобразования, ни перерастание революции в социалистическую. При этом они, как отмечалось на международном симпозиуме, проведенном журналом «Проблемы мира и социализма», учитывают «как противоречивый характер и двойственность поведения» средних слоев, «так и растущее смыкание существенных интересов этих слоев с интересами пролетариата»¹.

Коммунисты также различают монополистическую и посредническую буржуазию, тесно связанную с капиталом США, и немонополистические слои буржуазии (в некоторых странах, например в Аргентине, коммунисты именуют их национальной буржуазией). Последние, усиливаясь экономически, все больше превращаются в конкурента монополий США. Отсюда — антиамериканские настроения, антиимпериалистический потенциал, которые коммунисты учитывают в своей борьбе за общенациональные цели.

Однако в целом, по мнению компартий, буржуазия как класс уже продемонстрировала свою неспособность быть руководящей силой революции. Даже та ее часть, которую компартии именуют национальной, «боится социальной революции». «По некоторым вопросам и в определенные периоды она (национальная буржуазия. — Авт.) занимает демократические позиции, что приближает ее к народным массам, но в основном она примыкает к крупной буржуазии»².

В своей постановке вопроса о союзниках и вероятных путях развития антиимпериалистической и демократической борьбы латиноамериканские коммунисты большое внимание уделяют роли армии и церкви. Что касается армии, то отмечается наличие в ее рядах двух течений — прогрессивно-патриотического, которое может стать участником революционно-демократического процесса и в ряде стран (Перу, Панама) возглавляло его, и реакционно-милитаристского, проимпериалистического. При этом компартии Латинской Америки предостерегают как против недооценки, так и против переоценки прогрессивных потенций армии.

В конце 70-х и в еще большей мере в 80-х годах важным явлением в политической жизни многих латиноамериканских стран стал переход части церковных кругов на антиимпериалистические и антиолигархические позиции. Участие священников в борьбе за социальные преобразования навлекло на них резкое осуждение Ватикана, обрушившегося на отстаиваемую ими «теологию

¹ «Проблемы мира и социализма», 1984, № 10, с. 55.

² «XII съезд Коммунистической партии Колумбии. 1975. Богота, 5—9 декабря 1975 г.». М., 1977, с. 95.

586 освобождения». Такая активность характерна как для Центральной Америки (в первую очередь для Никарагуа и Сальвадора), так и для стран Южного конуса. Об этом специально говорилось, в частности, на VIII Чрезвычайном съезде Компартии Перу (1982 г.) и на XIV съезде КПП. В Колумбии, указывалось в Отчетном докладе съезду, определенные группы верующих, особенно католиков, все более вливаются в унитарные процессы, некоторые священники участвуют даже в революционной партизанской борьбе. «Диалог между коммунистами и католиками, — делается вывод, — налаживается и на почве ближайших требований, и на почве более далеко идущих политических целей»¹.

Весьма сложен и противоречив в Латинской Америке процесс развития отношений коммунистов с социал-демократическими партиями. На специальном симпозиуме, посвященном этому вопросу в журнале «Проблемы мира и социализма», отмечалось: «В одних случаях коммунисты и социал-демократы действуют как союзники, а в других — находятся по разные стороны баррикад»². Объясняется это противоречивостью позиций социал-демократических партий континента, а также двойственностью политики Социнтерна, который со второй половины 70-х годов резко усилил внимание к Латинской Америке. Выступая против диктатур и за антифашистские акции, партии Социнтерна в то же время преследуют цель укрепить свои позиции и оказывать идейное и политическое влияние на происходящие в латиноамериканских странах процессы. Располагая значительными материальными ресурсами, Социнтерн предложил популистским и реформистским партиям свою программу изменения политических систем этих стран.

Компартии Латинской Америки разработали линию, сочетающую идейную борьбу против реформизма партий социал-демократической ориентации с поиском деловых контактов в сфере конкретных действий против империализма и местной олигархии. При этом коммунисты не ограничивают сотрудничество только первым периодом демократической, антиимпериалистической революции, а готовы идти на него и в дальнейшем. В то же время, как подчеркнули участники симпозиума в журнале «Проблемы мира и социализма», «рассматривая ту или иную перспективу эволюции социал-демократии, всегда следует иметь в виду решающую роль укрепления влияния и силы самих коммунистических партий»³.

Со второй половины 70-х годов временный спад революционного процесса на континенте начал сменяться новым подъемом.

¹ «El 14 Congreso del Partido Comunista Colombiano. Informe Central», p. 38.

³ Там же, с. 68.

587 Рабочий класс Латинской Америки и стран Карибского бассейна, все антиимпериалистические и демократические силы стали переходить в наступление. Его вехи, как отмечало Совещание компартий стран Южной Америки в Буэнос-Айресе, — упрочение позиций социалистической революции на Кубе, победа патриотической, народной и антиимпериалистической революции в Никарагуа, развитие освободительной борьбы народа Сальвадора, крах ряда фашистских и авторитарных диктатур, подъем выступлений трудящихся масс за демократические права и конкретные требования, повышение роли коммунистических партий, а также растущее влияние революционных идей.

Большое значение имело укрепление в Чили позиций Компартии и сплочение антидиктаторских сил, добивающихся ликвидации фашистского режима. Реальность и мощь их совместных действий были неопровержимо подтверждены в ходе общенациональных «дней протеста», проводившихся начиная с 1983 г., в организации которых большую роль сыграли коммунисты. Бесспорная заслуга Компартии и в том, что, как писал Л. Корвалан, «в настоящее время сложилось более ясное и устоявшееся представление о характере революции», ее этапах, политике широких союзов, об условиях, которые необходимо создать и соединить, чтобы «вновь пойти по пути преобразований в направлении социализма» ¹.

Показателем изменения в соотношении сил на континенте стал бурный рост забастовочной борьбы пролетариата, в которую все шире включаются и служащие, в том числе государственные. При этом, указывают в своих документах коммунисты континента, «латиноамериканский пролетариат все чаще ставит перед собой задачи, которые выходят за рамки узкоклассовых, экономических требований и ориентированы на глубокие социальные преобразования. В свою очередь, углубление борьбы рабочего класса, в том числе экономической, ускоряет его выдвижение в качестве силы, способной возглавить движение за радикальные перемены в обществе, создает условия для объединения вокруг него широких слоев населения» ².

Заметные успехи были достигнуты в борьбе за демократизацию внутренней жизни ряда латиноамериканских стран. Добились легализации компартии Мексики, Доминиканской Республики, Панамы, Перу, Эквадора, Колумбии, Коста-Рики, Боливии и Аргентины. В ряде стран коммунисты принимали участие в выборах в центральные и местные органы и сумели добиться там представительства (в Венесуэле, Коста-Рике, Панаме, Перу, Эквадоре, Аргентине). В результате всеобщих парламентских выборов 1982 г.

¹ См. «1000 дней революции. Руководители КПЧ об уроках событий в Чили», с. 165—166.

² «Проблемы мира и социализма», 1980, № 8, с. 42.

588 созданная на основе слияния левых партий Объединенная социалистическая партия Мексики заняла третье место среди политических партий страны. И хотя в 1985 г. ей не удалось повторить свой прежний успех, ОСПМ остается заметной политической силой в стране. В Уругвае на всеобщих выборах в ноябре 1984 г. — первых после 11 лет господства военно-фашистской диктатуры — свое возросшее влияние продемонстрировал Широкий фронт, в состав которого входит Компартия. В 1985 г. гражданское правительство отменило запрет на деятельность КПУ. В страну вернулся ее Генеральный секретарь Р. Арисменди. В Боливии коммунисты в течение двух лет входили в правительство левых сил, возглавляемое президентом Силесом Суасо.

Позитивные перемены на континенте были отмечены на состоявшемся в июле 1984 г. в Буэнос-Айресе Совещании коммунистических партий стран Южной Америки, которое подчеркнуло, что «этот процесс продолжает развиваться, несмотря на грозящие ему опасности»¹.

Особое значение приобрели в это время революционные процессы в Центральной Америке и Карибском бассейне. Он превратился в очаг острейшей конфронтации между силами революции и прогресса, с одной стороны, и силами империализма и реакции — с другой. Здесь были одержаны впечатляющие победы, здесь же произошла и трагедия гренадского народа, революция которого была раздавлена североамериканскими интервентами.

Коммунисты региона отдают себе отчет в сложности стоящих перед ними проблем. Она во многом объясняется внешними обстоятельствами — особым «вниманием», которое уделяет странам Центральной Америки и Карибского бассейна империализм США. Но трудности связаны и с внутренними факторами развития революционного процесса. При этом наряду с общими чертами отмечаются и немалые различия ситуаций в отдельных странах.

В целом, как указывают коммунисты, страны этого района отличаются — в масштабах Латинской Америки — экономической и социальной отсталостью. Рост промышленности, начавшийся было с созданием в начале 60-х годов Центральноамериканского общего рынка, к концу десятилетия практически исчерпал себя, еще более углубив структурный экономический кризис. Способ производства и государственная надстройка, как пишет Генеральный секретарь ЦК Компартии Сальвадора Ш. Х. Хандаль, сохраняют черты, присущие докапиталистическим общественным формациям либо капитализму в начальной стадии развития². В то же время в ходе индустриализации возникли новые социальные слои,

¹ «Правда», 8 августа 1984 г.

² См. Ш. Х. Хандаль, А. Г. Мартинес. Мы победим! М., 1984, с. 31.

589 многие из которых пополнили ряды трудящихся, появился новый рабочий класс, более квалифицированный в техническом отношении, но в силу своего крестьянского и мелкобуржуазного происхождения со значительно более низким уровнем сознания по сравнению со старым ремесленным рабочим классом; возникли сельский пролетариат и полупролетариат, а также огромная масса городской бедноты — следствие миграции сельского населения, вызванной развитием капитализма в сельском хозяйстве; значительная прослойка мелкой буржуазии, занятая умственным трудом, сформировавшаяся в результате расширения системы высшего и среднего образования без учета возможностей обеспечения работой, предоставляемых национальной экономикой ¹.

Указанные обстоятельства обусловили трудности в формировании социальной базы и политических установок компартий региона и одновременно появление других революционных организаций, вне компартий, «с собственной базой, стратегией и тактикой» ².

В качестве важной силы революционного процесса в регионе выдвинулась революционная демократия, непролетарские революционеры. В ряде стран — Никарагуа, Гренада — революционные демократы оказались основной движущей силой революции, возглавили и довели ее до победы. В Панаме, как отмечал Генеральный секретарь ЦК Народной партии Панамы Р. Д. Соуса, с 1968 г. именно значительной части мелкой буржуазии, ставшей на антиимпериалистические позиции, в лице прежде всего патриотических военных кругов принадлежала инициатива и главная роль в мобилизации народа на борьбу против колониализма и зависимого капитализма, за демократию, т. е. на первых этапах демократической, национально-освободительной революции ³.

Со своей стороны коммунисты стран Центральной Америки стремятся к единству действий и там, где позволяют условия, к организационному сплочению с такими левыми организациями. В Сальвадоре борьба Компартии за единство левых сил привела к созданию в 1980 г. Фронта национального освобождения имени Фарабундо Марти (ФНОФМ), который представляет собой блок КПС и четырех революционных военно-политических организаций и возглавляет вооруженную борьбу в стране. В Гватемале «в ходе антидиктаторских сражений левые силы проникаются необходимостью безотлагательного решения своих кардинальных проблем, в первую очередь достижения единства без каких-либо исключений» ⁴.

В то же время коммунисты считают необходимым вовлекать в борьбу и более широкие массы, все социальные слои и группы,

¹ См. Ш. Х. Хандаль, А. Г. Мартинес. Указ. соч., с. 31—32.

⁴ «Проблемы мира и социализма», 1982, № 5, с. 21.

590 заинтересованные в осуществлении целей революции. В этой связи ставится задача образования фронта как бы второго уровня, широкого демократического характера. В Сальвадоре работа в этом направлении ознаменовалась созданием в том же 1980 г. Революционного демократического фронта (РДФ), по сути дела широкой коалиции патриотических сил страны. Он объединил все массовые организации, находящиеся под влиянием ФНОФМ, Национальное революционное движение, Христианско-демократическую партию, значительную часть студенчества, представителей прогрессивной интеллигенции, церкви, ведущие профобъединения, некоторые организации предпринимателей, патриотически настроенных военных. Так формируется политическая армия революции.

В Гондурасе, подчеркивал Генеральный секретарь ЦК КПГ Р. Падилья Руш, новая фаза революционного процесса «требует гибкой и творческой тактики, умелой политики союзов и взаимопонимания с общественными кругами и партиями, целью которых является борьба против североамериканского вмешательства, за восстановление демократических гарантий и мир»¹.

Таким образом, в регионе Центральной Америки и Карибского бассейна происходит процесс собирания революционно-демократических сил, образуются союзы и фронты на двух уровнях — собственно левом и широком демократическом, в том числе с участием компартий и по их инициативе. Некоторые компартии региона, например Доминиканская, выдвигают, как писал Генеральный секретарь ДКП Н. Иса Конде, задачу создания «унитарной революционной организации левых сил, четко ставящей вопрос о политической альтернативе, о взятии власти и способной привлечь на свою сторону сердца простых людей»². В то же время в ряде компартий существуют проблемы, осложняющие продвижение в указанном направлении, включая и проблемы собственного единства.

Компартии региона в общих чертах характеризуют происходящие там революции как антиимпериалистические, национально-освободительные, демократические и народные. При этом определения ближайших стратегических задач революции различаются в зависимости от конкретной ситуации. Так, в Сальвадоре, Гватемале, Гондурасе речь идет о свержении реакционных диктаторских режимов и установлении революционно-демократической власти. В странах с буржуазно-демократическими режимами — Панаме, Коста-Рике, Доминиканской Республике — ставится вопрос о демократической национально-освободительной революции.

При этом, как подчеркивал Р. Д. Соуса, в Панаме выдвигается

¹ «Проблемы мира и социализма», 1983, № 9, с. 58.

² «Проблемы мира и социализма», 1984, № 12, с. 27.

591 задача «конституционной реорганизации страны в рамках прогрессивной демократии, предусматривающей активное участие масс в укреплении народной власти...» ¹. По мнению панамских коммунистов, на этом, более высоком, антинеоколониальном этапе революции проявляется склонность мелкой буржуазии к реформизму, соглашательству. Поэтому во главе борьбы должен стать рабочий класс, добиваясь одновременно перехода мелкой буржуазии на свою сторону таким образом, чтобы союз с ней продолжался оставаться стратегическим на высшей фазе демократического, национально-освободительного движения и сыграл важную роль в открытии пути к социализму ².

При обсуждении проблемы революционного авангарда коммунисты подчеркивают в соответствии с ленинскими идеями, что роль авангарда никому не дается «по положению» и что недостаточно провозгласить себя авангардом, надо доказать на практике способность повести за собой революционные массы.

Что касается форм революционной борьбы, то общим для компартий региона является принцип их сочетания. Конкретные установки, упор на ту или иную форму определяются исходя из реального положения в каждой стране. В государствах с буржуазно-демократическими режимами на первый план выступает политическая массовая борьба. В странах с реакционными, диктаторскими режимами выдвигается задача использования вооруженной борьбы. Но при этом коммунисты подчеркивают, что она также должна сочетаться с другими формами, прежде всего с политико-массовой работой.

Задача создания единых демократических, антиимпериалистических фронтов и, как их ядра, единства левых сил выдвигается на современном этапе в качестве стратегической большинством латиноамериканских компартий — не только региона Центральной Америки, но и Южного конуса. В ней находит воплощение сформулированная рядом компартий, а также революционно-демократических организаций идея о том, что в условиях резко обострившегося в 80-х годах социально-политического кризиса ни одна левая политическая партия и организация не в состоянии только собственными силами обеспечить выход из кризиса и успешно осуществить коренные социально-экономические и политические преобразования.

События в Центральной Америке и Карибском бассейне оказали большое влияние на развитие обстановки во всем латиноамериканском регионе.

Прямое вмешательство администрации Рейгана в революционный процесс, вооруженная интервенция США на Гренаде, воен-

¹ «Проблемы мира и социализма», 1983, № 5, с. 25.

² См. там же.

592 ная поддержка контрреволюции в Никарагуа и реакции и милитаризма в Сальвадоре, а также в Гондурасе и Гватемале — все это всколыхнуло Латинскую Америку, вызвало мощную волну солидарности с народами, ставшими жертвой агрессивной политики Белого дома.

Коммунисты континента играют важную роль в организации такой солидарности. Первостепенное внимание уделило этому Совещание компартий стран Южной Америки в Буэнос-Айресе. Участники Совещания констатировали, что сложившаяся в Центральной Америке и Карибском бассейне обстановка «несет в себе угрозу миру во всем мире, делу национального и социального освобождения всех народов Латинской Америки». «Дело Кубы, Никарагуа и Сальвадора,— указывается в Заявлении Совещания,— дело всех и каждого народа наших стран, их борьба, успехи и достижения в ней — неотделимы от идущей на Латиноамериканском континенте гигантской битвы за экономическую независимость и социальное освобождение, завоевание которых позволит заложить основы социализма» ¹.

Последовательная борьба компартий Латинской Америки за независимое и демократическое развитие своих стран, их политика широких союзов, приверженность принципам марксизма-ленинизма и пролетарского интернационализма снискали им заслуженное уважение и авторитет среди народных масс. В целом братские партии региона превратились в важный фактор национального сплочения для борьбы с империализмом США, который в союзе с местной буржуазно-помещичьей олигархией пытается приостановить развертывание освободительного движения в Латинской Америке.

* * *

Основные условия деятельности коммунистов в Азии и Африке на рубеже 60-х и 70-х годов были сформулированы в выступлениях руководителей компартий этих континентов на Совещании коммунистических и рабочих партий 1969 г. и отражены в его Итоговом документе. Коммунисты коллективно пришли к выводу, что наряду с задачей упрочения и защиты политической независимости на первый план все более выдвигаются задачи экономического развития. А их решение предполагает глубокие социально-экономические преобразования. Определяя свою стратегию и тактику в этих условиях, компартии Азии и Африки исходили, с одной стороны, из сохраняющегося общедемократического характера этих задач и, с другой — из того, что их последовательное решение объективно невозможно в рамках капиталистической системы и требует пере-

¹ «Правда», 8 августа 1984 г.

593 хода на путь социалистической ориентации. Чтобы добиться этого, указывалось в программных документах партий, надо вести линию на активизацию народных масс, повышение роли пролетариата, крестьянства, сплочение трудящейся молодежи, студенчества, интеллигенции, городских средних слоев, демократических армейских кругов, всех патриотических прогрессивных сил. Подчеркивалось значение тесного сотрудничества между компартиями и другими патриотическими силами.

На протяжении 70-х — начала 80-х годов в Азии и Африке произошли новые коренные сдвиги, которые соответственно потребовали уточнения, а в ряде случаев и значительной корректировки линии компартий.

Во-первых, к концу 70-х годов практически завершилась ликвидация колониальных империй. Это означало, что в национально-освободительном движении, практически за исключением Южной Африки и Намибии, завершился этап антиколониальной борьбы. Новое качество приобрела и борьба освободившихся стран за экономическую независимость. Их требование нового экономического порядка направлено по сути дела против всей мировой империалистической системы эксплуатации.

Во-вторых, продолжалось углубление социального содержания освободительной борьбы. При этом усиление классовых моментов не означает, что национальные отодвигаются на задний план. Меняется лишь их соотношение. Во многих странах Азии и Африки доведение до конца борьбы за решение национально-освободительных задач во все большей мере зависит от решения задач социальных.

В-третьих, все яснее становится, что, несмотря на сохранение преимущественно общедемократического характера социальных, да и экономических задач, их последовательное решение возможно лишь при условии изменения социальной основы общества. Это нашло выражение как в победе сил социалистической революции в ряде стран Азии, так и в росте числа государств социалистической ориентации на обоих континентах, в приходе к власти революционных демократов так называемого второго поколения. В ряде стран укрепилось влияние коммунистических партий. В целом произошло значительное усиление борьбы за прогрессивное направление социального развития.

Но период 70-х — начала 80-х годов стал также временем усилившейся дифференциации освободившихся стран. Если одни — хотя и разными темпами — пошли по пути социалистической ориентации, то в других утвердились капиталистические отношения. Практически исчезла довольно многочисленная в свое время группа государств, которые характеризовались как «не выбравшие пути». Большое значение имеют и различия во внешнеполитическом курсе стран, ставших на капиталистический путь. Одни из

594 них проводят независимую политику, другие следуют в фарватере империализма. «Процесс дифференциации, — говорится в Заявлении апрельского (1978 г.) Совещания коммунистических и рабочих партий арабских стран, — в разных странах принимает различные формы в зависимости от уровня их развития и стоящих задач. Он углубляется по мере обострения классовых схваток вокруг вопроса о перспективах социально-экономического развития, по мере усиления противоборства с империализмом и реакцией» ¹.

Вместе с тем сохраняются и важнейшие общие для этих стран черты — экономическая и социальная отсталость, экономическая зависимость от империализма, невхождение в его политическую систему.

Выявились в эти годы также трудности и сложности развития освободившихся стран, его неоднозначность и противоречивость. В некоторых государствах позиции патриотических, демократических сил ослабли, в других — реакционные круги захватили власть. Произошло также перерождение некоторых прогрессивных режимов. Все это связано с усилением и углублением классовой борьбы. Некоторые классы и социальные слои, активно участвовавшие в национально-освободительной борьбе и выступавшие с радикальных позиций, сходят с них по мере обострения классовых противоречий. Это относится прежде всего к национальной буржуазии, отдельные отряды которой проявляют растущую реакционность, а также и к определенным слоям мелкой буржуазии. Ее революционность нередко не выдерживает испытания временем, да и сама она, обогащаясь, переходит в ряды средней, а то и крупной буржуазии — с соответствующей сменой позиций.

Несмотря на отмеченные трудности и противоречивость социально-политических процессов в странах Азии и Африки, общий итог периода 70-х — начала 80-х годов здесь таков: возросли вес и значение прогрессивных революционных сил, авторитет и влияние идей марксизма-ленинизма. Всего в странах Азии действуют 24 компартии. Их общая численность выросла с 1970 по 1982 г. более чем вдвое — с 606 до 1 300 тыс. человек. В Африке — 10 компартий, число членов которых хотя относительно и невелико, но выросло за тот же период с 19 тыс. до более чем 70 тыс.

Позиции и установки компартий Азии и Африки уточнялись и обогащались на их съездах и конференциях. Кроме того, эти проблемы подвергались углубленному изучению на региональных встречах — периодически проводившихся Совещаниях компартий арабских стран и на состоявшемся в 1978 г. Совещании ряда коммунистических и рабочих партий Африки. Общую стратегическую цель компартии Азии и Африки, как и раньше, видят в укреплении политической независимости и достижении экономической само-

¹ «Партийная жизнь», 1978, № 10, с. 76.

595 стоятельности своих стран, обеспечении предпосылок для перехода на путь, ведущий к социализму, а также в ликвидации остающихся очагов колониализма и расизма. Они по-прежнему считают, что по характеру стоящих задач их страны находятся на этапе национально-демократической революции. Но, как отмечается в Заявлении Совещания коммунистических и рабочих партий арабских стран 1978 г., национально-демократическая революция разворачивается ныне «в новой обстановке, когда задачи национального освобождения и социального прогресса смыкаются друг с другом, а их решение происходит в условиях обострения классовой борьбы»¹.

Вместе с тем различие условий по странам или группам стран определяет специфику политической линии отдельных партий, дифференциацию выдвигаемых ими задач. С этой точки зрения действующие в Азии и Африке коммунистические партии в самом общем виде могут быть подразделены на две крупные группы: работающие в странах, идущих по капиталистическому пути, и в странах, избравших путь социального прогресса, социалистической ориентации (особый случай — Южно-Африканская компартия, ведущая борьбу в условиях расистской системы апартеида).

В государствах Азии и Африки, ставших на капиталистический путь, коммунисты ведут борьбу за укрепление независимости, демократии и социальный прогресс в условиях господства буржуазии, но при сохранившихся сильных позициях представителей феодальных и других докапиталистических укладов. В такой обстановке компартии призывают к созданию антифеодального, антиимпериалистического фронта, объединяющего широкий спектр сил, выступавших за демократическое развитие своих стран, — от рабочего класса до буржуазных элементов. Они считают, что подобные фронты могут способствовать таким решениям стоящих перед их странами вопросов, которые углубили бы демократическое содержание борьбы масс и тем самым готовили бы их к следующему этапу.

В программных документах компартий этой группы формулируются общенациональные задачи, отражающие осознание ответственности за судьбы своих стран. В то же время компартии разрабатывают конкретные программы борьбы за жизненные интересы трудящихся масс против эксплуатации со стороны буржуазии и помещиков. Коммунисты стремятся превратить свои партии в массовые, имеющие прочные корни среди промышленных и сельскохозяйственных рабочих, бедных крестьян и других слоев трудящихся. В некоторых странах, например в Индии, за компартиями идут крупные профсоюзные объединения, крестьянские, молодежные и студенческие организации.

¹ «Партийная жизнь», 1978, № 10, с. 75.

596 Для стран капиталистического пути развития в Азии и Африке характерно многообразие политических, экономических и социальных структур и условий. Соответственно различается и тактика братских партий в борьбе за единый фронт.

Так, в Африке существует группа стран, в которых значительно укрепились позиции транснациональных монополий (Берег Слоновой Кости, Сенегал, Кения, Заир и др.), что создает серьезную угрозу для их политической самостоятельности. Здесь, по мнению коммунистов, стоит задача создания широкого антиимпериалистического и антиколониального фронта.

Южно-Африканская компартия, находясь в глубоком подполье и подвергаясь жесточайшим репрессиям, борется за объединение всех прогрессивных сил в единый фронт против апартеида, за уничтожение колониально-расистского режима. Партия сочетает политическую борьбу с вооруженной, тесно сотрудничает с Африканским национальным конгрессом (АНК) — массовой революционно-демократической освободительной организацией.

В особо трудных условиях работают коммунисты тех стран, где у власти стоят диктаторские режимы, зависимые от империализма. Находясь в подполье, компартии добиваются создания самого широкого, по существу общенационального фронта. Они ставят цель — ликвидировать реакционные диктатуры, покончить с империалистическим засильем, создать условия для элементарной демократии, имея затем в виду ее расширение и углубление.

Компартия Саудовской Аравии на своем I съезде в августе 1975 г. приняла программу, определяющую в качестве непосредственной задачи свержение монархии, передачу власти в руки национально-демократических сил, осуществление прогрессивных социально-экономических преобразований в интересах широких народных масс, демократизацию общественно-политической жизни, завоевание подлинной независимости.

Народная партия Ирана (Туде) была первой, которая в 1975 г. призвала народ к борьбе за свержение шахского режима. В новых Программе и Уставе Туде, принятых в том же году, выдвигалась цель образования национально-демократической республики. Партия поддержала народную революцию в феврале 1979 г., обратилась к трудящимся с призывом создать Единый народный фронт защиты революции. Однако, после того как в стране резко усилились позиции правого крыла консервативного духовенства, с начала 1983 г. Туде стала подвергаться гонениям, достигшим кульминации в указе о «роспуске партии», в арестах ее руководителей, в судебных расправах и казнях.

Последовательную линию на создание широкого национально-демократического фронта всех патриотических сил против империализма и монополий проводит, действуя в подполье, Компартия Турции.

597 Выше уже говорилось о группе компартий стран Юго-Восточной Азии, которые понесли, особенно в 60-х годах, тяжелый урон, пойдя на поводу у маоистов. В 70-х годах положение начало выправляться. Компартии Филиппин и Индонезии избавились от влияния маоистской идеологии, разработали политическую линию, принимающую в расчет реальную обстановку в своих странах, вернулись на позиции марксизма-ленинизма, восстановили и укрепили связи с международным коммунистическим движением.

В странах Азии и Африки, где у власти находится крупная и даже монополистическая буржуазия, перед компартиями продолжает стоять уже рассмотренная выше проблема отношения к ней, к ее противоречивой политике. Эта проблема — правильной стратегической ориентации, выработки взвешенной политики в отношении состава и целей демократического фронта.

КПИ на протяжении большей части 70-х годов продолжала проводить тактику единства и борьбы в отношении национальной буржуазии и ее главной партии — Индийский национальный конгресс (И). Но в итоге бурного периода в жизни Индии, особенно связанного с введением в 1975 г. чрезвычайного положения и последующим поражением ИНК(И) на всеобщих выборах 1977 г., в результате которых КПИ также потеряла несколько мест в парламенте, Компартия внесла серьезные коррективы в свою линию. Они нашли отражение в решениях XI съезда КПИ в апреле 1978 г. Съезд сделал вывод: кризис капиталистического развития и буржуазной классовой политики настолько углубился, что найти выход из него не способна ни одна буржуазная партия. Для решения проблем страны необходим отказ от капиталистического пути. Был выдвинут лозунг создания в перспективе леводемократической альтернативы буржуазному правлению. Была подчеркнута важность единства левых сил, прежде всего двух компартий — КПИ и КПИ(м). Эта линия была подтверждена на XII съезде КПИ в 1982 г.

При этом съезд подчеркнул, что сохраняется необходимость сотрудничества с ИНК(И) по вопросам внешней политики, борьбы против империализма, защиты национального суверенитета и территориальной целостности, светского характера государства, против сепаратизма и коммунализма. Индийские коммунисты поддерживают внешнюю политику ИНК (И), направленную против происков реакции, стремящейся подорвать целостность страны и ее независимый курс на международной арене. В то же время они критикуют ряд аспектов внутренней политики ИНК (И).

Что касается КПИ(м), то начиная с X съезда (1978 г.) она взяла курс на установление и расширение сотрудничества с КПИ. Это, в частности, нашло отражение в их собственной деятельности в рамках объединенных фронтов леводемократических сил в шта-

598 тах Западная Бенгалия, Керала и Трипура. КПИ(м) видит в этом сотрудничестве ядро будущего объединения сил на основе союза рабочего класса и крестьянства для народно-демократической революции. Однако XI съезд партии в 1982 г. признал, что такая революция — сложный и длительный процесс и что рабочий класс и коммунисты еще не завоевали позиций руководящей силы.

В Шри Ланке в 1970—1977 гг. Компартия участвовала в правительстве Объединенного фронта, которым руководила буржуазная Партия свободы. В начале этого периода был осуществлен ряд прогрессивных мер. Однако уже в 1974—1975 гг. между участниками фронта стали обостряться противоречия. Причиной была непоследовательность правящей партии и ее отступление от намеченного курса. В 1977 г. КПШЛ вышла из правительства и Объединенного фронта.

Проанализировав этот опыт на X съезде в 1978 г., Компартия пришла к выводу, что она совершила ошибку, войдя в правительство Объединенного фронта. КПШЛ отождествляла участие в правительстве с участием в Объединенном фронте, недооценивала важность сохранения в ОФ самостоятельной роли Компартии. В результате она разделила в глазах народных масс ответственность за непопулярные меры, принимавшиеся правительством, а решение выйти из него было принято с запозданием.

Х съезд КПШЛ высказался за создание Объединенного фронта левых сил, который бы обеспечил подлинно демократическое развитие страны, подготовил переход на путь социалистической ориентации. Этот курс был подтвержден последующими XI (1980 г.) и XII (1984 г.) съездами КПШЛ.

В странах социалистической ориентации, где у власти находятся революционные демократы, не везде существуют коммунистические партии. Они имеются лишь в ряде государств, возникших еще в 60-х годах. Это страны, в основном арабские, где революционная демократия так называемого первого поколения в свое время заняла позицию гегемона в освободительной борьбе и является руководящей, правящей силой.

Для сотрудничества коммунистов и революционных демократов объективно существует широкая основа — это антиимпериалистическая позиция революционной демократии и ее ориентация на социализм. Во многом совпадают и выдвигаемые коммунистами и революционными демократами социально-экономические программы. Немалую роль в установлении сотрудничества коммунистов с революционными демократами сыграл тот факт, что международное коммунистическое движение вовремя увидело и правильно оценило политическую роль революционной демократии, поддержало проводившиеся под ее руководством прогрессивные преобразования, наладило сотрудничество с нею.

599 В то же время существуют и факторы, осложняющие отношения коммунистов и революционных демократов. Среди них — и социально-классовые особенности того или иного отряда революционной демократии, и недоверие и непонимание, вытекающие из прошлого межпартийных отношений, а также из общности социальной базы и нередко из стремления правящих сил контролировать все очаги политической активности, и свойственные определенным кругам революционной демократии элементы антикоммунизма.

Немалую роль играет непоследовательность части революционных демократов в проведении политики социального прогресса.

Все это определяет неоднозначность и неравномерность развития отношений между коммунистическими и революционно-демократическими партиями отдельных стран.

В рассматриваемый период первой страной, где противоречия выплеснулись наружу, был Судан. В мае 1969 г. к власти в стране пришли представители революционной демократии, был осуществлен ряд прогрессивных социально-экономических и политических преобразований. Коммунисты вошли в высшие органы государственной власти. Но демократические силы не смогли добиться сплочения своих рядов на базе общих интересов в решении задач национально-демократической революции и борьбы против империализма. Внутренние разногласия подогревались происками империалистической агентуры и правых сил, провоцировавших антидемократические тенденции во внутренней политике правительства.

В этой обстановке группа левонастроенных офицеров 19 июля 1971 г. предприняла неудачную попытку захватить власть. Репрессии властей против участников «движения 19 июля» распространились и на компартию. По ней был нанесен серьезный удар, многие ее руководители и рядовые коммунисты были уничтожены.

Суданская компартия (СКП) сделала из этих событий следующие выводы относительно союза коммунистов с другими силами, заинтересованными в некапиталистическом развитии: необходимо соблюдение равноправия всех участников союза, всем им следует предоставить политическую свободу в рамках согласованной программы; союз должен быть тесно связан с широкими массами, сотрудничать с ними, прислушиваться к ним, руководствоваться их интересами, обеспечивать полную демократию для их деятельности ¹.

Развивая и углубляя анализ этого опыта, СКП, действуя в подполье, сумела восстановить свои ряды. Вместе с другими

¹ См. «Проблемы мира и социализма», 1972, № 11, с. 52.

600 патриотическими антидиктаторскими силами она сыграла важную роль в свержении в апреле 1985 г. диктаторского режима Нимейри.

Важным фактором развития революционного процесса в регионе стало в конце 70-х годов возрождение Египетской компартии.

Коммунисты Ирака и Сирии проделали схожий поначалу, но пошедший впоследствии по разным направлениям путь сотрудничества с революционно-демократической Партией арабского социалистического возрождения (ПАСВ или Баас). ИКП и СКП исходили из того, что в их странах существует объективная социальная почва для существования обеих партий и что их сотрудничество будет способствовать решению задач экономического и, главное, социального прогресса. Это мнение в своих заявлениях начала 70-х годов поддержали и баасисты.

В Ираке в 1972 г. коммунисты вошли в возглавляемое Баас правительство, а в 1973 г. — в созданный под ее же руководством Прогрессивный национально-патриотический фронт. III съезд ИКП (1976 г.) указал, что создание фронта было крупнейшим достижением революционного движения страны, и подтвердил принципиальную линию партии на сотрудничество в рамках фронта. В то же время коммунисты последовательно подчеркивали необходимость сохранения самостоятельности партии.

В условиях, когда ИКП получила хотя и ограниченную (например, запретом работать в профсоюзах, армии и т. д.) свободу легальной деятельности, ее сила и авторитет стали быстро расти. Это напугало как реакционные элементы, сохранившие в стране немалые позиции, так и правое крыло партии Баас. Начиная с конца 1977 г. власти начали репрессии против ИКП, не останавливаясь даже перед казнями коммунистов и их сторонников, не говоря уже об изгнании их из всех официальных учреждений и организаций. В результате руководство ИКП было вынуждено принять решение о выходе из фронта и правительства и переходе партии на нелегальное положение. Состоявшийся в июле 1979 г. Пленум ЦК ИКП подтвердил это решение и призвал к созданию нового национально-демократического фронта. В тяжелейших условиях подполья и преследований, неся большие потери, Иракская компартия не дрогнула, сумела перестроить свою работу, не потерять связей с массами. Она ведет настойчивую борьбу за демократизацию общественного строя в стране.

Иной оборот принял ход событий в Сирии. Там в 1972 г. компартия вместе с ПАСВ вошла в Национальный прогрессивный фронт (НПФ). Руководящая роль ПАСВ в НПФ была закреплена в Уставе и Хартии фронта, в которой в качестве цели поставлена борьба за прогрессивное развитие САР, упрочение ее суверенитета и возвращение оккупированных Израилем земель.

601 Сирийская компартия в НПФ придерживается следующих основных принципов:

— сотрудничество с ПАСВ и другими прогрессивными партиями — членами НПФ;

— сохранение независимости и самостоятельности СКП, т. е. свободы провозглашать и проводить свою политику, даже если она не совпадает с политикой ПАСВ;

— последовательная защита интересов народных масс, борьба за их требования, даже если это не нравится правящим кругам¹.

Исходя из этих принципов, СКП поддерживает антиимпериалистический курс сирийского руководства, прогрессивные начинания ПАСВ, выступая одновременно за углубление социально-экономических преобразований, улучшение положения трудящихся масс, предостерегая против проявляющихся в жизни страны отрицательных тенденций. На этой почве у партии возникают иногда трения с руководством ПАСВ, которые, однако, удается разрешать путем политического диалога. В результате Национально-прогрессивный фронт в Сирии продолжает действовать.

Надо сказать, что по вопросу об участии в НПФ и об отношениях с ПАСВ в компартии велись оживленные дискуссии. Неоднократно возникали расхождения и в руководстве. Так было и сразу после формирования фронта, и в конце 70-х годов, когда против продолжения сотрудничества с ПАСВ выступила группа сторонников бывшего тогда членом Политбюро ЦК СКП М. Юсефа. Их подход к этой проблеме мог нанести серьезный ущерб всему развитию страны, ее антиимпериалистическому курсу.

Состоявшийся в мае 1980 г. V съезд СКП осудил деятельность группы М. Юсефа, подтвердил, что СКП рассматривает линию на сотрудничество с ПАСВ и другими прогрессивными силами в рамках Национального прогрессивного фронта как стратегическую, считает его важным фактором обеспечения прогрессивного пути развития страны.

В то же время, одобряя в целом антиимпериалистический курс руководства ПАСВ, коммунисты решительно высказались за необходимость углубления прогрессивного характера ее внутренней политики. Съезд отметил возрастающую опасность деятельности паразитической буржуазии, усиления ее позиций. «Наш съезд, — сказал Генеральный секретарь ЦК СКП Х. Багдаш, — съезд борьбы с реакцией, где бы она ни находилась и какие бы формы она ни принимала» ². Съезд, учитывая реальность экономической и политической жизни страны, борьбу прогрессивных и отрицательных тенденций, предложил в отношении стран, подоб-

¹ См. «Проблемы мира и социализма», 1975, № 11, с. 22.

² «Bulletin d'information». Prague, 1980, № 17—18, p. 26.

602 ных Сирии, применять термин «идущие по пути социального прогресса».

Немалых успехов в сотрудничестве с революционно-демократическими и другими прогрессивными партиями и освободительными организациями в рамках объединения Национально-патриотических сил добилась начиная со второй половины 70-х годов Ливанская компартия. Объединение выдержало серьезнейшие испытания делом, сыграв важную роль в отпоре израильской агрессии в 1982 г.

Таким образом, практический опыт подтвердил выводы, сделанные Совещаниями коммунистических и рабочих партий арабских стран в 1975 и 1978 гг., о важности для этого района патриотических и прогрессивных фронтов, дальнейшего их развития, взаимного уважения организационной, политической и идеологической независимости партий, входящих в фронт, «совершенствования отношений между их участниками в духе более глубокого демократического сотрудничества, активизации их деятельности при опоре на массовое движение» ¹.

В Африке положительный опыт был накоплен созданным в 1976 г. на Мадагаскаре под руководством правящей партии Авангард малагасийской революции (АРЕМА) Национальным фронтом защиты революции, участником которого является и придерживающаяся принципов научного социализма Партия конгресса независимости Мадагаскара/Демократический комитет поддержки Хартии малагасийской социалистической революции (АКФМ/КДРСМ). Ее представители входят в высший орган страны — Национальный совет революции, а Генеральный секретарь АКФМ Ж. Рабесахала — в правительство.

Вторая половина 70-х годов ознаменовалась возникновением в некоторых странах Азии и Африки авангардных партий трудящихся — революционно-демократических партий «второго поколения». В этих государствах нет компартий, но правящие в них партии провозгласили своей идеологией научный социализм и проводят мероприятия, направленные на обеспечение социалистической ориентации. Речь идет о таких странах, как Демократический Йемен (НДРЙ), Афганистан, Эфиопия, Ангола, Мозамбик, Конго.

В НДРЙ, Анголе и Мозамбике нынешние правящие партии пришли к власти в результате победы в возглавленной ими национально-освободительной борьбе. Тогда это были антиколониальные, антиимпериалистические движения, в которых воплотились широкие социальные союзы, возникшие в обществе с неоформленной классовой структурой. В руководстве каждого из

¹ «Партийная жизнь», 1978, № 10, с. 77.

603 этих движений — Национального фронта, МПЛА, ФРЕЛИМО — с самого начала имелись люди, воспринявшие идеи научного социализма. После победы над колонизаторами и завоевания независимости под их воздействием — либо сразу, либо после недолгого периода внутренней борьбы — была взята ориентация на строительство социализма и начата работа по превращению массовых движений в авангардные партии.

Что касается Эфиопии, то здесь освободительное движение, не имевшее четкого организационного оформления, было направлено не против колонизаторов, а против феодально-монархического режима, а возглавило его — уже после свержения монархии — армейское руководство — Временный военный административный совет (ВВАС). Ядро, стоящее на позициях научного социализма, победив внутри ВВАС, приступило к строительству партии рабочего класса, не имея возможности воспользоваться кадрами, уже прошедшими закалку в организованной национально-освободительной борьбе, как это было в первых трех странах. Процесс строительства партии здесь завершился в 1984 г. созданием Рабочей партии Эфиопии, положившей в основу своей деятельности марксистско-ленинское учение. Все эти партии — Йеменская социалистическая партия, МПЛА — Партия труда, ФРЕЛИМО, Рабочая партия Эфиопии, Конголезская партия труда, будучи правящими, имеют возможность целенаправленно влиять на формирование классовой структуры общества. Идея рабоче-крестьянского союза реализуется здесь через превращение первоначально крестьянского по характеру и составу национально-освободительного движения в партию, принимающую идеологию и переходящую на позиции рабочего класса.

Это как бы классические примеры развития, идущего «в обход» капиталистической стадии.

Задача создания рабочего класса решается прежде всего путем развития современной промышленности. Другими словами, реальная гегемония рабочего класса в обществе этих стран — дело перспективы, но она уже сейчас осуществляется идеологически и политически — через партию. Оправдывается предвидение Ленина о том, что коммунисты могут «пробудить в массах стремление к самостоятельному политическому мышлению и к самостоятельной политической деятельности и там, где нет почти пролетариата»¹.

Очень важно, что все такие партии активно сотрудничают с международным коммунистическим движением. Они уже участвуют в совещаниях компартий соответствующих регионов, в других коллективных мероприятиях, организуемых братскими партиями. Последовательно и регулярно поддерживаются и раз-

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, с. 244.

604 виваются двусторонние связи не только с правящими партиями социалистических стран, но и с коммунистическими и рабочими партиями несоциалистической части мира. Международная сторона сотрудничества революционных демократов с коммунистами имеет огромное значение.

Нельзя, кстати, не отметить, что на связи с коммунистическими партиями как двустороннего, так и международного характера все шире идут и представители революционно-демократических партий «первого поколения». Это немаловажный фактор укрепления социалистической ориентации.

* * *

В начале 80-х годов в связи с общим усилением агрессивных и милитаристских тенденций в политике империализма резко усилилось его наступление в союзе с местной реакцией и против сил освободительного движения стран Азии и Африки. Это вызвало ответную активизацию там коммунистического движения. Компартии ведут решительную борьбу против империалистической политики диктата в отношении стран региона, подавления сил социального прогресса, вовлекают в эту борьбу все более широкие массы.

В целом во всех основных позитивных изменениях, происшедших в 70-х — начале 80-х годов в странах Азии и Африки, есть вклад коммунистов.

Учитывая трудные условия их работы, это не всегда бросается в глаза. Нередко она остается скрытой, подспудной, но, безусловно, проявляется в глубинных процессах.

«Нет сомнения, что в 80-е годы этот процесс приобретает новые масштабы. Его будет стимулировать происходящий рост рабочего класса в странах Азии и Африки, рост его сознательности и активности, а с другой стороны — ход событий на мировой арене, углубляющаяся повсеместно борьба сил мира, демократии, социализма против реакции, угнетения и войны» ¹.

Этот вывод относится, безусловно, и к коммунистическому движению Латинской Америки, где конфронтация сил прогресса с силами империализма, прежде всего США, приобрела в начале 80-х годов особо острые формы.

Самое главное — коммунисты везде, на всех трех континентах, при всех сложностях и трудностях условий, в которых им приходится работать, утвердили себя в качестве неотъемлемой национальной силы, наиболее последовательно выступающей за жизненные интересы трудящихся масс, народов своих стран.

¹ В. В. Загладин. За права трудящихся, за мир и безопасность народов. М., 1982, с. 203.

605

БОРЬБА ЗА СПЛОЧЕННОСТЬ МЕЖДУНАРОДНОГО КОММУНИСТИЧЕСКОГО ДВИЖЕНИЯ​

70—80-е годы подтвердили принципиальную значимость коммунистического движения как интернациональной силы. Идет ли речь о коренной проблеме современности — проблеме войны и мира — или о преодолении кризисных явлений в экономике, о сопротивлении нарастающему натиску монополистического капитала или о вопросах, возникающих в связи с капиталистической интеграцией, все эти и многие другие проблемы не могут решаться только в национальных рамках, они требуют все более тесной международной координации, сотрудничества и взаимопомощи. Для компартий необходимость такого сотрудничества диктуется не только непосредственными политическими целями, но и борьбой за социалистическую перспективу, недостижимую без опоры на интернациональный опыт.

Вопрос о том, как сочетать национально-особенные задачи и формы деятельности рабочего движения с его интернациональным долгом, как воплотить в повседневной практике и идейно-теоретической деятельности пролетарский интернационализм, стал особенно актуальным для компартий в связи с серьезными изменениями в объективных условиях и самом характере этой практики. Эти изменения сделали необходимым обновление стратегии и тактики коммунистов, «иерархии задач», решаемых компартиями, форм межпартийных отношений. По своей природе вопросы развития интернационализма относятся к числу тех, по которым особенно необходимо единство позиций всего международного коммунистического движения.

Пролетарский интернационализм — понятие конкретно-историческое, его содержание, формы и методы практического воплощения развиваются и обогащаются. Усложнение характера задач, растущее многообразие и неравномерность развития революционного процесса порождают большое разнообразие. Современное понимание интернационализма включает в себя отношения между рабочим классом, его партиями, с одной стороны, и силами национального освобождения — с другой, предполагает солидарность в борьбе за мир, разрядку международной напряженности. Точно так же развиваются и обогащаются формы интернациональной солидарности, которые отражают возросшее национальное своеобразие путей революционной борьбы, полную организационную, политическую самостоятельность и, следовательно, возросшую ответственность каждой коммунистической партии в деле борьбы за социальный прогресс.

Пролетарский интернационализм со стороны коммунистов проявляется и в единстве действий и сотрудничестве с другими

606 течениями рабочего движения, в борьбе против империализма, за мир, демократию, социальный прогресс.

Вопросы значения, содержания и форм пролетарского интернационализма горячо и заинтересованно обсуждаются в коммунистическом движении. Весь его богатейший опыт подтверждает непреходящее значение интернациональной солидарности для развития мирового революционного процесса.

Цементирующей основой современного интернационализма является братская солидарность между странами социалистического содружества, между всеми братскими партиями, как правящими, так и не находящимися у власти, между коммунистами и революционно-демократическими силами. Солидарность революционных сил в капиталистических и освободившихся странах с миром победившего социализма, представляющим собой главный антиимпериалистический оплот, — это решающий фактор поступательного развития революционного процесса, успешной борьбы с империализмом. Дело здесь не только и не столько в традиционных привязанностях и естественном эмоциональном содержании отношений между революционерами разных стран, дело также в объективной расстановке мировых общественно-политических сил. Поэтому солидарность с реальным социализмом является неотъемлемой составной частью подлинно интернационалистских позиций.

Практика коммунистического движения подтверждает, что стремление дистанцироваться от реального социализма противоречит не только интересам прочного мира, безопасности и национальной независимости, но и интересам борьбы за демократию и социализм в капиталистических странах. Ослабление идеологической и политической борьбы против антисоветизма снижает силу отпора реакционным, агрессивно-милитаристским, антикоммунистическим силам, действующим на внутриполитической арене, ведь именно запугивание «советской угрозой» сплошь и рядом помогает таким силам укреплять свое политическое влияние, осуществлять наступление на демократию и социальные права трудящихся. Дистанцирование от реального социализма не может не вести к раздроблению и, следовательно, ослаблению миролюбивых, антиимпериалистических, прогрессивных сил, оно находится в резком противоречии с провозглашаемым компартиями принципом интернациональной солидарности с этими силами.

70—80-е годы еще и еще раз подтвердили, что богатство и многообразие современных форм интернациональной солидарности придают особое значение наиболее развитому типу интернационализма единомышленников-коммунистов. Он основан на единстве мировоззрения, общности конечных целей. Солидарность и равноправие коммунистических партий предполагают равенство вне зависимости от величины той или иной партии и роли страны,

607 в которой она действует, в мировой политике, взаимные лояльность и уважение. Речь идет, разумеется, не о каких-то «дисциплинарных нормах» межпартийных отношений. Сознание сопричастности общему делу помогает найти товарищеские формы обсуждения расхождений, определяет меру и тон полемики по спорным вопросам.

В зависимости от конкретной ситуации ближайшие цели коммунистических партий могут быть самыми различными. В условиях растущего многообразия революционного процесса интернациональная солидарность коммунистов служит надежным гарантом того, что равноправие коммунистических партий, невмешательство во внутренние дела друг друга не приведут к ослаблению братских уз. В противном случае коммунистическое движение поставило бы себя в крайне невыгодное положение по сравнению со всеми другими, как социал-реформистскими, так и буржуазными политическими партиями: ведь они выработали достаточно гибкие, но действующие механизмы координации своей деятельности в международном масштабе.

В условиях, когда линия «промежуточных» — социал-реформистских и буржуазно-либеральных — сил отмечена колебаниями и противоречиями, авторитет, влияние, самостоятельная роль компартий в политической борьбе прямо зависят от их инициативы и последовательности в отпоре империализму, а следовательно, от прочности их связей со всеми антиимпериалистическими силами, прежде всего с мировым социализмом. Именно в практике борьбы прежде всего развивается и проявляется интернациональная сила коммунистического движения.

608

Глава седьмая. МЕЖДУНАРОДНОЕ РАБОЧЕЕ И КОММУНИСТИЧЕСКОЕ ДВИЖЕНИЕ — ОБЪЕКТ НАУЧНОГО ЗНАНИЯ И ИДЕЙНОЙ БОРЬБЫ​

История международного рабочего и коммунистического движения занимает сегодня существенное место в ряду других отраслей исторического знания. Ее высокий удельный вес определяется исключительной значимостью самого объекта этой дисциплины в современной общественной мысли. Давно ушли в прошлое те времена, когда занятия этой тематикой считались в академических кругах на Западе чем-то предосудительным, не приличествующим представителям университетской науки. Даже исследователи, враждебные марксизму, признают важность изучения рабочего движения. В своей книге «Сравнительная история рабочих движений. Идеологические пути и институциональное развитие» (1972) А. Штурмтал (США) замечает: «Рабочее движение... фактор такого значения в международном сообществе, что было бы слишком рискованно не обращать на него внимания» ¹.

Сказанным объясняется поистине беспрецедентный размах повсеместно проводимых исследований. В настоящей главе предпринята поэтому попытка в суммарном виде и в самых общих чертах охарактеризовать хотя бы некоторые из главных направлений этих исследований и раскрыть как их научную значимость, так и идейное содержание, показать на выборочно взятых историографических фактах идеологические коллизии, происходящие в историко-рабочеведческой науке.

НОВЫЕ МАСШТАБЫ ИССЛЕДОВАНИЙ​

Проблемы рабочей истории и теории разрабатывают ныне тысячи исследователей, представляющих различные научные школы, придерживающихся различной идейной ориентации и различных политических убеждений. К этим проблемам обращаются не только историки, но также экономисты и философы, социологи и политологи, правоведы и лингвисты, психологи и литературоведы. Их анализируют теоретики и практики самого рабочего класса, отражающие устремления, миропонимание разных его слоев и групп, а вместе с тем буржуазные обществоведы — от откровен-

¹ A. Sturmthal. Comparative labor movements. Ideological Roots and Institutional Development. Belmont (California), 1972, p. V.

609 ных реакционеров до ультралевых критиков капиталистической системы, подлинные революционеры-коммунисты, старающиеся постигнуть историю рабочего класса, руководствуясь марксистско-ленинской методологией, но также и псевдореволюционеры, превратно толкующие принципы марксизма. Научные, научно-популярные, публицистические труды о рабочем классе, о социализме и коммунизме, его ранних фазах и современном развитии, о социалистических революциях и других революционных битвах пролетариата публикуются на всех континентах, во многих странах, входящих в различные социально-политические системы. Предметом пристального внимания оказываются подчас даже отдаленнейшие, «периферийные» районы мирового рабочего движения ¹.

О том, насколько интенсивно разрабатывается история рабочего и коммунистического движения — на всех их фазах и во всех их предметных «ответвлениях» (в конкретно-событийном плане и с точки зрения развития идей как самого пролетариата, так и о нем), свидетельствуют:

— колоссальная многоязычная библиография — советская ² и зарубежная ³;

¹ O. Roth. New Zealand Trade Union. A Bibliography. Auc-land — London, 1970; E. C. Pendelton. Labor in Havaii. A Bibliography. 2-nd ed. Honolulu, 1971; W. Rodney. A History of the Guynese Working People, 1881—1905. Kingston, 1981; R. Ramdin. From chatel slave to wage earner: a history of trade unionism in Trinidad and Tobago. London, 1982.

³ См., например: М. А. Заборов. Зарубежная библиография международного рабочего и коммунистического движения (краткий исторический очерк). II. Современная библиография. — «Библиотековедение и библиография за рубежом», вып. 53. М., 1975, с. 3 — 23; его же. Итальянские указатели литературы по рабочему движению. — «Советская библиография», 1978, № 4, с. 106—119; его же. Обзор французской библиографической литературы по истории рабочего и коммунистического движения. — «Рабочий класс в мировом революционном процессе. 1981». М., 1981, с. 218—248; его же. Американская библиография международного рабочего движения в ее идеологическом контексте. — «Марксизм и проблемы социально-экономической борьбы организованного пролетариата». М., 1985, с. 66—97, и др.

610 — выпуск (в основном в 60—70-х годах) профилированных историко-рабочеведческих журналов, причем не только в СССР и других странах социалистического содружества ¹, но и в ряде капиталистических государств ²;

— регулярная публикация ежегодников и иных аналогичного типа книг, сгруппированных в проблемно-тематические серии ³;

— функционирование десятков научных институтов и фондов (а также их международных федераций) ⁴, которые ведут в раз-

¹ Речь идет о таких журналах, как «Вопросы истории КПСС» (издается с 1957 г. ИМЛ при ЦК КПСС), «Рабочий класс и современный мир» (ИМРД АН СССР — с 1971 г.), «Beiträge zur Geschichte der Arbeiterbewegung» (ИМЛ при ЦК СЕПГ — с 1959 г.), «Известия на Института по история на БКП» (ЦК БКП — с 1957 г.) и т. п.

⁴ Это Международная ассоциация институтов рабочей истории (International Association of Labour History Institutions — JALHI), созданная в 1970 г. и объединяющая ныне около 75 учреждений примерно 20 стран, главным образом Западной Европы, а также Австралии, Японии, США, Канады, Венесуэлы и Израиля (подробнее см.: G. Dreyfus-Armand, M. Dreyfus. Une coopération internationale en histoire sociale: L'Internationale Association de Labour History Institutions. — «Communisme» (Paris), 1983, N 3, p. 117—128), и Всемирная ассоциация институтов и обществ по изучению истории и социальных проблем рабочего движения (World Association of Labour History Institutions, Association mondiale des Centres d'Etudes Historiques et Sociales du Mouvement Ouvrier — AMCEHSMO), организованная в 1978 г. на конгрессе в Мехико и тоже

611 личных странах систематические исследования в области истории, современного развития и теории международного рабочего и коммунистического движения, причем налицо заметная тенденция к увеличению количества таких институтов ¹;

— сложившаяся с середины 60-х годов традиция ежегодного проведения в Линце (Австрия) международных конференций историков рабочего класса и рабочего движения, где обсуждаются наиболее сложные и представляющие крупный научный интерес проблемы ²;

— созыв в 1980 и 1985 гг. в Париже при содействии ЮНЕСКО представительных международных форумов исследователей рабочего класса и рабочего движения (которые впервые в истории науки собрали специалистов, занимающихся изучением этой тематики, из всех частей света) ³.

Показательны в этом же плане и вошедшие в повседневную научную жизнь двух-, трех- и многосторонние встречи (коллоквиумы, семинары, симпозиумы, заседания исследовательских комиссий и т. д.) историков рабочего движения, в частности встречи марксистов, связанные с юбилейными датами ⁴, и интерес, прояв-

включающая несколько десятков учреждений приблизительно из 20 стран, в том числе СССР и других государств социалистического содружества (см. «Международные неправительственные организации и учреждения». Справочник. М., 1982, с. 42; ср.: «Deuxième Congrès de l'AMCEHSMO, octobre 1979». — «Bulletin du Centre de recherches d'histoire des mouvements sociaux et du syndicalisme» (Paris), 1979—1980, N 4, p. 37—40).

⁴ См., например, данные о публикациях материалов научных симпозиумов и конференций в связи с вековым юбилеем Парижской коммуны и 60-летием Великой Октябрьской социалистической революции: «Социальные движения и борьба идей. Проблемы истории и историографии». М., 1982, с. 11, прим. 7, 9 и с. 17, прим. 28—35; в связи с юбилеями конгрессов Коминтерна: «Коммунистическое движение в авангарде борьбы за мир, национальное и социальное освобождение. К 40-летию VII конгресса Коммунистического Интернационала». М., 1976; по случаю 60-летия Коминтерна: «Революционное наследие Коммунистического Интернационала. Научная конференция, посвященная 60-летию основания Коммунистического Интернационала. Москва, 16 марта 1979 г.». М., 1980, и т. д.

612 ляемый коммунистическими и социал-демократическими партиями ¹ к прошлому, а преимущественно к настоящему пролетарской борьбы, и выпуск сборников в честь или в память наиболее видных исследователей истории рабочего класса и организаторов историко-рабочеведческой науки ².

Интерес к данной тематике, естественно, питается различными социально-политическими и социально-психологическими источниками, отвечает неодинаковым идейным потребностям и запросам, вследствие чего история рабочего класса как научная дисциплина особенно идеологизирована и политизирована. Она в высшей степени подвержена воздействию тех различных, иногда

¹ Поистине всемирный размах приобрели мероприятия научно-теоретического характера, приуроченные к 100-летию со дня кончины и 165-летию со дня рождения К. Маркса в марте — мае 1983 г. См. Б. Н. Пономарев. Учение Маркса — руководство к действию (доклад на торжественном заседании в Москве 30 марта 1983 г.). — «Маркс и современность». М., 1983, с. 31—74; «Дело Маркса живет и побеждает». Всесоюзная научная конференция в Москве 22 марта 1983 г. — «Правда», 23 марта 1983 г.; «Ценнейшее духовное достояние человечества». — «Коммунист», 1983, № 8, с. 6—23 (о международной научной конференции «Карл Маркс и современность — борьба за мир и социальный прогресс» (Берлин, 11—16 апреля 1983 г.); «Internationale Tagung der Historiker: Karl Marx und die Geschichtswissenschaft. 6.—9. Jänner, Linz». — «Internationale Tagung der Historiker der Arbeiterbewegung. Sonderkonferenz 1983: Marxismus und Geschichtswissenschaft». ITH — Tagungsberichte. Bd 19 (6—9.I.1983, Linz). Wien, 1984; «Памяти Карла Маркса». — «Правда», 23 января 1983 г. (о симпозиуме в Институте марксистских исследований ФКП, Париж); «Le marxisme tel que nous le pratiquons». — «Cahiers du communisme» (Paris), 1983, N 1, p. 45—59 (материалы дискуссии); «Conference on the Centenary of the Death Karl Marx». New York, March 19—20. — «Political Affairs», 1983, № 4—5 (материалы конференции в Нью-Йорке с участием марксистов из различных стран); «Karl Marx und Sozialdemokratie. Was bleibt von Karl Marx? Streitgespräch zwischen M. Banaschak, R. Diehl, P. Glotz, S. Papcke und O. Reinhold». — «Neue Gesellschaft» (Bonn), 1983, N 3, S. 200—215, и др.

² См., например: «Rebels and their Causes. Essays in Honour of A. L. Morton». Ed. by M. Cornfort. London, 1978; «Marxismus und Arbeiterbewegung. Josef Schleifstein zum 65. Geburtstag». Hrsg. von F. Deppe, W. Gerns und H. Jung. Frankfurt a. M., 1980; «Jurgen Kuczinsky, ein universeller marxistisch-leninistischer Gesellschaftswissenschaftler». Hrsg. von H. Scheel. Berlin, 1980; «Arbeiterbewegung und Wissenschaftentwicklung. Wolfgang Abendroth zum 75. Geburtstag». Köln, 1981; «The Working Class in Modern British History. Essay in Honor of Henri Pelling». Ed. by J. Winter. Cambridge, 1983; «Arbeiterbewegung und Geschichte. Festschrift für Shlomo Na'aman zum 70. Geburtstag». Trier, Karl-Marx Haus, 1983, etc.

613 диаметрально противоположных, порой же отличающихся лишь оттенками идей, коллизии которых наполняют сегодняшний мир. Если ожесточенная идеологическая борьба вообще составляет типичную черту духовной жизни нашего времени ¹, времени перехода от капитализма к социализму, то в историографии рабочего и коммунистического движения, решающего демиурга этой трансформации, указанная черта проявляется с исключительной силой.

ОБЪЕКТЫ И НАПРАВЛЕНИЯ ДИСКУССИЙ (ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА)​

На изучении мирового рабочего и коммунистического движения во всех его аспектах прежде всего концентрируют свои усилия исследователи-марксисты — советские ученые, ученые зарубежных стран социализма, историки, работающие в капиталистических государствах, главным образом Западной Европы и Северной Америки. Для историков-марксистов история классовых битв пролетариата и деятельности его коммунистических партий — магистральное направление исследований, имеющее глубокие историографические истоки. Они восходят к «Капиталу» К. Маркса, к его «Классовой борьбе во Франции», «Восемнадцатому брюмера Луи Бонапарта», «Гражданской войне во Франции», к работам по истории Союза коммунистов, к «Положению рабочего класса в Англии» и «Развитию социализма от утопии и науке» Ф. Энгельса, к «Манифесту Коммунистической партии» К. Маркса и Ф. Энгельса, к многочисленным трудам В. И. Ленина («Марксизм и ревизионизм», «Исторические судьбы учения Карла Маркса», «Третий, Коммунистический Интернационал», «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» и многие др.).

В основе этой историографической традиции лежат кардинальные мировоззренческие и более непосредственные — актуальные — социально-политические предпосылки, ведь выяснение всемирно-исторической роли рабочего класса, призванного уничтожить капиталистический строй и построить социалистическое общество, — это, по ленинскому определению, самое главное в марксизме ². Понятно, что история осуществления рабочим классом его миссии, история борьбы за ее претворение в практику, опыт, накопленный в ней, и его уроки находятся на протяжении многих

¹ См. «Борьба идей в современном мире», т. 1—3. Под ред. Ф. В. Константинова. М., 1975—1978; «Идеологическая борьба и мировой революционный процесс». Под ред. М. Б. Митина. М., 1978; В. Б. Гордеев, В. И. Плетников. Современная идеологическая борьба. Некоторые проблемы и тенденции. М., 1983, и др.

² См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 23, с. 1.

614 десятилетий в фокусе марксистской историографии и образуют одну из ее узловых тем.

В то же время, как уже говорилось, рабочее и коммунистическое движение — и в его исторических «пластах», и в современных «срезах» — прочно вошло в круг научных интересов и соответственно стало объектом научных изысканий исследователей, далеких от марксизма, а нередко и враждебных ему. Давно канули в Лету те времена, когда изучение истории рабочего движения считалось в академических кругах на Западе чем-то предосудительным. Правда, подчас еще встречаются отдельные ученые, которые склонны рассматривать историю пролетариата как некую второразрядную область знания, недостойную занимать место в пантеоне других, более благородных, более «научных» направлений исторического исследования ¹. Однако сегодня брюзжание насчет «второразрядности» истории рабочего движения лишь рудимент былого заговора молчания официальной западной историографии о рабочем классе. Напротив, для нее сделалось типичным неуклонное нарастание интереса к пролетариату, его профессиональным союзам, политическим партиям, другим организациям. Самые солидные ученые-гуманитарии, а равно и историки-публицисты, пользующиеся на Западе репутацией «властителей дум», самые видные адепты немарксистской и антимарксистской историографии во всеоружии знаний исследуют жизнедеятельность рабочего класса вчера и сегодня, разнообразные проявления его социально-политической активности, идеологию и политику коммунистических и социал-демократических партий, теоретические установки и практическую деятельность профессиональных ассоциаций (отраслевых, национальных, международных) и т. п.

Помимо отмеченных ранее причин, побуждающих «ученых приказчиков буржуазии» заниматься рабочим и коммунистическим движением, в этом же направлении действует и ряд других факторов ². Буржуазной историографии приходится считаться с успехами марксистско-ленинской исторической науки, которые выступают своеобразным стимулятором, заставляющим обществоведов иной идейной ориентации развертывать свои исследовательские усилия на данном поприще. Еще в начале 60-х годов один из корифеев современной буржуазно-либеральной историографии, глава Гейдельбергской школы (ФРГ) — В. Конце — с досадой констатировал, что в то время, как «в коммунистической части Германии (т. е. в ГДР.— Авт.) история рабочего движения выдвинулась на передний план исторического исследования», в ФРГ

¹ «L'aujourd'hui, l'histoire». Paris, 1974, p. 180.

² F. Zimmermann. Ursachen und Ziele der verstärkten Aktivität der bürgerlichen Historiographie der BRD auf dem Gebiet der Geschichte der Arbeiterbewegung. — «Beiträge zur Geschichte der Arbeiterbewegung», 1974, N 5, S. 804—808.

615 она «все еще не вошла в удовлетворительном масштабе в наше общее историческое сознание»¹. «Исправление» этой ситуации неизбежно встало в порядок дня буржуазной исторической науки, породив тот сдвиг в исторических исследованиях, тот ее поворот к историко-рабочеведческой проблематике, о котором только что говорилось. Конечно, буржуазные историки не могут и не хотят оставлять столь широкое поле практически актуальных знаний, как международное рабочее и коммунистическое движение, ученым-марксистам, ведь обладание этими знаниями — чем дальше, тем в большей степени — становится острым оружием идейного противоборства. Поэтому исследователи, выполняющие объективно предлагаемый им «социальный заказ» собственного класса, стремятся осваивать все новые и новые участки истории рабочего движения, чтобы если не вытеснить, то по крайней мере потеснить марксистскую мысль.

Предметом споров и дискуссий становится буквально все: от возникновения пролетариата как класса (попытки отрицать изначальную общность этой социальной категории в период промышленной революции² и пагубное воздействие последней на социально-экономическое положение пролетариата³) до изменений в его социальном облике и статусе на исходе XX в. (теория «депролетаризации»⁴ и растворения в «среднем» классе, исчезновения у рабочих «классового сознания», искусственно трактуемого лишь как сознание социальной идентичности⁵); от первых спорадических, локальных забастовочных боев рабочих на ранних ступенях развития капиталистического общества до систематических массовых стачек как формы концентрированного отпора трудящихся капиталу в наши дни (консервативно-апологетическая концепция «угасания стачки», затем сменившая ее неолиберальная схема

¹ W. Conze. Der Beginn der deutschen Arbeiterbewegung. — «Geschichte und Gegenwartbewusstsein». Göttingen, 1963, S. 323, 324.

⁵ A. Touraine, M. Wieviorka, F. Dubet. Le mouvement ouvrier. Paris, 1984.

616 забастовки как институционального «регулятора» отношений труда и капитала, — схема, выхолащивающая антикапиталистическую сущность забастовочной борьбы) ¹; от зарождения различных течений в профсоюзах в конце XIX — начале XX в. ² до политической роли этих организаций в эпоху общего кризиса капитализма (профсоюзы — фактор «стабилизации» существующего порядка или орудие борьбы против монополий; инструмент «интегрирования» рабочих в капиталистическую систему или «власть, уже сегодня реально ей противостоящая») ³; от образования коммунистических партий на Западе (попытки отрицать наличие у них национальной почвы, рассматривать их как «чужеродное тело» в рабочем движении данной страны) ⁴ и создания Коминтерна (теория «руки Москвы») ⁵ до современного развития международного коммунистического движения («кризис мирового коммунизма») ⁶ и многие другие сюжеты прошлой и нынешней истории рабочего класса.

Объектом острейшего идейного противоборства выступают переломные, вехообразующие события всемирной истории и истории рабочего движения — пролетарские революции XIX и XX вв.

¹ Подробнее см.: И. Б. Левин. Рабочее движение в Италии. 1966—1976 гг. Проблемы и тенденции забастовочной борьбы. М., 1983, с. 4—5; Л. Я. Машезерская. Забастовки и коллективные договоры в США. М., 1981, с. 216—307.

⁶ См., например: A. Schaff. Die kommunistische Bewegung am Scheideweg. Wien, 1982; «National communism in Western Europe. A third way to socialism?». London, 1983, и др.